Благодарность графа Биртса, отца Владлена не знала границ. После пышного приема и великолепного обеда, он старался ловить все желания Майры и никак не мог смириться с тем, что никакой награды за спасение его сына, кроме слов его благодарности, девушке не нужно. Но Майра, все же, твердо настояла на том, чтобы он отложил выражение своей признательности на будущее. А сейчас пусть просто по–дружески относится к ней, как к своему товарищу, воину и светской даме, если ему удастся это совместить. Майра жила в замке уже неделю и ей тут очень нравилось. Все же есть свое очарование в пограничье. Столичная жизнь суетлива и лицемерна, а тут люди проще и честнее.

На утреннюю тренировку Рыси, отец с сыном приходили как на театральное представление. Они садились на пригорке и внимательно смотрели, пытаясь понять ее движения, конечно же, безуспешно.

— Все никак не пойму, Пресветлая, как Вам удается так манипулировать своими кнутами и откуда они вообще берутся у Вас в руках? — спросил как‑то раз граф после тренировки — ведь до начала тренировки их не было.

— Вы правы граф, их у меня нет, они появляются в руках по мере необходимости, по моему мысленному желанию, из Браслетов у меня на запястьях — объяснила Майра, и тут же, замедленно продемонстрировала, как из браслета вытягивается рукоятка в руку, а из нее вырастает тонкий, блестящий кнут.

— Кнутом можно управлять мысленно, в определенных пределах, конечно, корректировать его изгибы и движения. Именно поэтому мне удается так ловко и быстро попадать им туда, куда я пожелаю. Если я употребляю кнут для связывания врага, то он, так же по мысленному приказу, отцепляется от рукоятки, а из нее вырастает новый. Это одно из магических умений, присущее только Рысям. Но иногда требуется более привычное для Вас оружие, такое как шпага или кинжал. Их тоже дает браслет, как и метательные ножи, стрелки, шарики, сюрикены и все, что может понадобиться в бою. Кроме того, Браслет отлично защищает руку и может вырастить щит, или латы, да хоть весь костюм. Я однажды даже кости переломанные им скрепила.

— О, так Вы и шпагой владеете — оживился граф — не согласитесь ли провести со мной тренировочный бой, было бы очень интересно.

— Я согласна, но давайте проведем этот бой без свидетелей и без обид, потому что ничего интересного, поверьте, не будет — сказала Майра — и дело даже не в том какой Вы фехтовальщик. Впрочем, я согласна, пройдемте в Ваш фехтовальный зал.

Очень не хотелось огорчать графа, но он не тот человек, с которым можно играть в поддавки. Поэтому, как только граф давал сигнал к началу, Майра, прежде чем он успевал произвести хоть какие‑то манипуляции со шпагой, оказывалась вплотную перед ним, а ее шпага, кинжал, булавка, или даже ноготь, острием упиралась ему в горло. Другая рука, браслетом, захватывала и блокировала шпагу графа.

— Действительно, ничего интересного — огорчился граф, после того как все это произошло несколько раз подряд — как Вам это удается? Я даже понять ничего не успеваю.

— Поверьте, дорогой граф, дело вовсе не в Вас, и не в Вашей технике фехтования. Дело в реакции Рыси, которая превосходит обычную во много раз. А еще в координации движений и глазомере, которые так же не сравнимы с обычными. Скатайте шарик из бумаги и подбросьте его. Видите, я наколола шарик на шпагу, пока он летел, это и есть координация Рыси. Во время обучения в клане, я как дротик метала портновскую иголку, в летающих комаров и мух. У Вас больше поводов гордится, потому что Ваши умения, результат упорного труда, а мне мои, достались даром, как врожденные способности. Но мы договаривались, без обид и огорчений.

— Да, я помню — ответил граф — просто не видел никогда ничего подобного. И не поверил бы, если бы сам не увидел. Теперь я начинаю понимать, что все то, о чем мне рассказывал сын, чистая правда, хотя первое время мне казалось, что он преувеличивает.

— Вы очень предусмотрительны и тактичны, когда потребовали провести наш, так называемый «бой», без лишних глаз, поверьте, я это оценил — поблагодарил граф девушку — Насколько я понял, Вы это сделали специально, чтобы не уронить мой авторитет хозяина дома и первого воина пограничья.

