— Я придушу этого подлого пса! — вопил партнер Короля Орхидей. — Если бы не он, никто не догадался бы, что мы пытались ее убрать. А теперь нас свяжут с этой стервой из «Америкэн экспресс».

На телеэкране горел номер «800» — приглашение бесплатно сообщать по телефону любые сведения о героине только что окончившегося сюжета «Пропавших». Король выключил телевизор. В программе все было воспроизведено удивительно точно — хотя, разумеется, актриса, изображавшая Лаки, сильно уступала оригиналу.

К тому же авторы передачи, на счастье, не знали, как она выглядела в действительности. Показанная в программе фотография была сделана в тот день, когда ее доставили в больницу. Длинноволосая блондинка...

— Успокойся! — раздраженно бросил он партнеру. — Я не вижу никакой связи между происходящим и нами.

— Не могу понять, почему ты так спокоен! Король отвернулся, чтобы полюбоваться редчайшей бежевой орхидеей «Спящая красавица».

— Полиция меня нисколько не волнует. Куда опаснее, если ее узнает кто-нибудь из старых знакомых.

— Но у ФБР есть останки журналистки из «Америкэн экспресс»!

Король рассматривал аметистовые прожилки, густой паутиной покрывающие нежные лепестки орхидеи.

— Ну и что? Судя по всему, это им ничего не дало — иначе «жучок» заставил бы нас насторожиться. Тельма Оверхолт провела два года в земле, а это означает сильную степень разложения. К тому же она забальзамирована, то есть из тела откачана вся жидкость. Сколько бы они с ней ни возились, все равно ничего не...

— Не нравится мне все это! — перебил Короля партнер. — Не нравится!

— Я тоже предпочитаю безопасность, которую обеспечивает компьютер, — согласился Король. — Мы в состоянии заглянуть в любой шкаф и вытащить оттуда все грязное белье, так что хозяин не заподозрит, что мы его навестили. Поэтому мне не нравится оплачивать установку «жучков» и подбрасывание пленок. Но иногда без этого не обойдешься.

Упоминание грязного белья навело Короля на любопытную мысль. Компьютеры держат в подчинении весь мир. Он побывал в многочисленных банках памяти и стер там все упоминания о женщине, посмевшей встать ему поперек дороги. Почему бы не поквитаться теперь с Бракстоном? Почему не закрыть ему кредит, не поколдовать с его расчетной картой? Впрочем, расчетной карты у него нет. Неужели человек способен без нее обходиться? Такой заслуживает сострадания...

Грег взглянул на часы. Он виделся с Лаки ровно девятнадцать минут назад, а ему казалось, что прошел не один час. Тут он был над собой не властен. Ему хотелось постоянно быть с ней рядом, а не корпеть над программой путешествия на остров Ниихау, где они ежегодно учитывали тюленей-монахов и делали самцам прививки.

Три недели, истекшие со дня эфира программы «Пропали и разыскиваются», тянулись мучительно долго. Звонки исчислялись сотнями. Можно было подумать, что речь идет не о Лаки, а о самом Элвисе Пресли. Повсюду, от Вермонта до Аризоны, находились люди, утверждавшие, что видели ее. Но все это, слава Всевышнему, оказалось ерундой.

Услышав звонок, он поднял трубку. Неужели опять из банка? Какой-то идиот что-то напутал, и деньги, которые он внес на депозит, не дошли до его счета. Теперь ему грозила опасность потонуть в бесконечных бумагах, так ничего и не доказав.

Звонил Коди.

— Привет, Грег. Как дела?

— Отлично, — ответил он, напрягшись всем телом. Всякий раз, разговаривая с братом, Грег ждал падения ножа гильотины — сообщения, что нашелся человек, который вправе лишить его Лаки. — Есть новости?

— Никаких. ФБР уже проверило все мало-мальски серьезные сообщения и говорит, что теперь, по прошествии трех недель, на успех надеяться трудно. Я сам в растерянности. Я тоже думал, что ее узнают, но, как видишь...

— А твое расследование? Еще не выяснил, кто пытался ее убить?

— Мы как раз этим занимаемся.

Ответ Коди прозвучал сдержанно, и Грег больше не стал задавать вопросов. Он знал, что его брат сотрудничает с ФБР, которое запрещает вдаваться в подробности. Прижав трубку к уху плечом, он потянулся за почтой и стал ее просматривать.

— Завтра мы отплываем на Ниихау, на лежбище. — Грег отбросил в сторону бумажку. — Пора считать тюленей и делать прививки самцам.

— Прививки?

Грег сообразил, что осуществление этой новой программы началось как раз тогда, когда братья перестали разговаривать.

— Представь себе. Для понижения уровня тестостерона в организме.

— Господи! Только не вздумай приближаться ко мне с такой гадостью! Зачем это?

Грег подумал, что, судя по тому, как Коди обращается с Лаки, ему уже вкатили дюжину доз.

