Сидя на полу, я паковала чемоданы. Как это обычно бывает, вещи влезать не хотели, но любая женщина может впихнуть невпихуемое, главное потом шкаф или, в моем случае, сумки не открывать. Дело было сделано, в комнате я оставила только самое необходимое, чтобы прожить в академии, которую покину завтра утром, еще один день. 

Недавно я отправила Яну письмо по магпочте с просьбой приютить на каникулы. Не оставаться же здесь одной. Магпочта представляла собой здание, где специалисты открывали небольшие пространственные порталы, в которые и выбрасывалась посылка или письмо, оказывающиеся в следующее мгновение у адресата. Вернувшись в общежитие, я обнаружила на столе аналогичное письмо, в котором говорилось, что, конечно, приехать я могу, но скорее всего мы так и не увидимся с хозяином дома, так как он будет в очередной командировке. Дальше шли пространственные объяснения и полунамеки, из которых я поняла следующее: поля с зерновыми культурами, являющимися одними из главных продуктов питания илонийцев высохли, и урожая практически не было. В связи с этим предварительные договоры на поставку вступали в силу. Осталось только урегулировать мелкие моменты, и в стране появится импортная продукция.

— О чем грустишь? — прервала мои невеселые думы Элая. Следом за ней в комнату вошли остальные члены нашей банды. — Неужели уезжать не хочешь?

Я пожала плечами и пояснила:

— Мне особо и ехать некуда.

— Как это? — удивленно спросила подруга, садясь на кровать и вопросительно глядя на меня. Парни тоже подобрались поближе, заинтересовавшись новой информацией обо мне.

Особого смысла и дальше скрывать свое происхождение не было. Да и друзьям я доверяла.

— Так получилось, что я попала сюда из другого мира.

Мои слова произвели эффект разорвавшейся бомбы: соседка выпучила глаза и открыла в изумлении рот. Энберг и Ромул от нее не отставали. Целую минуту я наблюдала, как у них в голове ворочаются мысли, но наконец они отошли от шока. Первой прервала затянувшуюся паузу Элая.

— Я, конечно, предполагала, что ты из дикой глуши вылезла, но чтоб из другого мира...

И тут ее прорвало: она выведывала, как я попала на Вестар, сильно ли Земля отличается от этого мира, кем я работала, как жила без магии, был ли у меня муж и как принято у нас выбирать пару. Короче, когда я закончила удовлетворять ее любопытство, то прошло уже часа два, а я вся выдохлась. Хорошо хоть парни практически ничего не спрашивали, а только стояли и слушали. Если бы пришлось отвечать еще и им, то я бы этого не пережила.

— Слушай, — а давай на каникулы ко мне, — внезапно предложил Энберг. — Познакомлю тебя с родителями, покажу окрестные красоты, на лошадях покатаемся, а?

— Предложение, конечно, заманчивое. Но не подумает ли твоя родня, что мы больше, чем друзья? Неудобно мне как-то.

Я в задумчивости прикусила губу: с одной стороны, согласиться очень хотелось, а с другой – были сомнения в радужном приеме. Вдруг они ему невесту присмотрели, а тут я. Маловероятно, но чего только не бывает.

— Тогда ко мне! — воскликнула подруга, подпрыгнув на кровати и захлопав от радости в ладоши. Парни посмотрели на нее удивленно, а я подозрительно, чего это она такая счастливая. Но через минуту мне стало стыдно за свои мысли. У деда Элаи по материнской линии возникли проблемы со здоровьем, и, не зная поправится он или нет, ее мать на время поселилась в родительском доме, а следом, чтобы поддержать ее, отправился и супруг. Таким образом, подруга на все каникулы была предоставлена самой себе, так как братьев и сестер не имела. А тут такой подарок в виде моей скромной персоны, вот и обрадовалась, что будет не одна.

— Значит, решено, улыбнулась я подруге, — едем к тебе.

— Ура, — закричала соседка и полезла обниматься, а я захрипела. Откуда в таком худеньком теле столько силищи?

— Ром, а ты куда на каникулы? — я повернулась к Рыжику, чтобы увидеть смущенную моську друга. 