— Да, Вы совершенно правильно поняли мои намерения. В программу обучения Рысей входит дипломатия, психология и умение просчитывать, как отразятся на будущем слова и дела. Именно поэтому я и настояла, чтобы на наших прогулках по окрестностям присутствовала ее светлость графиня и Владлен. Я должна видеть, по ауре графини, что никаких мук ревности у нее нет.

— Своим навыкам фехтования, как Вы уже поняли, я обучить не могу, а вот проанализировать техники фехтования и указать Вам на ошибки, могу. Поверьте, в Императорской Гвардии, очень ценят подобные уроки.

— О! Было бы очень полезно. Я бы попросил Вас не только мне, но и моим людям, если конечно, моя просьба не покажется нетактичной.

— Ну что Вы. Это даже моя обязанность как Пресветлой, обучать солдат и офицеров Империи. Я сама настаиваю на этом. При одном условии, с Вами я занимаюсь отдельно от Ваших подчиненных, но в присутствии графини, Владлену, конечно, тоже можно присоединиться.

Все время, которое Майра провела в замке, они с графом, графиней и Владленом, бродили по окрестным лесам и строили предположения о мотивах поступка хана. По мнению графа, хан что‑то задумал и удалил из дворца всех, кто мог понять кое‑что из его планов. С младенчества, хана воспитывали в убеждении, что Империя его главный враг. Традиции такого воспитания шли со времен, наверное, даже до Перелома. Империя гораздо сильнее и ханства, и каганатов экономически и в военном отношении, но все меняется. Возможно, появился какой‑то новый фактор, который, как надеется хан, изменил соотношение сил в его пользу. Именно поэтому и понадобилось, невзирая ни на какие затраты, удалить из дворца гражданина Империи, тем более, что это была Рысь. Что это за новый фактор пока можно только гадать. Возможно какая‑то новая магия, или боевые артефакты Древних. А может быть, хан договорился и о помощи с моря. Нельзя пренебрегать силой пиратского флота западных морей, капитаны которого давно прицениваются к богатым городам Империи, да не решаются сами на вылазку. А если они с ханом договорятся о совместном ударе на суше и с моря по Столице, Империи придется очень тяжело. И этот неизвестный нам фактор, появился у хана уже после того как он заключил контракт с Рысями, но перед тем как Майра появилась в Хаиифе. Просто отказываться от уже оплаченных услуг Рыси никто не стал бы, все наниматели очень внимательно следили за кланом, надеясь перенять что‑нибудь из боевого и магического искусства Рысей. И хан, понимал, что если он не будет это делать, то возникнут подозрения. Ликвидировать Рысь еще дороже, не он сам, так начальник его охраны это понимал. Потому и потребовался весь этот спектакль, чтобы никто ничего не заподозрил. И ведь спектакль почти удался, если бы Майра не встретила Владлена по пути домой.

С первых дней прибытия Майры в замок, граф развернул бурную деятельность по активизации шпионской сети Империи в ханстве. Внешне, все было спокойно, но внутри пограничья все бурлило как никогда. Под разными предлогами, замок графа посетили практически все члены совета обороны пограничья, отправили гонца к Императору с подробным изложением приключений Майра в ханстве и просьбой обсудить ситуацию в совете обороны Империи. С этим же гонцом, Майра передала и магически запечатанную записку в клан Рысей. Со дня на день ждали возвращения гонца от Императора и вестей из клана, обсуждая ситуацию и кое какие донесения от шпионов из ханства. Собственно, потому Майра и задержалась в замке графа, что первые же вести из ханства бы весьма тревожны.

Во–первых, купцам из Империи, под разными, вполне невинными предлогами, закрыли доступ в некоторые города ханства, куда раньше они проходили даже без досмотра. Причем, охрана этих городов была настолько усилена, что никому, не удалось, даже приблизится к ним. Маги осматривали ауру каждого входящего, а патрули поворачивали непрошеных гостей еще на первых подступах.

Во–вторых, посольству Империи отказывали во встречах с теми чиновниками ханства, которые отвечали за экономику и снабжение.

Кроме того, из посольства Империи в ханстве, был удален Ильф, официально являющийся там сотрудником. Его явно спровоцировали на мелкое нарушение дворцового этикета и это явилось поводом его выдворения их из ханства в течение суток. Он, под конвоем, был препровожден до самой границы Империи. Откуда мага проводили к замку.

