Душно и страшно. Анна спустилась по стенке после указки Севера и замерла. Лица мужчин, хмурые и сосредоточенные, в которые она жадно всматривалась, лишь разжигали волнение. И оно скреблось и царапалось, противно, раздражающе, заставляло угадывать резкие движения охраны, в которых читалась паника. Или ей просто мерещится? И еще эти чертовы щелчки предохранителей, они не успокаивали обещанием на достойный отпор, а как раз наоборот. Ведь скоро будут стрелять, очень много стрелять. Вот уже откуда-то взялся целый короб огнестрельного богатства, его бросили в центр комнаты и сорвали крышку, и Анна подумала, что у них нет столько рук… Север, брюнет, да двое парней. И Максим, которого тоже усадили пониже.

— Займи место у двери, — приказал Север бойцу.

Тот кивнул и скрылся в коридоре. Всего пару шагов, дом внезапно стал крошечным и тесным.

— Ты следи за окнами, — Север указал на плотные шторы, сглатывающие весь солнечный свет. — Никто не стреляет первым.

Ударом гонга заскрежетал смятый металл. Анна поняла, что протаранили ворота, и теперь уединенность и заброшенность их укрытия показалась злой насмешкой. Проклятая привычка подмечать мелочи грубо ткнула в оброненный брюнетом сотовый, что закопался в длинный ворс грязного ковра. Анна зачем-то достала свой, хотя уже знала, что увидит игнорирующую надпись от оператора. Да, здесь можно много и, самое главное, долго стрелять.

Второй удар оказался победным, что-то громогласно рухнуло на землю, а потом взревел мотор, и рычащий звук прокатился под самыми окнами.

— Две машины въехали во двор, — сказал охранник, стоявший у окна. — Выгружаются. С моей стороны, двое… трое. С той не вижу.

Анна скосила взгляд на раздавленный ботинком жучок у ножки стола. Крошечная деталь, даже мелочь… и закрутила весь этот вихрь. Вдруг ударила мысль, что она помешала осмотреть Максима как следует, она накричала на охранника и отослала его, да и потом поторапливала.

— Север!

Знакомый голос донесся с улицы. И Анна с легкостью представила довольную улыбку на крупном лице и горящие огоньком предвкушения глаза.

— Рёф, — выдохнул Север.

Он скривился и злее сжал рукоять оружия. "Не помню, чтобы когда-нибудь было по-другому". Гнев и усталость, все тот же коктейль, который разливают и подают тут со зверским упорством. Север пытался сконцентрироваться, выжимая из организма последние капли, и хоть что-то придумать. Но иногда судьба дает откровенно дерьмовые исходные позиции.

Проснулся дверной звонок. Противная трель разлилась по дому, Анна дернулась и ощутила, как по телу прошла нервная волна из сотен иголок.

— Открывай! — дверь пару раз пнули ногой. — Хозяин хочет поговорить.

— Да, Север, — Рёф явно остался у машин, хотя силы его голосовых связок хватало, чтобы донести даже издевательскую интонацию. — Нам надо поговорить!

— Что будем делать? — спросил брюнет.

Север недобро посмотрел на него, а потом вновь прошелся цепким взглядом по окнам.

— Или хочешь пострелять? Посчитать шальные пули? — не унимался Рёф. — К слову, у тебя развалюха, а у меня бронированные машины.

Он умолк, ожидая ответа, и все стихло на мгновение. То самое затишье перед тем самым. И Север, вдруг вспомнив о кожаной куртке, стянул ее с себя и бросил на спинку стула.

— Он знает, что я здесь, — он вновь взглянул на брюнета, — он слышал каждое слово, как вы вышли из клуба. И точно знает, сколько нас здесь. И уже в курсе о наших рейдах.

— Тогда нас сейчас перестреляют, — протянул брюнет, который успел перескочить к стадии безразличия.

Север посмотрел на Анну. Так пронзительно, что от его взгляда стало больно. Она рефлекторно качнула головой, словно хотела его успокоить. Он боялся. Боялся за нее.

— Так что, Север?! — крикнул Рёф. — Доставать автоматы?

— Пару волн выдержим, — с горькой усмешкой бросил брюнет, — можно и пострелять.

— Тут даже подвала нет, — отозвался Север.

— Знали бы, заливали бы прошлое бетоном в другом месте.

Север кивнул и горько улыбнулся, вспомнив о чем-то. Наверное, об упомянутом прошлом, или же развеселился легко считываемой иронии. Казалось бы похороненное прошлое в настоящий момент неплохо помогало похоронить их. В конце концов, он хлопнул мужчину по плечу — "прорвемся, брат", и молча прошел вперед. Свернул в коридор, и вскоре Анна услышала, как щелкнули замки, и металлическая дверь отворилась.

