Тонкий аромат свечи, горящей в маленьком керамическом горшочке, плыл по кабинету с языческими масками на стенах.

Алина полулежала на ковре, облокотившись на подушки и прикрыв глаза. Справа рядом с ней лежал маленький плоский магнитофон – крутилась кассета, из динамика доносились голоса, а слева – блокнот с записями и распотрошенная папка с бумагами.

Алина слушала.

– Все, что я хотел тогда, – уничтожить их. Словно их обоих никогда не было. А когда я понял, что это невозможно, я решил уничтожить самого себя.

– Уничтожить?

– В переносном смысле, конечно. Я заперся в четырех стенах и сделал все, что мог, чтобы все обо мне забыли. И чтобы я сам навсегда забыл о себе. Я стал так себе противен.

– Лева, а вам не кажется, что вы, по существу, сами поверили в то, что они говорили и писали о вас?

– Нет, это не так. Я же не сплю с мужчинами, – горький смех.

– Но вы позволили им внушить себе, что вы плохи, что вы недостойны находиться среди людей, что вы заслуживаете только забвения.

– А разве это не так?

– Конечно, не так. Вы прекрасный человек, Лева. К сожалению, именно на таких, как вы, набрасываются те, кто не может вызывать у порядочных людей ничего, кроме отвращения. Они завидуют вам, они пытаются уничтожить вас. Но вы не должны позволять им сделать это! Когда я познакомилась с вами, я знала только то, что вы талантливый писатель. Теперь, когда вы наконец стали откровенны со мной, я поняла, что талант – не единственное ваше достоинство. А это очень редкое качество у творческих людей, поверьте моему богатому опыту. Я сделаю все, чтобы спасти вас, чтобы вернуть к: жизни, поверьте мне.

Пауза. Дрогнувший голос Крымова:

– Спасибо, Алина. Если бы вы знали, как вы нужны мне. И как дороги.

Алина протянула руку к магнитофону, нажала на клавишу перемотки, недолго подержала ее прижатой и снова надавила на «пуск».

– Алина. Если бы вы знали, как вы нужны мне. И как дороги.

Открыв глаза, Алина запустила пальцы в ворох бумаг, рассыпанных вокруг папки, и достала оттуда любительский снимок: Крымов на фоне афиши, со всех сторон к нему тянутся микрофоны. Алина снова перемотала кассету.

– ..как вы нужны мне. И как дороги. Прикрыв веки, она улыбнулась и медленно поднесла фотографию к губам.