Майра и граф подробно обсудили с ним ситуацию в ханстве. Совершенно понятно, что хан под разными предлогами удаляет тех, что в состоянии понять изменения в магии, экономике, военном деле. Очень заинтересовала так же Майру и графа, встреча этого Ильфа с делегацией с островов, когда его сопровождали к границе Империи. Столько островитян сразу, на суше, пожалуй, никто из имперцев не видел. Целая вереница экипажей с разряженными как попугаи пиратскими капитанами, которых ни с кем не перепутаешь. Они выглядели в точности так же, как на картинке в университетском учебнике по географии.

А на следующее утро, Майру разбудила раньше обычного ее подъема, прибывшая в замок Тина. Сразу по прибытии, она прошла в комнату к Майре.

— Я только что с заседания Совета Обороны Империи — сказала глава клана, вместо приветствия.

Редкое зрелище, император Карлос 1, спешащий поприветствовать посетителя. Обычно бывает наоборот. Охрана и придворные с изумлением провожали взглядом первого человека Империи, который, не заботясь об этикете, бежал по коридорам дворца.

— Простите, что заставил Вас дожидаться, дорогой учитель, но Вы не дали знать заранее, что хотите встретиться. Меня долго не могли найти, потому что я, вместе с Верховным магистром Хромом, осматривал южный форт порта Столицы. Может быть, пройдем в мой кабинет — Предложил Император.

Пожилой человек, благообразной внешности, которого так тепло принимал во дворце император, был ректором столичного Университета, его сиятельство, герцог Диомед, собственный персоной. Гость, столь редкий в стенах дворца, что большинство слуг и стражников даже не видели его ни разу, за все время их службы при дворце. А между тем, он был в списке самых значительных лиц Империи, имеющих право на аудиенцию Императора без предварительной записи. Трудно представить, что могло почтенного ученого, целиком поглощенного наукой и делами Университета, бросить все и явится во дворец, требуя срочной встречи со своим бывшим учеником, а ныне императором.

— Я прошу выслушать меня, — начал пожилой профессор — лучше, давайте пройдем во внутренний парк дворца, если он еще существует. Последний раз я был тут лет сорок назад, во время коронации.

— Как пожелаете, учитель. Я бы хотел видеть Вас как можно чаще, но увлечения науками и делами Университета, представляют для Вас ценность, гораздо большую, чем прогулки во дворец.

Император дал условный знак молодому человеку из дворцовой прислуги чтобы, пока они идут в парк, там накрыли столик с легкими закусками.

— Мне передали, что дело, которое Вы хотите обсудить со мной крайне срочное и важное. Я весь во внимании и постараюсь сделать все необходимое. Дела Университета имеют приоритетное значение для Империи.

— В данном случае, я бы хотел переговорить не о делах Университета. С Университетом все в порядке, лишнего мы не просим, а должное, поступает к нам без нареканий и хлопот. Я поспешил во дворец обеспокоенный скорее делами Империи. Странные события происходят в последние месяцы. Вот, потрудитесь прочесть это послание хана, на мое имя — ученый, достал конверт и подал его Карлосу.

Император пробежал глазами письмо, в котором первый визирь хана нижайше просил, срочно подготовить для хана, большую группу магов–духа и магов–инженеров на крайне выгодных для Университета условиях. Ниже, в приписке, говорилось, что в случае согласия Университета, хлопоты ректора так же будут достойно оценены.

— А что Вас смущает, дорогой учитель — спросил Император, после некоторого раздумья — то, что ханство предлагает Вам взятку, так на это не смотрите. Традиции южан, Вы же это знаете лучше меня.

— Я вовсе не об этом, как Вы не понимаете — совсем не по этикету ответил пожилой профессор.

— Поразмыслите, над самой просьбой, Вы же некогда, в студентах, удивляли меня своими аналитическими способностями. Или светская жизнь их притупляет? — ехидно заключил профессор.

Карлос, скрывая улыбку и вздох, изобразил глубокую задумчивость на лице, честно пытаясь сообразить, что все же привело старого ученого во дворец, впервые за, почти полвека. На вопиющее нарушение этикета он не обратил ни малейшего внимания, Диомеду, на правах учителя и знаменитого ученого было позволено многое, вернее почти все, даже относительно первого лица Империи.

— Учитель, Вы думаете, ханство готовится к войне?