— Буду Кали со своими родителями знакомить, я их уже предупредил. Думал, что они будут против, все-таки мы не совсем друг другу подходим, но они почему-то очень этому обрадовались. Не тому, что не подходим, а что приеду с девушкой.

Мы понятливо заухмылялись, еще бы они были не рады, но вслух, естественно, ничего не сказали.

Гаврика я решила оставить в общежитии. Выживет как-нибудь, кактус он или нет? Однако, совсем без воды я его не оставила, сходила в город и купила поилку для птиц, из которой вода уходила по мере ее потребления, а заодно отправила еще одно письмо Яну, сообщив в нем, что не приеду.

Объяснив кактусу, куда нужно засовывать корни, если он захочет пить, я подхватила свои вещи, дождалась соседку и, кряхтя как старушка, поплелась по лестнице вниз. Друзья покинули академию еще раньше, поэтому тащить поклажу пришлось самим, благо, что повозка стояла прямо за воротами. 

Последний раз окинув взором растущие в академическом парке голые кусты и деревья, я глубоко вдохнула холодный чистый воздух, а затем преодолела расстояние до транспорта, запряженного парой белых лошадей и присоединилась к Элае. Устроившись на сидении и уложив под него свои вещи, я дала отмашку кучеру, и мы поехали к арке перехода.

***

Дождь? Я недоуменно смотрела на затянутое тучами небо и не могла поверить своим глазам. Крупные капли стучали по выложенной булыжниками дороге, заливали шею и лицо, мешая получше рассмотреть окружающую местность. Пришлось засунуть голову обратно внутрь и прикрыть окно шторкой. Впервые за время моего проживания в этом мире я видела настоящий, а не сконденсированный студентами ливень и не могу сказать, что сильно ему обрадовалась. Если в жару я всей душой надеялась на выпадение осадков, то в плюс три это совсем не весело.

За время пути мы преодолели четыре арки перехода, но если до этого было привычно сухо, то выехав из последней мы попали под настоящее буйство природы. А что самое удивительное — небо было разделено на две половины: до городских ворот шел дождь, а за их пределами светило солнце. Тучи словно специально огибали периметр города, не желая залетать внутрь. Небо сверкнуло и прогремел гром. Я съежилась на сидении, надеясь, что молния не ударит в экипаж, а тем временем громыхнуло уже позади нас.

— Когда я уезжала из дома, было то же самое, — сказала Элая, кутаясь в плед. — Это началось так внезапно. Наши маги-погодники, как это обычно бывает, пригоняли тучи в город, чтобы полить урожай и освежить воздух. Но в один день тучи просто зависли за воротами и с каждой новой попыткой их становилось все больше и больше, но толку от этого как не было, так и нет.

— Подозрительно все это, — поежилась я от холода и стянула на себя половину пледа, — ясно же, что это не природная аномалия, а дело чьих-то шаловливых ручек.

— Мне тоже так кажется, но где искать виноватых?

Через двадцать минут мы въезжали в главные городские ворота родного города Элаи — Пицнека. Впечатление он на меня произвел самое приятное. По обе стороны узкой дороги, выложенной природным изумрудно зеленым камнем, располагались одинаковые двухэтажные домики из неизвестного мне белого минерала. Перед каждым домом росли невысокие деревья и розовые кусты, а в летнее время все пространство пестрело самыми разными цветами и завораживало чудесными ароматами. Чем-то это место напомнило мне старую Европу. Не успела побывать там, так хоть здесь все посмотрю.

— Почти приехали, — оповестила подруга, в нетерпении ерзая на сидении. И действительно, едва мы завернули за поворот, как экипаж остановился перед одним из многочисленных домов близнецов. Элая спрыгнула на дорогу и с удовольствием потянулась.

— Как хорошо дома! Если бы не слегла с температурой во время приема заявлений в Академию магии Нарилтана, то училась бы рядом.

— Что за академия? — полюбопытствовала, глядя как подруга ищет ключ в необъятных размеров сумке.

— Обычная академия, ты же не думала, что наша единственная?

