— СЮДА! СЮДА! СЮДА,ДОРОГУША!

— КАК ТЕБЯ ЗОВУТ?!

— УЛЫБНИСЬ! УЛЫБНИСЬ, КРАСИВО!

— ТЕПЕРЬ ЧЕРЕЗ ПЛЕЧИКО! ЧЕРЕЗ ПЛЕЧИКО!

Крики папарацци были настолько удивительными, а вспышки света настолько поражающими, что Мэдди почти упала назад на сиденье машины. Она покачнулась на шпильках, оперевшись на дверь машины, и попыталась выдавить улыбку. Потом повернулась в поисках Джекса, но увидела лишь очередные ослепительные вспышки с другой стороны автомобиля. Она была окружена. Попала в тюрьму нежелательного внимания, как животное в зоопарке. Когда она сделала неуверенный шаг вперед, крики папарацци сменились вопросами, выкрикиваемыми ей в лицо журналистами с телекамерами.

— ЭТО ТЫ НА ФОТОГРАФИИ?!

— ЭТО ТЫ ЗАГАДОЧНАЯ ДЕВУШКА ДЖЕКСОНА?!

— КАКОГО ЭТО ВСТРЕЧАТЬСЯ С АНГЕЛОМ?!

— КОГДА СВАДЬБА, ДОРОГУША?!

Мэдди снова споткнулась и протянула руку к двери машины, но служитель уже закрыл ее, и машина уехала. Ее глаза метнули молнии, в поисках путей к отступлению. Она посмотрела на тротуар и увидела толпы фанатов, истерично бьющихся о металлические заграждения, как бушующее море. Их внимание мгновенно переключилось с близнецов Стивена и Сиерры Чёрчсон, брата и сестры, вступавших в Полномочия в этом году, на Джекса и Мэдди.

Обернувшись, Чёрчсоны бросили на Джекса раздраженные взгляды и начали идти по ковру. Толпы кричали Мэдди какие-то слова, которые она не могла разобрать, и отчаянно тянули к ней руки. Она вдруг осознала, что если бы толпа ее достала, то просто бы проглотила. Автоматические затворы телеобъективов громко жужжали. Вспышки взрывались, как безжалостные молнии. Крики фанатов звенели в ее ушах. Внезапно она почувствовала, как земля уходит у нее из под ног, двигается, подобно палубе корабля. Голоса начали отдавать эхом, будто она находится под водой. Как будто она тонет. Мир завертелся, и Мэдди заставила себя сделать последнее движение. Когда она почувствовала, что зацепилась носком туфли за тротуар, то поняла, что сейчас упадет. Кто-то дотянулся и крепко схватил ее за руку. Это был Джекс.

— Ты в порядке? — прокричал он сквозь рев. Мэдди слабо кивнула.

— Идем, нам сюда, — подбодрил он и повел ее, все еще спотыкающуюся, по ковру. Мэдди держалась за руку Джекса, чтобы не упасть, пытаясь вновь собрать воедино расколовшееся на части сознание. Она опустила голову вниз, но как только ей приходилось поднимать глаза, она натыкалась на недоверчивые взгляды. Не могли же они все смотреть только на нее, ведь так? Через секунду к ним подошла женщина в брючном костюме с рассерженным взглядом:

— Где ты был? — спросила она Джекса. — Они собираются свернуть ковер, а сучка ангелов Уикли дышит мне в затылок. Кстати, у тебя двухчасовая церемония, не забудь.

Затем она повернулась и холодно осмотрела Мэдди:

— Кто это?

— Дарси, это Мэдди, — ответил Джекс, так тепло улыбаясь Мэдди, что казалось, что он светится. — Мэдди, это Дарси, мой представитель.

Глаза Дарси пробежались по платью, туфлям и прическе Мэдди. Затем она протянула руку:

— Привет, Мэдди. Приятно познакомиться. — Мэдди попыталась вежливо улыбнуться.

— Приятно… — но Дарси уже повернулась обратно к Джексу.

— Ты должен дать интервью А! И пожалуйста, после сделай промо для спонсоров и сфотографируйся с их подарками, только на этот раз действительно возьми у них что-нибудь. — Она заглянула в свой Берри. — Пойдем; нам нужно поторопиться.