— Не просто к войне, дорогой ученик — смягчился ученый — а к войне с Империей.

Далее, ученый рассказал о своих выводах из письма визиря и проекта учебной программы, которая так же была приложена к нему. Выводы, оказались столь примечательны, что Император отдал приказ, срочно собрать Совет Обороны Империи, в малом зале совещаний дворца.

— Господа, — начал император совещание — я собрал вас для того, чтобы вы послушали выводы, к которым пришел, всеми нами уважаемый профессор Диомид. После предварительного разговора с ним, я нашел все сказанное им столь важным, что решил срочно созвать Совет Обороны Империи. Давайте вместе послушаем профессора.

Из письма ректору, после некоторых данных им пояснений, всем присутствующим стало понятно, что в ханстве действительно появилось нечто новое. Причем новое это, касалось именно магии, которая даже в Империи у военных играла лишь вспомогательную роль.

Военные всегда мечтали поставить себе на службу магию. Не так как она уже давно стояла, а полноценно, сделать ее доминантой во всех силовых конфликтах. Мечта, иррациональная, ничем не обоснованная, но упорно пробивающая себе дорогу в умах военных, вот уже тысячу лет.

Действительно, ведь так заманчиво, легким движение бровей сжечь неприятельский полк, например. У ведущего военного мага Империи, господина Макунина, как‑то раз во время семинара со студентами, состоялся любопытный диалог, который вошел, затем, во многие учебники по применению магии в военном деле.

— Господин магистр, почему так мало применяют энергетическую магию во время сражений? — спросили студенты.

— Как думаете, велик ущерб врагам, если плеснуть на них ведро кипятку? — задал магистр встречный вопрос.

— Не очень. Максимум одного–двух обожжешь — после некоторого раздумья ответила группа.

— А сколько раз нужно ударить мечом по воде в том ведре, чтобы она нагрелась до кипения? — продолжил Макунил.

— Трудно сказать, но очень много — ответили студенты, все еще не понимая, куда клонит магистр.

— А теперь сравните, военную эффективность траты энергии на разогревание воды для обваривания кипятком врагов, с эффективностью ее траты на взмахи мечом, при ударах по тем же врагам. Закон сохранения энергии никто не отменял. Вы можете потратить свою энергию на нагревание, неважно чего, а можете на махание мечом и посчитайте поверженных врагов в том и другом случае — завершил объяснение магистр.

Верховный магистр не уставал то же самое объяснять и военным, впрочем, безуспешно. «Мысль не отягощенная знанием, может взлететь на любую высоту$1 — любил он повторять.

Своим студентам магистр объяснял, что главная задача боевого мага, беречь силы, для действительно важного дела, способного преломить сражение. Поджигать можно только то, что горит само, а потому всякие мечты о том, чтобы зажарить противника, нужно выбросить из головы.

Затем маги поняли, как можно применять магические артефакты, кристаллы с особыми свойствами, которые накапливали в себе большой запас энергии от стационарного поля, или манны. Их применение сильно повысило роль боевой магии. Наконец в сражениях стало возможным наблюдать, например вспыхнувшего вождя орков, который в панике убегал обратно в степь и уводил за собой свое племя, фактически проигрывая сражение. Но даже с магическим артефактом, дело ограничивалось одним–двумя применениями боевой магии за все сражение. А учитывая баснословную стоимость артефактов, становилось понятно, что за боевой магией по–прежнему нет будущего.

Сто лет назад, племена Горгого клана нордов, на правах автономии, вошли в состав Империи. Вскоре, с областями нордов, наладился оживленный товарообмен. Огромным успехом, пользовались, так называемые, горные комбинезоны нордов, которые по всем параметрам превосходили стандартные доспехи, даже изготовленные в подгорных мастерских Гиномов. Но стоимость таких доспехов была весьма высока, хотя и несоизмеримо ниже кристаллов накопителей энергии. Жаль, что производить их было возможно лишь в метах высокой концентрации стационарного поля, далеко в горах на территории Горного клана нордов. За почти сто лет, все элитные части армии Империи перешли на такие комбинезоны, вместо традиционных доспехов. Таким образом, военные все же поставили магию в строй, хотя и не совсем в том аспекте, который они предполагали вначале.

