Иван сидит со своими друзьями Яном и Валерьяном на узкой пологой песчаной полоске берега рядом с плотиной. Это их место. Фредди они с собой не взяли, уж больно он слабый и вялый. Валерка, как и Иван, тоже сегодня ночевал у Яна. Всю ночь они проговорили, заснув только под утро.

До утра друзья пытались утешить Ивана, отвлечь его от страшной ситуации в семье, строили смелые планы кровавой мести мегере, захватившей его дом, и придумывали, как им скорее отыскать добрейшую тётю Аню. Чем ближе становился рассвет, тем всё более бредовой казалась им история, происходящая в Ванином доме.

А сейчас они сидят, обложившись прохладным пивком, которое, как всегда, купил «богатый» Валерьян, и ведут обстоятельные мужские беседы.

— У студентов на станцию первокурсники заехали, блин. Три пацана и девок человек пятьдесят. Жаль, что они сегодня на выходные разъехались, а то мы б их навестили. Есть ваще реальные экземпляры, блин. Есть одна грузиночка с такими тонкими усиками. Чего ржёте, ослы? Батя говорит, что бабы с усиками самые ипливые. — (Батя, дядя Миша, — непререкаемый авторитет для Яна в любых вопросах, кроме рэпа). — Ещё одна такая маленькая тёлочка есть с вот такими батонами! — Ян на себе показывает, какие выдающиеся груди заехали на абитуру в этом году. — Я как её вижу, у меня сразу встаёт. И даже когда просто думаю о ней, встаёт, блин.

— Так он у тебя и не ложится. По ходу, ты всё время о ней думаешь, — говорит Валерьян, — хотя тут я с тобой солидарен, Янчик. Видел я эту тёлку. Реальнейшая! Я б ей вдул.

— У тебя что, вдулка за лето выросла, брат? — Ян кивает на плавки Валеры и тот автоматом переводит на них свой взгляд. — Раньше, вроде, не наблюдалось. Может, опять «плюс один» в статус поставишь? Или сразу плюс две?

Мальчишки дружно ржут. Они всегда ржут, когда собираются вместе. На переменках, после уроков, с пивком на пляже. Говорят всякие глупости и пошлости и ржут, как умалишённые. Постороннему человеку вообще их не понять. Нужно всё объяснять, как маленькому. Например, про «плюс один». В июне Валерьян поразил всех друзей «ВКонтакте» новым статусом «Плюс один! Завидуйте, дрочеры!». Ваня сам не видел, он редко в соцсети заходит — когда ему? Он из Питера еле живой почти ночью с тренировок до дома доползает, и так пять раз в неделю. А перед соревнованиями тренировки и в выходные дни. Так что все новости из Сети от друганов. Ян тогда сразу позвонил ему на мобилу:

— Зайди в контакт к Валере — не пожалеешь!

— Я в электричке, Ян, чего случилось-то?

— Да, похоже, наш вечный девственник тебя опередил!

— Да ладно. Не может быть!

Ваня прямо расстроился тогда. Запарился по-серьёзному. Шутки шутками, а у них с Валерьяном что-то вроде соревнования получилось, кто первый с девственностью расстанется. Ян, он вообще вне конкуренции — он девушку своей мечты, в смысле давалку своей мечты, ещё прошлым летом на агробиостанции нашёл. Правда, потом, когда выяснилось, сколько ему лет, студентка сделала вид, что в первый раз его видит, отказалась от связи с малолеткой и даже всячески его публично высмеивала, когда они к ней ездили на велах. Обзывала Яна мечтателем и наглой школотой. Но это дело пятое — Иван другу верит. Ян — он такой, он кого хочешь уболтает и на что хочешь разведёт. А уж при помощи волшебных шишек — стопудово. Ян наполовину цыган, хотя очень не любит, когда ему об этом напоминают. Красивый жгучий брюнет, на вид хоть испанец, хоть итальянец, но считает себя русским и люто ненавидит как цыганскую мафию, так и воюющих с нею нациков. У него с девчонками никогда проблем не замечалось, а теперь и подавно. Ян ведь звезда местных дискотек — ЭмСи Ян, самый модный рэпер областного масштаба. В голове у него каждую минуту рождаются крутые и ритмичные злободневные рэперские речёвки. Он даже в Питер на баттлы ездит и не последние места там занимает. Ну какая девчонка перед таким устоит?