Она взяла Джекса за руку и повела его через толпу. Мэдди последовала за ними, изо всех сил стараясь не отстать. Она услышала, как женщина шикнула в сторону Джекса что-то вроде: «Ты не мог сначала рассказать мне, чтобы я хотя бы завершила ремонт?». Они приблизились к большому белому стенду с бесконечно повторяющимся логотипом ангелов Уикли и отряду фотографов и телекамер, стоящих прямо напротив нее. Джекс обернулся и протянул руку обратно к Мэдди:

— Пойдем! — сказал он.

— Джекс, нет… — запротестовала она, но он без каких-либо видимых усилий взял ее за руку и поставил перед стендом рядом с собой. Последовал переливающийся взрыв света. Затем новые крики: «Вместе! По-отдельности! Снова вместе!». Им хотелось знать, чье платье было на Мэдди. Этот вопрос показался ей абсолютно бессмысленным, поэтому она даже не попыталась на него ответить. Вместо этого она сосредоточилась на том, чтобы стоять на шпильках прямо. После съемок Дарси быстро повела их дальше по ковру, и они миновали очередь из журналистов.

— Никакой прессы. Комментариев не будет, — сказала она, отмахиваясь от журналистов, бросавших на нее злые взгляды. Мэдди было интересно, связано ли внезапное изменение планов с ней. У нее было неприятное ощущение, что да.

— Я разберусь с этим завтра, — шепнула Дарси.

— Мы расскажем им…

— Джекс! — голос прорезал шум позади них. Даже Мэдди узнала его. Все трое обернулись. Это была Тара Ривз из А!. На ней было украшенное стразами платье с разрезом, обнажающим ее загорелую ногу и туфли на шпильках от Джимми Чу. Она сложила ладони, как при молитве, и умоляюще смотрела на Джекса.

— Мы не даем интервью, — строго сказала Дарси.

«Да, Джекс, нам оно не нужно», — мысленно поддержала Мэдди.

— Да брось, Тара клевая, — сказал он и потащил Мэдди к ожидавшей съемочной группе. Дарси приложила ладонь ко лбу, и ее лицо застыло в немом крике.

— Главное событие сегодняшнего вечера для всей молодежи Города Ангелов, — начала Тара бодрую подводку, — это вечеринка, предваряющая вступление ангелов Уикли в обязанности, в честь кандидатов этого года, и особенно Джексона Гадспида! — Она повернулась к Джексу и Мэдди. — А вот и сама звезда вечера! Привет, Джекс!

— Привет, Тара, я очень счастлив быть здесь, — ответил Джекс с расслабленным до невозможности видом.

— Так что, сегодня можно будет обо всем забыть и веселиться по полной программе?

— Да, это так. Это действительно большая честь видеть здесь всех, кто пришел поддержать меня.

Мэдди подумала, что она могла бы сойти за помощницу Дарси или какой-нибудь другой обслуживающий персонал, от которого не ждали, что он заговорит. Для нее было бы идеальным молча простоять рядом с Джексом до конца интервью — и всем большое спасибо. Но тут, даже не предупредив, Тара повернулась к ней.

— И кто же ваша восхитительная спутница, Джекс? — Никто еще не называл Мэдди восхитительной. Оператор навел на нее камеру и сфокусировал объектив. В эту минуту Мэдди готова была умереть.

— Это Мэдди, — улыбаясь, ответил Джекс.

— Ну, Мэдди, как ты? — просияла Тара.

— Я… супер, — ответила она неубедительно. Она с трудом выдавила из себя слова, и ее голос звучал странно и хрипло.

— Что на тебе сегодня? Это винтажное платье такое миленькое. — Мэдди моргнула. Тара снова повторила свой вопрос. Он был абсурдным. Она была одета в одежду, так ведь? Она, конечно же, была одета не в человека.

— Хо-хорошо, — заикнулась она, — это платье моей матери.

— О, — прощебетала Тара, подняв подведенные карандашом брови. — Разве это не мило?

Дарси покрутила пальцем, показывая, что пора заканчивать. Тара широко улыбнулась, обнажив белоснежные зубы.

