Волхвы против глобализма

Сперанский (Велимир) Николай Николаевич

Часть первая (время перемен, упорядочивание хаоса)

 

 

Где замешаны крупные деньги, там расцветает либеральная мысль.
И. Шафаревич, «Зачем России Запад?»

 

Историческое распутье

1. Мне больно и стыдно за свой народ, пришедший к безобразию, которое ежедневно разворачивается перед нашими глазами. Кто-то обворовал нас и нашу страну, и утвердил такие нормы человеческих отношений, которые не могут быть восприняты без чувства омерзения и позора. Мало того, что у нас нормой стал криминал в своем обыденном понимании. Утвердился криминал духовный, истребляющий те ценности, которые определяют сам характер и дух нашего народа, его мышление, традиции, и цели бытия.

Во всем этом вполне справедливо можно обвинять наших внутренних чиновников, олигархов, либералов, масонов и сионистов, а так же внешних империалистов, управляющих ими всеми в рамках программы мирового господства США. У всех них есть свое место в заговоре против нас, и есть своя доля вины. За всеми ними стоит воля мировой промышленной цивилизации, стоят силы и движения, которые вместе взятые, здесь называются единым словом: глобализм. Есть, конечно, во всех наших бедах и наша собственная вина. Никто ничего не смог бы с нами сделать, если бы мы сами, как народ, этого не захотели. Поэтому сегодня наша задача двоякая. Первая задача — это разобраться: что с нами происходит, на каком историческом этапе мы находимся. И вторая: понять, что и как русский народ мог бы изменить в самом себе, чтобы исправить положение.

Оказать достойного сопротивления глобализму мы сегодня не можем. Ровно как не можем и конкретно выделить всех наших противников — глобалистов поименно, четко обозначив их цели и организации, способствующие достижению этих целей.

В самом этом факте нет ничего удивительного. Это тайна мирового глобализма, которую он охраняет всей имеющейся в его распоряжении мощью. Поэтому судить о намерениях его адептов возможно лишь по результатам развития мирового исторического процесса.

О том, кто и как унижал и грабил Россию в конце двадцатого века можно прочесть, например, в книге С.Ю. Глазьева «Геноцид», изданной в 1998 г. и переизданной в 2003 г. в Москве издательством «Терра». Тем не менее, от книги остается впечатление, что какие-то действующие силы так и остались не названными. Это связано с тем, что в книге нет концептуальных представлений о целях глобализма. Нет выпукло представленной картины: ради чего ведется геноцид? Является ли он следствием — побочным «экономическим» явлением, или именно он является основной целью?

Мы едва ли ошибемся, если скажем, что существуют идеологические центры — очаги мирового зла, в которых некие масоны злобно и открыто обсуждают планы перекройки мира и уничтожения славян. При этом они следуют не только экономическим соображениям, но и каким-то эзотерическим идеям, на подобие того, как это было в фашистской Германии.

Без продумавших многое заранее идеологов зла было бы просто невозможно последовательное и грандиозное разрушение СССР, которое произошло на наших глазах. Однако, судя по развитию событий в мире, эти центры мирового зла не могут жестко управлять мировой экономикой и мировой политикой. Наши наблюдения показывают, что силы, двигающие процесс глобализации, в значительной степени происходят из самой природы современной промышленной цивилизации. В этом смысле, эти силы оказываются надличностными, никем не управляемыми и хаотичными.

Таким образом, мировой глобализм, как мы его определили, это с одной стороны стихийная потребность мировой экономики, пребывающей в том качестве, которое она имеет сегодня. С другой стороны, это выражение сознательной воли владельцев мирового капитала, самым ярким идеологом которых оказался Бжезинский. Это ему приписывается идея, что для обслуживания американской и европейской экономики, в России достаточно населения в тридцать миллионов человек. Запад не отказался от этой мысли.

Третий компонент глобализма — это злобная воля и жажда власти русофобствующих эзотерических сил, которые не ограничиваются экономическим рационализмом. Они могут создавать свои эзотерические построения на идеях иудаизма, мистике Третьего Рейха или просто на идеях сатанинского характера, в основе которых лежит ненависть к самому факту жизни на земле отдельных народов или всего человечества.

Этот третий мистический компонент глобализма изначально может существовать в виде неистовых эзотериков, ищущих состоятельных людей, которые могли бы дать их идеям материальное воплощение. Они есть законченные представители мирового зла. Если в конце концов они убедят в привлекательности своих идей владельцев мировых капиталов, то неизбежна мировая катастрофа еще большего масштаба, чем имела место во время Второй Мировой войны. Именно ради таких «апокалипсических» идей, Америка сегодня выделяет триллионы долларов на клонирование людей, на создание живых роботов и генетической бомбы. Возможно, уже в ближайшие два десятилетия появятся сверхлюди — убийцы, и вирусы, смертельные для людей с определенными расовыми признаками. Тот жестокий и безликий сверхчеловек, возможность которого истерически провозглашали в нацистской Германии, медленно, но поступательно изготовляется в США. Вопрос только во времени.

Нам могут не поверить, что этот третий компонент глобализма существует и реализует свои цели. Действительно, у нас нет никакого документа юридического характера, который можно было бы представить в доказательство. Объявляя, что этот третий компонент нужно искать и готовиться к его появлению, мы опираемся на опыт человечества и просочившуюся к нам информацию. Этот опыт говорит, что сила, двигающая странами и народами, всегда нуждается в глубокой мистической идее. Этой силе не хватает одного экономического интереса. Она формирует идеологию, которая не обслуживает экономику, а повелевает ею. Так было в фашистской Германии, так было в СССР, так обстоят дела в современном исламском мире, и так должно быть в пропитанной сектантским духом Америке.

Поэтому глобализм чреват не только медленным подавлением этнического самосознания народов. Он потенциально несет в себе угрозу мировой катастрофы всестороннего характера.

2. Сегодня международное движение антиглобалистов во многом направлено лишь против симптомов глобализма, не затрагивая самой его сути. В значительной степени оно обслуживает интересы мелких товаропроизводителей Европы, и ограничивается их интересами. На деле, оно не пытается идеологически противостоять глобализму, если не принимать в учет философию тех отчаянных борцов, которые регулярно появляются на улицах мировых столиц с целью устроить показ выпуска пара народного недовольства. Само их выступление против собраний и решений группы стран G7, а теперь уже G8 едва ли является до конца осмысленным актом. Человечеству необходимо сообща решать мировые проблемы. Нам всем просто не остается ничего другого. Поэтому сильнейшие и ведущие страны мира должны находить удовлетворительное мнение по основным вопросам бытия людей на планете Земля. Альтернативы этой взаимной договоренности бунтари — антиглобалисты не имеют. Иное дело, что при договоре ведущих стран мира не должен страдать русский этнос, как и никакой иной этнос в Мире. Русское язычество выступает не против мирового сотрудничества, а против мировой системы порабощения, которая в течение столетий отшлифовывалась мировой демократией, во многом направлена против России, и узким местом для которой в двадцать первом веке будет так же Россия и русский народ.

Сегодня в России мы имеем и другое направление борьбы, отличное от антиглобалистического — это патриотическое движение, которое более конкретно указывает в сторону врагов России. Оно говорит, что виновных в разграблении России можно найти. По большему счету, мы многих из них знаем. Идет составление списков. Придет время, и они ответят. Однако будет ли это второй «Нюренбергский процесс», или только суд истории, сейчас сказать трудно. Ясно только одно. В ближайшее время это не произойдет.

Патриотическая мысль России прошла довольно большой путь в расследовании гигантского преступления: выяснения, куда исчезли богатства СССР, как происходило предательство нашего народа коммунистами, и какими способами наше государство было превращено высокопартийной сволочью из сверхдержавы в «нефтяную республику»?

В нашей ситуации, поиск виновных необходим. Виновные в национальной катастрофе — это высшее звено чиновников, управлявших страной во время горбачевской перестройки. В течение нескольких лет перестройки практически все они стажировались на разнообразных западных семинарах по экономике, где им промывало мозги ЦРУ, и вдолбило в сознание ту модель разрушительных реформ, которые осуществились у нас в девяностых годах. Сама такая возможность: быстро убедить чиновников в бессмысленности социализма, неполноценности русского народа и необходимости совершить предательство в пользу интересов США, могла появиться лишь при условии, что «элита» советских чиновников была к этому времени основательно развращена и оторвана от народа во всех смыслах. Советская «элита» глубоко презирала народ, которым управляла. Только в этом случае и было возможно предательство. Естественно, верхушка чиновничьего аппарата была духовно едина с верхушкой аппарата партийного.

Создание цельной предательской организации в верхнем звене управления СССР требовало попустительства КГБ. В этом смысле, на руководстве КГБ лежит вина в том, что оно фактически одобрило заговор в верхах, когда его еще можно было пресечь. Сегодня (на 2006 г.) когда нам торжественно заявляют, что СССР проиграл «холодную войну», — то это означает то, что СССР победили через интригу. Через подкуп высших чиновников, которые хотели владеть богатствами страны, но не могли добиться этого при социализме.

Вообще говоря, получается, что в «холодной войне» побежден не народ, а советское правительство. Война с народом еще продолжается.

Как же нашему народу сопротивляться давлению идеологии глобализма? Для этого народ должен жить самостоятельно от власти и самостоятельно хранить представления о добре и зле, о том, что можно, а чего нельзя делать, что есть достоинство, а что есть позор.

Коммунизм потерпел поражение в силу порочности его основной идеи. Ложность коммунистической идеи, по сути, была выяснена еще в девятнадцатом веке утопистом Робертом Оуэном. Он создавал производства сначала в Англии, а потом в Америке, и устраивал на них коммунистический принцип раздачи зарплаты и взаимопомощи. Гибель его производства дважды произошла по совершенно одинаковой схеме. Сперва работники удивлялись человечности хозяина, и производительность росла. Но потом к рычагам распределения благ проникали жулики, и производство распадалось, поскольку хорошо трудиться становилось не выгодно: в конечном итоге блага получал не труженик, а вор и бездельник. Эта же схема подорвала изнутри и экономику СССР.

Чиновники не посмели бы предать, и крах экономики СССР не произошел, если бы советский народ в целом был трудолюбив и честен. Торжество воров в эпоху социализма развило у нашего народа стремление хорошо зарабатывать, но плохо работать. Извратило сознание: «идя домой, возьми хоть гвоздь — ты тут хозяин, а не гость.» Произошла эрозия нравственных ценностей, которая сегодня используется и углубляется нашими врагами. Эта эрозия росла не вследствие пропаганды Запада, а вследствие дефективности принципов коммунизма.

Коммунизм морально разложил народ, но до сих пор ни один лидер патриотического движения толком не дал ответа на вопрос: каким путем нам надо восстанавливать утраченные духовные ценности? Некоторые патриоты для этого обращаются к церкви. Но эта организация была лишена какой либо духовности уже перед революцией 1917 года. Если бы это было иначе, то никакой революции просто не было бы, и международный заговор против России того времени не дал бы никаких плодов. Вопрос о традиционных народных ценностях, о том: способен или не способен народ самостоятельно продолжать свою жизнь в рамках своей исконной традиции, нашими патриотами не ставится. Они, как и сто лет назад, собираются воевать исключительно политическими и силовыми методами, никак не осмысляя жизнь и логику народного сознания.

Между тем, сегодня борьба идет не только за политическую власть, но и за этническое сознание нашего народа. Ибо глобализму важно: будет ли наш народ думать стандартно, или нет? Будет следовать установленной глобализмом системе ценностей или нет. Будет он покорен рекламе или нет. Будет массово покупать товары мировых монополистов или нет. В конце концов, будет ли он во всем послушен мировым манипуляторам? Сегодня, в ответе на все эти вопросы политический аспект играет незначительную роль. Роль играет лишь самосознание народа: захочет ли он быть покорным тягловым быдлом, или у него возможно свое мнение, своя воля и своя душа. Своя религия, хранящая нравственные ценности. Мировые манипуляторы сознанием нашего народа делают все, чтобы он ничего такого не имел, и не захотел иметь.

Таким образом, вместе с политической борьбой, мы сегодня имеем борьбу за этнические ценности. И надо сказать, что к такому повороту дела патриотическое движение не готово. На начало двадцать первого века, оно так и остается на уровне партийной борьбы, как ее понимали в позапрошлом столетии. Патриотическое движение не видит, что исторически, сегодня, оно просто исчерпало себя. Его листовки, газеты, разоблачения и агитация бессмысленны, ибо всем в России известно, что за патриотической оппозицией нет никакой привлекательной реальности, никакого предложения достойной жизни. А того, что даже простое сохранение в быту нашей традиционной культуры оказывается уже борьбой — этого почти никто из наших патриотов не замечает. Иные от народной традиции даже «воротят нос», ибо это по их мнению отвлекает от революции. Ведь во всей унаследованной нами народной традиции нет ничего, что бы хоть как-то совмещалось с революцией и революционной борьбой, как ее нам преподали большевики на заре советской власти.

Борьба за человека, за его душу, ведется не только средствами информации и экономики, но и методами массовой культуры и религиозными методами. Все это используется сегодня. Комбинацией этих методов борются против нас наши противники. И они планомерно довели Россию до сегодняшнего состояния. Мы же только сегодня приходим к мысли, что у нас есть этническое самосознание — которое тоже оружие. Им надо овладеть, и наносить ответный удар.

3. Духовный кризис современной России достаточно подробно описывает наш известный политолог Александр Зиновьев в книге «Русская трагедия (гибель утопии)», Москва, 2002 г… Его взгляд на будущее России весьма пессимистичен. Он находит, что с одной стороны, привнесенные в Россию демократической революцией западные ценности, были сами по себе заранее изношенны. С другой стороны, оставшиеся нам в наследство православие, монархическая идея не жизнеспособны.

Сила коммунизма казалось бы состояла в том, что он предлагал альтернативу глобализму. Человек социалистического общества был боле универсален и более самостоятелен, чем человек того же статуса при нынешнем демократическом глобализме. Он обязательно изучал свой, советский, раздел истории, и считал за честь быть достойным памяти павших за народное дело. Он был обязан иметь моральные мотивации своих поступков. Обязан был почитать языческие символы: огонь на кургане и Родину — Мать с поднятым мечем. Он был обязан уважать дела отцов и дедов. Всего этого нет сегодня, при демократии, и все это отвергается глобализмом.

Коммунизм был повержен не потому, что держал в строгости народ, а потому, что был изначально склонен к окостенелой догме. Коммунизм породил новый класс управляющих производством, представителей которого в народе стали называть начальниками. «Начальниками» совершенно точно понимались и бригадиры, и директора, и секретари партийных организаций, и чиновники. Все они могут быть объединены по одному признаку — они распоряжались людьми и средствами производства, и всегда жили лучше рабочих. Советское государство, построенное на основе народных Советов, содержало и вполне буржуазные министерства, которые были институтами функционирования начальников. Так же государство идеологически обосновывало права начальников и защищало их интересы.

В СССР партией начальников была КПСС. Выразителями воли простого народа были Советы. По доктрине коммунизма, развитие Советов предполагало народное управление и самороспуск государства. Но КПСС — наоборот, делала все против этой доктрины. Она стремилась к тому, чтобы Советы превратились в формальные, ничего не решающие организации, а государство было бы построено по капиталистическому образцу. С какого-то момента класс начальников понял, что можно вообще уничтожить Советы. И можно сменить связанную ними коммунистическую идеологию, а лозунги «интересы народа — превыше всего» и «народ и партия едины» — могут быть просто выкинуты на свалку истории.

Начальники всегда спали и видели: как бы окончательно присвоить народное добро. Парадокс в том, что другие начальники их иногда за это наказывали. Это потому, что карательные министерства были подчинены законодательному органу — Верховному Совету. Но вот, наконец, с помощью Запада, начальники предали народ — устроили демократический переворот и присвоили народное добро сообща и безнаказанно. Когда стало ясно, что наказания за это самое большое преступление в самом деле не будет — для этого нет сил, то Верховный Совет был расстрелян из танков в октябре 1993 г.

Сегодня (2005–2006 г.) коммунизм живет лишь потому, что пенсионеры не в силах отказаться от ностальгии по своей молодости. Идеологически же коммунизм потерпел полный крах. Развал СССР, ограбление народа и утверждение демократии не были исторически обусловленными явлениями, и произошли лишь потому, что народы СССР был преданы лидерами КПСС. Само появления класса начальников и отсутствие тенденций к отмиранию государства уже много десятилетий назад показало ложность основ коммунизма, заложенных Марксом. На это обращал внимание еще Троцкий, но в СССР эта тема была запрещена. Сегодня, в рамках Марксизма — Ленинизма, нет ответов на основные вопросы современной истории.

1. Все же почему авангард рабочего класса — коммунистическая партия предала народ и завоевания социализма? Этот вопрос не относится ко многим и многим честным рядовым коммунистам, но все же относится к политической организации КПСС.

2. Почему объявленный самым передовым способ производства оказался все же несостоятелен перед капиталистическим?

3. Почему названный самый сознательный и передовой рабочий класс не произвел никакой достойной уважения пролетарской культуры, и в начале девяностых годов продал себя и страну буржуазии лишь за посулы материальных благ? Опять же, если найдется организованная сотня рабочих, которые сознательно протестовали и боролись с буржуазной демократией с начала ее вползания в советское общество — то этот вопрос к ним не относится, и частичный ответ этим будет дан. Честь многомиллионного рабочего класса могла бы быть спасена горсткой борцов. Но даже этой горстки борцов во всем СССР не оказалось. Шахтеры стучали в Москве касками о горбатый мост, требуя всего лишь зарплаты.

4. Куда девалась историческая общность советский народ? И почему в критический момент все старые национальные конфликты в СССР, вдруг оказались самым жизнеспособным двигателем истории на границах бывшего СССР?

5. Почему так же случилось во всех странах системы социализма в Европе?

Сегодня идеологи коммунизма не хотят даже задаваться этими вопросами.

Лично мои попытки получить у коммунистов ясные ответы на эти вопросы не дали результатов. Партийная номенклатура просто не отвечала. Рядовые коммунисты в попытках дать ответы ссылались на этногенез Гумилева и иные не коммунистические концепции, явно нарушая границы научного коммунизма.

Все же здесь следует привести один из вариантов решения указанных вопросов в рамках понятий коммунистического учения. Именно, обратимся к «Отечественным запискам» — приложению к газете «Советская Россия» за 3 августа 2006 г., № 101. Там из обстоятельной теоретической статьи некоего А. Валишева мы узнаем, что все годы социализма в нашем обществе сохранялась духовная связь среди потомков свергнутых в 1917 году классов, потомков непманов, кулаков и басмачей. В благоприятной обстановке горбачевкой перестройки все эти сохранившиеся «споры социальной инфекции», вновь привели к обострению болезни общества, которая именуется капитализмом.

Эта идея живучести социального зла находится в согласии с тезисом Сталина об обострении классовой борьбы по мере построения социализма, и оправдывает все политические репрессии советского времени. По Валишеву, репрессии, оказывается, были недостаточно жесткими. В тридцатые годы «антисоветчики потерпели полное, но не окончательное поражение». Это дало им шанс на возрождение в исторической перспективе, т. е. во времена нынешней демократии.

Эта идея молчаливо предполагает, что в обществе есть и социальные потомки чистого класса пролетариев от 1917 года. Пролетарии так же, с такой же социальной неизбежностью, должны были передать своим потомкам чистые и бескорыстные помыслы: пролетарскую солидарность и высокие нравственные нормы советского бытия. И, стало быть, классовая борьба будет продолжаться до тех пор, пока социальные потомки эксплуататоров не будут истреблены все.

Язычники в целом разделяют идею живучести социальных и этнических установок в обществе. Но в отличие от коммунистов, язычники во- первых, находят, что иметь свои традиционные убеждения — это священное право общества. Истреблять эти убеждения ради блага бессловесного и несознательного пролетариата, или ради христианского бога — преступление. Геноцид не может быть способом улучшения общественного устройства.

Во-вторых, здравый смысл подсказывает, что и жулье, и более — менее порядочные предприниматели, и вообще все эксплуататоры, запросто могут выйти из класса пролетариев сами по себе, без какого либо близкого социального примера. Достаточно обществу создать для этого подходящие условия. И были предки таких пролетариев нэпманами или нет — принципиального значения не имеет. Тут сработает, и будет ведущим, биологический механизм, а вовсе не социальные корни. Среди детей здорового человеческого рода 5-10 % будут склонны к социальной авантюре и предпринимательству. Проводя вековую селекцию, (чистки, репрессии), этот процент можно искусственно снизить до меньшего уровня. Но это не пройдет безболезненно. После этого общество утратит часть своего духовного многообразия, поскольку генетические качества обычно взаимосвязаны. Вместе со «скверным» духом предпринимательства, общество утратит способность к налаживанию внутренних связей, и утратит целостность. После этого оно распадется на отдельные семьи, на отдельных индивидов, которых уже не объединит никакая партия. Ибо связи в обществе организуются либо по родовому признаку, либо по признаку занятия (увлечения), либо по признаку совместного дела — предприятия, когда артель заинтересована именно в конечных результатах своего труда, а не просто в абстрактной зарплате с безразличием к исходу предприятия в целом.

Не случайно в девяностые год прошлого века, основная масса начинающих предпринимателей вышла именно из КПСС. Умение налаживать общественные связи требуется и для партийной работы и для бизнеса в равной степени. Отцы и деды этих первых предателей — предпринимателей так же были членами КПСС и неманского происхождения в обязательном порядке не имели.

Точно так же предпринимательский дух будет рождаться в любой коммунистической партии, как бы она ни каялась и как бы ни очищала себя от предпринимательских элементов — этот дух неизбежно родится в силу самого характера партии — ее стремления объединять и вести народ к каким-то целям. Серьезная постановка вопроса «борьбы» с духом предпринимательства заключается в окультуривании этого духа, а не в его пресечении.

В отличие от коммунистов, язычники не только признают генетическое и социальное наследование потомками черт, качеств и системы ценностей родителей, но они так же находят, что сама Природа (климат и ландшафт) так же формируют сознание русского человека сегодня, как и тысячу лет назад. Именно поэтому вопрос экологии и сохранения русского ландшафта — чрезвычайно важен. Именно в силу этого наследуется и языческая идея в целом, в своей сути, к каким бы внешним формам своего выражения она бы не прибегала, и какая социальная шелуха на нее не накладывалась бы.

К месту добавить и еще одно отличие язычников от коммунистов. Если чем тяжелее жизнь и хуже экономическая обстановка в стране, то тем лучше оппозиционным коммунистам (да и патриотам тоже). Язычникам — наоборот. Язычники хотят видеть Россию и русский народ процветающими, независимо от политического строя. Это потому, что в условиях материального достатка работу по сохранению русского этноса, его веры, культуры и традиции — вести легче.

Фундаментальным положением, связывающим язычество и коммунизм, является утверждение, что родовой строй и был коммунизмом, только первобытным. В этой идее много правды. Наш отечественный социализм имел всенародную поддержку потому, что как раз и отражал, нес в себе идею родового общества, приспособленную к индустриальному веку. В языческом понимании, социализм строил индустриальное общество, вживляя в него идею крестьянской общины и крестьянского первобытного равенства людей перед общиной. Тем не менее, сами идеологи коммунизма не желали признавать этот факт. Ценность первобытного коммунизма ими признавалась, но то, что в двадцатом веке именно этот первобытный коммунизм буквально продолжает жить среди крестьянства — категорически отрицалось. Видеть деревню духовной базой коммунизма хотели Сергей Есенин и писатели — деревенщики, но на них никто не обращал внимания. К земледельцу идеология коммунизма оказалась слепой и безжалостной.

Все мы знаем о безмерных жертвах раскулачивания, колхозного строительства и прямого грабежа крестьян. Но при этом известно относительно мало прямых высказываний авторитетов советского времени, в которых дается оценка крестьянина как носителя культуры и традиции. Такая оценка содержатся в статьях М. Горького «О праве на погоду» 1932 г., и «О борьбе с природой» за 1931 г. Приводим цитаты: «Но как везде в мире, в Союзе Советов тоже существует бытовой идиотизм — древняя, вынужденная столетиями рабской жизни привычка жить, глядя назад, в прошлое, на то — как жили прадеды и деды, не умея смотреть вперед и подумать о том, как будут жить дети и внуки, — привычка думать, что все на земле «как было — так и будет», что «человек человеку волк», и что каждая человеческая единица должна заботиться о своей личной независимости от всех других единиц…. Крестьянство, которое веками «училось у природы» и ничему не выучилось, ибо даже кулак был технически нищим и умел только истощать землю, — крестьянство вооружается машинами, его все более снабжают удобрительными туками, его учат грамоте сельскохозяйственной культуры, оно теряет древние свои навыки, становится из ученика природы бойцом против ее слепых капризов, «власть земли» над ним заменяется его властью над землею…» Как видим, здесь разум поколений ставится ни во что по сравнению с теми воображаемыми перспективами, которые ожидает Горький от социализма. История показала, что эти надежды не оправдались.

В рамках языческого понимания мира, русский крестьянин в начале двадцатого века, не смотря на экономическое расслоение в деревне, продолжал быть носителем идеи языческой справедливости — идеи первобытного коммунизма, по терминологии классиков марксизма. Если вслед за Горьким и коммунистами признавать, что эта идея первобытной справедливости, добра и знания с течением веков полностью вырождается, то в этом случае и язычество как вера и как духовный фундамент первобытной жизни не имеет исторической перспективы. Тогда и все нынешние попытки волхвов — спасти русский народ от порабощения мировым глобализмом и от вымирания — обречены на провал.

4. Вернемся к сегодняшним проблемам. Первейшей национальной задачей является переломить психологию пессимизма. Она целенаправленно внедряется в наше общество слугами Морока. Для ее распространения вольно или невольно используются люди пожилого возраста, ибо Мороку очень важно физическое бессилие человека. Так, например, историк Игорь Моисеевич Клямкин, доктор философских наук, вице-президент фонда «Либеральная миссия», 8 ноября 2006 года, на своей лекции перед учеными в подмосковном г. Троицке вешал, что постиндустриальная эпоха является историческим концом России. Якобы, в России за многие века так и не созрела модель эффективной мирной жизни. Российская власть всегда выстраивала гражданское общество по военному образцу. Россия не способна к интенсивному развитию, а способна только к экстенсивному пути: захвату новых территорий и размножению устаревшей техники. Разговоры о кризисе Европы — это способ выживания России. В отсутствие угрозы войны, в России консолидировать общество нечем. Наиболее значительные рывки в развитии России происходили при условии разрушения ее традиции. Россия находится в безвыходном историческом тупике. И т. д.

— Заслуживает ли наш народ то правительство, которое сегодня имеет, — спросил я.

— Да, — с улыбкой и удовлетворением ответил Клямкин.

Идеологически все это мало чем отличается от позиции радиостанции «Свобода». Поэтому на лекции было невообразимо скучно. Народ откровенно возмущался отсутствию хоть малейшего указания на возможные перспективы, и на полное отсутствие конструктивной позиции либерала.

На следующий день, я высказал эту либеральную концепцию своему знакомому. Он поднял меня на смех, заявив: «Россия была, есть и будет. И сделать с этим ничего не возможно». Что ж, это обратная сторона от пессимизма: беспечность. Русская беспечность спускает на «нет» миллиарды, потраченные глобалистами на пропаганду пессимизма. Есть у нас такой спасительный клапан. Но при этом разбираться в происходящем и думать о судьбе России нам все же надо.

По преждевременной и насильственной смерти социализма, глубоко скорбел Зиновьев, считая это величайшим преступлением и единственным утраченным шансом России. Для Зиновьева будущее России, это непроглядный вековой кризис, в результате которого русские исчезнут с исторической сцены, и сама историческая память о нашем народе будет стерта режиссерами глобализма.

Однако, как бы долго и многословно дряхлый Зиновьев не обосновывал этот свой вывод, он все равно бесит тех думающих русских, в ком играет кровь и есть сила в руках. С таким выводом мы согласиться не можем, ибо Зиновьев не перечислил всего, что унаследовал русский народ. А именно, он никак не учитывает русскую этническую традицию. Она же никак не сводится к православно- монархической идее, которую он справедливо низвел до бессмысленной чепухи. Традиция не погибла в умах якобы отсталого и дикого крестьянства, которое по-советски наказывали и учили бороться с Природой.

Даже поверхностное знакомство непредвзятого человека с основами нашей традиции, показывает, что она жива и целиком основана на язычестве. Иначе говоря, в основе нашего современного поведения лежат не советские или христианские нормы, а лежат те этические, моральные и мистические представления, которые появились у нас еще до привнесения социализма и христианства, и потом существовали с ними одновременно. Для предварительного обоснования этой идеи, мы отсылаем к труду Н.А. Бердяева «Истоки и смысл русского социализма», Наука, 1990 г. В этой работе, Бердяев обнаруживает, что наш социализм плоть от плоти нашего христианства. Иначе говоря, идеологи социализма ненавидели православие, но оказались его духовными наследниками. И едва ли борьба с уклонами в социализме отличалась от борьбы с еретиками в православии. По уровню аргументации, жестокости и цинизма отличия никакого не было.

Теперь пойдем далее Бердяева, и заявим, что народ согласился на социализм не потому, что почувствовал в нем христианский дух, а потому, что в нем ему виделось осуществление древней идеи общинного и вечевого равноправия. Вспомним, в наш социализм, пусть трагично, но влилось общинное сознание русского крестьянства. Только на его основе могла возникнуть социалистическая сознательность. Не верите — поживите в глухой деревне. А в том, что советский человек был в основной массе сознателен, честен и культурен — нет сомнения ни у одного честного свидетеля эпохи. И это едва ли могло быть заслугой, например, Аркадия Гайдара и других партийных идеологов, чьи дети предали социализм. Это сознание берет начало так же и не от христианства, а от общинного родового быта русского народа. Простолюдины выглядели «хорошими христианами» потому, что на деле были хорошими язычниками, не отдавая себе в этом отчета.

Этнография позволяет считать, что в массовом сознании крестьян и даже городских жителей, многие элементы первобытного сознания дожили до второй половины двадцатого века. Иначе говоря, вошли в социализм естественным образом.

Итак, продолжим мысль, которая остановилась у христолюбивого Бердяева. Развитие этой мысли в том, что социализм и православие, привнося свои новые разрушительные идеи, не могли не эксплуатировать культурные и родовые представления, лежащие в основе русского самосознания. Иначе говоря, они не могли обойтись без язычества. Глубокие языческие основы православия скрыты в нем подспудно. Если бы их не было, то и никакой индивидуальностью само русское православие не обладало бы. Сами церковники в этом не признаются, но в настоящее время вопрос о языческих корнях православия хорошо исследован этнографией.

На заре советской власти, обращение к языческим образам было фактически поощряемым, ибо утверждало социализм как естественный строй и образ жизни народа без эксплуататоров. При этом доля языческой компоненты в нашем социализме до сих пор осталось не ясной. Этот вопрос еще нуждается во вполне научных детализациях и уточнениях. Роль язычества в социализме многоплановая. К языческим образа обращались как идеологи социализма, так и самые простые люди. Например, во время засухи в двадцатом году, крестьянки говорили, что нельзя разбивать комья земли, потому, что Земле от этого больно.

Во время Великой Отечественной войны, языческие начала русского народа были целиком задействованы для достижения Победы. «Родина — Мать Зовет!» — Вот языческий образ и языческая идея готовности умереть за высшую ценность: за Родину, за свой народ. Кто-то скажет, что шли умирать и с именем Сталина. Но это только потому, что личность Сталина оказывалась концентрированным выражением все той же родовой идеи патриотизма. И сам Сталин, независимо от его принципов и поступков, вынуждено оказался заложником родовой идеи.

Само признание священного характера войны ясно указывает на то, что интересы государства тут оказываются вторичными. Государство при социализме не рассматривалось как священное. Понятие священного при социализме вообще как бы растворяется в воздухе, остается не определенным. Священной оказывалась сама идея жизни народа. И то, что это священное сводилось к коммунистической перспективе, которая понималась чисто материально — будут бесплатные магазины — это подрывало, а не укрепляло строй.

Идея священной войны всегда состояла в том, что война ведется не за политический строй, а именно за народ, за Землю, за Родину. Поэтому для победы в такой войне требуется родовой дух. В частности, установленным фактом является то, что во время Отечественной войны не было подавления языческих богослужений у марийцев, мордвы и чувашей — народов у которых языческие религиозные институты не были разрушены. В это время коллективные молитвы за победу русского оружия совершались там в священных рощах регулярно. Сегодня это нигде не отмечается, а лишь навязчиво муссируется оживление РПЦ: дескать, христиане обошли Москву с иконой в руках — вот и одержала страна на фронте великую победу. Надо помнить, что в это самое время молились истинные праведники, не только в мордовских и чувашских лесах.