Другое дело — Валерьян. Он рядом с Яном и Иваном выглядит совсем мальчишкой, хотя ему уже исполнилось шестнадцать. Валера типичный интраверт, весь во внутренних переживаниях, компьютерных играх, книгах и фильмах. Это он с друзьями в компании такой смелый — и этой бы вдул, и той, прямо Казанова Вырицкий. А в жизни он даже подойти к живой девчонке боится. В Сети — пожалуйста, чего только не напишешь в гормональном угаре, пользуясь анонимной безнаказанностью, а в реале всё очень грустно. Вырицкие девки активно нос воротят от низкорослого прыщавого очкарика. Не помогает даже крутой прикид, богатый дом и компьютерная продвинутость — никто с ним не гуляет. Студентки на него смотрят как на маленького мальчика. Ян даже представлял его им прошлым летом как младшего брата. И вдруг такое недоразумение — «плюс один», понимаешь ли!

Бесхитростный Ваня даже растерялся. Вроде, надо поздравлять другана, но это же значит фактически признать своё поражение. Ужас! Для него — спортсмена, привыкшего всегда побеждать, — абсолютно неприемлемая ситуация. И он в ней абсолютно не виноват. Ване просто некогда личной жизнью заниматься. Ватерпол съел всё свободное время. В общем, ситуация обозначилась неоднозначная.

Хорошо, что Валерка врать не умеет и через пару дней сдался, проговорился Яну, что просто прикололся. Ну как проговорился — Ян из него всю душу вынул, требуя все мельчайшие подробности грехопадения. Сидели они, как обычно, на ковре перед огромным теликом в доме Валеры и резались в «Теккен-5» на «Плейстэйшн-2» (любимое дело), и Ян одновременно с игрой всё тянул и тянул интимные тонкости грехопадения из друга. Пока Валера не прокололся и не сдался. И там, и там. Но был прощён, конечно. Только ещё одним приколом больше стало.

У Вани тогда тут же с души отлегло, и он ещё больше полюбил ботаника Валеру. Но этой ночью на всякий случай он поведал друзьям о страстном романе в спортивном лагере. Хотя на самом деле дальше невинных поцелуев без языка дела у него там не продвинулись, зато теперь никакие «плюс один» ему не страшны.

Ржут Ян и Валера сегодня громче и дольше обычного. Уже и насчёт повара и Коли Воронова прошлись, и над эмарями несчастными, которые в прошлые выходные на пляж приезжали, поглумились. И весь последний сезон «Саут Парка» в лицах пересказали. Ян уже про все свои пьянки и обкурки летние доложил, сколько раз с кем перемахнулся и как об ведро помойное башкой ударился. А Валера рассказал все последние новости про компьютерные игры и кинохи, которое за лето посмотрел. Очень стараются насмешить и отвлечь они от грустных мыслей своего товарища, который всё порывается бежать домой убивать страшную тётку подменившую мать. Видят друзья, что у Вани семейное горе, а от него только дружескими приколами, душевными разговорами да горьким пивом можно отвлечь человека. Главное — друга в такую минуту поддержать, не дать остаться наедине с разъедающими сознание мыслями. Не давать задумываться. А ведь есть о чём! Мать подменили, отчима зазомбировали, собак извели! Поверить-то друзья ему — поверили, но уж больно нелепая история рисуется. Нереально нелепая. Но всё равно друга нужно поддержать. Даже если он не прав и ему всё привиделось. Ведь он их всегда поддерживал и отвлекал. Когда у Валеры мать к любовнику сбежала, партнёру его отца по бизнесу, и он просто на стены лез от горя и боли предательства — Ваня с Яном его из депрессии вытащили? Вытащили. А то без них он бы совсем свихнулся. Когда дядя Миша, по трезвости кумир вырицких мальчишек, гоняющий с ними в футбол и летом и зимой, а в пьяном виде — редкий гад и семейный монстр, бил ни за что ни про что бедного Яна тем, что под руку попадётся, друзья рэпера поддерживали? Поддерживали. И жил Ян неделями, пока отец выходил из запоя, то у Вани, то у Валеры. Теперь настала их очередь помочь Ване, у которого никогда раньше не случалось семейных проблем. Никогда раньше. А теперь сразу астрономическая. Друзья верят Ивану, но очень хотят сами убедиться в подмене тёти Ани. Но как ему об этом скажешь, он же бешеный, тем более сейчас. А чем они ещё реально могут ему помочь? Максимум конструктива, на который они сейчас способны, это:

— Менты — козлы, ничего без денег делать не будут, зря ты к ним пошёл.

Чего с них взять — мальчишки. Помочь хотят, а как — не знают. Вот и чешут языками без умолку. Наконец, когда почти все темаки исчерпаны, кости перемыты, а пиво почти закончилось, Ян поднимает стопроцентно беспроигрышную тему. Он в сотый раз предлагает друзьям создать группу. Например, рэп-кор коллектив. Он будет писать тексты, музыку, играть на гитаре и читать, Валерик играть на клавишах, а Иван на барабанах. У него ж офигенное чувство ритма. Репетировать и записываться можно у Валерки в гараже. С тех пор как оттуда съехали две мамины машины, места там полно. А для записи Ян выпросит у дяди Миши его олдовый, но очень классный катушечный мафон. Идея, как всегда, мгновенно захватывает их умы, и Иван на время забывает о кошмаре, происходящем у него дома.

