Пробежка под предводительством директора оказалась не так страшна, как внушили себе девушки. Никто не требовал от них выкладываться как на марш-броске, скорее это была прогулка легкой трусцой чудесному острову.

Пол, как вожак стаи, командовал девушками, указывая путь. Он выбрал маршрут так, чтобы за время пробежки сполна насладиться природой. Вдохнуть полной грудью свежий чуть солоноватый воздух.

Пустынные скалистые берега сменялись уединенными заливами и песчаными пляжами, укрытыми посеребренным солнцем песками. Холмы, поросшие деревьями и роскошными экзотическими цветами, манили своей прохладой. Скалистые утесы грозно нависали над бурлящим внизу океаном. Казалось, остров Лесбос вобрал в себя все великолепие, которым может похвалиться природа. В нем, как в палитре художника, были собраны все цвета и оттенки, наносимые на широкий холст небрежными мазками.

Пол, не сбивая дыхания, знакомил учениц с особенностями того участка суши, на котором они оказались. Точно все пейзажи были страницами книг, в чьи откровения он посвящал учениц. Девушки не чувствовали ни усталости, ни сонливости. И, словно морские губки, жадно впитывали в себя целебную влагу новых знаний. Каждый камень, каждое дерево стали живым, наделенными душой, способной отвечать на призыв и дарить вдохновение.

Когда солнце поднялось достаточно высоко и стало припекать непривычную к его лучам кожу девушек, Пол привел их в красивую бухточку с прохладной водой и белым, как сахар песком. Высокие холмы, поросшие цитрусовыми деревьями, давали достаточно тени и позволили уставшим путешественникам насладиться тишиной и покоем.

Стоило будущим музам присесть, как они почувствовали, насколько выдохлись. Волшебство вдохновения прервалось, заныли мышцы ног, запершило в голе.

- Далеко собралась? - Пол окликнул Габи, направлявшуюся к воде. - Ты разве не знаешь, что соленую воду пить нельзя?

Габи резко обернулась и наверняка собиралась сказать очередную колкость, но внушительный вид директора остановил ее. Точно - бог! Он даже не вспотел, когда всем остальным хотелось повесить на языки на плечо.

- Откуда мне знать, - в ответе Габи прозвучала горечь, - я дальше фермы и отцовской скотобойни не бывала. Разве что на станцию иногда ездила, забирать почту.

- А, так это тебя мы вырвали из лап заезжих маньяков, совсем не вовремя обнаруживших такой неприятный сюрприз?.. - вспомнил Пол. - Их удивленные лица все еще стоят у меня перед глазами.

- И у меня, - согласилась Габи. Вернулась к остальным, плюхнулась на песок, поджав под себя ноги.

Повисла напряженная тишина. Девушек заинтриговало начало истории, но они не решались попросить директора продолжить.

Габи решилась сама.

- Все равно когда-нибудь пришлось бы сознаваться, - хмыкнула она. Хотя в глазах ее веселья не было и в помине. - Я уже говорила, что всегда считала себя девушкой. Но работа не позволяла мне таковой казаться. Недолгие отлучки на станцию давали возможность быть самой собой. Я садилась в старенький фургон, а по дороге переодевалась в женскую одежду, наносила макияж, надевала парик. В таком виде заходила в небольшое придорожное кафе и запасалась восхищенными взглядами мужчин на долгое время. Кто же знал, что те придурки решат напасть...

- Судя по твоему внешнему виду «до», они бы здорово поплатились за свои действия, - Пол приподнял бровь и смерил Габи насмешливым взглядом. - Таких крепких, накачанных дамочек им встречать еще не приходилось.

Остальные девушки слушали этот диалог, затаив дыхание. Даже боль в ногах прошла, и утихли голодные спазмы в желудке.

- Они поплатились, когда заглянули мне под юбку, пока я лягалась, - бросила Габи. - Черт бы побрал эти треклятые стринги...

Девушки не выдержали и разразились дружным хохотом - вначале сдержанно, чтобы не обидеть подругу, а потом во всю силу легких. Сама Габи грохотала громче всех, промакивая подушечками пальцев набежавшие слезы.

Пол держал марку и скромно покашливал в кулак. И Насте показалось, что он затеял это разговор нарочно, чтобы снять усталость и развеять скуку - подопечных и свою собственную.

