Как говорится, нет худа без добра. Снова пришлось сидеть взаперти в комнате, но зато в компании Учителя и Ветра. Пока Ярослав мотался по местным "источникам информации", мы прекрасно сообразили в карты на троих. Я не стала предлагать играть на раздевание — Учитель и так от меня в хроническом шоке, еще не хватало до инфаркта его довести, — но в "подкидного" играли весело. Мужчины, уже открыто скооперировались против хитрой меня, но не пойман — не шулер. Так приятно смотреть на их вытянувшиеся лица после очередного проигрыша!

— Алиса, я сильно подозреваю, что ты нечестно играешь! — Валлин усмехнулся в бороду. — Но никак не пойму, где ты шельмуешь. Сдает Ветер, к нему нет претензий.

Ага, так я и сказала, что потихоньку вас считываю! Тяжеловато, правда, но тоже тренировка.

— Если она и жульничает, то мы никогда не узнаем — как, — усмехнулся Ветер.

— Эй, я честно все делаю!

И ни слова неправды. Я честно работаю с их мозгами.

— Ты ведь обманываешь.

Я покраснела. Мужчины бросили на кровать карты, требовательно глядя на меня. В комнату ворвался Яр. Взмыленным и уставшим моим спасением.

— Мы еще вернемся к этому вопросу, — пообещал Учитель, придвигая брату кувшин и блюдо с мясом.

— Ну, чего нарыл? — я вся обратилась в слух.

— Чего мы и ожидали. Палан стягивает дружины. Активно собирает наемников и просто бандитов. Но этого все равно маловато, чтобы противопоставить армиям герцогства и Князя.

Что-то должно быть в рукаве. Козырь. А из значительных событий мы имеем только что? Правильно, корову. То есть чешуйчатую зеленую ящерицу и ее товарок, прошляпивших собственные яйца.

— Учитель, скажите, а как быстро вылупляются и вырастают драконы? — невпопад выдала я.

— Обычно в течение месяца они достигают размеров взрослой особи. Но говорить и нормально себя вести — не раньше трех лет. Но сейчас не до этого, Алиса.

— Думаешь, исчезнувшие яйца могли украсть Паланцы? — Ветер нахмурился. — Но драконы ведь не обнаружили никаких следов!

— Они же не искали следы телепорта, — я хмыкнула. — Учитель, опытные маги же владеют телепортацией?

— Вполне. Только сначала нужно добраться до конечной точки, если не видел ее раньше. А обратно — запросто. Впрочем, мы тоже собирались возвращаться именно так.

— Замести следы магией тоже не проблема, — возразил Яр. — А если натаскать новорожденных драконов на возможного противника…

— Как собак Павлова — рефлексом…

Брат с ужасом смотрел на меня, как будто я изобрела новый вид убойного оружия. Я ведь просто его озвучила, и только.

— Чем дальше, тем больше это похоже на бред больного. — Я потянулась. — Каким надо быть психом, чтобы красть драконьи яйца?

— Почему психом? Еще лет пятьдесят назад это было модно, произвести впечатление на родителей предполагаемой невесты, или на короля, — магистр зашагал по комнате. — Думаю, это возможно.

— Вот и козырь в рукаве. Драконы, наемники, маги. Отвратное сочетание. — Ярослав устало упал на мою кровать, не стесняясь, растянулся.

— Есть вариант поубавить пыл противнику. Я могу сообщить драконам, где искать пропавших детей.

— Алиса, драконят прячут, и если родители попытаются их выручить…

Я представила сотни крылатых, умирающих под стрелами, драконов… Нет! Будет иначе! Я сделаю!

— Тогда придется ждать, когда эти придурки выведут свои войска на позиции. Тогда драконы смогут помочь и нам, и себе. Но я сообщу, что вылупившиеся дети, скорее всего в порядке, и как их хотят использовать, — упрямо мотаю головой.

— Это пожалуйста. И надо отправляться назад.

Мужчины вышли. Остался только магистр Валлин — присмотреть за мной и подстраховать. Я опасливо потянулась к плечу, куда бросила метку зеленая дракона. И ее встревоженная морда немедленно возникла передо мной, словно наяву.

— Хранящая! Ты была права — магия!

— Стоп! Я так и думала.

— Кто мог украсть наших детей?!

— Есть подозрение, что их прячут, выращивают и хотят использовать как живое оружие в войне.

— Что?! — гневный визг перешел в ультразвук.

— Сейчас их невозможно ни отыскать, ни освободить. Остается заставить противника вывести малышей к полю боя. Там ударим одновременно, и вам не смогут помешать забрать их.

— Ты?! Ты хочешь сказать — люди нам помогут вернуть детей?!

— Я знаю это. Дети — есть дети, как бы они не выглядели.

— Хранящая, весь наш род будет у тебя в долгу, если все получится! — зеленая дракона нервно облизнулась.