В учебники вошел странный случай, который подробно описал капитан Императорской Гвардии, знаменитый в свое время Ван Дрик, о применении неизвестной магии для разрушения целой крепости. Впоследствии, из «Древнего знания», стало понятно, что эта магия разрушения материалов не имеет отношения к боевой магии, но от этого она не стала менее опасной. Но случай этот, так и остался единичным.

То, что магия может служить очень грозным оружием, понятно из системы защиты города Древних, который норды назвали «Город Призраков», там действительно применяется, и по сей день, именно оружие Древних. К сожалению, за сто лет его изучения, маги Империи не продвинулись ни на шаг в этом направлении.

— Из анализа той учебной программы, по которой маги ханства просят подготовить им специалистов, становится понятно, что речь идет скорее всего о том применении магии, которое описал в свое время Ван Дрик. До сих пор именно несокрушимость Кольца Столицы поддерживала уверенность ее жителей в своей безопасности. Если же у хана появится способ разрушать Кольцо, хотя бы на малом участке, то последствия штурма Столицы нетрудно себе представить. Армия ханства превосходит численностью армию Империи в десятки раз.

— Итак, господа, позвольте мне зачитать Вам еще два письма — взяла слово Пресветлая Тина на правах председателя Совета Обороны Империи. — Одно от графа Биртса, хорошо всем известного в пограничных, с ханством, районов Империи, а другое от моей подчиненной Пресветлой Майры, которая только что вернулась из ханства и сейчас ожидает нашего ответа в замке графа.

Два последних письма, в дополнении к тому обзору, который сделал ректор Университета, окончательно разъяснили собравшимся, что счет времени пошел уже на недели, если не на дни.

Глава 4. Поиски мага.

Тина прибыла в пограничье не одна. Спустя несколько дней, к ней присоединились Фаина, Нивея и Кайса, а с ними, Вильям и Гетрус. Вильям настоял на том, чтобы быть вместе с Нивеей, указом императора он был освобожден от службы в Висейске. Бургомистру города все объяснил сам император так, чтобы тот не смог не понять необходимости этой отставки. Его величество, пообещал лично заняться поиском достойной кандидатуры на вакансию в сыскном департаменте Весейска.

В клане Рысей было объявлено военное положение. На вопрос императора — «почему так рано, ведь ни о каком вторжении еще и речь не идет?$1 — Тина резонно ответила, что когда в Империю войдет миллионная армия, одиночкам, даже таким как Рыси, уже нечего будет делать в столь массовом противостоянии.

Пока хан не сделан ни одного шага, который бы однозначно показал, что ханство готовится к войне с Империей. Значит, если придумать некий ход, который остудит его пыл, до того как глашатаи на площадях объявят о войне, то хан может сдать назад без потери лица. После официального объявления войны, такой мягкий выход, станет для владыки юга невозможным.

Кайсой с Майрой тут же предложили «нестандартное» с их точки зрения решение, взять хана в заложники и потребовать мира.

— Мы втроем это сделаем — горячилась Майра — но можно и вшестером, для верности.

— Вот потому и не слушают вас двоих ни на каких обсуждениях, ни в каких Советах — со вздохом сказала Тина. — Вам двоим, еще лет двадцать учиться нужно. Учиться думать, а не махать кнутами. Это вы, в совершенстве умеете.

— Ну почему, Тина — обиженным тоном произнесла Кайса. — Хан там самый главный, вся страна живет ради него. Они на все пойдут.

— Ладно, слушайте, коли в Университете недоучились — с видом человека, которого судьба заставляет заниматься нудным и неблагодарным делом, продолжила Тина. — Может быть, быстрее, чем через двадцать лет поймете.

— У Империи с ханством, сейчас какие отношения? Я имею ввиду, официально.

— Мир и дружба — усмехнувшись, ответил граф Биртса вместо девушек.

— Вот именно! — подтвердила Тина. — А если вы ворветесь в ханский дворец, перебьете там всю охрану, в чем у меня нет сомнений, и возьмете хана в заложники, как это будет выглядеть?

— Как неспровоцированный акт агрессии в отношении главы дружественной Империи державы — снова, вместо девушек, ответил граф.

— Но есть и еще один аспект — продолжала Тина. — У хана, во дворце, почти тысяча человек его личной охраны, воспитанной с детских лет так, чтобы погибнуть за своего властелина. Вы готовы пролить реку крови такой глубины и ширины? А пролить ее придется, потому что всех не повяжете.

