Э-э, как давно это было!

Очень старая сказка это… Расскажу.

Там, где самые высокие скалы, в каменной пещере с крепкими стенами жил хозяин гор — Этынюргин. Силен и зол был Этынюргин. Все духи природы ему подчинялись. Все боялись его.

Недалеко от него в ледяной яранге жил его брат. Ледяным духом звали его. Илянкум звали его. Над льдом и морем хозяином был.

Так было в горах и на море. А в тундре тогда большой раканыт стоял. Злой Тунгак был хозяином в этом стойбище. Мясом людей питался он со своими родичами. Каждую весну собирал Тунгак жителей своего стойбища. Целые стада оленей запрягали они и отправлялись в стойбища людей на большую охоту. Никто не видел их, только пропадали люди, становились пустыми их яранги, а нарты Тунгака богатую добычу в раканыт привозили. Плакали люди от горя. Много смелых охотников уходило из стойбища, чтоб найти тунгаков и побороться с ними, но никто из них не вернулся в свою ярангу. Никого не боялся Тунгак-оленевод. Был у него только один сильный враг — Этынюргин. Не захотел Тунгак подчиниться Этынюргину. Вот и враждовали они. Оба сильные были.

Только и в ярангу сильных горе приходит. Заболел у Тунгака единственный сын. Умирать стал. Мальчик совсем не был похож на отца. Был он добрый и не хотел убивать людей. Ел только оленье мясо. Но он был единственным сыном, и отец очень любил его. И вот он умирал. Никто не мог помочь ему. Никто не мог помочь горю Тунгака… Горько плакала жена Тунгака. Стала она просить мужа:

— Пойди к Этынюргину. Он над всеми духами хозяин. Пусть он поможет нам. Дай ему все, что попросит.

Не хотелось Тунгаку к врагу своему идти, да делать нечего. А Этынюргин знал, что Тунгак идет. Жене своей сказал:

— Мы говорить будем, ты не мешай.

Тунгак еще только в натык вошел, а Этынюргин кричит:

— Это кто?

Тунгак сказал:

— Я.

— Ну тогда заходи.

Зашел Тунгак в полог. Хотел сразу сказать хозяину о своем горе, а хозяин не торопится, велит жене накормить гостя.

Наконец выбрал Тунгак время и стал просить Этынюргина помочь его сыну.

— Ну что ж, — сказал Этынюргин, — сделаю это, если ты и твои родичи подчинитесь мне, станете моими духами.

Вскочил Тунгак от злости. Не хотел он хозяину гор подчиняться. Заметил это Этынюргин и сказал:

— Я уже старый, слабый стал. Иди к моему брату Илянкуму, его проси. Он, наверное, лучше сможет помочь.

Пришел Тунгак в ледяную пещеру Илянкума. А Илянкум уже знал о его деле.

— Я научу тебя, что делать, если принесешь мне живую собаку и оленью шкуру.

Тунгак принес все, что требовал ледяной дух. Взял Илянкум шкуру оленя, снял шерсть с нее и бросил в прорубь. Растаяло все кругом. Большое озеро разлилось. Тогда убил Ильянкум собаку. С нее тоже шерсть снял и бросил в воду. Поплыла шерсть по озеру, мелкой рыбкой стала. Много ее, все озеро покрыла.

Велел Илянкум Тунгаку в полог уйти, а сам с рыбой разговаривать стал. Потом вернулся и сказал Тунгаку:

— Рыба говорит, что должен ты подчиниться Этынюргину. Тогда пройдет болезнь твоего сына.

Молча поднялся Тунгак и ушел из ледяной пещеры. Вернулся он к своей жене, рассказал ей все. А сын уже совсем умирает.

— Вот что, — сказала тогда жена, — пойди к Луне. Она наверху живет, все видит. Может быть, Луна поможет нам.

Устал Тунгак с дороги, а делать нечего, пришлось к Луне идти.

У Луны яранга большая, светлая. Только холодно в ней. Луна дома была. Глаза протирала. Собиралась из яранги выходить, небо ночное освещать. Рассказал ей Тунгак о болезни сына, помочь просил.

— Сын твой когда заболел? — спросила Луна.

— Днем, — ответил Тунгак.

— Тогда иди к Солнцу. Я днем сплю, не знаю, что в тундре делается.

Пошел Тунгак к Солнцу. У Солнца яранга еще больше, чем у Луны. Стены яранги из лучей сделаны. Жарко, светло. У Тунгака даже шерсть от жары дымиться стала. Хотел он взглянуть на Солнце, да не смог. От яркого солнечного света закрываются у Тунгака глаза, привыкшие к темноте.

— Слабенький ты, — засмеялось Солнце, — боишься свету в глаза смотреть. Говори, зачем пришел?

— Заболел у меня сын. Никто не может ему помочь. Ты светлое, все видишь. Скажи мне, где здоровье моего сына?

