Что скрывает память.

Уже третий день я жила в местном научном центре, где изучали мою память. Процедура была довольно простая. На запястье крепился браслет, который конечно тоже был живым (какой-то родственник лимбы) и мне задавались различные вопросы. Иногда, казалось, я совершенно не знала ответ. Но мастер лир Таон утверждал, что много информации оседало в глубинах памяти, хранилось в подсознании, и мнетоник мог считать ее. Например, я мало что могла рассказать о химических элементах Земли - ну не сильна в химии - тогда от меня требовалось расслабленно лежать и вспоминать, например, воду: ее вкус, фактуру, ощущения и тому подобное.

Память исследовали пластами, уходя вглубь. И завтра мы должны будем добраться до моего рождения и что-то узнать о моих родителях. Я безумно волновалась, боясь, что выяснится какая-то банальная правда, и последует разочарование. Мне даже не с кем было поговорить. После окончания процедуры считывания мнетоник забирали, и я отправлялась в свою комнату.

Здание научного центра состояло из 8 этажей. Но это были не земные этажи. В разных частях здания они могли быть разной высоты. Кое-где залы объединяли в себя сразу по три этажа, образуя что-то вроде амфитеатра для большой аудитории. Лестниц не было, а были пологие пандусы и местные варианты лифтов. Прозрачные полые колонны изгибались и пронизывали все здание в самых разных направлениях.

Я пока не рисковала бродить по этому живому чуду в одиночестве. Поэтому молодая невероятно хорошенькая фея с розовыми волосами, "лаборантка", как я ее прозвала, провожала меня до моей комнаты и убегала по своим делам.

Надо сказать, что комната эта появилась прямо у меня на глазах из пустой стены.

С помощью моей лимбы Мурки я "поговорила" с домом и оказалась обладательницей уютных апартаментов с шикарной кроватью с кучей подушек, у оконной стены стояло глубокое удобное кресло и рядом круглый стеклянный столик. В ванне я вообще разошлась и организовала себе джакузи и зеркало во всю стену.

Если первые вечера я наслаждалась своей квартиркой, балдела в джакузи, с увлечением смотрела "телевизор" - зрительную стену, впитывая информацию о новом мире, то сегодня меня разбирала злость и досада. Я металась по своей комнатке, чувствуя себя в клетке.

В этот момент в сознании возникла кошечка и мяукнула:

"Хозяйка, лир Астьен просит разрешение на общение".

Сердце екнуло и забилось чаще, и я мысленно воскликнула: "Да, я согласна!"

Перед глазами возник демон. Облачен на этот раз он был в обтягивающий комбинезон по виду из темно-серого трикотажа.

"Вот это намного лучше, чем из фольги", - подумала я, бесцеремонно разглядывая высокую широкоплечую фигуру.

- О, Стэфа, - демон сглотнул, пожирая меня горящим взором, от которого сладко заныло внизу живота, - Пожалуйста, смени облачение, иначе я не смогу нормально разговаривать тобой.

И тут до меня дошло. Оставшись одна, я сменила надоевшие джинсы на свой любимый домашний вариант: коротенькие шортики и маячку на тонких бретельках.

В глазах местного жителя это, должно быть, выглядело сверх неприлично, и я поспешила вернуть джинсы.

- Извините, прошу вас, я не думала, что кто-то меня увидит.

- Ничего, - усмехнулся мой "психотерапевт", - Я получил удовольствие...

Я почувствовала, что мои уши пылают. Вообще-то я не была монашкой, но от этого мужчины краснела как девчонка.

- Дорогая лирея, я хотел предложить вам прогулку по Тальтоне, если не возражаете?

Конечно, я не возражала. На улице стояла теплая погода, должно быть лето. Я задумалась и решила сменить облачение.

Стоя перед зеркалом, придирчиво рассматривала отражение. Когда три дня назад у меня с головы сняли повязку, я обнаружила себя лысой. Это был шок. Мои волосы сгорели при пожаре во время аварии. Но сейчас они стали расти с невероятной скоростью и уже не топорщились ежиком, а лежали густой светло-русой шапкой сантиметров семь длиной. Здешний мир почему-то не знал косметики, и по зрелом размышлении я поняла, что она и мне не была нужна. Кожа была гладкой и свежей, на щеках нежный румянец. Зеленые глаза обрамляют густые ресницы. Губы четко очерчены и выглядят ягодно и естественно.

