О НАЗВАНИИ

А.Ф. Рогалев в своей книге «Географические названия в калейдоскопе времен» (2008) сообщает, что в словаре Владимира Ивановича Даля «услонь, услонъ, усклонъ» — это «спуск под гору» или «подъем на гору», а также «возвышенность», «покатость».

Кто проезжал через этот город по дороге на Волковыск, обязательно вспомнит о какой покатости, о каком спуске идет речь, — спуск в том месте действительно знатный, может быть самый продолжительный из всех на территорий Беларуси. Древние прибыли в здешние земли, поселились у склона здешнего возвышения и присвоили населенному пункту самое подходящее, подсказанное самой природой название.

ВЛАДЕЛЬЦЫ

(По материалам В.Р. Супруна из районной книги «Памяць» за 2004 г. и И.Ю. Уварова из сборника докладов на конференции «Слонiмшчына вачыма навукоуцау i краязнауцау» за 2002 г.)

История белорусских городов не делалась сама собой. Ее расцвету, умножению славы содействовали владельцы. Мы должны знать о них.

В XV в. Слоним был казенным городом, подати, собираемые здесь, шли на нужды Великого княжества и Короны. Как известно, в таких городах хозяйничали наместники.

Первым из упоминаемых великокняжеских наместников Слонима является некто Бутрим. Кажется, он занимал эту должность в 70-е гг. XV в.

В 1483 г. наместником Слонима становится Солтан Александрович, тот самый, который в 1493 г. получил в пожизненное пользование от князя Александра Казимировича имение Жировичи.

В 1492 г. великий князь Александр назначил наместником Слонима Яна Литавора Хрептовича. Маршалок Литавор Хрептович обладал редкими способностями дипломата. В 1494 г. он был направлен в Москву к великому князю (царю) Ивану III. Целью поездки было урегулирование ситуации, связанной с так называемым «греческим законом», введенным на территории Великого княжества и притеснявшим свободу вероисповедания православного населения. Кажется, дипломат сумел убедить царя, что права граждан в Великом княжестве не нарушаются.

В 1496 г. слонимский наместник в том же качестве посла отправился уже в противоположную сторону — в Польшу, чтобы утрясти финансовые проблемы, возникшие у его сюзерена Александра. В том же 1496 г. Литавор Хрептович вынужден был вновь поехать к неукротимому Ивану III, на этот раз для того, чтобы высказать тому претензии великого князя Александра за «шкоды и бесчинства», причиненные Великому княжеству целой серией боевых нападений восточного соседа. Вопрос казался нерешаемым, ибо царь требовал возврата земель бывшей Киевской Руси. Но Литавор Хрептович и тут не дал промашки — он заприметил в царских палатах прекрасную «московку», высокую, стройную, тонкой кости. Это была дочь Ивана III Елена. В уме хитреца сразу созрел простой, но гениальный план — поженить нежного и не умеющего отвечать на грубые провокации Александра на дочке царя. Ему оставалось только рассказать своему впечатлительному сюзерену о необыкновенной красоте русской девицы…

В 1505 г. главой Слонима становится Василий Глинский. Накануне 13 декабря 1504 г. князь Василий Львович Глинский получил от короля Александра имение «Лососиную» в Слонимском повете. Грамота об этом была составлена в Кракове. Это был родной брат Михаила Львовича Глинского — любимчика короля Александра. По какой-то причине, кажется, глазного уродства, он имел прозвище Слепой. В 1508 г. Василий Глинский поддержал мятеж главы православной группировки феодалов Михаила Глинского. В районе Гродно и Ковно велись ожесточенные военные действия войск Сигизмунда I и его противников. Это был важный момент истории нашего государства, до сих пор ученые, по какой-то причине, не развивали его. Между тем, Великое княжество тогда реально могло вернуть свою независимость… Царь Василий III в последний момент отказался встревать в чужую драку, не поддержал мятежников. Это и решило исход восстания. Михаил и Василий Глинские, после подавления мятежа, вынуждены были уехать в Москву.

В 1514 г. на должность Слонимского наместника (старосты) и земского маршалка был назначен Ян Миколаевич Радзивилл. Этот проявил себя тем, что начал строить в городе так называемый Верхний замок, оборонительное сооружение, больше приспособленное под административный центр. С переносом замка на новое место переместился и центр города.

