Ноги у Дарси подкосились и она села на пол, все еще не отведя взгляда от фотографии на кофейном столике

— Ты в порядке, девица? — Коннор встал.

Она замахала головой, все еще глядя на фото. Адам.

Шанна наклонилась вперед:

— Ты как то с ним завязана?

— Я… Я даже не знаю его настоящего имени, — Дарси опустила голову.

— Ты и правда с ним как то связана, — прошептала Шанна.

Зачем даже пытаться отрицать? Один взгляд на его фото и она уже на полу. Дарси подняла голову и уставилась на фото адама. Нет, не Адама. Ее грудь сжалась, выжав весь воздух из легкиз и раздавив сердце. Она провела так много времени, думая об Адаме, а он не был Адамом.

Желая Адама, а он не был Адамом. Он был первой ее мыслью, когда она просыпалась, последней мыслью, когда она забывалась своим мертвым сном по утрам. И ее мысли жижделись на надежде, что как-то, вопреки всем страхам и сомнениям, он все еще будет любить ее, и они смогут быть вместе.

И это все было ложью. Бесполезная, безнадежная мечта, которая обратилась в прах в свете правды, как и она обратится на солнце. Адам ушел. Нет, адам никогда не существовал. Ну, ее мечты были реальными, и ее почти убила их потеря. Потеря пронзила ее сердце, потом медленно обратилась в нечто более мрачное.

Предательство.

Он лгал ей. Черт, он оней и не думал, скорее всего. Он просто работал под прикрытием.

Теперь его бесела с леди Памелой обретала смысл. Он говорил разной продолжительности ночей потому, что знал, что говорит с вампиром. Он хотел, чтобы судьи думали, что он вампир. Он водил их за нос, дурил ее. А его реплика про международного шпиона? Леди Памела смеялась над его глупостью, но это он смеялся над всеми ними.

— О, Госполи, — пробормртала Дарси, она в ужасе посмотрела на Шанну, — Я рассказала ему о вашей свадьбе. Это была моя вина. О, нет, — она прикрыла рот рукой, — Мне так жаль.

Шанна широко раскрыла глаза:

— Что ты сказала?

— Он пригласил меня на свидание в субботу, и я ответила, что должна в субботу пойти на свадьбу. Я упомянула ваши имена, больше ничего.

Коннор кивнул:

— Так Шон Веллан узнал дату свадьбы.

— Я не сказала, где она будет, — уверила их Дарси. Но теперь она вспомнила, что Адам хотел узнать больше. Он хотел узнать, где Шанна и Роман проведут свой медовый месяц.

— Все в порядке, — улыбнулась Шанна, — Наша свадьба все же состоялась.

Дарси сжала зубы:

— Не все в порядке, — гнев переполняа ее, но она не была горячим. Она думала, что была холодной последнии четыре года, но это нельзя было сравнить с той холодной яростью, что бурлила в ней сейчас. Адам использовал ее, а она так отчаянно нуждалась в тепле и внимании, что влюбилась в него. Она была близка к тому, чтобы расстроить свадьбу Шанны из-за него. Будь он проклят за то, что обращался с ней, как с трогательной, одинокой женщиной.

Она махнула в сторону коробки с DVD:

— Что это?

— Данные об Остине Эриксоне, — Коннор раскрыл коробку и достал диск. — Мы следили за их группой. Мы планировали навестить их как-нибудь ночью и стереть им всем память.

Коннов вставил диск в плеер Шанны и включил телевизор:

— Я следил за Эриксоном, чтобы изучить его распорядок дня. Мы бы не хотели упустить его в запланированную ночь.

Дарси медленно встала. На экране телевизора она увидела плохосвещенный гараж. Кто-то припарковал темный седан и выбрался из него. Адам. Нет, это был Остин. Нет, это был Лживый Подонок. Он прошел к лифту. Экран тут же погас, потом на нем появилось изображение гостиной. Остин был внутри, ходил туда-сюда.

— Я пролетел мимо четвертого этажа и снял это через окно, — сказал Коннор.

— Надеюсь, никто не заметил тебя, висящего в воздухе, — сухо прокомментировала Шанна.

Уголок рта у Коннора приподнялся:

— Меня не видели, — его улибка растаяла, когда он обратился к Дарси, — Эриксон опасен. Мы еще никогда не встречали смертного с таким уровнем способностей.

