Утром я проснулся в лазарете очень рано. Я лежал и прислушивался к шагам и разговорам за дверью. Слуги Лили уже встали и занялись своими привычными делами: обеспечивать комфортное существование своей хозяйке. В этом средневековье, куда меня занесло, все, даже самые простые домашние дела, требовали значительных усилий. Стирка была одним из таких занятий. Ни машин-автоматов, ни стиральных порошков тут не было, а был здоровый физический труд: прокипятить белье, прополоскать на речке или в ручье (зимой в ледяной воде это было делать особенно `приятно`), выжать и развесить сушиться. А если учесть что даже у скромняшки Лили имелись десятки платьев, которые она не стеснялась постоянно менять, то... требовалось немало слуг, чтобы Лили жила без забот.

Одна из служанок, рослая темноволосая женщина лет тридцати, во исполнение указаний госпожи возникла в лазарете.

- Госпожа сказала, что ты выздоровел и сегодня отправляешься к своему господину. А мне уборку тут надо делать...- без всякой улыбки заявила она мне, развалившемуся на кровати.

"В трапезной насколько я помню, ты очень завлекательно улыбалась мне, многообещающе так, а тут: отправляйся к своему господину и весь сказ! Туда, где нынче находится мой господин отправляться у меня нет никакого желания! Но говорить об этом не стоит. С юмором здесь неважно дело обстоит... А госпожа-то Лили какова! Не забыла распорядиться, чтобы с утра пораньше меня выдернули из постели и отправили на службу. Сама-то небось дрыхнет всласть, полуночница!"

Вчера, Лили вернулась к себе очень поздно, но была в прекрасном настроении и даже что-то напевала себе под нос, проходя мимо лазарета. Мне пришлось ждать ее возвращения и не спать, чтобы узнать: не были обнаружены Стог с Бернаром. Судя по прекрасному настроению Лили, о двойном убийстве в замке еще не знали.

"Долг платежом красен, уважаемая магесса. И мне придется разбудить тебя в свою очередь! Вот, как только `обнаружу`, что мой господин убит, так сразу тебе и сообщу".

После некоторых размышлений я решил сообщить о произошедшем именно Лили. К Марианне мне соваться категорически не хотелось. Могла спросонья приласкать ментальным ударом. Сабрина, если исходить из общеизвестной обратно пропорциональной зависимости между мускулатурой и мозгами, была только мечом горазда махать. Думать, по крайней мере, так казалось со стороны, ей было особо нечем. Так что выбора, по сути, и не было.

В гостиной у Стога ничего не изменилось. Бернар, как лежал в кресле с двумя ножами в теле, так и продолжал лежать. Новой попытки ожить он не предпринял и никуда не ушел. Стог же порадовал меня, валяясь в луже свернувшейся крови вытекшей из разрезанного горла тем, что уже не изображал из себя в отношении меня строго господина.

"Что ж можно идти будить Лили, пусть начинает свое следствие".

Вот только разбудить Лили оказалось затруднительно. Стражники категорически отказались впускать меня в комнаты магессы. И на мои уверения, что мне надо встретиться с госпожой магессой по очень важному делу, отвечали смехом.

Пришлось понизить планку требований и попросить о встрече с личной служанкой Лили, которая по факту руководила всеми остальными слугами, имевшимися у Лили.

Маленькая, пронырливая, с мелкими чертами лица, черноволосая Ния была преисполнена собственной значимости и в обычное время. А уж когда увидела, что кто хочет встретиться с нею, так и вовсе стала смотреть на меня сверху вниз. И как ей это удавалось, особенно если учитывать, что она едва доставала мне головой до плеча? Загадка...

- Срочное сообщение для госпожи Лили, - прошептал я на ушко Ние, изображавшей из себя благородную. Для этого мне пришлось согнуться.

- Что нужно господину Стогу от госпожи? Я не собираюсь идти будить госпожу магессу из-за какой-нибудь ерунды...

- Господину Стогу уже ничего не нужно ни от госпожи магессы, ни от кого другого в этом мире, - сокрушенно вздохнул я.

Ния молчала и смотрела на меня непонимающим взглядом.

- Убит он! У себя в комнатах. Вот утром выписался из лазарета, пошел к господину Стогу на службу, а он там лежит...Зарезал его кто-то. Кровищи-и-и натекло! - прошептал я, еще плотнее прижимаясь губами к маленькому ушку Нии.

- Это тебе к господину де Саду надо обращаться. Он за порядок в замке отвечает. Впрочем всё равно госпожу попросят присутствовать и разбудят... Пошли расскажешь всё ей.

***

- И что дальше? - спросила Лили у де Сада сидя в кресле в комнате Стога.

Де Сад пожал плечами.

- Надо бы выяснять кто такой этот Бернар? Торговцы из обоза, с которыми он прибыл в замок, даже и не помнят, где он к ним пристал. Предъявил грамоту торговой гильдии Аркараса и сказал, что собирается закупить товары в Куме, потому и едет налегке...

- Ну что ж деньги у него и в самом деле водились...

Лили посмотрела на мешок с золотом лежавший на столе.

- Надо идти к Ее Сиятельству, сообщить о произошедшем...

Де Сад заметил нерешительно.

- Ее Сиятельство сейчас собирается завтракать и портить ей аппетит кровавыми подробностями мне лично не хочется...