В 1519 г. в должности маршалка здесь состоял Григорий Станиславович Остик.

В 1522 г. его сменил Богуш Боговитинович. Как и его предшественник, этот имел огромные земельные владения в Слонимском повете и тоже являлся представителем высшего законодательного совета страны.

В конце 40-х гг. XVI в. слонимским старостой был подскарбий Иван Горностай. Этот добился от короля Сигизмунта Августа разрешения проводить в городе ярмарки два раза в год.

В 1559 г. в должности Слонимского старосты и маршалка состоял Григорий Волович.

Около 1561 г. — Ян Солтан.

С 1586 г. слонимским старостой становится Лев Иванович Сапега. Этот фундовал каменный дворец на месте Верхнего замка. В зале заседаний дворца с 1597 по 1685 гг. проходили генеральные сеймики Великого княжества. В Слоним на эти сеймики съезжались сенаторы и поветовые депутаты со всех воеводств страны.

Но высшего своего расцвета Слоним достиг во 2-й половине XVIII в., когда старостой города бал назначен Михаил Казимир Огинский. По распоряжению этого человека в городе построили одноэтажный дворец, дома для придворных и гостей, манеж, оранжерею, театр оперы и балета, чтобы приблизить воды реки Щара к городу, провели канал длиной 1 км, основали гобеленовую мануфактуру, аустерию (заезжий дом), построили водяную мельницу, пристань. Огинский был инициатором так называемого Великого канала, протяженностью 53 версты, связавшего воды Щары и Ясельды.

О ЗАМКАХ СЛОНИМА

(По материалам В.Р. Супруна и И.Ю. Уварова)

До начала периода обмеления (XIII в.) Слонимский замок располагался на городище, фактически — на острове, в том самом месте, ближе к правому берегу пойма Щары, где теперь костел Святого Андрея. Там находился древний центр города. Приблизительно с 1245 г. город вошел в состав Литвы. К сожалению, то самое возвышение, или городище с древним замком и кладбищем при нем, срезали во время строительства железной дороги в 80-е гг. XIX в. (В.Р. Супрун).

Вообще, что касается городищ и поселений XI–XIII вв., то их в границах современного города было около десяти. Размещались они по обе стороны Щары. При этом на каждом в древности могли обитать представители разных племен.

Со временем Слоним разрастался, а река пересыхала. Множились постройки на левом берегу. Центр оказался зажатым болотами. Возникла необходимость его переноса с острова на берег. И первым взялся за этот перенос староста Ян Миколаевич Радзивилл. До 1520 г. на одном из возвышений уже левого берега реки Щары возвели новый, так называемый Верхний замок. После этого переместился и центр города. Старое же замчище получило название Замостье, хотя и сохраняло долгое время прежнюю инфраструктуру. На то, что в Замостье действительно существовал старый, еще времен Гедимина и его сына Манивида замок, указывает, в том числе, и название тамошней площади — Замковая.

Верхний или Новый замок, как и положено замковым сооружениям, был обнесен рвом и высокими валами. На его территории находились здания королевской администрации, усадьбы наместника (старосты), оружейный арсенал, жилые постройки для прислуги и даже храмы. Все постройки были деревянными. Известно, что 22 июня 1562 г. в Верхний замок в сопровождении служивого человека Каспора Новоселецкого была отправлена часть обмундирования к вооружения, захваченная у московских воевод.

МОНАСТЫРЬ БЕРНАРДИНЦЕВ

(По материалам доклада Л.А. Корниловой на научно-практической конференции в Слониме в 2002 г.)

О статусе и славе Слонима в средние века говорит факт бывшего присутствия в этом городе целого ряда католических монастырей. Никто не чувствовал так перспектив развития, роста городов, как представители монашеских католических орденов. И мы должны признать, что усилия этих духовных общин послужили делу повышения культуры на белорусской земле.

Первыми в Слоним прибыли монахи бернардинцы.

Орден бернардинцев являлся реформированной ветвью монашеского ордена францисканцев. Именно на землях Речи Посполитой он получил подобное наименование. Последнее произошло от имени праведника Бернарда Сиенского. Отличие бернардинцев от францисканцев заключалось в более строгом соблюдении обрядности и правил поведения, установленных самим Франциском Ассизским. Отделение от францисканцев началось еще в 1415 г. и окончательно завершилось в 1517 г. Главной задачей ордена была пропаганда бедности и работа среди бедных.

