— До каких пор вы будете не подчиняться правилам?! Савва! Я требую, чтобы мы назначили им наказание! — лютовал магистр Валемир, раскрасневшись, и махая руками, из которых так и не выпускал бокал вина. — А вы еще предложили пустить их к Лино! Немыслимо!

«Опять этот Лино, кто он такой?» — мысленно спросила я у Калерии, получив короткое:

«Позже».

— Валемир, — спокойно произнес магистр Савва, — они прогнали тогов.

— Если бы они не пробудили силы, Мартина была бы уже мертва, — добавила магистр Милена, сочувствующе оглядев нас.

— Я это понимаю! Но это не дает повода ослушиваться правил! — бушевал владыка, брызжа слюной.

— Валемир, — вмешалась магистр Аделина, встав, и положив руку на его плечо, — Милена права. Кроме того, это не так уж и важно, Мартине в любом случае нужно было пробудить силы. Какая разница, когда это случится, днем раньше или днем позже.

— Аделина… — начал было Валемир, но она не дала ему продолжить.

— И в данном случае хорошо, что это произошло на день раньше.

— Мы тут обсуждаем конкретно поступок, а не его последствия! — визгливым голосом возразила магистр Ясмина, злобно уставившись на свою тощую сестру.

— Однако, в данном случае последствия немаловажны! — огрызнулась Аделина, и ее голос стал столь же противным, как и у сестры.

— Если каждый будет ослушиваться… — начала Ясмина, но её перебил властный голос Саввы.

— Хватит! Хранители выполнили свое предназначение и спасли сантов от нападения тогов! Вы должны высказывать им свое одобрение, а не порицание!

И тишина. Все магистры замолчали, уставившись на него. Мы же понуро опустили головы, время от времени хихикая, когда переглядывались.

— Вы молодцы, — обратился он к нам, — и заслуживаете поощрения за успешное, но безрассудное отражение набега тогов. И ты, Мартина, вела себя очень храбро, без обучения бросилась в бой. Сумасбродно, но смело. Надеюсь, больше без надлежащей подготовки тебе не придет в голову так поступить, — усмехнувшись, попенял магистр и снова обратился уже ко всем: — Вы можете в любое время пользоваться тренировочным полигоном, не спрашивая разрешения у старейшин. Так я решил. Можете быть свободны.

Рассыпавшись в благодарностях мы, веселые, выплыли из светарни.

Вечером, сидя в гостиной и довольно попивая локтус, мы радовались благополучному завершению дня.

— Как его Савва осадил, — довольно произнес Кофикко. — В первый раз слышу, чтоб он был такой резкий, все думал, когда ж его прорвет.

— Главное, мы уже завтра можем начать тренировки, — пригубив напиток, добавила Калерия.

— И нам бы не помешало потренироваться, — вступил Рацо, — а то Кофикко чуть мне задницу не подпалил.

— Это я специально.

Мы дружно засмеялись, пересказывая друг другу кто, что делал в бою, пока я не вспомнила кое о чем.

— Кто такой Лино? Это типа шишка какая‑то или божество?

Хранители дружно засмеялись, заставив почувствовать себя полной идиоткой.

— Извини нас Мартина, — начал Рацо, — Лино не божество, это… хм как тебе сказать‑то…

— Выживший из ума древний сант, не умеющий выбирать друзей, — пришел ему на помощь скилт, громко заржав.

— Кофикко, — шутливо подтолкнула его Калерия и продолжила: — Лино это сант, который, на данный момент, следит за тенями в мире Снов. Он направляет хранителей к тем людям, которым портят сны. И он действительно древний. Поговаривают, что он был лучшим другом Северина.

— Врут, — вставил Кофикко свою любимую фразу, но был проигнорирован.

— Тем не менее, все знают, что этот пост никто кроме него не занимал. А тени появились очень и очень давно.

— Именно Лино обучает хранителей охотиться во Снах, — добавил Рацо, — нам всем предстоит вскоре с ним познакомиться. Только для начала нужно, чтобы он позвал.

— А когда он позовет?

— Кто знает, — хмыкнул Кофикко, — говорят он «того», — скилт покрутил пальцем у виска.

Я посмотрела на Калерию.

— Говорят, — подтвердила она, — но это не значит, что он не может нас ничему научить. Скорее наоборот. Он лучший.

— Здорово. Супер учитель, — засмеялась я, и все меня поддержали.

Чуть позже, Калерия, нахмурившись, встала с теплого пола и подошла к окну.

— Мартина, к тебе гости, — довольно сообщила она.

— Кто? — удивилась я, и проковыляла к ней.

За забором, уперевшись передними лапами на калитку, стоял тот самый волк, которого я сегодня ударила белым полем, и внимательно вглядывался в наше окно.

— И что ему надо?

