— А эти клинки… Почему ригрины так на них отреагировали? — уже ближе к полудню спросила меня Элика. Мы шли практически без передышки. За время пути по тракту нам попалось от силы две или три деревушки вдали.

— Как — так? — я повернула голову к сестре.

— Ну, они не стали нападать.

— Так это же подарок их императора мне. Его символика, на них даже заклинание есть для телепортации… куда-то. Я думаю что они решили для начала разобраться. Ведь никто не может взять кинжалы в руки кроме меня.

— В смысле?

— В прямом. На четвёртом курсе один дурак из старших попытался их у меня украсть. Так прямо там его рука, которой он взял моё оружие, и превратилась… да я даже не знаю во что. Кристаллизировалась в какой-то фиолетовый минерал. Так и не смогли расколдовать, отрезали.

— Ой, я вроде слышала об этом. — кивнула Элиарна. — И что — так с любым будет?

— Насколько я поняла, да. Любым, кто попробует взять их без моего позволения.

— А Рика?

Я молча протянула шагавшей слева от меня Кошке кинжал. Та провела по лезвию коготком, аккуратно вытянула подарок Мебея из моей ладони и ловко крутанула в руке. Эти зеленоватые клинки всегда завораживали подругу. С сожалением она вернула оружие мне.

— Как видишь.

— Они у неё не светятся как у тебя. — задумчиво прокомментировала Элика. Я только пожала плечами.

— Неужели Гилдор убил Мебея… — почти в тон Элике, так же задумчиво вопросила Риака.

— Ты к чему это?

— Мне интересно — как? У них же вроде такая защита хорошая, да и вообще.

— Не знаю как он это сделал, но я очень хочу чтобы он понёс за это ответ. — я сжала кулаки.

— Как думаешь — он следит за нами? — Элика нервно оглянулась.

— Вот ещё, делать старому пердуну больше нечего. — я презрительно фыркнула. Знай я тогда — в тронном зале, что он убил императора, луч ударил бы не в пол, а в грудь этого подонка. Интересно… смогла бы?

От жутковатых мыслей даже передёрнуло. Я не убийца, хоть убивать иногда и хочется.

— Не такой уж он и старый. — как бы между прочим заметила Рика.

— Он прадед Касседи в каком-то поколении. Ему давно за две сотни лет перевалило. — вставила сестра.

— А почему такой молодой? — меня это не особо интересовало, но поддержать некое подобие светской беседы хотелось. И так идём целый день словно в воду опущенные.

— Дух, кажется.

— Это…?

— Это посвящённые Старейшинами маги, которые находятся у них на службе и выполняют всякие их поручения. Когда их посвящают — по образу души создаётся тело. Таких вроде нельзя убить…

— Да нет, можно. — решила поучаствовать Рика. — Их могут убить Охотники своим посвящённым оружием, либо простые маги, если будут убивать раз за разом, пока жизненная энергия души не иссякнет.

— Вы откуда это знаете?

— История Янтарного мира, второй класс. Ты прогуливала уроки, да? — этот вопрос и на вопрос то не похож. Любит сестрица блеснуть своим умственным превосходством.

— А Охотники? — я не стала отвечать на выпад Лики. И даже за ответом повернулась к рыжей.

— Они служат, по легенде, одному из Старейшин, который враждует с другими. Их обязанность — убивать Духов и питаться их жизненной энергией, поглощая её своим оружием. Суть у них одна и та же, да только Духам убивать себеподобных не обязательно.

— То есть все они — смертные?

— Да, но с определённого числа смертей. Убили их раз десять, они тут же себе тело по душе создали, а в одиннадцатый раз энергии не осталось. Вот тут и конец пришёл. Как-то так. — тут уже ответила Элика.

— Погоди, но если Гилдор — Дух, то как он одновременно служит Старейшинам и правит кланом?