— Вот, что у нас есть, дамы и господа, Джексон Гадспид — самый завидный ангел в мире, уделил на часть своего времени прежде, чем он станет хранителем в эти выходные! — Тара поблагодарила Джекса, и Мэдди почувствовала руку на ее спине. Дарси быстро увела их с ковровой дорожки.

Пока они шли к двери отеля SLS, Мэдди почувствовала, что ее сумочка завибрировала. Она осторожно вытащила древнюю раскладушку и посмотрела на нее. Это было сообщение от Гвен. В нем говорилось: «Смотрю обзор о вступлении в обязанности. Я сошла с ума? Это ТЫ?» Мэдди почувствовала приступ тошноты. Если Гвен видела это, возможно, все увидели это. Как она объяснит это своей лучшей подруге? Или Кевину? Или кому-нибудь еще, если на то пошло?

— Тебе нужно ответить? — спросил Джекс, заметив телефон.

— Нет, — сказала Мэдди и быстро спрятала телефон обратно в сумочку.

Дарси привела Мэдди и Джекса в тускло освещенную комнату с многочисленными стендами. У складного столика их зарегистрировали и дали им большие, пустые пакеты.

— Для чего это? — шепнула Мэдди Джексу.

— Увидишь, — сказал Джекс и, ухмыляясь, подвел ее к первому стенду. Стенд был наполнен спортивной обувью Nike Wings. За прилавком стояла милая азиатка в топе без бретелек и латексных сапогах до колена. Она оглядела Джекса с ног до головы, когда они приблизились, и поздоровалась, низко нагнувшись всем телом. Казалось, Джекс не заметил.

— Есть ли у вас женские размеры? — спросил он.

— Да, конечно, — сказала девушка и повернулась к несчастью Мэдди. — Какой у тебя размер, дорогуша?

— Ой. Шестой, но… — Мэдди замолчала и покраснела. — Я не взяла кошелек.

Она не могла позволить себе Nike Wings, в любом случае. Гвен в прошлом году копила два месяца, чтоб купить пару. Они стоили 250 долларов. Натянуто улыбаясь, девушка принесла коробку и передала ее Мэдди.

— Они бесплатны, дорогуша, — сказала она с усмешкой. Мэдди взяла коробку и посмотрела на нее. Теперь у нее была совершенно новая пара Nike Wings. Ее обувь, обычно, была от Payless. Это было нереально. Джекс улыбнулся девушке, которая растаяла от его взгляда, а затем привел Мэдди к следующему стенду.

— Прости, — сказала Мэдди, смущенно. — Я не понимаю.

Джекс с теплотой посмотрел на нее.

— Все в порядке. Мне нужно объяснить, что они имеют в виду под подарочным набором. Просто бери все, что хочешь. — Мэдди остановилась и осмотрела комнату. Камеры, ювелирные изделия, часы, телефоны, парфюмерия, и прочее, и прочее. Все основные марки, и бренды класса люкс тоже.

— Все это… бесплатно?

— Конечно, да.

— Н-но, — Мэдди запнулась, — ты из тех, кто может себе позволить это.

— Я знаю, но я смотрю на это с точки зрения перспектив. Если я сфотографируюсь с любым из этих товаров, знаешь, сколько денег получат эти компании? Я говорю о сотнях, тысячах, даже миллионах долларов к дополнительным продажам. — Джекс смотрел на нее внимательно, как будто она нуждалась в его одобрении.

— О, — сказала Мэдди, пораженная и шокированная этим заявлением. Она поняла суть, но что-то из этого выглядело таким неправильным. Так несправедливо.

Джекс водил ее от стенда к стенду, наполняя ее пакет новейшими гаджетами и аксессуарами. Здесь было все, что Кевин никогда бы не позволил получить ей. Они подошли к последнему стенду и глаза Мэдди расширились. Здесь было то, что ей очень нужно. Джекс увидел выражение ее лица и улыбнулся.

— Она возьмет один, — сказал он. Ребенок у стенда мгновенно настроил его, даже позвонил и активировал услуги.

И затем он передал Мэдди совершенно новый БлэкБэрри. Мэдди не могла поверить в это. Гвен, не переставая, говорила об этом телефоне, и он не появится на прилавках магазинов еще шесть месяцев. Она открыла сумочку и бросила его к своей старой раскладушке.

