– Я его упустила, – пожаловалась Аллисон, когда Рик ответил на ее звонок. – Твой приятель узнал, как его зовут и где он живет по номеру машины?

– Где ты целый день болталась? – Расстроенный голос Рика напугал ее.

– Разные дела и еще гонялась за нашим приятелем Биллом. А что? – Она села на стул, не уверенная, что ей хочется услышать ответ.

– Дело в том, что слухи подтвердились. Завтра утром все официально объявят. У нас новые хозяева.

– Ма-ам! Я вернулась!

– Я говорю по телефону с дядей Риком, Меган.

– Приветик, дядя Рик. – Меган пролетела мимо матери на кухню. – Ужин скоро?

– Потерпи. Возьми фруктов.

Меган потянулась к банке с арахисовым маслом, и Аллисон снова смогла сосредоточиться на телефонном разговоре.

– Ладно, Рик, насколько же изменится статус-кво? – спросила она.

– Что? А, значит, мы говорим обиняками ради этих маленьких ушек рядом?

– Меган тоже тебя любит. Так вернемся к материалу?

Рик вздохнул, и сердце Аллисон сжалось.

– Ты не паникуй пока, – посоветовал он, хотя сам явно уже запаниковал. – Еще официально ничего не изменилось, но, разумеется, слухи разрастаются и захватили уже всех, от менеджера до парика на голове метеоролога.

Аллисон поймала за руку проходящую мимо Меган и оглядела ее бутерброд с арахисовым маслом. Со всех сторон тек клубничный джем, но она отмахнулась. Подумаешь, что значит лишняя банка джема в такое время?

– И что ты сам думаешь? – спросила она Рика. – Тебе уже приходилось бывать в таких переделках.

– В сходных случаях меня и увольняли, и повышали, и просто оставляли в покое. Это весьма неопределенно. Но ты ни в коем случае не должна принимать все, что бы ни случилось, на свой счет. Выживешь – прекрасно. Если нет, придется сжать зубы и начать все сначала.

Аллисон заткнула одно ухо пальцем, чтобы заглушить внезапно завопивший телевизор.

– Убавь звук! – Звук уменьшился на несколько децибел. – Я и так только что начала, – тихо сказала она. – Мне нельзя опять возвращаться на исходные позиции.

– Знаю, детка, но придется, если понадобится. И я вовсе не утверждаю, что обязательно понадобится. Всего лишь информирую тебя, чтобы ты завтра утром была готова.

– Рик, не дури свою старую подругу. Ты беспокоишься, и это меня пугает. Но по крайней мере у нас есть в запасе козырная карта. Твой приятель проверил номерной знак?

– Я пока до него не дозвонился. Его весь день нет на месте.

– А я упустила Билла. Оказывается, слежка – это совсем не просто.

– Значит, завтра. Завтра будем знать наверняка, и, если новый режим попробует нас выжить, мы предложим себя и наш материал тому, кто больше заплатит.

Аллисон повесила трубку и несколько минут сидела, собираясь с силами. Стоило ей хоть чего-то достигнуть, как тут же приходилось отступать.

– Мам, вроде бы дождь собирается. Ты крышу починила?

– Нет еще, маленькая. – Будь у нее лестница, она бы сама залезла на крышу и попробовала обнаружить эту дыру. Хотя и не представляла, что сможет сделать, если найдет ее.

Пальцы сжали телефонную трубку. Она позвонит Биллу и попросит его починить крышу.

Какая глупость. Разумеется, она не может позвонить Биллу. Не потому, что он бездомный и у него нет телефона. Она готова поспорить на что угодно, что телефон у него имеется. Но ведь она не знает ни номера, ни его настоящего имени.

У него вполне мог оказаться и мобильный телефон в этом разбитом грузовичке. Хорошо ему разъезжать с мобильным телефоном, когда крыша протекает, а у нее нет возможности до него дозвониться!..