— Ты его победила, он твой. Немногие волки выбирают себе в хозяев хранителей, таких случаев было всего три. Этот пришел к тебе с поклоном. Ты ж хотела себе завести чикри, так вот — волк лучше, — улыбнулась девушка.

— Иди — иди, — подбодрил меня Кофикко, — тебе, можно сказать, честь выпала. Я даже завидую. По идее он должен был обозлиться, а он пришел.

— А может он пришел обозленный? — нахмурилась я.

— Иди! — в один голос повторили ребята, и мне ничего больше не оставалось, как обуться и выйти из дома.

На улице уже смеркалось и редкие розовые солнечные блики ярко играли в густой шерсти огромного волка. Увидев неуверенно шагающую меня, волк перестал опираться на забор и встал на четыре лапы, склонив голову низко к лапам, как бы кланяясь.

Обернувшись, я увидела, что ребята виноградной гроздью свесились из окна, наблюдая за мной.

— Смелей давай! — подбодрил меня Кофикко.

Я вышла за калитку к склоненному громиле и робко дотронулась до его густой шевелюры.

— Здорово я тебя сегодня шандарахнула, — тихо проговорила я.

Волк ткнулся мне в руку холодным носом. Я присела и запустила обе руки в его шерсть.

— Ты теперь мой? — спросила я, и волк кивнул. — Как же тебя звать?

Волк развернулся и присел, давая мне возможность взобраться на него.

— Хочешь меня прокатить? — улыбнулась я.

— Как мило, хранитель дружит с врагом Сансита, — послышался неподалеку знакомый голос. Повернувшись, я увидела стоящую неподалеку Фредерику с двумя подругами, которые, как и она, насмешливо меня разглядывали. Одеты они были словно собрались на какой‑то праздник, судя по количеству бижутерии и немыслимых причесок, украшавших головы девушек.

— Это животное, а не враг Сансита, — спокойно ответила я.

— Одно из самых опасных животных, которыми пользуются тоги! — разозлилась красотка. — Хотя, может, однажды ночью он тебя сожрет, и ты не будешь мозолить мне глаза.

Мои брови от удивления поползли наверх от столь явной ненависти.

«Надеюсь после такого, они не явятся на праздничное гуляние», — донеслись до меня Рикины мысли.

— Отчего же, явимся, конечно, — нагло улыбнулась я, — кстати, спасибо, что сообщила мне о нем, а то мы не знали.

«Сигфус…» — пронеслось в голове у Фредерики.

— А кто это? — полюбопытствовала я.

— Не смей лезть в мою голову! — выкрикнула Рика, вызвав тем самым смех ребят, которые наблюдали за нашей перепалкой в окно. — Нужно запретить вам читать мысли! И таскать в Сансит всяких ободранных зверей!

Видимо, слово «ободранный» обидело волка и, повернувшись к обидчице, он злобно зарычал, став в стойку для прыжка.

— Я доложу об этом совету! — пригрозила Рика, тыкнув своим наманикюренным пальчиком в волка, но поспешила ретироваться от греха подальше. Зверь снова уселся возле моих ног как ни в чём не бывало.

— Хороший волк, — улыбнулась я, запустив ладони в его шевелюру, — не обращай внимания на всяких идиоток. У тебя очень красивая шерсть.

Волк неуклюже лизнул меня в щеку, заставив засмеяться.

— Ну что, у нас сегодня намечается гуляние? — произнесла подошедшая к нам Калерия.

— Видимо да, после такого приглашения пропускать его нельзя, — хихикнула я. — А кто такой Сигфус?

— Это местный неприступный красавчик.

— А, вон оно что, — кивнула я, и задумалась: — Ведь если это праздник, то мы должны и выглядеть соответственно, да?

— О, предоставь это мне, — загорелись глаза девушки, и она схватила меня за руку, заставив, буквально побежать в дом.

Мы влетели как тайфун, на ходу сообщая ребятам, что сегодня без возражений, они идут с нами.

— Чего мы там забыли, — буркнул Кофикко, — к тому же нас не звали.

— Точно, как же я сразу не догадалась! — замерла Калерия, и позвала: — Ёё?

Девушка огляделась по сторонам, но чикри нигде не было.

— Ёё! Немедленно покажись! — строже проговорила она, и возле дивана появилась кошка, одарив нас ленивым взглядом. — Где он?

Кошка зыркнула и отвернулась.

— Ёё, я спросила, где он? Не зли меня!

Чикри недовольно поднялась и, под её задними лапами затрепыхалась маленькая птичка, напоминающая то ли переростка воробушка, то ли недоростка голубя. Едва почувствовав свободу, птица встала на тонкие ножки, и только было расправила крылья, как Ёё снова схватила её и зажала в передних лапах.