Девушки молчали, обдумывая услышанное от старшей подруги и командира, а Тина продолжила.

— Следующий аспект в том, что в ханстве, как и в любом другом государстве, полно интриг. Желающих поскорее сесть на трон наберется достаточно, как из законных наследников хана, так и из тех, кто пока не мечтает об этом, но с радостью воспользуется ситуацией, которую вы создадите.

— Далее. С ханом, который уже десятки лет занимает свой трон, мы знаем, как разговаривать, знаем, что от него ожидать, а вот с новым, понятия не имеем.

— Почему с новым? — недоуменно спросила Майра — Мы же не станем его убивать.

— Да это сделают вместо вас, а свалят на вас. Это и станет замечательным поводом к войне для того, кто займет ханский трон. Сейчас хан мучительно изобретает повод для войны, а в руки его приемника вы вложите готовый — пояснила Тина. — И подарите гораздо лучший повод, чем он сам изобретет.

— И все, хватит об этом. На досуге сами подумайте, о чем я вам сейчас говорила. А пока что, ваше предложение прояснило лишь ваш возраст и политический опыт. Давайте лучше послушаем Гетруса. Как мне написала Илика, он кое‑что обнаружил.

Илика, действительно имела разговор с Гетрусом сразу после заседания Совета Обороны. Они с Ваном принимали его у себя в доме в городе Призраков, по просьбе, переданной им через вездесущую Анну. Чрезвычайно удобный способ пригласить в гости или напросится в них. К сожалению, способ этот годился только в пределах города.

— Слушаем тебя Гетрус, только без вступлений, сразу к делу — попросила Илика. — Кстати, возьми свой артефакт в диагностическом центре, он снова заработал, оказывается, мы могли их сколько угодно попросить там, просто не знали о существовании подобных устройств. Но советую взять немного другой конструкции, который как браслет одевается на руку. Транслирует слова сразу в мозг, ты их как бы слышишь, и работает постоянно. Твой был старого образца, как нам объяснил диагностический центр города.

— Спасибо Пресветлая, все не могу привыкнуть к чудесам этого города.

— Был у меня когда‑то Мируме один случай, сразу вспомнил, как только услышал рассказ Тины о теме заседания Совета Обороны — перешел к делу Гетрус.

За тринадцать лет жизни в Мируме, Гетрус достиг весьма заметного положения в городе. Он вошел в правление и в его торговый Совет Митрума. Провел множество реформ направленных в первую очередь на некоторую декриминализацию деятельности рынка и порта Мирума. Ему удалось убедить правление города, что от совсем уже нецивилизованных методах ведения дел выгоднее отказаться. Работорговля не прекратилась, но если стражники Империи требовали вернуть похищенных граждан Империи, то власти Мирума, теперь шли им в этом навстречу и выдавали подозреваемого, хотя и не проводили расследования сами. Естественно, потребовался некий контроль и досмотр прибывающих грузов, особенно тех, которые представляли опасность для города.

Пришел как‑то к Гетрусу капитан, который очень хотел подружиться с ним. Он был в весьма преклонных годах, не очень здоров и хотел осесть на земле, но сам этого сделать не мог. Не было ни связей, ни достаточных для этого денег. Вот он и стремился стать полезным тому, что поспособствует. Вот этот капитан и рассказал Гетрусу о молодом маге, который хвастался, что сумел разобраться в магии Древних, не во всей конечно, а в той, что разрушает камень. И, якобы, даже проверил ее в деле. Нанял арбалетчика, чтобы тот стрельнул в имперскую крепость. Тот и стрельнул, а крепость возьми да и рассыпься за несколько минут. И якобы тот капитан сам возил его в Островную Державу, на самый дальний ее остров, который толком ей и не принадлежит. Оттуда тот маг и привез некий артефакт, которым развалил имперскую крепость. Гетрус оценил рассказ капитана, пристроил его в портовую службу Миртупа, контролировать и досматривать товары, с условием взятки брать в меру и не воровать. То есть, воровать тоже в меру.

— Когда, говоришь, дело было? — Ван Дрик невольно подался к Гетрусу.

— Я встречался с тем капитаном ровно семьдесят шесть лет назад, а он возил мага на острова, еще лет за двадцать пять до этого.

— Сходится — подтвердил Ван Дрик, произведя в уме какие‑то расчеты. — Помнишь Илика, я тебе рассказывал об этом случае.

