Аури'Каль неспешно спускался по ступеням в подвал. То и дело всюду пробегали слуги и рабы. Его лицо выражало крайнее омерзение и отвращение к этим жалким ничтожествам, по его мнению, недостойным даже жизни. Он избегал их, прятался за многочисленными поворотами витиеватых коридоров подвала. Власть Тенера была воистину огромна. Он мог видеть всех в своих владениях, слышать помыслы и чувствовать эмоции. Аури'Каль обучался не только в местной академии, но и во многих других, разбросанных по всему миру. Именно в одной из них он и познал одну из самых сложных магических практик – сокрытие мыслей. "Да, Владыка не может читать меня, но эти грязные рабы, не достойные дара жизни, могут доложить о моей тайной комнате. Твари! Когда же вы покинете подвал?" – говорил он в мыслях, сокрытых от Господина.
И вот, улучив момент, оставшись совершенно один, он быстро прошёл в свою тайную комнату. Теперь он мог не бояться ничего и никого. "Это место было создано ещё до прихода Повелителя. Остатки храма одного из умерших Богов. Но всё же власти Тенера здесь нет и не будет!" – говорил он, снимая с себя мантию и украшения. Аури'Каль разминался. Прохрустев пальцами, он принялся за локти и плечи, плавно перейдя к спине. Недавний бой с неизвестным магом доставил не мало боли уже не молодому телу Высшего Мага.
Он вновь зажёг свечи силой мысли. Слабый свет озарил небольшую, на первый взгляд, комнату. Языки пламени танцевали свой причудливый танец. По стенам играли хищные зловещие тени. Казалось, будто некие фигуры стоят в комнате, незримые человеческим взором, и лишь тени выдают их. Они тянули свои длинные корявые пальцы, желая схватить Аури'Каля. Бесшумно двигались, скользя по стенам, затаившись во мраке. Но Верховный Маг лишь отмахнулся, заметив их. "Снова души поглощённых книгой отчаянно рвутся на свободу." – со вздохом сказал он.
В его сухих, не по годам старых трясущихся руках лежала абсолютно белоснежная мантия. Её ткань казалась невероятно грубой на вид, но на ощупь была столь нежной, что выскальзывала из рук. Пламя свечей, словно испугавшись, быстро отходило от неё. Аури'Каль аккуратно положил её на стол и, не сводя глаз, отошёл в сторону. Он на ощупь искал большой кристал, украденный из одной академии. По-сути, это было сердце дракона, обросшее кристаллами в одной из пещер. Крайне редкий артефакт, невероятно могущественный, от того и очень желанный всеми, в том числе и Владыкой Тенером. Но Верховный Маг не желал отдавать столь ценную вещь, зная о её невероятном могуществе этого.
Кристал невероятно сильно засиял, переливаясь всевозможными цветами. Свет был настолько сильным, что Аури'Каль зажмурил глаза и закрыл их рукой. Перед взором была лишь темнота. Верховному Магу ничего не стоило исцелить себя от подобной временной слепоты, но он не решился сделать этого. "Не известно, какова природа света и энергии соответственно. Быть может это как-то связано с Богами, а их силы моей магией не уничтожить, только хуже будет." – думал он, массируя и растирая свои слезящиеся глаза. Медленно, но верно, зрение начало восстановливаться. Слабые, едва понятные, размытые образы предстали перед Верховным Магом. Но он не торопился с дальнейшими действиями и само исцелением, предпочтя ожидание.
Лишь после того, как зрение полностью восстановилось, Аури'Каль направился к одной из полок, покрытых пылью. Он отчётливо помнил, что некогда читал про подобное воздействие, но не помнил, что оно могло означать. Найдя нужную книгу, он срезал небольшим ножом, лежащим рядом, слой плесени, покрывший её обложку. Старые страницы, пожелтевшие от времени, были изрядно склеены между собой. Некоторые были испачканы кровью – истории этой книги и многих других таят в себе множество тайн, полных страданий, крови и смерти. "А, вот оно, нашёл!" – радостно воскликнул Аури'Каль, прочитав несколько страниц: "Сердца Драконов, Химер и Василисков, облачённых в кристаллы, таят в себе великую силу. Не только питают они мага всякого, но и Богов и Демонов. В момент опустошения этого артефакта испускается множество света, способного сжечь при долгом воздействии. Ни один смертный не выдержит времени, равному трём вдохам". Верховный Маг медленно, не желая поднять тучу пыли, закрыл книгу, аккуратно поставив её на полку. Теперь он был уверен, что мантия, а так же сам неизвестный нападавший как-то связаны с Богами. Он сел за стол, полный тяжёлых раздумий. " Неужели Боги решили нанести ответный удар? И как доложить об этом Господину? А нужно ли докладывать? Быть может, это наш шанс? Частица Богов в наших руках, не так ли?" – шептал он, глядя в зеркало. Его лицо исказила зловещая, полная безумия улыбка.