В Слоним бернардинцев пригласил Ян Жерновский. Для этого он выделил 3000 злотых и начал деятельность по выкупу земель в центре города под строительство монастыря. Первыми откликнулись на его призывы мозырьская стольничная Гелена Лукашевич-Мецкевичова и ее сыновья Константин и Иероним. Они выкупили дом с участком, в котором потом, 13 января 1630 г. разместились первые бернардинцы. В этом же доме была устроена временная каплица. Согласие на основание монастыря поступило в мае 1630 г. Его дал епископ Ежи Тышкевич — суфраган и администратор виленской диацезии, а впоследствии подтвердил епископ Абрахам Война.

После смерти Яна Жерновского дело строительства монастыря продолжил королевский секретарь Андрей Радван и его жена Катажина из рода Рогальских. 30 мая 1639 г. эта пара стала свидетелем закладки фундамента под каменный костел св. Троицы.

В 1642 г. Андрей Радван умер. Строительство продолжили сами бернардинцы. Они возвели однобашенный костел и деревянное здание монастыря. Руководил работами мастер из Несвижа Шимон Тарашкевич. Костел построили в стиле барокко и освятили в честь Святой Троицы. Он имел 5 алтарей: главный — св. Троицы, боковые — Матери Божьей, св. Анны, св. Франциска, св. Антония. В храме находились две иконы Матери Божьей, известные своими чудесами исцелений. Одну из них, больших размеров, монастырю подарил подстароста Слонимский Пшеславский. Она была встроена в алтарь Матери Божьей. Другая икона, меньших размеров, являлась пожертвованием Александра Сангушки — воеводы волынского. Эта находилась в особом алтарике.

В 1655 г. во время войны с Московским княжеством костел и здание монастыря сгорели. Были проведены работы по их восстановлению. На этот раз не только костел, но и здание монастыря соорудили из камня. 30 августа 1671 г. их освятил епископ Миколай Слупский. Костел получился более скромным в сравнении с предыдущим. Теперь он имел только 3 алтаря: св. Троицы, св. Анны, св. Франциска. Позже, в XVIII на средства Пшеславских и Слизнев к нему пристроили две боковые каплицы, в которых разместились еще 4 алтаря: Матери Божьей, св. Петра из Алконтары, св. Барбары, благославленного Яна из Дуклы. Здесь следует пояснить, что Ян из Дуклы — это польский монах-бернардинец, который был канонизирован в 1733 г. и даже признан патроном (покровителем, заступником) как Королевства Польского, так и Великого княжества.

При костеле бернардинского монастыря в Слониме действовали братства: с 1627 г. — св. Анны, с 1588 г. — св. Барбары, а позже — Непорочного Зачатия Девы Марии. Еще одно братство — св. Франциска предназначалось исключительно для светских особ. Монахи-бернардинцы исполняли функции викариев в соседних для Слонима парафиях, а также в слонимском костеле бернардинок.

В 1790 г. бернардинцы основали при монастыре бурсу, количество учащихся которой достигало 90 человек. На момент закрытия монастыря царскими властями 21 декабря 1864 г. в здании обители жил 21 монах. 5 священников были оставлены работать в тех парафиях, которые они обслуживали до этого. 8 бернардинцев перевели в доминиканский монастырь в Несвиже, 7 — в монастырь францисканцев в Гродно. Расформировали и библиотеку бернардинского монастыря, которая состояла из 2774 томов. Книги теологического направления передали католическим властям города, а рукописи — в Виленскую центральную публичную библиотеку. Полный каталог библиотеки слонимского монастыря бернардинцев, составленный в 1798 и дополненный в 1845 гг. по сегодняшний день находится в библиотеке Виленского университета.

После 1864 г. здание костела передали под юрисдикцию православной епархии. В нем оснастили церковь Святой Троицы. Двухэтажное жилое здание монастыря реконструировали по проекту архитектора Тихвинского под духовное училище. В 1920-30-е гг. оно использовалось как административное здание. В Советское время в нем размещался интернат медучилища.

МОНАСТЫРЬ БЕРНАРДИНОК

(По материалам Л.А. Корниловой)

Орден был основан в XV в. Начало его деятельности связано с именем св. Яна Капистрана.

