Кэрол возвращалась в центр городка быстрее, чем по дороге оттуда; Элен пришлось сосредоточиться, чтобы не потерять белый «ягуар» в плотном потоке машин. Она приказала себе на время забыть о чувствах. В конце концов, сходство Кэрол с Уиллом — лишь ее субъективное мнение. Пока оно ничем не подтверждено. Пока их родство не доказано…

Хотя сердце не обманешь. Элен понимала: никакие доказательства не нужны.

Они очутились в центре и поехали по извилистым улочкам. Элен специально пропустила между собой и «ягуаром» еще три машины. Рискованно приближаться к Кэрол вплотную. По тротуарам слонялись туристы в купальниках, намазанные кремами против солнечного ожога. Из какой-то машины с открытым верхом доносилась оглушительная музыка. Рядом с Элен в соседнем ряду остановился обтекаемый черный «мерседес». Сидевший за рулем мужчина с сигарой подмигнул Элен.

Неожиданно послышался телефонный звонок. Не спуская глаз с Кэрол, Элен принялась на ощупь рыться в сумке. Вытащив коммуникатор, посмотрела на дисплей. Сара Лю.

Элен сбросила вызов, а коммуникатор положила на пассажирское сиденье. Впереди развилка — важно не упустить Кэрол. «Ягуар» въехал на гребень дамбы. На той стороне машин стало гораздо меньше. Многоквартирные жилые дома и небоскребы сменились дорогими особняками, клумбами и аккуратно подстриженными газонами. По улицам здесь гуляли не туристы, а местные жители. Многие выгуливали маленьких собачек. Какой-то молодой человек крутил педали гоночного велосипеда с узкими шинами. Женщины в разноцветных топах занимались спортивной ходьбой. Они несли в руках бутылки с водой.

Кэрол повернула направо, налево. Между ними оставалась всего одна машина. Впереди показался крупный желтый указатель с надписью «Мосты». Вдали мелькнуло невысокое здание под красной черепичной крышей. Здание было скрыто от дороги высокой живой изгородью. Элен предположила, что «Мостами» называется салон красоты или фитнес-клуб. За рулем почти всех ехавших впереди машин сидели женщины. Извилистая дорожка оканчивалась воротами. Элен не раздумывая въехала в них.

От ворот начиналась красивая подъездная аллея. Элен глянула вперед, и у нее захватило дух. У входа в здание под навесом собралась большая группа малышей с рюкзачками. Их охраняли несколько женщин, очевидно учительницы. Самым старшим на вид было не больше пяти лет; очевидно, в «Мостах» размещается подготовительная группа.

Значит, у Уилла есть не только кот, но и брат или сестра…

Элен с замиранием сердца следила за происходящим. Учительницы подводили детей к ожидающим машинам и весело махали руками на прощание. Она не сводила взгляда с Кэрол, желая понять, который ребенок ее. Элен даже не задумывалась о том, что у Брейверманов могут быть еще дети, а у Тимоти — брат или сестра. На сайте Брейверманов не упоминалось ни о каком другом ребенке. Может быть, они боятся за его или ее безопасность? Вполне понятно, принимая во внимание, через что им пришлось пройти.

«Ягуар» очутился у здания, но вместо того, чтобы подрулить ко входу, Кэрол повернула на школьную парковку. Элен пригнулась и последовала за ней. В следующий миг Кэрол вышла из машины. Кроме белой кожаной дамской сумки, она несла большую спортивную сумку фирмы «Адидас».

Когда Кэрол подошла ко входу, учительницы заулыбались, замахали руками. Они о чем-то заговорили, но слов Элен не разобрала.

Надо срочно менять тактику! Главное — не пропустить Кэрол, когда та выйдет из школы с ребенком.

Вспомнив, как нагрелась машина в прошлый раз, Элен опустила стекла и лишь потом заглушила мотор. Она приготовилась терпеливо ждать. На часах без пяти три. Здесь поздновато отпускают учеников по домам. С другой стороны, возможно, здесь такие же порядки, как в той группе, куда ходит Уилл, и родители могут забирать детей в любое время дня.

Нет, «Мосты» не похожи на школу, в которую ходит Уилл. Здесь гораздо красивее.

Через двадцать минут Элен взмокла от пота. Тяжело сидеть на сорокаградусной жаре! Блузка прилипла к телу, ноги как будто плавились. Ужасно хотелось стянуть с себя джинсы. Прошло еще десять минут. Элен закатала джинсы до колен. Обнаружив в сумке случайно завалявшуюся резинку для волос, кое-как соорудила подобие пучка. Она не сводила взгляда со входа в здание, но Кэрол не возвращалась, хотя всех малышей уже разобрали. Еще через пятнадцать минут, поняв, что темные очки сейчас расплавятся, Элен решила рискнуть.