Вообще-то, так и думала, но интересовало другое:

— А сколько всего подобных учебных заведений? И почему ты выбрала именно Академию МЧС?

— Всего их три, а в нашей у меня когда-то дядя учился, по его мнению, она самая лучшая. Да где же эти ключи? Ага! Попались!

Вот так и начались наши каникулы.

***

— Амелия, ну не будь занудоооой! — уже полчаса ныла Элая, уговаривая меня на конную прогулку. Я же была против и всячески сопротивлялась. Одно дело, когда тебя на лошади везут или хотя бы держат повод, контролируя живой самовольный транспорт, а совсем другое — надеяться, что скотина меня не сбросит. Поэтому, да. Я против.  

За вчерашний день мы облазили все интересные места в городе и теперь думали, чем будем заниматься дальше. Мое предложение — посидеть в кафе и попрактиковаться в плетении иллюзий одобрения в глазах подруги не нашло. А моя душа просила чего-нибудь эдакого, то есть пищи интеллектуальной, не вредящей бренной физической оболочке, а значит...

— Элая, — перебила я подругу, которая пошла на новый виток уговоров, — а что-нибудь музыкальное здесь есть? Концерты какие или танцы?

— Есть, — несколько недовольно произнесла девушка. — По выходным дням в клубе бывает опера. Но, если честно, я такое не люблю.

— А давай так, я соглашаюсь на конную прогулку, а ты на оперу. Идет?

Конечно, она согласилась.

Никогда еще я так не радовалась наличию вечернего платья в гардеробе. А ведь в самый последний момент положила его в чемодан, пожертвовав парой хоть и симпатичных, но простых юбок. И не зря. Мы сидели в удобных креслах, обитых красным бархатом, в ожидании начала представления. Свет в зале был приглушен, хотя на сцене еще никто не появился. Я с интересом и затаенным восторгом крутила головой по сторонам, пытаясь при этом сделать постную мину, как местные завсегдатаи. Если говорить обычным языком — изображала из себя светскую даму, которую в этой жизни такими пустяками уже не удивить. 

Я рассматривала толпу, толпа косила глазом на меня. А все потому, что и здесь мое платье сильно выделялось. Ну не носят здесь такое, и все тут.

Но вот занавес поднялся, и на сцену вышла статная полная дама, а оркестровую яму стали заполнять музыканты. Свет погас, унося с собой редкие перешептывания гостей, дирижер взмахнул руками, и увертюра началась. 

Спектакль назывался «Рождение дня» и рассказывал о нелегкой жизни простых людей, живших на планете сотни лет назад. В те времена у лишенцев, как называли людей без магического дара, было прав немногим больше, чем у рабов. Главная героиня, происходящая из знатной семьи влюбилась в простого работягу, и здесь начинается драма. Родители, естественно, против, девушка сбегает с возлюбленным и покидает город. На этом первый акт был завершен и наступил антракт. Все пошли в буфет, и мы, следуя стадному инстинкту, последовали за толпой.

— Если бы я знала, сколько здесь стоит бутерброд, то взяла бы с собой пирожки, — ворчала я, с недовольством поглядывая на ценники. Цены хоть и были написаны на бумажках за стеклом, но даже оттуда умудрялись кусаться. Да еще как! 

С грустью проводив глазами пироженку и сглотнув слюну, я плотнее прижала к себе сумку. В сражении полупустого желудка против жабы победила последняя. Не так я голодна, чтобы месячная стипендия, заработанная потом и кровью, взяла и... вжик! Элая тоже брать ничего не стала. На меня смотрит или просто не голодная? А пить все-таки хочется, все горло пересохло. 

Словно прочитав мои мысли, перед глазами очутились два стакана с чем-то горячим и вкуснопахнущим, и держали их руки. Мужские руки. Я оторвала взгляд от спасительных напитков, и подняла голову вверх, чтобы увидеть... Макса. Что он здесь делает? Как нашел меня? В голове стали метаться беспокойные мысли, все больше разжигая панический огонь, уничтожающий здравый рассудок, и среди всего этого хаоса прохладным ветерком обдал мягкий голос:

— Вот мы и встретились, Цветочек.