В 1645 г., после смерти своего мужа, Констанция Юдицко-Салатицкая и братья Зигмунт и Криштоф Пшецлавские сделали первые фундации в пользу слонимского монастыря бернардинок. Разрешение на основание монастыря дал 23 июля 1644 г. виленский епископ Абрахам Война. В 1645 г. было начато строительство деревянного костела Непорочного Зачатия Девы Марии. Монастырь был рассчитан на 10 сестер (монахинь). Первые монашки прибыли сюда из монастыря св. Михаила из Вильни. Ими были Текля Сапежанка, которая по просьбе фундаторки и с разрешения провинциала бернардинцев стала настоятельницей, Павла Шкутовичувна, Кристина Войненка, Бенигда Луковская, Флоренция Юдицкая и Людвика Юдицкая. Непосредственным руководителем монахинь являлся гвардиан слонимского монастыря бернардинцев.

В 1650 г. костел и здание монастыря сгорели.

В 1670 г. началось новое строительство, которое продолжалось практически 26 лет. 4 июля 1698 г. виленский епископ Константин Бжастовский освятил новый костел из кирпича.

Александр Адамович Ярошевич в районной книге «Памяць» (2004) дополняет, что храм украшают трехъярусная и четырехстенная башня-колокольня при входе и полукруглая апсида. Интерьер костел бернардинок приобрел свой настоящий вид, главным образом, в 1751-64 гг. По крайней мере, именно в этот отрезок времени были украшены в стиле рококо его главный алтарь, 4 боковых алтаря и исповедальня. Основные работы (росписи и создание скульптур) выполнил мастер Гедель по эскизам И.К. Глаубица. (Особенно выделялась барочная печь сакристия, она была облицована зеленым кафелем.)

В 1764 г. к костелу пристроили кирпичное двухэтажное здание монастыря с замкнутым квадратным двориком. Автором проекта его стал архитектор И. Авадович. Планировка здания была галерейной.

В кельях и в коридорах были устроены крестообразные и цилиндрические перекрытия.

В XVIII в. в монастыре жили 30 монахинь. Слонимские сестры-бернардинки содержали начальную школу, куда принимали девочек исключительно из светских семей. Помимо духовных дисциплин в школе учили музыке, вышивке, французскому языку.

В 1830 г. в этот монастырь были переведены бернардинки из брестского монастыря в связи с началом строительства на его месте Брестской крепости.

После 1863 г. статус монастыря был изменен: он стал общим для католических монахинь. Сюда начали переводить монахинь из тех монастырей, которые закрывались. Содержались монахини за счет государства и были избавлены от какой-либо деятельности, в том числе и учебной. В 1889 г. в монастыре еще находилось 12 старых монахинь: 10 бернардинок и 2 мариавитки. В 1907 г. в нем остались только две монашки.

МОНАСТЫРЬ КАНОНИКОВ РЕГУЛЯРНЫХ ЛАТЕРАНСКИХ

(По материалам А.А. Ярошевича из районной книги «Памяць»)

Орден происходил от объединения епископов, которое возникло еще на рубеже IV и V вв. Существенная реформа ордена, после которой он получил в том числе и свое настоящее название, произошла после Латеранского Синода, состоявшегося в 1059 г. Свое назначение представители этой католической общины видели в образовании молодежи, работе в госпиталях. При этом концентрировали они свою деятельность не столько на соблюдении каких-то особых уставов, сколько именно на проведении непосредственной практической работы.

Монастырь был основан в городе в 1635 г. маршалком литовским Яном Станиславом Сапегой (старшим сыном канцлера Л. И. Сапеги). Он подарил монастырю имение Дарово.

В 1650 г. волю умершего брата исполнил подканцлер, староста слонимский К. Л. Сапега. Он построил костел, здание монастыря, госпиталь при нем. В 1653 г. этому госпиталю даже было дано право пользоваться так называемым «сбором мостовым». При монастыре основали библиотеку, каталог которой был составлен в 1705 г. (Этот каталог сохраняется в рукописном варианте в Кракове в архиве отцов каноников регулярных латеранских.)

Монастырский комплекс располагался на краю рыночной площади, в самом центре города. Он занимал квартал между улицами Студенческой и Панасовской и включал каменный костел Божьего Тела, 2-этажное жилое и 1-этажное хозяйственное здания, сад и огород. Костел возвели в стиле ренессанс. Он имел щитовый фасад и граненую апсиду.