Она взяла сумку, вышла из машины и с уверенным видом зашагала к крыльцу. Ни учителей, ни детей во дворе уже не было. Элен толкнула стеклянную дверь, но та не поддавалась. Она увидела приклеенное сверху объявление: «Прием только по предварительной записи». Она прижалась к стеклянной панели, вглядываясь внутрь. Разглядела смутные очертания просторного вестибюля с блестящим плиточным полом. Слева стенд, обклеенный разноцветными объявлениями, напротив — еще одна застекленная дверь. Кэрол нигде не видно.

Заметив сбоку от двери звонок, Элен нажала на кнопку и тотчас услышала монотонный женский голос:

— Вы к кому?

— Я недавно переехала в ваш район и хочу осмотреть школу.

— Прямо и направо.

Послышалось громкое жужжание, Элен толкнула дверь и вошла внутрь. Из кабинета ей навстречу вышла стройная симпатичная брюнетка с кудрявыми волосами. Улыбаясь, она протянула Элен руку.

— Добро пожаловать в «Мосты»! Я Дженис Дэвис, заместитель директора.

Дженис очень шли розовая хлопчатобумажная маечка, белые брючки и голубые балетки.

Элен пожала протянутую руку.

— Меня зовут Карен Вольпе. Вот, захотелось осмотреть вашу школу.

— Очень хорошо. Вы записывались заранее?

— Нет, извините. — Элен быстро соображала. Наверное, Кэрол сейчас сидит в каком-нибудь классе. — Мы с мужем еще не перевезли вещи, но мне хочется осмотреть все дошкольные группы в нашем районе.

— Понятно. — Дженис посмотрела на узкие золотые часики. — К сожалению, сейчас у меня нет времени, чтобы познакомить вас со всеми учителями и провести подробную экскурсию по школе. Давайте условимся о дне вашего приезда, и тогда я все вам покажу.

— Не знаю, когда еще я смогу приехать. А может, вы просто быстро покажете мне школу, а поговорим на ходу?

— Хорошо, договорились. — Дженис улыбнулась. — Должно быть, вы из Нью-Йорка.

Почему она так решила? Впрочем, это мне на руку.

— Как вы догадались?

— Вы так торопитесь. Погодите, поживете у нас неделю и разучитесь спешить. — Дженис улыбнулась, словно желая сгладить резкость своих слов, и гостеприимно махнула рукой в сторону коридора. — Я покажу вам классы и наш пресс-центр.

— В вашей школе есть библиотека?

— Разумеется. Важность чтения трудно переоценить. Без ложной скромности скажу: «Мосты» — лучшая начальная школа во всей южной Флориде, а может быть, и во всем штате. Учеников к нам привозят из трех округов. — Дженис говорила бойко, гладкими, обкатанными фразами, как заправский лектор. — Когда вы к нам переезжаете?

— Я еще точно не знаю.

Коридор, по которому они шли, был пуст. По одной стороне тянулись двери в классы, она насчитала пять штук. Все двери были закрыты. Интересно, за какой из этих дверей находится Кэрол?

— Моему сыну три года, и мы хотим, чтобы он основательно подготовился к школе…

— Мы берем не всех детишек подряд. Если захотите отдать его к нам, вам придется кое-чему его научить. — Дженис остановилась у первой двери. — Здесь у нас продленная группа для двухлеток, то есть группа, в которой есть двухлетки. Мы объединяем в одну группу детей разного возраста, чтобы они учились общаться. Общение жизненно важно для детей, особенно для одиночек.

— Одиночек?

— Для единственных детей в семье.

— Да, конечно. — Элен заглянула в класс.

Помещение светлое, просторное; малыши в ярко-алых фартучках под руководством учителя рисуют, Кэрол в классе не оказалось.

— Мы принимаем детей с отбором.

— Мой сынишка очень умный.

Он даже умеет самостоятельно срисовывать рисунки с помощью кальки!

Дженис подвела ее к следующей двери.

— Здесь у нас занимаются трехлетние дети.

Малыши сидели на стульчиках, расставленных полукругом, и увлеченно били в бубны. С ними занимались двое учителей. По-прежнему никаких признаков Кэрол!

Дженис подвела ее к следующей двери, где они остановились.

— А здесь у нас четырехлетки. У них урок французского языка.