- Кровавые подробности компенсируются известием, что Ее Сиятельство станет богаче на тысячу золотых... Я могу рассказать, кстати, и позавтракаю заодно. А то выдернули из постели в такую рань...

- Конечно, конечно. А если появится что-то новое, я немедленно сообщу.

- Бутылочку с ядом я забираю, а мешок с золтандорами ты сдай казначею.

***

Когда Лили вошла в покои герцогини, то выяснилось, что Марианна уже приступила к завтраку. Причем не одна, а в компании полуголого Гийома. Сама Марианна тоже была одета не в строгие одежды, а легкий шелковый халат в желто-черную полоску. Настроение, что у госпожи герцогини, что у ее слуги было прекрасное. Они чему-то беззаботно улыбались.

- О, Лили! Как прекрасно, что ты решила позавтракать с нами! - воодушевилась еще больше при виде своей подруги Марианна.

- Прибор госпоже магессе! - распорядилась она, не повернув головы в сторону слуг жавшихся у стены в ожидании очередных распоряжений.

Гийом же, несмотря на свой статус фаворита, при виде Лили мгновенно выскочил из-за стола и склонился в поклоне.

"Не забывает, кто он такой и кто я!" - удовлетворенно подумала Лили и сказала успокаивающе.

- Сиди, сиди!

Они мило поболтали, вспоминая вчерашние посиделки. Обсудили везение Лили, которая выиграла вчера почти двести серебряных перье. Согласились, что с вишневым ликером надо быть осторожнее, иначе голова всё равно будет болеть так, словно пили не такой приятный благородный напиток, а какую-нибудь крестьянскую брагу. Вспомнили Натали откровенно строившую глазки заезжему баронету. Наконец, после кофе с пирожными Марианна предложила Лили пройти в кабинет обсудить кое-что. Гийом по окончании завтрака сразу исчез, отправившись видимо отсыпаться после ночных подвигов.

"Вот ведь, Мари, хорошо устроилась. Нашла себе в столице такого слугу и поплевывает на всех. Всё ее устраивает. А тут крутишься, вертишься, меняешь благородных на простолюдинов, а иногда даже на рабов...и обратно и никого толку. Одна суета в итоге... Хочется покоя и размеренной жизни, а не вечного поиска и постоянного перебора кандидатов на свою постель...", - думала Лили обосновавшись в кресле напротив камина.

Но тут ее невеселые размышления были нарушены бодрым голосом Марианны.

- Лили! Хватить мечтать! В чем дело? Что случилось! Не молчи! Без серьезного повода тебя из постели в такую рань не вытащишь! Это я жаворонок, а ты-то настоящая сова и легли мы вчера не рано...

- Случилось кое-что, Марианна. Вот и подняли меня ни свет, ни заря, - Лили немного помолчала, собираясь с мыслями.

- Убийство, случилось и ладно бы просто убийство, так еще и предательством попахивает.

- Кто убит? - сразу посерьезнела Марианна.

- Стог...

- Та-а-ак! Марк - негодяй! Он у меня кровавыми слезами обрыдается ...

- Марк тут ни при чем! - поторопилась прояснить ситуацию Лили. - Он у меня в лазарете выздоравливал и из лазарета не выходил до нынешнего утра. Стража уже опрошена. Кстати, именно он утром обнаружил убитых... и убить он их никак не мог. Кровь уже засохла. Трупы закоченели... То есть убили их вчера. Так что Марк отпадает...

- Ты сказала убитых?

- Да, еще убит некий Бернар, прибывший с купеческим обозом в замок. Этот Бернар словил два метательных ножа в грудь и в глаз. А у Стога располосовано горло. В общем, всё выглядит так, словно эти двое поспорили о чем-то, но не договорились и поубивали друг друга.

- Бывает, а причем тут предательство?

- А вот причем!

Лили выставила на стол зеленую бутылочку.

- Она была обнаружена в комнате Стога. Это сильнейший яд. Без вкуса и запаха, с отсроченным временем действия до месяца в зависимости от концентрации и веса тела. Творение алисонских алхимиков. Очень дорогое творение! Как ты думаешь: для кого из такой дали привезли этот яд? И кому не жаль потратить на эту бутылочку пятьсот золотых? И еще одно. В комнате кроме яда и трупов обнаружили мешок с тысячей золотых золтандоров.

- Где сейчас мешок? - Марианна даже про яд забыла, услышав про такую кучу золота.

- Де Сад сдал в замковую сокровищницу.

- Отлично!

Марианна замолчала, погрузилась в себя. Видимо сразу начала прикидывать, куда бы пристроить упавшее с неба сокровище.

- Эх, мне бы еще тысячи две, ну хотя бы полторы, - сказала она задумчиво. - И жизнь сразу бы стала проще, не надо голову ломать: где взять деньги...

- Не о том думаешь, Марианна! - высказалась недовольная расслабленностью подруги Лили. - Подумай! Кто из твоих врагов может с легкостью потратить полторы тысячи золотых на яд и подкуп?

- Таких немного, но не так уж и мало...

- Тогда вот тебе еще информация к размышлению. Я не стала пока говорить об этом де Саду.

Этот Бернар вовсе не Бернар. Как его зовут на самом деле я не знаю. Я его видела на съезде магов полгода назад. Он как минимум магистр, как я. Но не факт. Возможно, что сильнее, гораздо сильнее... Особенно если вспомнить, как он фамильярно общался со старшим магистром Азаротом, который отвечает в гильдии за запад нашего королевства и которому подчиняюсь я.