Вот и все. Все было напрасно, от судьбы не уйти. Но, может, мне удастся от него сбежать. Еще раз.

— Даже не думай, — словно прочитав мои мысли, осадила эта сволочь. А ведь хорош, зараза. В больших глазах цвета ночного неба сияли искрящиеся звездочки, создавая впечатление, что его происходящее забавляет, а мои поиски были всего лишь игрой, где матерый хищник позволил своей жертве убежать, давая небольшую фору. 

Заметив, что я не могу оторвать от него глаз, он усмехнулся, откидывая назад черные волосы, также отливающие синим цветом и волной стекающие на плечи. Руки зачесались. И я даже не знаю, чего было больше: желания пропустить пальцы сквозь шелк волос или дернуть их посильнее, чтобы некоторым самоуверенным личностям неповадно было. Но свои порывы я сдержала, крепко сцепив ладони. Я сделала пару глубоких вдохов и постаралась успокоиться.

— Привет, Макс. Не ожидала тебя здесь встретить.

На мои слова он промолчал и еще раз попытался вручить стакан. Взяла. Пить все еще хотелось. Элая, прислушивающаяся к нашему разговору вытаращилась на него и напиток взяла больше по инерции. Она поняла, кто перед ней стоит. От Макса реакция не укрылась.

— Чувствую, что заочно вы меня уже знаете, — уголок губ приподнялся в намеке на улыбку. А Элая, как завороженная, кивнула и сделала глоток. Кипяток потек по горлу, заставив прийти в себя, но я успела оценить, какое впечатление он на нее произвел. Не удивлюсь, если она встанет на его сторону и благословит жениться на мне. — Могу я узнать, как зовут прелестную саиту?

Все, клиент поплыл, можете выносить. Теперь она не только к алтарю потащит, но и бантик розовый повяжет, вручая в надежные руки подарочек в моем лице.

— Элая, — пролепетало прелестное создание и часто захлопало ресницами. Хм, а может я и не права, и на месте подарка она представляет себя.

— Рад знакомству, — выдал обольстительную улыбочку Макс, целуя свободную ладонь подруги и при этом смотря почему-то на меня. От разыгранного представления внутри что-то недовольно заворочалось. Неужели, ревную? Да ну, бред. Не может такого быть. Или может?

Не успели мои думы прийти к истокам возникших чувств, как мужчина подхватил меня под локоток и повел обратно в зал. Антракт вот-вот должен был закончиться. 

Я попыталась вырваться, но с таким же успехом можно было ногтем царапать алмаз. Вернуться на свои места в восьмом ряду нам также не позволили. «У меня отдельная ложа», — бросил он на мои попытки свернуть в другую сторону и обхватил еще крепче. Хотя, казалось, куда уж сильнее. Ладно, во всем нужно искать позитив, отсюда смотреть оперу будет намного лучше.

Еще некоторое время я была натянута как струна, готовая в любой миг сорваться и убежать, куда глаза глядят. Но прошло десять минут, полчаса, час, а ничего не происходило, Макс слушал певицу и, казалось, был полностью поглощен спектаклем, только изредка бросая в мою сторону короткие взгляды. Поэтому вскоре я расслабилась и тоже стала получать наслаждение от происходящего. Ничего плохого не происходит? Вот и не буду пока ни о чем думать. 

Рядом на кресле ерзала подруга, она успела рассмотреть все в округе раз десять, вздремнуть, проснуться и сейчас скучала, дрыгая в нетерпении ногами. Похоже, для нее прийти сюда было огромной жертвой. Зато мне все нравилось, и даже общество наглого брюнета перестало тяготить. Но все имеет свойство заканчиваться, и под звуки величественного хора опера завершилась.

— Тебе понравилось?

— Очень, — ответила я, находясь все еще под впечатлением. В ушах звенели громкие аплодисменты, а на лице играла загадочная улыбка. Я размышляла, как не только спутать следы, но и прихватить с собой Элаю. И ни один мускул на лице не говорил о моих коварных замыслах.