— Тогда делаем так — я возвращаюсь к нашим правителям, там постараюсь помочь. А ты договорись со своими сородичами. Будем держать связь.

— Благодарю, Хранящая.

Вынырнув обратно в реальность, устало отдышалась. На лбу выступил пот, руки дрожали.

— Ну как? Успешно?

— Да. Они подготовятся.

— Я пошел за остальными, а ты собирайся. Уже сегодня будем дома.

Ага, как же. Это ВЫ будете дома. А я… А хочу ли я вообще домой? Да, увидеть маму с папой — здорово, я сильно соскучилась. Но после буйства красок и чудес этого мира возвращаться в болото, где никогда не будет ни магии, ни энергопотоков, ни такой интересной учебы, ни Ветра… Фигушки! Ни за что!

Мужчины деловито закинули на плечи сумки, Ветер крепко ухватил меня за талию, Яр поправил меч и кивнул Учителю. Магистр пробормотал нечто нечленораздельное и двумя пассами сотворил портал. Полупрозрачное марево с дрожащими краями с липки чавканьем поглотило меня на миг, облепив словно пленкой. Я задержала дыхание в испуге и попыталась дернуться. Ветер держал крепко. И уже открыв отчаянно зажмуренные глаза, увидела знакомый кабинет, заваленный бумагами стол магистра, пыльные стеллажи, бледное рассветное небо за окном. Дом Хранящих. Яр и Ветер немедленно засобирались во дворец герцога. Мне велели посидеть с Валлином, обещая забрать сразу, как только.

Прогуливаясь по саду Дома, заметила стайку своих приятельниц. Четверых я знала хорошо — вместе с Целестой с ними обучались. Еще одна поддавалась узнаванию. Все с моего "курса", или, как выражался магистр, моего уровня обучения. Далеко не первогодки, уже прошедшие испытание на профпригодность, обретшие Защитников.

В голове зазвенел звоночек бредовой идеи. А и правда, спрошу — вдруг…

— Всем привет! — я подошла ближе.

— Алисия! — визг и радостные объятья.

Блондинка Лилия, тонкая как струна; рыженькая и кругленькая Мадлена, строгая и серьезная шатенка Диана. Только эти трое могли бы рискнуть. Остальные девчонки не потянут, в силу слабого дара. Парадокс. Хранящие, способные отсекать, но вынужденные пользоваться искусственными источниками энергии. Примеченные мной кандидатки после короткого перемигивания, все поняли, и я откланялась. В своей комнате устроилась ждать. Все равно делать больше нечего.

— Привет еще раз, — выдохнула, вбегая Мадлена. — зачем звала?

— Сейчас Лилия с Дианой придут — объясню.

Названные дамы уже через пару минут влетели ко мне, захлопнули дверь и заговорчески ухмыльнулись.

— Ну что, рассказывай, чего удумала, — Диана деловито устроилась на столе.

Быстро они от меня нахватались.

— Девочки, вы помните, каков долг Хранящей?

— Мир во всем мире, — насмешливо фыркнула Лилия.

— Именно. У нас война на носу. Серьезная.

Дамы резко посерьезнели. Понятно, новости мимо Дома не проходят, все в курсе.

— С княжеством?

— Не совсем, — уклонилась я. — В общем, мобилизуют наших старших. А мне понадобится своя команда. На городской передовой.

Страшно. Опасно. И я не вправе просить их об этом.

— Вы туда не полезете. Не переживайте. Просто мне нужна будет ваша помощь здесь, в городе.

— Что мы должны делать?

— Когда я пришлю весточку, осторожно читать людей. В курсе должен быть только магистр Валлин. Или Сервус. Главное, отследить брожение в городе, когда о войне официально объявят. И запоминать, кто имеет отношение к Палану.

— Палан?! — Мадлена вскинулась. — Только этого не хватало!

— А что такое?

— У меня там родня была — съехали в Тиссару. Там люди стали пропадать. Непонятно куда и почему.

— Ясно. Спасибо за информацию. И будьте предельно аккуратны.

— Будем. — Диана кивнула. — А теперь рассказывай, куда и насколько ты вляпалась. Интересно же.

Пришлось рассказывать. Не все, конечно, но и от той малости, что я выдала, у них отпали челюсти. Целесте тоже перепало, но она об этом узнает по возвращении. А мне нужно будет успеть смыться вовремя.

Магистр, как я и думала, разослал своих гонцов осторожно вернуть старших учениц. Чтобы, не вызывая подозрений, спрятать в рукав свой опасный козырь. Хранящих. В Палане своего Дома не было, а те Хранящие, что были, либо переселились ближе к столице, либо в сам Вассет вернулись. Да и толку от них мало, слабенькие. Вернувшийся Ветер с Яром утащили меня в дом моего Защитника. Отдыхать.