Я засмеялась - здорово было ощущать себя такой красивой. Поэтому я решила "надеть" платье из полупрозрачного шифона жемчужного цвета. Юбка практически до пола играла и струилась от каждого движения. Верх как корсет обтягивал и поддерживал грудь, треугольный довольно глубокий вырез и короткие рукава-фонарики. На ногах плетеные босоножки на низкой подошве.

Я осталась довольна. Судя по взгляду демона, он тоже.

- У вас, Стэфа, нестандартный подход к облачению. Наши женщины так не делают, но выглядит это потрясающе!

Я улыбнулась в ответ, и мы спустились по прозрачной трубе-лифту к выходу.

Тальтона была удивительна. Дорог в земном смысле не было, а всю землю покрывала синеватая упругая короткая трава. Ходить было мягко и удобно, как по резине. Говорят, во время дождей эта штука поглощала лишнюю влагу, и здешние города не знали грязи.

Никаких машин или другого наземного транспорта в принципе не существовало.

Погуляв по улицам и площадям, мы устроились в местном "кафе".

Меня переполняли впечатления. Кругом было множество народу. Все молодые, невероятно красивые. Глаза и волосы всех цветов радуги. Похожие на ангелов дети. И ни одного старика.

На мой недоуменный вопрос об этом агнит объяснил:

- Наша планета, Сертая, живая, как и все, что её населяет. Главное её качество - гармония. Все насыщает животворная магия. Достигнув пика своей формы, живые существа остаются такими навсегда. Далее они будут совершенствовать внутреннюю гармонию.

Но, соблюдая баланс, источники магии разделены. Мы, агниты-демоны, черпаем из огня и света, ильвы-феи из земли и вод, а диссы-драконы из воздуха и эфира.

Пока мы так сидели и болтали, вокруг наших кресел начали прорастать какие-то вьюны, и к концу разговора уже покачивались нежные бутоны. С этим мужчиной было удивительно легко, и мы как-то незаметно перешли на ты.

Лир Астьен предложил посмотреть на закат.

Мы поднялись по изящной витой лесенке на крышу кафе, и там обнаружилась посадочная площадка местного транспорта - крыльев.

Я уже видела неспешно пролетающие в разных направлениях на высоте где-то пятидесяти метров полупрозрачные крылья, похожие на настоящие птичьи. Это был транспорт местного значения. А высоко в небе яркими бликующими росчерками проносились крылья дальнего следования.

Мы выбрали золотящееся на свету крыло и уселись в удобные креслица, которые располагались в основании конструкции.

Это, конечно, было магиживое существо, и когда агнит сунул руку в желтый кристалл, то оно сразу встрепенулось, доброжелательно "посмотрело" на нас, окутало прозрачным защитным полем и плавно поднялось вверх.

Как недавно в доме у моего спутника я испытала невероятное эстетическое удовольствие от вида столицы. Но вот город остался позади, и я во все глаза рассматривала проносящиеся внизу поля и затем лес. Деревья напоминали русские осины и лиственницы только голубоватого оттенка (как знаменитые голубые ели в Кремле).

Вскоре мы пересекли неширокую речку с синей водой и тихо опустились на отлогом холме с круглыми пушистыми метелочками каких-то трав.

Закат был классный. Густо-синее небо посерело и зажглось золотыми и оранжевыми сполохами. Заходящее светило бросало последние лучи на этот необычный мир, который как-то быстро стал мне родным. Я даже думать начала на местном языке, а прошлая жизнь казалась полузабытой сказкой.

Об этом я и сказала Астьену.

Мы сидели в траве. Асинга угасла и ушла за горизонт. Спустились серебристые сумерки. Какая-то местная птица издавала протяжный мелодичный звук, который вдруг резко обрывался и начинался вновь.

Астьен взял меня за руку и легонько провел большим пальцем по запястью, от чего у меня быстрее забилось сердце.

- Этот мир близок тебе, потому что он и есть твой родной. И завтра это подтвердится. Мне же не нужно подтверждение. Только истинная дочь Сертаи может быть столь красива. Он приблизил ко мне лицо. Я почувствовала его необыкновенный пьянящий запах и заглянула в невероятную глубину глаз, потемневших, отражающих ранние звезды.

Если бы он поцеловал меня сейчас, я не смогла бы сопротивляться. Да и не хотела. Но он не поцеловал. Тихонько провел пальцем по моим губам и сказал:

- Я благодарю Мать Сертаю за то, что ты нашла путь домой.