- Сильный маг, прикидывавшийся купцом... - задумалась Марианна. - Это серьезно, но поскольку он теперь мертв, то это уже не так важно. Вот кто за ним стоит? На кого он работал? Это я надеюсь, ты узнаешь, порасспросив своих коллег в гильдии. Меня же интересует еще одна деталь. Если это был сильный маг, то, как его смог убить наш Стог, который и меч-то носил только для солидности и пользоваться им не умел, даже на уровне стражника, я уж не говорю про благородных?

- Так этот... Бернар не мечом и был убит, а метательными ножами. Один точно в сердце, а другой в глаз...правый.

- Еще лучше! Откуда у него метательные ножи? И неужели он умел их метать? Насколько я знаю, он хорошо умел только мои деньги считать.

- Про ножи могу тебе сказать с уверенностью: они из замковой оружейной. Клеймо на рукояти это подтверждает, а вот насчет умений Стога... может тренировался постоянно, а тебе не докладывался, - пожала плечами Лили.

- В любом случае ясно, что Стог - предатель. На чем его поймали, чем заинтересовали не важно. Важно, что эта комбинация по каким-то причинам оказалась порушенной. Понятно, что мои недоброжелатели на этом не успокоятся, но какое-то время у нас имеется. Пока они не придумают новый план моего убийства. Поэтому нам надо хотя бы определить на кого работал этот Бернар и нанести упреждающий удар.

- Я не могу без повода явиться в гильдию и начать расспрашивать всех подряд, - виновато сказала Лили. - Вот через шесть месяцев будет проводится новый съезд... и тогда...

- Столько можно подождать, - кивнула Марианна. - Надеюсь на тебя в первую очередь.

***

Обо мне забыли. Как только выяснилось, что я усиленно выздоравливал и не казал носа из лазарета, вплоть до самого нынешнего утра, так интерес ко мне со стороны господ следователей, то есть Лили и де Сада мгновенно угас. Они занялись исследованием других версий произошедшего. Потом началась возня с выносом трупов. Еще раньше исчезла Лили, прикарманив початую зеленую бутылочку. Мешок с золотыми золтандорами тоже не был забыт. Его куда-то целеустремленно поволок стражник под присмотром шагавшего сзади де Сада. Служанки шустро вымыли пол, убрали мусор и тоже исчезли. Я остался один в роскошных Стоговских апартаментах.

Я почитал недочитанную книгу магистра Люциуса, сходил перекусил, поспал.

Наступил вечер, на дворе уже стемнело, и я решил, что на сегодня у господ с четвертого этажа иные заботы и развлечения, без моего непосредственного участия.

"Пойду, укрупню мой капитал", - подумал я, побренчав кучкой медных лиардов в кармане.

Но видимо это был не мой день. Не успел я даже войти во вкус игры, как оказался без денег, проиграв всё.

С горя я чуть было не приложился к взятой для Жана кружке пива, но вовремя опомнился.

"У меня, что помутнение в мозгах наступило от проигрыша? Так вошел в образ азартного игрока? Это надо прекращать... и лучший способ это сделать, заменить одно напряжение другим. Посещу Нанси и точка! Это гораздо приятнее, чем сидеть и смотреть на пьяные рожи моих коллег по нынешней профессии. Вот только к Нанси без денег приходить не стоит. Придется наведаться в мой маленький частный банк - в сундук Лили. Время сейчас еще не позднее и магесса наверняка или развлекается где-нибудь, или с серьезным выражением на своей милой мордашке обсуждает загадочное двойное убийство. Пусть поломают головы. А я ненадолго заскочу к Лили, возьму, что надо и отправлюсь прямиком к Нанси. Неизвестно, что ждет меня впереди. Может уже завтра Марианне придет в голову мысль, отдать меня к какому-нибудь новому строгому хозяину. Надо оторваться по полной на этих внеплановых каникулах!"

Вот только мое невезение, начавшееся в трапезной, там не осталось, а вскарабкалось вместе со мной на четвертый этаж. И когда я вполне уверенно вывернул из коридорчика ведущего в туалет из спальни Лили и устремился к знакомой двери комнаты с зеркалом, где Лили с помощью косметики сотворяет из себя красавицу, то боковым зрением засек какое-то шевеление на широкой кровати.

- Это ты, Ния? - прозвучал для меня раскатом грома нежный, сонный голосок госпожи магессы.

Мой шок длился секунды две, не больше. За это время мой мозг проанализировал ситуацию и выдал всего два варианта спасения. Первый и самый верный в любой ситуации: стремительное бегство, не подходил совершенно. Некуда бежать. Оставшийся вариант: смело идти навстречу судьбе в лице Лили и пудрить ей мозги, я и выбрал. За неимением альтернативы, так сказать.

Я, стараясь не делать резких движений, двинулся в сторону роскошной кровати. Магический светлячок-ночничок в углу спальни позволял рассмотреть лежавшую на кровати госпожу магессу, укрытую узорчатым одеялом.

"Ведь сколько раз я наведывался сюда к сундуку, и никакого ночничка не было. Что ж я сейчас-то вывернул из коридорчика не осмотревшись? Стоило только задуматься над тем, что спальня освещена и смылся бы потихоньку. Да, обнаглел ты, друг Марк! Вот и попался..."