В 1846 г. костел каноников латеранских был передан под юрисдикцию православной епархии. Было принято решение переоснастить его в Спасо-Преображенский собор.

Перестройка храма осуществлялась в 1849-51 гг. по проекту архитектора А. Чагина. Тогда же перед главным фасадом в завершении Спасской улицы появилась трехъярусная колокольня.

МОНАСТЫРЬ БЕНЕДИКТИНОК

(По материалам Л.А. Корниловой)

Этот женский орден начал деятельность после того, как Бенедикт Нурсийский основал в Италии около 530 г. орден бенедиктинцев. Не желая отставать от своего старшего брата и пользуясь его авторитетом и опекой, родная сестра св. Бенедикта святая Схоластика (дословно с греческого — ученая, образованная, саму же философию с одноименным названием величали «служанкой богословия») организовала деятельность первых женских монашеских общин. Это был тот строгий монастырь, устав которого запрещал всякое появление на людях, всякую праздность и беззаботность.

В 1669 г. на юго-восточной окраине города был заложен деревянный костел и монастырь представительниц этого ордена.

Под 1773 г. упоминаются органы этого костела: «старый о 6 голосах» и «новый».

В 1801 г. на месте деревянных сооружений монастыря появились каменные: Крестовоздвиженский костел и жилой корпус. Оба были выстроены в архитектуре классицизма.

МОНАСТЫРЬ ДОМИНИКАНЦЕВ

(По материалам Л.А. Корниловой)

Католический орден был основан Домиником Гусманом для проповеднической борьбы против ереси. Официально утвержден папой в 1214 г. В истории прославился не столько проповедничеством, сколько физическим уничтожением инакомыслящих.

В 1600 г. пожертвования для основания этого монастыря в городе сделали войский лидский Криштоф Покаршевский и его жена Дарота. На их средства были построены деревянный костел св. Михаила и здание монастыря.

В 1747 г. на месте деревянного возвели кирпичный костел. В здании монастыря располагалась библиотека, которая насчитывала 470 томов.

В 1845 г. монастырь закрыли.

Никаких сооружений доминиканского монастыря до наших дней не сохранилось.

МОНАСТЫРЬ ОРДЕНА ИЕЗУИТОВ

(По материалам П.А. Корниловой и Т.Б. Блиновой)

Прогрессивный для своего времени орден иезуитов (Общество Иисуса) основал испанский дворянин Игнатий Лойола, изучавший латинский язык в Барселоне, а богословие — в Алькале, Саламанке и Париже. Орден был утвержден папой Павлом III 27 сентября 1540 г. Он ставил перед собой цели скорее гуманитарного характера, чем богословского: воспитывать и обучать молодежь, развивать науки, публицистику, работать в госпиталях, тюрьмах, осваивать театр.

В 1709 г. в результате пожертвований Элизабеты и Мартина Годебских в Слониме была основана миссия. Годебские предоставили во владение иезуитам фольварки Скробово и Шуляки.

В 1717 г. король Речи Посполитой передал иезуитам улицу, которая шла от Анапасовской (Панасовской) до Татарской.

В 1736-45 гг. миссия была преобразована в резиденцию. В 1737 г. слонимский хорунжий Франтишек Быковский завещал резиденции село Воробьевичи и 20000 злотых на основание костела, а также 8000 злотых на учреждение музыкальной бурсы (к тому времени иезуиты уже содержали в городе низшую школу). По-видимому, костел был построен, хотя конкретных сведений я об этом не нашел. Следует отметить, что Слонимскому монастырю иезуитов много жертвовали. Это был один из самых богатых монастырей города. В различное время в заставе у иезуитов (то есть, в местном подразделении, резиденции) находились села Змужовское, Соколово (Хринки), заложенные за 3000 злотых Иеронимом Пшиалдовским. Село Реутовичи было получено ими от маршалка Слонимского повета Михаила Харабурды за 13000 злотых. В самом городе иезуиты имели три юридики и шесть земельных участков, а также сенокос над рекой Щара. За пользование этими землями государственные налоги они не платили.