— Слушай, Рей, я до некоторых пор и в существование Старейшин то не верила. Уж такие вопросы точно не ко мне. — сестра мотнула головой.

— А мы, когда остановимся перекусить? — задала резонный вопрос Рика. Я тоже была голодна.

— Предлагаю остановиться в следующей деревушке, там и перекусить.

Моё предложение было принято с некоторым сожалением, потому что деревня появится неизвестно когда, а кушать хотелось сейчас. Но запасы были не безграничны, а путь, судя по всему, предстоял ещё долгий. По левую сторону маячили деревья Гриммо и иногда я краем глаза замечала в эльфийском лесу движение. Понятия не имею как далеко конец Марона, но я думаю мы поймём, когда пересечём границу.

Шли мы, изредка поднимая какие-то малозначимые темы. Беседа как правило увязала на середине, так и не найдя продолжения. Вечером, когда от постоянной ходьбы с редкими перерывами уже болели ноги, начался мелкий моросящий дождик, а на дорогу опустился неприятный туман. И единственное что порадовало в этой ситуации — деревушка справа от тракта. Она стояла относительно недалеко, и мы направились к деревянным домишкам.

Где-то мычали коровы, маги изредка попадались на мрачных тропинках между домами, кидали на нас мутные взгляды и возвращались к своим делам.

Ближе к центру этого селения начали попадаться дети, которым противная погода не мешала веселиться и играть в догонялки. Они с весёлым улюлюканьем носились по хлюпкой земле, напрочь отвергая всю эту унылую суету. Почему-то очень захотелось вспомнить детство в Городе Грифона и побегать с ними. Я даже остановилась, залюбовавшись. Но меня за собой потянула Рика, которой очень не нравилось мокнуть под усиливавшимся дождём.

В итоге мы добрели до самого большого и богатого дома в этой деревушке. Я аккуратно постучалась и стала ждать. Рыжая заглянула в окно, но ничего интересного не обнаружила и разочарованно села на ступеньку крыльца.

— Что вам надо!? — окликнул глухой бас из-за спины.

Крепко сложенный мужчина явно немолодых лет ковылял к нам, опираясь на корявый посох. Он хромал на правую ногу и на том же глазу у мага висела чёрная повязка.

— Ночлег. — коротко крикнула я в ответ.

— Ночлег не бесплатно будет. — заранее предупредил меня этот мужчина, взбираясь на крыльцо.

— Вы ведь староста, да?

— Не я староста. Сын мой. Но место где переночевать, и я дать могу. Вы кто такие будете? — на меня смотрели одним серым глазом. Да так внимательно смотрели, словно сравнивая с ориентировкой на преступника.

— Эльф, ригрин, оборотень. Практикующие маги, идём в Хлад. — отрапортовала я, чуть прищурившись. Мужчина удивлённо вскинул брови.

— В проклятые земли неужто? Вы обманчиво молоды, колдуньи. — мужчина нахмурился и приоткрыл дверь в дом. — Ну, проходите. Поговорим, да решу — оставлять вас на ночёвку или ступать вам своей дорогой от греха подальше.

Рика бросила на меня настороженный взгляд. Элика вцепилась в рукав кожуха.

Мы вошли в сени, скинули верхнюю одежду, разулись, сгрузили тяжёлые рюкзаки и прошли за хозяином.

— Меня звать Бунько, лесничий тут. Это вот дом мой. Сын старосты, уехал недавече в Хенгвильм. За ночёвку двести зелот возьму с каждой. Но сначала расскажите всё-таки о себе получше. Хочется знать с кем хату ночью делить придётся.

Повисла тишина. Рика с Эликой выжидающе на меня уставились. Бунько тоже. Что стоит говорить, а что нет? Думаю, настоящее имя лучше не называть, чтобы не заподозрили моей связи с… этой… матерью, так называемой. Остальных представлю как представлю.