Прохлада из окна, тепло мягкого одеяла, до боли сжатые зубы, смятая простыня, сброшенная на пол подушка… Я проснулась от резкого рывка. Вынырнула из болезненного забытья, хватаясь за кого-то, судорожно вцепилась в ткань рубашки… И встретила спокойный теплый взгляд карих глаз. Ветер притянул меня к себе, сжал, гладил по волосам, успокаивая.

— Тебе снилось плохое, — тихое утверждение.

— Да.

— Все хорошо.

Я просто уткнулась в него, вдыхая знакомый и одуряюще приятный запах. Уже придя в себя, проснувшись, ощутила, насколько же он мне нужен — даже просто сидеть вот так, прятаться от мучающих меня кошмаров.

— Ты сильно устала, да?

— Да. Но я потерплю. Только бы все скорее кончилось.

— Все будет хорошо. Я обещаю.

— Я тебе верю, — заглянула в темное спокойствие глаз.

И если он сейчас меня не поцелует… Горячие губы осторожно прикоснулись к моим, пробудив такие мысли, что я невольно покраснела, потянувшись навстречу. Со всем жаром и бушующим во мне желанием целовала его, плюнув на все. Просто потому, что если не сделаю этого — буду жалеть всю жизнь. И чувствуя его бурный отклик, потянулась к рубашке, ощутить его кожу, биение его сердца, вжаться телом, зарыться пальцами в волосы…

— Остановись… — хриплый шепот.

Ветер отстранился, запахивая рубашку.

— Почему?

— Я не хочу, чтобы ты сделала то, о чем потом пожалеешь.

— С чего ты взял, что пожалею?

Я закуталась в одеяло. В один миг, всего несколькими словами снова возвел меж нами стену, за которой оставил меня. Одну.

— Я что, настолько тебе неприятна? — обидно, аж плакать хочется.

— Алиса, нет, что ты!

— Тогда не понимаю.

— Как тебе объяснить?

— Как есть!

— Алиса… — в комнату без стука ворвался Яр.

Окинул взглядом беспорядок, вжавшуюся в одеяло меня, расхристанного Ветра, и потемнел от гнева.

— Яр! — я резким жестом опередила его гневную речь. — Заметь, для начала, что он одет!

— И что?

— И вообще — у него принципы!

— Какие? — удивился брат.

— Понятия не имею! А теперь оба — вон отсюда!

Со злости даже запустить нечем. Дождалась, пока уйдут, подобрала подушку и разревелась, как ребенок. Вот с какого перепугу, мужчина, которого я хочу — взял и тормознул?! Что я не так сделала?!

После слез почувствовала себя еще более больной. Ярослав с виноватым видом принес мне письмо от Катарины. Там же оказалось несколько строк от Целесты. Все шло хорошо, никаких проблем и волнений. Князь усилил охрану, так что и моя невестка и будущий племянник (или племянница) были в безопасности. Хоть одна хорошая новость. Молчаливая Фритта принесла поздний ужин, взглянула на меня и принесла какие-то лекарства в темных пузырьках. Я отказалась, велев принести мой рюкзак. К счастью, там у меня нашелся и аспирин, и капли в нос. Хотя наутро мне все равно будет плохо.

Проклятая война. Она будет, хочу я этого или нет. И глядя на усталые мрачные лица мужчин, можно сказать, что она уже идет. Завтрак прошел в гробовом молчании. Мне разговаривать не хотелось, брат и Ветер погрузились целиком в свои мысли. Так что я без зазрения совести водрузилась в отвратное женское седло и навестила Учителя.

— Доброго дня, — я без спросу плюхнулась в кресло напротив магистерского стола.

— Чего печалимся? — не поднимая головы от бумаг поинтересовался Валлин.

— Личная жизнь не ладится, — пожаловалась я. — А как у вас?

— А у меня ее вообще нет, если ты это имела в виду, — отшутился магистр.

— Не это. Но повод для размышлений дали. Спасибо.

— Только не надо так мрачно, Алисия! Все образуется. Ветер занят, но он одумается.

— И об этом знаете? — удивилась я.

— А что такого? В большинстве случаев Хранящая и Защитник составляют пару.

— Нормально! А раньше предупредить нельзя было? Я бы и на пушечный выстрел…

— Не зарекайся, — отмахнулся Учитель.

— Так я чего пришла? Вспомнила! Одолжите магистра Сервуса на пару часов!

Валлин удивленно воззрился на меня.

— Зачем?

— Для визита…

— Алисия, у него и так дел по горло!

— … в городскую тюрьму. — Закончила я. — Надо бы посмотреть, вдруг есть что подходящее. Герцог же нам бумагу выдал на висельника.

— А-а, ну это пожалуйста. Давно пора доделать.

Просидев в ожидании магистра магии минут пять, отправилась его искать и столкнулась на выходе из кабинета. Поняв, куда и зачем я собиралась его потащить, рассмеялся, натянув мне капюшон плаща до подбородка.