В голове Аури'Каля крутились слова бывшего учителя: "То, что ни разу не рождалось, умереть не может". Он был Магистром Высшей Теоретической Магии, философом и искателем непознаного. Потратив всю жизнь на постижение тайны энергетических барьеров между мирами и их контролируемое преодоление без использования стационарных Врат, он так и не добился успеха. Воины Мактара, одного из Демонов, убили Магистра. Ведь именно наличие единственных уцелевших Врат на территории их Господина являлось неким гарантом изоляции этого мира от остальных, а соответственно и беспомощность смертных. Аури'Каль, погружённый мыслями и воспоминаниями, провалился в сон.
Ему снились уже давно остывшие потоки лавы, местами обезображенные сильными ветрами. Всюду лежали мёртвые тела. Здесь были воины и маги всех Демонов, но были видны и иные воины, видимо из Вольных Княжеств Срединных земель. Далеко впереди виднелся огромный круг, словно зеркало отражающее столь ужасную, полную жестокости картину. То были Врата. А рядом сражались несколько огромных, воистину могучих фигур. Аури'Каль сразу понял, что это Демоны. Но они сражались не друг с другом, а с одним единственным человеком. Он неистово метал в них всевозможные заклятия, умело отражая их атаки. Верховный Маг не понимал, как один смертный может воевать с несколькими Демонами на равных! Повсюду был ужасный тошнотворный запах, резко ударивший Аури'Калю в нос. Он понимал, что уснул, но сон был столь реалистичным, что маг усомнился в том, что он спит. В руке что-то кольнуло. Сильный жар распространялся по всему телу, окутывая словно в одеяло из пламени.
Аури'Каль резко проснулся. Во время сна его одежда загорелась от свечи. Потушив её простым заклинанием, он снова сел за стол, погрузившись в свои мысли. "Как говорил учитель, любую частицу Богов можно наделить жизнью, даровав ещё цель, по желанию и разум. Но лишь в теории. И это будет то, что не родилось, но живо. Поэтому оно и не умрёт по природе своей, но временно исчезнет, если приложить достаточно усилий. Оно словно растворится в мире, разлетевшись на мельчайшие частицы. Но спустя время соберётся вновь в том же месте, в котором и было уничтожено." – шептал Аури'Каль, плавно покачиваясь из стороны в сторону. "Теперь, как даровать жизнь?" – спросил он сам себя, пристально глядя в зеркало. Его взор упал на кристальное сердце Дракона. "Хм, возможно сработает. Частица Богов, напитать её силой Драконьего сердца. Даже можно сделать некое тело. И сердце будет вполне неплохо встроенно в энергетическую систему Нерождённого. В качестве структуры магически плотного тела можно взять несколько душ, благо я их припас в камнях уже давно. Ну и добавлю частицу своих сил ещё. Если всё получится, то у меня будет совершенное магическое существо. Ну ещё бы силу Демонов не помешало бы, но и так сойдёт." – прошептал он, прижав ладонь к зеркалу, словно разговаривая со своим близким другом.
Верховный Маг резко подскочил, направившись к большому сундуку, стоящему в тёмном углу. Он был покрыт пылью и плесенью, окутан паутиной и мёртвыми, иссушенными телами насекомых. Аури'Каль бесцеремонно раскрыл его, отчего сундук издал громкий протяжный скрип. Маг искал небольшой свёрток редких кристаллов, способных впитывать души убитых. Такие кристаллы использовали маги древности для собственной подпитки сил, ныне же их используют только высшие некроманты для оживления и сохранения разума поднятого умертвия.