Есть данные, что во время битвы за Москву, город облетел самолет с останками Тамерлана. Их откопали за двенадцать часов до начала Отечественной войны. Тамерлан завещал, что если его могила будет потревожена, то начнется великая война. Это было известно, это сбылось, и само вторичное захоронение Тамерлана было чисто магическим актом. Хоронили с почестями. Затраты на похороны были равны цене шестнадцати танков. И это творилось по указанию Сталина в Самарканде прямо во время Сталинградской битвы!

Есть и прямые данные, что Сталин был в тайне верующим человеком. Есть мало известная фотография, на которой Сталин молится в 1953 году. Где? По данным на 2005 год, от еще живых свидетелей, в самом верхнем помещении центрального здания МГУ, которое находится прямо под шпилем. По своей архитектуре это помещение имеет круглую форму с девятью колоннами, и весьма напоминает римский Капитолий — языческий храм…

В целом мы находим, что политическая система социализма и христианство оказываются лишь наносными явлениями на сущность русского народа и той мистики, которая управляет страной, «когда петух клюнет». Сама же русская этническая сущность за последние тысячу лет лишь подавлялась, и никто не ставил цели ее высвобождения и открытого проявления. Вопрос высвобождения языческого начала нашего сознания ставится в этой книге.

Сегодня нам, как и во время Отечественной войны, жизненно необходимо возвращение к языческой идее бытия. Но надо сразу предупредить, что немедленное и революционное высвобождение истинного языческого начала нашего народа безответственно, ибо связанно с исчерпыванием духовных сил народа, обычно хранимых про запас. Однако, и все фальшивые маски, которые официально одевали на наш народ тысячу лет, так же оказываются уже не годными. Поэтому обращаться к глубинам русской души надо. Для этого настало время. Делать это будем не методами кавалерийской атаки, но медленно. Пробуя, глядя на результат, и вновь пробуя, не останавливаясь, пока дело сделано не будет. В частности, для этого были изданы две большие книги «Русское язычество и шаманизм», и «Книга природной веры».

О том, что великая языческая сила дремлет в нас, и что она действительно может получить выход, знают и попы и демократы. Именно поэтому сегодня в России наибольшим усердием травится все, что способствует высвобождению этой силы. Это утверждение проверяется элементарно. Например, пожелайте прочесть лекцию про летающие тарелки, про индийских йогов, про древних греков, про Гиперборею. Практически в любом дворце культуры вам улыбнутся, предоставят зал, и вывесят объявление. Но попробуйте там же прочесть лекцию о нашем язычестве и славянских древностях — вы получите решительный отказ. Он будет мотивирован лживым заявлением, что это не интересно людям и не имеет разрешения со стороны церкви. Если же вдруг, по ошибке, вам и позволят что-то прочесть, то после второй — третьей лекции администрацию отдернет местная власть, и лекции запретят. На вопрос: почему? — автор этих строк однажды получил от этой самой администрации исчерпывающий ответ: «мы боимся».

5. Против мнения Зиновьева, многие думают, что спасение русской духовности и национальной самобытности, возложено на нашу церковь, и она выполняет эту задачу. Мы, язычники, признаем, что среди христианских попов есть совестливые русские люди. Среди них просто обязан быть процент тех, кто пытается, в рамках своих возможностей, охранять сознание своих прихожан от экспансии самых безобразных форм массовой культуры. Мы слыхали от иных попов заявления, что «моему православию тридцать тысяч лет». Однако проходит время, и в целом, от гигантского организма церкви, не видно никакой спасительной патриотической деятельности.

Такая альтруистическая деятельность лицо нашей церкви не определяет. Не было церковного альтруизма и в историческом прошлом. А какое же оно, это лицо, было и есть? Будем следовать фактам. Напомним, что самый большой рост монастырей и богатств церкви приходится на девяностые годы прошлого века. Именно тогда, когда наш народ стремительно нищал, церковь стремительно богатела. До этого, самый быстрый рост числа монастырей и богатств церкви приходится на первые сто лет татарского ига. Тогда так же народ нищал, а церковь богатела. Для этого русскому митрополиту Петру выдал охранную грамоту сам татарских хан Узбек.

Случайны ли такие совпадения? Нет, не случайны. Стал бы татарский хан выдавать охранную грамоту русской церкви, если бы она отстаивала интересы русского народа? Нет, не стал бы. Он выдал грамоту потому, что церковь обслуживала его, ханские интересы. Потому, что церковь молилась за здоровье хана и требовала от народа смирения, покорности и выплаты дани. В результате, Залеская Русь была под властью Орды двести сорок лет.

В то же время, юг и запад Руси, попавшие в состав княжества Литовского, быстро освободились от татарской власти. Почему? Люди там были другие? Нет, люди были те же самые. Говорили они на том же русском языке, что в Москве и Твери. Просто там не было продажного церковного института. Княжество Литовское было языческим государством. Там, конечно, были и христиане. Никто их не трогал. Но влияние католической и православной церквей было слабо. И это определило ситуацию.

Теперь вернемся к нашей эпохе. Кто поддерживал нашу церковь в девяностых годах прошлого века? Кто и за что питал ее и растил? Делал это тот, кто обладал властью и средствами. Откуда в разоренной стране взялись эти свободные средства? Ответ напрашивается сам собой. Средства пришли из рук «победителей». Того социального слоя бывших коммунистических управленцев, которые успешно обворовали страну, и не знали — куда девать наворованное?

Так же, как и татарский хан, этот стремительно обогатившийся слой общества осознает, что кормит своего мистического защитника и в этом реальном мире, и посмертном. Потому каждый нувориш всегда нес и несет сегодня церкви дары, чтоб христианский бог его защитил и простил. Чтобы совершенные им грехи, преступления против своего народа, были сняты с него, и он обрел покой и душевное равновесие.

Чтобы не быть голословными, приведем цитаты из научного издания РГГУ, «Экономическая деятельность русской православной церкви и ее теневая составляющая», за 2000 г. Редакция Льва Тимофеева, раздел «Живые голоса». Вот, что говорят анонимно опрошенные служащие церкви: «Внутри епархии средства распределяются неравномерно и несправедливо. Это такая «церковная мафия», и эти люди специально пробиваются наверх, чтобы иметь власть и возможность распоряжаться финансовыми ресурсами. И вместе с тем есть очень хорошие и очень бедные священники, которые все свои силы и средства тратили на то, чтобы возродить свои приходы, им никогда никто не помогал… В целом, церковь сегодня очень сильна экономически… Я знаю только, что патриархия коррумпирована вся, сверху донизу, все синодальные комиссии, комитеты, отделы…

…Откуда это золото идет? Никто этим не интересуется. И какой процент этого золота привозят в храмы бритоголовые ребята в кожаных куртках, тоже никому не известно… Привозят эти бритоголовые какое-нибудь липовое золото откуда-нибудь из Турции, ставят такое же липовое клеймо, а чаще не ставят никакого. Самим торговать рискованно… По счастью, существует чудная структура, РПЦ МП, в которую никакие менты носа не суют, кроме как для того, чтобы свечку поставить. Туда это золотишко обычно и относят… из всех этих металлов настрогают предварительно крестиков и цепочек…

…Пройдите по кладбищам церковным, посмотрите, сколько на самых почетных местах, прямо у церковных стен, свежих могил «братков» понакопано. Оно и понятно, группа риска. Я как-то с одним своим собратом заговорил на эту тему: мол, что у тебя эти ребята на почетных местах делают? «А как же, говорит, знаешь, сколько они мне денег на храм пожертвовали? У меня б без них до сих пор голый фундамент стоял». Кроме того, если такого бандюка хоронят где-нибудь на сельском кладбище, то приход во время этих похорон зарабатывает столько, сколько за пол года в других условиях не получит».

Таких цитат можно привести много больше. И это печатает научное учреждение, а не какие-то озлобленные на церковь люди. Так что наша церковь возродилась на грязных деньгах и значит в величайшем грехе, и зле. О духовных проступках церкви, не могут не писать даже газеты. Например, о том, как истинно верующих монахинь, в Казанской Свято-Амвросиевской пустыни, настоятельница благословляет на пост до смерти, читай в «Новой газете» за 13–19 ноября, 2000 года. Перед этим монахинь убеждают продавать свои квартиры, а деньги сдавать монастырю на хранение. По смерти, деньги присваиваются монастырем. Умерщвление (уморение голодом) монахинь поставлено на поток. Об этом знает местная милиция, но решительных мер по спасению людей не принимает.

Из всего этого становится ясно, что церковный институт, проигнорировавший бедствия народа в девяностые годы двадцатого века, не станет отечески заботиться о народе и впредь. И судя по отношениям между РПЦ и российским государством на рубеже тысячелетий, было видно, что высшие чиновники все же не признали над собой духовного господства церкви. Власть государственная осталась независимой от власти церковной. Но для удержания народа в узде, власть стремится использовать церковную идеологию. Для низших чиновников, желания церкви — закон.

Поиск собственной идеологии российской власти пока не увенчался успехом. И хотя мы уже не видим попов между руководящих лиц государства, наблюдается тенденция к превращению РПЦ в подчиненную государственную структуру. Это вполне закономерно, ибо сама эта власть и выкормила современную РПЦ.

Вместе с этим, власть начинает освещать самое себя христианским ореолом. Нигде в Европе первые лица государства не демонстрируют свою приверженность к определенным религиям, как это делается у нас, в России, в начале двадцать первого века. И не только среди чиновников, но и в мафиозном мире очень престижно зайти в церковь и изобразить истово молящегося. Это очень важно в глазах конкурентов и сомневающихся партнеров, которые ведут друг за другом непрерывную слежку. Все знают, что первый, кто ступил в рай Христа — был распятый уголовник.

На сегодня РПЦ является экономической структурой, которая обязана жить не просто по тем же законам, по которым живет вся остальная коррумпированная экономика страны. Ситуация оказывается значительно хуже, поскольку экономические и фактически правовые привилегии, которые дает государство религиозным организациям, и РПЦ в особенности, на прямую способствуют развращению церкви. Юридически закрепленная в России идея экономических льгот для религиозных организаций имеет единственное назначение — моральное разложение этих организаций. В силу этого, церковь готова приспосабливать себя к условиям, навязываемым глобализмом, и оправдывать их. Однако, в конце концов, народом это будет воспринято как предательство. Ибо прозревший и осознавший себя народ, не потерпит лжи и двуличия, не допустит безмерное обогащение и согласие с глобализмом того, кто провозглашает нестяжательство и независимость от воли Диавола.

6. Российская интеллигенция, не способная уловить тлетворные миазмы православия, подымает на щит идеи по-своему гениального русского философа И.А. Ильина, (1883–1954 г.). Его позиция противоположна позиции Зиновьева, поэтому уделим здесь ей место. Ильин — один из идеологов Руси Православной. Но в какой степень эта православная Русь будет зависеть от института РПЦ, — Ильин не уточнял. Он уповал на внутреннюю способность русского народа явить высокие образцы православного духа. Он полагал, что народ будет настойчиво искать веру в бога. Ибо видевший большевистский ад непременно обращается к вере. Через пятьдесят лет после большевизма возникнет настоящая жажда бога.

По Ильину, вера делает характер, а характер ведет к поступкам. Но после большевизма русский народ нуждается в покаянии и очищении. И те, кто очистился, должны будут помочь не очистившимся восстановить в себе живую христианскую совесть, веру в силу добра, верное чутье ко злу, чувство чести и способность к верности. Без этого Русское государство, после неминуемого падения большевизма, расползется в хлябь и в грязь. Российская же империя рухнула потому, что русские были слабы в добре, и не сопротивлялись злу силой. А зло необходимо уничтожать силой иногда в зародыше. Русские люди, писал Ильин, должны обновить в себе дух, утвердить свою русскость на новых, национально — исторически древних, но по содержанию и по творческому заряду обновленных основах. Должен вестись отбор лучших через интеллигенцию.

После прекращения коммунистической революции основная задача русского национального спасения и строительства по Ильину «будет состоять в выделении кверху лучших людей, — людей, преданных России, национально чувствующих, государственно мыслящих, волевых, идейно-творческих, несущих народу не месть и не распад, а дух освобождения, справедливости, сверхклассового единения». Этот новый ведущий слой — новая русская национальная интеллигенция должна будет прежде всего осмыслить заложенный в русском историческом прошлом «разум истории».

По нашим меркам — осмысление разума истории — это и есть возвращение к язычеству, а не к христианству, которое невозможно без деспотии института церкви. Существенно, что Ильин не призывает к созданию партии спасения или покаяния. По его меркам партийность вообще создана, чтобы отбирать худших. Предложения социального механизма проверки и отбора лучших у Ильина нет.

По Ильину, все трудности покаянного очищения должны быть продуманы и преодолены через самовоспитание: у религиозных людей — в порядке церковном, у нерелигиозных людей — в порядке светской литературы, достаточно искренней и глубокой, и затем в порядке личного совестного делания. Покаянное очищение — только первый этап на пути к решению более длительной и трудной задачи: воспитание нового русского человека…

Идеи Ильина легли в идеологическую основу «Народной Монархии» И. Л. Солоневича. Но современная жизнь такова, что благие пожелания Ильина так и остаются мечтаниями возвышенного философа. В наше время, когда «коммунистическая революция» прекратилась, отбору худших во власть ничто не препятствует. И так дело обстоит потому, что на место коммунистов встала деспотия колониально- демократического режима. Исторически это закономерно, ибо свято место пусто не бывает. Того, что с прекращением «коммунизма» Россия неизбежно попадет из огня да в полымя — Ильин не думал. Он находил, что после падения «коммунизма» попыткам возрождения русского духа будет противостоять только лишь рыночная стихия.

Важно отметить следующее. Ильин прожил десять лет в Германии, и уехал от туда в связи со Второй Мировой войной. В своих записках он отмечает, что идея захвата новых земель на Востоке жила в трех поколениях немцев, с которыми он имел возможность общаться. Т. е. древняя идея германцев «натиска на восток», которая веками вела немцев на славян, жила и в двадцатом веке. В этом смысле экспансия Гитлера не была нелепой ошибкой. Это был глубоко логичный апофеоз почти тысячелетнего процесса. Ильин чувствовал действие в Европе антирусских и антиславянских сил. Он первым сказал, что у России в мире союзников нет. Он не мог не знать, что Англия и США имеют огромный опыт геноцида и колониального господства над иными народами. И при всем этом он не усмотрел во всем этом исторической опасности для России, которой грозит колониальное порабощение, когда падет большевизм и она «расползется в хлябь и грязь».

7. В действительности оказалось, что России противостоит мировой глобализм с принципами глобалистической демократии, когда дух народа, его честь и родовая традиция сознательно уничтожаются и принципиально не рассматриваются как обязательная составляющая общества. А если рассматриваются, то только в негативном смысле как отголосок нацизма — того, что в обязательном порядке следует уничтожить. И глобалисты только и ждут от нас — русских, что мы или впадем в вульгарный фашизм, или начнем каяться в своих бесконечных грехах, валяться в грязи, ныть и стонать: «Ох, как велики грехи наши!». Этого же хочет и РПЦ, потому как из такого народа можно веревки вить — делать с ним что угодно.

Думается — это время прошло. Желаемый Ильиным отбор лучших идет. Лучшие — это те, кто не продался глобализму. Кто оболган, гоним и презираем. Против кого ведется кампания травли. Лучших надо искать среди язычников. Ибо, через язычество, нельзя заработать ни финансового, ни политического капитала. Нельзя занять какой либо государственной должности. Ни один воровской путь не лежит через язычество. Язычниками становятся потому, что совесть не позволяет быть кем-то другим. И язычество будет продолжать собирать в себе кристально честных людей. Чем дальше, тем глубже будет развиваться этот процесс.

Так что придет время, и вместо юродства и покаяния русский народ покажет и РПЦ, и мировому глобализму здоровый шиш. Не будет более покаяний! Не будет и фашистского одичания. Не будет. Ибо демократия и фашизм — близнецы — братья, и отказываясь от демократии в пользу традиции, мы отказываемся и от фашизма. Геноцид русского народа, задуманный фашизмом, сегодня исполняется демократией. Демократия и фашизм поддерживают и питают друг друга как христианство и сатанизм. Без одного — нет и другого. Самый страшный — германский фашизм пришел к власти демократическим путем. Сегодня в России демократия подыгрывает фашизму, объявляет фашизмом любое проявление русского самосознания. В 2006 г., в день рождения Гитлера, «нашисты» контролируют Москву в надежде встретить и расправиться с фашистами. «Нашисты» — газетный термин, означает он кормленое властью молодежное «движение» будущих чиновников «Наши». В действительности же кошка ловит свой хвост — фашизм интернационален как и демократия. Для его построения не требуется никаких особенностей национальной культуры. Для него требуются лишь деньги, но российская буржуазия не видит смысла в фашизме, и потому не хочет их тратить.

Язычники призывают к построению общества на основе проверенной веками национальной традиции. Это должно стать всем понятно, так что фашистский путь уже отплюнут как кость, на которой нет мяса. Это должно быть понятно и самим русским патриотам, и это, наконец, должно дойти до демонических душ демократов. Фашизм «не катит», и его выдуманная перспектива не оправдывает их геноцида. Русский народ, по своей природе, не имеет агрессивных побуждений против других народов. Русские готовы дружить со всеми народами, но только на основе веками выработанных принципов честных партнерских отношений. Задача язычества — этнически возродиться и освоить свое жизненное пространство, а не захватывать чужое. Потому нас ждет созидание, ждет безмерный, но счастливый труд.

Потому естественно и закономерно вынашивание мечты о возрождении сильного духа сильного народа. Потому будет расти злость, но она пойдет в дело, а не в истерику или бессильную ненависть. Будет возрастать мудрость и поиск способов противостояния губителям. Будет развиваться народная культура, альтернативная навязанной глобализмом. И это будет культура жизни, а не смерти. Так что возрождение духа будет. В этом Ильин совершенно прав. Это происходит в тайных мастерских, куда не может проникнуть зло демократии. Именно сейчас, в начале двадцать первого века, рождается древний и обновленный русский дух, но не христианский — потому что над ним нет господина, ибо он сам знает Закон. Нам известно: пройдет время, и открыто явит себя Дух языческий, который бессмертен, и который сам рождает себя из русского Рода, и сам продолжает свою жизнь. Пятнать его фашизмом — грязное преступление.

8. Что же все-таки остается в русском человеке, если отбросить христианство, в котором якобы пребывали наши предки? Раскроем Достоевского. В «Братьях Карамазовых» Смердяков убивает родного отца потому, что разуверился в боге и церкви. Его сильный философский ум осознал, что коль бога нет, значит, нет никакого закона, запрещающего преступления. Ибо законы, выдуманные людьми, — ничто. Просто условность для удобства бессмысленной жизни. Смердякову и не нужна бессмысленная жизнь. Он не стремится к паразитизму и наслаждениям, хотя у него появляются деньги. Деньги для него так же ничто. Его волнуют основания нравственных категорий, а не мирская суета. Он ставит нравственные эксперименты. Совершив убийство, забрав деньги, сдавшись властям и так окончательно выяснив, что все позволено, что оснований нравственности в мире нет, он кончает с собой.

Если бы он убедился, что основания нравственных категорий есть, то очевидно, проявил бы иные сильные черты. Он стал бы по-христиански святым отшельником, если бы вдруг услыхал голос свыше. Но все равно, сильный разумом Смердяков — раб. По рабски он сожалеет что «глупая» нация побила «умную», (т. е. русские побили французов). Но оказывается он рабом не потому, что христианского бога нет, а как раз потому, что он есть. Именно в силу того, что христианский бог есть, именно поэтому Смердяков и гибнет, сперва духовно, а потом физически.

Почему так? Да потому, что никто иной, как христианский бог лишил Смердякова традиционных народных представлений о происхождении нравственных начал. Для доказательства, что никаких нравственных начал помимо христианских нет, Достоевский лишает Смердякова контакта со всеми источниками нравственности земного бытия. Как бы ставит его только на одну ногу. Потом подсекает эту ногу, и Смердяков неизбежно падает. — Видишь, ты упал — говорит после этого Достоевский. Раз упал, значит, был не прав. Ты же стоял до этого на единственной возможной опоре, а потом сам себя лишил ее.

В действительности, опора, которую определил Смердякову и всем остальным людям Достоевский, не единственная. Вероятно, Достоевский чувствовал это, и боролся сам с собой. Герои Достоевского для того и помещены в изолированный от Природы и традиции мир человеческой суеты, чтобы никаких альтернатив в духовном выборе у них не было. И Смердяков упал, не успев осознать, что сильнейшим доказательством существования христианского бога, как раз является само бытие общества рабской психологии, где люди делают или не делают что-либо только потому, что им это предписано или наоборот — запрещено.

Иметь на себе какие либо духовные обязательства, и не делать что-то только потому, что не считаешь этого нужным — это право святых отшельников. Это они могут! А простые миряне, алчные и невоздержанные христиане — никак не могут, хотя и пытаются. По крайней мере, таков дух общества Достоевского. В христианском обществе, часто так и оказывается на самом деле: если не запрещено, — значит и можно, и нужно.

Итак, герои христианского мира — герои Достоевского, живущие в обязательной мирской суете, не имеющие нормального естественного контакта со своей Природой, лишенные знания истории и культуры предков, не могут обосновать нравственные категории своей жизни. И любой их самостоятельный шаг обязательно окажется преступным. Все такие люди живут как в скорлупе. Никакие высокие мысли их не посещают. Они никогда не вдохновляются и не творят. И среди них нет людей типа Катерины Островского, (пьеса «Гроза»).

Ведь Катерина гибнет только тогда, когда против нее ополчаются все силы христианского мира. Вспомним ее последние слова: «ветры буйные, развейте тоску мою». Она обращается к силам Природы, в которых единственных ищет спасения. О христианском боге, в последние минуты жизни, она и не вспоминает. Смердяков же, как естественный продукт христианского общества, мрет безо всякой внешней причины. И мрет во зле.

Эти литературные примеры возникли в результате работы мысли наших писателей. Нам следует отнестись к ним серьезно. Даже христианин Достоевский вынужден молча подтверждать, что христианская мораль не совместима с жизнью народа. И сегодня мы не можем следовать христианским идеям раболепия, покорности и пассивности перед духом глобализма. Не можем начать вести себя по-христиански кротко, — ничего не видя и не слыша, будто происходящее в мире нас не касается. При этом и бесшабашности нам тоже не нужно. Головы мы не собираемся терять. Ибо на кон поставлена жизнь русского народа. Слишком дорога ошибка.

9. Какие же у русского народа исторические возможности, перспективы? Можем ли мы восстановить наши традиционные нормы жизни даже в условиях духовного криминала, навязанного глобализмом?

Русское язычество говорит, что можем. Каждый из нас имеет возможность освободиться из под власти рекламы и пустой потребительской жизни, которую нам навязывают все средства информации и все массовое искусство. Но для этого, нужно иметь перед собой новое духовное и культурное пространство, в котором можно разместить себя комфортно, так, чтобы легко и добровольно отказаться от того мира, который нас в действительности отравляет. Сегодня такое пространство создается, и эта книга есть часть такого пространства. Иначе говоря, здесь предлагается естественная альтернатива глобализму, альтернатива нынешней цивилизации, которая ведет к вырождению. Эта альтернатива здоровее и дешевле, а качество жизни в ней неизмеримо выше. Оплачивается это качество жизни не деньгами. Жизнь, альтернативная глобалистическому обществу, требует от человека не расслабления за уплаченные деньги здесь и сейчас, а следования осознанным долговременным целям и жизненного тонуса. С появлением жизненного тонуса и возвращением к нашей традиции, счастье и наслаждение жизнью дается человеку бесплатно.

Лучшую жизнь всегда обещали бунтовщики и революционеры. Чем это кончалось — известно. Здесь предлагается иной путь. Однако, вполне естественно, что автора этой книги начнут обвинить в фашизме, антисемитизме или революционном заговоре. Да это будет и не оригинально, если вспомнить — сколько грязи уже вылито в нашем обществе на язычество. Сам святейший патриарх Алексий Второй, на Архиерейском Соборе в октябре 2004 года, объявил язычество губительным явлением современности и поставил его в один ряд с терроризмом.

Язычество действительно говорит о новой цивилизации, о рождении нового Мира, и о кризисе Мира нынешнего. На этом сходятся все русские язычники без исключения. Это, если хотите, современный миф, который двигает нашим сознанием. Но язычество и предупреждает. Это рождение не должно привести к гибельным последствиям. Оно может произойти только естественным образом, без вмешательства «хирургов». Ибо в Мире слишком много разрушительных сил, чтобы призывать еще к их дальнейшему росту, и слишком много жуликов, которые только и ждут хаоса и неразберихи, чтобы начать «ловить рыбу в мутной воде».

Поэтому нам следует договориться, что мы будем совершать лишь осознанные шаги. Такие понятные шаги, которые не обрушат потолок или Небо на наши же головы. Великие потрясения не в наших целях. В целях язычества честная и счастливая жизнь на вечной Земле, а не вечное покаяние или смерть в кромешном пороке на манер Смердякова.

Очевидно, И. Ефремов был прав: культура и духовное развитие — это лезвие бритвы. Язычники осознают, что нельзя лишать людей фетиша христианства резко, как бы гадок он ни был по своей сути. Если у людей отнимается фетиш — они теряют разум, и идут на преступления и на разрушение своей культуры и бытия. Но и вечно подавлять тех, кто разрушает изживший себя фетиш — тоже дикость, консерватизм, отсталость. Знания для избавления от фетиша должны даваться так же, как дается образование — по мере созревания человека. Правда может быть рассказана сразу вся без утайки, но послужит ли она к созиданию или разрушению — зависит от внутренней зрелости человека. Вот почему язычество не ставит цель обрушиться на наш народ подобно урагану — не требует немедленного свержения демократии, погрома глобалистов и усечения властных устремлений РПЦ — боги не позволяют этого. Этого нельзя было бы делать немедленно, если бы для этого имелись все средства, но сознание общества не было бы к этому подготовлено. Языческая идея должна входить в общество постепенно. При этом есть мнение, что языческая традиция, в конце концов, должна включить в себя и распятого бога.

В план этой книги входит показать: как проявляет себя кризис современной цивилизации. Потому, что глобализм — это кризис зла и смерть во зле. При этом нас не будут интересовать соображения бунтовщиков и революционеров. Их ведущей идеей является установление справедливости в политическом смысле. На практике же, самым первым их действием всегда является разрушение того, что им лично мешает. Гарантии, что после этого революционеры создадут что-то приличное, никто дать не может. И об этом даже спрашивать опасно во время революции — сразу будешь объявлен «контрой».

Политические идеи не являются ведущими в язычестве, ибо в конечном итоге политические и экономические кризисы имели и имеют место независимо от политического строя. Хотя при этом язычников, конечно, интересует состояние мировой экономики и политическая обстановка в Мире.

Ниже будет показано, как глобалистическая цивилизация входит в конфликт с нашим традиционным родовым способом жизни, с нашим язычеством.

После этого, будет изложен Нравственный Закон, который лежит в основе нашей традиции. Он следует из наших волшебных сказок, но осознан он может быть только на основе знания мифов творения Мира. Из мифов творения последует и второй закон. Закон равновесия и гармонии, или Закон Дарна, который не может осуществляться без соблюдения Нравственного Закона. Будем различать Закон Дарна и состояние дарна, которое будем писать с малой буквы.

Третий закон — это Закон Полноты Веры. Он говорит, что язычество — это завещание предков, не замутненное чужими идеями. Все необходимые нам духовные ценности даны нам богами на нашей земле. И для их познания не нужно привлекать никаких иноземных идей, все такие чужие идеи будут нам не на пользу. Этот закон краток, но им приходится регулярно пользоваться. Без следования этим законам невозможно мистическое состояние, в котором совершается наше языческое деяние, наше волшебство.

После этого, поговорим о языческой практике. О мистическом поиске в язычестве. Ибо вера наша не есть словеса. Богами нам завещано на Земле деяние. И это деяние будет верным, если оно имеет языческий корень, языческое начинание. Это языческое начинание может быть и очень кратким, но может и занять всю жизнь, если мы стоим перед таким большим делом, как возрождение мира языческой культуры и языческой веры. Боги дают нам древние образы, и говорят: Делай!

Язычество — не догма. Его никто не финансирует, не поддерживает искусственно. При этом нет счету тем граням, которыми проявляется оно сегодня в России. И все они сверкают как грани алмаза. И созерцая их, понимаешь, что видишь явление воли богов. Видишь нечто такое, что не ухватить единой мыслию, но что растет и дышит.

Мы, язычники, обязаны совершать деяния веры, чтобы полнее узнавать волю богов. Должны учиться друг у друга, испытывать чужой опыт. Ибо ежели язычество не догма, то, стало быть, в нем возможно личное религиозное познание. Боги способствуют этому. И значит язычество бессмертно, ибо если оно вдруг оставляется и забывается, то так же оно и вспоминается само, и само себя развивает.

Воистину, оно есть живой духовный организм, к которому примыкает голодный и жаждущий человек, и утоляет себя. Как это сделать? В этом каждый должен позаботиться о себе и своих детях сам. Заставить это сделать — нельзя, но можно научить, если показать примеры, объяснить как это делается. Тогда можно выбрать свой путь, который наиболее подходит к внутренней сути человека. Эти вопросы затронуты в книге.

Теперь вновь вернемся к вопросу о нашем историческом распутье. Какой быть России? Легко догадаться, что многим читателям покажется странным и надуманным возможность языческого будущего русского народа.

В связи с этим, рассмотрим: как древний языческий миф владеет Россией на протяжении всей ее тысячелетней истории, и как его преодолеть, чтобы мы сдвинулись с мертвой точки, и начали поступательно и неотвратимо улучшать качество своей жизни. Ведь жизнь на Земле дана нам не за грехи. Боги поместили людей на Землю для конкретного дела. И мы достигаем согласия с богами, достигаем счастья и смысла жизни, когда эту волю исполняем. Вопрос лишь в правильном понимании мироздания.

Собственно, язычество и учит смыслу жизни, тому — как быть счастливым. Нужно ли нам безудержно потреблять, если мы счастливы уже сами по себе? Нет, не нужно. А если так, то разрушается основной постулат глобализма, что смысл жизни заключен в потреблении. Меняется вся система жизненных ценностей. И человек достигает счастья естественным образом, без материальных затрат и уничтожения Природы.

 

Ложь на язычество

1. Перед ликом мирового глобализма и в состоянии распутья мысль человека начинает метаться и искать выход. Куда идти, как идейно защититься? Где спасительная опора духа?

Подведем итог сказанному. Идея коммунизма потерпела историческое банкротство. В двадцатом веке, коммунизм в образе социализма привел к безусловному прогрессу России. Миллионы людей получили возможность осуществить свои мечты и добиться того, чего бы они при капитализме никогда не добились. Жизненные, социальные гарантии социализма казались незыблемыми настолько, что жизнь виделась заранее предсказанной и расписанной от рождения до гробовой доски. От этого было даже скучно. Но социализм сгнил, как положено — с головы, и рухнул. Для большинства простых людей это случилось совершенно неожиданно.

Идея монархии и Руси православной является так же гнилой, вырожденной идеей. Эта политическая конструкция прогнила еще до 1917 года. Именно эта гнилость сегодня определяет пороки церкви. Ее пороки: сребролюбие, безмерное чревоугодие, — когда едят, но не могут насытиться, недостойная пастыря коммерческая деятельность, лицемерность, сговорчивость с организаторами геноцида русского народа.

При этом реально верующих во Христа людей в России не так много. У прихожан преобладает апатия. Из приходящих в храм едва ли кто думает о наследовании загробной жизни, и числит избегание грехов смыслом земного бытия. В церковь все приходят с бытовыми проблемами, и жалуются попам, что их молитвы не приводят к улучшению их бытовой жизни. Сама церковь не устраивает крестных ходов так, как это происходило в историческом прошлом. Да и отношение к таким мероприятиям у массы будет смешливое — будут пальцами показывать и громко обсуждать идущих хоругвеносцев. «Крестный ход» Репина, помноженный на советскую школу, сделали свое дело, и развенчать его сегодня нечем.

Регулярно из недр церкви до нас доносятся слухи о чуть ли не поголовной содомии, о блуде в монастырях, о присвоении имущества и уморении голодом доверившихся церковникам людей, о доведении граждан до фанатичной дикости, истерики и помешательства. В целом — мы регулярно узнаем об ужасах, творящихся за благолепными стенами церковной собственности. Все эти «сплетни» одно время печатались в газетах, за что издатели тут же отвечали бы по закону, если бы хоть в чем-то лгали. Большинство россиян просто закрыло на все это глаза.