Я помотал головой, изгоняя несвоевременные мысли. Чего уж теперь пить боржоми... надо было пользоваться сонным состоянием магессы и убеждать ее в том, что причины моего появления в ее спальне, это всего лишь попытка поблагодарить за лечение. Утром-то не удалось это сделать.

- Это не Ния, госпожа магесса. Это я - Марк, - сообщил я.

Распущенные рыжие волосы Лили разметались по подушкам, шелковое одеяло с цветочным орнаментом укутывало госпожу магессу с ног до головы, но руки расслаблено лежавшие поверх одеяла, были неподвижны. Но я нисколько не сомневался, что в любой момент, они могут сложиться в характерный конфигурации, необходимой для создания `воздушного кулака` или еще чего-нибудь подобного. Я опустился на колени около кровати и лицо магессы теперь находилось на одном уровне с моим.

- Теперь и я вижу, что ты не Ния, - уже менее сонным голосом сказала Лили. - Только-только начала засыпать, устала я сегодня, день был такой хлопотный, а встала я рано... с твоей кстати помощью...

-Господа магесса! - поторопился начать я, пока Лили не пришло в голову спросить: как я сюда попал? Вот это было бы скверно - сказать-то мне было нечего.

- Действительно день был сегодня очень хлопотный. Я лишился своего хозяина, и вам хлопот добавилось, но не из-за этого я тут появился. Просто раньше мне не удалось, как я хотел, поблагодарить вас за то участие, которое вы проявили ко мне, пока я валялся израненный в лазарете. Поблагодарить за то свое драгоценное время, которое вы на меня, ничтожного раба, потратили...

Лили молча слушала мою проникновенную речь и возражений, а главное ненужных вопросов не задавала. Я осторожно накрыл своей ладонью лежавшую поверх одеяла, буквально рядом, ладошку госпожи магессы. Гладкая кожа, тонкие женские пальчики в моей ладони - какие приятные ощущения. Я легонько погладил расслабленную ладонь Лили. Возражений это по-прежнему не вызвало, вот только глаза госпожи магессы, как мне показалось, стали шире и не выглядели такими сонными, как прежде.

- И поблагодарить не только словами, но и по-другому... так, как может поблагодарить мужчина такую красивую женщину, как вы госпожа магесса...

Моя ладонь осторожно скользнула вверх по руке Лили. Молчание и отсутствие возражений побуждали меня продолжать.

- Я, конечно, понимаю, что такая благодарность может показаться вам чрезмерной и более того, оскорбительной, но даже возможность снова очутиться у Мерсье или испытать ваш гнев и попасть под магический удар не могли остановить меня в моем решении отблагодарить вас...

Я медленно-медленно, но неуклонно надвигался на неподвижно лежавшую Лили. Надо было пользоваться ступором, в котором она находилась. Любое развитие ситуации было для меня благоприятным. И даже магический удар меня устраивал (тут мне могли помочь тренировки, постоянно проводимые в отношении меня Марианной), а уж благосклонность тем более была очень неплохим вариантом. Мне не подходил только трезвый анализ ситуации и неприятные вопросы. Но этого варианта развития событий я надеялся избежать своей наглостью.

И вот когда я уже слышал участившееся дыхание Лили, ощутил терпкий аромат благовоний исходящий от магессы, когда до встречи наших губ оставались считанные сантиметры, спокойствие покинуло Лили.

Ее руки обвились вокруг моей шеи, а сухие горячие губы прижались к моим...

Бинго! Я рискнул и выиграл. Теперь я был уверен, что всё для меня окончится благополучно. Я успокоился относительно своего ближайшего будущего, а всесильная магесса теперь стала для меня просто красивой женщиной.

Пока я спешно скидывал рубашку и штаны, которые, несомненно, могли помешать предстоящему действу, Лили благосклонно оглядывала меня из-под длинных ресниц и слегка улыбалась. Она и не подозревала, какой шок ее ждет в ближайшее время.

***

Было утро нового дня и скорее всего не раннее, как подсказывали мне мои биологические часы имеющиеся у каждого человека. А вообще только на биологические часы и приходилось полагаться. Поскольку никаких других часов, кроме башенных в замке не было. И по солнышку не определить время: окна в спальне были плотно зашторены. Разбудил же меня не будильник моих биологических часов, а Ния незаметно проникшая в спальню госпожи. Она деликатно кашлянула, надеясь видимо таким способом разбудить госпожу магессу. Но не преуспела в этом. А вот меня Ния своим покашливанием разбудила. Я поднял голову и встретился взглядом с главной служанкой Лили. Она явно удивилась тому, что больной из лазарета переехал в спальню госпожи, но спустя мгновенье изобразила беззвучную пантомиму. Смысл пантомимы, насколько я понял, сводился к тому, что необходимо разбудить госпожу магессу и это дело она, Ния поручает мне. Я отказываться не стал. Подружившись с госпожой магессой, мне теперь было важно не вызвать неудовольствия у второго человека в местной иерархии. Я приник к Лили и тихонько произнес самым ласковым голосом, на который сподобился.

- Утро уже. Пора вставать госпожа магесса.

Но у госпожи магессы было по поводу подъема свое мнение. Она, не открывая глаз, обняла меня руками, прижалась ко мне, да еще в довершение всего еще и ногу на меня закинула.