В 1744-73 гг. при резиденции действовал школьный театр. В библиотеке Виленского университета хранятся 3 программки латинских пьес, поставленных в Слониме в 40-е гг. XVIII в. Первая из них посвящена драме «Мгновение жалкой вечности», поставленной на масленицу в 1744 г. Ее автор Фелициан Новодворский. В том же году учащиеся школы сыграли драму «Цветок с надписью «Имена царей», которая переносила зрителей в экзотическую Японию. Поучительная, пропагандирующая соответствующую христианству мораль драма «Фантазии Паллады» была сыграна перед летними каникулами 1749 г., по-видимому, как один из отчетов общей деятельности за год. Еще одна драма «Алексей» была подготовлена в 1709 г. к именинам главного мецената монастыря гетмана Михаила Казимира Огинского.

ДВОРЕЦ МИХАИЛА КАЗИМИРА ОГИНСКОГО

(По материалам книги Анжея Техановецкого «Мiхал Казiмiр Агiнскi i яго «сядзiба музау» у Слонiме», изданной в 1993 г.)

Сразу отмечу высокую значимость исследований Анжея Техановецкого. Краевед живет в Лондоне — однако занимается пропагандой белорусской истории. Мы должны быть благодарны этому альтруисту. И еще следует отметить прозорливость Владимира Леонтьевича Соколовского, который нашел изданную в 1961 г. в Кельне на немецком книгу пана Анжея, перевел ее на белорусский и добился того, чтобы она была издана. Из таких людей и состоит основание белорусской культуры. И пока они есть, эта культура будет.

Через год и шесть недель после смерти подканцлера Сапеги, а именно в 1761 г. его жена Александра (из рода Чарторыжских) сочеталась узами брака вторично — на этот раз с Михаилом Казимиром Огинским. Так слонимская экономия оказалась в собственности гетмана.

Последний не сразу сделал Слоним своей главной резиденцией. Можно предположить, что сначала гетман имел намерение сделать своей главной резиденцией Неборов — по той простой причине, что это имение размещалось недалеко от Варшавы. По крайней мере, с 1766 г. там велись интенсивные работы по реконструкции усадьбы.

Однако одно дело желание, другое — реальность. В силу обязанностей гетман больше проводил времени на Полесье. Решив не тратить время зря, он занялся перестройкой слонимской резиденции.

Начал он с перестройки замка. Впрочем, А. Техановецкий предполагает, что гетман только незначительно расширил резиденцию, полученную от Сапеги. Наперекор утвердившемуся мнению ученый полагает, что слонимский дворец не имел больше ста помещений. Напротив, в инвентаре за 1797 г. указывается, что он насчитывал максимум 46 помещений. Дворец был одноэтажным и по форме представлял собой подкову. При этом правое его крыло было полностью деревянным и имело всего 23 помещения (для гостей и прислуги). В левом кирпичном: крыле размещались покои гетмана и его жены. Что касается главного корпуса, то он состоял из приемного помещения (вестибюля) и большого пятиоконного «танцевального зала», украшенного стенной живописью (вместо гобеленов) и имевшего хоры для оркестра. Этот зал служил для устройства балов. Его еще называли «концертным залом», ибо там часто устраивались музыкальные вечера. Покрыто здание дворца было черепицей.

Что касается перестройки Слонимской резиденции, проведенной в 60-70-е гг. XVIII в. по указанию гетмана, то к ее последствиям следует отнести увеличение парка, который прилегал ко дворцу, и возведение на территории этого парка некоторых сооружений. В частности, там появились новый небольшой дворец (возможно, пристройка к старому дворцу) и ряд отдельно стоящих парковых павильонов, таких, как Зал Богинь, Беседка Геркулеса, Английская гостиная. Кроме того, там появились дома артистов и придворных слуг. И, наконец, в более позднее время возвели здание театра, получившее название «Новая опера».