— Ёё! — заорали уже все.

— Немедленно отпусти бедную тикси! — разверещалась Калерия, и освободила птичку из цепких лап. Девушка бережно усадила её на стол, наблюдая, как тикси пушится и недоверчиво косится на Ёё. — Она тебя больше не тронет. Ты же знаешь, она просто играла. Что ты нам принесла?

Тикси долго смотрела на Калерию, потом вроде как кивнула, и на её изящной шейке появился подвязанный сверток бумаги.

— Вот спасибо! — радостно произнесла Калерия и сняла послание. Как только оно оказалось у неё в руках, тикси сорвалась со стола и улетела в окно. — Бедненькая, ну и досталось ей. А с тобой я еще разберусь, сколько можно перехватывать письма! — грозно проговорила она, посмотрев на Ёё, которая в тот же миг исчезла.

— Что там? — не терпелось мне.

— Приглашение на гуляние в честь сегодняшней победы над тогами. Санситу лишь дай повод… — хмыкнула Калерия, развернув листок. — Ну вот Кофикко, а ты сказал — не пригласили, — хихикнула она, — какое празднество без хранителей? Мартина, вперед на марафет, мы уже опаздываем! — скомандовала она, снова схватив меня за руку и утащив в комнату, и бросив ребятам: — и вы оденьтесь поприличнее!

Калерия повытаскивала из шкафа огромное количество одежды, что после первого десятка платьев, мой мозг отказался воспринимать образы, поэтому я даже не пыталась принять участие в выборе туалета.

— Вот оно! — воскликнула девушка, выудив из шкафа тряпичный мешочек. — Ты в нем будешь просто блистать!

Она вытащила из него сверток нежно — голубой струящейся материи и расправила его.

— Ох, — промямлила я, это было короткое платье на жемчужных бретельках с разлетающейся юбкой.

— Правда шикарное? — обрадовалась Калерия, прикладывая его ко мне.

— Да, но оно такое… открытое… — смягчила я термин, оглядывая паутину из жемчуга на спине платья.

— Брось! — фыркнула она, и повесила его мне на плечо. — Одевай.

Она снова отвернулась к шкафу и выудила оттуда того же цвета босоножки на невысоком каблуке, так же отороченные жемчугом.

— Это к ним, — пояснила девушка. — Чего стоишь? Шевелись, пока я себе платье ищу.

Мне не оставалось ничего другого, как начать переодеваться. Стоит пометить, что это первый раз, когда я надеваю платье. Как и первый раз, когда я иду на гулянье. В школе, я никогда не ходила ни на какие праздники, включая те, которые были объявлены в добровольно — принудительном порядке. Я просто с них сбегала. Поэтому, натягивая приятное к телу платье, заметно разнервничалась.

Калерия, тем временем, уже облачалась в кричащее ярко — красное, чуть выше колен облегающее платье, которое выгодно подчеркивало её фигуру и пламя волос.

— Ух ты, — выразила я свое восхищение, и она довольно улыбнулась.

— Тебе твое платье тоже идеально подходит. В Сансите очень трудно достать цветную одежду, для этого нужно дружить с ткачихой скилтов, — хихикнула девушка, — поэтому мы будем единственные «цветные» на гулянье. А когда я еще закончу с прическами…

— О — о-о, — простонала я, понимая что волей — неволей стану объектом всеобщего интереса. Кошмар.

— Перестань, — снова отмахнулась она, — ты великолепно выглядишь. Ты — красивая, Мартина. Запомни это.

Она подошла ко мне вплотную и дотронулась до головы.

— М — м-м думаю, это будет коса с вплетенными голубыми лентами и жемчугом, — поговорила девушка. — Вуоля!

Я глянула в зеркало. Черт возьми, а она права, я красотка! Я пару раз крутанулась, заставив юбку разлететься, щекоча меня по ногам.

— Класс! — выдала я вердикт, пока Калерия укладывала свои кудряшки и одела на голову, маленькую диадему с рубинами.

— Готовы! Пойдем, посмотрим на парней.

А они выглядели скромнее. Их одежда почти ничем не отличалась от повседневной, за исключением того, что была выглажена.

— Заставь дурака Богу молиться, — проворчала Калерия, оглядев их критичным взглядом.

— Лавры неземной красоты, мы отдаем сегодня вам, — вещал Рацо. — Вы великолепно выглядите. Просто сногсшибательно.

— Кофикко? — выжидательно проговорила она.

— Да, неплохо, — буркнул он.

— О, какая похвала! — театрально воскликнула Калерия. — Кофикко, учись делать комплименты, а то так и останешься холостым.

— Поговори мне, — нахмурился он.

— Поговорю, поговорю, — весело отозвалась она, — вперед, веселиться! Я сегодня выпью целый литр фруктового вина!