Ответ на мое сообщение был дан ясный и недвусмысленный: вставать еще рано, продолжаем спать.

Я поднял брови, скривил губы и потряс головой, глядя на Нию. Всем своим видом показывая: я сделал всё что мог. Ния понимающе кивнула и исчезла.

Госпожа магесса сладко сопела мне в ухо, погрузившись в нирвану сна. А я, разбуженный бесцеремонной Нией, лежал не шевелясь, чтобы ненароком не разбудить отсыпающуюся магессу, поскольку заснули мы вчера далеко не сразу.

Вчера я старался произвести на госпожу магессу благоприятное впечатление. И мне это удалось.

Тут надо сказать, что этот средневековый мир в отношении к женщинам оставлял желать лучшего. Нет, внешняя куртуазность присутствовала, правда только внешняя и только у благородных и для благородных, а вот в любви всё оставалось на уровне дикарей, которые набрасывались на женщину, пользовались ею и отваливались в сторону, удовлетворив свои потребности. В таких условиях в выигрыше были только очень страстные женщины, то есть те, которые заходились в экстазе от малейшего мужского прикосновения. Остальные же...никак не разделяли восторгов этих счастливиц относительно встреч с мужчинами и в лучшем случае терпели. А в худшем вообще уклонялись от общения в постели, по возможности понятное дело. Особняком тут стояли амазонки, которые прогибали мир, то есть мужчин под себя, но и они были не особенно счастливы. Судя по тому, что в большинстве случаев просто предпочитали общество друг друга.

Я дикарем не был, пусть и выглядел на сто процентов местным. Там на Земле я был счастливо женат, жену любил и старался, очень старался, чтобы она была счастлива в постели.

Свое отношение к женщинам я не изменил и после всего случившегося со мной. Просто усилий надо было прилагать больше, потому что местные женщины уже ни во что хорошее не верили и не ждали ничего хорошего от мужчин, а просто использовали их для получения материальных благ. У меня получалось помочь ощутить нечто доселе не испытываемое встреченными мною за эти девять лет женщинами. А именно не кратковременное удовольствие, а длительное с частыми пиками острого наслаждения.

С Лили вообще было всё гораздо проще. Она еще верила, она искала, она ждала того, кто порадует ее и я постарался соответствовать. Хотя никаких запредельных усилий от меня это не потребовало. Все эрогенные точки у Лили находились в классических местах, поэтому и на гребне волны наслаждения она очутилась очень быстро, не успев удивится тому, что я не напал на нее, не поторопился сделать привычное дело и по окончании дела, отвалившись от нее захрапеть.

Так я и лежал, наслаждаясь прильнувшей ко мне во сне женщиной, пока снова не появилась Ния. Она, одним своим появление дала мне понять, что нужно повторить попытку пробуждения разоспавшейся магессы. Я понятливо кивнул и задумался.

"Как мне же разбудить эту соню?"

И тут мне кое-что вспомнилось. Читал я, как Ходжа Насреддин учил людей тому, как надо правильно спасать тонущего ростовщика.

- Вы неправильно кричите ему. Вы кричите ему: Дай! Дай руку! Но с ростовщиком это не работает! Где это видано, чтобы ростовщик, что-то тебе добровольно дал!

- А что надо кричать? - спросили люди, пытавшиеся в очередной раз спасти вынырнувшего из воды ростовщика.

- А вот что! - сказал Ходжа Насреддин и, протянув руку державшемуся на воде из последних сил ростовщику, крикнул. - На! На руку!

Утопавший ростовщик немедленно вцепился в протянутую руку.

Я вспомнил эту поучительную историю, а потом и ее продолжение, где в последствии спасение ростовщика вышло боком Ходже Насреддину.

"Но это у Ходжи был выбор: спасать или пройти мимо. А у меня выбора нет. Нужно будить, куда денешься!" - подумал я и, нежно поцеловав приоткрытый ротик Лили, прошептал.

- Лили, может продолжим? Я готов!

И Лили немедленно открыла глаза, сна в которых уже не было.

"Читайте классику, господа! Может пригодиться!" - подумал я, покрывая поцелуями довольную мордашку Лили.

Ния мгновенно исчезла, едва только увидела, что госпожа изволила проснуться. Она, похоже, полагала, что я быстро закончу с ее госпожой. Наивная Ния! Лили наоборот явно ожидала повторения вчерашней ночной программы в полном объеме, а потому даже сокращенный вариант мог вызвать серьезное неудовольствие у госпожи магессы. Поэтому-то я никуда не поспешил, а продолжил нежно целовать сразу закрывшую глаза Лили. Только целовал я уже не личико, а точеную белую шейку магессы и даже подумывал о том, чтобы любя, слегка так, куснуть Лили за ушко, где как я вчера выяснил, имелась одна из ее многочисленных эрогенных зон, но не успел. Рабский ошейник, до сего момента свободно болтавшийся на моей шее, вдруг резко сократился в размерах и грубо сдавил мое горло. Доступ воздуха в легкие прекратился. Я захрипел, откатился в сторону от сразу открывшей глаза Лили. Прошла секунда, другая и ошейник рывком вернулся к своим прежним размерам. Я, тяжело дыша, лежал на спине, с трудом приходя в себя. Наконец я слегка оклемался, прокашлялся и сиплым голосом сообщил привставшей на локте и с беспокойством смотревшей на меня Лили.