— Рианта Лизенфелд, практикующий маг-стихийник. — вот уж выдумывать имена мне сейчас точно не хочется. А если забуду вдруг? — Это мои товарищи. Элиарна эль Фабиан и Рика Риа. Мы идём в Хлад для исследования природных аномалий, которые когда-то там возникли. Есть предположения, что поддерживает проклятие на материке какой-то древний артефакт. Возможно, мы его найдём и решим продать.

Тишина. Элика выглядела абсолютно спокойной и расслабленной, ничем не выдавала своего удивления. На вопрос зачем так врать я ей отвечу как-нибудь потом, когда мы будем уже далеко от этой деревни.

В то же время Рика застыла каменной статуей. Вот вроде никаких эмоций… совсем. Просто сидит, шелохнуться боится.

— Вот оно значит как. Интересно вы сдружились — оборотень, эльф и ригрин. Неужто там действительно что-то настолько ценное может оказаться? — это он сейчас намекает, что эльфы с ригринами и оборотнями не водились даже во времена войны?

— Может. А также эта экспедиция может оказаться для нас последней. — вот тут я с тревогой заметила, что не очень уверена в лживости последней фразы.

— Вы — Духи? — нагнувшись к нам поближе, шёпотом спросил мужчина.

Я нахмурила брови и посмотрела прямо в глаза Бунько. Тот с досадой поджал губы, не дождавшись ответа.

— Ну что ж, как говорил — по двести зелот с каждой и можете располагаться на скамьях. Еда за дополнительную плату.

— Сколько?

— Сорок зелот и сноха вас накормит.

На этом Бунько хлопнул себя по коленям, снова опёрся на корявую палку и с кряхтением встал. Я прошла за ним в сени, вытащила из сумки пока ещё тяжёлый кошелёк и достала две серых монетки, достоинством выше зелот. Протянула их хозяину. Тот принял монеты, обратив большее внимание на мой кошель, нежели на деньги.

Ну нет уж, я копила их со второго класса, мечтала купить себе собственного айранита. Если уж и уйдут они куда-то, то только на мою нынешнюю цель. Поэтому кошелёк спрятала за пазуху и молча прошла мимо Бунько.

Рика молча смотрела в окно, Элика нервно теребила ещё не полностью отросшие после таирвов волосы. Теперь золотые локоны сестры были едва ли ниже плеч. Тоскливо, но ничего не поделать. Магией нарастить их слишком сложно, некачественно и дорого.

— Мы могли бы остановиться в таверне. — тихо шепнула мне сестра, когда я к ней подсела.

— Я не увидела здесь таверну или корчму. А ещё не хочется спать в одном помещении с пьяными и непонятными личностями.

— А здесь? У тебя нет ощущения, что тут нам не рады? — Элика заметно нервничала. Рика дёргала ухом, слушая наш тихий шёпот, но не поворачиваясь.

— Ещё мы можем переночевать в лесу, как вариант. — я поморщилась. — Как считаешь, там безопаснее? Вот как раз у границ моих братьев по крови. А на самом деле, я бы тоже не была рада неизвестным личностям, заявившемся в мой дом с просьбой переночевать.

— А если это один из подосланцев Гилдора?

— Элика, вообще-то я тут страдаю паранойей. Успокойся. Поставим магические контуры и спать ляжем. — на самом деле тревога грызла и меня. В такие авантюры мне встревать ещё не приходилось. Но выхода не было. Единственное о чём я действительно жалела, что потащила рыжую и Элику с собой. Если с ними что-то случится — ответственность ляжет на меня. А я не хочу… всего этого.

В конце то концов, это была только моя проблема, я никого не просила влезать в неё и пытаться не утонуть в этой трясине лжи и предательства. Всё-таки интересно, почему она подбросила меня?

Элиарна тяжело вздохнула, вырывая меня из тягостных мыслей. В этот же момент в комнату вошла дородная, пышная молодая женщина с румяным лицом и тёмными косами, выглядывающими из-под серого платка.

