На фото ты пропит уже насквозь, Истерзан и разбит, и склеен страстью, Твой памятник хранит былую злость, Хоть и завален весь могильною напастью… Застыли кучкой древние венки, От собутыльников гора пустых бутылок Напоминают очень жаркие деньки И на скамейке очень старенький обмылок… Как будто кто-то мыть тебя пришел Или устроить в одночасье баню, Но памятник твой грязен, как и стол, Заваленный какой-то гнусной дрянью… Неужто яйца сотни прошлых пасх, Перегнив, лежат здесь тягостным отребьем, Разложившейся тоской безумных дрязг, Укрытых с ветром тишиной забвенья… Я бы тебя, возможно, помянул, Но прежде я не знал тебя в лицо, К тому же жизней наших полетевший гул Превращается в пасхальное яйцо…