– ПОХИТИЛИ? О чем, черт возьми, ты говоришь? Что значит похитили? Что происходит?

Скотт и Карлос были в лифте офисного здания в южной части Парк-авеню.

– Все произошло за углом ее школы, – пытался объяснить Карлос.

Внезапно Скотт почувствовал приступ тошноты и головокружения. С надеждой он спросил:

– Ведь это ошибка? Ты просто имеешь в виду, что вы не можете найти ее?

– Нет, ее похитили. В Роджера стреляли. Но люди сделали фото и все описали. Мы ее вернем, обещаю.

Понимая, что все это было не так, как в последний раз, а по-настоящему, Скотт в отчаянии спросил:

– С Кэсси все в порядке? Ведь так?

– Насколько нам известно, да.

Насколько нам известно.

Это мог быть только Дуган. Скотт даже не мог вспомнить, когда чувствовал себя таким испуганным, таким беспомощным. Это было нечто прямо противоположное чувствам супергероев. Но ведь у большинства из них не бывает пропавших дочерей.

– Думаю, на заводе было не тело Дугана, – сказал Скотт. – Думаю, парни, вы снова накосячили.

– Мы не знаем, его это было тело или нет…

– Он жив, – сказал Скотт. – Мы все это знаем.

Они вышли из лифта. Скотт схватил Карлоса за плечи и прижал его к стене.

– Мне нужно точно знать, что произошло. Прямо сейчас!

– Дружище, я рассказал тебе все, что знаю. Машина остановилась. Кто-то выстрелил в Роджера и забрал твою дочь.

– Вы должны были защищать ее, – сказал Скотт. – И вот что из этого вышло. Неужели вы не можете нормально делать свою работу?

– Что-то, по всей видимости, пошло не так, – сказал Карлос. – Наш человек внизу. Советую тебе отпустить меня.

Понимая, что времени в обрез, Скотт ослабил хватку и выбежал из здания вместе с Карлосом. Они сели в машину Карлоса с сиреной на крыше и добрались до Верхнего Ист-Сайда меньше чем за десять минут.

В машине Скотт не произнес ни слова. Он цеплялся за слабую надежду, что все это какая-то ошибка. Скотт был не готов принять, что Кэсси в опасности, или еще что похуже. Он ненавидел чувство беспомощности. Ему нужно было чувствовать силу, контролировать эмоции. Ему нужно было стать Человеком-Муравьем.

Все надежды рухнули, когда они достигли 1-й авеню на 76-й улице. Весь район был оцеплен, движение приостановлено.

Скотт вышел из машины. Следуя за ним, Карлос сказал:

– Подожди, куда ты идешь?

Скотт побежал вперед, пробиваясь через толпу, пока не достиг оцепленного участка рядом с авеню.

Он приподнял полицейскую ленту и почти пролез под нее, когда крепкий полицейский с настоящим бруклинским акцентом сказал:

– Эй, парень, тебе лучше повернуть назад.

– Это моя дочь, – сказал Скотт. – Кэсси… девушка, которую похитили.

Агент ФБР – Уоррен, тот самый, что пришел в его квартиру, когда весь этот кошмар начался, – подбежал к ним.

– Все в порядке, – сказал Уоррен. – Пропусти его.

За лентой Скотт спросил Уоррена:

– Это был Дуган?

– Мы еще точно не знаем, – ответил Уоррен.

– Послушайте, это же моя дочь, – сказал Скотт. – Моя дочь, понимаете? Я не хочу, чтобы вы смягчали информацию. К черту ваш протокол – вы это допустили. Я хочу знать, что происходит в Луизиане и здесь. Прямо сейчас!

– Послушайте, я понимаю, как вы огорчены, – сказал Уоррен, – но я вам все рассказал – я ничего не скрываю. Насколько мне известно, расследование по делу о смерти Дугана в Луизиане все еще идет. Будьте уверены, я делаю все, что от меня зависит, чтобы ваша дочь как можно скорее оказалась в безопасности.

– Безопасность, – ухмыльнулся Скотт, – вы в этом преуспели. Что насчет свидетелей? Они видели что-нибудь?

– Да, – сказал Уоррен. – Их все еще допрашивают, поэтому скоро появится новая информация, но они точно видели двух мужчин. Один выстрелил в Роджера, а потом они забрали Кэсси. Мы предварительно установили личность одного из них – Рикки Гаглиарди.