— Солянка у нас сегодня, да пирожки с капустой квашенной. Всё будете?

Я коротко кивнула, следом некое подобие подтверждения пробубнила поникшая Элика, а с окна раздался полный огорчения и печали вздох Рики.

— А оборотень то кто из вас? — немного бестактно, как мне кажется, спросила эта женщина.

— Я… — Риака повернулась с какой-то слабенькой надеждой в глазах.

— Потрошков дать? Рыбьих. Свежих. — брови оборотнихи сошлись домиком, и она устало мотнула головой. Её разочарование даже меня зацепило.

— А есть просто рыба? — поинтересовалась я, видимо, у снохи Бунько.

— Ну, рыба есть. А она будет? — женщина кивнула на рыжую, которая снова тоскливо отвернулась к окну.

— Много?

— Лещ, рыбин пять будет.

— За сколько в дорогу запасёте заготовленной рыбы? Всей.

Женщина глупо похлопала глазами, задумалось, а затем неожиданно крикнула, заставив меня дёрнуться:

— Батя! У Вас тут рыбу колдуньи просят продать. Продать им? Или ну их?

Я поджала губы. Да, стесняться здесь, похоже, не умеют. В этом я убедилась, когда услышала ответ.

— Продай, но подороже. У главной денег много, не обеднеет. — после этих слов я аж закашлялась. Они думают что меня тут нет? Или что я их не слышу? Или что тут вообще происходит.

Элика тоже смотрела на меня, чуть приоткрыв рот от удивления. Наверное, выражения наших с подругами лиц были очень похожи в этот момент. Единственное чему я сейчас не удивляюсь.

— Сколько за рыбину дашь?

— За всех, уже готовых и упакованных — два зольта. Как стоимость нашей ночёвки тут. — понятия не имею сколько стоит такая рыба, но не думаю, что дёшево. А Рику чем-то кормить надо будет. Не охота пока останавливаться в других домах и тавернах. Слишком затратно.

— Батька, два зольта даёт за всех! — уже менее неожиданно.

— Пущай. Продавай.

— Хорошо, но деньги вперёд. А солянку то будете?

— Да будем. Все будем. — со вздохом ответила я, кладя на стол звонкие монетки. Главное, чтобы рюкзак этой рыбой не провонял.

Где-то через полчаса нам принесли еду. Рыбу пообещали принести после ужина. С нами же сел ужинать и сам Бунько. Кушали в полнейшей тишине, глядя каждый в свою тарелку. Опять же, кроме хозяина. Он бросал внимательные взгляды то на меня, то на Рику с Эликой. Я старалась не придавать этому значения. Мы слишком устали. Завтра всё равно отправимся дальше в путь.

Спать ложились под покровом стационарных щитов. Ставили мы их с Эликой и Рикой достаточно долго, периодически объясняя хозяину дома зачем мы это делаем. Он говорил, что понимает наше недоверие, но сам нам видимо не очень доверял, потому что следил буквально за каждым словом и жестом в заклинаниях.

В последнем щите я уже не сдержалась, оборвала нити на середине и бросила несколько слов на дашлиме, цепляясь за колючие проволоки магии электричества. Иными словами, эти нити магии я описать не могла. Щит отнял абсолютно все остатки манны и засиял золотыми искорками по периметру комнаты.

Вот такую защиту этот… маг… точно не сможет проломить. Даже Гилдор не смог. А я методом долгих и сложных экспериментов нашла способ её установить. Теперь никто кроме меня не пробьёт наш маленький барьер.

— А это что за заклинание такое интересное? — вкрадчиво поинтересовался Бунько. Нет уж, старый пердун, пробраться сквозь него у тебя точно не получится, даже если ты взломаешь все прочие щиты.

— Язык древних, дашлим. — бросив косой взгляд на мужчину, ответила я. — Заклинание — моё личное изобретение.