— Знаешь, я еще ни разу не видел, как это происходит. Обычно с практикой работают Валлин или Жива, так что ты выбрала не лучшего спутника.

— Зато вы сможете вовремя среагировать, если объект поведет себя неправильно, — возразила я, взбираясь на личную дыбу, замаскированную под лошадь с дамским седлом. — К тому же его нужно будет доставить в Дом тихо и незаметно.

— Это всегда пожалуйста, — усмехнулся Сервус. — Кстати, магистерский Совет решил по окончании обучения оставить тебя в Вассете.

— Это что за новости? С какой радости Совет решает, что мне делать?

— Ну, твои результаты неоднозначны, но уже придуманные наработки произвели впечатление, и на должности магистра ты сможешь сделать больше.

Тут меня осенило нехорошее подозрение.

— Магистр, а кто у нас в Совет входит?

— Наконец-то правильный вопрос! — его хохот эхом прокатился по улице. — Твой Учитель, Я, магистр Жива и герцог. Это, что касается Хранящих.

Понятно. Трое из четверых явно мне симпатизируют.

— К тому же, — заметил магистр, — ты — невеста наследника герцога.

— Вот еще! — фыркнула я. — Не дождутся!

Действительно. Вот верну Дженнара, и перестанет Ветер быть наследником. Может, поумнеет. Или я, наконец, решусь вернуться домой. Ненадолго.

— Как это? — удивился магистр. — На весь город объявили, что вы помолвлены!

— Ага, а еще свиньи летают! — отрезала я.

К счастью, впереди показались стены тюрьмы — высоченная каменная крепость внутри крепости города. Узкие ворота, толпа стражи в коридорах. И у каждого в глазах такая настороженность, что мне стало страшно. К начальнику нас проводили быстро — печать герцога произвела должное впечатление. Оставалось надеяться, что магистр все сделает правильно, и мы не окажемся среди постояльцев этой неуютной гостиницы.

— Чем могу помочь, господа? — высокий могучий дядька с усами гусара поднялся нам навстречу из-за стола.

Какой-то медведеподобный, с неторопливыми движениями и удивительно неприятными тонкими длинными пальцами. В целом, нормальный такой страж порядка, но внутреннее ощущение оставляет не самое приятное.

— Нам нужен один из приговоренных к виселице. — Сервус усадил меня в кресло.

— Кто-то конкретно?

— Хотелось бы посмотреть и выбрать. Дело в том, что эта леди — будущая Хранящая. И ей требуется пройти испытание…

— Ну что же, — грустно усмехнулся начальник, выпрямляя плечи, — я могу вас проводить. Если не трудно, может, глянете одного человека — а то мы понять не можем, лжет он или правду говорит?

Я кивнула, не снимая капюшона. Это — сколько угодно. Лишь бы наша собственная цель была достигнута.

Коридоры, коридоры… Серый холодный камень, едва мерцающие отблески факелов. Темные от времени тяжелые даже на вид двери с обеих сторон. Мрачность, отчаянье и безысходность. Меня аж дрожь пробрала. Страшненькое заведение.

— Сюда, прошу вас, — медведеподобный начальник отпер окованную железом дверь.

За ней был длинный ряд просто зарешеченных ниш. В каждой — койка, стул, ведро. И в каждой — подобие человека, хотя я видела обезумевшее разъяренное вторжением зверье. И запах. Ужасный, бьющий по глазам запах. Несмотря на высокое зарешеченное, но открытое окно в конце вереницы ниш. Державший меня под руку Сервус дрогнул, но сохранял хладнокровие, стараясь не смотреть по сторонам. И о чем я думала, когда сюда отправилась? Переоценила себя и свою выдержку.

— Госпожа, сюда пожалуйста, вот тот о ком я говорил.

Всмотревшись в полумрак, увидела скрючившееся на полу худое тело юноши со спутанными длинными волосами, исцарапанные грязные руки с обломанными ногтями и пылающая отчаяньем аура. Повинуясь моей сжатой руке, Сервус наклонился ко мне.

— Мне нужно увидеть его глаза.

— Госпожа просит поднять его, — "перевел" Сервус.

Да уж, за такой горящей аурой сложно что-то "увидеть". А вот "зеркало души" не солжет.

— Эй, кто там? Асвинд, подними этого дохляка!

Дюжий страж в маске отпер клетку, рывком поставил парня на колени, задрав ему голову и едва не ломая шею. Бедный мальчик! Над ним издевались, скорее всего, избивали, заставляя признать вину — все лицо синюшное, в кровоподтеках. Ясные голубые глаза смотрели на меня с ужасом и болью. Решительно шагнув внутрь и не слушая окрика начальника, я осторожно погружалась в звенящий водоворот его памяти, отыскивая нужную картину. Заодно сгладила воспоминания о проведенном здесь времени. Всю память я смотреть не стала — и так тяжело, а мне еще надо выбрать тут самую большую во всех смыслах мразь. Насмотрюсь еще.