Возрождение Руси таким лихим пастырем как РПЦ — не осуществимо. Нет сегодня и дворянства как сословия, способного честным и бескорыстным деянием показать пример русского достоинства.

Автор этих строк дворянин по отцу, и землепашец по матери. Должен признать, что того величия, и той ясной жизненной философии, которую ему удалось почувствовать у землепашцев, у родственников — дворян найти не удалось. Крестьянское сознание сформулировало, что человек велик делом, которое он совершил и совершает. Дворянское сознание более, чем на пол века осталось в тайных мелочных обидах на взбунтовавшуюся чернь, ничего высокого не породив. Дворянское начало объяснило автору, что он потомок ученых и настоятелей монастырей — может просто существовать, ничего не созидая. Его величие определяется уже его происхождением, без каких — то обязательных достойных дел. Землепашцу же в таком рассуждении увидится не более, чем заблуждение, слабость дворянского сословия.

Таким образом, те силы, которые сегодня признаются обществом за исконно русское начало, выглядят, по сути, не дееспособными. Церковь — выдает свою необузданную хищность. Дворянство — ау! Где вы, господа! — Дворянство предъявляет свое вековое нытье и полу летаргический сон, а не часть и волю. Без дворянства, очевидно, и никакой монархии быть не может. Прогнившая русская монархия не может быть восстановлена буквально. Царя, как и короля, — делает окружение. Помазания неправедным церковным елеем тут явно недостаточно. Если нет сословия, хранящего честь, — благородных во всех отношениях дворян, то и царь будет не более, чем карикатурой: символом деспотии, а не отцом народа.

На историческом распутье, христианство, дворянство и монархия — являются скорее ложными, чем достоверными ориентирами. Подлинно русский дух, русская индивидуальность и этничность, при этом так и остаются скрытыми от искателей опоры, искателей станового хребта, который бы смог удержать Россию при самостоятельном движении. Именно поэтому, путь России, которым она идет сегодня, это полная несамостоятельность, покорность мировому глобализму и добровольное превращение себя в сырьевой придаток Запада, в задворки цивилизации, в технический зал обслуживания элитного помещения Европы и США.

При этом русская индивидуальность, этнические особенности русского народа оказываются Западу не только не нужными, но и вредными. Именно они несут в себе возможность развития русской цивилизации, похожей на Запад, но не западной, похожей и на Восток — но и не восточной. В целом же Запад не признается себе в том, что интуитивно понимает: если русская цивилизация осуществится, то не Россия, а он сам будет задворками цивилизации. Сознательно же Запад верит, что русская индивидуальность в самом деле существует, но она представляется ему буйным медведем, который если проснется, то свернет все на своем пути, и после его разгула жизнь станет невозможной. Поэтому русским вообще чуть ли не лучше будет, если их держать в положении рабов и понемногу усыплять, умерщвлять — держать в непреходящей слабости, как буйно помешанных.

Вся сегодняшняя не способность государства Российского обрести силы для самостоятельного пути развития состоит в нежелании понять действительный источник русской силы. Этот источник продолжает жить сегодня в том мироощущении, в котором жили наши земледельцы. Уточню, что здесь говорится не о сегодняшних земледельцах, а о духе, который именно они сохраняли для нас в течение веков. И доля христианства в этом духе очень незначительна. Сегодня этот дух продолжает жить в народе как бы по инерции. Если его сегодня не поддержать, то пройдет сто лет, и он будет утрачен потомками безвозвратно. Тогда они потеряют смысл жизни, и погибнут, а Россия как государство прекратится.

Но сегодня наш дух еще жив. Он заключен в нашем чувстве силы земли, во внутреннем стремлении к познанию, в поэзии, душевной жажде и желании действовать. Все это двигало русским землепашцем в течение веков. Эти составляющие духа: ощущение силы Земли, стремление к знанию и красоте, жажда духовной истины — могут быть названы русской волей, тем внутренним двигателем, который заставлял жить и бороться. Этот дух совершенно не имеет в себе ничего наносного, вроде официального христианства или государственных институтов, которые всегда были надстройкой, и ставили единственную цель — обуздать этот дух, обкорнать его в нужных границах. Они — церковь и государство — вторичны, и не могли бы существовать, если бы этого народного духа не было.

Эта воля, этот дух, через который мы получаем силу Земли, через который мы действуем и постигаем мир, слагаем песни, и возвышаемся над обыденностью — все вместе есть русское язычество. Это есть то святое, что всегда выходит как сталь из окалины, что нельзя скрыть или задавить, «облагородить» законодательством или государственной религией. Оно есть проявление сути, без которой все остальное — ничто, рассыплется как труха и гниет как нет живое.

2. Феномен бытия внутреннего русского духа, духа языческого и живущего не по воле надсмотрщика, вызывает озлобленный протест у идеологов Руси православной. На самом деле, язычники знают, что нет ее, Руси православной, как ее нам представляют. И не было никогда. Разве что скопище попов да юродивых названо Русью… Вместо Руси православной есть казенное извращенное понимание русского духа. Извращение это делалось всегда в угоду политике, и в рамках системы образования, выглядело более — менее правдоподобно. Но оно было грандиозным заблуждением интеллигенции девятнадцатого — двадцатого веков.

Яснее всего это выражено в картине К. Брюллова «Оборона Пскова». Картина эта хранится в Петербурге, в «Русском музее», и ее стараются не показывать. На ней психически больные, плохо вооруженные и плохо организованные люди с иконами и хоругвями изгоняют из осажденного Пскова матерых воинов Стефана Батория. Выглядит все это до карикатурности не правдоподобно. Но так учили, такое давали образование, так искренне думали оторванные от народа, офранцуженные, онемеченные дворяне. Это расценивалось как патриотизм. Такого рода нелепости — что народ христианским смирением и юродством способен осуществить реальное дело — иные умники до сих пор принимают за истину в высшей инстанции.

Сегодня же, на распутье, когда все ложные маски легче всего снимаются, даже идеологи Руси православной в великом страхе и панике видят, что не они являются наследниками русского начала. Увидели они, что явило себя русское язычество, которое одно только и определяет базис русской духовности. Сами же они не более чем нарост коры на русском дереве.

Само это открытие породило естественную реакцию. Идеологам Руси православной сразу стало ясно, что их спасение в одной только лжи и в дальнейшем извращении русского духа. На этом пути, церковью принято решение: язычество всячески замалчивать, ибо даже ругань о нем оказывается ему же на пользу. Иного ничего нельзя сделать перед этой надвигающеюся громадой. Поэтому официальная церковь панически молчит. Но, при этом, мутные брожения вынесли множество доброхотов, не связанных дисциплиной и церковной иерархией. И вот им-то и не терпится вылить на язычество самую бессовестную ложь. Названия их орденов и братств называть лишний раз не будем. После их сочинений, уже переиначенная и искаженная ложь о нас гуляет по средствам информации.

И так, сказав еще раз о значимости нашего язычества, о том, что оно есть самое прямое выражение русской духовности, и оно же — последняя надежда России, выясним: как его шельмуют. Для этого не будем перечислять море фантастических злобных выпадов — вроде изданной в «Экспресс газете» № 288 статьи «Выстругали фаллос», с фотографиями язычников и подписями к ним: «языческие праздники стали превращаться в неонацистские шабаши с сатанинским уклоном», «новообращенные язычники готовы нести смерть», и так далее.

Мы уже давно терпим пресс такого рода не обоснованных гнусностей, и здесь они нам не интересны по причине их бессодержательности. Любой здравомыслящий человек способен понять, что это тенденциозная ложь. Иное дело, когда на язычество возводят хулу, делают обвинения, которые, якобы, содержательные, и которые нельзя отмести с порога, не разобравшись в сути вопроса. Число таких «мотивированных» обвинений в наш адрес ограничено, и они уже стали традиционными. Рассмотрим этот набор обвинений, воспользовавшись журналом «Наш Современник», № 7, за 2002 г. По крайней мере, в его электронной версии содержится статья некоего Александра Суворова «Неоязычество». Подробно излагать статью не имеет смысла. Она существенна тем, что в ней собран практически весь традиционный пакет обвинений, которые делаются сегодня в адрес язычников.

Начнем с того, что в 1999 г, недобросовестными учеными был введен термин «неоязычество». Он обозначает всех живущих сегодня русских язычников, без какого либо разбора глубины их проникновения в традицию. Введение оскорбительного для нас термина «неоязычество» связано с выдуманным догматом, что якобы сегодняшнее почитание русскими людьми своей земли, своих предков и своих богов принципиально и ни в коем случае не может выражать какой либо исторической преемственности.

Как научное положение этот догмат не доказуем. Поясняется этот догмат тем, что живущие сегодня язычники не видели ни единого славянского волхва, который бы нес языческую традицию в полной преемственности от волхвов дохристианского времени.

Язычники на такое объяснение отвечают, что такая преемственность требуется только в выдуманных религиях. В естественных религиях, например, созерцание озера, ведет к мистическим и поэтическим чувствам, подобным тем, что возникали тысячу лет назад. Для понимания этого, надо уважать предков, и понимать, что их разум был не менее зрелым, чем наш, сегодняшний.

Пусть человек с детства живет на берегу озера. Чувство переживания озера рождается у него само, из его жизни. Поговорите на этот предмет с жителями Осташкова, например. Это великая поэзия. Рыбак сравнил себя с ивой, корни которой ушли под озерное дно, и ничто не может оторвать его от его родного берега. И это не только личное достижение. Это «чувство озера» передают ребенку его родители. И те эмоции, то переживание, те легенды, которые есть у родителей — были переданы им дедами, а дедам — прадедами.

Вот это чувство озера, переданное по наследству и обретенное самостоятельно, составляет смысл и суть жизни. Такая привязанность к своей Природе — это и есть язычество. Это чувство вполне унаследовано. Преемственность тут очевидна. В большом масштабе — это преемственность народа в его традиции.

За конкретным переживанием озера можно сознательно видеть богов и духов. Но можно и не осознавать их. Это уже вопрос ЗНАНИЯ, ВЕДАНИЯ — видеть за духовностью народа волю богов. Само же язычество уже состоялось, корень его — в любви и переживаниях, сопряженных с Природой.

Язычество для язычников вовсе не сводится к обрядам перед идолами. Так думать вульгарно. И если попы гордятся преемственностью в рукоположении от апостолов, то мы — язычники — гордимся духом любви к Матери — Земле и Природе, который передан нам через века пращурами от самих богов — наших прародителей.

3. Продолжим разбор того, что еще наговаривается на нас. Будем давать цитаты и их разъяснения. Указанный Суворов пишет:

«Начать следует с того, что неоязычество отвергает тысячелетний путь России Православной. Само слово «Россия» едва ли не бранное для большинства «староверов», а некоторые из них отвергают и саму Русь, говоря, что русского народа давно уже нет, а есть лишь некий сброд племен и языков, называющий себя русскими, — просто стадо, которое нужно бичевать и гнать в нужную сторону. И «верховоды» неоязычества якобы знают — куда, и готовы указать этот путь «посвященным»».

Суворов обобщает свои заявления на язычников в целом. Да и арсенал его возражений не нов — он был сформулирован целой когортой пламенных борцов с нашей древней верой. Язычники почитают Россию как Родину — Мать, как великую богиню. Язычники указывают, что служение России — это религиозный долг. Но этот долг и служение богине можно совмещать со служением институту государства, только если государство праведное и его интересы, и интересы народа — совпадают.

Язычникам не понятно: что такое путь России Православной? Жизнь и история народа это не есть история государства и его идеологического института. Так же язычники находят, что если бы в русском народе сохранилось племенное единство, то и сам народ был бы здоровее. Русские язычники признают народное православие, которое существовало на Руси помимо церкви, и через которое были отражены многие понятия народной жизни, изначально языческие. С народным православием русское язычество не воюет и не спорит. Его происхождение вынужденное. Оно является христианством лишь номинально, вредоносность христианской религии в нем сильно ослаблена.

Следующая цитата:

«Неоязычество чуждо истинному народному духу и ни в коей мере не должно бросать тень на вековые традиции собирателей и знатоков русского фольклора. Прикрываясь театральными декорациями древнерусского пантеона — Перуна, Сварога, Свентовита, Даждьбога и др., — на деле неоязыческие «верховоды» исповедуют эклектическую оккультную доктрину, сочетающую в себе штудии теософов, розенкрейцеров, зороастрийцев, ведизм, древнеегипетскую магию и хтонические культы примитивных народов, прибавляя сюда такие элементы русской духовной смуты позднейших времен, как экстрасенсорика и НЛО. Вот в таком невообразимом ведьминском вареве и вызрел миф «гиперборейской Руси», родословную которого верховоды неоязычников выводят аж из седой Атлантиды и времен всемирного потопа, возводя, например, топоним «Москва» от Мосха, сына Ноева. Слепые ведут слепых. Такова в двух словах «эзотерика» неоязычества. Но главный удар новоявленных волхвов нацелен в самое сердце Святой Руси — в ее тысячелетнее Православие».

Весь этот перл на самом деле оказывается направлен против сегодняшних «гипербореев» (Логинова и К.). Эти гипербореи ненавидят русское язычество. Язычники тратят годы жизни на работу с архивными материалами — описаниями деревенских обрядов девятнадцатого века. При этом весь мировой оккультизм (в том числе и бытующий в славянских землях) отвергается ими как не национальное явление. Никакие теософы и розенкрейцеры — не имеют никакой ценности для язычников. Все это было в свое время изучено и отброшено как негодный духовный хлам. Ни один язычник не станет выводить Москву из имени сына Ноя — это чисто христианский бред. Привлечение к языческой идее НЛО так же рассматривается язычниками как умственная патология. Ной и НЛО не имеют к нашей традиции никакого отношения.

В целом, язычники — это люди, желающие понимать и чувствовать своих предков без посредников. Этому бы порадоваться, да поправить бы по-доброму, если знаешь вопрос лучше. Так нет же. На людей выливаются потоки лжи при полной некомпетентности писателя. И это только потому, что люди осмелились искать и думать самостоятельно.

Далее: «Агрессивное антихристианство секты дает основание считать ее одним из ответвлений мировой сатанистической традиции, приспособленным к русским условиям. Генеральное направление этой традиции осуществляет глобальное движение «New Age» («Новый век»), имеющее своей главной задачей уничтожение христианства и осуществление всемирного синтеза религиозных конфессий в виде культа некоего «верховного существа»».

Отличие сатанизма от язычества представлено в моей книге «Русское язычество и шаманизм», 2006 г. Существенно то, что сатанизм не возможен без христианства, в то время как язычество — самодостаточно. Ему не требуются никакие антиподы и противостоящие силы. Главное то, что сатанизм исходит из личного эгоизма человека, а в язычестве первичными являются интересы рода.

Стремление смешать сатанизм с язычеством — универсально для христианства. Это делал еще Нестор в «Повести временных лет». Идея подвести русское язычество под интернациональное движение «Новый век», принадлежит известному сектоведу А. Дворкину. Это является формой лжи на язычество. Русское язычество не интересуют никакие иные религиозные конфессии, и их дальнейшая судьба. Повторяю, русское язычество обладает принципом полноты, оно самодостаточно и как вера, и как социальное явление.

«Неоязычество развивается в наше время как часть от части безликой силы, раздирающей общество на «пророков» и «материал» для очередного эксперимента, является по сути вероятной линией наметившегося в обществе раскола…. И если народ не удалось пока развратить «массовой культурой», то — не мытьем, так катаньем — «староверы» пытаются подойти с другого конца, превратив русских в «этномассу», под предлогом возвращения к родовым истокам — развенчать и опошлить саму национальную идею, исторический стержень народного бытия, — свести ее к сумме смутных языческих суеверий, совмещенных с деструктивными, разрушительными для души оккультными практиками для «избранных»».

Что хочет сделать с обществом язычество? Об этом сказал Круг Языческой Традиции, и об этом пишется в данной книге. Патриоты от христианства обвиняют язычников в том, что они хотят разрушить общество. В действительности, язычество хочет оказать такое воздействие на общество, чтобы оно стало сильнее, и могло противостоять массовой культуре, чтобы оно обрело самодостаточность, которой само язычество обладает. Это возможно только, если в обществе возникнет целостность, системность видения мира. Простой набор суеверий такой цельности дать никак не может. Истинная проблема некоторых «патриотов» в том, что общество, обладающее цельностью видения мира, нельзя околпачить в том числе и христианством.

«Язычество всегда чревато человеческой, «великой» жертвой, ибо кумиры жаждут, человеческое жертвоприношение в данном случае — только вопрос времени, в этом также должен отдавать себе отчет каждый неоязычник».

Это клевета на наших богов. Ни одна религия не совершила стольких убийств, сколько совершило христианство. И по этому, чтобы хоть как-то обелиться, оно и кивает на язычество. Наше язычество — одна из самых бескровных религий мира. Только такой изувер как христианский святой князь Владимир, смог ввести человеческие жертвоприношения. В честь своей веры он зарезал такого же как и он сам святого Федора. Это зверство христианство возлагает на язычество. В действительности, это деяние не веры, а лично святого Владимира. Обвинение наших богов в человеческих жертвах есть грязная ложь и патология обвинителей одновременно.

«Как ненавистна им и сама Россия с ее «двунадесятью языками», и тысячелетняя идея русского мессианства. Можно ли вообще быть русским, не любя Россию?! И здесь неоязычники действуют заодно с заклятыми врагами и разрушителями русской государственности, это тоже важно понять. Вне Веры Отцов и великая государственность, и русская идея, и сама, наконец, русская душа — все это теряет смысл, и никакие идолы не спасут нас, если это будет утрачено в одночасье».

Это типичное обвинение. Оно так же насквозь лживое. Язычество — это любовь к своей родной земле по самому определению. Государство же к Родине весьма относительно. Государство временно, а Родина — вечна. Родина — она богиня Россия, и мы — е дети.

Христианские патриоты говорят, что язычники поддерживаются ЦРУ для создания конфликта и разрушения русского сознания. В действительности все наоборот: РПЦ действует в одном направлении с мировым глобализмом и ЦРУ, поскольку им обоим нужен покорный народ, — стадо.

Сегодня ни одна политическая сила мира не поддерживает язычников, ибо врагам это смертельно опасно, а свои — не доросли до такого уровня порядочности, чтобы отказаться от услуг той же церкви.

Язычники не запирают себя в маленький мирок, воюя при этом со всем миром. Язычники понимают, что верования в разных землях России всегда будут в деталях различными. Именно поэтому языческое единство не в христианском мессианстве — т. е. не том, чтобы искоренять иные языки и верования Руси, и чтобы все одинаково молились одному богу. Единство язычества в признании права за людьми жить на своей земле по своей традиции. Все языческие народы России равно почитают свой очаг, своих предков, свою Природу, и хотят, чтобы их дети были здоровыми и мудрыми продолжателями их дела. Эта добросердечность и объединяет язычников России в Круг Языческой Традиции.

4. Все это столь важно, что требует дополнительных разъяснений. Относительно язычества в обществе сознательно поддерживается атмосфера не понимания и дикости в его толковании. И обвинения язычества в том, что оно разрушает русский мир, могут показаться кому-то объективными. Дескать, стратегические интересы России требуют единства народа. А язычество зажигает свой очаг в каждой семье по-своему. Какое уж после этого единство? Все такие рассуждения являются глубоко невежественными. И всякая такая социальная система, которая вся сплошь состоит из людей абсолютно одной мысли, в действительности не гибка и не жизнеспособна.

Общество оказывается наиболее устойчивым и жизнеспособным, если в нем соблюдается баланс между принуждением и свободой. Этнографы знают, что все века в разных местах русской земли, имели место весьма разные традиции. Все это многообразие народной традиции, имело свое отражение в языческой вере. Традиция — это, по сути, та часть язычества, которая перестала восприниматься как религия, и перешла в область культуры. За какое бы дело ни брались русский крестьянин или крестьянка — они знали, что все эти дела делали (и теперь в них помогают им) языческие боги.

То, что в христианстве эти боги получили статусы святых — никакого принципиального значения не имеет. Мировоззрение оставалось языческим: «Огонь — царь, вода — царица, земля — матушка, небо — отец, ветер — господин, дождь — кормилец, солнце — князь, луна — княгиня», В.И. Даль, «Пословицы русского народа». Вот она какая, — русская душа. Это чисто языческое видение мира.

Многообразие язычества породило то многообразие русской этнической культуры, следы которой сегодня остались в основном в музеях, да в памяти пожилых людей глубинки. Сегодня из не специалистов мало кто даже представляет: сколь великий пласт русской традиции потерян. Многообразие религиозности от деревни к деревне просматривается даже в христианстве. Трудовая специализация деревень так же определялась внутренними наклонностями крестьян. От этой свободы пошли т. н. народные промыслы.

Забвение, утрата традиции происходила всегда. Но происходило и возрождение. Старые формы традиции восстановимо отражались в новых. Так что многообразие и богатство народной культуры все время возобновлялось, без забвения ее древнейших форм. Сегодняшняя наша беда в том, что традиция разрушена. Новые формы народной культуры, с учетом прежней — не вырастают.

Когда наша традиция перестала сама себя воспроизводить? Это началась с индустриализацией и раскрестьяниванием. Это вопрос важный, но отдельный.

В прошедшие времена (условно, до 1930–1950 годов), когда еще была жива традиция, наш народ можно было представить следующим образом: Это был этнос, имеющий богатство многообразия традиции и понятия законности в каждой своей ячейке (деревенской общине, улице города, артели, семье). И при этом были общие, связывающие этнос понятия. Это общность языка, общность истории, общность в понимании основных ценностей (таких как: отношение к земле, к роду, общие понятия справедливости, формы проявления чувств, единство толковании смысла жизни, и так далее).

Плюс, на русском этносе паразитировала христианская церковь. И плюс, этнос эксплуатировало и временами защищало, и вводило свои единые законы государство.

Таким образом, история говорит нам, что устойчивое существование этноса имело место при двух обстоятельствах:

1) Свобода в производственном, культурном и религиозном самовыражении. Самостоятельность в принятии жизненно важных решений, и частичная свобода в законодательстве. Крестьянская община обладала законодательными функциями, которые у нее в течение веков отбирало государство.

2) Общность, единство этноса в базовых вопросах существования, на которые уже было указанно, плюс единый святой Никола и название, что русские — народ крещеный, православный. (Икона Николы — самая распространенная.) Плюс, единство в уголовном праве, и государственных нормах.

В случае если происходило разрушение пункта 2), — государство «кидало» народ, церковь предавала его татарам, и так далее, — выживание этноса происходило за счет того, что он самостоятельно восстанавливал недостающие элементы общности на основе возможностей пункта 1). Например, выдвигался общенародный лидер: Иван Болотников, Пожарский, Степан Разин.

Условно, к 1985 году, способность нашего этноса к внутренней организации жизни по пункту 1) — оказалась разрушенной государством. Т. е. государство, укреплявшее пункт 2), по крайней мере, три столетия воевало с народом для разрушения пункта 1). При этом разрушенные функции пункта 1) компенсировались через развитие пункта 2) на государственном уровне. В советское время это приобрело цель государственной политики. В результате этого, например, самостоятельно выдвинуть и поддержать своего лидера, наш народ уже не способен.

Сегодня (условно с 1991 года), государство предало народ и разрушило само себя. Это означает, что пункт 2), подавив пункт 1), не смог подменить его целиком, и сам оказался не жизнеспособен. С умиранием этноса умирает и государственность. Мораль народа, да и мораль руководства страны удерживается только на жизни первичного коллектива социума — того человеческого объединения, которое формулирует для себя пункт 1).

Христиане патриоты и патриоты — государственники рассуждают всегда глобально, и весь смысл своего патриотизма видят в восстановлении действенности пункта 2). Но трагедия России состоит в проекции на общество Грозового мифа. Иначе говоря, в многовековой войне пункта 2) с пунктом 1). Не понимая этого, патриоты целиком ставят себя на позицию пункта 2), и упускают значимость традиции на местах, которую отражает пункт 1).

Язычество как раз стоит за пунктом 1). При этом, в пункте 1) лежат зародыши и общерусских представлений, питающих общенародную традицию и закон — пункт 2). Это здоровая ситуация, ибо пункт 2) только и может формироваться из традиции на местах — из пункта 1).

При искусственном введении пункта 2), или при его привнесении извне, следует говорить об оккупации или о не легитимности государственной власти.

В этом смысле, многообразие язычества на местах является не бедствием и проблемой языческого движения, как это нам ставят в вину, а является важнейшим и необходимым условием восстановления этнического многообразия. Без этого многообразия этнос не живет, он оказывается не способен к какому-то сопротивлению или приспособлению к глобально изменяющимся условиям жизни. Общество без пункта 1) — представляет собою вожделенную для ФСБ абсолютную монархию, концлагерь с абсолютной покорностью заключенных охранке. По крайней мере, мы не имеем такого примера, чтобы страна могла исторически долгое время жить при полностью подавленном пункте 1), а видим лишь обратное: с разрушением пункта 1) вырождается и вымирает народ, и одновременно с этим деградирует пункт 2), (разлагается государственный аппарат, утрачиваются общность целей жизни, размываются границы законности).

Особенность языческого патриотизма состоит в том, что язычники выступают за возрождение традиций на местах. В то время как все патриотическое движение России (включая христиан — монархистов, жидоборцев, коммунистов, правых, ультраправых и прочих) — все сплошь провозглашают борьбу за новую государственность, — за пункт 2), ничего не привнося в пункт 1), и даже сознательно отвергая его как «не свое дело».

Язычество как народная вера, формирует традицию и дает правовую оценку событиям не сверху — вниз, а горизонтально: на уровне первичного коллектива (общины, семьи). При этом в обществе не обнаруживается другой силы, которая бы удержала мораль народа на столь высоком уровне, как язычество. Именно это и не позволяет нашим записным моралистам относиться к язычеству спокойно.

 

Грозовой миф и судьба России

1. Мало стран имели более драматичную историю, чем Россия. Наши враги усматривают в этом печать божьего проклятия. Якобы, Диавол одарил русских всеми благами Мира, но Бог не позволил ими воспользоваться.

Но если не верить подобной лжи, то тогда в чем же дело? Этот вопрос вставал перед русскими во все времена. Ответ на него, отчасти, содержится в географическом положении России и в происках внешних врагов. Но в значительной степени наша судьба была определена и внутренними причинами.

Здесь будет проведен разбор основной и древнейшей внутренней причины, предопределившей судьбу нашей страны и многие наши беды. Суть этой первопричины в том, что языческая мифология древней Руси не смогла пройти должного исторического пути созревания, и застыла в нашем сознании в виде назревшего и не разрешенного конфликта. Этот хорошо известный нам конфликт между божеством Земли, в народной традиции Велесом, и божеством древнерусской государственности — божеством Неба Перуном. В этнографии этот конфликт известен как Грозовой миф.

Не будучи нормальным образом разрешен в сфере религии, этот мифологический конфликт уцелел и остался в подсознании народа и идеологов государственной власти, откуда он до сих пор продолжает оказывать разрушительное действие. Разрешить его без знания его сути, оказывается невозможно. Обществу не хватает для этого языческого духа и знания традиционной культуры. При этом говорить об этом конфликте, чувствовать его, иронизировать над ним — оказывается возможным. Так, например, идея преодоления конфликта богов запечатлена в фантазии известного афериста: в виде провозглашения тайного общества «Союза меча и арала». И здесь едва ли нужно смеяться. Здесь следует плакать. Ибо идея единства пахаря и воина всегда проходила красной нитью через сознание русских мыслителей. Государство же Российское всегда противопоставляло вооруженную силу своему же народу.

Преодоление бед России видится в осознании и разрешении мифологического конфликта между Перуном и Велесом — между властью и народом. Когда это произойдет, тогда на нашей земле воцарится спокойствие и порядок. И никакие происки глобалистов не смогут его разрушить.

Таким образом, здесь сделано утверждение, что в основе бедствий России лежит мистическая причина, связанная с конфликтом богов. Дадим этому надлежащие разъяснения.

2. В серьезном исследовании на тему судьбы России, (см. книгу Бороноева А.О. и Смирнова П.И. «Россия и русские: характер народа и судьба страны», С.Пб., 1992 г.), делается вполне обоснованный вывод о том, что характер русского человека определили законы крестьянской общины. Отсюда следует, что все достоинства и недостатки нашего народа укладываются в достоинства и недостатки общинного крестьянского быта. При этом авторы доказывают, что русская община была по своей сути тупиковой социальной конструкцией, не пригодной для жизни в условиях нынешней демократии. Это, будто бы и обуславливает конфликты современного общества, и предрешает исторический тупик русского самосознания.

Книга кажется достаточно серьезной. Нам важен подход, который лежит в основе исследования. Он состоит в том, что исследователи берут крестьянскую общину как некую объективную данность, и не задаются вопросом: почему она сложилась такой, а не какой-то иной? Они не отвечают, например, на вопрос: почему крестьянская община начала двадцатого века несла в себе черты родоплеменных отношений тысячелетней давности, когда только начинало складываться наше государство?

Что же явилось первопричиной, определившей консервативность внутриобщинных отношений, которые безусловно сказались на судьбе нашего народа и государства? Пока ответа нет. Обратимся к более ранним теориям. В книге, изданной в начале века Н.П. Павлова-Сильванского «Феодализм в России», (переиздана в 1988 г), приведен разбор ряда теорий наших мыслителей, как западников, так и славянофилов, о причинах самобытности и о судьбе России. Исследователи искали эти причины в форме землевладения, в православии, в территориальных особенностях России, ее размерах, в исторической задержке развития страны, в климате, в особенностях национального характера и т. д.

Но все эти причины опять оказываются как бы подвешенными. Все они имеют свое историческое начало, и в свою очередь были обусловлены некоторыми другими первопричинами. Например, территориальные размеры России велики не только потому, что нам повезло с землей и соседями на севере и востоке, а еще и потому, что у русских была какая-то серьезная причина уходить и уходить в леса подальше от своих же властей. Почему такое желание устойчиво сохранялось, почему власть не могла вести себя приемлемо, — мы опять не находим ответа.

3. В поиске ответов на вопрос о базовых началах русской общины и о первопричине российских бедствий, нам надо обратиться к тому основному конфликту, который сложился в первом тысячелетии, и не разрешен до сих пор.

Представляется, что этот конфликт в значительной степени обусловил принятие христианства и княжеские усобицы, неспособность противостоять Орде и опричнину Ивана Грозного, польское нашествие, «бунташный» век и раскол, крепостное право и восстание Декабристов, поражение в Крымской войне, революционеров и революции, сталинские репрессии и нынешнюю демократию.

Все эти явления не были вызваны слабостью России. У России всегда были внутренние резервы и возможности, чтобы все эти беды избежать. Беды Россию изнутри всегда имели одинаковую природу. Суть ее в конфликтном противостоянии власти и народа. Народ обнаруживал во власти врага и противостоял ей. Власть же видела в народе, в первую очередь, используемый материал, обязанного ей данника, и потому усматривала за собой право менять к народу отношение как ей вздумается. Когда конфликт власти и народа обострялся, Россия начинала терпеть всевозможные бедствия.

Кто-то скажет, что здесь перепутаны причина и следствие. Что сперва возникает бедствие, а уже потом власть обкладывает данью народ и потому народ начинает быть недоволен властью. Например, пришли татары, победили Русь и заставили платить дань, народ страдает.

Да, внешне все так и выглядит. Но социальные причины и следствия взаимосвязаны. Остается совершенно не ясным: почему татары победили Русь и брали дань сотни лет? Ведь татары не смогли покорить ни одну другую страну западнее Руси.

Это однозначно говорит за то, что еще до прихода татар, Русь имела какую-то внутреннюю болезнь, которая не позволила организовать силы для защиты. Это и привело к признанию права за татарами на дань. Получается так, что русское сознание уже было подготовлено к выплате дани еще до нашествия! И как, по праву сильного, князья собирали дань с русских племен, так и татары дань собирали. Это была совершенно понятная и привычная картина отношений. Л.Н. Гумилев даже возвел ее в рамки партнерских. Следовательно, в русском сознании многие века сохранялось понимание того, что дань берется силой оружия, а законодательные (договорные с учетом взаимных интересов) отношения при этом вторичны. Очевидно, что когда дань собирается силой оружия, то государственная инфраструктура почти не требуется. Действительно, она стала развиваться у нас позднее, чем в других странах Европы, и всегда была ненавистна народу, «Любит подьячий пирог горячий»- инфраструктура тоже, по-своему, брала дань. В эпоху демократии, взятки чиновников стали вообще фантастическими, с чуть ли не узаконенными тарифами.