Скотту было ненавистно услышать, как Уоррен произнес фразу «они забрали Кэсси». Это звучало так безэмоционально.

– Я знаю Гаглиарди, – сказал Скотт. – Он работал с Дуганом. А это значит, что Дуган точно замешан.

– Необязательно, – сказал Уоррен. – Друзья Дугана могут действовать сами по себе. Что вы знаете о Рикки Гаглиарди? – Уоррен проявил огромный интерес к делу. Ему вдруг стало ясно, что его задница под угрозой. Все идет к чертям, пока он главный. Уоррен хотел найти Кэсси, все верно, – потому что для него это был единственный способ сохранить работу.

– На самом деле я его не знаю, – сказал Скотт. – Дело было много лет назад – у нас были общие знакомые.

Скотт не был полностью откровенным. Он знал Гаглиарди, или Шутника, как его звали, очень хорошо. Они вместе провернули несколько дел – с ним и Дуганом. Шутник был здоровяком, настоящей горой мускулов. Никто не осмеливался связываться с ним, и это делало его ценным кадром, когда банде нужно было кого-то прижать. Скотт многого не помнил о Шутнике, но точно знал, что ненависти между ними не было. Для преступника Шутник был довольно приличным малым. Он любил подшучивать, придумывать розыгрыши – отчасти именно поэтому его прозвали Шутником. А еще он был киноманом и часто рассуждал о фильмах Скорсезе. Казалось даже, что ему нравился Скотт, по крайней мере он смеялся над его шутками. Скотт никогда не ругался с Шутником, никогда не свидетельствовал против него – и что же тот делает десять лет спустя? Как человек доходит от смеха над твоими шутками до похищения твоей дочери?

– Что насчет машины? – спросил Скотт. – Кто-нибудь видел номер? Фото есть?

– Свидетель, разносчик пиццы, все видел, – сказал Уоррен. – У нас есть описание транспортного средства, даже номер, но, к сожалению, автомобиль только что нашли в Бронксе. Похоже, они его поменяли.

«Да скорее всего они уже два раза сменили транспорт», – подумал Скотт.

Скотт знал, как работал Вилли Дуган, и во всем этом деле был его почерк. Этот человек потратил девять лет, чтобы вырыть туннель и сбежать из Аттики. Он всегда продумывал планы до мельчайших подробностей. Но что ему даст похищение Кэсси? Непохоже, что Дуган станет преследовать дочь человека, которого самого можно выследить. Если он хотел застрелить федерала, почему попросту не отправил парней вслед за Скоттом и Карлосом? Для чего впутывать во все это Кэсси?

– Как это могло произойти? – спросил Скотт. – У вас была одна задача – защищать ее.

– И мы сделали все, что могли, – огрызнулся Уоррен. – Мы все еще стараемся изо всех сил, но когда люди начинают палить, от нас мало что зависит. Кого бы мы ни защищали, вашу дочь или президента США. Но мы делаем все, что в наших силах, используя все доступные средства, чтобы найти вашу дочь. Это наша цель номер один.

Скотт все еще злился на Уоррена, но в данный момент ему не хотелось обмениваться обвинениями в адрес друг друга. Нужно, чтобы Уоррен на сто процентов сконцентрировался на поиске Кэсси. Кроме того, Скотт понимал, что был не совсем справедлив: он единственный не принял Дугана всерьез, не верил, что тот нападет на него или его семью.

– Хорошо, – сказал Скотт. – Давайте просто ее найдем.

Другой агент подошел к Уоррену и отвел его в сторону. Скотт заметил с другой стороны дома Карлоса, явно пытающегося его найти. Скотт шмыгнул за припаркованный внедорожник, чтобы тот его не увидел, как раз в тот момент, когда зазвонил телефон. Он быстро вытащил мобильник из кармана, молясь, чтобы это была Кэсси, но это была Мэгги.

Понимая, что ад восстанет здесь и сейчас, Скотт ответил на вызов:

– Слушаю.

– Пожалуйста… – Она плакала. – Пожалуйста, скажи, что это неправда.

– Это правда, – сказал Скотт, – но я найду ее. Я…

– Это твоя вина! – закричала она. – Твоя!

Он слышал это сотни тысяч раз, пока был женат.

– Послушай, сейчас не время препираться…

– Человек-Муравей, – сказала она. – Глупый Человек-Муравей и все эти твои глупые тайны.

– Это все не имеет никакого отношения к делу, – сказал Скотт, понимая, насколько нелепо заявление. И добавил: – Ты сейчас одна?

