(Новогодний рассказ)

I.

Встреча Нового года у директора обсерватории Кер-стена прошла шумно и весело. Уже после полуночи разгорелся жаркий спор о том, обитаем ли Марс. Потом молодой астроном Болотин, который всех заражал своей жизнерадостностью, с комической серьезностью провозгласил тост за марсиан и выразил пожелание, чтобы собравшиеся следующий Новый год встретили на Марсе.

Был уже третий час ночи, когда Керстен, возбужденный спорами и вином, ушел к себе и лег спать.

Едва только он забылся сном, в дверь раздался легкий стук.

— Войдите! — сказал Керстен, проснувшись.

Дверь отворилась — и вошел высокий человек, весь в черном, напоминающий средневекового мага или алхимика.

Керстен присел на кровати.

— Кто вы? Чего вам надо?

— Вы хотели отправиться на Марс? Аппарат стоит у дверей и готов к отлету. Вам остается не больше пяти минут на сборы.

Керстен нисколько не удивился. Он быстро оделся, рассовал по карманам портсигар, спички, записную книжку, повесил через одно плечо кодак, а через другое полевой бинокль.

— Я готов!

— Идемте.

Через несколько минут Керстен и незнакомец уже сидели в аппарате, который тотчас же отделился от земли и помчался вверх.

— С какой скоростью мы летим? — спросил Керстен.

— Со скоростью света.

— Гм… Значит, 300.000 километров в секунду?

— Да, около этого.

Керстен сбоку посмотрел на незнакомца, который сидел у руля.

— Вы марсианин?

— Нет, я с Сатурна. В моем ведении находится все меж-дупланетное сообщение.

— А! Это любопытно! Какие же планеты вы обслуживаете?

— Все, кроме Земли. Это мой первый рейс на Землю. Я его предпринял на собственный страх и риск, и никто пока об этом но должен знать.

— Но почему? Я не понимаю…

— Вы многого не понимаете и понять не можете, — сухо отрезал заведующий междупланетным сообщением.

Керстен опасливо покосился на него и решил было помолчать, но любопытство взяло верх.

— А на Луну вы тоже летаете? — спросил он.

— Она для нас не существует. Это труп, который могильщики Вселенной забыли похоронить.

— Мне все же хотелось бы взглянуть на нее!

— Поздно вспомнили: мы над нею поднялись уже на добрых 50 миллионов километров. Отсюда вы можете ее разве только в очень сильный телескоп разглядеть.

— А до Марса еще далеко?

— Через 5 минут 30 секунд мы на него спустимся! — сказал незнакомец, взглянув на какой-то циферблат. — Приготовьтесь. Я высажу вас, слетаю на Сатурн — и ровно через 14 минут 40 секунд вернусь, чтобы доставить вас обратно на землю.

— 14 минут?! — воскликнул Керстен.

— И 40 секунд! — холодно поправил незнакомец.

— Да, но этого слишком мало! Мне надо столько осмотреть!

— Очень жаль, но не могу вам помочь. Ровно через 14 минут и 40 секунд вы должны будете покинуть Марс. Постарайтесь возможно целесообразнее использовать это время.

Он подумал немного и прибавил:

— Вам, быть может, интересно было бы побывать на заседании марсианского астрономического общества? На повестке как раз стоит вопрос о Земле.

— О да! — с жаром воскликнул Керстен.

— Хорошо. Я вас доставлю прямо в зал заседания. Я устрою так, что вас никто из присутствующих видеть не будет. Вы, с своей стороны, ничем не должны выдать своего присутствия: что бы вы ни видели и ни слышали, молчите. Иначе могут выйти крупные неприятности. Как я уже сказал вам, сношение с Землей пока еще составляет тайну. Осталось 37 секунд. Приготовьтесь!

II.

Аппарат дернулся, точно налетев на какое-нибудь препятствие, — и не успел Керстен опомниться, как очутился в небольшом, цилиндрической формы, очень высоком зале, круглые стены которого как бы сделаны были из беспрерывно струящегося и переливающегося голубого света. Потолка не было. Высоко над головой висели какие-то небесные светила, положения которых в нашей солнечной системе тщетно пытался определить Керстен. Вся обстановка зала казалась сделанной из какого-то струящегося голубоватого вещества и имела очень неопределенные очертания.

Посредине стоял длинный стол, за которым сидели до полусотни марсиан. Вместо одежды тела их покрывала легкая голубая дымка. Она же покрывала и лица их, так что Кер-стен, несмотря на все усилия, не мог разглядеть отдельных черт.

Появление его в зале никого не удивило: его, по-видимому, не замечали.

Заседание было в самом разгаре. Керстен слушал с напряженным вниманием. Он не мог бы сказать, на каком языке говорили его коллеги с Марса, да этот вопрос и не занимал его. Важно было только, что он все понимал.