Разбор широко известных примеров, вывел бы нас за пределы книги. Поэтому, ограничимся тезисным изложением материала.

Почему на протяжении всей российской истории «казна» воюет со своим же народом? Мы не нашли никаких общих материальных причин этого явления. Если бы материальные причины были определяющими, то внутри страны установились бы отношения, при которых данник все же богатеет, а не нищает. Ибо богатый данник выгоднее бедного. Таким образом, причина войны власти с народом имеет не материальный характер. Для поиска причины — почему все же война? — обратимся к первоистокам, в которых складывалась Древняя Русь.

4. Обратимся к древним мифологемам, которые лежали в основе создания нашей государственности. Хотя эти мифологемы принадлежат языческой древности (у нас в стране забывают что Русь изначально сложилась как языческое государство) они, продолжают действовать и ныне, поскольку характер отношений между государством и народом, за тысячу лет, не изменился. Принятие христианства, атеизм двадцатого столетия и демократия последнего времени, не оказали на эти мифологемы существенного влияния, а только скрыли их суть под масками новых образов, и тем затруднили поиск.

Идолы богов языческой Руси были свергнуты, но сами боги никуда не ушли. Просто их бытие продолжилось без сознательной связи со своим народом. При этом народ лишился понимания воли богов, и фактически стал жертвой стихии.

Если это действительно так, то восстановив ключевые моменты нашей мифологии. Применив их к нашей жизни, мы со всей очевидностью должны получить знание причин наших бедствий и найти пути их преодоления.

Среди мифов, доставшихся нам от седой древности, есть мифы о творении богами мира. К этому комплексу мифов относится хорошо известный сюжет о том, как первотворец в образе утки нырнул на дно Мирового Океана, достал кусочек ила, и сотворил из него Землю.

Мифы творения могут быть названы основными мифами. В них усматривается Нравственный Закон, и мы еще вернемся к ним. Но в этих мифах не усматривается пружина, движущая судьбой России. Сама Россия — русалия реки Рось — богиня сравнительно молодая. Ее судьба определялась в позднее мифологическое время, уже после того, как творение Мира было закончено.

Богиня Россия несет божественную сущность русской души. Она преисполнена плавной красоты и внутреннего совершенства, часть которых имеет в себе каждый русский человек. Это та иррациональная сущность, которая отличает нас от других народов. Но она не определяет отношения, в которые вынуждены вступать русские люди, ибо в мире есть и другие боги. Молодость богини России предопределила участие в ее судьбе других богов.

Каково это участие? Среди мифов позднего времени, хорошо известен Грозовой миф. Грозовой миф так же, в некотором смысле, основной, потому, что именно он определил судьбу России. Дадим его описание, насколько он восстановлен этнографами.

5. Этот миф описывает конфликт между Перуном и неким змеевидным божеством, в котором этнографы усматривают Велеса. В архаическом понимании вопроса, этот конфликт проявлялся всякий раз, когда гремел гром и сверкала молния. Отсюда и его название. Как известно, Перун бог грома и молнии, несущийся среди облаков и воюющий с демонами. Предаваясь войне и охоте, он все же являет собой зрелого бога. Перуну поклонялись князья и войны. Они клялись его именем, приносили ему дары и призывали его на помощь в битвах. Перуну поклонялись князья и воины юга Руси. Там он стоял среди главных богов, наряду с богами Солнца, которые давали князьям мудрость и праведность деяний.

Велес — бог севера Руси. Ему поклонялись в Ростове, Ярославле, Новгороде. Это бог пахарей, бог скотоводов, бог певцов-сказителей, бог торговли и богатства. Стоял идол Велеса и в Киеве, на торгу, ниже княжеского дворца, там, куда приезжали купцы с севера.

Велес являет собой более универсальное божество, чем Перун. Более того, Велес во всех своих ипостасях «близок к народу». Перун же обладает непостоянством, вредным и даже чуждым человеческой жизни. За Перуном стоит большой разрушительный потенциал. Дева Перуна — по южно-славянски Вила — имеет перевод на наш язык — Юла. Т. е. это женщина или девушка, не способная сидеть на месте и делать последовательную работу.

Человек, избранный судьбой на следование Перуну, находится в постоянной активности, что тягостно воспринимается окружающими людьми. Это может быть сильный открытый пассионарий, но может быть и хитрый вершитель тайных дел, понимающий, что размеренно живущим людям не интересно множество его замыслов и устремлений.

Поскольку интересы Перуна не покрывают круг человеческих интересов, то избранный судьбой на следование Перуну оказывается отстраненным от обыденного мира. В любом случае ему будут чужды интересы народа, поэтому избрание Перуна — верховным божеством кажется исторической ошибкой, исторической ловушкой, в которой побывали многие народы.

Древнерусское государство строилось на основе союза племен, которыми управлял выбранный великий князь, (например, посаженный Новгородцами на княжение Рюрик). Этот князь княжил в Киеве или Новгороде, и собирал дань со всей Руси. На эту дань он содержал дружину, которая защищала Русь со всех четырех сторон. Вероятно, такие отношения сложились еще в седьмом — восьмом веке.

Со временем, великий князь стал злоупотреблять властью. Не то, что он стал более брать с племен дани. Это было не легко. Князь Игорь поплатился за это жизнью. Но собирать большую дань все же хотелось. Поэтому, сам факт взятия дани начал получать новое идеологическое обоснование. Обосновать идеологию можно было только через религию. Поэтому, кто-то из близких к князю жрецов, провел должные мифологические построения. Разберемся, к чему они сводились.

Мифология индоевропейских народов содержит сюжет о битве бога-громовержца со змеем. Змей этот был держателем мировых вод, и победа над ним означала освобождение влаги и орошение Земли, что необходимо для урожая. Согласно ведам, громовержец Индра победил змея Вриту и освободил воды. Этот великий подвиг Индры воспет в ведических гимнах.

Кто-то из киевских жрецов осознал, что бог Велес и есть тот самый змей, которого побеждает громовержец Перун. Для власти это выглядело очень выигрышно.

По этой новой мифологеме, Перун, обитающий на вершине горы или на Небе, преследует змеевидного Велеса, что живет на Земле, в низине или под Землей. Дело Перуна правое, ибо Велес похитил у него все, что только можно похитить: скот, людей, богатства, жену, и т. д. Велес прячется то под деревом, то под камнем, то залезает в коня, человека, корову. Но это никак не спасает его — Перун везде его находит, (как находят бежавших данников княжеские воины).

При расправе с Велесом, Перун расщепляет дуб, раскалывает камень, мечет стрелы, убивает всякого, в кого поместился Велес.

По сохранившимся простонародным представлениям, он и убивает всякий раз своего соперника, что спрятался в этих предметах или в живых существах. Так что противник Перуна оказывается либо во множественном числе, либо со множеством жизней.

В результате расправы с Велесом, Перун освобождает воды, которые похитил Велес. Иначе, божество Неба возвращает в свои руки жену Матерь — Землю и сходится с нею, оплодотворяет ее потоками дающей жизнь влаги.

Подчеркнем, что сама эта мифологическая схема была известна. Мифологическая новизна творчества жрецов времен князя Игоря заключалась в совмещении побежденного змея с Велесом. Это мифологически оправдывало отношение великого князя к племенам-данникам не как к партнерам по договору, а как к побежденным и виновным в грехе своего божества. По новой мифологеме получалось, что князь, освященный истиной Солнца, ведется Перуном в полюдье, где берет дань с тех народов, которые поклоняются виновному и побежденному богу Велесу. Так грозовой миф позволяет слуге народа стать господином народа.

6. Идея конфликта Велеса и Перуна настолько крепко была заложена в сознание народа, что существует до сегодняшнего дня.

Когда под влиянием христианства, образ Перуна трансформировался в образ Ильи — пророка, а образ Велеса в образ Николы — угодника, конфликт сохранился и между этими святыми. Это великолепно отражено в легенде, приведенной в кн. А.Н. Афанасьева «Легенды русского народа».

По легенде, мужик завсегда Николу почитал, а Илью — нет. Из за этого вышел спор, в котором Илья проявляет силу и несдержанность Перуна. Ей противостоит Никола с изворотливостью Велеса. После ряда драматических и чудесных событий, мужику пришлось поклониться Илье так же, как и Николе. Тогда боги пришли к взаимному согласию, и наступил мир.

Итак, народная мудрость подсказывает нам, что жизнь становится правильной, когда конфликт Перуна и Велеса разрешается, а Велес более не представляется виновным в чем либо. Исторически же, Русь не пошла по этому пути. Князь Владимир провел совершенно обратную языческую реформу. Разберем ее с учетом социального значения Грозового мифа.

Владимир сделал Перуна главным богом Киевской Руси. Из этого однозначно следует, что до Владимира, Перун главным богом не был! Вероятно, главным княжеским богом, был Святовит, или божество Солнца. Мы не знаем — кто именно, но суть в том, что главным было божество света, ясности и мудрости, даваемой светом. Сам князь носил титул, характеризующий его как принадлежащего Солнцу. Эта просветленность и была главным свойством правителя союза племен.

Союз был существенно подорван князем Игорем, который решил, что русские племена — это не союзники, связанные договором, а данники — те, кто ниже его княжеской власти и те, кто подчинен ему силой оружия. За это князь Игорь был убит.

В свете такого взгляда становится совершенно ясным: почему же князь Мал, убив мужа Ольги — Игоря, имел наглость свататься к ней?

В действительности, никакой наглости не было. Мал понимал, что все они, князья, равны между собой, и он — древлянский князь ничем не ниже Киевского князя. Он, князь Мал, своими действиями восстанавливал древний договор, по которому племена не данники, а добровольные союзники. Тот же, кто посягает на этот союз — должен быть казнен! Мал справедливо казнил за это Игоря. Через этот поступок он оказывался гарантом справедливых отношений между племенами и верховной властью. Поэтому он предложил княгине Ольге свою руку, чтобы справедливо править союзом племен Руси. Согласие Ольги означало бы признание ею права союза племен.

Вот таков был смысл сватовства Мала. В других исторических реконструкциях его сватовство оказывается не понятным.

Ольга же понимала ситуацию по столичному. Она считала себя госпожой союза племен, первой после великого князя. Она подтвердила это казнями древлянских посольств, не по-русски изощренными и зверскими. И в Киеве это нашло свое идеологическое объяснение.

Так, что со времени казни Игоря древлянами, на Русской земле закрепилась мифологема борьбы Перуна и Велеса. Очевидно, Велес стал виновен перед Перуном в убийстве Игоря древлянами.

До Владимира, русские князья были в силах осознать значение союза Перуна и Велеса. Так, в договоре Руси с Византией 971 года, содержится упоминание о клятвах, которые давали греки и русские. Русская клятва содержит слова о том, что тот, кто не будет соблюдать договор, будет проклят Перуном и Велесом, станет желтым как золото на его украшениях, и будет уничтожен своим же оружием. Иначе говоря, идея единства бога пахарей и бога воинов закладывалась князем Руси Святославом в основу нарождающегося государства. Очевидно, Святослав, отрицая христианство своей матушки Ольги, — отрицал вместе с ним идею виновности Велеса перед Перуном и виновность народа перед князем. Святослав одевался в обычную русскую одежду, подчеркивая этим, что он ничем не отличается от всех остальных своих воинов.

Владимир же был тороплив, подобно нашим сегодняшним реформаторам, эгоцентричен, и не хотел понимать, что исторические процессы не укладываются в сроки его жизни. Своей грубой языческой реформой, Владимир рассчитывал сильнее подчинить славянские племена, но лишь усилил остроту конфликта. При Владимире, Перун стал главным божеством, и его конфликт с Велесом выступил на первое место в идеологии государства.

Владимир мог бы провести иную реформу: в согласии с политикой своего отца, поставить на теремном дворе Перуна и Велеса рядом, и прекратить обострение отношений с Севером. Наличие Велеса на княжеском дворе означало бы, что к князю имеют доступ купцы со всех концов славянского мира. Это означало бы, что князь берет на себя не только военную, но и экономическую функцию государства.

Владимиру довелось править северной столицей — Новгородом, и он знал — как живут и как мыслят на Севере и на Юге. В государственных отношениях, конфликт Перуна и Велеса неизбежно проявлялся как конфликт между Севером и Югом Руси. Единство богов — объединило бы государство и способствовало экономическим связям.

Такая реформа пошла бы на благо союза племен Руси и привела бы к укреплению законности, к расцвету славянского язычества, и задержке принятия христианства. Но это ослабило бы личную княжескую власть, изменило бы ее характер. После этого, князь обязан был бы поступать по закону, а не по «праву сильного».

Алчность Владимира взяла верх над здравым смыслом. Утверждением Перуна он захотел усилить только себя лично. Этим он дал понять, что следует политике своей матери, а не отца, и что не поддерживает прежние партнерские договоры с племенами. Так, в основе государства Русь проросло зерно враждебности между властью и народом. Этот посев княгини Ольги и Владимира, дает всходы до сих пор.

Языческая реформа Владимира оказалась не удачной для укрепления его личной власти. Как и в чем проявлялись эти неудачи — мы из летописей не знаем, но до этого легко догадаться. Русские племена, поклонявшиеся Велесу, оказались слишком гордыми. Потому, через восемь лет, Владимир сбросил Перуна и принял христианского бога.

Никто никогда не отмечал, что яростная расправа Владимира с идолом Перуна должна быть обусловлена не христианской нетерпимостью, которая тогда еще не успела пустить корни на Руси, а глубоким разочарованием, которое получил Владимир от его главенствования. Конфликт Перуна и Велеса, не сломил сторонников Велеса. Былина о Микуле Селяниновиче и князе Вольге очень точно дает нам представление о реальном соотношении сил пахарей и князя. Владимир не получил покорности славянских племен через утверждение Перуна, и прибегнул к опробованной Византийской религии — к христианству. В первые столетия после крещения русских городов, христианство так же с очевидностью не дало никакой пользы для укрепления княжеской власти. Наоборот, с принятием христианства, на Руси начинается невиданная ранее междоусобная война.

При этом сам Владимир не принес покаяния в своей языческой реформе, не изменил своей политики, и через это не разрешил мифологического конфликта между богами. Русские племена не разбирались в тонкостях христианства. Они еще сотни лет пребывали в состоянии языческого мировосприятия, для которого конфликт богов оставался не разрешенным, а действия киевских, владимирских, а потом и московских властей это совершенно ясно подтверждали.

В результате, Русь, как государство, стало рыхлым, противоречивым образованием, которое не удержалось в целостности и распалось на княжества, с их вечными распрями. В каждом княжестве продолжал тлеть мифологический конфликт противостояния бога пахарей и бога воинов. Мифологическая суть конфликта забывалась, но общественные отношения воспроизводили этот конфликт достаточно точно. Князья ненавидели друг друга, вели бесконечные войны, не считаясь ни с народом, ни с идеей единства Руси.

7. Такова картина древней истории Руси в свете Грозового мифа. Осознавая это, и возвращаясь к этому мифу вновь, мы понимаем его роль, а заодно и силу языческого начала нашего сознания. Конфликт между Перуном и Велесом до сих пор лежит внутри нас самих. Правильно относясь к нашей древней вере, мы должны разделить в себе понимание народного бога Велеса и Змея — похитителя, которого разит в облаках Перун.

Если на мифологическом уровне понять, что образ Змея, это не образ Велеса, не внутренняя суть русского человека, которую надлежит удавить, а образ алчности и покушающегося на Русь зла, то мифологическая картина становится на свое место. Тогда разрешается внутренний конфликт нашего сознания и тогда становится возможен диалог и союз между созидателем и властителем.

Союз Перуна и Велеса был прямой реальностью во времена Святослава. Очевидным его прообразом был союз купца Минина и князя Пожарского. Если, не смотря на деспотию глобализма, мы вновь сумеем преодолеть этот конфликт и достичь единства в понимании богов, то вновь явит себя Великая Россия. И тогда наступит ее эпоха. Возрождающаяся ныне языческая религия призвана разрешить Грозовой миф внутри нашего сознания, и вернуть нам нашу духовную целостность: сделать то, что не удалось закрепить после Святослава — тысячу лет назад.

Столь желанный для России ныне путь интенсивного развития — исходя из интеллектуальных идей русского народа, возможен лишь по воле Велеса и в союзе с Перуном. Путь России только лишь с Перуном, без Велеса — это путь экстенсивного развития, в обществе, построенном по военному образцу, на основании пирамиды президентской (царской) власти, с бесконечным казнокрадством сословия чиновников. Это тот худший образ русской государственности, который изыскивают и предъявляют нам наши враги.

«Тьма власти» — так была характеризована монархическая власть в девятнадцатом веке. Безусловно, вся она плоть от плоти перунической идеи княжеской власти Древней Руси — править насилием. Мудрый бог Велес — бог Никола, не имел другой возможности, кроме как хитростью, утвердить на Руси свое простое и ясное слово. Это давало возможность перевести дух, и хоть как-то развеять охватившую наш народ «власть тьмы».

Союз Перуна и Велеса восстановит в нашем народе единство воли, разума и традиции. От этого рассеется охватившая нас тьма, сгинет Морок, и рухнут бесконтрольные пирамиды — вертикали власти, тайные и явные. Вновь восстановится целостность русской картины мира. Народ почувствует свое единство, и возвратит свое исконное право — быть хозяином своей земли. Тогда мы узреем истину. И в ясном сознании без единого сомнения совершим простые, но единственно верные действия. Они будут животворящи для нас и смертельны для мировых кровососов. Так будет. В этом состоит языческая вера.

Теперь же вернемся к современности. Мы разорваны тысячелетним конфликтом между властью и народом. На этом фоне появились силы Морока, которые хитро замыслили нашу окончательную погибель. Рассмотрим их деятельность на нашей земле. После этого, дадим истинный образ западного общества. Того, на которое слуги Морока предлагают нам равняться, и которое, якобы, есть здоровая альтернатива национальной традиции.

 

Осторожно глобализм

1. Идеалы социализма в СССР разрушались по рецептам идеологов глобализма. Сложность в осуществлении таких программных установок заключалась в том, что им сопротивлялась советская идеологическая машина. Когда она была разрушена, эти установки заработали во всю силу, и дали ожидаемый эффект. Разрушение советской идеологической машины произошло не самостоятельно (хотя очевидно были внутренние тенденции), не случайно и не сразу. Оно было задумано после того, как выяснилось, что США не смогут одержать победу над СССР в ядерной войне. В 1945 году ядерный арсенал США был ничтожен, а средства доставки атомных бомб — несовершенны. Вскоре атомное оружие было изготовлено в СССР, и с начала пятидесятых годов начинается эпоха ядерного сдерживания экспансии США. Эта эпоха продолжается по сегодняшний день. При этом в марте 2006 г. влиятельный американский политический журнал выразил надежду, что ядерный паритет США и России все же будет сломлен, (информация получена от радиостанции «Свобода»).

Ядерное противостояние не заметно глазу обывателя, но именно оно по сей день определяет ползучую политику глобализма.

В целом, глобализм исторически сделал ставку на внутреннее разложение обществ и государств, которые препятствуют его целям. Глобализм заинтересован в этническом, политическом и социальном хаосе. Именно через стимулирование такого хаоса и саботажа был осуществлен известный ряд оранжевых революций. Рабочая инструкция по организации хаоса в государстве предложена в книге Джина Шарпа «От диктатуры к демократии». Книга эта появилась в 1993 году и выпущена в России в 2007 году. В противовес книге Шарпа в России вышла книга Г. Почепцова «Гражданское самбо», 2005 г. В ней представитель российских спецслужб справедливо замечает, что Шарп предлагает использование оболваненных людских масс не для свержение диктатуры, а для перестройки и без того демократического государства, при которой оно станет политически зависящим от мирового глобализма. В условиях диктатуры, действия, предложенные Шарпом, не осуществимы.

Как конкретно глобализм разрушает народное самосознание? В книге Шарпа об этом, разумеется, ничего не говорится. Объективно, к разрушению народного сознания ведет стандартность отношений и товаров потребления, развозимых глобалистами по всему миру. Но сознание народа разрушают и пропагандой демократической лжи с прямым обучением (профсоюзов) организации социального хаоса, в котором обязательно будет ошельмована система традиционных народных ценностей.

Рецепты поражения сознания русского народа, и вообще любого не покорного этноса, разрабатывались и разрабатываются в главной стране демократического мира, с прямой целью порабощения этих народов. Их специфика в том, что они ориентированы на проникание через бреши в поясах обороны этноса от зла, которые выстраивает народная культура и вера. Признаком проникновения зла через брешь, является отсутствие видимой реакции народа на вредное социальное явление, утрата людьми добрых отношений и потеря тех языковых выражений, через которые это добро себя проявляло. Брешь означает отсутствие социального иммунитета. Разрушению этого иммунитета очень способствуют действительные люмпены — т. н. «пофигисты» — слуги зла, которые всегда поддерживают Запад, и которые нуждаются в открытой демонстрации всестороннего презрения к народным ценностям.

Когда и как развилась концепция войны через хаос и истребление этнического сознания? Шеф ЦРУ А. Даллес, в своей книге «The Craft of Intelligence», N.Y., 1963, p.264, писал, что на ядерные вооружения справедливо тратятся миллиарды долларов. Но такие же затраты следует производить и для ведения «тайной войны». Концепция разведки по Даллесу предусматривает 10 % затрат собственно на разведку, и 90 % затрат на подрывную работу против СССР. В частности, эти средства шли и продолжают идти на финансирование радиостанций «Свобода», «Свободная Европа», «Голос Америки» и другие. Со временем, термин Даллеса «тайная война» сменили на иной: «психологическая война». Основной принцип этой войны — это поиск предлогов и подавление всего того, что противоречит интересам США во всем мире.

Подчеркнем, что это есть основная характеристика демократии США и демократии как явления вообще. «Варвар для рабства рожден, грек — для свободы» — писал афинский поэт Архилох V в. д.н. э. Это классическая афинская демократия. Это свойство демократии сегодня проявляет себя как «либеральный фашизм». Либеральным фашизмом естественно грешат все страны развитой демократии. Идеология либерального фашизма США проявляется в форме глобализма.

В 1948 году Совет безопасности США издал директиву СНБ 20/1. Она провозглашала психологическую войну с СССР. После свержения социализма, предлагалось утвердить общество, которое: «…Независимо от того, в какой мере оно будет готово на словах воздать хвалу демократии и либерализму, мы должны добиться осуществления наших целей. Мы должны создать автоматические гарантии, чтобы даже не советский и номинально дружественный к нам режим: А) Не имел большой военной мощи. Б) В экономическом отношении сильно зависел от внешнего мира. В) Не имел серьезной власти над главными национальными меньшинствами. Г) Не устанавливал ничего похожего на «железный занавес». Мы должны не мытьем так катанием навязать эти условия для защиты наших интересов».

Эти данные взяты нами из книги Н.И. Яковлева «ЦРУ против СССР», изд. Москва, 1985 год. Тогда кому-то это виделось бредом умирающего капитализма, а кому-то шизофренической фантазией советской пропаганды. В начале восьмидесятых годов, сытая и развращенная Западом московская молодежь относилась к этому грозному предупреждению как дешевой советской пропаганде. Сегодня это реальность.

По замыслам глобалистов, постсоветская Россия должна исчезнуть из числа великих держав. И эти планы осуществлены сегодня, в постсоветской России, на 1993–2006 годы.

Западные рецепты разложения этносов: развенчайте народных героев, и вы деморализуете весь народ. Лишите народ веры, и он перестанет воспроизводить себя, а на освободившиеся территории придут иностранные солдаты или мигранты… Никем у нас не принимались всерьез, даже сотрудниками КГБ и секретарями обкомов, уже в восьмидесятых годах тайно и добровольно готовивших предательство. Сегодня эти рецепты осуществляются в России. И русский народ некому защитить, если он не станет сам за себя, не выдвинет местечковых идеологов национальной идеи, которые разжуют ее всему двору, всему своему дому, всему предприятию.

Мы должны в обязательном порядке знать, что герои и вера — это есть то, чего нельзя отдавать ни за что и никому. Программы по развенчанию народных героев революции и вообще советского времени продолжают идти по российскому телевидению уже шестнадцать лет. Этот, согласный с пунктом Г) «поиск правды» ведется с целью убийства русского народа. С этой целью осуществляются и многие другие программы, часть которых перечислим ниже. Все вместе они и есть оружие в тайной войне против России и русского народа.

Глобалист Строуб Тэлбот, архитектор политики Клинтона относительно России, в журнале «Тайм» за июль 1992 г., в статье «Рождение нации глобализма», писал:

«Все страны есть не более чем социальная условность. Как бы к ним не относились их граждане, сколь священными они ни казались, на деле все они образования искусственные и временные… В ближайшие сто лет национальная принадлежность станет рудиментом; все нации, все государства признают единый глобальный авторитет. Фраза, модная в середине двадцатого века, — «гражданин мира» обретет к концу 21- ого столетия свое истинное значение».

При этом МФВ, ВТО и Всемирный банк — у Строуба прообразы министерств финансов, торговли и развития, а ООН — прообраз парламента глобального мира.

Мы знаем, что запланированная ликвидация государств и наций будет в интересах транснациональных корпораций и может иметь в своей основе только безнравственное основание.

Существенно, что все перечисленные Строубом организации оказываются как бы с двойным дном. То же ООН задумывалось как орган, необходимый всему человечеству. По-видимому, главной организацией глобалистов, которая изначально и задумывалась как таковая, является «Трехсторонняя комиссия». Началась она так.

В 1972 году, Дэвид Рокфеллер попросил Збигнева Бжезинского создать клуб миллионеров именно для того, чтобы управлять Миром. В 1973 году такой клуб был создан. Он получил название «Трехсторонняя Комиссия». В нее вошли руководители крупнейших монополий США, Западной Европы и Японии. На секретных заседаниях комиссия решает мировые экономические и валютные проблемы. Якобы, ею издаются доклады специальных исследований по экономике. С 1978 года комиссия начала открыто интересоваться отношениями западного мира и странами советского блока. При этом комиссией была взята ориентация на мирное перерождение стран социализма и стран «третьего мира» в желаемом для комиссии русле. Очевидно, «Трехсторонняя комиссия» стремится держать под своим контролем деятельность всех организаций мирового уровня. За то, что эта комиссия с самого начала была ориентирована на экономическую войну с СССР, говорят, во-первых, само ее название (четвертая часть — исключена) во- вторых, ее назначение, в-третьих, следующие факты.

1. Бжезинский в то время был директором института исследования коммунизма при Колумбийском университете.

2. Американский президент Никсон в 1974 году на совещании в Белом доме заявил известную фразу: «Мы вполне в состоянии пустить русских по миру с голым задом». Это заявление означает ни что иное, как вульгарно истолкованный план геноцида русского народа. И план к этому времени уже был достаточно продуман. То, что в этих словах народ — русские — по смыслу означает государство СССР — не меняет сути, а скорее ее подчеркивает. Никсон (как и все президенты США) видел разрешение политических проблем через насилие на этническом уровне. Советское государство мыслилось ему (и всему Западу) как результат самоорганизации этноса, а не как паразитическая, чуждая народу надстройка. Так нам вещала лишь радиостанция «Голос Америки». Отсюда проистекает и русофобия. Для Запада СССР — это самовыражение русского этноса в первую очередь. Поэтому, русофобия принципиально не могла исчезнуть вместе с СССР, как это нам объясняли наши доморощенные, воспитанные западной ложью, демократы. Ведь, какое ни есть политическое устройство у государства Российского — оно из США все равно продолжает видеться государством русских.

3. В то же время в США была взята программа на гонку вооружений, с целью измотать СССР экономически.

4. В это же время СССР садится на нефтяную иглу — через нефтепроводы начинает качать нефть на Запад и проедать нефтедоллары. США этому всерьез не препятствуют. В связи с появлением нефтедолларов, в СССР заговорили о все возрастающих потребностях советских людей и о возможности их удовлетворить. Это была ошибка, совершенная советским правительством уже на нравственном уровне. После этого достаточно было снизить мировые цены на нефть, чтобы экономика СССР вошла в состояние кризиса. Это и было сделано Западом во второй половине восьмидесятых годов прошлого века. Тогда цена на нефть упала до 10 долларов за баррель при его себестоимости в 12 долларов. При этом СССР был связан договорными обязательствами, и не мог просто так перекрыть трубу, хотя именно это и нужно было сделать. Тогда спекулятивно опущенные цены мгновенно вернулись бы к прежним значениям.

Повторимся, что глобализация — это проект американской правящей элиты, которому может быть противопоставлен только патриотизм снизу. Именно снизу, поскольку государственные чиновники, особенно в России — продажны. И именно это их свойство глобализм развил, и теперь делает на него основную ставку. Дети этих чиновников учатся и живут на Западе, что фактически делает их заложниками. Тем не менее, война русского народа с глобализмом еще не проиграна. Для России, и вообще всех стран, в этой войне выбор одинаков: или национальный суверенитет и здоровый народный дух, или уничтожение нации и государства и потеря целостности территории, принадлежавшей титульному народу.

Однако, в этой войне, страны, входящие в золотой миллиард, вроде Англии или Израиля, могут рассчитывать на гуманное отношение к их народам. Могут рассчитывать на выживание и японцы, как народ, исторически зарекомендовавший свою послушность власти. Для славян, и для русских в частности, гуманное отношение со стороны системы глобализма исключено. Славяне и русские относятся к непокорным народам, возня с которыми явно не оправдывает затрат. В лучшем случае, в глобалистическом мире русским планируется роль рабов и прислуги, так же как это планировалось в фашистской Германии. По слухам, Россия должна быть сокращена глобалистами до Архангельской, Новгородской и Московской областей, а русские до такого количества, чтобы подобно индейцам сохраняться лишь как образец этноса.

Если мысль сопротивления глобализму осознается на уровне правительства России, и Россия является действительно суверенным государством, то язычникам представляется, что первейшими его действиями должно быть следующее:

1. Не должны браться займы у МВФ и Всемирного банка. Ровно как не должно быть никаких вступлений в ВТО. 2. Государство должно противодействовать попыткам ООН брать на себя функции правительства России, например с целью миротворчества, опеки культурных ценностей или заботы о репродуктивной возможности женщин. 3. Всячески сопротивляться расширению и военным действиям НАТО, ибо эта силовая структура мирового глобализма присвоила себе право вершить геноцид над славянами. 4. Государство должно начать вновь заботиться о своем народе. Для этого надо платить людям достойную зарплату, восстановить систему льгот пенсионерам, создать возможности для получения жилья семьям с детьми. Требуется вернуть бесплатную систему летних лагерей для школьников, систему льготных путевок, восстановить кружковую работу и систему клубов, где люди могли бы на досуге заниматься искусством и культурой. 5. Требуется восстановить систему бесплатного образования и мед. обслуживания. 6. Государство должно самым серьезным образом начать поддерживать национальную культуру, и сделать ее основой жизни общества. 7. Требовать вывода войск и советников США с территории бывшего СССР. В российской армии требуется пересажать воров — генералов. 8. Свернуть программу планирования семьи и полового просвещения в России. 9. Ввести поправки в земельное законодательство, чтобы русская земля и ее недра оставались в руках Российского государства, в крайнем случае, в руках граждан России. 10. Взять курс на пищевую независимость страны. В перспективе следует ориентироваться и на индустриальную независимость. 11. Укреплять национальное самосознание и разъяснять цели мирового глобализма. Разъяснять народу, что только сопротивление глобализму может привести к обретению подлинной независимости России. 12. Ввести предупреждающий знак «анафема» на товары глобалистических (транснациональных) корпораций, которые возятся в Россию. Например, этот знак может быть в виде одной или трех больших букв G в треугольнике. (Инициативные антиглобалисты могли бы рисовать этот знак черным фломастером, где требуется и безо всякого разрешения свыше.)

2. Российское государство традиционно понимается русским народом как родовая власть, существующая лишь для того, чтобы правильно организовывать жизнь народа. Учитывая Грозовой миф, мы знаем, что в действительности так никогда не было. Тем не менее, русский народ, исходя из общинных и родовых представлений, упорно хочет видеть свою власть таковой. Поэтому здесь и перечислены пункты, которые должны быть сегодня для родового государства приоритетными. В эпоху демократии, Российское государство выродилось, и стало выражать интересы мирового капитала, а народными интересами стало пренебрегать больше чем когда либо. Поэтому перечисленные выше двенадцать пунктов сегодня сознательно разрешаются не в пользу народа, а в пользу мирового глобализма и отчасти в пользу своей, российской буржуазии.