- Ма... гхрм... Ее Сиятельство требует меня к себе...

Лили понимающе кивнула и заботливо предложила.

- Ты не тяни время, беги к ней быстрее, а то...

Я в это время торопливо натягивавший рубашку, пробормотал в ответ на такую заботу.

- Да, да, понятно!

***

Марианна была нынче леди в черном. Черная куртка с вышитыми серебром узорами, черные почти мужские штаны, мягкие черные сапожки и волосы, убранные в замысловатую прическу. Тоже естественно черные. Она сидела в столовой во главе стола, и вид имела очень недовольный.

"Надеюсь, не мной недовольна наша герцогиня, - подумал я, торопливо кланяясь, так глубоко, как позволяла мне сгибаться моя поясница. А поскольку спину в этом мире я сорвать еще не успел, то и поклон вышел на загляденье: чуть о собственные колени не ударился носом, демонстрируя смирение. Только вот даже такой мой прогиб не привел в хорошее расположение духа сердитую Марианну.

- Ты что себе позволяешь! - рявкнула она на меня. - Ты являешься позже меня в столовую. Словно это я тебе должна прислуживать!

Я еще раз торопливо согнулся в поклоне.

"Чего она так злится? Гийом что ли ленится и не отрабатывает, как положено?"

- Где ты был, когда я тебя звала? Я хочу знать!

За моим разносом с интересом следили Сабрина, де Сад, Омрон и тройка каких-то заезжих благородных неизвестного ранга. Врать, что усиленно работал где-то, например, на кухне, я не решился. Омрон был в курсе моих обязанностей: прислуживать Марианне и никуда меня не дергал.

- Спал я... - пробормотал я и зажмурился, ожидая взрыва эмоций. И он последовал этот взрыв.

- Спа-а-ал?!

Марианна покраснела и некоторое время не могла выдавить из себя ни слова.

"Ну и чего так возмущаться по такому ерундовому поводу? Хоть нервные клетки, согласно новейшим научным воззрениям и восстанавливаются, но очень медленно. А тут такой перерасход! Да и на внешности стрессы сильно сказываются. Ведь вся морщинами изойдешь и даже Лили со своими магическими кремами тебе может не помочь".

Понятно, что это был внутренний монолог. Если бы я, забывшись, вдруг озвучил его, то мне вероятнее всего предстояла бы новая встреча с Мерсье и не факт, что я пережил бы ее.

Наконец, Марианна справилась со ступором, вызванным моим правдивым ответом и, нашла подходящие для такого случая слова.

- Ты очень ленивый раб! Ты спишь, когда все вокруг уже обедать собираются! Чтобы победить такую феноменальную лень нужно приложить большие усилия... Омрон!

- Да, Ваше Сиятельство!

- Отправь этого субчика на свежий воздух. Пусть поработает в каменоломнях пару лет, а потом мы посмотрим, как у него будет обстоять дело с ленью!

- Два года там еще никто не проработал...- заметил Омрон.

- Этот проработает! Я в этом уверена! Ладно, где Лили? Есть уже охота...

- Посылали и неоднократно человека в апартаменты госпожи магессы. Спит - был ответ.

- И эта спит! - пробормотала Марианна, а затем сказала. - Начинаем, ждать не будем. А ты, раб, - обратилась она ко мне. - Обслужишь меня в последний раз. Там, в каменоломнях тебе хоть будет о чем вспомнить.

Где-то ближе середине трапезы в столовой возникла Лили. В отличие от почти мужского наряда Марианны, платье Лили вполне годилось для бала, а не для рядового обеда. Желто-зеленое, отороченное белыми кружевами платье, в сочетании с рыжими волосам и умело наложенной косметикой, производило сильное впечатление.

Лили бросила на меня взгляд, чтобы убедится: произвела ли она на меня ожидаемое впечатление.

Я отлично понял, что означает этот взгляд, но пускать в ход мои, уже изрядно развившиеся актерские способности нужды не было. Я и без того был впечатлен настолько, что застыл вместе с кубком вина, который хотел вручить Марианне. И вручил, но только когда проводил взглядом неспешно шествовавшую на свое место Лили

Марианне, как и мое внимание обращенное на Лили, так и задержка в подаче бокала ожидаемо не понравились, но мне было уже на это плевать.

"Как там говорили? Дальше фронта не пошлют! А каменоломни - это фронт и я уже там можно сказать..."

Больше никаких проколов я не допускал, но изменить это обстоятельство уже ничего не могло.

По окончании обеда Марианна целеустремленно направилась к выходу из столовой. За ней неспешно потянулись ее сотрапезники.

- Марк! - окликнул меня Омрон. - Иди за мной!

- Куда ты его повел? - немедленно заинтересовалась Лили.

- Согласно распоряжению Ее Сиятельства, Марк должен быть немедленно отправлен в каменоломни. Сейчас организую доставку...

- Погоди, Омрон! Не надо так спешить! Сейчас Марк пойдет со мной к Ее Сиятельству, а потом, Ее Сиятельство может и передумать.

Омрон поклонился и возражать не стал. Оно и понятно. Пусть он и был значительным лицом в замке, но встревать в разборки из-за раба между герцогиней и магессой ему не улыбалось.