— Нет, — я выдохнула, едва не сползая на пол, — не виновен. Этот мальчик ни в чем не виноват. А вот отчим его…

— Благодарю, госпожа, — поклонился начальник, уже больше напоминающий мне сытого и толстого паука. — Немедленно займемся.

Поддерживаемая магистром, пошла вдоль решеток, чуть касаясь тех, кто в этих клетках сидел. Мерзость. Падаль. Человеческие отбросы. Жуть просто. Садисты, убийцы, насильники, извращенцы. Нелюдь. Зверье. Меня изрядно тошнило от крови и боли, бушующих в их памяти. Остановившись напротив мерзко хихикающего толстяка под два метра ростом, устало махнула в его сторону рукой. Начальник только хмыкнул, отдавая распоряжение вытащить ЭТО наружу. Видя долгие сборы пятерых охранников, Сервус просто вскинулся, проделал пару пассов и велел грузить этот мешок дерьма на его заводного коня.

Я же пыталась отдышаться. Детоубийца, насиловавший маленьких девочек и сдиравший с них кожу живьем. Я бы его сама здесь же на ленточки располосовала, если б не подкатившая к самому горлу тошнота. Хорошо еще, вглубь памяти не полезла, увидела только начало. Позже, провожая по коридору, начальник меня "просветил".

Потом, уже на выходе, один из них кинулся к решетке с тихим всхлипом "Госпожа!". Я замерла, всматриваясь.

— Убил лорда ради кошелька, госпожа. Взят на месте, — проинформировал страж.

Жена и двое маленьких похудевших от голода ребятишек. Вот и все преступление.

— Что я могу для него сделать? — громко поинтересовалась я. — У него же семья голодная!

— Госпожа, за убийство лорда ему светит виселица.

— Насколько я помню, по обстоятельствам, висельника можно выкупить в пожизненное рабство? — холодно осведомился магистр.

— Да, господин.

— Вот и прекрасно. Уточните пожалуйста, сумму. И покормите его.

— Я хочу, чтоб его семью разыскали и немедленно доставили в дом по адресу, который я вам напишу, — я развернулась на каблуках, стараясь не смотреть на слезы в глазах истерзанного грязного человека.

Самой плакать хотелось. Сервус тем временем, пока я с наслаждением вдыхала свежий воздух тюремного двора, уладил все формальности. Туша уже была погружена и крепко привязана к запасной лошади, плотно укрыта плащом. Магистр торопливо выскочил из здания и мы выехали за ворота.

— Нда, и как я буду объяснять твоему Учителю, куда мы потратили такую огромную сумму?

— Поверьте, ему будет все равно.

— Я велел отправить твоего раба по тому же адресу. Правильно?

— Совершенно. Спасибо. Если б вас рядом не было, не знаю — вряд ли бы выдержала.

— Да брось! Ты у нас крепкая.

Ага — ага, еле с тошнотой справилась, и неизвестно сколько буду с криком по ночам просыпаться.

— Пошлите кого-нибудь в дом Ветра предупредить, чтоб их накормили и одели. Если что — все шишки мои.

— Договорились. А ты разрешишь мне посмотреть?

На Воскрешение? Да пожалуйста! Так ему и сказала. Отбрасывая все эмоции, вынесенные из этого дома ужаса, внутренне пыталась собраться. Пора. Дальше тянуть нельзя. Дженнар в животе согласно заворочался.

Магистр Валлин внимательно следил за моими приготовлениями. Все еще бессознательная туша валялась на полу тренировочного зала у моих ног. Сервус подпирал стенку. Я же потянулась и встряхнула кистями, размяла пальцы. Этот шанс упускать нельзя ни в коем случае. По кивку, магистр Сервус снял свое заклинание, а я рванулась внутрь черного водоворота, стараясь не всматриваться, в проносящиеся мимо картины. В два удара отделив всю связку основных потоков, второпях свернула и отбросила подальше горячий черный шарик. Теперь же, всматриваясь в шевелящуюся под невидимым ветром бахрому остатков памяти тела, осторожно зачищала ненужное. От напряжения пот побежал градом, заливая глаза. Я скрупулезно рассматривала каждую нить, отчищая налет грязи, выправляла то, что виделось мне полом, выглаживала "потолок". Наконец, удовлетворенно вздохнув, позвала изнутри своего "жильца". Огненная волна прокатилась по телу, отозвавшись судорожной рвотой. Пылающий комок вырвался изо рта, обжигая губы, и растекся передо мной в кружевное покрывало. Я немедленно уцепилась за его край, пока кружево окончательно не разрослось в объемное, занимающее все пространство, плетение. Связывая нити с остатками бахромы, нежно касалась горящего узора, уговаривая не сопротивляться, бормоча, сама уже не помню что. Просто на автомате привязывала, сплетала, расправляла, разглаживала, помогая раскрыться всему плетению. Огненные нити ничуть не обжигали, мягким светом сияя вокруг меня. Исправив последний узелок, срастила последнюю нить и осмотрелась. Всюду, куда ни брось взгляд, расстилалось кружевное море, переливаясь всеми оттенками пламени.