– Отнеси наверх ведро. Посмотрим, может, и уговорим Билла поработать у нас в выходные! – крикнула она дочери.

– «Мэлоун пламбинг»? – Аллисон уставилась на листок бумаги, который ей только что дал Рик, будто ждала, что там появится что-то более понятное и приемлемое. – Машина Билла принадлежит этой компании?

Рик скрестил руки и откинулся в кресле.

– Увы. Я заставил их перепроверить. Аллисон опустилась на соседнее кресло и тяжело вздохнула. Она с таким нетерпением входила в монтажную, где Рик дал ей этот листок бумаги. После объявления в среду о переходе студии в другие руки ее напряжение непрерывно росло. К тому же приятель Рика из полиции перезвонил ему лишь в четверг вечером. Сегодня пятница… Хотя какое это имеет значение? У нее всего-то и есть лишь название компании по ремонту сантехнического оборудования.

– И все-таки, – возразила она, – тут ничего не сходится. Зачем сантехнику жить на улице? Значит, это прикрытие. Такой компании не существует.

– Извини, но я проверил. Один владелец, работает в этом деле вот уже девятнадцать лет.

– Да, боюсь, для прикрытия долговато.

Рик согласно кивнул.

– Ты говорила, что он работает профессионально.

– Но не девятнадцать же лет? Мне кажется, и по возрасту не подходит.

– Ему около сорока. Может, с хвостиком. При таких волосищах трудно определить. Так что вполне вероятно…

Она постучала ногтем по столу. Ноготь был гораздо короче остальных после борьбы с мокрым ковром. Рик прав. Вряд ли писатель-актер, рок-звезда, детектив сумел бы справиться с ее трубами.

– Наверное, это исключает возможность того, что он полицейский, – вздохнула она.

– Я спрашивал приятеля. Он сказал, что не слышал, чтобы кто-нибудь работал под прикрытием на этом деле. Но такие дела всегда держатся в тайне, слишком велика опасность утечки информации.

– И все равно не сходится, – возразила она. – Зачем сантехнику болтаться с бездомными?

– Может, он какой извращенец, ему это нравится. А может, ищет ученика и решил, что среди этих парней у него есть шанс найти то, что нужно.

В ответ на его попытку пошутить Аллисон состроила гримасу.

– Ладно, – согласился Рик. – Тогда он может быть убийцей.

Нет, она знает, что Билл – не убийца. Готова прозакладывать все что угодно.

– Но ты же сам говорил, что убийства начались еще до его появления.

– Он мог убить четверых, а потом решить для удобства подобраться поближе, познакомиться лично. Откуда нам знать, о чем думают эти психопаты?

Аллисон хотела было возразить, но передумала. Как она может доказать, что Билл не психопат? Потому что он ей нравится? Потому что всегда старается помочь?

– Но ты веришь, что здесь зарыто что-то любопытное? Поможешь мне?

– Явно происходит нечто странное, если сантехник дни напролет проводит с бездомными.

Она была с ним не согласна, но по крайней мере он не отказался помочь.

– Ладно, надо первым делом позвонить в эту компанию и узнать, кто водит грузовик.

Рик взглянул на часы.

– Уже шестой час. А с нормальной работы люди обычно уходят в пять. Там уже никого нет.

– Мы этого не узнаем, если не попытаемся.

Аллисон вышла из монтажной и направилась к своему столу. Рик последовал за ней. В «Желтых страницах» она нашла фирму. В маленькой колонке даже значилось, что та обслуживает жителей Оклахома-Сити с 1977 года. Без всякой надежды на успех она набрала указанный номер и услышала запись, проинформировавшую ее, что мастерская работает с девяти до пяти. Однако, продолжил женский голос, в особо срочных случаях можно позвонить хозяину, Геральду Мэлоуну, домой.

Набрав номер домашнего телефона мистера Мэлоуна, Аллисон тут же повесила трубку, потому что ответила женщина. В ответ на вопросительный взгляд Рика она лишь пожала плечами.