— Ради ностальгии, — сказала она, закрывая сумочку. Они вышли из комнаты и обнаружили Дарси, ждущую их снаружи. Джекс передал пакет Мэдди Дарси. Он не взял ничего.

— Хорошо, — сказала Дарси, взяв тяжелый пакет и набирая текст на своем Бэрри, — вам, ребята, хорошо тут? А то Вивиан нужна моя помощь внутри.

— Да, мы можем подождать здесь, — кивнул Джекс.

— Было приятно снова встретиться, Мэдди, — сказала Дарси, не глядя, а потом умчалась, уткнувшись в свой Бэрри.

Вивиан. Имя эхом отозвалось в голове Мэдди, и она была удивлена неожиданным уколом ревности.

— Вивиан Холикросс здесь? — спросила она. Джекс пожал плечами.

— Да, она просто… друг. У нас один и тот же представитель. — Мэдди с трудом кивнула. Но Джекс улыбнулся своей гипнотической улыбкой, и Мэдди стало так хорошо, что она улыбнулась в ответ, Вивиан или нет — это не имеет значения.

Джекс протянул руку, она взяла ее, и он повел ее обратно по коридору, в сторону шума и суеты вечеринки. На полпути по коридору, Сьерра Черчсон вышла из уборной, ее брат-близнец ждал снаружи. Ее лицо мгновенно помрачнело. У нее была гибкая красота; ее крылья были печально известны своим сходством с крыльями бабочек. Джекс притянул Мэдди чуть ближе к себе. Сиерра наклонилась к Джексу и прошептала ему на ухо что-то, что Мэдди не смогла полностью разобрать. Ей показалось, что она услышала слово «звезда». На его лице появилось смятение. Сиерра неторопливо поплыла дальше, ее бедра плавно покачивались под платьем за четыре тысячи долларов.

— Что она сказала? — спросила Мэдди.

— Нечто странное… Не бери в голову, — ответил Джекс, ведя ее по коридору. Он попытался улыбнуться, чтобы ее успокоить. — Готова?

Для Мэдди войти на вечеринку, без преувеличения означало войти в другой мир. Это было, без сомнения, самое странное место из всех, где она когда-либо бывала. Помещение было чем-то вроде лаунж зоны, обставленной совершенно не сочетавшимися зелеными и оранжевыми диванами, канделябрами из оленьих рогов и розовыми и белыми стульями всевозможных форм и размеров. Также там разместились скульптуры животных в натуральную величину: свиньи, задействованные в качестве стульев возле столов, и лошади, использовавшиеся под светильники. Все это никак не сочеталось друг с другом, и насколько могла судить Мэдди, было лишено всякого смысла. Еще там были зеркала. Они висели повсюду и были всевозможных форм и размеров, искривляя и переворачивая отражения проходящих мимо гостей. Как будто они были в огромной комнате смеха.

Появление Джекса, кажется, мгновенно оживило вечеринку. Ангелы искренне его поздравляли и фотографировались с ним. Мэдди узнавала лица, которые она видела раньше на рекламных щитах во время походов в школу и на сайте ANN за обедом. Они были здесь и сейчас, и так близко, что она могла протянуть руку и коснуться их. Джекс повел Мэдди туда, где располагался длинный сервированный стол. Даже шведский стол был странным. Там была еда, которую можно пить, и напитки, которые можно есть. Подносы с десертами были украшены так, что скорее напоминали современное искусство, чем что-то съедобное. Повсюду вокруг Мэдди ангелы предавались удовольствиям. Они смачно жевали фуа-гра и сахарную вату и жадно поглощали покрывшиеся мелкими капельками тающие леденцы. Они произносили друг другу тосты и позволяли напиткам проливаться на губы и стекать по подбородкам. Официантка предложила Мэдди замороженный коктейль, который буквально дымился, она взяла его и осторожно села на свинью. Джекс взглянул на Мэдди.

— Тебе нравиться? — Мэдди увидела здесь несколько людей, Подопечных. Она подумала, что она увидела Сару, прошлогоднюю победительницу Американской Защиты, смущенно стоящую неподалеку, никто с ней не разговаривал. Никто из людей не был с ангелом, кроме Мэдди. Они общались друг с другом, но по-прежнему казалось, что яркая линия разделяла их и Бессмертных. Просто быть приглашенной в качестве Подопечной было бы достаточно, чтобы получить обзор в блоге, за который Гвен могла бы убить.