А я так ничего и не ответила, оглушенная этой маленькой лаской и бурей, которую она вызвала.

***

Утром, облачившись с помощью лимбы в уютный трикотажный на вид и на ощупь костюм серого с салатными вставками цвета, я еле успела позавтракать, как пришла моя провожатая фея - "лаборантка". После приветствия она восхищенно заявила:

- Лирея, Стэфа, я видела вас вчера в необычном облачении. Это было нечто! У меня сегодня встреча с подругами в Цвентариуме. Пожалуйста, помогите и мне поразить их.

- Да не вопрос. А как это сделать?

- Все просто. Прикасаетесь к моей лимбе и представляете, что облачаете меня, а не себя.

- Договорились. Сделаем это после обследования.

Мастер лир Таон встретил меня доброжелательной улыбкой.

- Дорогая лирея, сегодня считываем первую память после вашего рождения. Сознательное погружение в этот возраст невозможно, поэтому мы используем гипнотический сон.

Я согласно кивнула.

Дракон легонько коснулся моего лба, и я провалилась в сиреневое мерцание.

...Тепло и уютно. Чьи-то ласковые руки держат меня. Это мама. Неясное лицо склоняется ко мне, зеленые глаза излучают любовь. Мне светло и хорошо...

Я очнулась. Лир Таон выглядел довольным.

- Стэфа, все подтвердилось. Информации много и она разная. Сейчас я забираю мнетоник. А после обеда мы с вами поговорим.

Во время еды ко мне присоединилась сияющая фея Элиника:

- Поздравляю, лирея. Результаты превзошли все ожидания.

- Может поясните?

- Нет, мастер лир Таон сделает это лучше меня. А как насчет моей просьбы?

- Да. Но сначала объясните мне, что это за цвентариум и с чем его едят?

- Это... - фея задохнулась от эмоций, - Театр цветов. Цвентаристы с помощью своего дара, используя разные растения, разыгрывают целые спектакли и представления, побуждая цветы расти, зацветать, переплетаться, бороться, источать аромат, увядать. И еще можно получить мастер-класс по такому магиделанию.

- Это здорово, - искренне восхитилась я. - Нужно непременно тоже побывать.

Я оглядела юную фею. Высокая точеная фигурка облачена в обтягивающий комбинезон из бликующей гладкой ткани. Нам часто встречалась подобная одежда во время прогулки по столице.

Немного подумав, я прикоснулась к гладкому утолщению за шелковистыми розовыми локонами. Сразу услышала приветливый отзыв чужой лимбы, сосредоточилась и послала ей задуманный образ. Отступила, залюбовавшись результатом. Длинные ножки Элиники были обтянуты белыми легинсами. Сверху белый топ. И в довершении накидка-жилетка из белого прозрачного шифона. От плеч до пояса она была собрана в широкие плотные складки, эффектно обтягивающие грудь. А от пояса до щиколоток свободно развивались невесомые полы. Тонкую талию охватывал белый кожаный ремень с золотистой пряжкой. Ступни обулись в белые плетеные сабо с золотыми колечками.

Сиреневые глаза феи засияли от восторга. Она хотела даже обнять меня, но постеснялась.

- Это... Это... У меня нет слов. Спасибо вам!

И упорхнула к выходу, собирая множество взглядов.

А мне вдруг показалось, что за ее спиной переливаются и вспыхивают искорками огромные двухметровые двойные крылья, как у стрекозы.

У меня аж дух захватило...

Для разговора мастер лир Таон пригласил меня в свой рабочий кабинет. Кроме него там присутствовал лир Астьен и незнакомая мне красавица с абсолютно белыми волосами, уложенными в замысловатую прическу. Я бросила взгляд на демона и встретила его ответный странный взгляд. Мы уселись в излюбленные креслица и дракон сказал:

- Уважаемая лирея Стэфа, все наши ожидания подтвердились - вы дочь ныне, к сожалению, погибших ильвов Кристиники и Синиона лир Саони. Вы ильва, то есть урожденная фея Стэфаника лирея Саони из древнего уважаемого рода. И разрешите представить вам, дорогая, - он указал жестом на блондинку, - ильва Цинтиника лирея Саони, мать твоего отца.

- Ты очень похожа на Кристи, твою маму, произнесла моя бабушка и приветливо улыбнулась, - Зови меня Цинтия.

"Что ж, я фея из древнего рода. О-БАЛ-ДЕТЬ!" - подумала я и тихо ушла в обморок.