— Все хорошо, Алисия. Выходи, — донеслось откуда-то издалека.

Учитель. Я зажмурилась, и тут же что-то твердое с силой ударило меня сначала по коленям, потом и по лицу. Ну что за неблагодарность?!

Звездная пыль кружила у меня перед глазами, складываясь в ехидную ухмылку Судьбы. Погрозив этой язвительной улыбке кулаком, я уселась на… А на что я, собственно, уселась? Под моей попой однозначно имелось что-то мягкое. Но кроме пустоты и кружащих вокруг блесток, больше ничего не было. Задумавшись над странным вопросом — а на чем же я сижу? — пропустила момент, когда это что-то из-под меня исчезло. И я с размаху грохнулась… Очнувшись в собственной кровати, в комнате Дома Хранящих. Рядом со стаканом воды наготове сидел Сервус. Я благодарно улыбнулась и выхлебала все до капли.

— Ну как, мне удалось?

— Валлин сказал — да. Уже сейчас началась трансформация тела.

— Отлично, — я откинулась на подушку.

Мое собственное тело разламывалось от боли. Особенно лицо. Ощупав шишку на лбу, охнула.

— И кто это меня так? Учитель? За невыученный урок?

Сервус понимающе улыбнулся не слишком удачной шутке.

— Ты упала в обморок. От переутомления.

— Ясно. Мне, наверное, лучше полежать?

— Вообще да, но Валлин велел засунуть тебя в карету и отправить домой, отдыхать. А то уже скоро полночь, и твои мужчины скоро начнут вставать на уши.

Ага, мое выражение. Что он сказал? Полночь?!

— Как полночь?!

— Ты довольно долго пробыла в трансе, Алисия. Так и работа тонкая. Так что давай попробуем доползти до кареты.

Я мужественно оперлась на руку магистра и поковыляла во двор. В карете оказалось все завалено подушками, так что особой тряски я не заметила. Зато весьма четко ощутила вытаскивающие меня оттуда руки. С трудом разлепив глаза, обозрела просто пылающих гневом и ужасом Ветра с Яром (на руках у последнего я и висела кулем), и окончательно проснулась.

— Где ты была?!

— Что произошло?! — вторил брату Ветер.

— Сначала умыться, потом поесть, потом все остальное! — упрямо заявила я, сползая на землю и нетвердой походкой направляясь к дверям.

Уйти далеко не дали. Ярослав подхватил меня на руки и донес до кровати. Обеспокоенная Фритта причесала и умыла меня, помогла переодеться и забраться в кровать. Даже ширму поставила, чтобы постель не было видно. Мужчины устроились на диванчике плечом к плечу, так что я видела только силуэты их голов. Да постоянный шепоток навязчивым фоном зудящего комара мне нервы портил. Пришлось с набитым ртом объяснять, что была я с Сервусом в городской тюрьме, искали экземпляр для опытов в Дом Хранящих. Потом про виденного там мужчину, которого я выкупила взаймы. И его семью. Яр просветил, что все четверо уже тут, накормлены, ухожены и спать уложены. Дело им Густав найдет. Да и ребятишки с рук у прислуги не слезали. Я успокоено вздохнула и растеклась по подушке.

— А теперь, признавайся, почему тебя привезли в полуобморочном состоянии в такой поздний час! — голос Яра был тверд.

— Я была занята, — я зевнула.

— ЧТО?!

— Вечно ты не дослушаешь! Занималась возвращением Дженнара.

За ширмой воцарилась тишина. Судя по их переглядываниям и приглушенному шепоту, обсуждали грандиозную новость.

— И?

— Трансформация, по словам магистра, уже началась. Точно узнаем завтра.

— Как это — по словам? Ты-то где была? — удивился брат.

— В обмороке! А теперь шли бы вы оба нафиг! И никому ни слова! А то хрен его знает, что там завтра будет… — я, позевывая, уткнулась в подушку, ничуть не смутившись от собственного хамства.

Краем уха услышала удивленный вопрос Ветра: " А что такое нафиг?.."…

Засыпала с улыбкой. И снилось мне что-то очень хорошее.

Утро началось с осторожного прикосновения Фритты. Нехотя поднявшись, осмотрела синюю шишку на лбу и очаровательные синяки под глазами, принялась приводить себя в порядок. Благо, Ленкина косметичка, заботливо засунутая в мой рюкзак, оказалась под рукой. Через час я даже отважилась показаться за столом, игнорируя заботливые вопросы о моем здоровье. Мужчины время от времени тревожно переглядывались, слаженно наполняя мою тарелку новыми вкусностями. После вчерашнего пополнеть мне не грозило, и я радостно наградила себя лишним пирожным.