– Женщина, ответившая по домашнему телефону, та же, чей голос записан на автоответчике в конторе.

Она старалась говорить спокойно, но внутри вся дрожала. Может быть, Билл только работает на эту компанию, и он вовсе не Геральд Мэлоун. Но если он Геральд… Почему ей ни разу не пришло в голову, что Билл может быть женат? Он соврал про свою специальность, про то, как достал билеты, почему бы ему еще раз не соврать?

Да и нельзя сказать, что он врал по этому поводу. Она сама так решила после того поцелуя и его взгляда… Но разве женатые мужчины не способны на страсть? И ведь он ушел но-чью в тот день, когда шел дождь. Возможно, ему надо было вернуться к жене.

– Женатый сантехник, – произнесла она вслух.

– Бывает и такое. Эти придурки, которые насилуют и убивают, часто оказываются почтенными членами общества с хорошенькими женами и умными ребятишками.

Рик внимательно наблюдает за мной. Я не могу позволить ему заметить, что расстроилась, думала Аллисон. Он захочет узнать, в чем дело, а именно на этот вопрос мне меньше всего хочется отвечать. Даже самой себе.

Она рывком выдвинула ящик стола и достала «Белые страницы».

– Геральд Мэлоун, – повторила она, листая книгу. – Вот. Давай рванем отсюда, как только представится возможность, и сами посмотрим, кто живет по этому адресу и есть ли у него борода и курчавые волосы.

– Договорились, мадам, – согласился Рик, подняв в знак одобрения большой палец.

Она снова сняла телефонную трубку – предупредить Меган, что задержится. Такое случалось довольно часто, а уж сейчас и вовсе, поскольку все ходили на цыпочках из-за новых владельцев канала.

– Делай домашнее задание и никому не открывай дверь, – распорядилась она.

Меган только вздохнула, услышав знакомые слова.

Часом позже Аллисон и Рик свернули на улицу, где жил Геральд Мэлоун. Дом они нашли легко, хотя уже смеркалось. Разбитый грузовик был припаркован прямо перед ним.

Она была права. У Билла есть тайная жизнь. В качестве сантехника, возможно, женатого.

Рик припарковал машину поодаль от дома.

– Один-ноль в твою пользу, детка, – сказал он. – Ты с самого начала его прищучила.

Аллисон огляделась.

– Маленькие, старые дома, – заметила она. Все что угодно, только не молчать.

– Старые, но ухоженные. Напоминает твой район.

Эта мысль удручала. Билл, он же Геральд, жил в таком же доме, из какого она стремилась вырваться. Нет, подумала она, приглядевшись. Этот дом побольше и в идеальном состоянии. Скорее всего благодаря его заботам как сантехника и плотника.

– Рик, мне кажется, там во дворе еще одна машина…

Тут в ее стекло кто-то постучал, заставив ее дернуться. Маленький розовощекий человек приветливо ей улыбался. Она, дрожащими пальцами нажав на кнопку, опустила стекло.

– Помощь не требуется? – спросил человек.

– Нет, спасибо… мы… это… нам показалось, что мы узнали вон тот грузовик, – нашлась Аллисон. – У нас был приятель, его звали Билл, так он водил точно такой же. Вы случайно не знаете, в том доме никто по имени Билл не живет?

– Не-а. Никакого Билла. Геральд и Мэгги Мэлоун живут здесь очень давно. Они уже были здесь восемь лет назад, когда я переехал. И Геральд пользуется этим грузовиком все время, сколько я его знаю, хотя недавно я видел его за рулем новенького, того, что стоит у самого дома.

– Жаль, видно, это не та старая колымага. Они все похожи. Спасибо за помощь. Наверное, нам пора двигать. – Она улыбнулась мужчине и махнула Рику, который послушно двинулся вниз по улице.

– Мы, похоже, нервничаем? – ухмыляясь спросил он.

– Так ведь это ты считаешь, что мы гоняемся за убийцей, – пробормотала она. Геральд и Мэгги Мэлоун.