— Надо же! — воскликнула Элен, посмотрев в застекленную панель. Дети и учителя выглядели вполне довольными — très contents. Правда, Кэрол и здесь не оказалось.

— Мы считаем, что иностранные языки лучше усваиваются в раннем возрасте. Детишки впитывают знания как губки. Я дам вам наши рекламные буклеты, и вы прочтете, в какие учебные заведения поступают наши выпускники. Они учатся во всех лучших частных школах.

— Давайте посмотрим класс для пятилеток.

— Простите, я запамятовала… Чем вы занимаетесь? — спросила Дженис.

Элен сделала вид, что не услышала вопрос. Подойдя к следующей двери, она заглянула в класс. Пятилетние малыши сидели на стульчиках; на коленях у них лежали раскрытые книги. Кэрол не оказалось и здесь.

— А они какой язык учат? — спросила Элен, меняя тему.

— Оттачивают технику чтения. Наш девиз: тренировка и еще раз тренировка.

Так точно, сэр!

— Замечательно. — Элен отошла от двери. — Давайте посмотрим ваш медиацентр.

— Нам сюда. — Дженис подвела ее к двойным дверям. — Мы проводим много дополнительных занятий, которые развивают, обогащают наших учеников, особенно тех, которых оставляют в группе продленного дня. Скажем, по понедельникам у нас чтение, по вторникам — естествознание…

Элен заглянула в класс и тут же перестала слушать Дженис. Пятилетние детишки сидели полукругом на стульчиках. Все они, смеясь, слушали учительницу в костюме Матушки Гусыни. Матушка Гусыня с выражением читала им. Но из-под длинной юбки с кринолином торчали розовые помпоны. Значит, вот где Кэрол Брейверман! Она спряталась под костюмом Матушки Гусыни…

— Здесь у нас, — сказала Дженис, — занятия по художественному чтению. Дети лучше воспринимают, когда им не только читают, но и представляют…

— Художественное чтение ведет одна из ваших учительниц?

— Нет, она не учительница. Она одна из наших мам, которая раньше была актрисой.

— Актрисой?

— Да. Ее зовут Кэрол Брейверман, она работала в увеселительном парке «Дисней Уорлд». Играла Белоснежку.

Ну конечно, кого же еще!

— Ее ребенок тоже присутствует в классе?

— Нет. Кэрол приезжает сюда специально, чтобы почитать детям. — Дженис помолчала. — Ее ребенка в классе нет.

Элен понимала: если она начнет проявлять любопытство, ее инкогнито будет раскрыто.

— Как мило с ее стороны! Наверное, вы хорошо ей платите?

— Что вы! За свой труд она и гроша не берет. Кэрол занимается с детьми просто потому, что любит их. Идемте дальше. — Дженис взяла Элен под локоть и решительно развернула кругом. — Откровенно говоря, Кэрол пережила ужасную трагедию. Два года назад неизвестный похитил ее сынишку Тимоти. Похититель потребовал выкуп; родители заплатили деньги, но ребенка им так и не вернули. Первый год на нее было страшно смотреть. Она переживала ужасную депрессию. Но потом Кэрол все же воспрянула к жизни… Она решила, что пребывание среди детей поможет ей исцелиться.

Элен снова ощутила угрызения совести.

— Как у нее только сил хватает? По-моему, это мучительно.

— Я с вами согласна, но хотите узнать, что она сказала мне, когда я задала ей такой же вопрос, что и вы сейчас?

Нет.

— Да.

— Вот что она мне ответила: «Когда вокруг меня дети, мне кажется, что я хотя бы переживаю то, что переживала бы рядом с Тимоти, если бы он по-прежнему был со мной. Как будто я ничего не лишаюсь, ничего не пропускаю. Когда мне наконец вернут моего сына, я буду знать, с чего начать».

Элен захотелось плакать. Она не хотела больше слышать ни единого слова. Просто невероятно, что она причиняет другому человеку столько боли. Она пожалела, что приехала сюда.

— Да… Как печально… Как по-вашему, ей вернут ребенка?

— Я сильно в этом сомневаюсь, но мы все ей очень сочувствуем. Если кто и заслуживает сочувствия, так это Кэрол.

Они дошли до кабинета администрации, и Дженис заулыбалась.

— Пойдемте со мной. Я дам вам наши буклеты, о которых говорила раньше.

Элен машинально вошла в кабинет. Мысли ее были далеко.

Неизвестно, хватит ли у нее духу довести до конца то, ради чего она сюда приехала.

Тем более хватит ли у нее духу добыть доказательства, о которых ей, если честно, не хочется даже думать.