– Вот видишь? – сказала она. – Все, что тебя заботит, это твоя глупая тайна – это все, о чем ты когда-либо думал.

– Мэгги, пожалуйста, попытайся успокоиться…

– Успокоиться? – разъяренно спросила Мэгги. – Ты говоришь мне успокоиться? Я знаю, что совершила ошибку, оставив Кэсси с тобой. Бывшим уголовником! Но я и подумать не могла, Скотт, что ты наделаешь так много глупостей, я думала, ты не позволишь чему-нибудь… а что именно происходит? Я должна знать.

– Послушай, сейчас не время…

– Я просто хочу, чтобы мой ребенок вернулся, – рыдала она. – Хочу, чтобы мой ребенок был в безопасности.

– Доверься мне… – Скотт тоже дал волю эмоциям, чувствуя, как слезы катятся по щекам. Он сказал: – Я тоже этого хочу. Обещаю тебе, я верну ее и виновник получит по заслугам.

– Я сыта по горло твоими обещаниями, – ответила Мэгги. – Я еду в Нью-Йорк.

– Не надо, – сказал Скотт. – Это будет ошибкой. Ты ничем не сможешь здесь помочь, и безопаснее оставаться на месте.

– Я должна что-то предпринять, – сказала она. – Я нужна своему ребенку.

Телефон Скотта завибрировал – входящее сообщение.

Оно было с незнакомого номера и не с нью-йоркским кодом: 859. Может быть, оно от Кэсси? Может, она как-то добралась до телефона?

– Я перезвоню, – бросил Скотт.

Мэгги сказала:

– Скотт, не…

Он положил трубку и открыл сообщение:

Если хочешь увидеть свою дочь живой, позвони с новой симки через пять минут

Скотт громко выругался. Пара копов поблизости посмотрели на него. Тут же с этого номера пришло еще одно сообщение:

НИКАКИХ КОПОВ

Скотт в отчаянии оглянулся, пытаясь понять, был ли человек, отправивший сообщение, где-то здесь, на месте преступления. Затем приметил Карлоса, пробиравшегося через толпу. Скотту следовало его избегать. С маршалом поблизости будет невозможно позвонить без свидетелей.

Огибая Карлоса и толпу, Скотт заскочил в аптеку через квартал от дома и встал в очередь у кассы, где продавались телефоны. Перед ним были два человека – пожилая женщина, которая рылась в сумке в поисках мелочи, чтобы оплатить покупку, и парень с длинными волосами, в очках и кепке с эмблемой «Бруклин Доджерс», надетой козырьком назад.

Скотт проверил телефон – с момента, как он получил сообщение, прошло три минуты, поэтому у него осталось всего две, чтобы купить симку и перезвонить.

Женщина приговаривала:

– Я знаю, где-то у меня тут должен быть пятак.

– Пожалуйста, я очень тороплюсь, – сказал Скотт.

– Придется подождать, – ответил продавец, молодой парень.

Вновь Скотт пожалел, что он сейчас не в костюме Человека-Муравья. Хоть он и не украл ничего за эти годы, существуют ситуации, когда разрешается ворваться в магазин, и одна из них – когда твоя дочь похищена, а у тебя осталось лишь две минуты, чтобы купить сим-карту и позвонить похитителю. Но он не мог зайти за прилавок, украсть телефон и выйти из магазина, надеясь, что никто не обратит внимания на странного муравья с телефоном.

Женщина сказала:

– Похоже, придется менять доллар.

Когда она в конце концов оплатила покупку, парень в бейсболке, заметив возбуждение Скотта, сказал ему:

– Друг, все в порядке, можешь встать передо мной. Никаких проблем.

Кто сказал, что жители Нью-Йорка недружелюбны?

– Мне нужен один из тех телефонов, – сказал Скотт продавцу.

– Какой именно? – спросил тот.

– Любой, – ответил Скотт. – Вон тот.

Продавцу пришлось взять у менеджера ключи, чтобы открыть витрину и взять телефон. Скотт расплатился кредиткой и выбежал из магазина. Он зашел за угол 75-й улицы и заскочил в вестибюль здания. Осталась минута или меньше, если тот, кто печатал, засек время после отправки сообщения, а не с момента его получения Скоттом. Обливаясь потом, Скотт в отчаянии активировал телефон так быстро, как только мог, затем набрал номер, начинающийся с 859.

Кто-то поднял трубку.