Если государство оказывается инструментом подавления и умерщвления народа, то выборы должностных лиц в такое государство оказываются просто цинизмом и издевательством над народом. Да в них и нет необходимости. Они имеют совсем другую цель. Цель выборов в таком государстве состоит в систематическом напоминании народу, что он духовно подавлен. Мол, кого требуется — того вы и выберете, поскольку ваш коллективный народный разум находится в полной зависимости у наших профессиональных манипуляторов, обученных за Океаном. И сомневающиеся должны регулярно убеждаться в этом очевидном факте.

Немногие думающие люди, видя, как народ сам одевает себе петлю на шею — мучаются от этого зрелища, ибо ничего не могут поделать с мощью пропагандистской машины власти. Соответственно выборы и показывают — насколько государство является выразителем воли народа. И народ не хочет идти на выборы не потому, что он от природы своей ленив и пассивен. Он пассивен во многом потому, что видит: в государстве разместился враждебный ему социальный организм, и народ больше думает: как сопротивляться грабежу со стороны этого государства, чем как его укреплять единством действий на выборах. Сознательный человек сознательно не идет на выборы потому, что иначе он никак не может противостоять пропагандистской машине. Он не хочет, чтобы его еще раз надували через прессу и телевидение лживыми обещаниями, и потом через ту же прессу и телевидение откровенно плевали ему же в лицо: мол, ты и заслуживаешь такую власть, какую выбрал. На это он отвечает перед своей совестью, что не выбирал эту власть, и не хочет иметь с нею ничего общего.

Каковы базисные положения российской политической пропаганды, через которые государство оправдывает геноцид собственного народа? На 2005–2006 годы таковым базисным положением является утверждение, что если решить основную проблему — платить людям зарплату в соответствии с мерой их труда, то от этого немедленно взлетит инфляция, и жизнь станет много хуже. Поэтому «мудрость» власти состоит в том, чтобы медленно усугублять нищету народа через ножницы цен и зарплат. Якобы, только в этом единственном случае и возможно спасение государства Российского. Тогда к уровню благосостояния 1990 г. страна обязательно выйдет к 2050 г. Эту мысль доносят до нас через телеканал НТВ министры и высокопоставленные чиновники. Вместе с этим, Запад доказывает, что 2050 год будет годом краха России, но об этом чуть ниже.

Мы видим, что только экономический геноцид должен привести к трем процессам в обществе: а) Люмпенизация, криминализация, наркотизация и вымирание народа. б) Становление системы натурального хозяйства. Главный шаг к натуральному хозяйству будет сделан, когда крестьяне начнут приобретать коней. Это не утопия и не идиллия. Например, сегодня в Белоруссии на три двора один конь. Почему этого не может быть в России? Натуральное хозяйство — это форма экономического противостояния политике государства. в) Прямая борьба с властью через изгнание желтых профсоюзов, забастовки и восстания. Наш народ был до предела смирен при социализме. Это смирение грубо эксплуатируется все пятнадцать лет демократии, и смирение еще живет в народной массе. Над его поддержанием трудится церковь. Однако в этом есть свой предел. Когда дети кричат от голода, а в районе просто негде заработать, то отец может запросто порешить распухшего от жира чиновника, который показался ему виновным во всех бедах. Надо сказать, что власть знает об этом пределе, и поэтому подавляет народ настолько медленно, чтобы предел терпения не был случайно пройден.

Вариант а) — гибелен, и желаем глобализмом. Вариант б) труден, но благороден. Если народ еще на что-то способен, то он сумеет максимально отстранить себя от бесовского государства. Без варианта в) невозможно наладить жизнь в городских условиях. Коммунисты были правы, когда говорили, что все блага рабочих при капитализме завоеваны в классовой борьбе. С другой стороны, вариант в) требует чувства локтя и культуры борьбы, которых у русского народа пока нет. Поэтому вариант в) породил маргиналов: коммуниста Губкина, взрывавшего новоявленные памятники царям. Подольского офицера Ивана Орлова, автора книги «Стон России от вождей», пытавшегося в 2001 г. на заминированном москвиче въехать в Спасскую башню Кремля. Орлов был не прав, его вынудило к этому отчаяние, но светлая ему память. Так же вариант в) породил лимоновцев, которые шли на противоправные действия не ради высоких народных идеалов, а ради низких целей потакания своим порокам. Так же вариант в) потенциально дает западным спецслужбам возможность манипуляции возмущенным народом. Это уже было в польской «Солидарности» и во времена цветных революций. В результате чего, Запад получит возможность тайного влияния на революционные слои народа. И само собой, что кончится это развалом государства Российского, но добром для народа никоим образом не обернется.

В целом же государство Российское панически боится развития культуры борьбы по варианту в). Именно поэтому идеалист — коммунист Губкин получил такой срок, будто он взрывал живых людей, а не каменные глыбы.

Чтобы свести концы с концами, русский человек вынужден работать на двух или трех работах. Остановимся на самом прозрачном для меня примере. Ваш покорный слуга — кандидат наук, физик — теоретик с двадцатилетним стажем, в 2003 г платил за трехкомнатную квартиру с пятью жильцами порядка 2000 рублей. В 2005 г. цена квартплаты выросла с 2500 — до 3000 рублей. В 2006 г. цена доросла до 4000 р. Цены на продукты росли строго пропорционально квартплате. И это при официальной зарплате кандидата наук, 2500 рублей в руки. Зарплату эту государство не повышало — чтобы, ни дай бог, не случилась инфляция! Так что научный сотрудник обязан сдохнуть с голоду или быть выселен из квартиры за неуплату. Либо уехать на Запад, или прекратить заниматься наукой.

Государство вяло но непрерывно говорит о проблеме «утечки мозгов» за границу. Демагоги пятнадцать лет объясняют по телевизору о важности финансирования науки. На этом фоне безумные деньги, вырученные за российскую нефть, уходили в акции американских кампаний, в так называемый «стабилизационный» фонд. Но фондом этим категорически нельзя пользоваться потому, что даже малое к нему прикосновение сразу дестабилизирует страну и возникнет безумная инфляция!

Демагоги объясняют, что рвачи — государственные чиновники ни в коем случае не украдут этот фонд, а используют его на благо будущих поколений. И вот у будущих поколений от его использования уже ни в коем случае инфляция не случится — ну, так же как не было инфляции от нефтедолларов в СССР. Однако, после разворовывания указанными чиновниками народной собственности в начале девяностых годов, в эту махровую ложь совсем не верится. Поэтому, казалось бы: возьмите из стабилизационного фонда малое, и поддержите науку! Опять инфляция? Ученых в обществе — малая доля процента, и никакой инфляции это не вызовет. Сделайте им зарплату не 2500, а 10000 рублей. Ученые сведут концы с концами, успокоятся, и начнут нормально работать. Но нет! Этого не должно быть — рассуждают российские власти.

Сегодня научная работа — это непрерывный стресс. Хорошо, если выбил грант РФФИ, а если нет? Или вы, читатель, думаете, что в больном обществе гранты на научные исследования раздадут справедливо? Действительно — раздали справедливо, когда выяснилось, что денег от фонда дали так мало, что ученым, подавшим заявку на грант, это составит надбавку 2500 р. в месяц. Т. е., с учетом зарплаты, этим за квартиру заплатить уже можно, но проблема голода сохраняется. Зато в это самое время, в Москве, в самой дорогостоящей ее части — внутри Садового Кольца, возводится огромное здание того же Российского Фонда Фундаментальных Исследований. На обустройство бюрократов от науки средств у государства сколько угодно.

Деньги на науку это не только зарплата. Это еще и уникальное научное оборудование. Если выдать на его приобретение и создание хоть процент пресловутого «стабилизационного» фонда, чтобы стабилизировать общество — прекратить его интеллектуальное разрушение, то это сразу бы решило массу проблем науки. НИКАКОЙ инфляции это в принципе вызвать не может. Это лишь оживит уникальные производства. Но государство не делает этого и, очевидно, не из экономических, а из политических соображений.

Разгром культуры и понижение интеллектуального уровня русского этноса — важнейшая задача глобализма. Из российской науки бежали на Запад демократы, ушли случайные люди. Остались лишь те, для кого наука является смыслом жизни. Бороться с такими людьми становится все труднее, требуются все более радикальные меры. Сегодня ходят темные слухи о том, что Запад будет поддерживать в российской науке антинаучные проекты, чтобы извратить ясный разум как можно большего числа ученых. В этом ряду действий, последним радением о науке было заявление Путина в 2005 г. Он обещал в конце 2006 г. уволить девять плохих из десяти научных сотрудников, а оставшемуся десятому — хорошему выдать зарплату уволенных девяти. Тогда, дескать, решится проблема утечки мозгов. Все эти заявления, на начало 2007 года не осуществились. О них «забыли». Очевидно, это была просто пиар- акция, чтобы на время удовлетворить требования глобалистов.

Тогда, в 2005 году, Академия Наук сразу же категорически вступила против такого разгрома науки. К счастью, пока, эта очередная реформа задержалась. Но с 2005 года оплаченные демагоги год твердили, что ученым вот-вот будут платить по 1000 долларов в месяц. А о том, что девять десятых ученых при этом обещают в массовом порядке увольнять — так это не популярно, об этом нигде не звучало ни слова.

Из за этой правительственной лжи, ваш покорный слуга с трудом был принят во вневедомственную охрану на подработку. Начальник охраны удивлялся и объяснял, что при такой моей огромной зарплате в охрану идти просто бессмысленно. Устроиться работать и не голодать удалось только после тщательного разъяснения, что все это блеф и пропаганда, и завтра я вообще буду выкинут на улицу, а институт мой закрыт.

Теперь разберемся, правдиво ли утверждение, что если начать платить работникам государственного сектора достойную зарплату, то это вызовет катастрофическую инфляцию. Любой человек, что-то когда-то производивший и продававший, знает, что это полная чушь и злостное вранье. Сегодня наши рынки и магазины заполнены товарами. Люди не в силах их купить. Казалось, должна быть ревальвация рубля. Ан — нет! По нынешним экономическим законам у нас инфляция.

Попробуем разобраться в сути такой экономики. Пусть, например, некто выращивает свиней. Ежегодно на ферме было 100 голов. Но тут почему-то упала покупательная способность населения. Например, оклемавшиеся попы вновь ввели посты, и в результате появился полугодовой запрет на свинину. Свинины избыток. Сперва она уходит дешевле — хозяин просто режет стадо, но потом, когда в стаде остается 50 голов, он останавливается и начинает продавать ее дороже. Это потому, что и в магазине она лежит дольше, (за сохранность в магазине надо платить), а ему хочется получить тот доход с оборота, на который он рассчитывал ранее. Если же, после этого, в его окрестностях появилась традиционная языческая община, которая потребляет свинину ритуально по своим праздникам — как раз в те пол года, когда церковь понаделала постов, то он опять имеет возможность увеличить стадо и снизить цену, сохраняя свой прежний доход.

Получается, что если падает покупательная способность населения, — замедляется товарооборот — товар возрастает в цене. Увеличивается покупательная способность — ускоряется товарооборот и падает цена товара. Так происходит в нормальной рыночной экономической системе. В ненормальной системе нет языческих общин. И вместо покупателей на свиноферму явятся: налоговая инспекция, ветеринарная служба, милиция, чиновники, рэкетиры. Всем им надо по свинье. Из выращенного поголовья 50 — остается 45 голов. Теперь, чтобы хозяину свести концы с концами — требуется повышать цену на свинину еще выше.

Вот откуда берется российская инфляция! К концу года на рубль можно купить долларов больше, чем в начале года. Зато товаров — меньше. Этот экономический феномен свидетельствует о полном волюнтаризме в экономике. Инфляция со времен гайдаровской реформы не имеет никакого отношения к действительной рыночной экономике. Просто мафия и государственные службы в нашей стране до сих пор старалась не упускать возможность доить производителей. И если с вас в принципе можно драть больше — то к черту Адама Смита! Надо просто драть больше!

Очевидно, государство сошлось к мысли, что если оно не способно удавить мафию и аппетиты своих же чиновников, то надо попробовать удавить народ. Эффект, в рамках макроскопических показателей экономики демократического государства, обещает быть тот же. А демагоги покроют эту «государственную тайну» миллионом слов и обещаний голодным людям. Россия — единственная страна, где работающие люди являются нищими.

3. Очевидно, такая форма нашей экономики запрограммирована политически. Ее незыблемо охраняет репрессивный аппарат государства. И если это не осознается самим государством, то трудно поверить, что искренне радеющие о народа его отцы подобны несмышленым детям.

Но уродство экономики — это лишь одна сторона глобалистического диктата над нашим народом и государством. Остановимся чуть подробнее на программе планирования семьи, укоренившейся сегодня в России. Сатанинское начало глобализма заключается в том, чтобы самые ужасные вещи подавать самым безвинным образом и в самых выигрышных упаковках. Внешние цели организаций — инструментов глобализма, кажутся вполне благородными и альтруистическими. И часть этих целей таковыми в действительности является! Надо же чем-то прикрываться. Но ложка дегтя портит бочку меда. В действительности западные альтруистические программы едва финансируются. Серьезную финансовую поддержку имеют как раз программы вредоносные, за которыми стоят опытные социальные манипуляторы, стремящиеся к таким действиям, которые будут объективно во вред России. И так абсолютно во всем. Казалось бы, почему нельзя было брать кредиты у МВФ? Нельзя потому, что все эти кредиты, помимо того, что они обязаны быть потрачены не эффективно, связаны еще и совершенно не экономическими договоренностями полу секретного характера. В результате, вместе с кредитами, в России появляются и организации, напрямую контролирующиеся агентурой ЦРУ.

После этого остается задавать риторические вопросы: Почему в России ученые, врачи, учителя имеют зарплаты ниже прожиточного уровня и ниже квартплаты?

Почему наша Сибирь неуклонно из года в год заполняется китайцами, а саму Сибирь лидеры западных государств рассматривают как общечеловеческую собственность? Почему-то Российское государство удовлетворено таким положением дел. Наоборот, на фоне этого процесса, осенью 2004 г., Россия еще и безвозмездно передает Китаю острова на Амуре близ Хабаровска. Эта беспрецедентная раздача русской земли не вызывает никакого отклика в прессе, хотя в Хабаровске и Благовещенске проходят стихийные митинги народного протеста.

Почему в виде прогноза России диктуется историческая перспектива распасться на шесть или восемь государств примерно к 2015 г?

Почему радиостанция «Свобода» и «Голос Америки» продолжают вести против нас идеологическую войну, всячески доказывая несостоятельность русского народа и русского государства?

Почему в стране идет безудержная реклама сигарет и пива транснациональных компаний? В результате русские люди почти поголовно курят. При этом в тех же США такая реклама запрещена.

Почему по телевизору нас без конца пичкают мыльными операми с демонстрацией слабодушия и размытыми нравственными понятиями? Почему там же идет нескончаемый поток пустых фильмов уголовного содержания не только голливудского, но и собственного Российского производства? Когда весной 1990 года все кинотеатры Москвы, в течение нескольких дней, перешли на показ американских криминальных фильмов, то чей это был тайный приказ? Он до сих пор действует в средствах массового вещания.

Почему в вымирающей России еще и действует программа по сокращению народонаселения — комплекс западных программ с общим названием «планирование семьи», а российская власть делает вид, что ничего не происходит? Такие вопросы можно задавать очень долго. Остановимся на последнем.

Идея применить меры к уменьшению рождаемости в третьих странах была сформулирована президентом США в апреле 1974 г. Выдвигалась такая идея конечно же в интересах безопасности США. Вопросом занялось ЦРУ. Методы снижения рождаемости — это пропаганда эффективных методов предупреждения беременности для взрослых и детей, начиная с пятого класса. Т. е. это буквально развращение детей и прививание им нездоровой озабоченности, сведение идеи отношения полов к животным представлениям. Теперь у молодых людей может обнаружиться не друг или подруга, а партнер. Т. е. первым и единственным становится физиологический процесс, а не человеческие отношения.

Снижение рождаемости это так же реклама позднего вступления в брак, развитие феминистического движения. В журналах, телепередачах, рекламных роликах закладывается мысль и производится ориентация общества на малодетную семью. Рекламирование моногамных половых отношений выглядит как нормы и права человека. Осуществляется и прямое давление на рожениц через женские консультации и через службы планирования семьи, чтобы они делали аборты при малейших намеках на то, что будущий ребенок может оказаться не здоров.

Нечего и говорить, что при этом сама организация общества, достижение его основной идеи (при демократии основная идея — это паразитическое потребление) должно выглядеть так, чтобы было ясно: дети и семья — обуза, помеха смыслу жизни.

Программа планирования семьи, с ее истинными целями, является секретной. Она финансируется фондом народонаселения ООН (ЮНФПА). Половина его бюджета формируют США. Под руководством этого фонда работают организации ЮНЕСКО и ВОЗ. У нас в стране действует Российская ассоциация планирования семьи (РАПС). Естественно, как указывалось, яд мероприятий по планированию семьи подается смешано с безобидными программами общеобразовательного и медицинского характера. РАПС финансируется из за рубежа и живет выполнением краткосрочных социальных программ, срок которых — год, два. При этом заниматься поиском грантов для своей деятельности этой организации не надо. Новые программы и новые финансы ей будут предоставлены в любом случае бесперебойно.

Подробнее о деятельности РАПС можно прочесть в книге И, Медведевой, Т. Шишовой «Приказано не рожать демографическая война против России», Саратов, 2004 г.

4. Все перечисленные выше катастрофические тенденции в России можно упорно рассматривать как результат собственного внутреннего кризиса. Дескать, русский народ сам во всем виноват, и на самом деле нет никаких злых глобалистов, которые подкупают российских чиновников. Покаяться надо русскому народу во грехах и начать жить по совести и по средствам… Такая позиция выгодна в первую очередь самим глобалистам. Что же представляет собой глобализм не как тайная агрессия против России, а как идея в чистом виде?

Чтобы противостоять идеям глобализма, необходимо ознакомиться с разработками его идей хотя бы в том виде, как их доносят до нас официальные западные идеологи. Самым известным идеологом является Збигнев Бжезинский. Это поляк, который добровольно встал на сторону Америки, стал восхвалять ее и провозглашать великой империей, подобной Риму или Золотой Орде.

Важно отметить, что он начал делать это в силу внутреннего убеждения. Логика этого убеждения состоит в том, что высшим достоинством и смыслом жизни человека является служение величайшему достижению человечества, каковым, по его мнению, в нашу эпоху являются США.

На наш взгляд, США — не центр мирового величия, а разбухший, мирового масштаба, пахан. На наших глазах он устанавливает во всем мире свои уголовные законы. И если этот пахан, образно говоря, поскользнется и ударится затылком об батарею, то никто не почувствует духовной утраты. Тем не менее, у Бжезинского есть чему поучиться. Он разобрался в сути американских устремлений. Выпишем идеи, которые он формулирует и развивает в своей книге «Великая шахматная доска», 1998 г.

Вот что он пишет о самой демократичной стране мира.

1. Что наиболее важно, Америка сохранила и даже расширила свое лидерство в использовании новейших научных открытий в военных целях, создав таким образом несравнимые в техническом отношении вооруженные силы с действительно глобальным охватом всего мира.

2. Для жизни империи чрезвычайно важна идеалистическая составляющая американской нации, которая должна всячески поддерживаться и укрепляться. Требуется четко сформированное, укоренившееся чувство культурного или хотя бы этнического превосходства. В первую очередь в управляющем слое государства. Стойкость нации черпается в концепции культурного превосходства.

3. В области культуры, несмотря на ее некоторую примитивность, Америка пользуется не имеющей себе равных притягательностью, особенно среди молодежи всего мира. Это обеспечивает Соединенным Штатам политическое влияние, близкого которому не имеет ни одно государство мира.

4. Америка широко полагается на косвенное использование влияния на зависимые иностранные элиты, одновременно извлекая значительную выгоду из притягательности своих демократических принципов и институтов. Американское глобальное превосходство, таким образом, подкрепляется сложной системой союзов и коалиций, которая буквально опутывает весь мир.

В отличие от прежних империй, эта обширная и сложная глобальная система не является иерархической пирамидой. Напротив, Америка стоит в центре взаимозависимой вселенной, такой, в которой власть осуществляется через постоянное маневрирование, диалог, диффузию и стремление к формальному консенсусу, хотя эта власть происходит в конце концов из единого источника, а именно: Вашингтон, округ Колумбия.

5. Культурное превосходство является недооцененным аспектом американской глобальной мощи. Что бы ни думали некоторые о своих эстетических ценностях, американская массовая культура излучает магнитное притяжение, особенно для молодежи во всем мире. Ее привлекательность, вероятно, берет свое начало в американском жизнелюбии.

Демократические идеалы, связанные с американскими политическими традициями, еще больше укрепляют то, что некоторые воспринимают как американский «культурный империализм». В век самого широкого распространения демократических форм правления американский политический опыт все больше служит стандартом для подражания.

6. Растет привлекательность американской предпринимательской экономической модели, которая уделяет особое внимание мировой свободной торговле и беспрепятственной конкуренции. Все это обеспечивает Соединенным Штатам политическое влияние, близкого которому не имеет ни одно государство мира.

7. В Росси должна произойти политическая самооценка в сторону отказа от имперской политики. Независимый Азербайджан может стать коридором для доступа Запада к богатому энергетическими ресурсами бассейну Каспийского моря и Средней Азии.

Если Украина хочет сохранить свою независимость, ей придется стать частью Центральной Европы. Тогда ей придется сполна участвовать в связях Центральной Европы с НАТО и Европейским Союзом. Выбор Украины — вступить в НАТО и ЕС, т. е. в пользу Европы, приведет к тому, что России надо будет принять решение относительно ее исторического развития: либо стать также частью Европы, либо оказаться евразийским изгоем, т. е. по-настоящему не принадлежать ни к Европе, ни к Азии и завязнуть в конфликтах со странами «ближнего зарубежья».

Появившееся в результате распада СССР Россия рассматривается Западом в значительной степени как региональная держава «третьего мира». Россия должна отказаться от имперских попыток политического влияния на отделившиеся от ее государства и во всем слушаться указаний со стороны Западной Европы. Проведение самостоятельной политики может лишь повредить России.

8. Америке надо не допустить возрождения вновь евразийской империи (СССР), которая способна помешать осуществлению американской геостратегической цели формирования более крупной евроатлантической системы, с которой в будущем Россия могла бы быть прочно и надежно связана.

В девяностые годы, обман со стороны США в партнерстве с Россией был вовсе не обманом, а результатом того, что российские партнеры хотели слишком многого. России нужно сделать существенный шаг от имперского мышления в сторону национального мышления, учитывающего новые геополитические реальности не только в Центральной Европе, но и особенно на территории бывшей Российской империи, прежде чем партнерство с Америкой сможет стать реально осуществимым геополитическим вариантом развития обстановки. России нужно в принципе отказаться от идеи об «исключительной роли» на постсоветском пространстве.

9. Россия должна забыть, что она представляет собой уникальное евразийское Государство в функцию которого входит контроль над огромной территорией между Центральной Европой и Тихим океаном. И что в результате своего продвижения на восток, Россия ассимилировала многочисленные нерусские и неевропейские народы, придавая им единую политическую и культурную индивидуальность.

Идеи о якобы присущей России евразийской миссии и о славянской загадочности изолировали Россию от Европы и в целом от Запада, продлили постсоветский кризис и задержали необходимую западнизацию российского общества. Акцент на «ближнее зарубежье» (с главенствующей ролью России) стал для России не геополитическим решением, а геополитическим заблуждением.

10. Цель всего исторического процесса с единственной сверхдержавой во- главе, это: геополитической стабильность в мире как основа для одновременного обеспечения более длительного существования гегемонии США и эффективного предотвращения международной анархии.

При этом, успех в деле стабильности и мира во всем мире надлежащим образом узаконит роль Америки как первой, единственной и последней истинно мировой сверхдержавы.

Проанализируем порочность всей этой доктрины. Стремление Бжезинского утвердить мировое господство США связаны с обязательным ослаблением России. Страх Бжезинского перед Россией совершенно нагляден. Он вытекает из его убеждения, что Евразия является центром мира. И тот, кто контролирует Евразию, осуществляет контроль над всем миром. Именно по этому США так стремятся к военному влиянию на страны Средней Азии.

Если следовать этой мысли Бжезинского далее, то из нее вытекает, что смысл организации планеты Земля таков, что центральной мировой державой на ней должна быть страна, занимающая главенствующее в Евразии географическое и политическое место. Таковой оказывается Россия по факту рождения, а не по причине корыстных устремлений. И само это доказывает, что это мы — Империя, они — Карфаген.

По воле богов, мы оказываемся народом, потенциально предназначенным главенствовать над миром. Именно мы владеем универсальной культурой и генетической предрасположенностью, которые позволили выйти нашему народу к Тихому Океану, не уничтожив ни одного народа, и которые позволяют нам претендовать на звание народа Мировой Империи.

Народу империи, как правильно отметил Бжезинский, необходимо иметь чувство гордости и ощущение величия своей культуры. Мы имеем его, не смотря на тысячу лет христианского господства, которое внушало нам, что каждый русский человек раб, что он должен каяться — валятся во прахе, ибо он грешен и ничтожен сам по себе, и тем паче ничтожен он перед господом. А всякое дерзание, всякий высокий помысел, и следование ему — есть порочная гордыня.

Не смотря ни на что, на деревянных скорлупках наши первопроходцы выходили в Ледовитый Океан, и покорялись вольному русскому духу Колыма, Индигарка и Лена. Покорялась Чукотка и Аляска. Мы получили за подвиги предков в наследство Сибирь — Великую Землю. Наши предки омыли ее кровью. И потому мы имеем чувство гордости. И эта гордость осталось в нас — русских, не смотря и на то, что нас уравнивали и принижали в советское время. И не смотря на сегодняшние потуги американских и проамериканских демократов убедить нас в том, что вся наша история есть зримая печать высшего проклятия, и как народ мы — русские не состоялись и ни на что положительное не способны. Что «рашен» — себе страшен. Так вещают нам западные радиостанции. Так объясняют на демократы с телеэкранов.

Мы обладаем чувством национальной гордости потому, что мы язычники. Потому, что мы верим и знаем о величии наших предков, нашей Земли и нашего духовного наследия. Мы верим и знаем о великой миссии, возложенной на нас нашими богами. Мы непрестанно восхищаемся тем величием и той славой, наследниками которой являемся. «Мы русские — какой восторг!»

По геополитическим обстоятельствам, нам была и остается предоставлена возможность руководства Миром. Само по себе это нам не требуется, поскольку русские самодостаточны на своей земле. И уж тем более, русскому человеку не требуется порабощать и уничтожать кого-то. Однако, такая объективная возможность управления Миром, делают нашу историческую жизнь во многом тревожной. Мы не можем расслаблять себя. Не удивительно, что вся историческая жизнь России сопряжена с остановкой мировых диктаторов и их орд, готовых пройти Мир с востока на запад и с запада на восток. Все они посягали на то, чего не имеют по высшему историческому праву. Сегодня в их ряду оказывается и стремление Америки владеть Миром. Это стремление так же ни чем не подтверждено и богопротивно. Потому оно найдет свой бесславный конец. Так обязательно случится. Но перед этим русский народ должен выйти из исторического беспамятства, пережить великое очищение и обрести великую силу. Этой силе посвящены две следующие главы книги.

 

Антракт и второе действие мировой трагедии

1. Опять подведем итог и поразмыслим. Есть мировые силы, которые нас, русских, ненавидят, и хотят погубить. Почему так? — уже было объяснено. Мы живем во время, когда США начали активно утверждать себя как единственная мировая сверхдержава. В идеологии мирового масонства, которое управляет США, есть пунктик, что миром владеет тот, кто владеет серединой Евразии. Этот пунктик оправдан с геополитической и мистической стороны. Территориально доминируя в Евразии, Россия по этому пункту оказывается центральной и главной мировой державой. Это означает, что существование России в том виде, как она была в составе СССР и остается сегодня, несовместимо с мировым господством Америки. Это раз.

Два. Мы — русские обладаем культурным универсализмом, мы связываем Европу и Азию, и мы способным подвести под свой ценностный базис всю мировую культуру. Американский глобализм в целях мирового господства пытается создать такой культурный универсализм искусственно. Получается уродство — американская культура. У нас же этот универсализм врожденный. Русский переселенец всегда и со всеми мог найти общий язык. Он всегда был открыт, честен, не помышлял о двойных стандартах, но требовал честности и от аборигена. В противном случае, среди хитрых, — русский оказывался еще более хитрым. В связи с этим, глобализм породил русофобию и раздул ее до уровня мирового явления. А как же быть без русофобии, если русский не признает двойного стандарта, но при этом помалкивает и чего-то ждет? В политической борьбе против СССР, американцы всегда указывали, что они борются не с государством, не с политической системой, а борются с «русскими» И это вовсе не форма изъяснения неграмотных президентов. Лидеры США более полувека придавали своей агрессии против нас этнический характер, и по сути всегда сводили ее к намерению организации геноцида.

Три: мы владеем заметным количеством мировых запасов полезных ископаемых, которые Америка и вообще Запад, хотят отсасывать из наших недр надежно и дешево. Сегодня, когда российский «стабилизационный» фонд вкладывается в акции стран — потребителей нашей нефти — это отсасывание происходит вообще бесплатно. Само по себе это и позволяет из года в год повышать цену на нефть, которая скорее всего фиктивна, и упадет, попробуй Россия переадресовать вклад этого «фонда».

Четыре: если Россия вдруг выйдет на мировые рынки как полноценный партнер с развитой экономикой, начнет предлагать не сырье, а готовую продукцию — это вызовет крах сложившейся Западной экономики.

Все вместе это требует давить и давить Россию. Но силой нас победить оказывается невозможно. Через некоторое время после начала войны против России, русский народ объединяется и впадает в ярость. От этого, силы народа многократно увеличиваются, а разум проясняется. И тогда оказывается, что ни техника, ни военный опыт и многочисленность вражеских войск, ни какая либо заранее рассчитанная подлость или предательство, не смогут противостоять народному гневу.

Все это сегодня учтено западными стратегами. Им стало ясно, что в давлении на русский народ ни в коем случае нельзя перегибать палку — достигать такого уровня, когда этнос забывает о своих внутренних раздорах и самоорганизуется на борьбу с противником. В связи с этим, были изысканы такие способы уничтожения нашего народа, против которых в нашей исторической традиции не выработано должной защиты. Суть этого способа в том, чтобы истребить русских на их же территории без демонстрации военной силы. Без демонстрации внешнего противника. Без создания напряжения и такой видимой угрозы, при которой начинается самоорганизация русского народа.

Именно такая программа нашего истребления была разработана в ЦРУ. Как мы знаем, эта программ была задумана в середине двадцатого века и начала осуществляться с начала семидесятых голов. Очевидные плоды этой программы появились лишь в девяностые годы. В основу замысла истребления русского народа легло предательство нас нашей партийной и бюрократической властью. Стимулировалось это предательство из за океана. При этом долгое время и оно само, и его механизмы оставались тайной. В результате, все мы видели, как безо всякой видимой оккупации и сопротивления народа, наши же власти ограбили нас и вывезли миллиарды в Америку. Как через рекламу и телевидение они привили нам сквернейшие привычки и пороки, отравили миллионы душ. Как они же развалили экономику. Как ошельмовали нас политически, утверждая, что вся наша история имеет на себе отпечаток божьего проклятия, а все лучшее — с Запада.

Сама задача: проникнуть в чужой этнос и начать им управлять изнутри — чрезвычайно дорогостояща. Но если она решена, то после этого тайное господство над этносом уже не является проблемой. Основная формула такого проникновения звучит так: государственный чиновник может быть легко подкуплен и управляем, если его ценностные ориентиры совпадают с ценностями глобалистического общества. Т. е. пока чиновник остается принадлежащим своему этносу, и разделяет свои этнические ценности, развал государства невозможен. Но если суметь его развратить, национально обезличить, привить глобалистические стереотипы мышления и ценностные ориентиры массовой культуры — через него сразу открывается эффективная возможность слома национального государства и организации геноцида народа. Именно это было произведено в СССР — России.