— А когда твой сын заболел, зимой или летом?

— Зимой.

— Тогда иди к Морозу, — сказало Солнце. — Мороз зимой в тундре живет. Наверное, он знает, что делать.

Попрощался Тунгак с Солнцем и пошел к Морозу. Стойбище Мороза далеко, но Тунгак все же дошел. Там увидел он большую ярангу из крепкого снега. Заглянул внутрь и видит: сидит Мороз в пологе, со снежного оленя шерсть снимает и бросает через дымовое отверстие наружу. Летит шерсть в тундру, белыми снежинками падает. В какую сторону бросит Мороз больше шерсти, в той стороне и снега больше выпадет. Увидел Мороз Тунгака, перестал шерсть бросать. Тихо стало в тундре. Тогда рассказал Морозу Тунгак, зачем пришел.

Задумался Мороз. Потом сказал:

— Я могу тебе помочь, только должен ты бросить свой промысел. Не убивай больше людей. От этого болезнь твоего сына.

Согласился Тунгак. Очень любил он своего сына.

— Иди и возвращайся вместе с женой и сыном. Буду лечить его. Только смотри, не бойся. Испугаешься, сына пожалеешь — пропадет все лечение.

И на это согласился Тунгак. Пошел в свой раканыт, взял жену с сыном и вернулся с ними к Морозу. Велел им Мороз ждать возле яранги, пока он соберется. А возле яранги Мороза всегда была зима. Холодно. Кругом сугробы рыхлого снега. Тунгак с женой проваливаются, замерзли совсем, а уйти нельзя. Долго ждали. Наконец вышел Мороз. Красная одежда из нерпичьей шкуры на нем надета. На одежде вязки тугие завязаны.

— Разденьте ребенка и положите в снег, — сказал Мороз.

Испугались Тунгак и его жена: ведь ребенок мог совсем простудиться.

Рассердился Мороз:

— Зачем пришли вы ко мне? Зачем заставили меня главную одежду надеть, если не хотите, чтобы жил ваш сын? Заберите его тогда и не приходите больше!

Стала жена Тунгака просить Мороза. Обещала не мешать ему больше. Раздела сама ребенка и положила в снег возле Мороза.

Развязал Мороз вязку на левом рукаве. Сильный холод оттуда пошел на ребенка. Снял Мороз с правого рукава вязку. Еще сильнее ветер морозный поднялся. Совсем замерз мальчик. Перестал двигаться. Страшно стало родителям, но молчат они, не хотят Мороза сердить. А тот остальные вязки снимает. С ног снял, с лица снял, с пояса тоже снял. Повалил густой снег, завыл ветер, сильная пурга поднялась. Стали кричать Тунгак и его жена, но не слышно их было. Сильнее их ветер кричал. Вдруг утихла пурга. Смотрит Тунгак на сына, а вместо него кусок льда перед ним лежит. Стал Мороз катать этот лед по свежему снегу. В снежный ком превратил его.

— Вот теперь хорошо, — говорит.

Потом достал Мороз руки, из нерпичьей шкуры вырезанные, и прилепил их на грудь и на спину ребенка.

— Вот теперь возьми сына, — сказал он, — и зайди в мою ярангу.

Наклонился Тунгак, хотел поднять ребенка, а руки нерпичьи не дают. Хватают они одежду Тунгака, больно бьют его по лицу. Не может Тунгак взять сына, а Мороз смеется:

— Видишь, не верит шкура нерпы, что перестанешь ты людей убивать. Дай слово сейчас, иначе не возьмешь сына.

Дал Тунгак слово. Опустились руки, на место легли. Подошел Тунгак и взял сына. Только зашли они в ярангу Мороза — ожил мальчик, совсем здоровый стал, еще лучше, чем раньше. Обрадовались родители, поблагодарили Мороза и ушли.

Вначале исполняли тунгаки слово, данное Морозу: не ходили на промысел в стойбища людей, питались оленьим мясом. Но тунгаки привыкли очень много есть. Скоро съели они всех своих оленей. Остались только ездовые.

Вот пришли теплые дни. Стали тунгаки со всего раканыта на промысел собираться. Только главный не готовит оленей в дорогу, злой сидит в своей яранге. Долго ждали его сородичи и, не дождавшись, ушли. А главный тунгак с женой и сыном в раканыте остались. Скоро совсем не стало еды в их яранге. Тогда Тунгак сказал жене:

— Как дальше жить будем? Видишь, все ушли запасать мясо на зиму. Не послушались меня, не остались в стойбище. Чем теперь будем мы кормить сына? Все равно он умрет.

Рассердилась жена:

— Травой питаться будем. Потом оленей разведем. Потерпи. Нельзя нам идти в стойбище людей. Ты слово дал.