И вот на столе лежало всё необходимое. Аури'Каль дрожал от волнения. Создав вокруг себя самые мощные магические барьеры, он приступил к чтению заклятия, созданного им лично в момент подготовки. Энергетические потоки форсировали сложные плетения, связываясь узлами в замысловатый узор. Воздух вокруг дрожал и вибрировал, колыхаясь, словно от жаркой печи. Вокруг стоял неимоверный гул, давящий, прижимавший Аури'Каля к полу. Лишь благодаря своей сильной воле он продолжал стоять и читать нараспев своё заклятие. Плотность плетения стала столь большой, что не было видно узлов, лишь сплошная энергетическая ткань. Теперь она принимала форму, отдалённо напоминавшую человеческую. Заточив магическое тело в мантию, Верховный Маг вложил в него сердце Дракона, вмиг забившееся, словно живое.
Маг стоял покрытый потом. Он тяжело дышал, едва стоял на ногах, но всё же был доволен и горд собой. Перед ним стояло совершенное магическое существо, сам факт которого является доказательством множества теорий. "Теперь необходимо задать цель этому…" – Аури'Каль на мгновение задумался: "Творению".
Нечто бесформенное стояло напротив Аури'Каля, облачённое в белоснежную мантию. Формы тела, если его можно так назвать, менялись, плавно переходя из одной в другую. Некое аморфмное, бесплотное в привычном понимании слова, магическое существо. Мантия начала покрываться пятнами, словно одежда, пропитанная кровью. Они двигались, словно живые, то разрастаясь, то наоборот уменьшаясь, то сливаясь друг с другом, то разделяясь. От этого Нечто колыхалось пространство вокруг, воздух издавал треск, словно разрываемый сильными разрядами молний. "Ни один смертный не устоит перед моим творением" – с довольной ухмылкой произнёс Аури'Каль.
– Ты живое? – спросил маг.
– Да. – с сухим треском ответило Нечто.
– Нарекаю тебя Куар'Ноир, что означает Смерть Богов на эльфийском наречии.
– Да.
– На что ты способен?
– На многое. – растягивая слоги, произнёс Куар'Ноир.
– Есть Боги… Часть их сил присутствует в тебе. Твоя задача найти их и убить. Поглоти их силы и приди ко мне. Ты меня понял?
– Как будет угодно.
– Я отправлю тебя как можно ближе к месту, где они должны быть. Но только один раз. – Аури'Каль сосредоточился, вспоминая карту местности Проклятого Леса. Его губы бесшумно двигались, а с рук исходили потоки света с тёмными вкраплениями…
Константин вяло и понуро шёл за обозом. Да, он смог исцелить воинов, не без помощи Фарки, делавшей настои из трав и протиравшей глаза потерпевшим. Но юноша не переставал винить себя в этом вокруг. Неожиданно его тело сковала боль. Словно огромная раскалённая цепь, покрытая длинными кольями, обвила его тело, непрерывно сжимая его, вонзая шипы. Он рухнул на землю, издав невероятно громкий крик. Его трясло с неимоверной силой, а изо рта шла пена. Руки и ноги неестественно выгнулись, кости и суставы начали издавать хруст. Посох и клинок, упавшие на землю, невероятно ярко светились различными цветами, ослепляя всех вокруг. Из носа, ушей и даже глаз Константина пошла кровь. Он теперь издавал лишь слабый сдавленный хрип.
Фарка и Дароз держали его голову. Девушка, испугавшись и растерявшись, нещадно била его по щекам, пытаясь привести юношу в сознание. Но всё было тщетно. Неведомый для смертных приступ полностью поглотил Константина. Казалось, будто каждое мгновение тянулось вечно. Воины, стоявшие в стороне, испуганно шептались между собой. Некоторые из них надеялись на смерть мага, ведь они считали, что все беды именно из-за него.
Приступ прошёл столь же быстро, как и начался. С резким вдохом Константин пришёл в себя. Его тело перестало содрогаться, но кровь стекала тоненькими струйками. Боль постепенно отпускала, но всё же властвовала над телом и разумом. Юноша что-то пытался сказать, но ему не хватало воздуха. Язык был неимоверно тяжёлым, будто наполненный свинцом. По всему телу появлялись синяки различных цветов. В некоторых местах кожа покрылась большими кровоточащими трещинами. Взгляд Константина был устремлён в никуда. Юноша, резко вздохнув несколько раз, потерял сознание. Фарка, державшая его всё это время, лишь сжала кулаки. По её лицу стекали слёзы.