- Скажите, а смех - это тоже источник вдохновения? - спросила Настя, с опаской глядя на директора. - Я чувствую необычайный прилив энергии...

- Вдохновение всюду, - улыбнулся он. - Мне показалось, или ты и вправду избегаешь называть меня по имени?

Настя впервые не отвела взгляд. Тон директора был таким мягким, вкрадчивым, как прикосновение ласкового ветра к разгоряченной коже.

- Аполлон, - произнесла она.

Ее «л» звенели, как колокольчики на ветру. Директор вначале нахмурился, затем задумался, точно прислушиваясь к внутренним ощущениям.

- В неофициальной обстановке можете звать меня Пол, - предложил он. - Древнее имя ушло вместе с былыми временами. В современном мире требуется нечто краткое, быстрое.

- Это все хорошо, но на завтрак мы уже опоздали, - вздохнула Энн себе под нос.

- До обеда мы не протянем... - подытожила Лола. - А одним вдохновением сыт не будешь.

- Совсем забыл, что вы смертные, - хмыкнул Пол. - Для нас, богов, пища - это лишь источник наслаждения, для нужд телесных есть иные способы добычи энергии. Но ничего, скоро и вы научитесь подпитывать себя вдохновением и использовать магию для бытовых нужд. Пока же...

Он широко развел руки, с силой хлопнул в ладоши, и перед ними, на льняной скатерти, появились хлеб, сыр, творог, вареные яйца и зелень. И, конечно же, кувшин с ключевой водой.

Глаза девушек загорелись. Забывая о манерах и присутствии директора, они с жадностью набросились на еду. Им пока и представить было сложно, что вдохновение может заменить пищу.

- Спасибо! - Настя все же вспомнила о вежливости и отважилась поблагодарить директора.

- За что ты меня благодаришь? - лукаво спросил он. - За завтрак на природе или за то, что избавил от наказания?..

- И за то и за другое, - обронила она. - А еще за утреннюю прогулку и огромную порцию вдохновения. В моей прежней школе учителя не были такими внимательными и отзывчивыми. Тем более я не ожидала подобного от грозных богов Олимпа.

Пол чуть не поперхнулся глотком воды.

- То есть ты полагаешь, будто мы не способны на чувства? - уточнил он. - И не испытываем всей гаммы страстей, доступных смертным?

Настя готова была откусить себе кончик языка. Всегда тихая и скромная, и вдруг на тебе - слова посыпались как из рога изобилия. Наверняка тому виной слишком большая утренняя доза вдохновения.

- Мне казалось, за столько веков боги устали от суеты и никчемных метаний, - призналась она, вздохнув.

Пол рассмеялся, запрокинув голову.

- Разумеется, мы все - пережитки прошлого: бесчувственные и безразличные, - выдал он, нетерпеливым жестом приглаживая свои растрепанные ветром кудри. - Наверное, такими мы и должны казаться. Но знаешь, несмотря на возраст, я не стал аскетом и не утратил способностей, приписываемых только лишь человеку. И в моей груди по-прежнему бьется сердце, способное на безрассудства и подвиги во имя того, во что верю.

Его страстная, проникновенная речь отозвалась сладкой болью в груди Насти. Не зная, куда деть глаза, она посмотрела на подружек, но те притворились, будто всецело поглощены едой.

- Признайся, ты считала, что у богов вообще нет сердца, ведь так? - продолжил допытывать ее Пол. - Но богам тоже нужно вдохновение, без него мы ничто.

С этими словами он взял ее ладонь и положил себе на грудь. Насте показалось, будто ее пальцы коснулись раскаленного солнцем гранита, едва прикрытого тонкой тканью. Но это сравнение сводилось на нет сильными, ритмичными ударами сердца. И она вновь почувствовала ту самую энергию - ошеломляющую, безумную, кипучую.

Испугавшись, Настя поспешно отдернула ладонь и прошептала едва слышно:

- Это слишком сильно... Мне не удержать в себе столько силы...

Пол кивнул, соглашаясь, но его высокий лоб прочертила скорбная складка.

- Я не стану на тебя давить, - произнес он, - но твои способности поразительны. Потому мне придется присматривать за тобой.

- Хорошо, - согласилась Настя.

И не посмела признаться, что будет только рада такой опеке. Даже если этот сияющий бог опалит ее огненным смерчем и разметает прах по всему острову.

Еще одним бонусом для учениц стало возвращение в школу при помощи перемещения. Пол не стал гонять девушек по жаре и перенес их сразу же в учебный зал Сафо.