— Алиса, а что ты собираешься делать сегодня? — опасливо поинтересовался Ветер.

— Думаю, посижу в библиотеке, если никто не против.

— Замечательно! — искренне обрадовались оба.

— От Учителя записки не было?

— Нет. Сами ждем с нетерпением.

— А по нашим делам ничего нового пока нет?

— Пока без изменений. Со дня на день должны прибыть посланцы, — ответил Ветер.

— Понятно. Ладно, я пошла. Если что — зовите.

Вот и пусть теперь у них голова болит. А мне нужен покой и отдых, отдых и покой.

Забравшись с ногами на диван в библиотеке, раскрыла заинтересовавшую меня книгу по магии. Прикасаясь пальцами к пожелтевшим страницам, пыталась внимательно читать текст, но мысли неуклонно возвращались к Дженнару. Удалось, или нет? Скорее всего, да, раз за мной не послали. Только вот когда закончится трансформация, и он придет в себя — что я ему скажу? Как объясню все, что произошло за эти месяцы? Нет, к дьяволу такие мысли, лучше попробую разобраться в этих каракулях…

За чтением успела задремать, разбудила принесшая обед Фритта. Потом снова зачиталась. Уже почти стемнело, когда желудок напомнил о моем перед ним долге. Интересный предмет эта магия, жаль, я не способна. Но идей появилось много. Особенно долго придется пытать Сервуса, но это не к спеху. Потом, все потом. Есть же хочется, да и снизу вкусным чем-то тянет.

Спустилась в столовую и застыла на пороге — прямо передо мной, радостно ухмыляясь, стоял Дженнар собственной персоной. Вымотанный организм такого изощренного издевательства не вынес, и покрытый ковром пол сделал мне контрольный удар в лоб. Это было милосердно, хоть и больно.

И чего же так голова трещит?! Я вроде вчера не пила ничего, даже до столовой не дошла… Стоп! Дженнар! Или очередной глюк на фоне переутомления? Я подскочила в кровати, торопясь выпутаться из одеяла, и застыла, уставившись на свое отражение — на моем побледневшем лице двумя расписными рогами красовались ДВЕ шишки. Со вздохом полезла за косметичкой. Пришлось еще и челку сделать, чтоб прикрыть безобразие. Мне показалось мало, и, покопавшись в шкафу, вытащила на свет одно из купленных когда-то платьев — цвета слоновой кости, с тонкой вышивкой и кружевом по вырезу и рукавам. В таком платье на мой лоб никто и не посмотрит.

Спустившись вниз, обнаружила, что все уже спят, хотя в кабинете Ветра свет горел. Сам он сидел в кресле, потягивая вино и щурясь на пылающий в камине огонь. Сползшая на глаза прядка, спокойствие на лице, расслабленные плечи. Даже со шрамом в этот момент я видела перед собой красивого и очень желанного мужчину.

— Чего не спишь? — я разорвала тишину, устроившись на подлокотнике его кресла.

— Зачем ты встала? Тебе нужно отдыхать.

— Я почти в порядке.

— Вижу, — его пальцы едва ощутимо пробежали по кружеву рукава. — В честь Дженнара?

— Нет, — Я хихикнула. — Хотела, чтоб никто шишки не заметил.

— Понятно. У тебя получилось.

— Не думала, что это будет так трудно. Знаешь, если б не Учитель — вряд ли справилась бы.

— Я о платье.

— Ветер, ты не рад, что удалось вернуть твоего друга? — изумилась я. — Да что с тобой?

— Я рад. Правда. Только…

— Что?

— Нет, не надо.

— Ветер?

— Алиса, тебе следует пойти поспать.

Замкнулся. Замер, глядя на пламя. Я же отдернула лежавшую на его плече руку. Не хочет говорить — не надо. Собираясь уже уйти, застыла от страха. В дверях, слегка ухмыляясь, стоял Дженнар. В ярком отсвете его лицо показалось мне демонической маской, а глаза — источником бескрайней черноты. Свободная белая рубашка и рассыпанные по плечам темные волосы только добавляли ему сходства с дьяволом.

— А я думал, мне только показался этот ангельский голос, — рассмеялся он.

— Дженнар?

— Я разочарован. Неужели ты успела меня забыть?!

Нерешительно, опасаясь, что это просто мой новый глюк, я прикоснулась кончиками пальцев к его щеке. Мужчина с улыбкой наблюдал за мной.

— Живой, — выдохнула я.

— А ты сомневалась?

— Еще как!

И с веселым хохотом подхватил меня на руки.

— Дженнар! Поставь меня на место!

— Ни за что!

— У меня и без того голова кружится!