Промолчал на этот раз Тунгак. Послушался жену. Но прошло немного времени, и надоела ему тундровая трава. Стал он тогда просить жену:

— Пойдем. Не узнает Мороз. Он сейчас далеко, в летнем жилье спит. Только один раз пойдем, а потом разведем оленей. Всех сородичей научим оленье мясо есть.

Не выдержала жена, согласилась.

Быстро собрали они свои упряжки, на задней нарте крышу сделали, туда ребенка положили. Прошли тунгаки уже несколько стойбищ, а мальчик все здоров. Вот и решили они, что никто их не узнал, о своем слове совсем забыли. Но ошибались тунгаки. Грозный Этынюргин уже знал об этом и очень обрадовался.

«Вот когда я подчиню себе непослушного, — подумал Этынюргин. — Заберу у него сына и не отдам, пока не станет он моим рабом».

Собрался Этынюргин и пошел в стойбище небесных жителей. Самого главного небесного жителя звали Киягник — жизнь дающий. Вот к нему-то и пришел Этынюргин.

— Что тебе надо, хозяин гор? — спросил Киягник.

Прикинулся Этынюргин опечаленным.

— Помоги мне, хозяин всего живущего, — тихо сказал он. — Вылечил я сына главного тунгака-оленевода от страшной болезни. За это обещал он мне не убивать больше людей или отдать сына. Нарушил он свое слово. Посмотри, вон его упряжки в стойбища людей идут. Теперь его сын по закону мой. Помоги мне забрать принадлежащего по праву.

Поверил Киягник Этынюргину, позвал своего сторожа Ворона и сказал:

— Возьми мою волшебную палку, забери у Тунгака сына и отдай Этынюргину.

Ворон так и сделал. Тихо спустился он на дорогу, по которой шли упряжки Тунгака, покрутил волшебной палкой над крышей задней нарты, и крыша открылась. Протянул Ворон палку, ухватились за нее руки, которые Мороз налепил. Забрал Ворон мальчика и отдал Этынюргину. Спрятался Этынюргин с мальчиком в своей каменной яранге, даже жене не доверял ребенка.

А Тунгак в это время пошел на сына посмотреть, увидел, что пропал мальчик, и все понял. Бросил он свои упряжки и вместе с женой побежал к Морозу. Все рассказал ему.

— Ты не послушался меня, — сказал Мороз. — Что же я теперь могу сделать? Я даже не знаю, где ваш сын.

Взял Мороз кусок льда, посмотрел в него и сказал:

— Твой сын у Этынюргина. Этынюргин сильнее меня, я ему подчиняюсь. Пойди сам и попроси его отдать ребенка.

Пошел Тунгак к Этынюргину, а Этынюргин говорит:

— Мне Киягник подарил твоего сына. Но я добрый. Отдам его тебе. Только за это должен ты стать моим слугой. Тогда сможешь снова ходить на промысел в стойбища людей.

Заревел Тунгак от злости, хотел схватить Этынюргина, но поднял руку хозяин гор, и закрылась каменная яранга со всех сторон. Сплошная скала образовалась. Никакого жилья не видно. Только слышно изнутри пение Этынюргина.

Подошел Тунгак вместе с женой к скале. Стали они плакать, сына звать, а Этынюргин поет, будто не слышит. От их слез у Этынюргина в пологе вода подниматься начала. А Этынюргин еще громче поет. По колено только поднялась вода — и кончились слезы у Тунгака и его жены. А Этынюргин прогнал воду. Снова пришлось тунгакам к Морозу идти. Мороз уже узнал о том, что Этынюргин обманул Киягника. Об этом рассказала ему Пурга. Рассказала она и о том, что разрешает Этынюргин Тунгаку убивать людей. Рассердился Мороз на своего хозяина, пошел к нему и сказал, что не хочет подчиняться злому. А Этынюргин даже не слушал его, все пел в своем пологе.

Стал Мороз снимать вязки с рукавов. С левого снял — ударил сильный мороз, затрещали крепкие скалы. С правого снял — полетели от холода мелкие части скалы. Развязал вязки на ногах — полетели большие камни. Целые горы отрываться стали. Развязал Мороз пояс на своей нерпичьей одежде. Вырвался на свободу страшный Северный Ветер, налетел на скалу, поднял верхнюю часть каменной яранги Этынюргина, подхватил его вместе с ребенком и вынес наружу. Упал Этынюргин на скалы и разбился. А мальчика ветер принес и опустил возле Мороза. Отдал Мороз сына Тунгаку и велел ему не забывать свое слово.

Ушел Тунгак в свой раканыт. На этот раз сдержал он слово. Стал со своими родичами оленей разводить. Люди его не видели, потому что никогда он к стойбищу людей не подходил. Зато диких оленей, которых тот Тунгак развел и в тундру выпустил, до сих пор еще люди бьют.

Вот и все.