Плавно опустившись посреди зеркального зала, сообщил наставнице:

- Как и обещал, возвращаю их в точно назначенный час. Ученицы получили порцию вдохновения и готовы и дальше постигать азы.

Он взмахнул   рукой   и   хотел  было   вновь   исчезнуть,  но  двери   в  зал  распахнулись,  пропуская  весьма  привлекательную   особу.   С  золотистыми   волосами,   ниспадающими  блестящим   потоком до самых ступней, изящной фигуркой и миловидным личиком, держалась она истинной королевой. Ее просторное, ниспадающее тонкими складками полупрозрачное одеяние позволяло до мельчайших деталей рассмотреть фигуру: высокую грудь, тонкую талию и плоский живот. Быстро перебирая удивительно маленькими ножками, обутыми в блестящие сандалии, она побежала прямиком к директору. При каждом шаге полы ее одеяния, не скрепленные по бокам, распахивались, обнажая ноги до самых бедер.

- Наконец-то ты вернулся, я жду тебя с самого утра, - объявила она, бесцеремонно подставляя Полу щеку. - Как нехорошо с твоей стороны так поступать...

- Это еще кто? - тихо ахнули девушки за спиной директора.

И словно в ответ на их вопрос, Пол, коснувшись губами румяной щеки незнакомки, сдержанно произнес:

- Приветствую тебя, Афродита. Почему не сообщила заранее о своем визите?

- Ты же знаешь, как я люблю сюрпризы, - проворковала богиня любви и красоты. И с неприкрытым интересом стала рассматривать учениц. - Наслышана, наслышана об успехах смертных...

Она покачала головой, и девушки заметили, как в ее вечно юных глазах застыли льдинки плохо скрываемого недовольства. Похоже, Афродита заняла позицию большинства богов и не согласилась с решением Зевса сделать музами земных девушек. В ее взгляде читалось презрение, смешанное с легким любопытством. А еще девушкам стало видно, что она не так юна, как показалось им в начале. Ее идеальное тело и лицо не имели изъянов, но глаза, походка и манеры выдавали сварливый нрав и неистребимое чувство собственного превосходства.

- Афродита была столь любезна, что согласилась помочь девочкам освоить вдохновение танцами, - вступила в разговор Сафо.

По ее поведению и тону становилось понятно, что ее не очень-то радует подобная перспектива. Но в вежливости десятой музе не откажешь, как и в чувстве такта.

Чего не скажешь об Афродите. Она буквально повисла на Поле на виду у учениц, ластясь, как мартовская кошка. Но директор держался достойно. Снял ее руки со своей шеи и произнес своим обычным строгим тоном:

- Благодарю за помощь.

Девушки внутренне возликовали. Габи даже не удержалась и хихикнула. А Настя смогла, наконец, вздохнуть. Увидев, как эта вертлявая богиня клеится к Полу, она впервые поняла, что такое ревность. Словно в ее горло залили смертельный яд, и он разъедает ее изнутри, пожирает сердце и разум.

- Может быть, пройдем в твой кабинет и обсудим некоторые детали учебной программы? - Афродита продолжала наседать на Пола. - И еще одно происшествие...

- Откуда ты узнала? - насторожился Пол. - Я запретил преподавателем и ученицам распространяться о событиях вчерашней ночи.

В это момент он выглядел строгим и жестким, но Афродита точно не заметила.

- Брось, шила в мешке не утаить, как говорят на земле, - ее тон был сладким и липким, как кленовый сироп. - К тому же я могу помочь тебе в этом деле.

- Хорошо, - выдохнул Пол. - Идем в мой кабинет.

Они не воспользовались магией перемещения и проследовали к дверям. При этом Афродита ловко подхватила Пола под руку и прижалась так тесно, что при каждом шаге ее округлое бедро касалось его ноги.

Настя смотрела им вслед, и глаза ее полыхали яростью. Да и другим девушкам не понравилось, что единственного представителя мужского пола в школе взяла в оборот директриса другой школы.

- Вот бы намотать ее волосы на руку и выкинуть из школы, - размечталась Габи. - Не нравится она мне. Ох как не нравится!

- А вам не кажется странным, что она так неожиданно появилась в школе сразу после неудавшегося похищения корон? - задумалась вслух Настя. - Не может ли это быть как-то связано?