— Гадспид, иди сюда! — позвал крепкий голос из бара.

— Пойдем, — сказал Джекс Мэдди, оживившись. — Я хочу представить тебя кое-кому.

У бара Джекс обнял ангела спортивного телосложения с темными глазами и широкой улыбкой. Мэдди была немного потрясена тем, насколько они все красивые.

— Где ты был, приятель? — спросил его Митч немного бунтарским тоном. — Я искал тебя повсюду.

— Я хочу познакомить тебя кое с кем, — сказал Джекс. Он повернулся к Мэдди:

— Митч, познакомься с Мэдди. Мэдди, это мой лучший друг — Митч. — Ангел посмотрел на Мэдди с таким выражением, которое граничит с чистым недоумением. Его глаза изучали ее, словно пытаясь понять: кто она. Наконец, он одарил ее полуулыбкой и протянул руку:

— Привет, Мэдди, — сказал он. — Очень приятно познакомиться.

Его тон был вежлив, но насторожен.

— Мне тоже очень приятно с тобой познакомиться, — ответила Мэдди. Но когда она перевела взгляд, она увидела, как Митч вопросительно взглянул на Джекса. Мэдди задумалась, чтобы это значило.

— Митч и я вместе с первых Полетов, — сказал Джекс. — А если серьезно, иногда я не знаю, почему дружу с этим парнем.

Джекс обнял Митча и ударил его по плечу.

— Это потому, что я самый известный здравомыслящий ангел, поверь мне, Мэдди, — сказал Митч. — Джекс мне как брат.

В другом конце комнаты Стивен и Сиерра разговаривали с другими кандидатами. В отличие от Сиерры, Стивен выглядел коренастым, мускулистым, почти как военный. Близнецы заметили Джексона, и брат с сестрой раздраженно оглянулись на Джекса. Они вошли в комнату с другими ангелами, готовящимися стать хранителями.

— Сиерра недавно сказала мне, что не может дождаться моей звезды. Что бы это значило? Она была слишком серьезной, почти сумасшедшей, ты бы видел ее глаза, — сказал Джекс Митчу.

— Не беспокойся о них, чувак, — сказал Митч. — Они просто бесятся, потому что ходят слухи, что Сиерру на два года отправят в Корею, прежде чем она сможет вернуться в Город Ангелов в качестве полноправного хранителя. Ах да, и потому что НАС использует любую возможность, чтобы прорекламировать тебя. Они не могут победить всех.

Митч улыбнулся и подал знак бармену.

— Ну а теперь, пока ты здесь, чувак, давай сделаем несколько снимков и выпьем. Мэдди, присоединишься к нам?

Мэдди покачала головой:

— Спасибо, но сегодня я не пью. — Она уже решила, что в первый раз напиваться не стоит. Митч почти с облегчением пожал плечами и повернулся к Джексу.

— А, я тоже, — сказал Джекс. — Думаю Мэдди и я просто… прогуляемся немного вокруг. Но мы встретимся с тобой позже, приятель. Хорошо?

На лице Митча мелькнуло удивление, затем ревность и, наконец, беспокойство.

— Ладно… повеселитесь, вы двое, — ответил он, механически. Они попрощались и собрались уходить. Мэдди замерла. К ней подошла самая красивая девушка, которую она когда-либо видела. Мэдди с трепетом смотрела на приближающегося ангела в черном блестящем платье от Шанель и туфлях в тон. Она даже не подозревала, что это возможно быть настолько… совершенной. От безупречной кожи и впечатляюще элегантной фигуры до прически из рекламы шампуня и пронзительных зеленых глаз она была настолько ослепительной, что почти светилась сверхъестественным блеском. Она не могла ошибиться. Это была Вивиан Холикросс. Даже несмотря на то, что ее щеки были украшены слезами и тушью, Вивиан была самым великолепным существом, которых Мэдди когда-либо видела.

— Что ты тут делаешь? — зашипела Вивиан, когда она ворвалась наверх.