Процесс разложения чиновника, как и любого другого представителя уничтожаемой системы, начинается медленно, на уровне «гомеопатических» доз разрушающей информации, против которых у чиновника не появляется возражений. Предлагаемая ему выгода кажется не идущей ни в какое сравнение с маленькой идеологической уступкой, которую при этом ему надлежит совершить. Но, мало-помалу, развращенный идеологией глобализма чиновник создает вокруг себя такую же развращенную среду. После этого он укрепляется в мысли, что общество поставило его — чиновника на то место, сидя в котором, он имеет возможность презирать само общество, ибо он имеет индивидуальную (на самом деле привитую из США) систему ценностей. С появлением такого презрения и чувства благоприятной обособленности своего клана, не остается никаких сдерживающих факторов против хищения и злоупотребления властью. Все инспекционные органы, разумеется, развращаются и прогнивают аналогичным образом. В результате, пойманных за руку высокопоставленных воров лишь переводят на иную должность.

Такая практика по развращению чиновников и в конечном итоге давления через них на народ приводит к геноциду согласно программе Даллеса, по которой русский народ должен быть вырожден как народ, а страна расчленена на части.

Как все это начало осуществляться — мы видели и знаем. Но при этом мы не догадываемся, что нами же, русским народом и немногими здоровыми силами в государстве Российском, одержана величайшая Победа. И сегодня мы — потерпевшие, но не побежденные.

Мы выдержали натиск всего западного мира. Он нанес нам величайший урон ранее не известными методами ведения войны, но не смог задавить! Мы не перерезали друг друга. Нас не свели за десять лет до 30 миллионов. Мы накушались западных ценностей, но не отравились насмерть — сумели отрыгнуть их. Сумели сохранить в себе приоритеты национальных ценностей. Основная часть нашей земли остается в руках государства Российского. Оно вроде бы даже готово клеветать на самое себя и раздавать народную землю всем желающими иностранцам, но почему-то не торопится делать это.

И чтобы еще как-то разъяснить читателю качество разрушительного влияния Запада на Россию, приведем цитату: «Идеологическое воздействие иного этноса на неподготовленных неофитов действует подобно вирусным инфекциям, наркотикам, массовому алкоголизму. То, что на родине рассматривается как обратимое и несущественное отклонение от нормы, губит целые этносы, не подготовленные к сопротивлению чужим завлекательным и опьяняющим идеям». Л.Н. Гумилев «География этноса в исторический период», Ленинград, 1990 г., стр.125.

Наша способность хоть как-то противостоять Западу воспринимаются нами как должное. А в середине девяностых годов Сорос писал в Америку растерянные письма, что эта русская экономика, против всяких прогнозов, не хочет умирать!

Иначе говоря, запланированная для нас катастрофа, должна была быть куда как более значительной. Впечатление такое, что наше теперешнее существование Западом совершенно не было запланировано.

И вот здесь наступил исторический антракт, в котором мы сегодня живем. Запад в растерянности перед оживающей Россией. Нас еще пытаются травить отработанными методами, но это уже не столь эффективно. В нас все еще качают нудные американские фильмы про уголовников и садизм, а число садистов и уголовников более не растет. Нам продолжают усиленно рекламировать табак и пиво. Их курят и пьют все более молодые — это наша брешь, но она тоже медленно затягивается. Нам подсказывают, что надо жить паразитически, а молодежь начинает видеть смысл жизни в создании семьи.

Перед нами из года в год демократическое телевидение смакует самые жуткие страницы советской истории, изрядно перевирая их и объясняя, что вот от этого Россию спасла демократия. Мы же вдруг начинаем видеть, что все это уже было в истории: все это точно так же показывали на оккупированных территориях фашисты в своих фильмах для славян и пропагандистских листовках во время Отечественной войны. Фашисты так же готовили геноцид. Но пропаганда их так же обещала народам СССР благоденствие. Обещала, что славяне будут жить так хорошо, как немцы в Германии, и что немцы пришли избавить народы от советского ига. Под эту дудочку фашисты навербовали в армию Власова до миллиона славян. При наглядности целей фашистов, власовцам просто не разъясняли, что они не более чем пушечное мясо, подлежащее ликвидации после фашистской победы. И многие пошли за фашистами, веря, что это путь осуществления их этнической мечты. Сегодня, при всей очевидности целей демократии, у нас в стране миллионы людей прозревают, но миллионы так же остаются одурачены пропагандой. В целом, историческая параллель между фашизмом и демократией становится вопиюще очевидной.

Иначе говоря, наш народ стихийно, без всякой поддержки государства, начал вырабатывать механизмы самозащиты от геноцида.

В этой ситуации совершенно правильно пропагандировать язычество как традиционную культуру, ибо это борьба с западом за наше выживание. В своих развращающих предложениях Запад всегда делает ставку на молодежь По этой причине, язычники так же должны делать ставку на молодежь. Но если все действительно так. Если противостояние реально имеет место, то антракт — незапланированная установившееся жизнь государства Российского и народа русского должны кончится, и должно начаться второе действие по истреблению нашего государства и нашего народа.

Наверное сейчас, на 2005 год, западные стратеги заканчивают план этого второго действия. Теперь будут использованы комбинированные методы. Именно: экономические — исключение России из мирового торгового оборота — закрепление ее роли как источника не обработанного сырья. Дальнейший подкуп властей, дальнейшее разложение общества через СМИ, этническое перемешивание народов России для обострения национальных конфликтов, стимулирование наркомафии и военная экспансия. А то эти русские почему-то сами себя убивать не хотят.

В сфере политики: в НАТО вступает Польша, вся Прибалтика. Далее Украина. После этого на их территориях год- два идет создание необходимой технической и административной структуры (взлетные полосы, базы, казармы, и т. д.). Когда все это создано, на территории Украины, Польши и Прибалтийских стран вводятся ударные силы НАТО. Цель — повторить косовский вариант с Белоруссией руками поляков и украинцев при поддержке американской авиации и артиллерии. Для этого, на Белоруссию оказывают давление для организации демократического переворота. В результате, пятая колонна в Белоруссии требует ввести войска НАТО.

Стратегия НАТО, перед введением сухопутных войск требует обязательной бомбежки территории. Военная экспансия ВВС США опирается на «доктрину пяти кругов», разработанную штабистом — полковником Уорденом — главным организатором бомбежек Ирака в 1991, и Косово в 1999. Эта доктрина предполагает, что авиацией должны уничтожаться пять групп целей: 1)линии обороны. 2)гражданские сооружения. 3)сооружения инфраструктуры, 4)объекты энергетики, 5) центры принятия решений (штабы, бункера правительства).

Пункт 2) — напрямую означает, что военная стратегия демократического государства предполагает уничтожение гражданского населения. Это было подтверждено в Югославии, где авиаций сознательно уничтожались колонны беженцев или бомбились города в ночное время для наибольшего истребления народа.

Американская военщина всегда стыдливо замаливает факт истребления мирного населения. Но надо ясно понимать, что истребление мирного населения запланировано ею сознательно как одна из целей войны. Тактика убийства неповинных людей органически совместима с тем, что называется демократией. Демократы всегда знают, что ведут войну не только с правительствами, но и с народами, но скрывают это от убиваемых ими народов, и вообще от мировой общественности, по причине своей патологической лживости.

Перед этим в России дестабилизируют обстановку: страны НАТО, создав необходимые накопления, снизят цены или прекратят закупку нефти за некую провинность. Одновременно с этим, они дискредитируют российскую власть перед народом. Для этого достаточно вскрыть некоторые преступления власти, совершенные ею в девяностые годы по воле тех же США. Параллельно с этим, может быть создана демонстрация военного нападения со стороны Афганистана и Ирака. И стимулирована массовая резня: война всех против всех на Кавказе. После этого, от России и ООН потребует согласия на введение войск НАТО в Белоруссию и отдельные районы самой России. При этом особенно гадливо будут улыбаться английские дипломаты.

Как о стихийном произволе немецких бюргеров, вдруг появится сообщение об оккупации Калининградской области и присвоении ее Германией. НАТО будет демонстрировать по этому поводу возмущение. Оно осудит на словах Германию и потребует вести туда военные силы ООН. Тем временем, ряд провокаций на границе с Белоруссией будет выдан как белорусская агрессия. Пятая колонна в России сколько есть сил закричит о злобных белорусах. НАТО стремительно сожмет Белоруссию клещами в целях якобы защиты интересов прибалтийских стран, Украины, и выкормленных им же белорусских демократов. В этот момент, по замыслам масонских стратегов, Россию должен охватить паралич власти: а с какого фронта, собственно, воевать? Русский народ в это время должен в наибольшей степени не доверять своей власти. Для НАТО будет удобно, если в это самое время китайцы лавиной хлынут на захват Дальнего Востока. Тогда, провозгласив, что Россию надо спасать, натовцы наконец ринутся отовсюду на территорию России… Как пробные шары — как подготовка к этому великому действию, вдоль границ России должны прокатиться цветные революции…

Все это возможное будущее легко может быть представлено после трагедии в Югославии. Предшественниками этому были цветные революции. Но цветные революции прокатились, а процесс дальнейшей демократизации территории бывшего СССР явно увяз. В целом, вся эта череда лжи, интриг и провокаций удастся только в том случае, если наш народ не сумеет сплотиться в единое национальное целое. Единое целое именно по признаку единства земли, языка и общности судьбы дедов отцов, и будущего наших детей. Если это произойдет, то трусливые натовцы не посмеют посягнуть на Россию, и упустят — отдадут нам ближайшее десятилетие. Тогда их пьеса окажется одноактовой. Восточные натовские новобранцы пойдут пушечным мясом в иранскую пустыню. А дальше? Будем надеяться, что Америка погрязнет во внутренних противоречиях. Ей, в общем-то, пора сдавать позиции.

За вторым действием мировой трагедии грядет третье. Его основание в том, что уже сегодня наша основная проблема — это не экономика и даже не целостность страны. Наша проблема — это падение численности русского народа. Согласно прогнозам западных экспертов, в 2025 году русских будет 100 миллионов, в 2050 — только 80 миллионов. В связи с этим, Сахалин будет захвачен Японией, Приморский край, Чита и Байкал будут принадлежать Китаю, а весь Кавказ будет в руках мусульман. В настоящее время ситуация настолько критическая, что такая перспектива кажется западным стратегам просто исторически неизбежной. То, что Российские власти сегодня не предпринимают в связи с этим реальных защитных мер — выглядит пугающе.

Нам надо приложить все силы, чтобы этого не произошло. В первую очередь надо говорить и говорить о такой возможной перспективе. Третьему действию всякой великой трагедии естественно иметь иной конец — совсем не тот, который может легко предсказать зритель в начале.

2. Описанная таким образом мировая трагедия видится многим не более, чем бредом, фобией патриотов. Есть масса оплаченных писак и просто болтунов, которые вещают о совершенно ином историческом будущем. В связи с этим, здесь уместно привести в сокращении «Манифест против демографических паникёров», который был помещен в интернете неким «Однако». Сам по себе «Манифест» интересен как оправдание политики глобализма и как способ убаюкивания встревоженного русского народа. Он является образцом лжи, цинизма и эгоизма — качеств старательно прививаемых нам из за Океана. Итак, краткий пересказ манифеста:

«1. Русский народ, русская нация, русское государство стремительно вымирает. Нужно что-то делать! Государства же не изолированы друг от друга непроницаемыми барьерами — недостаток или избыток населения в каком-либо одном тотчас же компенсируется за счёт миграции из другого…

Ну, и главное. Вы, я, все наши современники — живы, будем жить дальше и проживём свою жизнь. Значит, все мы будем жить до конца в своём привычном, медленно меняющемся мире. Ну, а те, кто будут жить после нас, уже будут жить в мире другом, но таком же привычном им, как наш привычен нам.

2. Так, ведь, понаедут миллионами всякие иностранцы! Иммиграции, если она легальная, регулируемая, бояться не надо. Для коренных жителей России (и Европы вообще) иммигранты и их труд будет таким же благом, как сейчас для американцев. Потому что иммигранты заполняют самые тяжёлые и непопулярные профессии и при этом согласны на меньшую оплату труда, чем местные.

Если мы будем мудрыми, и не станем «плодиться и размножаться», поддавшись паникёрским лозунгам, мы будем жить в наступившем веке так, как американцы в прошедшем.

3. Выходцы из слаборазвитых стран массово заселяют Европу! Они намерены вытеснить «белое» население! Ничего у них не выйдет. И вот почему. Население отсталых стран хоть и многочисленно, но необразованно и умственно неразвито. Поэтому в современной экономике оно может претендовать лишь на ниши низкооплачиваемых чернорабочих — ниши планомерно сокращающиеся по мере научно-технического прогресса. Сколько бы миллионов «цветных» ни въехало в наши города, без «белых» они не обойдутся никак: потому что в современной цивилизации таскать кирпичи и торговать на рынке недостаточно. А совершать научные открытия и разрабатывать технические устройства, лечить и учить, проектировать здания и настраивать компьютеры, прокладывать коммуникации и руководить технологическими процессами переселенцы из слаборазвитых стран не могут…

Так что если «белые» и станут в Европе будущего меньшинством населения, то меньшинством привилегированным — незаменимыми хранителями знаний и технологий, многовековой мудрости цивилизации, культурной элитой, под руководством которой как и в прежние века будут в поте лица трудиться на низших профессиях активно размножающиеся, необразованные и легко заменимые выходцы из отсталых стран.

4. Иммигрантов может приехать так много, что они задавят нашу культуру, и у себя на родине нам придётся одеть сари, ходить в мечети и учить иероглифы… (США уже сталкивались с этим).

Дело в том, что власти США давно знают простой и универсальный способ, как избежать поглощения пришельцами. Нужно всего лишь, регулируя квоты на въезд, не допускать одновременного прибытия в страну критической массы иммигрантов какого-то одного культурного направления.

5. Укоренившаяся с древности доктрина «чем нас больше, тем нам лучше» продолжает тлеть в умах и эксплуатироваться неумными политиками. Вдумайтесь только, как можно одновременно говорить о безработице и дефиците населения?!

В 21-м веке над развитыми странами будет долго довлеть проблема избытка населения: огромному количеству людей в высокотехнологичном, автоматизированном обществе будет нечего делать…

То, что это происходит в России — не только не беда, а благо для её будущего. Спрос на арифметическую массу людей никогда уже не вернётся — он будет только снижаться. И в то время как другие страны будут пухнуть от масс трутней, порождённых вытеснением человека техникой отовсюду, в России этой проблемы не будет.

А то, что она решается уже сейчас самым гуманным способом, какой только можно придумать, — низкой рождаемостью — благо вдвойне.

6. Кривая смертности резко пошла вверх. Люди мрут как мухи! Это страшно! Научные подсчёты предсказывают, что к 2050 г. население России сократится до двадцати миллионов человек. Это и будет демографической катастрофой!

В конце 19-го века в Великобритании был опубликован забавный прогноз. Подсчитав скорость роста эксплуатации в Лондоне гужевого транспорта и экстраполировав её на будущее, автор пришёл к выводу, что к середине 20-го века улицы города погрузятся в лошадиный навоз. Прогноз оказался глупостью потому, что автор не учёл появления автомобиля.

В 21-м веке произойдёт ряд научно-технических достижений, влияние которых на сферу демографии будет огромным. В числе таковых прежде всего следует перечислить: клонирование, тотальную роботизацию, регенеративную медицину и существенный прогресс в обычной, генную инженерию и терапию, киборгизацию человека, резкое увеличение продолжительности жизни с перспективой бессмертия в дальнейшем. Сейчас трудно даже загадывать, какое влияние всё это окажет на демографию человечества, но ясно, что в 21-м веке прогресс поломает все классические демографические закономерности. Публикуемые сейчас прогнозы ничего этого не учитывают, и строятся лишь на экстраполяции схем, действовавших в прошлом — исключительно естественной рождаемости, ограниченном репродуктивном и работоспособном возрасте, средней продолжительности жизни в 70–80 лет. Как будто человечество остановится в своём развитии или же их авторы ничего не ведают о современном состоянии науки и тенденциях её движения. В силу этого подобные прогнозы лишены с самого начала смысла в той же мере, что и тот прогноз о лошадином навозе.

Резюме Манифеста: Сокращение населения — это естественный процесс очень масштабного характера, идущий во всём развитом человечестве. Это естественная реакция на стремительное падение в странах с развитой экономикой спроса на «рабочую силу», происходящее вследствие технического прогресса. В будущем цивилизованное население Земли сократится колоссально, поскольку экономике не будет нужно такое большое количество двуногих прямоходящих, какое есть сейчас. Это естественно и неизбежно. С этим можно только свыкнуться и научиться жить в ногу с идущими изменениями

3. Итак, неизвестный аноним убеждает нас, что раз вымираем — значит так и надо. Прогрессу это требуется. Благо это: «В 21-м веке произойдёт ряд научно-технических достижений, влияние которых на сферу демографии будет огромным…».

Действительно, учтя, что в программу генома человека в США вкладываются триллионы долларов, можно ожидать, что искусственные люди с заданными свойствами, появится именно там, но ни как ни у нас. Следует заметить, что в комплекс этих генетических исследований входят и исследования по созданию генетической бомбы. В идеале, создатели такого генного оружия могут уничтожить на Земле всех рыжих, всех китайцев или всех славян. Или просто всех людей, у которых заранее не будет установлен защитный антиген. Правда, до этого еще несколько десятков лет, но уже сегодня ясно, что это РЕАЛЬНО. Китайцы в 2005 году не случайно панически боялись «птичьего гриппа». По слухам, они даже расстреливали целые деревни своих жителей, где распространялась эта зараза.

В отличи от мнения автора «манифеста», есть строгая зависимость между ростом рождаемости и степенью оптимизма нации. Вымирающие нации не чувствуют себя счастливыми. У нас в стране рождаемость последний раз подскочила в 1986 году, когда женщины на короткое время поверили в перестройку и в антиалкогольную кампанию Горбачева.

Дайте людям свет надежды, что завтра они будут иметь жилье и смогут прокормить своих детей. И снова будет всплеск рождаемости. Подтверждайте им, как сегодня, что с детьми жить будет неизмеримо тяжелее, читайте им библейский «Апокалипсис», что «горе роженицам в тот час», и они не будут рождать детей.

Объясните, что рождение ребенка — это богатство и счастье, как это было всегда в нашей традиции, основанной на натуральном хозяйстве, и будут рождать. Объясните и подтвердите условиями жизни, что ребенок — это «спиногрыз», и женщины одна другой будут говорить: ты, что дура, рожать решила?

Сегодня народ наконец начинает остро чувствовать, что он вымирает как этническая целостность. Это не бред и не угар патриотов. Это проявление инстинкта самосохранения, который не удается подавить у нас прогрессом. Да и нет для нашего народа в целом никакого прогресса. А есть топтание на месте и чисто биологическая озабоченность: что делать будем? Ведь завтра агрессивные этносы размоют нас как этническую общность и мы просто не сможем защитить свои границы. Нас вытеснят с нашей земли чисто биологически.

Всему этому можно противостоять на сознательно-биологическом уровне. К сожалению, в язычестве пока нет семейного союза. Такого союза, в котором престижно было бы иметь детей как можно больше. Понятно, что у всех разные материальные возможности. Тем не менее, должна быть такая большая группа людей в стране, которая считает родовые семейные ценности высшими. Трудности рождения и воспитания детей — это благородные трудности, которые не должны тяготить.

И если христианский поп призывает рожать детей, и в его приходе это реально происходит, то мы — язычники, обеими руками за такого попа только ради выживания народа.

Ориентированные на рождение детей (языческие) семьи могли бы образовывать действительные общины, где совместно воспитываются дети в русской традиции. Они могли бы организовывать свои детские сады и школы. Они могли бы распространять жизненные ценности, альтернативные ценностям глобализма. Существенно, что патриархальная жизнь такого семейного союза должна быть медленнее, чем ее навязывает обществу прогресс. Это был бы важнейший вклад язычества в жизнь русского народа. О такой родовой языческой общине будет говориться здесь ниже. С автором «манифеста» можно согласиться только в одном: хватит просто болтать о вымирании народа. Надо думать о создании условий, чтобы преломить ситуацию. И обсуждать конкретные предложения. Мир, который он предлагает этнически неустойчив. В любой момент он может быть раздавлен организованной силой инородного этноса, и тонкая прослойка «белых» интеллектуалов будет низведена до уровня рабов. Исторически, дикие монголы использовали квалифицированный труд рабов — китайских инженеров.

4. Как же в действительности обстоит ситуация на Западе в вопросе отношения к демографической катастрофе? Этот вопрос шире, чем может казаться в начале. Мы, русские вымираем столь быстро потому, что нас коснулось тлетворное дыхание глобализма. А там, откуда оно вышло, неужели люди радуются или спокойно переносят свое вымирание?

Как была разработана мертвящая схема по уничтожению нашего народа? Неужели подаренный нам богатый опыт самоуничтожения никак не проявляет себя на западе? Собственно, из чего он строится? Какие механизмы борьбы с русским народом имел в виду шеф ЦРУ Ален Даллес, когда в середине двадцатого века говорил: «Посеяв в России хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые, и заставим их в эти фальшивые ценности верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих помощников — союзников в самой России.

Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного необратимого угасания его самосознания. Из литературы и искусства, например, мы постепенно вытравим их социальную сущность. Отучим художников, отобьем у них охоту заниматься изображением, исследованием тех процессов, которые происходят в глубине народных масс. Литература, театры, кино — все будет изображать и прославлять самые низменные человеческие чувства.

Мы будем всячески поддерживать и поднимать так называемых творцов, которые станут насаждать и вдалбливать в человеческое сознание культ секса, насилия, садизма, предательства — словом, всякой безнравственности. В управлении государством мы создадим хаос, неразбериху. Мы будем незаметно, но активно способствовать самодурству чиновников, взяточников, беспринципности. Бюрократизм и волокита будут возводиться в добродетель. Честность и порядочность будут осмеиваться и никому не станут нужны, превратятся в пережиток прошлого. Хамство и наглость, ложь и обман, пьянство и наркоманию, животный страх друг перед другом и вражду народов, прежде всего вражду и ненависть к русскому народу — все это мы будем ловко и незаметно культивировать. И лишь немногие, очень немногие будут догадываться или понимать, что происходит. Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратив в посмешище, найдем способ их оболгать и объявить отбросами общества». Якобы, эти слова содержатся в «Директиве Совета по безопасности США, № 20/1 от 18 августа 1948 года. Разумеется данная директива секретная. Поэтому, хотя данная ссылка и приводится часто, достоверный текста самой директивы нигде найти нельзя.

По этой причине, эти слова (недостаточно активно) использовались в советское время для антиамериканской пропаганды. Но при этом трудно согласиться с нынешними демагогами, заявляющими, что эти слова выдуманы самими советскими пропагандистами и тем более, русскими патриотами, (как на это указывает известный враг русского патриотического движения Марк Дейч в газете «Московский Комсомолец», за 20 января 2005 года). Против этого говорит то, что в советское время эти слова выглядели фантастическим бредом, в осуществимость которого никто не поверил бы. И только сегодня речь Даллеса видятся фактом, свершившимся частично, и готовым свершиться вообще во всех подробностях. Именно поэтому мы считаем, что «речь Даллеса» это не выдумка КГБ, или каких-то частных лиц.

И еще достоверность текста выдает ряд штрихов, до которых нам, русским, никогда не догадаться. Например, что это за животный страх друг перед другом? А это вот что: в демократическом обществе поведение человека коварно, поскольку по определению отсутствует родовая традиция, регулирующая движения души человека. Души людей демократического общества жаждут грабежа и насилия. Но внешне носители этих вожделений ведут себя законопослушно, ибо боятся полиции и государства. На Западе граждане свободно шестерят — закладывают друг друга полиции без каких либо угрызений совести. Поэтому власть полиции там неизмеримо выше, чем в любом родовом обществе. Однако при этом: погасни в большом американском городе свет, отключись электричество — и город тут же будет превращен ворами и насильниками в хаос. Отключись свет в русском городе — и ничего подобного не произойдет, случаи грабежа если и будут, то единичны. Так что, говоря о животном страхе — Даллес делал кальку со своего общества. Сегодня русские переселенцы в США тяготятся этим разлитым повсюду страхом американцев друг перед другом, что или тебя заложат, либо убьют, либо свои же родные ограбят с помощью какой-то аферы.

Итак, заметно ли на Западе глобалистическое самоуничтожение? Да. Раковую опухоль Запада, которую Даллес рекомендовал обернуть против России, описал много позднее глобалист и советник Рейгана, кандидат в президенты США в 1992 году Патрик Дж. Бьюкенен в своей книге «Смерть Запада». Она переведена на русский язык в 2003 г. В этой книге мы находим стон и муки американца по поводу умирания западной цивилизации. Это входит в полное противоречие с прозападным «Манифестом против демографических паникеров» нашего российского разлива.

Согласно книге Бьюкенена выясняется, что перспектива процветания здоровой мировой империи США — есть миф. Состояние экономики не отражает состояния этноса. Все беды глобализма, которые обрушились на Россию, уже до этого расцветали в Америке и Европе. Сила их воздействия на Россию объясняется лишь нашей неприспособленностью: для нас эта болезнь еще не вошла в хроническую фазу, наше общество не имеет средств, и еще не научилось вырабатывать необходимые «антитела». В такой ситуации, стоит экономике США покачнуться, и те же социальные проблемы, что и у нас сегодня — захлестнут Америку.

Из книги «Смерть Запада» мы узнаем, что:

1. Белая раса вымирает во всех странах мира. Так же начала вымирать и Япония, которая в наибольшей степени коснулась духа глобалистической цивилизации. На этом остановимся подробнее, так как Япония живет на основе идей языческой религии синтоизма. Он, казалось бы, мог противостоять вымиранию. Что же случилось?

Бьюкенен пишет: «Японская империя рухнула в 1945 году, а сравнительно недавно случилось нечто, подорвавшее дух Японии, лишившее ее желания жить и развиваться, завоевывать и осваивать все новые территории в промышленности, технологии, торговле и финансах. Аналитики называют это состояние утратой того, что прославленный экономист Дж. М, Кейнс именовал «животным духом»… Существует ли параллель между вымиранием христианства на Западе и гибелью японской веры довоенной и военной поры? Когда нации утрачивают свою миссию, этот дар небес, когда они теряют веру, некогда отличавшую их от всех прочих, тогда — то они погибают как нации, тогда-то исчезают культуры, народы и цивилизации… Неужели смерть Запада неотвратима?»

Вот оказывается как! Глобалист признается в том, что утрата самоидентификации и национальной веры ведет к гибели! Иначе говоря, его же глобализм — смертельно опасен. Японские корпорации как третья часть имеют свое представительство в «Трехсторонней комиссии». Япония — оплот глобализма. И она вымирает!

2. По Бьюкенену очень существенную роль в пропаганде вымирания играют феминистки, которые проповедуют полное нежелание как-то напрягаться и думать на предмет семьи и рождения детей. Существенно, что эту свою идеологию феминистки размещают в рамках языческой религии Запада. Бьюкенен приводит фрагмент «Декларации феменизма», 1973 года. В ней мы находим следующее: «… Гибель института брака есть необходимое условие освобождения женщины… Всю историю следует переписать под углом угнетения женщины. Мы должны вернуться к древним религиям наподобие ведовства».

На Западе полно ведьм, разбирающихся в Викке и Одинизме, но не желающих заводить семью и детей. На этом фоне, католическая церковь, устами Римского папы, сделала довольно много решительных заявлений на предмет целостности семейных уз, рождения детей, запретов абортов и противозачаточных средств. Это очень серьезно. По Бьюкенену получается, что на Западе церковь за народ, а язычество — против. У нас, та же РПЦ, устами своих патриархов, таких решительных заявлений не делала. Заявления папы Римского были проигнорированы западным обществом, что подорвало авторитет католической церкви. Однако, все равно, феминистки находят удобным следовать своим языческим культам, в рамках которых на них не налагается вообще никаких обязательств продолжения рода.

К сожалению, это не просто мнение католика Бьюкенена. Это реально имеющая место ситуация. Нам известно из независимых источников, что на Западе, язычество аккумулирует в себе не тех, кто хочет отстоять свой род, а тех, кто не желает перед ним отвечать. Но если язычество перестает быть родовой религией, то оно не выполняет своей исторической роли. Нам, в России, нужно только родовое язычество. Такое язычество, которое выводит нас к приоритету родовых ценностей. Магия, которая направлена в конечном итоге не на защиту рода, а на копание в нюансах личных переживаний — нам не нужна.

3. Вторая мертвящая сила по Бьюкенену — это распространение гедонистской культуры, в основе которой лежит занятие самим собой и стремление к наслаждениям. На это ориентирована мораль общества.

Бьюкенен обнаружил, что на Западе произошла гедонистическая революция. Она провозгласила: все образы жизни равноправны. И если ты не уважаешь образ жизни соседа, то ты — лицемер. Она же провозгласила: не суди, да несудимым будешь. Т. е. должна иметь место полная свобода и полная терпимость, в том числе и ко всем проявлениям человеческих извращений. Всякое общественное давление на сексуальные меньшинства или наркоманов — становится невозможным. Эту вседозволенность поощряют в школах. Авторитет родителей перестает быть таковым для детей. Средства информации массово обсуждают преступления белых против гомосексуалистов и негров, возводя их ранг «преступлений ненависти». Преступления негров и гомосексуалистов против белых и здоровых людей прессу не интересуют, поскольку они не «укладываются в концепцию» революции, хотя их значительно больше в процентном отношении.

4. Кто и как заложил основы такой революции? Конечно, в ней виновны идеологи глобализма. Но у Бьюкенена иное мнение, которое заслуживает внимания. Он указывает, что некий итальянский коммунист Антонио Грамши, примерно в 1923 году, пришел к мысли, что смена политического строя возможна не посредством революционного восстания, а посредством смены основных идей культуры общества. «Смена культурного пласта потребует упорного сражения за овладение средствами массовой информации — газетами, журналами, кинематографом, радио, театрами, школами, семинарами… искусством». Но, как только это случится — политическая система изменится сама собой.

После российского демократического переворота это для нас кажется очевидным, но тогда это было открытием. Эту идею стала развивать «Франкфуртская школа», которой присоединились критик Теодор Адорно, психолог Эрих Фром, социолог Вильгельм Райх. В 1933 году эта школа бежала из Германии в Америку, где продолжила деятельность. В основную задачу школы входила цель: сделать мир гуманнее и добрее. Результат, однако, оказался другой.

Школа разработала «критическую теорию». Эта теория ведет «обоснованную критику всех без исключения элементов западной культуры, в том числе христианства, капитализма, авторитета семьи, традиции, сексуальных ограничений, верности, патриотизма, национализма, этноцентризма, конформизма и консерватизма». Согласно критической теории все западные общества — скопища расизма, шовинизма, национализма, ксенофобии, антисемитизма, нацизма, фашизма.

«Критическая теория со временем порождает культурный пессимизм, ощущение чужеродности, безнадежность и отчаяние, когда люди, пускай даже свободные и преуспевающие, начинают воспринимать свою страну как угнетателя, как общество, не заслуживающее любви и верности…

Под влиянием критической теории, многие представители шестидесятых — самого привилегированного поколения в истории США — убедили себя, что они живут в аду…» «Бегство от свободы» Эриха Фрома и «Сексуальная революция» Вильгельма Райха — пример приложения критической теории.

«…Обнаружив зародыш фашизма в патриархальной семье, Адорно затем отыскал и место обитания этого зародыша — традиционную культуру (основанную, конечно, на язычестве)… Дорога к культурной гегемонии лежит через психологическую обработку, а не через философский диспут. Американских детей следует приучать в школе, что их родители — расисты, шовинисты и гомофобы, и что им необходима новая мораль».

«…Пестуемые на протяжении десятилетий, эти идеи начали «плодоносить» именно в шестидесятые годы двадцатого столетия.

Второй фактор, способствующий революции, — это появление в университетах США в 1964 году огромного количества молодых людей, не знавших бедности и военных тягот. Таким образом, сложилась восприимчивая аудитория для проращивания зерен культурной революции. Беззаботные, скучающие от безделья, непривычные к труду, эти молодые люди были готовы к мятежу».

5. В результате такого культурного разложения, сегодня из американца, якобы, выветривается имперская дурь и возникает реализм в понимании действительности. «Нам не хватает решимости защищать наши границы и требовать от иммиграции обязательной ассимиляции в обществе… Мексиканская иммиграция является прямой угрозой нашей идентичности и культурной целостности и, быть может, нашей национальной безопасности… Люди все меньше отождествляют себя с национальным государством… Мехико сегодня руководит вторжением в США, а мы отвечаем не то, что адекватно — робким молчанием и стыдливо отводим глаза… Правительству США не хватает решительности поступать так, как этого требует закон».