— А как же вы снимать его потом будете? Вы ведь умеете? — хитрый, однако.

— Я — умею. Кроме меня никто. — вот пускай и думает теперь стоит ли к нам лезть.

Бунько покачал головой, нахмурился и уковылял на второй этаж. Мы же спокойненько расположились на лавках. Рика в обнимку со своей вожделенной рыбёхой, которую ей всё-таки принесли и заботливо завернули в ткань. Главное, чтобы ночью от бессонницы всю не съела. Всё-таки деньги у меня тоже имеют лимит.

Началась ночь. Я заснула практически мгновенно. Проснулась ближе к утру от того что услышала подозрительные щелчки. Распахнула глаза и увидела, как дёргается моя электрическая защита. И не просто дёргается. В неё тыкаются с разных сторон какие-то оранжевые нитки магии, и там, где они соприкасаются с щитом — появляются маленькие вспышки.

Глянув туда, где спала Элика, увидела лунные блики в широко распахнутых рыжих глазах. Сестра заметила что я не сплю и кивком указала мне на защиту. В этот момент я поняла, что не осталось ни одного из щитов, которые ставили мы, кроме моего.

Прошло буквально мгновение, и древняя защита застрекотала как тысяча цикад от единого удара рыжих нитей. Рика уже была на ногах и дёргала кошачьими ушами, частично сменив ипостась.

Защита стояла, пол ходил ходуном, нитки магии сверкали неистовым янтарным цветом.

Я вообще не удивляюсь что упали все наши заклинания. Они базовые, простейшие. Только то, чему нас учили в школе, большего мы не знали. И только мой дашлим, возможно, спас нас.

У меня не было маны, я не могла ничего предпринять. Даже создать пульсар. Всё ушло на эту последнюю преграду. Меня тряхнуло.

— Элика, откуда это тянется? — в момент тишины перед очередным таранящим ударом спросила я сестру. Голос дрожал от волнения и страха.

— Не понимаю. Тут ещё некромантские. Видишь?

Я сосредоточила зрение на чёрном проходе в коридорчик после сеней. Там действительно едва заметно вились болотистые нитки магии.

И вот накатила паника. Один лишь этот запах… Запах озона, тот, который приходил каждый раз при появлении Жнеца.

— Элика, что делать? — крикнула я сестре, отступая к стене. Эта защита может и не продержаться долго.

Элиарна кинула на меня полный недоумения взгляд. Видимо, не рассчитывала, что из всех из нас именно мне станет страшно. А зря.

Очередная попытка призвать крылья не увенчалась успехом. Урод Акселарий, чтоб тебя!

— Я не знаю…

Какое-то отчаяние заставило меня принять это решение. Я просто не видела другого выхода. Чуть защита даст сбой — нам конец, я уверена.

— Мне нужна буквальная капля маны и любой из артефактов или амулетов что у нас есть.

— Ты же не собираешься опять…

— Собираюсь! — я перебила сестру. — Я лучше подорву здесь всё к харгеровой матери, чем буду ждать пока эта дрянь до нас доберётся.

— И что дальше? А как же Бунько и его сноха?

— Да мертвы они! Вся деревня мертва!!! — уже срываясь в истерику заорала я. Рика, до этого стоявшая молча, прислушиваясь и принюхиваясь, наконец кивнула.

— Это правда. Ни одного звука на всю округу, и пахнет мертвечиной. Здесь уже никого не осталось. — уходя в жалобный писк выдала рыжая.

— Как это… — Элиарна выглядела совсем нехорошо. Даже в темноте я видела, что она не так далеко от паники — губы дрожат, глаза налиты слезами. Всем троим паниковать нельзя, точно погибнем. А мне ещё столько хочется сделать. Я не хочу опять этой жуткой темноты.

— Рейкона, твоя защита. — поражённо выдала Рика.