– Ты запомни номер того нового грузовика, пока я проеду мимо, – приказал Рик, разворачивая машину. На углу он снова остановился. – Ну как, запомнила?

Она назвала несколько цифр и букв, потом нахмурилась.

– Нет, на так… я не уверена. Мы можем вернуться?

Рик мягко улыбнулся.

– Расслабься, детка. Даже если этот парень убийца, он не выбежит из дома и не проломит тебе голову, пока мы едем мимо.

– Я не о том. – А о чем? Что ей сказать Ри-ку? Ну, разок они поцеловались, так уж получилось. Тогда откуда это отчаяние, почему так не хочется ехать мимо дома, где он живет со своей женой? – Просто проезжай мимо. На этот раз я запомню.

Она запомнила номер, но тут же едва не забыла его снова, потому что мимо освещенного окна, как раз в тот момент, когда они проезжали, прошел Билл. Он смеялся, явно чувствуя себя спокойно и уверенно. Сомневаться не приходилось – это его дом, а в нем – его семья. Правда, во дворе не видно трехколесных велосипедов. И на том спасибо.

Подходя к своей двери с пиццей в руке, Аллисон старалась улыбаться. Звуки взрывов и гудков из телевизора свидетельствовали о присутствии дочери.

– Приветик, мам. – Взгляд от экрана Меган оторвать не потрудилась. – Тут тебя недавно один мужик разыскивал. Я сказала, что ты скоро придешь.

– Я же велела тебе не подходить к двери! – Аллисон швырнула коробку с пиццей на стол.

– А дверь с сеткой осталась закрытой.

– Похитителя такая дверь не остановит. Пожалуйста, не открывай никому дверь, когда меня нет дома.

– Да будет тебе, мам.

– Меган… – начала она, потом прикусила язык. Нет смысла вымещать свое раздражение на дочери. – Иди съешь кусок пиццы, пока еще теплая.

– Сейчас, мам. Я только что долетела до Марса.

Аллисон открыла коробку и потрогала пиццу – Можешь не торопиться. Все равно надо греть. – Она положила пиццу на противень и сунула в духовку.

Раздался стук в дверь. Наверное, снова тот мужик. Он наверняка не убийца или насильник, потому что Меган дала ему полную возможность проявить себя, а он этим не воспользовался.

– Аллисон С. Прескотт? – спросил человечек в помятом костюме, когда она открыла дверь.

Она его сразу узнала, помнила по прошлым случаям. Он разносил повестки в суд. Молча открыла дверь, протянула руку и взяла бумагу. Так же молча он повернулся и ушел.

К счастью, Меган все еще была занята Марсом.

Аллисон села на кухне и развернула бумагу. Дуглас выполнил свою угрозу. Он требовал полной опеки над Меган, выдвигая в дополнение к стандартным предыдущим обвинениям еще и новые: она слишком надолго оставляет дочь одну и подвергает ребенка нехорошему влиянию.

Ее охватил дикий гнев. Если бы этот ублюдок платил приличные алименты, если бы не забрал все, что у них было, ей бы не пришлось работать допоздна и оставлять Меган надолго одну! А что до «нехороших влияний», то Билл отнесся к ней и Меган лучше, чем Дуглас когда-либо. Он был рядом, когда ей требовалась помощь, чего нельзя сказать о Дугласе.

Она смяла листок, стараясь не раскричаться, не начать бить посуду и не встревожить Меган. Неважно, были у него шансы выиграть против нее дело или нет. Важно то, что у нее нет днег, чтобы нанять еще одного адвоката…

Зазвонил телефон, и она вздрогнула.

Почти одновременно с голосом Билла она услышала в трубке женский смех. И в тот же момент заверещал сигнал пожарной тревоги, а она увидела, что из духовки идет дым.

Аллисон непроизвольно разрыдалась и швырнула трубку. Сначала она хотела залезть на стул и вывернуть детектор дыма. Потом передумала и направилась к духовке, затем снова повернулась к детектору…

– Мам, что случилось?