Махиора, недавно покинувшая Проклятый лес, шла, сжимая кулаки от досады. Её изгнали, лишив Божественных сил. От неё отказалась семья. Она слишком любила людей, но больше ненавидела Демонов, и эта сложная смесь диаметрально противоположных чувств, захлестнула, юную по Божественным меркам, девушку. Лишь маленькие слезинки, прозрачные, но горячие, вытекали из её зелёных глаз. Они стекали по её бледной коже, оставляя влажный след. Как она ни старалась, но не могла их остановить. "Так вот что значит быть смертной…" – лишь прошептала Махиора.
Она быстро шла в том направлении, в котором двигался Константин, надеясь догнать его рано или поздно. Ей всё ещё трудно было принять мысль, что для неё время уже не является вечным. Она порядком устала, пот градом лился по всему телу, а ноги словно гудели от усталости. Она была уставшей, изнемождённой, но всё же уверенно шла к своей целе.
… Раньше было несколько культов, посвящённых ей. Махиора Теель Наарг… Каэрда Ауг Токат… Множество иных имён она носила в былые времена. Но ныне всё иначе. Люди возомнили себя равными Богам. Они начали постигать тайны магии, отворачиваясь от Богов. Но Боги терпели это, прощая неразумность людскую. А потом пришли Демоны. Эти хитрые, жестокие, кровожадные монстры обещали огромное могущество людям, все блага смертных даровать сулили. И люди сами разрушили храмы своих Богов. Многие слабые Боги умерли в тот же миг, но были и те, кто остались в живых. И после началась битва… Война… Бойня… Демоны и их приспешники истребляли всех на своём пути, не жалея никого. Лишь некоторым Богам удалось укрыться, став изгоями в собственном мире. Группа Богов, одна семья, так возненавидела всех людей и Демонов, что наложила проклятие на лес. Время шло, гнев сменился на милость. Но лишь у Махиоры…
Богиня вспоминала свои ранние годы и века, расцвет и падение её культов, страх перед Демонами и изоляцию. Решив устроить небольшой отдых, она устало присела на землю. Над лесом образовалась огромная сфера, покрытая мелкой рябью. "Не может быть!" – воскликнула она…
Боги, изгнавшие Махиору, обсуждали необходимость уничтожения дома Светорода, не нужный никому более. В этот миг треснула сама ткань пространства, с гулом разорвавшая воздух. Над ними появился небольшой шарик чистой энергии, невероятно быстро увеличивающийся в размерах. И вот, спустя пару мгновений, над ними висел огромный шар, покрытый рябью. Внутри него виднелась фигура, смутно напоминавшая человеческую. Сфера становилась прозрачнее. И вот она исчезла. Сверху упала некая фигура, пристально осматривающая Богов.
– Ваше бессмертие окончено. – сухо сказал низким утробным голосом незнакомец. Из него вырвались огромные шипы, пронзившие одного из Богов, растворившегося в тот же миг. Остальные же Боги нанесли ответный удар, слаженный и невероятно сильный. Незнакомец растворился, не оставив после себя ни следа.
– Что это было? Неужто кто-то из смертных смог сотворить такое? – прошептал один из Богов. Но ему никто не ответил. Все лишь стояли в недоумении и оцепенении…
Махиору пронзила боль, которую она не испытывала ранее. Тело словно разрывалось на мельчайшие частицы. Казалось, что всё естество переполнено болью. "Боги… Умирают…" – лишь пронеслось у неё в голове. Она теряла сознание. Её окутывала тьма…
Константин постепенно приходил в себя. Его тело всё же болело, но уже гораздо меньше. Оружие не переставало светиться, переливаясь всевозможными цветами. Перед его глазами застыли две картины. Как какой-то незнакомец в длиной мантии убивает, сидевших на руинах храма в Проклятом лесу, неких аморфных созданий, и как девушка лежит беспомощная возле этого самого леса. Он понимал, что она – Махиора Теель Наарг. "Каэрда" – вспомнил юноша имя, которым назвал Светород Богиню, когда она впервые пришла к ним. "Она в опасности. Я должен помочь ей!" – шептал он сам себе, сжимая растянувшиеся запястья.