— Ну а как узнать, куда он плавал с ним? — спросила Илика. — Его уж и на свете нет давно наверно, капитана того.

— Его нет на свете, это верно, но я не поленился и очень подробно расспросил о том, куда он тогда ходил и даже на карту нанес. Карта, правда, в Мируме осталась, я же не знал, что она мне понадобится здесь.

— Ну что, это уже похоже на ниточку давайте к Тине, а потом на корабль — распорядилась Илика.

Подробный план разработали в столичной резиденции клана. Тина сама распределила роли. Она сразу едет к Майре в пограничье, и на месте смотрит, что там они разведали с графом Биртсом. Остальные, под руководством Илики и Ван Дрика идут на судне в Мирум и разбираются там, куда плыть дальше. Фаина, Нивея и Кайсой отправляются из Мирума к Тине, а с ними Вильям, возможно в пограничье пригодятся его таланты сыщика. В Мируме, Гетрус напрягает все свои старые связи и выясняет, что за маг мог в последнее время сблизиться с ханом. В императорском дворце остается одна Алия, как телохранитель.

— Забирайте всех остальных девушек с собой — распорядилась Тина. Никто не знает, что встретится на островах.

— А Гетрус? — спросил Ван Дрик.

— Мы же пока не знаем, что он выяснит в Мируме, возможно там и придется оставить, пусть продолжает узнавать все об этом маге. Маг этот примерно ровесник Вану, возможно Хрому. Вполне деловой возраст для мага, для мага конечно. Может быть, Хром его знает, или кто из остальных магов старшего поколения, Макунин например.

— Хорошо, тогда мы идем на корабль — Илика встала и пошла, увлекла за собой остальных.

»Тайфун» еще с набережной имел вид новой игрушки. Капитан и команда никогда и не мечтали иметь столь выдающийся корабль, теперь ухаживали за ним как за младенцем. Тина договорилась о его срочном ремонте на верфи, того самого негоцианта, дочку которого совсем недавно спас клан. Паруса в городе Призраков, так пропитали магией, что они, казалось, светились от нее. И вот, отремонтированный и улучшенный самыми умелыми кораблестроителями Империи был теперь постоянно готов к походу в любую точку мира.

Вначале пришли в Митрум, на этот раз без приключений. Вероятно, слух о том кем захвачен «Тайфун», дошел и до островов, потому что единственное судно, которое они увидели у «Мыса Скелетов» уже почти на горизонте, удирало он них со всей скоростью, которое сумело развить.

Карту Гетрус отыскад довольно быстро, в то время, когда Илика с Ваном, принимали у него в доме делегацию городских властей в составе того самого Совета четырнадцати, который вершил все дела города. Гетрус клялся, что никому не говорил кто его спутники. На что Илика с философским спокойствием ответила — «было бы удивительно, если бы столь ловкие и умелые дипломаты не сопоставили все известные им факты, чтобы придти к правильному выводу». Действительно, уже одно только ходатайство Гетруса в прошлое посещение о многом сказало сильным с этом городе. Несложно было опросить всех знающих людей, перед кем это фактически глава городского Совета так расстилается.

Затем карту отдали капитану, с приказом изучить и найти штурмана по тем местам, если это конечно возможно. Впрочем приказ содержал примечание — «денег не жалеть», которое повышало шансы найти любого штурмана. А Гетрусу дали задание узнать все, что можно о маге, не может быть, чтобы никто ничего не знал о нем из воровской гильдии. Слухи и сведения в которой, порой распространяются куда быстрее чем в иных сообществах.

Первые успехи, появились уже через пять дней. Гетрус узнал, через одного из своих информаторов, что одна служанка из трактира на северной дороге в Империю, хвасталась, что скоро переедет жить во дворец, потому что ее пожилой любовник, недавно стал самым главным магом хана.

— А если ее выкрасть из трактира, да подменить одной из наших? Или просто в трактире поселится, посмотреть, кто за ней приедет, или кто к ней ходит? — рассуждала вслух Илика.

— Да все можно устроить — согласился Гетрус. — Давайте посетим вместе Майру с Тиной в замке графа Биртца, он как раз по пути в тот трактир. В Мируме пока делать нечего, я оставил всем людям задания и они свяжутся с нами, если найдут что‑нибудь новое. Да и Шкипер, все еще ищет штурмана на наше плавание.