- Думаешь, это она пряталась под плащом? - подхватила Энн. - Но зачем ей воровать артефакт? Какой ей от него прок?..

Сафо трижды хлопнула в ладоши, призывая учениц к порядку. И прекращая разговоры, которые могут им навредить.

- Полагаю, самое время научиться извлекать энергию вдохновения еще из одного источника. Впервые - негативного. Ярость, злость, обида - вы не поверите, но именно они порой заставляют творцов создавать истинные шедевры.

Девочки ошарашенно переглянулось. Кажется, их наставница умеет извлекать выгоду из всего. Даже из их настроения.

- Для этого занятия я предлагаю вам разбиться на пары, - продолжила Сафо. - Глядя в лицо сопернице, вы должны высказать все, что накопилось у вас в душе. При этом вторая участница будет улавливать вашу энергетику и перерождать ее во вдохновение. Опыт довольно опасный, так что будьте предельно внимательны. И да, это лучше убрать...

По мановению ее руки зеркальный зал превратился в комнату, отделанную красным бархатом. Этот цвет как нельзя лучше способствовал созданию нужной атмосферы.

И очень понравился Лоле. Именно она первой сумела выполнить задание Сафо.

У Насти дела обстояли хуже. Она уже несколько минут смотрела на Габи и не могла выдавить из себя ни слова.

- Я не умею ругаться и скандалить. Тем более ругаться с тобой. Ведь ты моя подруга, - голос Насти подрагивал от напряжения. - Как быть?..

Подошла Сафо и закрыла ей глаза узкой, пахнущей мятой и добротой ладошкой.

- Представь на ее месте кого-то другого, - посоветовала наставница. - А ты, Габи, можешь ей подыграть.

Первым порывом Насти было вообразить, что она беседует с Афродитой. Но представив, что всем станут известны ее сокровенные мысли, промолчала. Вместо этого вспомнила бывшего одноклассника Вадима и решила высказать все, что думает о его поступке.

- Ты поступил низко и жестоко! - начала она. - Я поняла, что это ты подговорил Илью! Только слабый и трусливый станет издеваться над тем, кто не может ответить.

- Давай, обзови его как-нибудь! - потребовала Габи, чувствуя, как в подруге просыпается сила. - Задай трепку этому гаду!

- Надутый индюк! Ничтожество! - выкрикнула Настя, закипая от праведного гнева. - Но знаешь, твоя выходка дала обратный эффект. Вместо того чтобы окончательно унизить, ты помог мне взобраться на самый верх. И я не отступлю, пока не докажу всем, что могу быть красивой. И не только внешне, ведь главное мое преимущество в другом. И я прощаю тебя, потому что я выше мести!

- Умница, девочка, - зааплодировала Сафо. - Я только что слышала речь настоящей музы-богини.

Настя открыла глаза и удивленно поморгала. Она и сама не ожидала от себя подобного. Точно побывала в другом мире и в другом времени.

- Мне сейчас так легко и хорошо, - призналась она. - Словно с моей шеи удавку сняли.

- Так и должно быть, - согласилась Сафо. - Обидам нужно давать выход, но делать это лучше с умом. Гнев стоит держать под контролем, как и все остальные чувства. Только любовь не поддается никакому воздействию, потому с ней так сложно работать.

Настя помялась с секунду, собираясь с духом, и задала вопрос:

- Скажите, а любовь богов тоже такая, неконтролируемая?

Сафо грустно улыбнулась, вспоминая о чем-то своем, и вздохнула:

- Нам приходится даже сложнее, чем людям. Любовь делает нас слабыми и может как возвысить, так и сбросить с Олимпа. И это чувство не поддается магии.

- Вот как... - только и смогла выговорить Настя.

Сафо повела плечами, точно сбрасывая наваждение, и на лице ее привычно расцвела улыбка.

- Продолжаем. Теперь, девочки, поменяйтесь местами.

Габи смущенно поморщилась и покосилась на незапертую дверь. Переступила с ноги на ногу и буркнула:

- Вы уверены, что мне стоит пробовать?

- Абсолютно! - воскликнула Сафо.- Но помни, что настоящая муза никогда не теряет лицо. Даже ругается она виртуозно и вдохновенно.

Но помня о прошлом Габи, наставница все же создала дополнительную защиту зала. Директор не придет в восторг, если школа содрогнется от крепких словечек одной из новеньких учениц.