5. Независимо от позитивистских рассуждений Бьюкенена, в России нынешний кризис осмысляется в системе иррациональных понятий. В этом кроется потенция обнаружения достойного выхода из исторического тупика цивилизации, но это так же может привести и к смертельному заблуждению. Синица или журавль? Бьюкенен предпочитает держать синицу в руках. В России просматривается тенденция реванша: обязательно поймать журавля, который пока свободно парит в небе. Литературы на эту тему появляется много. Рассмотрим еще две книги. Первая книга имеет конструктивный характер: «Демография: русский прорыв» В.А. Башлачева, «Белые альвы», 2006 г. Опять же, приведем несколько фрагментов книги, чтобы изложить важную для нас суть. «…могущество СССР — это результат «переплавки» русского демографического потенциала в заводы и ракеты… На Западе времен осталось мало. Но у нас, русских, еще меньше… Коммунизм и либерализм — это химеры двадцатого века. Народы, осуществляющие их идеалы, обрекают себя на вырождение… Лишь число вырастающих здоровых детей решают судьбу народов. Демографию необходимо ввести в ранг высшего национального приоритета… Главный фактор потерь всех сторон демографии — «сдвиг морали». Это первая задача русского прорыва. Вторая задача: качественное поколение. Новое поколение должно быть здоровым. Третья цель — сбережение кадров… Русские школы просто обязаны воспитывать патриотов, способных защитить Россию. Когда ребенок читает биографии великих предков, исторические и художественные произведения и стихотворения, слушает песни, рассматривает картины о великом прошлом русского народа, тогда в нем растет патриотизм».

Далее, в книге говорится, что надо менять в сегодняшней России, чтобы мы смогли выжить. Оказывается, нужно ломать все то, что нам привил глобализм. Существенно, что автор находит в обществе, помимо общей массы населения нормальных людей, еще две категории людей: «садовников» и «дьяволят». «Садовники» ориентированны на конструктивное созидание — это люди, дерзающие в направлении русских интересов. «Дьяволята» — люди, нацеленные на разрушение и зло. В настоящее время, «дьяволята» отклонили общую массу нормальных людей в свою сторону благодаря деятельности СМИ, гуманитарной интеллигенции и отчасти правительства — пошедших на поводу у идеологов глобализма… Автор жестко указывает, что демографическую проблему нельзя решить путем привоза мигрантов, игнорируя проблемы русского этноса. В этом случае, «дьяволята» будут и дальше тащить народ в сторону вырождения, и вслед за этим привоз масс иммигрантов в страну надо будет только увеличивать. Выход один: требуются немедленные усилия по всестороннему увеличению численности русского народа.

Вторая книга мало практична, но теоретически она, скорее всего, правильно выводит нас в перспективное будущее. О нем несколько слов, ибо на фоне этого будущего вынужденно будет развиваться русское языческое самосознание. Книга явно указывает: каким может быть если не второй, то третий акт мировой трагедии. Это книга М. Калашникова и Р. Русова «Сверхчеловек говорит по-русски», Москва, 2006 г.

Авторы подымают вопрос кризиса цивилизации, кризиса России, проблему грядущих даров науки, и указывают каким будет мир в ближайшее время. Он может быть либо глобалистически жестоким, если в мире победит западная и масонская идеология господства, либо этот мир будет гуманен и справедлив, если победит русская идея партнерских отношений между народами.

Фундаментальное изменение сегодняшнего мира произойдет вследствие развития нанотехнологий, генетики и ядерных технологий. Миру будут явленны генетически измененные сверх люди, которые либо чудовищно поработят все человечество, либо явятся гарантом его свободного существования. В силу этого, надежда возлагается на русских ученых, которые не покинули Россию и, живя в полной нищете, имеют силы продолжать вести научные исследования. Авторы преклоняются перед этими сверх человеками, указывая, что в них и заложен потенциал будущей цивилизации, для которой творчество выше, чем потребление материальных благ. Ген творчества следует вложить в людей будущего, которые будут не корыстны, чисты нравственно, и устремлением их будет созидание. Именно такие люди создадут СССР — 2. В СССР — 1 все эти качества имели возможность расцвести, но для них не хватало научной (генетической) базы. Западная цивилизация — это стадо «экономических животных» — которое будет съедено своим же Големом — вампирической над человеческой сущностью в которую воплотился дух западной цивилизации. После такого самоуничтожения — полного вырождения поддерживающего его человечества, божество зла — Голем вынужден будет погибнуть.

Как видно, две этих книги являют совершенно противоположные позиции. В одной утверждается, что техническое развитие — гибельно для этноса. В другой только на сверхразвитие и делается ставка при решении проблемы выживания русского народа и его традиционных ценностей, включая идею партнерства как принципа взаимоотношений между народами. Дескать, владение генной инженерией решит и проблемы с численностью населения. Теоретически — да. Но вопрос стоит в способности народа владеть своей традицией. Это относится к понятию качества населения по Башлачеву.

Едва ли правильный сдвиг морали можно совершить искоренением генетических дьяволят и увеличением числа генетических садовников, как фактически предлагает Калашников. То ли что действительно нужно эти садовники насадят? Для этого и нужны дьяволята — чтобы подвергнуть их труды сомнению. И для этого нужна нормальная масса людей, чтобы сделать правильный выбор на основе своей традиции и опыта предков.

Приведенная информация кажется исчерпывающей. На основании ее можно сказать, что финансирование культуры в СССР и в России по остаточному принципу — есть стратегическая ошибка. Исход второго действия мировой трагедии существенно зависит от того: сумеем ли мы разрешить внутри русского этноса все перечисленные проблемы, на которые указывают наши писатели, и которые, по словам Бьюкенена, терзают сейчас даже экономически благополучный американский этнос? Или мы падем под их тяжестью?

Боги говорят волхвам, что будущее страшно. Сложившаяся два века назад масонская система управления, когда главные управляющие лица скрыты и потому не уязвимы и не подконтрольны кому либо, — доказала свою эффективность. Для преодоления господства этой системы в области культуры, языческому движению все еще требуется внутреннее системное развитие. Нам необходимо бороться за этническое возрождение нашего народа, и победить. В этой борьбе мы дойдем до последней черты. И последнее слово будет за силой нашей веры в наших Богов. Русское возрождение будет высшим чудом и высшей магией. Ради него волхвы напрягают все силы. И это будет не искусственное возрождение через генную инженерию. Это будет естественное возрождение в духе.

Приведем взгляд на европейское общество из нашей системы координат и ценностей. Наши выводы во многом совпадают и дополняют приведенные выше выводы Бьюкенена. Поэтому надо понимать, что истина где-то рядом.

 

Кризис европейской цивилизации

Вечером 11 сентября 2005 г. известный политолог по радио «Свобода» заявил, что на коротких исторических дистанциях (до ста лет) в жизни обществ может побеждать идея, но на длинных — всегда побеждает материальный интерес. По этой причине, в исторической перспективе, мусульманский мир будет повержен демократией западного образца, поскольку она более всего насыщает человеческие вожделения.

Политологу мыслится, что иной цивилизации, кроме как технического глобалистического общества быть не может. Но техническое развитие — дело преходящее. Происходит оно ценой уничтожения родовой традиции, и потому чревато вырождением. Мы еще всерьез не столкнулись с понятием исторического регресса, когда цивилизация вырождается и теряет своих людей, свои знания, культурный и научный потенциал. Возможно, начало не только биологического, но и технического регресса, мы уже наблюдаем в Европе, да и в США.

1. Наступающий на нас мир глобализма — это мир технической мондиалистской цивилизации, в котором совершенствуются машины и способы порабощения людей, но не улучшается сам человек. Кому-то покажется странным, что цивилизация, заявляющая о свободе и демократии, в действительности совершенствует способы господства. Но это так. Оглянемся вокруг себя в нашей современной России. Кто виноват во всех наших бедах? Мы уже задавались этим вопросом. Полного поименного ответа у нас нет. А если мы и составим список, да потом как-то нейтрализуем именно этих виновных лиц, то жизнь станет другой? Ни в коем случае. Новые чиновники вновь предадут в интересах доминантной идеи. Это случится тайно. И жизнь наша останется прежней, если мы не утвердим в ней новую идею, которая окажется дороже потребления материальных ценностей.

Мысленно вернемся в феодализм. Там очень просто найти виновное лицо. Таковым является князь, царь или церковный иерарх (например, Никон). Держит ли он бразды правления крепко или не очень — он все равно ответственное лицо, и все перемены связанны именно с ним.

Что было бы сделано при феодализме, например, для удушения науки в России? Ученых казнили бы, а институты — разгромили или переделали в монастыри. Так веками поступали с естествоиспытателями, которых объявляли колдунами.

При демократии так нельзя. Демократическая власть по определению более совершенна, более изощренна. Она характеризуется тем, что не производит действий, которые прямо указывают на достигаемую цель, и, стало быть, — на заинтересованных лиц. Соответственно, российских ученых, да и весь наш народ, мировой глобализм гнобит как бы исподволь, как бы оно само так получается, как бы это естественный ход вещей, и жаловаться тут на кого-то не имеет смысла.

Другим принципиальным отличием демократии от феодализма является то, что демократия не позволяет иметь цельное видение Мира, в то время как феодализм его навязывает. Человек феодализма, и более глубокой древности, оценивал Мир исходя из своей религиозной концепции и своих этнических понятий. Соответственно, в рамах этой концепции, он мог предъявить обоснованный нравственный счет. Древние люди должны были быть «с царем в голове» и своим князем на столе.

Человек демократического общества должен быт плюралистом. Он не должен в своих оценках исходить из своей внутренней этнической системы ценностей. Ему достаточно интернациональных ценностей, вроде «прав человека». Какая либо концепция, «царь» в его голове может и отсутствовать. Соответственно, его мысли и мотивации действий подобны щепке на волнах. Почувствовать смысл бытия такой человек не в силах. Зато он беспринципен, и легко приспосабливается к изменяющейся экономической и политической ситуации, относясь ко всему в Мире с долей безразличия.

Сформировав такого человека, цивилизация сделала все, чтобы скрыть, растворить центр, источник своей власти. Властвует Голем, властвуют анонимы. В органы управления при голосовании избираются люди не по их действительным качествам, а в согласии с созданным для них имиджем. Даже их собственные личные возможности показать свою сто раз позитивную сущность, ограниченны. Их образ все равно делает кто-то другой. Некий специализирующийся на имидже данного лица аноним.

Комизм в том, что и эти многочисленные рекламные анонимы, которые стоят за продвижением кандидатов не выборах, за движениями финансов или демонстрацией потребления товаров, тоже не являются истинными хозяевами или правителями. Они так же стеснены в своих возможностях, и права сообщить обществу что-то от себя — у них нет.

Такие специалисты по имиджу чиновников или формированию общественного мнения, конечно, состоят при своих кормушках. Хорошо едят и пьют, чем-то владеют, но полностью лишены воли. Все они включены в единую систему, может быть называемую государством, но на самом деле являющую собой живой надчеловеческий организм. Они лишь обслуживают его жизненные функции.

Этот организм способен кочевать из одной страны в другую. Его можно привести искусственно, как собаку на поводке. Он по своему требует есть и пить: высасывает недра Земли, и осушает реки. По своему испражняется. По своему живет и по-своему умирает.

Этот организм мы называем технической цивилизацией. Он сумел то, чего не смогло сделать христианство: оторвал человека от Земли и его естественной среды обитания. Иначе говоря, прервал родовую связь человека с его богами, не важно — осознавал ли человек эту связь, или нет. В компенсацию, цивилизация дала человеку свои блага, и адаптировала его под их обязательное потребление. Она облегчила человеку жизнь, но и скрыла от него величайшие ценности, извратила его сознание.

2. Всякая цивилизация способна жить, пока действует утвержденный в ней способ производства.

Техническая цивилизация умирает от перепроизводства товаров. Действительно, с каждым десятилетием стоимость реклам товаров растет и приближается к цене производства товара. Людей приходится заставлять покупать не нужный им товар. Кризис перепроизводства давно бы парализовал западную экономику, если бы не одно «НО». Именно ведущие капиталистические державы неизбежно оказываются ведущими владельцами производства и организаторами транспортировки наркотиков. Экономика Запада жива лишь потому, что травит наркотой свои народы и всё человечество. Именно наркоторговля позволяет ей осуществлять денежный оборот.

Владеть самым доходным «производством» в государстве беспрепятственно может только лишь действительный хозяин, а не какие-то случайные, рассеянные по грязным углам мафиозные элементы. Поэтому следует думать, что власть в Англии и в США принадлежит глобальному наркобизнесу. Прибыль от торговли наркотиками составляет двенадцать тысяч процентов. Поэтому торговле наркотой не могут противостоять никакие нравственные понятия, цивилизации, основанной на идее добычи прибыли.

То, что через наркотики возможно управлять народами, было известно Англии еще в девятнадцатом веке во время опиумных войн в Китае. Тогда англичане открыто травили опиумом китайский народ. Сегодня мы доподлинно знаем, что после ловли войны США в Афганистане, там удвоились площади маковых плантаций. Соответственно, наркотический транзит через территорию России возрос вдвое.

Образование и дружное признание Западом независимого мусульманского государства в Косово так же обязано тому, что теперь через эту территорию проходит крупнейшая наркотрасса, соединяющая Азию и Европу. Это и есть главная цель всего проекта. Главным виновником раздела сербской земли является контролер и владелец дорог наркобизнеса. Стало быть, наркотическая зависимость экономики технической цивилизации (т. н. развитых стран) является главным источником нарушения международного права и кошмарным знаком абсолютной лжи и смерти технической цивилизации одновременно.

Наркотическая зависимость экономики Запада причисляется к числу величайших тайн потому, что ее разоблачение неизбежно ведет к политическому и экономическому фиаско системы. Рано или поздно это обязательно произойдет. Но вопрос этот сейчас интересует нас с другой стороны: со стороны рядового представителя технической цивилизации.

Разберемся: что утратили люди, вступив, окунув себя в техническую цивилизацию? Разумно ли, правильно ли они поступили? Или что получает сегодня Россия, встав на путь западноевропейского развития?

Мы видим, что многие наши традиционные ценности погибают. А их место занимает порочность, очевидно присущая технической цивилизации по ее сути. Гибнет сама наша земля. Мы разрушаем не только свой внутренний мир. Цивилизация, будучи враждебна Природе, неизбежно нарушает и экологическое равновесие.

Экологический кризис в значительной степени упирается в кризис родовых ценностей. Ибо идея, что после нас хоть потоп или трава не расти, обязана кризису родовых устоев — человеку безразлично, каково будет его потомкам.

Гибель же цивилизации может наступить либо с вымиранием ее носителей, либо под давлением иных цивилизаций. В любом случае, гибели цивилизации, предшествует массовая слабость людей, потеря ими ценностных ориентиров, культивирование в людях негативных, а не позитивных качеств и духовный застой. Происходит это под действием тех же сил, которые до какого-то времени поддерживали жизнь цивилизации, но потом запустили в ней программу самоуничтожения.

Если сказать кратко, то мы опять должны повториться. Сегодняшняя цивилизация погибает потому, что лишает человека связи с землею и в целом разрывает связь человека с Природой. Для цивилизации это явление носит наступательный, агрессивный характер. Но с какого-то момента действия в этом направлении перестают питать организм цивилизации. Мы находим, что это время уже наступило.

3. Во всем этом может показаться странной позиция язычества. Оно молчало, пока связь человека с Природой была более-менее устойчива. Когда же явились грозные признаки нарушения этой связи, язычество не призывает к уничтожению цивилизации, которая, фактически враждебна ему. Язычество понимает, что время, отпущенное цивилизации, невозможно сократить или ускорить. С ней вообще ничего нельзя сделать насильственно — столь большой это организм. И вот, когда цивилизация медленно умирает, язычество не веселится, не торжествует, подобно христианам античности. Не ставит цели ее добить. Но лишь говорит и указывает — что происходит. Язычество встает внутри нас для формулировки жизненно важной концепции, которая необходима для биологического продолжения жизни этноса, для защиты его от вредного интеллектуального мусора. Язычество понимает, что наступило время «собирать камни» и творить. А сводить счеты — бессмысленно. Надо делать и делать. Творить новый живой мир, пока старый не унес за собой русский народ, да и всех европейцев.

Эти европейцы, конечно, гадкие люди. Но они все же белые люди — наша дальняя родня. И если европейская цивилизация умрет: будет затоптана ордами мусульман, или вымрет по собственным причинам, то Россия останется по-сиротски одна в мире. И тогда отстаивать свою родовую независимость нам будет еще труднее.

Действие, направленное на собственную погибель, цивилизация неизбежно совершает в каждом своем деянии. Мотивы этих деяний — не важны. Они могут казаться очень разумными. Казалось бы, цивилизация создает, например, автомобили, чтобы мы быстрее и удобнее передвигались. И создает асфальтовое покрытие потому, что надо ездить этим автомобилям, а в дождь не пачкать ноги. Такие мотивации никак не могут быть оспорены в рамках самой цивилизации. Но вместе с этим, есть еще и другие причины, носящие сакральный смысл. И сила цивилизации (как и любой большой общности людей) состоит в том, что сакральность сопутствует тому, что называют пользой.

Сакральная тайна автомобиля и асфальтового покрытия, состоит в том же, в чем тайна и всех других благ. Она, как и всякая тайна, лежит значительно глубже представлений о потреблении. Часть этой тайны уже была нами раскрыта: техническая цивилизация дает свои ценности человеку только в замен на ценности, данные от Природы. В результате создания автомобиля и асфальтового покрытия, человек обретает бесспорное удобство, но лишается прямого контакта с землей и теряет всякое представление о ценности самого процесса перемещения. И это ведет к утрате его природных сил, даваемых землею.

Поэтому человек, любящий не ездить, а именно ходить по земле без каких либо покрытий, начинает выступать против ценностей цивилизации. Он начинает чувствовать в себе протест против сплошных бетонных и асфальтовых автотрасс, потому, что осознает: они подавляют его, лишают силы, способности мышления и внутреннего комфорта. Вибрации автотрассы, шумы, запахи и ее ветра — являются фоном не пригодным для жизни. Вместе с этим, для едущего в автомобиле человека, регулярно повторяющиеся технические объекты автотрассы, ведут к притуплению восприятия мира и состоянию депрессии.

Далее, если человек вынужден бороться за свои интересы и достоинство в рамках цивилизации, то он должен это делать цивилизованными, точнее бюрократическими методами, качественно отличающимися от тех, которые предписала ему в Природа.

Все бюрократические процедуры цивилизации противопоказаны здоровью человека, потому они так утомительны. Выматывают они наиболее сильно как раз тех людей, которые наиболее близки к Природе. Эта же бюрократия оказывается естественной для подлинных детей цивилизации, которые не мыслят себя иначе, кроме как потребителями ее благ.

4. Вместе с отравлением воды, воздуха и продуктов питания, цивилизация расслабляет и подавляет человека, лишает его воли и делает полностью от себя зависящим. Человек, любящий Природу, всегда ощущает на себе мертвящее давление цивилизации. Чувствует ее агрессивное наступление на свой внутренний мир. Но обычно он не догадывается, что противостоит этой агрессии силой, данной ему от родной земли. Язычник же осознает это.

Чтобы владеть силой земли, надо иметь определенное волевое напряжение. Характер этого напряжения будет объяснен ниже. Как и всякое малейшее напряжение, человеку цивилизации оно может показаться не выносимым. Однако, очень скоро к этому напряжению привыкаешь и оно начинает доставлять радость, как радует человека бодрое тело после гимнастики. Или как радует созерцание живописи, после того как человек потрудился вникнуть в картину. Отдача от язычества, радость от него возможны только с принятием определенного жизненного напряжения, жизненного тонуса.

Такое напряжение естественно для всего живого. Оно необходимо, чтобы жить в Природе. Цивилизация, через свои блага и удобства, лишает нас надобности в этом напряжении, и этим делает нас своими рабами.

Есть сильные люди, которые расстаются с благами цивилизации — уходят жить в глухие места, строят там жилища и возделывают землю. Но, таких людей единицы. Основная же масса и телом и душой принадлежит цивилизации, и она делает с ними что хочет. Поэтому утрата человеком свободы и счастья естественна. Это следствие его рабства. Человек может быть богат или беден. Это не имеет значения. В любом случае, цивилизация господствует над ним. Она по-хозяйски прививает ему свои культурные стереотипы, навязывает нормы отношений, стимулирует потребительские инстинкты.

Цивилизация требует от человека соблюдения общественных законов. Это естественно. В Природе животные, объединенные в большие группы или стаи, так же подчиняются определенным законам. Это не вызывает у нас возражения. Но цивилизация действует и беззаконными методами, неприемлемыми для жизни.

Современная цивилизация построена на развитии производства и ускорении сбыта продукции. Через это и осуществляется рабство. Для одних рабство состоит в том, что они вынуждены производить, а для других в том, что обязаны потребить произведенное.

Как ни странно, к рабству цивилизации более ведет обязанность потребить ее продукт. В этом факте, конечно, заключена магия — чтобы околдовать (очаровать) вернее всего, надо заставить что-то заколдованное взять или съесть. Но, нам, сегодняшним, более доступен язык логического суждения. Поэтому, объясним это в рамках логики.

Чаще всего вперед вырывается производитель, который создает товар с наивысшими потребительскими качествами. Он выдает товар, вызывающий минимальное напряжение сил со стороны потребителя, а, значит, доставляющий ему наибольшее расслабление и наибольшее отклонение от естественного природного состояния. Именно этот товар первым покупают в магазине.

Товар товару рознь. Есть товары, освобождающие от тупого рутинного труда, вроде стиральной машины, которые позволяют высвободить бесценное время. Но, для чего? Оказывается, для потребления других товаров вроде компьютерных игр, которые бесцельно это время съедают и держат человека многие часы в прострации и пассивном состоянии.

Цивилизация не заинтересована в том, чтобы человек жил какое-то время суток сам по себе, не потребляя ее продукта. Достигается это посредством предложения простоты, удобства и полезности потребления, демонстрацией примеров того, как хорошо потреблять!

В результате, идеалом цивилизации, оказывается абсолютно расслабленный, во всем зависящий от нее потребитель. В конечном итоге, это человек с безвольной душой и хилым телом, поддерживающий свою жизнь сильно действующими медикаментами. Он покорен рекламе и прессе. Хотя он имеет неплохой заработок, в действительности негодный работник напрочь лишенный какой либо инициативы и творческого начала.

Цивилизация ломает характерные времена и ритмы биологической жизни человека. Это ведет к более быстрому износу организма и гибели его без потомства.

У человека есть свои биологические периоды. Есть время детства, юности, зрелости, время выращивания детей, время осмысления жизни.

Все они имеют вполне определенную длительность, которую трудно изменить без насилия.

Например, время взросления человека может занять от шестнадцати до двадцати пяти лет. Время, вынашивания матерью плода восемь — девять месяцев. Время сна — примерно третья часть суток, время обеда от пяти минут до получаса.

Если человек будет хватать пищу за секунды, его желудок не переварит ее. Женщина не может успешно родить за пол года. Ребенок не взрослеет за двенадцать лет. Наилучшая репродуктивная способность мужчины наступает к сорока годам, но для этого надо вести здоровый образ жизни. У нас же он стал самым нездоровым именно при демократии. Женщине правильнее рожать первый раз в двадцать лет, а не в тридцать или сорок, когда внутренняя природа вынуждает современную женщину, наконец, спохватиться.

Возникает естественный вопрос: если возможность ускорения процессов жизнедеятельности людей ограничена, то что же делает с человеком современная цивилизация? Оказывается она поступает против периодов его биологических времен, требует ускорения их до пределов возможного. Цивилизация требует, чтобы человек суетился и бегал, чтобы ему было некогда! Некогда есть, спать, заводить семью, рассматривать в саду цветущее дерево. Она гоняет его как раба. Жизнь в естественных для человека ритмах становится не позволительной роскошью, совершенно не выгодным делом.

Цивилизация заинтересована в сокращении периодов биологических времен и ускорении ритмов жизни, ибо тогда быстрее происходит товарооборот.

Чтобы осмыслить новое вранье телевидения, примерить к себе новую одежду или понять — нужна ли вот эта картина, требуется время. Это по-человечески естественно. Неестественно, когда человек отучился осмыслять поток информации, когда модные тряпки надеваются срочно, а картины покупаются у художника только за его имя. Мода, оказывается одним из насильственных механизмов нарушения времен и ритмов жизни человека.

Разумеется, ускоренный ритм идет во вред здоровью. Человек не может жить в условиях непрерывной гонки. Это не сопоставимо с его биологией и ведет к износу тела и психики, исчерпывает энергию человека, так, что он не удовлетворяется, а просто устает без чувства радости. У людей не остается времени на свои биологические функции.

Поэтому в больших городах люди вымирают. Большие города не воспроизводят своего населения и являются как бы гигантскими стоками человеков, которые идут туда и не возвращаются. Так было с рабами в каменоломнях Египта, так же действуют форпосты современной цивилизации. Разница в том, что современный человек не догадывается, что он обделен как и раб древности. Его лишили времени и сил, и это равно тому, что его лишили свободы.

5. Сила цивилизации заключена не только в промышленной, но и в идеологической мощи. Рабство, подчиненность человека цивилизации, определяется идеологией, распространяемой средствами информации.

Под словом «идеология», здесь понимается не политическая идея, противостоящая другой такой же по качеству идее. Идеология цивилизации определяет массовый смысл жизни. В него включаются идеи создания карьеры, накопления индивидуальных средств и стимулирование потребительства. Цивилизация непрерывно ведет пропаганду жизненного уклада, при котором человек становится добровольным распространителем этого массового смысла жизни. В этом направлении действует целая армия психоаналитиков, которые внушают людям как вести себя «правильно». Одним из классиков идеологии цивилизации, например, был доктор Тойч, известный чуть менее, чем Фрейд. Приведем несколько цитат из его классической книги «Путь к успеху искусство познать и изменить себя», Екатеринобург, 2000 г. Он и его супруга писали: «… Поскольку то, что мы называем злом, позволяет нам отличить дурное от хорошего и побуждает прилагать усилия к прогрессу, оно тоже имеет свою великую цель. Следовательно, на самом деле оно тоже добро… Ради своего же блага, обращайте внимание только на хорошее вокруг вас… вопреки мнениям пессимистов, мы пользуемся гораздо большим изобилием, комфортом, возможностями, чем когда либо раньше… Не идите на компромиссы, внушайте себе, что вы достойны большего… Повысив аналогичным образом уровень своих запросов в отношении жилья, транспорта и отдыха, вы соответственно измените сложившиеся у вас (более скромные) стереотипы жизни.»

Иначе говоря, доктор Тойч рекомендует неограниченно развивать желудок, чтобы потом изыскивать способы его насыщения. По его теории, как только этот, образно говоря, желудок (т. е. потребности) разовьется, так сразу и появится необходимо большее количество пищи. Соображения героического характера: стремления к постижению истинны, исправлению мира или к самопожертвованию во имя великого дела — по Тойчу вообще отсутствуют. Идеи Тойча — это типичный сатанизм в вежливой упаковке, и именно он оказывается в нашу эпоху образцом, которому следуют миллионы.

Есть множество люди, которые кажутся окончательно порабощенными цивилизацией. Предложенный для них докторами Тойчами смысл жизни усвоен с детства. Их признаки таковы: вера товарной рекламе и тому, о чем вещают в средствах информации; повышенный интерес к видео продукции; непременное следование моде, потребность в смене обстановки, одежды, используемых в быту вещей; признание массовой культуры за должную и единственную; твердая жизненная ориентация в сторону накопления, которое оказывается самоцелью. Их так же характеризует отсутствие устремлений, которые не формируются средствами пропаганды. У них нет стремления к жизненному уюту, при котором требуется минимум потребления. У них отсутствуют духовные и творческие побуждения. Но у них все должно быть «как у людей». За истину они принимают свою выгоду, либо вообще не обращаются к такому понятию.

Это желанные для цивилизации потребители. Их аппетит останавливает лишь смерть или опустевший кошелек. Они не догадываются, что возможен другой образ жизни и иная система ценностей. В жизни они выглядят как законопослушные граждане, но пойдут на любое преступление, если оно будет покрыто и не приведет к нарушению состояния их комфорта. Естественно, уровень их культуры низок, а мышление приземлено, совесть притуплена. Такие люди беспринципны и легко зомбируемы.

Так же, как было указано, они характеризуются усталостью и отсутствием сил, энергии, способной толкнуть их на не регламентированное цивилизацией действие, которое требует их внутренняя Природа. По этой причине, они всю жизнь чувствуют себя не удовлетворенными, даже несчастными.

Смысл, даваемый цивилизацией, перестает удовлетворять их.

Если таковыми оказывается подавляющее большинство, то цивилизация обречена. Ее представители через два — три поколения вымрут, и какое-то время продолжают существовать только по инерции.

Современная цивилизация уже обречена, и уже ничего нельзя сделать. Хотя, сейчас она и выглядит привлекательно, но породившее ее западное общество уже мертво. Оно доживает как огромное старое дерево, сгнившее изнутри, но имеющее снаружи остатки зеленой кроны. Это дерево будет еще долго производить впечатление своим величием, еще сменится человеческое поколение, прежде чем его повалит ветер, но оно уже мертво, хотя и кажется вечным.

6. Кризис цивилизации отражен в каждом человеке. В мире комфорта и расслабления человек не может полноценно жить и продолжать свой род, потому, что деградирует его физиологический аппарат. Человек не способен рожать и воспитывать детей не только потому, что нет времени или средств, но и потому, что расслаблен. Эта расслабленность ведет и к разрушению семей, поскольку семья, как природное явление, требует постоянного волевого напряжения.

Животные так же не охотно плодятся в неволе. Их помещают в зоопарки, где они лишаются своего естественного напряжения — жизненного тонуса. Как и человека, их лишили необходимости в напряжении сил — их чем-то кормят, им ограничивают пространство для перемещения. Нам же предложены транспорт и лифты, которые удобны, но выполняют ту же дурную роль. Выпущенное в Природу из зоопарка высоко организованное животное погибает. Чтобы оно смогло вернуться в естественную среду, нужны долгие тренировки. Такое животное норовит вернуться в клетку. Но в нашем случае ситуация несколько иная. Происходит не просто посадка в клетку. Происходит вырождение белой расы.

Известно, что вырождение всякого биологического вида начинается с самок. Вырождение цивилизации очевиднее всего на женщинах. Основным признаком вырождения становится отказ от следования инстинкту. Можно представить себе ситуацию, когда двое мужчин сражаются за одну женщину, и женщине все равно — кому из них она будет принадлежать. Такая ситуация оказывается в пределах инстинкта, если в этой женщине записано, что мужчина нужен ей для создания жилища, рождения детей, их защиты и добычи пропитания (опять же в первую очередь для детей, а во вторую для нее самой). Женщина сделает одежду для всех и обустроит дом. Но какой именно из двух этих мужчин будет ее мужем — ей все равно потому, что оба они в равной степени согласны с данной программой. Это инстинкт. И здесь можно сколько угодно предъявлять претензий женщине в пренебрежении человеческими представлениями о любви, о гордости, о нравственности, и так далее. В данной ситуации она все равно оказывается биологически права. По существу в древности именно так и отбирали женщин, когда восставал род на род, и это было в порядке вещей.

Но сегодня мы видим ситуацию совсем иную. Сегодня стандартом оказывается ситуация, когда женщина не желает видеть мужчину как человека. Ее не интересуют его устремления и переживания, он не интересен как человек потому, что «все мужики одинаковы». Женщину интересует не сколько сам мужчина, сколько то, что он может ей дать для потребления. Это пока согласуется с описанным выше инстинктивным поведением. Строго говоря, здесь нельзя сделать претензии женскому полу. Претензия заключается в том, что мужчина рассматривается как средство и как инструмент для удовлетворения совершенно иных цели — необузданной потребности личного потребления женщиной до той поры, пока не сморит сон и не наступит физическая усталость. В этом и происходит разрушение инстинкта. Потребление идет не с целью родить, воспитать, выкормить детей, а с целью личного ублажения. При этом в обществе существует утверждение, что так правильно, женщине так и надо себя вести. Это сформулировано погибшими для рода женщинами в виде крылатой фразы: «Мужчина должен зарабатывать деньги, а женщина должна их тратить».

Такое извращение инстинкта происходит потому, что цивилизация оторвала человека от естественной среды обитания, лишила его этим должного жизненного тонуса и постаралась компенсировать его своими благами — техническими средствами. Это почти то же, что отрезать ногу и поставить вместо нее совершенный протез.

Эта ситуация понималась людьми во все времена, и в разные времена предлагались из нее различные выходы. Среди них есть радикальные, такие как уход от мира в монахи, в разбойники или в «Робинзоны». Большая же часть человечества ограничивается разумными полумерами — поддерживает свой тонус через спорт, творчество, или рабочие нагрузки, в результате экономической конкуренции или борьбы за кусок хлеба.