Но вот к реке приходит прогуляться красивая женщина с мопсом на поводке, и мысли Ивана снова переключаются на пропавшую мать. Тогда уставший от навязчивой ситуации Ян, исчерпавший все отвлекающие темы, предлагает сгонять на велике к нему домой и пообщаться с домочадцами под предлогом забытого Иваном дома плеера. Ян приехал на речку на своём верном коне, велосипеде «Gant», купленном полтора года назад у Комбата, перегонявшего ворованные велы из Финки. Приехал на веле, несмотря на то, что ему пришлось тащиться со скоростью пеших друзей, чьи велики томились в неволе в родных чуланах. Всё-таки Ян — очень понтовый чувак.

— Я их сразу раскушу, Вано! Ты же знаешь, какой у меня глаз, глаз алмаз, чёткий, блин, глаз! Ио камон! Я чел — рентген, очень редкий ген, вырицкий абориген, поверь мне, мэн!

Пока он мотается, Иван и Валерик устало бредут через плотину в летний магазин за сигаретами. Сегодня жарко. Воздух парит, небо давит, синие с металлическим отливом стрекозы низко летают над прибрежной водой. На плотине, пока они долго стоят, смотрят на бурлящую внизу белую воду и курят (обычно Ваня не курит, но тут сорвался), к ним пристаёт местный сумасшедший Толик, радостно рассказывая, как вчера у плотины плавали и кувыркались в бурунах два обнявшихся трупа. Толик — местная достопримечательность, уже много лет пугающая отдыхающих в Вырице своими однообразными трешовыми баснями, в которых меняется только количество утопленников. Местные уже давно не обращают на его болтовню никакого внимания, а туристы пугаются. Особенно наивные юные девушки.

— А чего ваша собака не купается? Ей же жарко.

— Какая ещё собака? — удивляется Валерик и машинально протирает и так чистые очки.

— Да вон же, — Толик показывает пальцем на неприметную чёрную дворнягу, стоящую рядом с плотиной у воды и глядящую в их сторону.

— Это не наша, — говорит Иван.

— А чего она тогда за вами таскается? Приблудилась, что ли?

— Толик, отвянь. Мы её в первый раз видим, — устало отвечает Иван, — иди уже куда-нибудь! И без тебя тошно.

— А пиво допить дадите?

— Да на, допей! Только отвали. — Валерик протягивает чудику свою бутылку.

— О, блин! Я всего на пять минут отъехал, а вы уже нового друга себе нашли!

Ян вернулся — кричит издалека.

Подъезжая к друзьям, он резко тормозит. За великом на плотине остаётся долгий пыльный след. В этом весь Ян — ни минуты не может прожить без понтов!

Ян протягивает Ивану плеер.

— Ну что, видел её? — Сердце Вани бешено колотится.

— Мамку твою? Видел, конечно. Конечно, видел, брат. Даже чаю с ней выпил. Она это. Базара нет. Точняк, она. У меня глаз верный.

Кулаки Ивана рефлексивно сжимаются. Ян, не слезая с велика, мастерски плюёт с плотины в реку. Потом внимательно, словно участковый врач на приёме в поликлинике, смотрит на сникшего Ивана.

— Зарёванная вся из-за тебя. Просила, чтоб я тебя вразумил. Нашла, блин, самого разумного. Говорит, что, видимо, ты устал от её собак и вечных собачьих проблем и решил от неё отказаться. Она так решила, брат. Сначала думала, что это ты из-за Зурика так расстроился, что у тебя крышак отъехал. Я говорю, нет, тётя Аня, мы с Вано всю ночь протрещали, крыша у него на месте, только вас матерью не признаёт. А она — так мне и надо: за мою любовь собачью к тварям четвероногим родной сын от меня отказался. Может, ты зря так резко, брат?

Ваня в гневе кидает плеер с наушниками и втаптывает их в землю.

— Ян! Заткнись! Ты же мой лучший друг! Ты кому веришь? Мне или этой твари?

Валерик делает на всякий случай несколько шагов назад и говорит под нос, как будто самому себе.

— А может, спортивная травма? Может, нырнул в море неудачно — об камень головой? Я читал, что бывают такие незаметные травмы головы. Вроде, всё снаружи нормально, а всякие глюки, видения и голоса вылезают.

— Глюки? Голоса? Да пошли вы! — Иван срывается на крик. — Без вас обойдусь!

Иван резко разворачивается к друзьям спиной и нервно уходит в сторону станции. За ним метрах в десяти неотступно семенит худая чёрная дворняжка.