— Гетрус, не Шкипер, а Вадим, привыкай, не наказывать же тебя за оговорки — строго сказала Илика.

— Простите Пресветлая, больше не повторится. А как Вы так дисциплинировали команду, я глазам не верю?

— Спроси Нивею, она этим занимается.

— Это самое обыкновенное человеческое отношение — вступила в разговор Нивея, услышав свое имя — просто я поняла, в чем отличие моряков со шхуны контрабандистов от обычных моряков, неважно торгового или военного флота.

— В чем?

— В неустроенности их жизни на берегу. Им некуда возвращаться. Вот я и купила им дом, в котором есть и большой сад и каждому по квартире. Договор с ними заключила, на длительный срок, в течение которого они выкупят этот дом. Теперь на берегу им есть куда возвращаться из очередного похода, кроме трактира и борделя. Могут и семью завести и жить по–человечески.

— Ну, может ты и права — с сомнением сказал Гетрус, но спорить не стал.

Через несколько дней, они уже въезжали в замок Биртца, где их ждали Тина с Майрой и почти весь совет обороны пограничья. Илика с Ваном остались в Мируме, налаживать отношения клана с властью города. Да и штурмана, которого найдет капитан, нужно было проверить по ауре, потому что на такой гонорар охотников набежит туча, в надежде, что как‑нибудь да справятся.

— А это не тот трактир, в котором я встретилась с Владленом? — спросила Майра, когда услышала о служанке, что решила перебираться во дворец.

— Тот самый Пресветлая — подтвердил Гетрус, которому уже рассказали историю контракта Майры. — И трактирщик там мой человек. Думаю нужно поспешить и хорошенько его расспросить обо всем. Вот уж кому война ни к чему, это же для него разорение. Он все сделает, чтобы ее не было. Только вот подставлять его не следует. Может быть, я сам с ним поговорю?

— Давай Гетрус — кивнула Тина — Майра и Нивея с тобой и Вильяма захватите, он тоже расспросит и трактирщика и служанку если нужно.

— Нет, Майру служанка и трактирщик уже видели, причем в такой ситуации, что при втором ее посещении ажиотаж среди трактирной прислуги обеспечен — заметил Гертус.

— Ладно, вместо Майры идет Фаина — понимающе кивнула Тина и, видя, что Гетрус что‑то хочет сказать, добавила. — Не нужно ничего объяснять, Фаина ничем не уступит Майре, скорее наоборот, горячности меньше.

У трактирщика округлились глаза, когда он в одном из богачей, которые уже под вечер прибыли в его заведение из Мирума, узнал Гетруса, в сопровождении такой красавицы, которая напомнила недавнюю гостью трактира. Ту, что спасла его заведение, от самой жестокой банды северной дороги.

Так как Гетрус ничем не выдавал своего знакомства с ним, трактирщик тоже решил не особо афишировать свою радость от встречи со старым приятелем. Он как мог нейтрально, но почтительно, поинтересовался, что желают уважаемые гости и поручил их заботам прислуги, которые по отношению хозяина, осознали ранг вновь прибывших в его глазах.

А уже ближе к ночи, спустился в нижнюю комнату с двойной звуконепроницаемой бронированной дверью, где он хранил все бумаги и деньги. Помощнику в зале, он небрежно сказал, что поработает над бухгалтерией, а если кто из солидных, он голосом подчеркнул это определение, гостей будет им интересоваться, то пусть их проведут к нему вниз, он там и поговорит с постояльцами.

Действительно, не прошло и получаса, как дверь в нижнюю комнату открылась, и помощник трактирщика, почтительно пропустил впереди себя двоих мужчин. Хозяин кивнул слуге и тот тихонько закрыл за собой обе двери, оставив своего хозяина наедине с гостями.

— Здравствуй, уважаемый Джалил — сказал Гетрус. — Знакомься, мой новый друг Вильям из Весейска в Империи. Он, не пугайся только, один из лучших сыщиков Империи и к тому же Ильф, так что не хитри с ним. Да и не до хитростей сейчас, дела очень серьезные. Давай максимально правдиво, в твою бухгалтерию никто не собирается лезть.

Вильям утвердительно кивнул, и они втроем сели за стол, который был уже накрыт для гостей предусмотрительным хозяином.