Она пришла в себя только при виде Меган в дверях кухни. Вывернула детектор, затем вытащила черную пиццу. Слеза упала на край противня и зашипела.

– Все в порядке, мам. – Девочка обняла ее худенькими ручками. – Мы можем поесть бутерброды с арахисовым маслом и джемом.

Она обняла дочь и засмеялась, не переставая одновременно плакать.

Зазвонил телефон, и Меган рванулась, чтобы взять трубку.

– Нет! – воскликнула Аллисон, удерживая дочь.

– Не брать трубку? Почему? Кто это звонил, когда ты бросила трубку?

– Никто.

Телефон продолжал трезвонить.

– Мам, в чем дело? – Меган обеспокоенно смотрела на нее, пытаясь высвободиться.

– Ни в чем. – Она заметила на столе скомканную бумагу. – Слушай, достань-ка сковородку, я сделаю омлет.

Когда Меган послушно отошла, Аллисон схватила бумагу, торопливо сложила ее и сунула в сумку.

Телефон наконец перестал звонить.

Брэд, хмурясь, положил трубку телефона в спальне родителей. Что-то случилось. Трудно представить себе, чтобы такая правильная Аллисон рыдала, но именно этим она занималась, когда их разъединили. Он перезвонил, но никто не взял трубку.

– Мам, пап, спасибо за ужин, – бросил он на ходу. – Мне надо бежать… – Он поцеловал мать в щеку и помахал отцу. – Надо проверить, как дела у одного друга. Там, похоже, что-то случилось.

– Надеюсь, все в порядке, – сказала Мэгги, протягивая ключи.

Он тоже очень на это надеялся. Но ведь Аллисон не похожа на истеричку. Что-то случилось, он был в этом уверен.

Брэд выжимал из старого грузовика все до предела, даже вынул свой значок из бардачка – на случай, если его остановят за превышение скорости. Когда он подъехал к улице Аллисон, его первым побуждением было доехать до самого дома и поскорее распахнуть дверь. Но долгие годы службы сказались, он смог удержаться.

Он припарковался в двух кварталах от дома и потратил немного времени, чтобы пристегнуть кобуру с пистолетом. Потом, забыв об осторожности, пустился бежать к ее дому. Нет у него времени шаркать ногами.

Коричневого фургона на этот раз видно не было, но темный седан, в котором кто-то сидел, тоже выглядел подозрительно. Брэд вполголоса выругался на бегу. Ему бы проверить окна, оценить ситуацию, но не хотелось играть на руку человеку в темном седане. Он нетерпеливо забарабанил в дверь.

– Аллис! Это я!

Дверь широко распахнулась, и он увидел улыбающееся личико Меган.

– Приветик, Брилл. Заходи, поешь с нами омлета.

Он краем глаза заметил движение, повернулся и увидел выходящую из кухни Аллисон. Он кинулся к ней мимо Меган, потом остановился. Ее лицо, хоть и распухшее и с потеками слез, было спокойным. Она держала себя в руках и смотрела на него холодным, нет, ледяным, взором.

– Я о вас беспокоился.

– Это уж точно. Вы, верно, звонили из автомата на углу, раз добрались так быстро.

Значит, она что-то разузнала. Но это не объясняет, почему она плакала и чем недовольна.

– Брилл, у меня есть потрясная одежка на завтра. – Меган рванулась вперед и схватила его за руку. – Папа и Бонни купили мне классные шмотки.

Брэд неохотно перевел взгляд на девочку.

– Новые шмотки?

– Ага. Мы ходили во все эти клевые магазины. Там в одном нам даже чаю дали. – Она вытащила стул и уселась. – Мы бы еще походили, но папу оштрафовали за стоянку в неположенном месте, ну он и взбесился, пришлось ехать домой. Он сказал, полицейский просто завидует, что у него хорошая тачка, а сам мало зарабатывает и купить такую не может.