Марианну мы с Лили обнаружили в маленькой уютной гостиной. Она сидела на мягком розовом диванчике перед камином, щурила на огонь глаза и похоже вознамерилась побыть в одиночестве. Впрочем появление Лили не вызвало у нее никаких возражений. Лили указала мне пальчиком на соседний диванчик. Дескать, передвинь его поближе.

Я, понимая, что Лили хочет поговорить с Марианной обо мне, метнулся и приволок диванчик к Марианне, поставил так, чтобы можно было смотреть друг на друга. На мое появление Марианна никак не отреагировала.

"Понятное дело, что на будущего каменотеса обращать внимание. Списан в расход!"

Лили уселась на диванчик, впилась взглядом в расслабившуюся Марианну и энергично начала.

- Марианна, я очень редко прошу тебя о чем-либо для себя лично. Но сейчас я прошу тебя именно для себя лично! Надеюсь, ты не станешь возражать!

После такого вступления, закрывшиеся уже было глаза Марианны вновь открылись. Она заинтересованно уставилась на заметно взволнованную Лили.

- Я прошу тебя, отдай Марка мне! Пусть он будет моим слугой!

Я стоял за спиной у Марианны и, к сожалению, не мог видеть выражение ее лица, но вполне представлял, как сейчас попала Марианна.

"Что делать? Отправить меня в каменоломни, как планировалось? Это было бы самое правильное, но тогда обидится Лили. И серьезно обидится, если ей откажут в такой незначительной просьбе. А недовольная магесса последнее, что хотелось бы иметь Марианне. Особенно учитывая последние события и предательство Стога. Но и отдавать меня Лили никак нельзя. Я потенциальная угроза для Марианны, ничуть не меньшая, чем неизвестные отравители. Интересно, что решит Марианна?"

Марианна задумалась и надолго. Лили, вероятно, ожидавшая немедленного согласия на ее ерундовую просьбу, расценила задумчивость Марианны, как преддверие отказа, и нахмурилась. Ее брови сдвинулись вместе. Губы сжались. Глаза посуровели. Выражение лица стало упрямым и совершенно непреклонным.

- Понятно... Я-то полагала, что между нами сложились дружеские отношения, несмотря на то, что ты моя нанимательница, но видимо я ошибалась. Что ж, он погибнет в твоих каменоломнях. Ради чего неизвестно, - Лили ткнула пальчиком в мою сторону. - Но я этого уже не увижу, поскольку буду далеко отсюда. Вакансии в гильдии имеются. Конечно не такие хорошие, но что уж тут поделаешь... Буду где-нибудь на границе с орками в каком-нибудь баронстве освежать в памяти боевые плетения. Зато не скучно будет и главное никаких ядов. Орки, ребята простые - ятаган и копье вот и всё их оружие...

- Погоди, погоди Лили, я же не сказала, нет!

- Хорошо! - мигом согласилась Лили. - Скажи тогда `да` и всё будет в порядке...

- Лили, - надломленным голосом сказала Марианна. - Я никак не ожидала от тебя такого грубого шантажа...

- Марианна, - нежным ласковым голоском проворковала Лили. - Скажи `да` и забудем об этом недоразумении, как о страшном сне... Я прошу тебя, Марианна!

- Ты наверно с ума сошла! - простонала Марианна, повернулась назад и посмотрела на меня. К счастью я не улыбался в этот момент, а наоборот стоял со скорбным видом и демонстрировал покорность судьбе в лице Марианны к любому ее решению.

- Как и я впрочем наверно тоже... Забирай его! Ох, чувствую, что мне еще будут неприятности от этого красавчика...

Лили обняла Марианну за шею и благодарно поцеловала ее в щеку.

- Всё будет хорошо! Вот увидишь!

- Только и остается надеяться на это...

***

Итак, теперь я слуга Лили. В общем, пошел по рукам. Впрочем, после рук Стога, да и ног тоже (этот гад и пинался, и махался, ни в чем себе не отказывая) ручки и ножки госпожи магессы приводили меня в полный восторг. Этим восторгом я делился с Лили по ночам. Кроме восторга присутствовало еще чувство признательности Лили за очередное спасение, на сей раз от визита в каменоломни, которого я бы точно не пережил. Днем же просто смотрел на нее влюбленным взглядом, что было совсем нетрудно изобразить после близкого общения со Стогом и Марианной.

В свою очередь Лили тоже демонстрировала все признаки влюбленности: счастливо улыбалась мне, часто брала за руку и прижималась в самых неподходящих ситуациях и постоянно таскала меня с собой. Повсюду! Даже на деловые заседания с Марианной, Сабриной, Омроном и прочими. Правда при беседах Лили и Марианны мне поприсутствовать не удалось. Я был немедленно изгнан за дверь, несмотря на все возражения Лили, но вот при встречах с остальными влиятельными лицами замка и герцогства я теперь занимал место рядом с замковой магессой на постоянной основе.

А уж ночью, когда госпожа магесса становилась просто Лили, она просто взрывалась вулканом страсти. Ненасытность ее просто поражала. Такое впечатление, что она сдерживалась до встречи со мной, а теперь все тормоза разом исчезли и умиротворить ставшую просто ненасытной магессу было непросто. Но я старался, поскольку там, на заднем плане маячила такая перспектива, как каменоломни. От посещения которых я уклонился, но гарантию от ссылки туда в будущем всё-таки не получил.