Она подумала о калейдоскопе, истеричное мельтешение и свалка… Вроде бы была прямая дорога, не хайвей, но все же, а теперь события принялись наталкиваться друг на друга, как в худшие времена, стирая границы и точки отступления. Только вперед и в бешеном ритме под какофонию мерзких звуков. Да, вот и они. Ботинки. Глухие тяжелые шаги не одной пары уже чертили дорожку в гостиную. Боец, которого Север отправил сторожить вход, влетел в комнату от грубого толчка и растянулся на полу. Следом показались люди Рёфа. В бешеном ритме и со столь же мерзкими попутчиками.

Их было больше, намного больше. В комнату набилось человек десять, крупные вооруженные мужчины, в гуще которых вернулся и Север. Последним вошел Рёф, и Анна заметила, как три бойца образовали живой щит перед своим хозяином. Минуло всего несколько часов, и он вновь стоял в паре шагов от нее. Рёф был в той же одежде и с той же гадкой ухмылкой.

— Будем говорить прямо или ломать комедию? — спросил Рёф, когда закончил осмотр комнаты.

— Комедия — это по твоей части, Рёф, — спокойно ответил Север.

Анна посмотрела на настенные часы и засекла время. Полчаса, хорошо, пусть час, если сейчас действительно жарко и все разосланы по поручениям, но их кинутся. Не отвечающие телефоны — это довольно прямолинейный сигнал SOS.

— Поэтому открыл дверь? — Рёф развернулся и обратился к Северу. — Решил дать мне покуражиться?

Он шагнул вперед, и мужчина перед ним повторил его движение, продолжая заслонять босса.

— Может я выплесну злость и нажму на курок не так часто?

— Может, — кивнул Север.

Ему почти удавалось скрывать слабость и никак не реагировать на критичность всей ситуации. Со стороны могло показаться, что разговор ведется на равных и спасательные шлюпки ни к чему. Его тон, взгляд… Север даже держался прямо, не горбясь. Хотя Анна видела, как напряжены его руки и как он едва заметно переносит вес с одной ноги на другую.

— Твой брат выбрал сторону, — произнес Рёф. — И стремительно. Была надежда, что он сперва всё обдумает, как следует.

— Мы выходим и сотрудничаем со спецами. А ты перебил у них целую смену. Конфликт интересов присутствует, согласись.

— Если уж задумали войну, стоило убить меня в клубе.

И Рёф потянулся к куртке, смял край и вытащил пистолет. Север напрягся, но с места не сдвинулся.

— Только я вам еще нужен, — Рёф усмехнулся и огляделся.

Черт, он выбирал цель… Он совершенно точно выбирал цель.

— Издержки могут перевесить профит, — Север сделал шаг к Анне и оказался совсем рядом, он возвышался над ней, отсекая от остальных взглядов.

И она заметила его пистолет, за спиной, заправленный за ремень. Ему потребуется всего мгновение, чтобы достать его.

— Я знаю, как думал Марк, — продолжил мужчина. — "Рёф рано или поздно поймет, что я помог ребятам с Восточного, и расценит это, как намек вести себя тише и не зарываться". Только я сильнее, чем вы думаете. Я тоже умею вытанцовывать у самого края и договариваться.

— Так давай договоримся. Без комедий.

— И без подстав?

— Тут вы оба постарались.

Рёф подавил смешок и закачал головой.

— Ладно, не утруждайся. Я уже принял решение, к черту сотрудничество на условиях Марка. Я буду делать, что хочу и как хочу.

Его тон вдруг наполнился властными режущими интонациями, которые полыхнули ярким пламенем.

— Не хмурься, Север. Ты привык к такому дерьму.

— Определенно.

— Знаешь, что выкинул Марк на прошлой встрече?

И он все-таки отыскал цель. Одиночный выстрел обратился немой командой. Мужчины выхватили оружие и стремительно нашли каждый по сопернику.

— Тише, тише, — заулыбался Рёф, осматриваясь по сторонам. — Всего-то минус один.

Минус один. Он застрелил парня, которого втолкнули в комнату, и тот вновь оказался на полу, с простреленной головой.

— А Марк убил двоих тогда, — и Рёф медленно перевел руку, сжимающую пистолет, в направлении окна.

Там застыли брюнет и второй охранник. И Максим, он сидел неподалеку у шкафа. Кажется, он был оглушен и потерян, словно у него не осталось сил даже на беспокойство или страх. И он качнул головой, будто уговаривал ее ничего не делать. Но что она могла?

— Рёф, достаточно, — надавил Север.

— Нет, — противно растянул Рёф. — Хочешь выбрать?

Он повернулся к Северу.

— Мне все равно кто, — добавил мужчина.

— Остановись, пока не поздно. Даже если ты убьешь всех в этой комнате…

— Я знаю, Север. И я не убью всех.