— Привет, Вив, — испуганно произнес Джекс. Его взгляд уперся в выпученные яростные глаза Вивиан. — Позволь мне познакомить тебя с Мэдди…

Вивиан проигнорировала его:

— Взгляни на себя, Мэдди, — прорычала она. — Ты не одна из нас, не так ли? Тебе не место здесь. Почему бы тебе просто не уйти, пока ты не попала в крайне неловкую ситуацию?

Мэдди застыла, словно истукан. Ее восторг от этой девушки смешался с растерянностью, и результатом этого стал полный паралич.

— Эй, расслабься, Вивиан, — сердитым тоном сказал Джекс. — Я ее пригласил.

Вивиан сделала шаг вперед и ухмыльнулась Мэдди в лицо.

— Ты хоть понимаешь, что здесь происходит? И насколько это важно? Начиная с пятницы, Джекс будет заниматься спасением жизней. Как ангел-хранитель. Но ты ничего об этом не знаешь, верно? — Джекс сделал шаг вперед, чтобы прервать нападки Вивиан, но увидев лицо Мэдди, остановился. Мэдди смотрела на Вивиан с такой спокойной уверенностью, что леди ангел инстинктивно отшагнула назад.

— Что ж, давай посмотрим, — ответила Мэдди, злость развязала ей язык. Слова пришли к ней сами собой. — Я знаю то, что Джекс сегодня привел сюда меня, а не тебя. Еще знаю, что встретила Джекса до того, как узнала, что он известный ангел, и теперь, когда я об этом узнала, это по-прежнему для меня не важно. И это потому, что он мне нравится за то, какой он есть, а не потому что он собирается совершить чудеса ради моей известности. Но ты ничего об этом не знаешь, так ведь, Вив?

Вид Джекса выдавал, что он с трудом сдерживает улыбку. Выражение лица Вивиан исказилось ненавистью. Она посмотрела на Джекса и ее лицо смягчилось:

— Знаешь что, Джекс? Я тоже понимаю это. Небольшое скандальное увлечение перед всей этой ответственностью, не так ли? Прекрасно. Веселитесь. — Она усмехнулась. — Но помни, как только ты получишь Божественное Кольцо, ты мой.

Ее губы скривились в улыбке, и она повернулась к Мэдди.

— И Мэдди, если ты надеешься однажды стать его Подопечной, то поверь мне, — она ухмыльнулась наряду Мэдди, — ты не сможешь его себе позволить.

После этого она развернулась на шпильках и исчезла.

— Все прошло хорошо, — сказал Митч. Должно быть, он все слышал. — Мне нужно убедиться, что Вивиан не убьет никого, — сказал он и исчез в толпе.

— Прости, — сказал Джекс, взяв Мэдди за локоть и покачав головой. — Вивиан отчасти завидует.

Мэдди недоверчиво посмотрела на него.

— Вивиан ревнует ко мне? — Она взглянула на свои руки и была удивлена, когда поняла, что они дрожат. Осознание произошедшего только приходило к ней. Вивиан могла быть фантастической стервой, но Мэдди знала, что возможно, она была права.

— Мне не следовало приходить, — наконец произнесла она.

— Что? — лицо Джекса потемнело от расстройства. — Послушай меня, Мэдди. Ты здесь своя, потому что я так сказал, а если ты вдруг не заметила, то это моя вечеринка.

— Прошу, — сказал он чуть нежнее, — не позволяй этому разрушить твою ночь. Более того, я сам прослежу, чтобы этого не случилось. Идем.

— Куда? — спросила Мэдди, но Джекс уже взял ее за руку и потащил к толпе ангелов в другой части комнаты. В углу играл DJ, и туфли Мэдди застучали на деревянном полу. Она опустила взгляд. Это был танцпол.

— Потанцуй со мной, — сказал Джекс. Сердце Мэдди загрохотало, словно гром. По правде, она никогда до этого не танцевала с парнем. На вручении дипломов в средней школе она позволила Тому Уотсону придерживать ее пальцами, и они покачивались взад и вперед под «Total Eclipse of the Heart», но она не брала это в расчет.

— Джекс, я не могу, — настаивала она. — Я не знаю как.

— Это легко, — заверил он ее. — Просто следуй за мной.

