Знаете ли вы, где находится Саргассово море? Знаете ли вы, что у этого моря нет берегов? Мы со Степкой не знали, пока он не принес мне старую газету, В газете, посреди страницы красовался рисунок, взглянув на который, мы потеряли покой. Там был изображен небольшой корабль, а рядом с ним страшный змей, высунувшийся из воды. Хищная голова змея наклонилась над судном, как бы собираясь слопать кого-нибудь из команды.

К сожалению, газета оказалась английской, а мы со Степкой хоть и в девятом классе, но в английском, как говорится, «ни бум-бум». Только и смогли разобрать, что дело было в Саргассовом море. Тогда мы взяли словарь и с горем пополам одолели статью. Вот что там было написано.

«В одну из туманных ночей, какие не редкость в просторах Атлантики, торговый клипер, шедший под всеми парусами из Великобритании на Кубу, внезапно остановился по неизвестной причине. Он не налетел на рифы, потому что остановился плавно, без толчка и треска. Он не сел на мель. И ветер не стих. Но судно не двигалось.

Корабельные фонари тускло светили в тумане, бросая слабый отблеск на волнистую поверхность океана. Вахтенный офицер и двое матросов, перегнувшись через борт, вглядывались в мглистую даль.

— В чем дело, почему стоим? — подбежал к ним капитан, на ходу застегивая полы мундира.

— Морское чудовище! — дрожащим голосом прошептал один из молодых матросов. — Вот оно, смотрите...

Под порывом ветра туман рассеялся на миг, блеснуло море, и на его поверхности совсем близко от корабля показался отвратительный зеленый хребет чудовища. Морской змей казался гораздо длиннее корабля, потому что его видели и впереди и сзади судна. Длинный, извивающийся хвост терялся в туманной дали...»

На этом текст обрывался, продолжение должно быть на следующей странице, а она отсутствовала.

Нас очень заинтересовал морской змей, и, чтобы узнать конец этой истории, мы отправились в университет. Там есть биологи, и уж, наверное, они знают про морских змеев. В университете как раз проводили «День открытых дверей», когда могут приходить школьники и спрашивать, кто о чем хочет. Вот мы увидели там дежурного преподавателя. У него был огромный желтый портфель, набитый книгами. Решили, что раз он читает так много книг, то обязательно должен знать.

— Наверное, это профессор! — шепнул Степка.

— Ясное дело, — говорю я, — что профессор. Давай спрашивай.

Степка глубоко вздохнул как перед прыжком в воду и подошел к Желтому Портфелю.

— Вы бывали в Саргассовом море? — выпалил он.

Желтый Портфель повернулся, взглянул на Степку, и я подумал, что он Степку прогонит. Но тут вспомнил, что любой профессор должен отвечать в этот день на вопросы школьников.

— Нет, не бывал, — ответил дежурный, — но кое-что читал.

— А вы не читали о морских змеях?

И Степка вытащил из кармана тот лист газеты, который мы читали, и спросил, чем могла кончиться история с морским змеем.

Желтый Портфель пробежал газету так быстро, словно она была не английской, а русской.

— Думаю, что смогу вам ответить, хоть и вижу эту газету впервые. Дальше было вот что. Когда капитан, разобравшись в чем дело, увидел своими глазами морского змея, он не испугался, а обрадовался. «Впереди рифы! — закричал он. — Смотреть внимательней». И чуть только туман рассеялся, как на горизонте обозначились зловещие буруны. Это волны ударялись о подводные скалы, разбиваясь в пыль...

— Но как же корабль? Змей не повредил его?— почти крикнул Степка, взмахнув газетой, — ведь он же мог запросто разломить надвое шхуну.

Желтый Портфель задумался на минуту.

— Знаете что, молодые люди, этот морской змей совсем не змей, то есть не животное. Это скорее всего крупное морское растение — гигантская водоросль. Водоросли-гиганты живут на морском дне, прикрепляясь к подводным камням и скалам особыми отростками, похожими на корешки, которые называют ризоидами. Длинный ствол морского гиганта с листьями тянется к поверхности воды и колышется на ней, подобно бакену, указывая морякам, что близко скалистое дно.

— Почему близко? — не утерпел Степка.

— Почему? Да потому, что крупные водоросли растут на небольших глубинах, не более двадцати метров. И если капитан увидел морского змея, он хорошо знает, что впереди либо рифы, либо желанный берег.

— А какой длины эти водоросли? Неужели длиннее корабля? — не отставал Степка.

— Метров сто, а то и двести, достоверно но могу сказать. Эти гиганты, как, впрочем, и многие другие водоросли, еще до конца не исследованы. Возможно, это длиннейшие из живых существ на Земле.

Мы поблагодарили Желтого Портфеля и пошли домой, еще не предполагая, что жизнь наша отныне на много лет будет связана с этим человеком. Мы тогда о нем и не думали, потому что головы наши заполнили морские змеи. По дороге домой Степка мне и говорит:

— Слушай, Вовик, а что, если нам с тобой заняться этими водорослями? Раз их точно никто не мерил, значит, это «белое пятно»? А мы с тобой измерим, и будет тогда весь мир знать, какой длины самые длиннейшие существа.

— Как же ты их смеришь, если они в Саргассовом море? Вот если бы они росли в Иркутском море или в Братском, тогда другое дело.

— А мы построим яхту и поплывем. Проплыл же Тур Хейердал на плоту через океан — и ничего, жив остался. Аллен Бомбар тоже проплыл... А чем мы хуже?

Я подумал: и правда, чем мы хуже Хейердала? Но где взять денег на яхту? Чтобы строить, нужны деньги и немалые.

Степка не задумался ни на минуту:

— Заработаем! В экспедицию поедем. К геологам. Знаешь, как здорово!

Я согласился. Мы сразу же пошли в геологическое управление и записались в отряд. Записаться-то записались, а дома не спросили. Меня дома отпустили к геологам, а Степку нет. Нашли у него какие-то болезни.

— Ничего, — говорит Степка. — Поедем на Курилы рыбу потрошить. Знаешь, как здорово? Тихий океан там, штормы, и рыбы всякой полно. Хочешь кету ешь, хочешь горбушу! Из Иркутска целый отряд выезжает потрошить рыбу, по радио передавали.

— Нет уж, — говорю я, — потрошить рыбу не по моей части. Надо мной потом все смеяться будут. Там же одни девчонки рыбу чистят.

— Вот и хорошо, — не моргнув, отвечает Степка, — от смеха только здоровье улучшается. А ради науки можно и не то вытерпеть.

Спорили мы с ним, спорили, да так и не договорились. Он поехал потрошить рыбу, а я — к геологам в партию.