Михаил Казимир Огинский участвовал в движении сопротивления аннексии Россией территории Речи Посполитой, потом жил в иммиграции во Франции. Чтобы компенсировать расходы на это, он вынужден был продать часть своих имений, в том число Смиловичи и Неборов. Так Слоним сделался его основной резиденцией. После возвращения на родину, он посвятил себя благоустройству этого города. И уже вскоре Слоним стали называть «Полесскими Афинами». Своей европейской славе город обязан Михаилу Казимиру Огинскому. А ведь могло быть иначе, он мог вложить средства в благоустройство своего имения в Седльцах или в имение Телеханы, которые служили ему летними резиденциями. Возможности у гетмана были большие. Теперь, сквозь призму времен, Михаил Казимир Огинский представляется этаким волшебником, магом: чего бы ни коснулась его рука, все оборачивалось во что-то блестящее и успешное. Имею ввиду его успехи по благоустройству своих имений. Может быть, этот человек не достиг тех вершин, к которым стремился, — не стал королем, хотя долго шел к этому. Зато ему сопутствовал успех в другом — в развитии и совершенствовании культуры. Думаю, пример Огинского в его деятельности по благоустройству города Слонима должен как-то подтолкнуть нас, привлечь к возрождению этого города. Нынче туристов подвозят к тому месту, где когда-то стоял великолепный дворец, и рассказывают о виртуальных красотах двухсотлетней давности. Не пора ли на этом заросшем кустарником возвышении воссоздать прежний оазис культуры! Это не так уж и сложно в наше время! Не надо ждать, что объявится новый Огинский — следует самим позаботиться об уважении к себе и своей родине.

ТЕАТР

(По материалам Анжея Техановецкого)

Разбирая причины всплеска культуры во второй половине XVIII в., прежде всего следует вспомнить, что это был век частной собственности. Причем, отдельные личности владели не просто землей, недрами, как мы теперь говорим, но и людьми или, как с исключительной точностью выражались в то время, «душами». Любой каприз хозяина должен был быть исполнен — альтернативы у раба не было. Одни затевали фантастические проекты, другие из кожи лезли, беспокоились о том, чтобы воплотить эти проекты в жизнь, И, в результате, рождалось неслыханное, что-то такое, что удивляет даже сегодня. Нынешнему поколению прагматиков сложно придумать нечто подобное. Но они могли бы на этом зарабатывать.

Безусловно, деятельность Михаила Казимира Огинского заслуживает исследования. Этот человек все видел другими глазами — удивляет перспективность его взглядов. Мир для него был алмазом, который он собирался преобразить в бриллиант. До сих пор остается тайной его решение построить километровую линию канала перед окнами дворца. Кажется, он не мог без сожаления смотреть на заболоченную пойму Щары — ему хотелось хотя бы вокруг гнезда своего создать нечто вроде рая…

«Концертная зала» изначально не вполне удовлетворяла требованиям Огинского. Гетман знал лучшие примеры театров. Возрастала интенсивность театральной жизни в Слониме. Возрастало и количество постановок, которые требовали сложного технического оборудования. По этой причине в конце 70-х гг. XVIII в. началось строительство отдельного театрального здания, которое вскоре было возведено за замком по плану итальянского театрального архитектора и декоратора Иноченца Мараина. Это был так называемый «плавающий» театр, тот, что позволял ставить летние спектакли с видом на зеркальную гладь воды. Воплощение этой задумки в жизнь вызывало у современников такое же удивление, как и сам канал. До поры все просто удивлялись. Восторги, восхищения еще были впереди.

Иноченца Мараина и раньше работал в Слониме, сначала декоратором, когда он сменил художника Штробла, потом — в качестве придворного архитектора. Этому мастеру театральной архитектуры и выпала доля стать творцом нового слонимского оперного театра.

Непосредственные работы по возведению здания театра начались весной 1780 г. 21 апреля были выплачены первые деньги — мастеру строительных работ Лукашу Блажевичу, столяру Томашу Мацевичу, оконному мастеру («шкляру») Адаму Шмиту, обивщику («бляхару») Фишелю.

Интенсивность работ увеличивалась с приближением установленной заранее даты визита в Слоним короля Станислава Августа Понятовского (сентябрь, 1784 г.). По очереди целый месяц в театре работали 23 столяра. Кроме них было задействовано несколько маляров. В августе работы велись днем и ночью. В это время «мастером строительных работ» был уже преемник Мараина, театральный магистр Ян Бой. Он занимался техническим оснащением театра и оставался при гетмане до его смерти. Им было проведено освещение театра — установлены 400 круглых ламп, а также хрустальная люстра, сделанная, кажется, на фабрике в Налибоках. Он же установил приспособления для осветления канала и кулис. Кроме того, для театра были сделаны два фонтана с соответствующими приспособлениями для их использования на сцене. Под самой сценой была сооружена «машина с тросами» — мощный деревянный коловорот.