Ангел заключил ее в объятия. Она почувствовала, как его руки обвели изгибы ее бедер и соединились на ее пояснице. Затем он притянул ее к себе, и она полностью перестала сопротивляться. Этому нельзя было сопротивляться. Когда Мэдди вдохнула его аромат, ее дыхание стало прерывистым. Ей пришлось встать на носочки для того, чтобы обвить руками его плечи и скрестить пальцы у него на шее. Джекс плавно шагнул и повел ее, и к удивлению Мэдди она последовала за ним. Это было совершенно не так, как она представляла. Так или иначе, это было что-то невероятное, естественное. И они танцевали. Она больше не чувствовала пол, но ей это было и не нужно. Было что-то инстинктивное, почти неотвратимое в том, как она двигалась вместе с ним. Даже другие ангелы остановились и смотрели сейчас на них. Нельзя отрицать — Мэдди и Джекс прекрасно смотрелись вместе. Как будто они должны были держаться друг за друга. Как будто они предназначены друг для друга. Джекс слегка отстранился от нее.

— Ты такая красивая, — сказал он нежно, его глаза играли на свету. Он снова притянул ее ближе. Мэдди почувствовала, как электрический разряд пронзил ее тело, как тогда, в закусочной, когда им пришлось улететь.

По сверкающим глазам Джекса, которые пристально смотрели на нее, она могла сказать, что он чувствовал то же самое. Но все же что-то было по-другому в этот раз. Так или иначе, что-то изменилось. Но как бы она ни старалась, Мэдди не могла позволить себе полностью раствориться в этом моменте. Было ли это из-за звона слов Вивиан в ушах? Возможно. Но если бы она была честна с собой, для этого были более веские причины. Все из-за этого вечера — вечеринка, недоверие Митча, даже разговоры в машине по дороге. Было что-то неправильное во всем этом. Или что-то было не так в ней самой. Слова Вивиан пронеслись в ее голове. «Тебе не место здесь». Как бы она себя ненавидела за это, но она не могла не согласиться с этими словами. Она убрала руки с шеи Джекса.

— Что случилось? — спросил Джекс, его глаза все еще были полны электричеством их притяжения.

— Почему ты пригласил меня сюда, Джекс? — спросила Мэдди. — Скажи мне правду.

Джекс вопросительно посмотрел на нее.

— Помнишь? Я сказал тебе, что могу помочь немного. Ты знаешь, жизнь за жизнь. — Он обвел рукой комнату, улыбаясь ей. — Это довольно удивительно, не правда ли?

Мэдди закусила губу. Он потянулся к ней, но она сделала шаг назад.

— Мне жаль, — сказала она внезапно, — Я просто. Я не могу этого сделать.

Она повернулась, не встречаясь с ним взглядом, и быстро зашагала прочь. Она не знала, куда идет или почему. Ей просто нужно уйти отсюда. Она увидела сияющий внутренний дворик через заднюю дверь с бирюзовым бассейном и направилась туда. Она только выбралась наружу, как Джекс догнал ее.

— Что случилось? — спросил он, развернув ее к себе. — Это из-за того, что Вивиан сказала?

— Это правда, Джекс, — сказал Мэдди с горечью. — Мне плевать, что думает Вивиан… но она не совсем права? Мы разные. Мы смотрим на вещи по-разному.

Глаза Джекса изучали лицо Мэдди:

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, для начала, разве ты не видишь как все это несправедливо? — выпалила она. — Как эгоистично? Ты думаешь, все живут таким образом?

— Нет, конечно же я так не думаю! — ответил он. Он указал рукой в сторону вечеринки. — Но это часть моего Вступления в Обязанности, Мэдди. Так делали всегда. Я не имею над этим власти. И, кроме того, — на его лице отразилась боль, — ты говоришь это так, будто это все как-то плохо, хотя ангелы — огромнейшая сила добра во всем мире.

— Да, возможно для чиновников и их детей! — возразила она. — Конечно, не для всех, кого я знаю.