"Новая игрушка поначалу всегда интересна, но проходит время, эта игрушка может прискучить и что тогда? Моего рабского статуса никто не отменял и в случае даже малейшего сомнения в моей нужности для Лили, Марианна с радостью отправит меня, куда подальше с глаз долой. И тогда, может быть, даже каменоломни покажутся мне привлекательным вариантом. Ведь там худо-бедно, но можно протянуть годик..." - так размышлял я, ласково гладя утомленную, но выглядевшую совершенно счастливой Лили, раскинувшуюся на своей роскошной постели под балдахином.

"Вот бы стать необходимым Лили не только ночью в постели, но и днем... Раз уж она таскает меня всюду за собой, точно комнатную собачку, то может предложить ей рассматривать меня, как секретаря на встречах? Надо же им хоть изредка делать какие-нибудь записи. Можно предложить свою помощь, когда она там в своей лаборатории готовит алхимические снадобья. Например, омолаживающие кремы или общеукрепляющие эликсиры. Этим обычно занимается ее ученица Натали, но помощник ученице не повредит. Особенно, если он будет занят какой-нибудь нудной работой. Что-то там растирать, смешивать, взбалтывать... Да и ученица у Лили не навсегда. Когда-нибудь она отправится в самостоятельное плавание... Так, а я, что уже начал рассматривать эту рабскую жизнь, как нечто окончательное и постоянное? Навсегда?! Ну, а что сейчас можно сделать, если снять ошейник может только Марианна? Да ничего! Можно лишь рассчитывать, что в будущем, когда я докажу свою лояльность, то может быть... Ладно, не стоит о грустном, тем более Лили уже ожила и кажется, жаждет продолжения праздника жизни..."

Тему своей нужности я затронул на следующее утро за завтраком. Завтракал я теперь всегда вместе с Лили. Чему был очень рад. Вкусно поесть я всегда любил, а в трапезной, где я обычно перекусывал, готовили, конечно, лучше, чем для рабов в бараках, но не настолько, чтобы удовлетворить мою тягу к вкусной пище. Вот только вина я не пил уже давно. Лили, не обзавелась еще привычкой, встречать новый день бокалом, другим хорошего вина. А на обед и ужин у Марианны, где Лили позволяла-таки себе выпить капельку вина, она взять меня с собой не могла: Марианна была категорически против моего присутствия у себя за столом в качестве сотрапезника, а не слуги.

За завтраком меня и Лили обслуживала лично Ния. Для Лили у нее всегда была наготове улыбка. А для меня имелся суровый вид и такой же голос. А всё потому, когда Лили заполучила меня в слуги, шантажируя Марианну, то она сообщила Ние, что мои просьбы и приказы та должна исполнять, а не обсуждать. Таким образом, раб, стал по факту старшим среди слуг Лили, а Ния пошла на понижение. И хотя я никогда ничего не просил, а уж тем более не приказывал ни Ние, ни остальным служанкам, но выскочек нигде не любят, и ничего удивительного в поведении главной служанки Лили не было.

Поэтому разговор я начал лишь тогда, когда Ния аккуратно поставив тарелку с яичницей по-аласонски перед своей истинной госпожой и брякнув такую же тарелку передо мной, удалилась.

- Лили! - сказал я, глядя на шипящую и трещащую жиром горячую яичницу.

- Да, Марк! - улыбнулась мне Лили.

- Может я могу помочь тебе? Например, я могу делать записи, на твоих встречах с Ма...Ее Сиятельством и другими важными людьми...

- Ты умеешь писать?!

Я хмыкнул.

- Я умею говорить, писать и читать на шести языках, включая старорангунский...

"А если считать и русский, то на семи ", - это уже я подумал.

Лили как раз в этот момент собиравшаяся отправить в рот кусочек яичницы, так и застыла с открытым ртом.

- Шесть! - потрясенно повторила она. - Ты что благородный?

Я вздохнул. Как же хотелось сказать `да`, чтобы произвести впечатление на хорошенькую женщину. Но она же потребует подробностей, а такие подробности не понравятся уже другой хорошенькой женщине - Марианне.

- Нет, просто попадая в чужую страну, я сразу учил язык. Способности у меня хорошие и трудностей не возникало.

- А вот у меня были трудности. Да еще какие! - созналась Лили. Она, наконец, прожевала и проглотила уже остывший кусочек яичницы. - Даже старорангунский, на котором написано большинство магических трактатов, я знаю плохо. Ну не даются мне языки... Марк! А как же ты выучил старорангунский? Это же мертвый язык!

"Вот черт! Прокололся! Марианна меня убьет!"

- Так вот и выучил... Когда я служил в замке барона де Кроля на границе с Гронингемом, то подружился на основе общих интересов с магом тамошнего баронства...

- А как его зовут? Может я его знаю? А что у вас были за общие интересы...

"Вот же женское любопытство! Всё ей расскажи! Конечно, я не изучал с магом Ставром старорангунский. Вот еще! А общие интересы у нас действительно были: вино и девочки... Ну и основы магии он мне давал, когда я добывал для него бутылку редкого вина... но говорить об этом Лили не стоит..."

- Лили не о том речь! Какая разница, что я делал в той крепости три года назад! Я-то тебя спрашиваю: могу ли я чем-нибудь тебе помочь сейчас?

- Обязательно поможешь! - с энтузиазмом ответила Лили. - Есть кое-какие алхимические трактаты в замковой библиотеке, которые я никак не могу разобрать...

- Переведу! - кивнул я.