— Итак, уважаемые коллеги, — заговорил сидевший в центре стола марсианин, очевидно, председатель. — Мы должны с грустью констатировать, что все наши попытки завязать сношения с Землей окончились полной неудачей. Наши световые сигналы, над которыми годами работали лучшие умы нашей планеты, точно так же, как и наши радиограммы, которые мы не устаем посылать на Землю, остаются без ответа. Возможно, что они не могут проникнуть через окружающее ее атмосферное кольцо и отскакивают от него, как снаряд от непроницаемой брони. Мы возлагали большие надежды на 20-е октября, когда расстояние между Землей и нами было всего 69 миллионов километров. К нему усердно готовились наши обсерватории и радиостанции. Земле были посланы радиоприветы в самых теплых выражениях. На некоторых пунктах нашей планеты были устроены гигантские светящиеся круги, квадраты и треугольники, в надежде, что обитатели Земли смогут разглядеть их в свои телескопы. Мы пошли еще дальше: ровно в полдень 20-го октября мы взорвали на воздух огромные, чуть не с Луну величиной, пустынные участки — все с той же надеждой обратить на себя внимание обитателей этой загадочной планеты. Увы! Все это ни к чему не повело. Земля по-прежнему остается для нас неразрешимой загадкой, таинственной незнакомкой, которая упорно уклоняется от всяких сношений с нами. Естественно поэтому, что среди марсиан, — в частности, среди наших астрономов — все более крепнет убеждение в необитаемости Земли. К такому же мнению склоняется и комиссия, которой мы поручили всестороннюю разработку этого волнующего вопроса. Я позволю себе предоставить слово председателю этой уважаемой комиссии.

Из-за стола поднялся высокий марсианин, тело и лицо которого были покрыты зыбкой голубоватой дымкой.

— Дорогие коллеги, — заговорил он. — Прежде чем повергнуть на ваше усмотрение наш доклад, я считаю нужным резюмировать в немногих словах его сущность. Комиссия, в которой я имею честь председательствовать, тщательно рассмотрела все имевшиеся в ее распоряжении материалы, заслушала мнение специалистов в разных отраслях знания, снеслась с коллегами с Сатурна, Юпитера и др. планет, — и пришла к единодушному выводу, что всякие попытки завязать сношения с Землей были и будут бесплодны, — по той простой причине, что эта планета необитаема.

Послышался гул одобрительных возгласов.

— Я это еще тридцать лет тому назад утверждал! — сказал один из присутствующих.

— Да, Земля — планета необитаемая, — продолжал докладчик. — Есть основания предполагать, что много миллионов лет тому назад на ней была органическая жизнь, жили более или менее разумные существа, процветали науки, искусства. Но с тех пор — по всей вероятности, в результате какой-нибудь космической катастрофы, — Земля умерла, вычеркнута из списка живых планет и носится в пространстве, как гигантская усыпальница, в которой обрели вечный покой миллионы миллионов живых существ. Это труп, давно уже окоченевший, без всяких признаков жизни. К такому выводу приводит и тщательное исследование, с помощью спектрального анализа, окружающей Землю атмосферной оболочки: в такой атмосфере, ввиду ее чрезвычайной плотности, невозможна никакая жизнь. Достаточно сказать, что на каждое живое существо приблизительно таких же размеров, как мы, марсиане, приходилось бы около 15 тонн атмосферного давления, чего никакой нормальный организм вынести не в состоянии. Конечно, можно было бы предположить, что Земля населена гигантами, по меньшей мере, в 100 метров ростом и соответствующего телосложения. Такие существа, быть может, и могли бы выдерживать давление в 15 тонн. Но подобную гипотезу, как совершенно абсурдную, комиссия единодушно отвергла. И единственный вывод, к которому мы пришли и которого никто из здесь присутствующих, надеюсь, не станет оспаривать, это — что Земля планета мертвая, на которой нет и не может быть никакой органической жизни…

— Неправда! — крикнул вдруг во всю силу легких Кер-стен. — Все, что вы здесь говорили — дикий вздор и…

Но в это мгновение тяжелая рука опустилась на его плечо. Керстен вздрогнул и увидел таинственного незнакомца, который доставил его на Марс.

— Пора возвращаться на Землю! — сказал тот. — Идем! Аппарат ждет.

Керстен с силой оттолкнул его и подбежал к столу, за которым сидели марсиане-астрономы.

— Неправда! — еще громче крикнул он. — Ваша комиссия лжет. Земля обит…

Все вскочили с мест. Кто-то заткнул ему рот. Десятки железных рук схватили его и куда-то повлекли.

Керстен стал вырываться — и с размаху грохнулся об пол. От ушиба он проснулся, но долго еще не мог прийти в себя и все повторял:

— Неправда! Земля обитаема!..