Я взглянула на тонкую плёнку, увитую колючей проволокой электричества. Рыжие нити продолжали атаковать щит, но всё менее яростно. И самое интересное — защита не только стояла, она ещё и разъедала вражескую магию. Совсем как тогда, в Хенгвильме.

— Девочки, мне нужна вся ваша мана, срочно! — крикнула я, прислоняя пальца в колючим ниточкам. Щит дружелюбно заискрился, рыжие щупальца на мгновение замерли.

В следующее мгновение я почувствовала прилив маны от Элики и Рики. Магию сестры пришлось преобразовать в ману моей стихии, что заняло ещё несколько секунд. Ну а дальше я закрыла глаза и пальцами вцепилась в простейшую сетку своего щита. Древние строили самые простейшие и монолитные заклинания, они не плели сложных узоров из нитей, им хватало этого.

Молнии повыстреливали в разные стороны. Жадно цепляясь к оранжевым и болотным нитям, направляемые мною, они ели их, уничтожали, пробираясь всё дальше — к источнику.

Гром заставлял стены дома вибрировать, в помещении было светло как днём. Но я видела только сияние магии электричества и её какое-то странное торжество. Свободу непредсказуемой и жестокой стихии. Ей дали волю, и она пользовалась этим как могла.

— Рейко, я на исходе! — простонала Рика у меня за спиной.

— И я… — глухой шёпот сестры.

Пора заканчивать.

Резко обрываю все нити, перекрывая подругам доступ к резерву. Сияние прекращается тут же, а вместе с ним почему-то осыпается и мой щит. Искрами очерчивает блестящий полукруг в комнате и медленно тает.

И тишина.

— Уходим! — скомандовала я подругам, прислушиваясь к каждому шороху. Но он пришёл неслышно.

— И куда же вы? — на пороге словно из воздуха возник кто-то. Голос был мне совершенно незнаком, звучал он странно, приглушённом эхом.

— Подальше отсюда. — тихо ответила я, за руку потянув сестру к окну. Как жаль, что я не могу ментально передать кошке команду разбить окно.

— Зачем? — по интонации никак нельзя было определить злится это существо или маг в пороге, или может обижено.

— Нас здесь пытались убить. Это не причина?

— Здесь надо быть мертвыми. — очень странное заявление.

— В каком это смысле? — Элика тихонечко старалась забраться на скамью, к окну.

— Вы пришли в гости к мёртвым. Днём вы ещё могли бы уйти.

— Что… Когда мы пришли — они ещё были живы.

— Я так не думаю. — существо в пороге не спешило к нам приближаться. Теперь я заметила, что оно как бы парит над полом. От этого стало ещё страшнее.

— Что это значит? — Рика шебуршила рукой где-то по окну, пытаясь нащупать защёлку. Да разбей же ты его, дура!

— Они все здесь мертвы уже очень давно.

— Неправда! — рыжая, у тебя инстинкт самосохранения отбило? — Я чувствую запах. Их недавно убили.

— Шестнадцать лет назад — недавно?

Снова повисла неприятная тишина.

— Вы нас отпустите? — если Риаке простили её выпад, значит я могу попробовать задать такой вопрос.

— Ночью вы должны быть мертвы. А если доживёте до рассвета, значит можете уходить.

Я взглянула в окно. Рассвет очень близко. Сейчас странное затишье. Но что тут вообще происходит?

— Почему?

— Что именно?

— Почему мы должны быть мертвы? И что тут происходит?

— Потому что проклятие не даст живым быть тут. Ты Рианта, верно? Если память мне не изменяет — ты создательница магии молний. Я, правда, думал ты давно ушла в Забвение после гибели Ужаса. — вот тут я насторожилась. Он обо мне знает? Что ещё это потустороннее существо может мне рассказать? — Но ты здесь и твоя магия всё ещё верна тебе. Только ты сильно изменилась, кажется. Хорошая магия, сильная. Отсрочила вашу гибель на час, возможно. Пока проклятие восстановит силы может быть наступит рассвет.

