Как читатель, наверное, догадался, у Кирилы Петровича не было больше бультерьера*. По поводу его безвременной кончины были устроены пышные поминки. Съехались гости, друзья и родственники покойного.

    Сперва все потянулись к новой каменной церкви, построенной Кирилой Петровичем и регулярно украшаемой его приношениями при замаливании новых грехов. Собралось множество почетных богомольцев, прочих охрана оттеснила на паперть.

    Служба не начиналась, ждали Кирилу Петровича. Он подъехал на шестисотом и торжественно прошел на свое место, сопровождаемый Марией Кириловной. Взоры мужчин и женщин обратились на нее. Первые удивлялись красоте и прозрачности ее траурных трусиков, просвечивающихся через платье, вторые с вниманием смотрели на фактуру материала из которого все это было пошито.

    Началась служба, певчие артисты филармонии пели на крылосе, Кирила Петрович невпопад крестился и с гордым смирением поклонился, когда диакон громогласно упомянул и о зиждителе храма сего.

    Когда служба кончилась Кирила Петрович пригласил гостей к себе и все поехали обедать к Троекурову, где ждал стол, накрытый на восемьдесят персон. Когда поминки, по русскому обычаю, дошли до точки крайнего веселия, двери в столовую отворились и в них протиснулся Антон Пафнутьич Спицын, толстый муж типа лет пятидесяти с круглым лицом, украшенным тройным подбородком в помятом пиджаке и с новым телефоном возле щеки.

— Почему опоздал? — спросил его Троекуров, — в церкви не был, как будто тебе уже замаливать нечего, к обеду опоздал, как будто мне уже и угостить тебя нечем.

Антон Пафнутьич, заискивающе улыбнулся.

— Прости, Кирила Петрович, — По дороге шина лопнула, пока в автосервис, три часа ушло, а потом в объезд, по трассе не решился.

— Очко играет? — с иронией спросил Кирила Петрович.

— Играет, Кирила Петрович: если Дубровский меня встретит — на месте трахнет. Я же свидетелем в суде против папаши его выступал, а тот черт списочек составил. Сынок теперь по списку работает. А с собачкой что случилось?

Троекуров вкратце рассказал историю гибели бультерьера, с уважением показывая на Диброва, который, не подозревая, что разговор идет о его храбрости, спокойно сидел на своем месте и делал нравственные замечания резвому своему воспитаннику, бросившему в суп петарду.

    Обед, продолжавшийся около трех часов, кончился и все пошли в зал, где их ожидали бильярд, боулинг, бассейн и голые бабы.

    Один только человек участвовал в общей радости с неохотой. Антон Пафнутьич не мог никому признаться, что всю наличку зеленых он носит с собой, зашитою в ситцевые трусы веселой раскраски, опасаясь возможного в его отсутствие ограбления. Поэтому и в сауне, и в бассейне он был в костюме и лаковых туфлях, делая вид, будто это так и надо.

    Оставшись ночевать в чужом доме, он теперь переживал, чтобы не бросили его одного в уединенной комнате, и выбрал себе защитника.

    Антон Пафнутьич стал вертеться около Диброва, покашливая и подмигивая, и наконец сказал:

Гм, гм, нельзя ли, мне переночевать в вашей конурке? Не поймите только меня правильно.

— Га?** — сказал Дибров, вожделенно глядя на Машу.

— Эк, беда, ты по-русски еще не выучился. Можно, нет, можна, как это, мені з вами переспати?*** — но учитель его не слышал.

— Тю!**** — сказал Дибров и увлек Машу в танец.

Антон Пафнутьич, очень довольный своими познаниями в области украинского языка, побежал стелить постель.

    Тем временем Дибров танцевал с Машей менуэт и смотрел на часы, о чем-то с ней договариваясь. Плоть его трепетала, постоянно нажимая на мобильник и тот отвечал громкой музыкой.

    Наконец гости отправились спать, Дибров устремился к себе во флигель. Антон Пафнутьич уже спал, потушив свет. Дибров открыл дверь и увидел в своей постели накрытое одеялом тело. На ходу расстегивая брюки, он бросился в кровать. Послышался сдавленный крик.

— Тихо, Маша! — сказал учитель чисто русским голосом. Я — Дубровский!

______________________________________________________________________________

* - Бультерьер — английская порода собак, предназначенная для охоты на кабана. 

** - Извините пожалуйста, но я не настолько владею русским языком, чтобы понимать вас (укр.)

*** - Можно ли мне переночевать в вашей комнате (укр.)

**** - Сейчас я занят, вернемся позже к нашей беседе (укр.)