Допускаю, судьба занесет в Нью-Йорк, занесла же когда-то в Москву! Но Бостон исключен и бостонский восторг никогда не переживу. Он останется в книгах, в толстущих томах и на тонких гравюрных листах. Никогда не узнаю бостонский размах и бостонский томительный страх. Во второй половине земного пути надо дух перевести — хочешь, театр посети и друзей навести. До Бостона уже не дойти. Не дойти, не доехать, не долететь, приз не взять, банк не сорвать. Ты уловлен в какую-то старую сеть, ячеи — не разорвать. Между тем в небоскребе бостонском — окно, лампы свет и блокнот на столе и бостонский поэт, осознавший давно, как разорвано все на земле.