— Что ещё за проклятие? — совершенно не к месту влезла Рика, которая видимо решила, что убивать их пока никто не собирается и отошла от окна.

— Оно снаружи. Выйдете — можете считать последние секунды жизни. — неожиданный поворот. — Забирается в дома, ищет жизнь в магах. Выпивает её до дна, поселяется в телах, а днём ослабевает. И они вроде бы как живы… А ночью умирают вновь. Один бежал. Ночью он умрёт и больше не оживёт.

— Сын Бунько?

— Да. Он. Нельзя убежать отсюда. Она прошла здесь и забрала чужие жизни. Она сама проклята, и прокляла других.

— О ком ты? — я даже присела на скамью.

— О той, в чьи земли вы зачем-то идёте. Рейкона де Лагора. Она прошла здесь, когда за ней гнался лорд Гилдор. И она поставила ловушку размером с целую деревню. Пожертвовала живыми магами ради себя. Теперь каждую ночь они вынуждены умирать. Снова и снова. Дети, старики, женщины. Все. Здесь должна была остановиться погоня, но они не стали ночевать в деревне. Эта была такая напрасная жертва…

— Проклятие можно как-то снять?

— Кто-то может быть и смог. Нужны некромант-травитель и артефактор. А ты, Рианта…

— А что ты знаешь обо мне? — перебила я этого то ли призрака, то ли… не знаю кого.

— Хм… Я бы очень хотел, чтобы ты рассказала мне больше того, что я о тебе знаю. Но ведь ты ничего не помнишь, правда? Ты ведь всё-таки побывала в Забвении?

— И всё же.

— И всё же мне хочется посмотреть, что будет дальше. Я пришёл сюда за одним из своих детей. И наша с тобой встреча может оказаться очень важной, если верить Мегориям. Конечно, если очередное пророчество истолковано правильно. — он насмешливо хмыкнул.

— Почему ты увиливаешь от ответа?! — я уже начинала злиться. Вот он — наверное, мой единственный источник информации, но даже он ничего не хочет говорить.

— Потому что у нас очень мало времени и рассказать всего я тебе всё равно не успею.

— Ну хоть что-то ты можешь сказать!

— Да, могу. Это ведь важно, да? То, что ты была Старейшиной. — тихий смешок и силуэт начинает растворяться в воздухе.

— Стой! — какой-то у меня крик отчаяния получился. — А кто ты есть хоть!?

— Имя мне — Мор. Владыка Бездны.

И тишина. Первые лучи рассвета забираются в комнату, а вместе с ними развеивается стойкий запах озона. Где-то закукарекал петух. Где-то скрипнули половицы. Где-то сова издала последнее жалобное «угух». И ничего вроде бы не поменялось. Но только исчез тот, кто знает обо мне, кажется, всё что хочу узнать я.

И не привиделся ли он мне? Морок? Приведение?

Я была Старейшиной?…

Взглянула на Рику. Та стояла, прижав руку ко рту и как заведённая мотала головой. Элика, с другой стороны от меня, была бледной как мука. Вцепилась тонкими пальчиками в ворот рубахи и смотрела в ту точку, где только что стоял он.

— Но его же не существует. — Риака окончательно рассеяла мои сомнения по поводу того, что Мор мне привиделся.

— Ты видела его лицо? — Элика взглянула на рыжую. Та покачала головой. — И я нет.

— А что ещё за дети?

— Помнишь легенду про Лунный покров? Там было про Детей Бездны. Они неотличимы от нас. Может быть он пришёл за кем-то из деревни? Может потому что тот сам не мог выбраться из-за проклятия?

— Через шестнадцать лет?

— Ты думаешь у Владыки Бездны мало дел?

— Так что, он правда существует? — обречённо проскулила Рика.

— Если это не морок, то да. — Элика нервно теребила золотые локоны.

— И мы тому свидетели. — подытожила я.