— Дело в том, что самок этого вида осталось совсем немного. Только сегодня акула сожрала еще одну. Во время течки самцы устраивают групповое изнасилование: самок на всех не хватает. В результате кого-то задавливают насмерть, кого-то сильно ранят. Бедняжки так или иначе умирают, поголовье самок сокращается еще больше, и в следующий сезон последствия группового изнасилования только усугубляются. Снижая у самцов уровень тестоЬтерона, мы делаем их менее агрессивными и тем самым повышаем выживаемость самок.

— Почему же эти молодцы такие необузданные?

— Дело в инстинкте выживания. Если бы самок было больше, тюлени-монахи держали бы себя в узде, атак...

— Ты там поосторожнее! Кажется, один такой самец весит не меньше четверти тонны.

— Это верно, к тому же они иногда проявляют дурной нрав.

Он добавил к стопке неоплаченных счетов счет за козье молоко для Абби. Следующий чек вызвал у него недоумение. Грег надорвал конверт, слушая вполуха рассказ Коди о последнем футбольном матче сыновей.

— Черт!

— Что случилось?

— Ты не поверишь, Коли! У меня собираются изъять машину! Совсем свихнулись! Я все вовремя оплатил, у меня и квитанция осталась...

— Бывает. Я постоянно получаю угрожающие напоминания, хотя давно внес платежи. — Коди засмеялся. — Поделом мне! С бухгалтерией у меня вечный кавардак.

— Нет, они меня доведут! Черт знает что! Мой банковский счет якобы перерасходован. Я точно знаю, что на нем еще уйма денег! Поразительно, что оба уведомления пришли сегодня утром.

Немного помолчав, Коди буркнул:

— Наверное, это просто совпадение. Слушай, мне пора. Когда вернешься с Ниихау, позвони.

— Ладно. Я твой должник.

«Я твой должник»... По пути в ресторан «Мама Фиш-хауз», где у него была назначена встреча со Скоттом Хелмером, Коди беспрерывно улыбался. Он был счастлив, что восстановил отношения с Грегом. Жаль только, что нельзя обсудить с ним это дело. Коди чувствовал, что из последних сил соблюдает мораторий на разглашение сведений.

Заметив «Тойоту», арендованную Хелмером, Коди понял, что агент ждет его внизу, у скал. Ветер здесь почти всегда дул вдоль берега, и это делало уютную бухту излюбленным местом виндсерфингистов. Над пенистыми волнами летали, как ласточки, разноцветные доски с прозрачными парусами, развлекая туристов, подкрепляющихся за ресторанными столиками.

— Того и гляди кто-нибудь сломает себе шею! — проворчал Коди и присел на камень рядом с агентом, обратив в бегство блаженствовавшего там краба.

— Бесстрашные ребята! — Хелмер поднял солнечные очки на лоб. — Послушай, кто навел тебя на психиатра, которая проводила с Лаки сене гипноза?

— Один знакомый из медицинского университета в Гонолулу. Он ввел запрос в Интернет, и доктор Форенски сама мне позвонила. А что?

— Она побывала в твоем кабинете? Коли сразу сообразил, куда клонит панк.

— Неужели это она поставила «жучок»?

— Она. Наши ребята неплохо поработали и все-таки вычислили ее. Устроилась жить неподалеку от вашего офиса и записывает себе все разговоры!

Коди встал и подошел к воде.

— Я помню, когда она прилетела на Мауи, ее встретил в аэропорту один из моих подчиненных. Мы договаривались, что он сразу отвезет ее в клинику. Но Форенски упросила, чтобы он сначала завез ее ко мне: сказала, что ее интересует мое впечатление от Лаки. Мне бы почуять неладное, но у нее такие безупречные рекомендации... И вообще, милейшая пожилая леди! Мне и в голову не пришло...

— Рекомендации подлинные. Она действительно первоклассный психотерапевт из Гонолулу. Ее просто наняли. Платят огромные деньги, чтобы она здесь торчала.

— Кто платит?

Коди резко повернулся к нему, вне себя от волнения. Неужели они нащупали ниточку?

— Доктор Форенски сама этого не знает. Сначала она согласилась проверить Лаки, как делает это обычно, и только потом ей позвонили и посулили такие деньжищи, что отказаться было невозможно. Вопрос в другом: как они на нее вышли?

— Компьютер! Они отслеживают все сети... — В следующую секунду его осенило: — А теперь этим же способом донимают моего брата!

— То есть как?

Глядя на серебряный череп с костями в ухе Скотта, Коди изложил свою догадку. Закончив, он увидел в глазах вредного панка искреннее восхищение.

— Наверное, ты прав. Я поручу нашим экспертам разобраться. Держу пари, это напрямую связано с липовыми карточками! Кто-то научился взламывать банковскую систему компьютерной безопасности. Теперь понятно, каким образом они получают необходимую информацию и почему всякий раз успевают скрыться, прежде чем их сцапают.