Наконец, мне вернули вертикальное положение. Дженнар отстранился, внимательно осмотрел меня с головы до ног и кивнул.

— Так и думал.

— Что?

— Ты просто красавица.

Я покраснела.

— Эй, а где вся твоя смелость? А, Алиса?

— Осталась в кошачьем теле после того, как я от него избавилась.

— Жаль. А зачем же я шел-то? Ах, да — хотел сказать спасибо. — Мужчина упал на колени, вцепился в мою руку. — Алиса. Я в неоплатном долгу перед тобой. За свою жизнь. И душу. И ты вправе требовать от меня исполнения любых твоих желаний. Я сделаю все, что смогу.

— Дженнар, не глупи. Я не замечала за тобой тяги к актерству.

Он поднялся, почесал в затылке.

— Ты права. Выкинь все кроме спасибо и желаний. Так лучше?

— Гораздо. Магистр объяснил тебе, что у нас тут происходит?

— Да уж. Новости не из лучших.

— И что ты об этом думаешь?

— Ничего. Совершенно. То есть я, конечно, могу строить предположения, но ничего конкретного. Как ты понимаешь, у меня не было возможности следить за событиями. К тому же отец велел мне приходить в себя и не высовываться из особняка. Магистр велел передать тебе то же самое. Так что будем с тобой затворничать.

Молчавший Ветер внезапно встал и покинул комнату. Я недоуменно проследила за ним глазами, пытаясь заставить голову хоть немного соображать.

— Что это с ним? — я обернулась к Дженнару.

— Ревнует? — весело отозвался тот, наливая вина.

— Вряд ли. Может, плохие новости? Не слышал?

— Нет. По-моему, он все-таки ревнует.

— Брось, Дженнар, глупости это все. Он по горло увяз во всем этом…какая тут ревность?

— Ладно, пусть будет по-твоему. Я так понимаю, ты у нас Хранящая?

— Похоже на то, — я позволила себе улыбнуться.

— Похоже на то, что кому-то неймется. — Ярослав вынырнул из мрака коридора Ангелом Возмездия.

Злой, встрепанный и помятый такой Ангел. Только горящего меча в руке не хватает для полного счастья.

И, в конце концов, кто-нибудь в этом доме вообще спит или нет?! Что за вечное столпотворение? Я вообще хотела с Ветром посидеть.

— Алиса, ты сейчас где должна быть?

— Дома, полагаю? — я невинно хлопнула ресницами.

— В постели! Бегом!

Сорвавшись, я рванула мимо него так, словно мне черти пятки поджаривали. Да и правильно, пусть сами разбираются. А то я чего-то устала уже — пробежала всего ничего, а ощущения, как от марафона. Хоть и хочется подслушать, о чем они там беседуют, а только лень — тут рядом мягкая постель, теплое одеяло…

Из темноты возле моей комнаты вынырнул силуэт, я чуть было криком не подавилась — Ветер бесшумно прикрыл двери за своей спиной. Видимо, его тоже не устраивали постоянно везде снующие гости дома. Даже ночью от них покоя нет! Или тоже будет мне ценные указания давать по поводу постельного режима и усиленного питания?

— Пришел удостовериться, что я сплю?

— Хотел пожелать тебе приятного сна.

— Почему ты себя так странно ведешь? Ведь радоваться должен, что Дженнар вернулся.

Вместо ответа притянул меня к себе, зарывшись пальцами в мои волосы.

— Вернулся… и нас уже ничто не связывает, да?

— Ветер, ну что за глупости! Я не…

Договорить не дал. Запечатал мой рот таким поцелуем, что у меня ноги подкосились от слабости. Да еще и сжал так, что ни вдохнуть, ни выдохнуть. Захотелось прикоснуться, ощутить жар его дыхания на коже, его руки на своем теле… Я просто теряла голову от этого мужчины… И почему он все время невовремя останавливается? Вспоминает про свои принципы? Или просто забывает, что я — из другого мира, где все проще, где есть только мужчина и женщина. Его губы замерли на моей шее. Вот сейчас опять начнется…

Он резко остановился, правда, из рук не выпустил.

— Алиса, я…

Я молча посмотрела на эти темные, полные такого раскаяния глаза, что холодный душ и то был бы милосерднее.

— Сожалеешь? Уже?

— Я не…

— Пожалуй, мне лучше лечь спать.

Обидно. Зачем тогда приходил, зачем все это, если уже через минуту он начинает жалеть?! Да ну его к черту! Развернулась и ушла за ширму. Нормальный мужчина если и жалеет, то после, а не до. Сзади тихо стукнула дверь. Ну и пусть! А то его метания мне уже поперек горла стоят — то ли я ему нравлюсь, то ли нет, не разберешь. Вот и все. Завтра же попрошу Яра отправить меня домой. Все долги этому миру я отдала. А больше мне тут делать нечего.