Шанна удивилась:

— Выше, чем у меня?

— Ты сильна, — подтвердил Коннор, — но тебя не тренировали, чтобы их использовать, — он махнул рукой в сторону Остина, — а его тренировали.

Дарси сжала руки. Оин были такими холодными, что могли рассыпаться, как кусок льда:

— Какого вида парапсихологические способности? Он может контролировать людей? — может он внушил ей чувства к нему?

Нет, не правильно так думать. Ее чувства были вовлечены больше, чем ее рассудок, и он не мог манипулировать ее сердцем.

— Я не знаю, как много он может делать, — ответил Коннор, — Но ты точно могла заметить, если он пытался читать твои мысли.

— Правильно, — Дарси облегченно вздохнула. Она всегда могла определить, когда кто-то пытался прочитать ее мысли, — Я бы почувствовала холод.

Шанна вздрогнула:

— Со смертными это не так работает. Когда мой отец пытался читать мои мысли, я чувствовала тепло.

— Да, смертельным холодом веет от вампира, он от смертных — жаром, — согласился Коннор.

Жаром? Дарси вжалась в кресло. Господи Боже. Все эти разы, когда она наполнялась теплом, она приписывала это влечению, даже желанию. И все это время это был он, пытающийся проникнуть в ее мысли. Не поставив ее в известность и против ее желания.

Коннор сузил глаза:

— Он читал твои мысли, да?

Ублюдок-манипулятор. Ее глаз начал дергаться:

— Я… Я не думаю, что он смог узнать что-нибудь ценное от меня.

— Наверное нет, — Коннор скрестил руки, — Они так и не узнали, где должна быть свадьба.

Дарси кивнула. Все, что Остим мог выведать, так это ее потаенные страхи и желания. И это было очень плохо. Он даже, наверное, знал, что она в него влюбилась. Эмпат, ха! Она думала, он преувеличивал, так нет, это она чертовски его недооценивала. Еще одна ложь.

Она достала его профайл из папки:

— Могу я это оставить себе?

— Да. У нас все есть в компьютере, — Коннор выключил телевизор, — Что планируешь делать?

— Отплатить, — Дарси узнала адрес Остина из профайла.

— Не думаю, что это хорошая идея, увидеться с ним прямо сейчас. Ты слишком расстроена. Давай я с ним поговорю.

— Он — моя проблема. Я с ним и разберусь.

Коннор нахмурился.

— Ты принимал за меня решения в прошлом, — тихо добавила Дарси, — Не делай этого снова.

Намек на боль промелькнул на его лице:

— Очень хорошо. Я оставлю это тебе. Но будь осторожна. Мы не знаем, как он прореагирует.

— Я провела в его обществе очень мало времени, — вставая, сказала Шанна, — но он выглядел приятным парнем.

— Он много как выглядит, — проворчала Дарси, складывая его профайл и убирая его в карман брюк.

— Я думаю, что он мыслит более широко, в отличии от других, — продолжила Шанна, — Это может быть хорошим признаком, знаешь. Если ты сможешь его убедить, что есть хорошие вампиры, он сможет повлиять на других в своем отделе.

Дарси сжала руки в кулаки, она не думала, что сможет быть дипломатом этой ночью:

— Сейчас я хочу уйти.

— Хорошо, — Коннор взял DVD и файл, — я перенесу тебя в городской дом Романа. Потом Ян подвезет тебя до его квартиры.

Сейчас Дарси не протестовала, когда Коннор обхватил ее за плечи и телепортировал из дома Шанны. Через полчаса Ян остановил машину с ней на улице в Гринвич Вилладж. Это было место в паре кварталов от той аллеи, где ее жизнь полностью изменилась.

— Я найду место, где припарковаться, — сказал Ян. — Сколько тебе надо времени?

Дарси посмотрела на часы на приборной доске:

— Я думаю. Тридцати минут будет достаточно, — она знала Яна уже четыре года, но все еще не привыкла, что, хотя, он и выглядел как подросток, ему было уже четыреста лет.

— Буду ждать тебя у его дома в два-сорок-пять, — Ян включил аварийку и вышел из БМВ Романа, чтобы открыть дверь перед Дарси, — Давай, — Он проводил ее до входа в здание.