Это было как удар в живот. Он так старается показать ей, что он чувствует. И она еще раз бросила ему в лицо:

— Тебе нечего сказать? — спросила Мэдди. Джекс замолчал, склонив голову, и отвернулся. Звуки вечеринки заполняли молчание. Несколько мгновений спустя он заговорил:

— Честно, Мэдди, иногда я тебя не понимаю. Я взял тебя на вечеринку, за возможность быть на которой любой другой убил бы, и тебя это не устраивает. — Он покачал головой. — Фактически, ты думаешь, что все это несправедливо. И это не нравится тебе.

— Ты бы спас меня, Джекс? — быстро спросила она. Вдруг Мэдди поняла, что глубоко внутри нее зарождаются слезы. Это был единственный вопрос. Он гложет ее с тех пор, как он пришел, чтобы забрать ее в начале ночи. Джекс пристально посмотрел на нее, а затем отвернулся.

— Если бы ты была под моей Защитой, да.

— Нет. Так как я сегодня вечером, — нажала Мэдди. — Если что-нибудь случится, ты спасешь меня?

Когда она заговорила снова, ее голос был хриплым от не пролитых слез.

— Ты бы пришел за мной, Джекс? — Он просто стоял там. Мэдди смотрела, как эмоции сменяются на его лице, как раскаты грома. Злость. Раздражение. Сомнение. Даже грусть?

Наконец он заговорил:

— Извини. Это работает не так, Мэдди, — пробормотал он. Слова были резкими, словно нож.

— Это не дозволяется, — осторожно произнес Джекс. — Будучи ангелом, нашей целью является защищать тех, кто находится по нашей защитой.

Мэдди сморгнула первую слезинку.

— Под Защитой? Ты имеешь в виду богачей, — пробормотала она.

— Это зависит не от меня. Таков порядок вещей, — сказал Джекс.

— Это же смешно! — закричала она. — Это твой выбор!

— Это не так! Слушай, если бы мы спасали случайных людей…

Он остановился, его глаза горели:

— Знаешь ли, моя семья тоже должна есть!

— Твоя семья ест слишком хорошо, — огрызнулась Мэдди.

— Ты думаешь это игра? — спросил он, его тон стал низким и напряженным. Быстро нахлынули разочарование и горечь. — Завтра я вступлю в обязанности и я больше не буду просто Джексоном Гадспидом. Или даже просто ангелом. Я — хранитель. В моих руках жизни людей. Ты представляешь, какая ответственность ложится на меня? Или давление?

— То, что я знаю, — коротко ответила Мэдди, — если бы я могла делать то, что делаешь ты, я бы использовала свою силу, чтобы помочь стольким людям, скольким бы смогла. Я не пользуюсь этим, чтобы стать богатым.

Несколько предательских слезинок скатились по ее щекам, но она быстро вытерла их ладонью.

— Я бы спасала людей, потому что так правильно. — Ее улыбка была кисло-сладкой. — Я полагаю это то, что делает меня человеком.

— Мэдди, — сказал Джекс окаменевшим голосом, — ты не знаешь, что они сделают со мной.

— Мне плевать, — ответила она голосом, полным ненависти. Она почувствовала, как гнев, неконтролируемый гнев, поднимается у нее внутри, и если она быстро не выпустит его, кто знает, что может случиться. Ярость разливалась по ее венам, она приняла решение и взглянула на него.

— Извини, Джекс, мне не следовало сегодня приходить. Правда в том, что я не хочу иметь дела ни с чем этим, включая тебя. Даже если ты вообще был моим другом, держись подальше от меня и просто оставь меня в покое.

— Ты не… — начал было говорить Джекс, и его глаза затопила боль, когда он посмотрел на девушку напротив него, но потом остановился. На мгновение он был молчалив, затем кивнул. Его лицо стало суровым и непроницаемым.

— Ты права, — сказал он. — Думаю, так будет лучше. Сказать тебе по правде, я на самом деле не знаю, почему меня это волнует.

От его слов ей скрутило кишечник. Мэдди повернулась, не говоря ни слова, и побежала. Она пробежала через гомон вечеринки и оказалась снаружи, перед отелем. Прибытия гламурных персон уже завершились, и теперь рабочие бесцеремонно сворачивали красную ковровую дорожку. Мэдди заметила одинокое такси, стоящее у обочины, и подбежала к нему. Она подождала, пока оно отъедет подальше от отеля, и, наконец-то, дала волю настоящим слезам.