— Мне тоже понравилось. Люблю оперу. Хотя данный спектакль я уже видел, правда в другой постановке.

Я слушала его мечтательный голос и понемногу узнавала этого мужчину. Сейчас он открывался мне как ценитель прекрасного, а значит, где-то в душе он был романтиком, что добавило очков в моих глазах. Разговоры об искусстве прервал мой желудок, совсем не романтично заурчав и напоминая, что неплохо бы поесть, а Макс, услышав громкие рулады, предложил:

— Поужинаем? Здесь недалеко есть один ресторан с превосходной кухней. Оценит даже самый привередливый гурман.

Я уже хотела отказаться, но тут подала голос подруга:

— Амелия, и правда, пойдем поужинаем. Умираю с голоду.

Макс бросил Элае благодарный взгляд, а я, скрежеща зубами, согласилась. Вот же предательница.

В ресторане было людно, вкусные запахи проникающие сквозь приоткрытые окна заманивали случайных прохожих внутрь, хотят они того или нет. Поэтому нам очень повезло, что нашелся свободный столик. Отодвинув мне стул, Макс сел напротив и взял меню, но едва ли посмотрел на него, так как не отрывал взгляда от меня. А я опять стала нервничать, и, чтобы чем-нибудь занять свои руки, тоже взяла меню. 

Многие названия были незнакомыми, и я решила довериться выбору мужчины. Он здесь не впервые, лучше знает, что заказать. Зато Элая с большим энтузиазмом рассматривала предлагаемые блюда и, кажется, была от увиденного в восторге. Лишней она себя явно не ощущала.

— Ты так на меня смотришь, — не сдержалась я спустя несколько минут. Казалось, еще чуть-чуть, и он проникнет мне в самую душу.

— Как?

— Пристально.

— Ну должен же я получше рассмотреть свою будущую супругу, — как ни в чем не бывало пояснил Макс. Я же от такого чуть не поперхнулась.

— Я не выйду за тебя!

— Это мы еще посмотрим, — чуть прищурив глаза, произнес мужчина, полностью уверенный в том, что будет именно так, как он сказал. Я хотела было возмутиться и высказать все, что о нем думаю, но тут подошел официант. А когда заказ был принят, я уже немного остыла и оставила комментарии при себе. Не стоит лишний раз провоцировать хищника.

Весь ужин я молчала, исподлобья следя за Максом и гадала, что будет дальше. Подруга же наоборот решила выпытать из него все возможные сведения и рот закрывала, только чтобы прожевать очередной кусочек нежнейшего филе красной рыбы под сливочным соусом, а потом продолжала с новыми силами. 

Так я выяснила, что Максимильян учился в Академии МЧС на факультете земли, а после ее окончания стал вникать в работу предприятия, занимающегося добычей сафиров — редких драгоценных камней желтого и коричневого цвета, которое на тот момент возглавлял его отец. А спустя каких—то три года сам стал во главе, так как был единственным наследником внезапно умершего родителя. Хоть на Вестаре и не было фондовых бирж с вечным взлетом и падением акций, но смена руководства и здесь не прошла бесследно. Разорвали отношения многие контрагенты, другие прощупывали на прочность, пытаясь навязать невыгодные условия, но практические навыки и знания, полученные за время работы с отцом, помогли преодолеть темный период. Появились новые партнеры, а прибыль стала еще больше, чем раньше. На этом моменте своего повествования Макс посмотрел на меня, изучая реакцию на свои слова. Думает соблазнить меня деньгами и камушками? Так я и без него могу неплохо устроиться. Маги здесь ценятся и почитаются, зарплата хорошая. Пенсия...хм, интересно, а пенсия предусмотрена или нет? 

Я глубоко задумалась, а мужчина тем временем продолжил рассказ. Так вот, как только все наладилось, Макс передал дела наемному управляющему, а сам отправился путешествовать по мирам в надежде отыскать себе пару, периодически возвращаясь домой, чтобы контролировать ситуацию. Планеты шли одна за другой, но поиски результатов не приносили. После ближних миров последовали дальние, и в один прекрасный день что-то пошло не так. Точно рассчитанные координаты портала внезапно сбились, и мужчину выбросило на улицу неизвестного города неизвестной планеты. Так и произошло знакомство Максимильяна с Землей.