— А Трейлор? Есть что-нибудь на него? Мне все равно кажется, что он как-то с этим связан.

— Пока непохоже. Впечатление такое, что он понемногу приторговывает «мауи вауи» — только и всего.

Видимо, торговля марихуаной не занимала первого места в списке фэбээровских приоритетов. Коди не осуждал агента: его служба тоже испытывала нехватку средств. Кроме того, основными поставщиками наркотиков традиционно считались Мексика и Южная Америка, а вовсе не Гавайи. Но Коди, в отличие от Хелме-ра, касалось все, что происходит на острове. Это был его остров, здесь жила его семья! Он давно дал себе слово, что доберется до Трейлера.

— Может быть, сказать Лаки, что ее пытались убить тем же способом, что и Тельму Оверхолт? У нее есть право знать, что на нее покушался тот же, кто убил туристку.

— Ни в коем случае! Мы вот-вот раскроем дело. Смотри не испорти нам всю игру!

Коди вздохнул. С каждым днем ему становилось все труднее скрывать такие важные сведения от Лаки. И от Грега — тоже.

Проработав в кабинете несколько часов кряду, Грег спустился к бассейну, чтобы повидать Лаки. В последнее время его постоянная тревога за нее почему-то усилилась. Он то и дело пытался представить себе, что с ней происходило перед тем, как ее засунули в багажник машины. «Я постараюсь, чтобы ты меня полюбил»... Очевидно, ее переполняло отчаяние, и она была готова предпринять что угодно, лишь бы спастись.

Что еще они с ней вытворяли?!

Грега переполняло желание отомстить за нее. Он опасался, что если узнает, что заставил ее страдать, то не сдержится и отправит мерзавца на тот свет. А вот сама Лаки как будто смирилась со своей участью. Если она и планировала месть, то ловко это скрывала. Все ее силы были направлены на созидание новой жизни. Грег не переставал восхищаться ее отвагой и силой духа. Рядом с ней все женщины, каких ему только приходилось знать, отступали в тень. — Ты должен это увидеть, аикане!

Откликнувшись на радостный призыв Номо, Грег обогнул олеандровую изгородь.

— Только посмотри на нее! — сказал Номо, указывая на Лаки.

— Хеле, хеле! — звала Лаки по-гавайски Абби. — Все хорошо, лапочка! Иди сюда. Хеле!

Сама она плавала в бассейне, а тюлененок мешкал

на пологом спуске: вода явно его отпугивала. До сих пор Абби содержали в специальном аквариуме для новорожденных. Сегодня ее впервые должны были выпустить в открытый бассейн.

Мокрые волосы Лаки убрала назад, что делало ее зеленые глаза еще крупнее. Грега привлекало в ней буквально все — от шрамов на ступнях до выбритого квадратика на затылке. Но если раньше его пленяло только ее тело, то теперь это влечение обрело новую, облагораживающую глубину.

Лаки помахала ему рукой и крикнула:

— Доджер, покажи Лаки, что надо делать! Доджер толкнул робкое создание носом и попятился к воде. Абби неуверенно поползла за ним. Пес погрузился в воду и поплыл, умудряясь совершенно не брызгаться. Тюлененок плюхнулся в бассейн и отчаянно заработал ластами, вытаращив от страха глазенки. Номо покачал головой.

— Вот что происходит», когда тюлень не знает, что он тюлень. Абби привязалась к Лаки и Доджеру и никогда не видела других тюленей. Вот они и пытаются приучить ее к природной среде собственным примером.

— Поно! — крикнула Лаки. — Смотри! Теперь она плыла рядом с Абби, мастерски изображая тюленя. Зрелище было смешным до слез. Грег не видел таких комических сцен с самого детства, когда урывками смотрел телевизор, пользуясь отсутствием тети Сис. Но смех смехом, а в данном случае комедия приносила плоды прямо на глазах. Малышка Абби набралась храбрости и уже болталась на воде, как мохнатая пробка, шлепая ластами и брызгаясь во все стороны. Вокруг нее гордо плавал Доджер.

Внезапно Абби, словно опомнившись, перестала без толку плескаться и заскользила по бассейну, словно для этого ей не требовалось никаких усилий.

— Аками оэ, — сказала Лаки тюлененку. Грег покосился на Номо.

— Я догадываюсь, что ты учишь Лаки гавайскому с дальним прицелом.

Номо пожал плечами и улыбнулся еще шире обычного.

— Что ж, ей действительно хочется жить здесь. А раз так, вовсе ни к чему, чтобы ее принимали за туристку.

Грег проследил взглядом, как грациозная троица, достигнув глубокой части бассейна, повернула назад. Лаки плыла безупречным брассом и совсем не брызгалась, чтобы не напугать воспитанницу.

— Из нее получилась бы отличная мать, — заметил Номо.

Грег промолчал, не желая признавать, что Номо прочитал его мысли.