— Этот смертный очень силен и физически, и психологически, так что будь осторожна, — Ян достал из споррана какие-то инструменты, меньше, чем через минуту, дверь была открыта.

— Спасибо, — Дарси вошла в здания и поднялась на лифте на четвертый этаж. Коридор был длинный и плохоосвещенный. Квартира Остина была где-то в середине, окна выходили на улицу.

Внезапно ее охватило желание уйти. Что она делает? Конечно, она была вне себя, но эта ссора сделает больно не только ему, но и ей. Потому что, черт возьми, ей все еще было не все равно. Последние несколько недель она чувствовала к нему интерес, желание, беспокойство, даже любовь. Эмоции заполнили глубокий и пустой колодец, и не ушли за несколько минут.

Она подергала ручку двери. Конечно заперто. Услышит ли он, если она постучит? Впустит ли он ее?

Она решила найти Яна и попросить егопоколдовать над замками. Или была еще одна возможность. Она никогда раньше не пробовала. Она не хотела признать, что это было в ее силах. Это была вампирская штучка.

Но она и была вампиром. Пришло время прекратить претворяться, что она человек со странной диетой и ночными часами бодрствования. Она была порождением ночи, и поэтому Остин Олаф Эриксон вошел в ее жизнь.

Она положила руку на ручку двери и сконцентрировалась. Она должна была телепортироваться по другую сторону двери — всего несколько дюймов в пространстве. Она закрыла глаза и сосредоточилась на этой мысли. Медленно пол под ее ногами начал исчезать. Дверь под ее рукой пропала. Она подавила внезапно накатившую волну паники и представила себя по другую сторону. Теперь она сфокусировалась на том, чтобы обратно обрести свое тело. В поле зрения появилась комната, та же, что и на диске Коннора. Быстро оглянувшись, она убедилась, что комната была пуста.

Она сделала Это! Она оглянулась, отметилв три засова и сигнализацию. С гордостью она подумала, что даже этот супе-пупер международный шпион не смог удержать ее за пределами своей территории.

Ну, и где этот лживый подонок?

Она тихо пересекла комнату. Остин определенно много времени проводил на кожаном диване в гостиной, напротив телевизора. Кофейный столик был завален видеокассетами, старыми дискетами, на нем был и лаптоп. Не слишком продвинуто для международного шпиона. И не достаточно трезво — край стола украшала дюжина пустых бутылок из-под пива.

В одном из углов комнаты стоял тренажер, вокрег которого лежали гантели разного размера. Налево комната переходила в маленькую кухню. Направо была закрытая дверь.

Она ее открыла и прошла внутрь. Лунный свет освещал предметы мебелировки: шкаф, прикроватный столик, огромную кровать. С тех пор, как она стала вампиром, у нее заметно улучшились зрение и слух, поэтому она могда слышать его мягкое, размеренное дыхание и рвзличить каждую складочку простыни, которая укрывала его ноги и бедра. Суда по всему, сон его был беспокойным. Над краем простыни она увидела резинку от его боксеров.

Он был прекрасен. Лунный свет ласкал его широкую спину и плечи, его золотистую кожу, изгиб его позвоночника там, где он переходил в крестец. Дарси обошла кровать, глядя на него. Округлость его бицепсов, мягкие завитки волос на его груди, густые, взъерошенные волосы на его голове, маленькая складочка на его щеке там, где появлялась ямочка, когда он улыбался. Его кожа выглядела загорелой и теплой. Как она любила это тепло. Но она перепутала тепло его тела с теплом души.

Ее глаза наполнились слезами. Она так быстро в него влюбилась. Его скулы оттеняла щетина, немного темнее цвета его выцветших на солнце волос, это придавала ему некую ауру опасности, как будто за фасадом приятного парня с пляжа прятался пират. Но кожа над щетиной была мягкой и нежной. Его густые ресницы, отбрасывали тень на эту кожу, придавая ему вид святой невинности.

Она все это время верида в эту невинность, а он на самом деле был пиратом. Как ты мог?

Ее мысли кричали у нее в голове. Как ты мог лгать мне?

Он застонал и повернулся на спину.

Она отступила. Мог ли он слышать ее мысли?

Он завертел головой, лицо его исказила гримаса боли:

— Нет, — пробормотал он и ударил по простыни рукой, — Нет, — руки его сжались в кулаки, глаза задвигались под веками.