— А через неделю я встретил Амелию, — с улыбкой вспоминал Макс. — Знаешь, Элая, я же случайно в тот бар зашел. Решил взглянуть, чем занимается вечерами местная молодежь, сильны ли различия по сравнению с Вестаром и другими магическими мирами. Все-таки это была первая планета, практически полностью обделенная силовыми потоками, на которой я очутился. Оказалось — все то же самое, — усмехнулся брюнет и продолжил, уже глядя только на меня.

— Когда я вошел, мое внимание привлекла одна девушка. Она сидела вся такая нахохлившаяся, как маленький птенчик, и пила какую-то гадость.

— Это была не гадость! — попыталась я опровергнуть наглый поклеп. Вкусные коктейли были. До сих пор помню.

— Гадость, я пробовал. Тогда еще подумал, как нужно плохо себя чувствовать, чтобы напиваться этим. Отвратительное пойло. А понравившаяся мне особа пила их один за другим, но печальное выражение с лица у нее так и не сходило. Я наблюдал за ней некоторое время, а потом решил взглянуть на ауру, и мой мир перевернулся. Я увидел собственное энергетическое отражение, свою пару. Первой моей мыслью было — схватить в охапку и никогда не отпускать, я захотел оградить ее от всех проблем и забот, стереть хмурые морщинки с красивого лица, увидеть улыбку. Но понимал, что если сразу возьму и телепортируюсь с ней в замок, то могу сильно напугать. И тогда я решил сначала познакомиться.

— Премного благодарна, — не смогла не съязвить я, отвешивая шутовской поклон.

— О, это так романтично! И что было дальше? — подалась вперед подруга, сверкая от восторга глазами. От такого неприкрытого интереса даже мне смешно стало, что уж говорить о том, кого еще немного и начнут трясти за грудки. Маньячный блеск во взоре говорил, что до этого осталось недалеко. До Макса это тоже дошло, и он решил закончить рассказ о нашем знакомстве одним предложением.

— Познакомился, подлил в бокал снотворное, а потом телепортировался с ней домой.

— Э-э-э, — опешила подруга. Градус романтичности в ее глазах резко поубавился.

— Ну а что, — не найдя поддержки, стал оправдываться похититель девиц, — я же не знал, что она во мне свою пару не признает. Любая бы обрадовалась, а она меня избила и всю комнату разгромила.

— Подлые инсинуации, — от возмущения я даже подпрыгнула на стуле. — Это была реакция на щекотку! Но чтобы ты смог ощутить разницу, могу продемонстрировать свой коронный коленный «бдыщ». Ты упадешь от восторга!

— Не надо, счастье мое, я тебе верю. Сам виноват.

То-то же, нечего все на меня сваливать. Не умеешь правильно воровать, не берись. Осознав, о чем вообще думаю, решила, что пора отдыхать. Совсем мысли чудные в голову лезут.

— Наверное, нам уже пора, — сказала я, вставая из-за стола. — Устала очень.

— Я провожу, – поднялся следом за мной Макс. Он достал из кошеля пару золотых монет и оставил на столе. Н-да, официант за такие чаевые будет неделю молиться на него, лишь бы еще раз зашел. Дождавшись, пока Элая последний раз ковырнет остатки десерта, мы пошли домой.

Чем ближе подходили к дому, тем напряженнее я думала, как намекнуть подруге свернуть к другому зданию. Но идей так и не появилось, зато появилась дверь. Теперь Макс знает, где я живу. Насколько это плохо, пока не понятно, но хорошего явно ничего нет. Подруга открыла замок, и едва я обернулась назад, чтобы попрощаться, как внезапно оказалась зажата в объятиях. Наглые мужские руки крепко притянули к себе, а губы, едва коснувшись виска, прошептали: «До завтра, Цветочек». А потом он отпустил меня и ушел не оглядываясь. Я же стояла на крыльце и провожала глазами высокую фигуру, пока она полностью не скрылась в темноте наступивших сумерек.