Это прозвучало обещанием. Или, пожалуй, даже подачкой.

— Ты в курсе, что у меня есть люди из спецназа, и они штурм этого сарая максимум за пять минут организовали бы. А так и я доволен, не терплю бездумные перестрелки, и у тебя появился шанс. Ты успел изучить меня, еще тогда…

— Пришлось.

— Как и я тебя. А я люблю умных людей.

Да, он доволен, ведь ему позволили разыграть любимый спектакль. Анна поймала себя на мысли, что тоже успела изучить его, может не в деталях, но суть она уловила. Вот эта игра в бога, отдающая невыносимой театральщиной, явно заводила его и развлекала. Он буквально светился от удовольствия.

— Знаешь что? — голос Рёфа проделал частотную дугу, устремившись к высоким нотам энтузиазма. — Не хочешь выбирать жертву, выбери того, кто останется. Наверняка, — и он обвел пальцем комнату. — Я серьезно, даю слово.

И он наслаждался каждым мгновением. Вспомнилось, как он душил ее и настойчиво шептал подсказку на ухо.

— Анна, — выдохнул Север после паузы.

Рёф кивнул, приняв к сведению, и вернулся взглядом к окну.

— К сожалению, у нас мало времени, и эта вечеринка не будет вечной. Но без задолженного я не уйду.

Очередной отсчет. Очередной акт.

Брюнет успел уловить его движение. Он быстро шагнул в сторону, уходя с прицела, и поднял руку… Проснулся простейший инстинкт, и Анна почти отвернулась, но вспомнила о Максиме, он находился слишком близко, его могло зацепить, и она лишь зажала уши руками.

За первым выстрелом грянул второй, третий, и все закрутилось в убыстренном темпе. Напарник брюнета поддался общей суматохе и ответил. Они успели ранить одного и убить другого из охраны Рёфа, прежде чем с ними было покончено. И Анна почувствовала теплую ладонь на плече, Север опустился к ней и вдавил в стенку, закрывая собой. Только люди Рёфа были слишком хорошо обучены, чтобы стрелять по неутвержденным траекториям, они без лишних телодвижений выполнили приказ и произвели размен. Никаких шальных пуль.

— Злые у тебя ребята, — протянул Рёф, — огрызаются.

И он впервые вышел из охранительного круга, в котором отпала нужда. В противоположном конце комнаты остался только безоружный Максим, который почти не двигался. А за Севером и так следили все его бойцы.

— Мы закончили? — спросил Север, поднимаясь. — Ты отомстил, убил троих моих…

— Да, я принял вызов.

Рёф приблизился вплотную к нему.

— Но я хочу повысить ставки.

И он грубо сжал плечо Севера и толкнул. Север едва поймал свое тело и быстро отступил.

— Ты хорошо подумал? — бросил он.

Рука Рёфа так и не отпустила его, продолжая яростно сдавливать плоть. Север поморщился, но противиться не стал. Анна остро ощутила, как кольнули внутри догадки, которые она поспешно отогнала, их разговор так резко переменился и побежал по невозможной тропе.

— Я слишком много думал в первый раз, сейчас полагаюсь на инстинкты.

— Значит не подумал.

— Спорим, у него сорвет все ограничители? — с легкой улыбкой поинтересовался Рёф. — И после такого он точно не сдаст меня спецам, захочет собственными руками.

Нет…

Анна впилась глазами в бледное лицо Севера. Ей нужна была подсказка, хоть что-то, ведь ей мерещится, это паника и бредовые домыслы, и она слышит совсем не то, что подразумевается. Она ошибается… Но Север смотрел на Рёфа и позволил себе лишь не прятать усталость.

— Решать тебе, — произнес он, — но я бы не связывался с рассвирепевшим Марком.

— А я бы посмотрел. Он заигрался в травоядное, тошно смотреть.

— Потом не жалуйся.

Рёф щедро рассмеялся. И Север даже ответил ему улыбкой. Спокойной, тихой.

— Ты мне определенно нравишься, Север. Жаль, что все к этому пришло.

— Да, жаль.

Рёф, наконец, расцепил хватку и отступил на шаг. И Анна перевела взгляд на его правую руку. Огнестрельный кусок металла, из которого он уже стрелял сегодня… Она рефлекторно подалась вперед, чтобы сделать хоть что-то.

— Нет, — собственный голос предал ее и прозвучал сдавленным неуверенным шепотом.

Анна вновь посмотрела на Севера, моля про себя, чтобы он повернул голову. Один взгляд, она бы прочитала, он же знает, что делать…

— Уведи ее, — попросил Север.

— Этого я не обещал. И потом она нужна.

И Рёф обратился к ней и криво оскалился.

— Передай Марку, что выкручиваться получается не всегда.

Он выстрелил.