Плохой сон, вот, что ему снилось. Ну, он заслуживал плохие сны.

— Нет, — он свернулся в позу зародыша, — Дарси.

Она резко втянула в себя воздух. Ему снилась она. А его голос был наполнен болью. Нечистая совесть? Или он тоже был в нее влюблен? Она вышла из комнаты. Она вспомнила как он выглядел той ночью в оранжерее, когда думал, что его никто не видит. Он был в отчаянии.

Она подошла в дивану. Были ли все эти пустые бутылки его способом затопить боль? Краем глаза она заметила надписи на кассетах. Четвертый канал/Дарси Ньюхарт. Что такое? Она схватила одну из них и зарядила в видеомагнитофон, нашла на диване пульт и включила телефизор. Звук был на самом низком уровне, но она все равно нажала кнопку mute.

Началась запись. Ноги ее подогнулись, и она уселась на диван. О, Боже, она помнила эту запись. Это был репортаж об открытии площадки для собак в Бронксе. Вот она, живая, идет под ярким солнцем.

Она зажала рот рукой, глаза заволокло слезами. Проклятье. Она не собиралась плакать.

Та жизнь закончилась.

Она выключила телевизор и начала изучать видеокассеты. Всего около дюжины, на них вся ее карьера и даже еще что-то. На последней она прочитала «Исчезновение/смерть Дарси». С тихим вскриком она уронила ее на стол. Боже. Она закрыла глаза и попыталась глубоко дышать.

Спокойствие снизошло на нее в тот момент, когда она поняла, что Остин Эриксон смотрел все эти кассеты. Он изучал ее, как экспонат в музее, чтобы потом лучше ею манипулировать. Лживый поддонок.

Она подняла одну дискету и прочитала на ней «ВТЦ — записи о сотрудниках». Ублюдок. Она взяла другую. «ВТЦ — абоненты». «ВТЦ — рекламодатели». Боже, похоже, что он скачал всю информацию о ВТЦ. Этим он занимался в ее офисе? Он приходил, притворяясь, что хочет видеть ее, но все, что ему было нужно, так это найти способ разрушить ее работу, ее знакомых, весь ее мир.

Она увидела что-то желтое под дисками и достала это. Это оказался желтый блокнот со списком. Внизу списка било ее имя.

А сверху его рукою было написано «Все вампиры должны умереть».

Всхлипнув, она уронила блокнот на стол. Тело ее пронзила дрожь. Умереть? Он собирался убить ее? Она сжала руки и просмотрела весь список. Грегори, ванда, Мегги, в списке были имена всех, кто был ей дорог. Паника заполнила ее сознание, она полностью осознала глубину предательства Адама.

Она вскочила на ноги. Она не будет жертвой. Оджнажды у нее уже украли ее жизнь, но больше такого не будет. Ублюдок, ей надо прямо сейчас вернуться в его комнату и оторвать на фиг его голову. Но сначала она должна защитить своих друзей-вампиров. Больше она не будет притворяться, что она не одна из них. Он была вампиром и это была и ее война.

Она вырвала несколько листков из блокнота и порвала их на мелкие клочки. Взгляд ее упал на лаптоп. Скорее всего в нем было много информации, значит она возьмет его с собой, когда будет уходить. От дискет тоже надо избавиться.

Она собрала их все и направилась в кухню. Она открыла микроволновку и положила из во внутрь. Трех минут должно быть достаточно. Она нажала кнопку «старт» и отошла на шаг, мрачно улыбаясь, гляда на искры. Может. вся эта чертова штука взорвется.

— Стой там, — тихо произнес глубокий голос. — Подними руки вверх, чтобы я мог их видеть.

Дарси медленно повернулась и увидела, что Остин выходит из двери спальни. Лунный свет блестел на револьвере, который он держал в руке.

Продвигаясь, он поворачивался из стороны в сторону, направляя пистолет в темные углы комнаты:

— Ты пришел один?

Дарси поняла, что он не очень хорошо видит в темноте:

— Я одна.

Он застыл, услышав ее голос.

— Дарси?

Она включила освещение на кухне и порадовалась, увидев выражение шока на его лице.

— Не ожидал увидеть меня. Остин? — она указала на его револьвер, — Если ты сейчас собираешься меня убить, то тебе потребуется что-то по-серьезней, чем это.