Столь важные, хотя часто уродливые и неприятные, конкуренция или борьба за биологическое выживание — бесплатное приложение к современной цивилизации. Они возникают сами собой, и в условиях проповедей о всеобщем благоденствии ведут к неврозам. Поэтому наша цивилизация — это цивилизация неврастеников. И дальше будет хуже, люди будут продолжать терять глубину и устойчивость чувств, способность к волевому напряжению.

Так, в 1999 году, офицеров немецкой армии, перед отправкой в Косово психологи были вынужденны примирять с мыслью, что есть риск, что их, или их друзей, могут убить и это надо принимать как естественное явление. Настолько военный человек ослаблен цивилизацией.

Перед смертью цивилизация начинает особенно внимательно опекать свои «коренные» народы. Но именно это ускоряет их гибель. На тему вырождения опекаемых народов есть исследование И.Р. Шафаревича: «Социализм как явление мировой истории», где в понятие социализма объединяет исторические случаи регламентации властью жизни населения. Блага цивилизации есть по сути элемент регламентации жизни. Нам говорят и предлагают — как надо жить, а мы лишь исполняем. Идеология глобализма оказывается идеологией цивилизации времени ее заката. Ибо она стремится регламентировать жизнь уже не отдельного человека, но целых народов, определяя им историческую роль либо «золотого миллиарда», либо его слуг, либо изгоев.

7. Разрушительная способность технической цивилизации, связана со становлением технической среды обитания людей, которая порабощает человека. Она возникает как суммарный эффект действия всех достижений цивилизации. Всякое произведение техники, сделанное для облегчения жизни и взятое само по себе, биологической опасности для людей не представляет. Опасность представляет отношение человека к этому достижению, которое ему навязывается через идеологию цивилизации, через рекламу.

Новое качество технической среды максимально проявляется тогда, когда она нарушает контакт человека с естественной средой, с Природой.

Человек потому и человек, что всегда создавал жилище и предметный мир, который можно было бы называть технической средой. Но, выходя за дверь дома, человек попадал в Природу — шел по земле, дышал естественными запахами, видел поля, лес, горы, озера, мог всего этого коснуться. Его орудия были большей частью приспособлены для работы в естественной среде.

Человек в природной среде, без дома и орудий — не человек. Но остается ли он человеком без Природы, только в технической среде обитания? Мы находим, что при этом он медленно изменяется. Происходит с ним следующее:

1. Утрачивается смысл понятий родная земля, нация, народ, традиция, культура.

2. Появляется абстрактно-безразличное отношение к Природе. Выходя «на природу», такой человек калечит ее и засоряет.

3. Ценностным ориентиром становятся деньги и потребление.

4. Мотивы поведения упрощаются, человек становится легко предсказуем.

5. Не создаются семьи, не рождаются дети.

6. В сознании закрепляется установка «после меня хоть потоп», «на наш век хватит».

Для того чтобы быть подверженным этим изменениям сознания, достаточно даже не жить в технической среде, а стремиться к ней, видеть в ней высшую ценность. Иначе говоря, быть подверженным идеологии технической цивилизации. Результатом этого оказывается вымирание, которое сейчас наблюдается у всей белой расы.

Первое из перечисленных изменений нуждается в толковании. Фактически оно говорит, что в технической среде обитания утрачивается понятие патриотизма. Действительно, одна и та же техническая среда при желании может быть создана в любом месте, в любой стране. Язык обслуживания и эксплуатации этой среды является международным и состоит из отдельных команд, не имеющих в себе чувственного начала ни одной нации. Вместо патриотов родной земли мы обнаруживаем патриотов компьютерной техники, общающихся на языке команд и ответов.

Естественная же среда своей земли, как правило, уникальна, и если человек к ней привязан, то он неизбежно становится ее патриотом. И язык его общения становится неизмеримо сложнее машинного алгоритма.

Следующим качественно новым шагом в отчуждении человека от естественной среды становится виртуальная реальность. Здесь человек уже полностью отделен от естественной Среды. У него развивается безответственность к объектам манипуляции. При этом юношеское сознание может быть сформировано виртуальной реальностью в любых извращенных формах.

Развитие этого направления электроники, будет столь же ощутимо по последствиям, как и свободная продажа наркотиков. Вымирание общества, погрузившегося в виртуальную реальность, будет идти ускоренными темпами.

8. Периодически возникающее желание людей выходить из технической среды и стремиться к пребыванию в естественной среде, «на природе» — не просто желание сменить обстановку. Это — биологическая потребность.

Человек имеет потребности, удовлетворение которых ему жизненно необходимо. К числу таких потребностей относится потребность в еде, сне, жилище, продлении рода. К ним относится и потребность пребывания в контакте со своей естественной средой обитания. До сих пор почему-то считается, что это важно только для животных.

К биологически важным условиям обитания человека мы относим и визуальную плотность населения — то, как часто люди вынуждены видеть друг друга. Техническая среда способствует большой плотности населения. Отсутствие легко достижимых мест, где визуальная плотность населения низка (например, леса), способствует прекращению рождаемости. Такой механизм регулировки численности отмечен у животных, он работает на уровне инстинкта, и он должен быть присущ и человеку.

Качественное отличие пребывания человека в природной среде от пребывания в среде технической, состоит в том, что в природной среде человек оказывается участником биоценоза. Он ведет диалог, беседует с Природой, а не посылает команды. У Природы есть своя жизнь и свой характер. У техники этого не должно быть по самому замыслу. Все технические ответы человеку предсказуемы. Техника не имеет права на индивидуальность. Беседа с Природой происходит на чувственном бессознательном уровне. Она может продолжаться бесконечно и после этого остается чувство радости, появляются новые силы.

Беседа с Природой всегда имеет характер духовного общения. Общение на уровне команд и ответов здесь почти исключено. Духовная связь может быть только с духовным. В языческом понимании, это беседа с духами и предками своей земли. Эта беседа удается только в том случае, когда человек (пусть бессознательно) проявляет к ним уважение, возводит связь с Природой в разряд высших ценностей, поскольку признает себя с нею в родстве.

Так, что основная заповедь язычества — не отделяться от своей Природы. При ее соблюдении, будет неизбежно происходить восстановление первозданного мирового порядка и первозданной гармонии. Если мы уходим в Природу — буквально уходим странствовать, то всякий раз Природа стремится вывести нас к началу творения, которое может быть осознанно только как религиозное. В любом случае, странствующим человеком явно ощущается чувство внутреннего обновления и восторга, если он родственен, если его внутренние ритмы совместимы с той частью нашего природного ландшафта, которому он себя доверил.

Исполнение этой простой заповеди: не отделяться от своей Природы — спасает человека от порабощения цивилизацией, а Природу от гибели. Этому надо следовать всегда, независимо от уровня технического прогресса.

Связь человека со своей естественной средой обитания должна входить в число высших ценностей. При этом человек более, чем теперь должен стать созерцателем, должен научиться работать в Природе душой и радоваться этому. Он должен ставить себя в равные отношения с Природой. Быть поэтом и снова научиться слагать простые песни о том, что видят его глаза.

9. Нам никуда не деться от пороков цивилизации. Цивилизация разрушает монастыри и возвращает Робинзонов обратно в свое лоно. Свойственный некоторым нашим патриотам или религиозным идеологам бескомпромиссный конфликт с потребительским мышлением ведет к тому, что аристократ духа становится добровольным Робинзоном, оказывается живущим вне цивилизации и в нищете. Дальнейшая его жизнь уже оказывается от него не зависящей. Его потомки с таким образом жизни не соглашаются и уходят обратно в цивилизованный мир, где предаются всем порокам, думая, что в этом и есть истина, а боровшийся с цивилизацией родитель был не прав.

Таким образом, потомки аристократа духа, будут сильнее всех ослаблены цивилизацией, и потому обязаны первыми погибнуть. К сожалению, это носит характер закона. Поэтому, ориентация всех носителей природной веры на такого рода отказ от цивилизации неприемлем. Это путь отдельных людей или общин. Сам по себе этот путь очень ценен, но он не может являться основным, поскольку ориентирован на вымирание.

Естественно попытаться понять — что в такой ситуации делать человеку? Отказаться от цивилизации, уйти в монастыри и леса может незначительное меньшинство. Цивилизация разрушает монастыри и возвращает «Робинзонов» обратно. Она предоставляет творческие возможности, но она же и порабощает так, что реализовать эти возможности не оказывается воли.

Стало быть, цивилизация оказывается не только благом, но и опасностью. Опасностью не только на экологическом, но и на биологическом, на волшебном уровне. Осознание этого заставляет задуматься многих. Жизнь показывает, что от цивилизации нельзя уйти. Нельзя ничего противопоставить ее финансовой и технической мощи кроме бунта, нищеты и первобытного способа существования. Но, противостоять как-то надо. От цивилизации нельзя уйти, но ее волшебный круг должен быть разорван.

Пока человек голоден, он не может отказаться от развития технической цивилизации. И надо, чтобы ее развитие было эффективным, дабы человек сумел удовлетворить в ней круг своих биологических потребностей, прежде чем цивилизация погубит Природу и его самого.

Техническая цивилизация должна предоставить человеку гарантии, что он будет сыт, одет, будет иметь жилье, работу, досуг, возможность растить детей и дать им образование, иметь силы и возможность для творчества. За это человек отдает ей свой труд. Далее человеку нужно быть здоровым в физическом, моральном и социальном смысле. Здесь его путь и путь цивилизации уже расходятся. Это значит, что не теряя тех жизненных гарантий, которые дает техническая цивилизация, нужно суметь добровольно отказаться от всех ее излишних благ. В этом суть противостояния цивилизации.

Для этого, в обществе должна жить и развиваться идея, позволяющая человеку выжить в самых комфортных и быстро изменяющихся условиях. Очевидно, эта идея не может опираться на экономику. Поэтому она не может быть политической. Она может находить опору только в человеческом духе, и поэтому должна быть сопряжена с верой, с религией.

Обращая внимание на становление таких религий как христианство или ислам, мы находим, что, в свое время, они перевернули мир. Сейчас они желают лишь приспосабливаться и стараться сохранять его таким, какой он им нужен — вровень со степенью собственного одряхления и порока. На этом примере мы видим, что мир, цивилизацию, переворачивает именно идея. И эта идея потом формирует мир по-своему. Переворачивает она его один раз. Ныне христианство уютно живет в искусственной среде европейской цивилизации. Там же ислам бархатными речами уверенно набирает себе сторонников.

О том, как наше христианство приспособило себя к жизни в постсоветском обществе — можно написать тома. Напомним лишь, что РПЦ приняла из рук воров и предателей украденные у народа дары, чем оправдала геноцид нашего народа и выразила согласие с идеологией глобализма.

Задача язычества не в том, чтобы сокрушить цивилизацию. Мы знаем, что это неизбежно произойдет. Это случится не по нашей воле, а в силу разрушительного начала, уже явившегося в Мир. Наша задача иная. Мы противостоим цивилизации в той ее части, которая несет смерть человечеству. Мы обязаны дать людям идею выживания в том мире, который ими создан. Если они примут эту идею, то поймут как защититься, чтобы крах цивилизации не унес того, что должно жить далее.

10. Языческое учение, которое мы здесь предлагаем, опирается на справедливость — на открытость, на естественные возможности человека и отсутствие злого тайного умысла.

Фактически нас интересует возможность нравственно и физически здоровой жизни в условиях современной цивилизации. Основная задача носителей природной веры видится в том, что надо здесь, в условиях цивилизации показывать, что людям недостаточно одного потребительского мышления, хотя потребление и лежит в природе человека. Поэтому нашей задачей оказывается не противопоставить, себя цивилизации, а дополнить ее. Тогда гипертрофированное потребительское мышление сократится до своих естественных размеров. Без духовной борьбы такое дополнение не случится.

Жизнь человека надо дополнить тем, что было у него до появления современной цивилизации. Ее надо дополнить опытом предков, что запечатлен в традиционном укладе жизни и культуре, дополнить первобытным инстинктом связи человека со своей землей и роскошью неторопливого общения, когда понятны мысли и чувства собеседника.

В первобытный инстинкт, по нашему мнению входит потребность рожать детей больше двух, поддерживать свое здоровье естественными способами, правильно отдыхать и работать, брать от своей земли не более, чем самому надо, находить тепло и поддержку у своих друзей и близких.

Чтобы большинство людей признало такое возрождение человека правильными, а не объявило его навсегда ушедшей идиллией, должна быть вновь найдена древняя идея, древний способ мышления, приводящий сознание к состоянию необходимому для продолжения жизни. Первобытный человек интуитивно, а потом и осознанно, обладал такой идеей. Через нее он понимал и принимал силу земли, и выживал.

Самым прочным фундаментом любого учения является вера. Поэтому, современному человеку, для полноценной жизни, требуется вера, обращенная к силе родной земли и Природы.

О новой демографической политике

Новая демографическая политика жизненно необходима России. На 2006 год это стало уже избитой фразой. Сегодня требуется переход от слов к действию. Однако, еще совсем недавно, даже заявить об этом было нельзя. Сама постановка демографической проблемы была под запретом.

Здесь приводится воззвание, которое, в первой половине 2000 года, было разослано по интернету лидерам политических партий страны и в администрацию президента. При этом разницы между коммунистами и демократами принципиально не делалось. Так же оно было распечатано, и через почту разослано в десять крупнейших газетных издательств, независимо от их политической ориентации. Ответом нам было ото всюду гробовое молчание. Наше воззвание не привлекло внимания ни лидеров политических партий, ни прессы, но от этого поднятые в нем проблемы не исчезли.

Открытое обращение старейшин языческой общины «Коляда Вятичей» к президенту России В.В. Путину, к лидерам политических партий России, к средствам массовой информации.

1. Наш религиозный долг заставляет нас обратиться к лидерам нашего государства с просьбой начать решение неотложной и важнейшей государственной проблемы.

Все мы знаем, что в течение десятилетия в России имеет место отрицательный прирост населения. Мы вымираем. Демографы уже сделали оценки спада численности населения России в грядущем веке. Если этот процесс не будет остановлен, не будет повернут вспять, то через семьдесят лет наша земля будет занята народами Азии и Китая как пустующая. Отстоять ее мы не сможем по причине нашей малочисленности. Исторически, такая участь постигла Тибетское государство.

2. Мы так же находим, что решение демографической проблемы нельзя откладывать на какое-то далекое, неопределенное время, которое выходит за пределы сроков выборов или сроков президентского правления. Вместе с этим, решение демографической проблемы, а именно проблемы рождения и воспитания последующего поколения, не может быть решено через агитационную кампанию и за сроки, сравнимы с колебаниями политических пристрастий общества. Для решения этой проблемы нужен подлинно государственный подход, рассчитанный на долгую перспективу, когда применяемые меры могут и не давать быстрого результата.

Нам представляется, что у нас, наконец, начал складываться государственный подход власти к решению государственных проблем. Именно поэтому мы и делаем наше обращение.

3. Самый естественный ответ, который мы можем получить на наше обращение, состоит в том, что сегодня у государства нет средств на стимулирование рождаемости.

Мы знаем, что рано или поздно государству неизбежно придется искать средства для этой цели. И чем позже оно начнет это делать, тем большие средства понадобятся. Но при этом мы бы не делали нашего обращения, если бы считали, что только экономическими средствами исчерпывается и может быть решена проблема.

Страны Западной Европы имеют очень высокий жизненный уровень и имеют необходимые средства, но они так же стоят перед угрозой демографической катастрофы. Из этого становится ясно, что благосостояние народа и богатство страны не решают демографической проблемы. Рост численности населения определяется не богатством страны, а совершенно другими факторами.

Если перенаселенная Европа может позволить себе несколько уменьшить свою численность, то нам, владеющим седьмой частью Мира, это непозволительно.

4. Почему наш народ отказывается рождать и воспитывать детей? Мы думаем, что в государстве есть эксперты, способные дать ответ на этот вопрос. Мы понимаем, что потребность рожать детей обусловлена не только инстинктом, но и национальной традицией. Наш народ начал отказываться от рождения детей и традиционного образа жизни, поскольку перед ним фактически была поставлена цель сменить его на образ жизни Западной Европы, в надежде, что со сменой образа жизни появится и западноевропейское богатство. Хорошо ли это и правильно ли это? Богатство у нас при этом не появилось, а западноевропейские народы хотя и благоденствуют, но при этом вымирают.

За десять лет достижения этой цели, в народе стал преобладать пессимистический взгляд на перспективы жизни, поскольку с отказом от традиционных ценностей утрачивается и смысл жизни народа.

Таков ответ в целом. Теперь дадим этот же ответ исходя из частностей жизни.

Рождать детей стало не модно. Если жена собирается заводить второго ребенка, то подруги говорят ей так: «Дура, зачем тебе это надо?» Действительно, общество раскрывает такие перспективы потребления и наслаждения жизнью, при которых дополнительные дети, и беременность выглядят помехой. Это побуждает женщину к независимости от уз домашнего очага и от детей.

По этой же причине и мужчина выбирает более простой способ жизни без семьи и детей.

В бедных семьях рождение ребенка рассматривается как экономическая катастрофа, там появился классический вопрос: «Зачем нищету плодить?» В крупных городах рассуждают чуть иначе: «Зачем рожать в этот муравейник?» Все эти вопросы из трех — пяти слов придумал народ, и мы только подслушали их.

Заметим, что в русской народной традиции рождение ребенка всегда рассматривалось как счастье и приобретение богатства. Рождение детей было экономически оправдано, потому, что рождался будущий работник. Рождение и воспитание наследника всегда рассматривалось как важнейшее, оправдывающее жизнь дело. Сегодня сознание нашего народа перевернулось наоборот.

Независимо от экономических условий, сегодняшнее общество молчаливо создает условия, при которых холостому человеку жить много проще и «полноценнее», чем семейному. На это, в частности, ориентированы реклама табака, водки, распутного образа жизни, некоторые газеты, телефильмы, где герои — одиночки никогда не связанны никакими семейными отношениями. На это же направлены бульварные детективы, и многое другое в атмосфере современной жизни.

Модные женские журналы заполнены красотками, которые делятся опытом пользования косметикой, но не опытом воспитания детей. Молодежи активно объясняется как вступать в половые отношения, но при этом не зачать, чтобы дети не обременяли жизнь. О том, что общение со своим ребенком доставляет радость — об этом молодежи не сообщается и это не разъясняется так подробно.

В стране действует привезенная с Запада «программа планирования семьи», в которую заложена ориентация на сокращение семьи и на отказ от нее, и т. д.

5. Весь этот психологический пресс на рождение детей приводит к тому, что рождаемость падает не в силу того, что в народе царит нищета, (эта причина существенная, но не главная), а потому, что народное сознание переориентировано на ценности, исключающие ценности традиционные, ценности родовые.

Внимательное изучение истории убедило нас в том, что всякий жизнеспособный народ несет в себе родовые ценности, утверждающие, что вступление в брак, рождение детей, их воспитание, создание для этого своего дома и поиск пропитания — относится к человеческому долгу. Это является первостепенной задачей каждого здорового человека, какой бы сложной она ни казалась. А все, что препятствует этому — чаще всего оказывается является развратом. Без постоянного утверждения этих родовых ценностей народ вырождается и вымирает.

Потому мы обращаемся к руководителю нашего государства и к лидерам политических партий с предложением: вспомнить и начать говорить с высоких трибун о традиционных народных ценностях. Подчеркиваем: для этого не надо начинать с трат государственных средств. Для этого надо начать словами утверждать родовые ценности. Для этого надо обратиться к представителям культуры, к учителям, к средствам массовой информации. Призвать их говорить и утверждать идею приоритета традиционных родовых ценностей над другими социальными идеями.

В частности, надо говорить о том, что вступать в брак, рожать и воспитывать детей — это правильно и престижно. И не утверждать обратное. Надо, где возможно, проявлять уважение и давать льготы семейным людям и лишать этого людей взрослых но не семейных. Надо вспоминать какие есть формы родства и через средства информации приводить благожелательные примеры отношений не только ближних, но и дальних родственников. Это должно внедряться в сознание молодежи через государственную идеологию и через школу. Это должно увязываться с другими элементами народной традиции, которые так же должны быть восстановлены в едином комплексе.

Что есть народная традиция во всей своей полноте — пусть на этот вопрос дадут ответ этнографы. За краткостью мы не можем говорить здесь об этом. Подчеркнем лишь, что родовые ценности всегда увязаны со всем комплексом народной традиции, и они не могут быть из нее вырваны. Самым простым и важным элементом народной традиции является народная песня. Народ, который поет свои песни — здоровый народ. Об этом свидетельствует исторический опыт.

Естественно, что при этом надо серьезнее отнестись к той культурной и духовной продукции, которая приходит в нашу страну с Запада. То, что идет в явный разрез с родовыми ценностями — не должно доходить до народа. Такую цензуру не следует рассматривать как посягательство на свободу народа или на ценности демократии.

6. Наверное, все понимают, что слова с высокой трибуны о возвращении к традиционным ценностям не могут быть временной кампанией. Об этом нельзя поговорить, что-то сделать и забыть, как это было, например, при горбачевской безалкогольной кампании и при многих других государственных начинаниях. Идея о приоритете традиционных родовых ценностей должна жить в обществе, как это было в предыдущие исторические эпохи. Мы подчеркиваем это: традиционные родовые ценности были приоритетными в обществе в течение столетий, сколько помнит себя наш народ! Ситуация резко изменилась лишь в конце двадцатого века.

Если государство начнет предлагаемую тут новую (старую) демографическую политику, то примерно через год надо будет пойти на планирование бюджетных затрат. Для успешной экономической поддержки демографической политики, на наш взгляд, потребуется следующее.

Во-первых экономическая стабильность даже при не высоком уровне экономического развития. Мысль, что завтра будет экономический крах — должна покинуть общество.

Во-вторых, увеличение денежной дотации на детей, в частности увеличение ее до прожиточного минимума у малоимущих семей. Рождение ребенка ни в коем случае не должно увязываться с понятием экономического и социального бедствия. Ребенок — это не «спиногрыз», как сейчас многие вынуждены считать.

В-третьих повышение зарплаты работников детских садов, учителей, работников культуры, спортивных учреждений.

В-четвертых — борьба с уголовщиной и наркоманией в стране и в детских коллективах.

В-пятых — для новой семьи среднего по стране достатка должен быть какой-то общий путь получения жилья.

Из перечисленного сегодня самым важным является второй пункт.

Мы знаем, что есть магия слова. Если значение родовых ценностей и новой демографической политики будет оговорено на всех уровнях государства, то принятие соответствующих бюджетных статей расходов не вызовет почти ничьей негативной реакции.

Естественно, что все это в интересах государства. Это может дать быструю политическую отдачу, хотя экономическая отдача будет лишь через двадцать лет, когда поколение вырастет и начнет работать. Хочется напомнить, что в советское время, после войн и катастроф, на словах и часто на деле забота о будущем поколении была первостепенной. Если мы отказались от социализма, то ведь не ради худшего!

Повторим так же, что этому нет альтернативы. Если народ и государство не изменят отношения к родовым ценностям, то через сто лет ни русских, ни белорусов, ни украинцев не будет на Земле! Вероятно, через сто лет не будет и народов Западной Европы. Они исчезнут, как в свое время исчезли римляне или другие народы.

Подписано: старейшины общины: Заряна (И.Г. Механьтьева), Мизгирь (А.Л. Потапов), Дионис (Д.Ж. Георгис), Велимир (Н.Н. Сперанский).

Обращение принято на собрании общины 6. II. 2000 г.

7. Таково было наше обращение. Мы пытались обратить внимание власть имущих на то, что проблема рождения новых поколений у нас перерастает из экономической проблемы каждой отдельной семьи в проблему социальную, когда общество видит в рождении детей принципиальную обузу. Обращение было проигнорировано всеми без исключения партиями и газетами. И это объективно характеризовало интересы нашей Российской власти.

Есть еще одна проблема общества с низкой рождаемостью. Единственный ребенок в семье вырастает эгоистом и потребителем именно тех товаров, которые вожделенно стремится дать ему техническая цивилизация. В многодетных семьях, дети заняты друг другом. В результате неизбежно происходит социальное воспитание, при котором воспроизводятся традиционные отношения, в том числе воспроизводится и языческая традиция через игры и соблюдения норм старшинства. Поэтому многодетная семья способна противостоять давлению глобализма, а изолировавшиеся друг от друга семьи с одним ребенком принципиально не могут.

Для них выход состоит в объединении нескольких семей в общину, которая регулярно проводит народные праздники. В основе такого объединения всегда должна лежать взаимная симпатия. Это может быть и не религиозная община, в том смысле, что она видит высшие ценность язычества не с религиозной, а с эстетической стороны. Языческие ценности проявляют свою защитительную силу уже на эстетическом уровне. Достаточно просто восхищаться ими, чтобы начать чувствовать их благотворное влияние.

 

Еще несколько слов о демократии

1. Само собою, что нас интересует истина. Демократия с одной стороны регламентирует широкие права и свободы человека. С другой стороны, это само по себе не делает государства сильными. К демократическим государствам оказывается возможным подобрать методы внешних воздействий, чтобы развалить их и превратить в зависимые, полуколониальные государства. Это реально произошло в СССР. Советское государство было развалено посредством безудержного роста демократических свобод. Государство шло на поводу у демократов и буквально предоставляло им все, что они требовали. Результат: полная зависимость элиты от политической воли США и распад страны.

Это же реально произошло через цветные революции в Сербии, Украине, Грузии, Киргизии. Успех путча наркомафии в Таджикистане так же обусловлен слабостью образовавшегося там демократического государства, позволявшего больше, чем разумно допустимо.

При этом способ развала государства в подстрекательской книге Дж. Шарпа предлагается все тот же: народ побуждают требовать от демократического государства свободы большей, чем оно может позволить. Иначе говоря, и теория, и перечисленные выше примеры показывают, что предоставляемые при демократии свободы с какого-то момента чреваты ослаблением государства и проникновением в него агентов влияния мирового глобализма. Такая опасность существует для каждого демократического государства.

Обратимся к Википедии (доступной энциклопедии в интернете) и выпишем что стандартно обещается при демократии. Это: Свобода слова. Свобода вероисповедания и отправления веры, религиозных культов и обрядов. Отделение религии от государства и школы от религии. Независимость печати и других средств массовой информации (включая телевидение). Деполитизация и департизация армии, полиции, органов государственной безопасности, прокуратуры и суда. Гражданский, общественный и парламентский контроль за армией, полицией, органами госбезопасности и другими силовыми структурами. Право граждан на свободное получение и распространение полной, достоверной и правдивой информации о деятельности органов власти и управления. Свобода творчества и творческого самовыражения, и в частности свобода выражения мнений. Свобода мирных собраний, шествий, митингов и демонстраций. Свобода союзов, организаций и политических партий. Гарантия личной неприкосновенности граждан. Обещается право человека на жизнь, личную свободу и безопасность. Право частной собственности, гарантии её неприкосновенности и право на свободу экономической деятельности. Обещается независимость и беспристрастность суда. Обещается ответственность чиновников исполнительной власти перед представительными органами. Ограничение вмешательства государства в деятельность экономических субъектов, граждан, общественных организаций, партий и движений, религиозных конфессий, органов местного самоуправления. И так далее.

Иначе говоря, если все эти права будут исполняться в государстве неукоснительно, то любое государство тут же развалится. По этой причине, все эти права не выполняются целиком всегда и для всех. Эти права лишь регламентированы, и если человек очень долго борется за них, то, возможно, их и осуществляют в его конкретном случае. Мы хорошо это знаем. На эту тему, еще в СССР, был сочинен анекдот. Человек пришел к юристу и спрашивает: — Имею ли я право? Юрист отвечает — Имеете. — Нет, имею ли я право? — Ну, конечно же имеете! — Тогда могу ли я? — Нет, не можете. Очевидно, анекдот актуален и сегодня.

2. Если говорить о народовластии на основе русской традиции, то в первую очередь следует указать, что деревенская община, будучи самоуправляема, никогда не давала таких прав и, стало быть, такой власти своим членам, как описано выше. Иначе говоря, не всякая свобода во благо. Иная свобода ведет к развращению и развалу общества, и чаще всего требуется она не честному труженику, а жулику и вору. Это очень легко понять из того, что в начале девяностых годов в России от демократии получили неслыханное преимущество именно воры и преступники, а не честные граждане. И в то время как воры через коммерческий капитал вздувал инфляцию, честные люди имели внутри себя механизмы сдерживания и чувство ответственности перед другими людьми, из которых следовало, что нельзя поступать так, как это разрешено.

Итак, свободы человека в обществе имеют свои границы. Демократия регламентирует свободы, выходящие за пределы, при которых общество может существовать устойчиво. При этом западные демократии, да и нынешняя российская демократия, существуют.

Собственно, возможно две организации общества. Первая, основанная на чести, где совершенно прозрачны законы, права и запреты. В обязательном порядке, без юридических проволочек, будет осуществлено то, что разрешено, но чего нельзя — того действительно нельзя. Это модель русской деревенской общины. Это модель общества японских самураев, насколько оно нам известно. В рамках такого общества возможны различные вариации. Такое общество сословно с ясным разделением половозрастных ролей. Так организованно всякое традиционное общество, стоящееся на родовом принципе.

И возможно демократическое общество, которому удается существовать потому, что в его основе лежит принцип обмана, базирующийся на провозглашении свобод и возможностей, которые с пробуждением народного сознания действительно предоставляются в каком-то объеме, но потом молчаливо вновь забираются и делаются лишь иллюзорными, хотя и прописанными в конституции. Иначе говоря, это такое общество, в котором действует принцип частичного исполнения данного каждому члену общества прав.

Другим принципом демократии является двойная власть. Этот принцип делает общество непрозрачным и для граждан, и для разведок других держав. Первая власть — это та выборная, которая всем видна и известна. Она более — менее контролируема прессой, она создает фасад, закрывающий следующий уровень власти. В родовых обществах, эта власть либо основная, либо ее полномочия оговорены монархом. При демократии эта выборная власть становится марионеточной и не выполняет той функции, которая на него формально возлагается.

Второй уровень власти при демократии, это власть тайная, которая управляет властью явной в ключевых вопросах жизни государства. Если этого второго уровня власти не будет, то демократическое государство станет уязвимо: будет парализовано своими же свободами и внешними тайными экспансиями со стороны других государств. С неограниченным усилением власти второго уровня общество парализуется безынициативностью, а затем и коррупцией. Власть второго уровня принципиально организует искусственные трудности для власти первого уровня с целью ограничения ее возможностей.

Глобализм — это власть транснациональных корпораций над вторым уровнем власти. В типичном демократическом государстве второй уровень власти организуется спецслужбами, сросшимися с мафией и национальной буржуазией. Поэтому глобализм ведет идеологическую войну именно со спецслужбами государств. После победы над спецслужбами, мафии и национальная буржуазия — покупаются и подчиняются глобализму. Власть глобализма над вторым уровнем власти является самым таинственным политическим параметром. Эта власть могла бы быть выражена в процентах, и ее величина не постоянна во времени.

3. Возвращение к традиционному обществу потребовало бы разоблачения способа осуществления демократических свобод. По сути, демократия оказывается тонко организованной деспотией. Признавая это, так же следует признать, что согласно ряду исторических примеров, традиционное общество и государство не могут противостоять обществу и государству, построенному на демократических принципах. Так что, например, возвращение России к состоянию традиционного сословного государства (с царем во главе), сделает страну открытой для наших противников и потому не дееспособной на мировом уровне. Такое возвращение к традиции — фантастично. Реально в России может быть лишь создана бутафория, когда царь — батюшка посажен на трон и окружен дворянством, но управляют страной не они, а все те же анонимы, что и сегодня.

Именно поэтому язычество не ставит целью восстановление традиционного общества в масштабах государства. Иные скажут, что у язычников для этого «кишка тонка». Дело не в «кишке», а в том, что и на государственном уровне неизбежно соблюдается тот же принцип: «с волками жить — по волчьи выть». Ситуация в мире сегодня требует демократического государства с двойным дном. Иначе Россию с очевидностью сожрут.

При этом уровнем ниже, в масштабах местного самоуправления, нам представляется возможным организация традиционных общин, построенных на родовых принципах. Мы понимаем, что жизнеспособный человек может появиться именно в таких общинах, в то время как вне общин — в условиях демократии люди будут неизбежно вырождаться. Усилия язычества и языческая революция (о ней в третьей главе) должны ориентироваться в этом направлении.