Брэд искоса взглянул на Аллисон. Он ожидал от нее реакции при упоминании о полиции. Но она стояла все с тем же выражением на лице. Может, она ничего еще не знает?

– Как считаете, Аллис, Дуглас прав? – спросил он.

– Мне противно это признать, Меган, но в данном случае твой отец скорее всего прав. Полицейские не слишком много зарабатывают и могут позавидовать его машине. С другой стороны, – она взглянула прямо в глаза Брэду, – сантехники зарабатывают очень прилично.

Сантехники? Она решила, что он – сантехник? Чего же она тогда злится, он ведь уже ей об этом говорил, когда пересказывал легенду?

– Меган, беги наверх и надень наряд, в котором пойдешь на концерт. Пусть… твой друг посмотрит.

– Ты хочешь посмотреть? Брэд кивнул.

– Обязательно.

Меган умчалась по лестнице.

– Простите, но мне нужно спасать мой омлет, а потом нам стоит поговорить, Геральд. – Она исчезла в кухне.

Геральд? Она считает, что он сантехник по имени Геральд? Целую минуту он не мог сообразить в чем дело. Потом начал смеяться. Но при взгляде на Аллисон, стоящую в дверях кухни, смеяться ему тотчас расхотелось.

Брэд колебался, не зная, что ей удалось выведать, как много он может ей рассказать и насколько можно ей доверять.

– Геральд – мой отец, – наконец произнес он. – Не хотите ли рассказать, откуда узнали это имя?

Она сделала шаг в комнату. Выражение лица уже не такое сердитое, скорее смущенное.

– Один приятель проверил ваш номерной знак. Я позвонила в мастерскую, потом нашла адрес в телефонной книге. Видела вас там сегодня вечером.

Брэд не устоял, улыбнулся. Надо признать, из нее получился бы толковый детектив.

– Вы проезжали мимо дома родителей, когда я там был? И решили, что я – Геральд Мэлоун, сантехник?

– Женатый сантехник.

При этих словах он расхохотался, потом с удовольствием обнял ее. К его удивлению, она прильнула к нему всем телом и тоже обняла его за талию. Черт, до чего же она приятна на ощупь! На какое-то мгновение он позабыл, почему сам лишал себя этого наслаждения. Но когда ее рука приблизилась к кобуре с пистолетом, он опомнился. Взял ее руки, слегка отодвинул от себя и заглянул в глаза.

– Я не сантехник и не женат, – заверил он ее. – Меня зовут Брэд Мэлоун, я сын сантехника и езжу на его старом грузовике.

Она резко отодвинулась, и он снова заметил в ее глазах слезы.

– Вам приходится брать у отца грузовик? Значит, вы и в самом деле неудачник, слишком ленивый, чтобы работать?

Она схватила со стола сумку, вытащила оттуда повестку и протянул ему. Брэд сел на стул и прочитал бумагу.

– Этот поганый ублюдок… – Брэд спохватился, что такой язык годится для раздевалки в участке, но не для столовой Аллисон Прескотт, и замолчал.

Аллисон села рядом.

– Вы были правы. У него и в самом деле есть ваши фотографии.

– Насчет моего грузовика вы выяснили у него?

– Нет! Я сама следила за вами. Он же считает, что вы бродяга, наемный рабочий или что-то другое, но столь же малоподходящее.

Что же, подумал Брэд, тут он недалек от истины. Он вздохнул и взял в обе руки ее беззащитную ладонь. Да нет, вовсе не беззащитную, напомнил он себе. Она выследила его и выяснила, кто его отец. Еще немного, и она бы открыла, кто он. А ей ведь выгодно раскрыть его, причем не только из-за этой проклятой передачи, но и чтобы помешать Дугласу забрать у нее дочь. У него нет выбора. Придется ей все рассказать и постараться убедить не разоблачать его.

– Аллис, нам надо поговорить. Я полицейский…