В инвентаре за 1797 г. слонимский театр, уже пустующий в это время, описан так: «За флигелем замка, немного ниже, вблизи болота и речки, стоит величавое, покрытое черепицей здание оперного театра, на переднем фасаде которого размещены большие двухстворчатые двери с внутренним замком и ключом… Внутри, вблизи от этих дверей, лестница ведет к ложам, размещенным по обе ее стороны… В интерьере размещены сконструированные мастерами лавки из досок, рассчитанные на большое количество зрителей…» Слонимский театр имел двухъярусные ложи и вмещал до 1000 зрителей. Королевская ложа выделялась богато украшенным картушем (щитом) с гербом монарха. Фойе театра украшали алебастровые фигуры — сначала их было четыре. Освещалось здание, как уже отмечалось, роскошной хрустальной люстрой и множеством размещенных около стен ламп и настенных светильников на специальных подставках.

Что касается сцены слонимского театра, то она была поделена надвое: передняя ее часть предназначалась для актеров, а задняя служила в случае необходимости для кораблей, выплывающих на нее по настоящей воде. Для этого эту, вторую часть сцены с помощью системы труб и водяных механизмов заполняли водой из сажалки, устроенной в непосредственной близости от театра. Когда же вода становилась ненужной и по ходу действия пьесы имела место какая-нибудь битва или марш войск, то эта часть сцены покрывалась толстыми щитами, а с тыла открывались ворота, через которые врывалась кавалерия. Это давало возможность показывать целые эпизоды битв на суше и на море.

Прослышав про здешний театр, в Слоним «заворачивали» многие видные особы. В 1776 г. его посетил епископ Косаковский. Гетман Огинский приглашал к себе Ю. Немцевича и подольского князя-генерала Чарторыжского, которые, пока пребывали в Слониме, каждый день ходили на спектакли.

13 сентября 1784 г. в Слоним прибыл король Станислав Август Понятовский. Он въехал в город в карете под гром пушек. Он прибыл сюда из Пинска, правда, накануне задержался в Телеханах у сестры гетмана Ганараты Огинской. Обосновавшись в резиденции хозяина, он в тот же день осмотрел парки города, фонтаны, сам дворец и с удовольствием, утомленный дорогой, прослушал концерт придворного оркестра. А после небольшого отдыха, уже поздним вечером присутствовал в театре на постановке оперы «Дезертир». В тот раз театр Огинского был заполнен избранной публикой, прибывшей сюда по пригласительным билетам. К сожалению, самого устроителя этой «неземной красоты» в Слониме не было. Он находился в Голландии. Короля ждали в Несвиже. Но он не сразу покинул Слоним, «несколько дней провел у пана Великого гетмана литовского». Испытал и утеху, и приветливое обращение. И, конечно, выслал из Слонима письмо благодарности гетману за то, как тот, даже пребывая за границей, сумел организовать достойный прием.

В мае 1797 г. в Слониме состоялся еще один высокий прием. И тоже прошел в отсутствии хозяина. Павел I и два его сына Александр и Константин объезжали только что аннексированные провинции. Маршрут царя был следующим: Петербург — Минск — Слоним — Вильня — Ковно — Митава — Рига. Обратим внимание, что в Беларуси гиды царя выделили для этого путешествия два города, причем одним из них был Слоним. Это говорит о славе города того времени, о том, что нынешним городским властям и здешним жителям есть чем гордиться и к чему тянуться… В Слониме царь и его дети поселились во дворце Огинского. Однако театр к тому времени уже не действовал, он был оставлен.

В 1804 г. архивные источники называют его «разваленным».

БАЛЕТНАЯ ШКОЛА

(По материалам Анжея Техановецкого)

При дворе гетмана Огинского в Слониме развивалось два направления театрального искусства: музыкально-оркестровое и балетное.

Балет в Слонимской резиденции впервые возник в июне 1777 г. По крайней мере, именно в тот год в список на получение зарплаты были включены танцоры. Тот первый ансамбль состоял из четырех мужчин и четырех женщин, которых называли «балетными юношами и балетными девушками».

Руководил ансамблем Ноак. Две из танцовщиц были детьми придворных музыкантов: Будевич и Заблоцкая.

Балетная школа в Слониме возникла в 1781 г. Она просуществовала до 1792 г., когда вместе с музыкальным ансамблем перекочевала в Телеханы. Сначала ею руководил немецкий балетмейстер Ноак. Школа имела собственного гувернера, свою парикмахерскую, повариху, уборщицу, прачку. Хозяйство вела Агнешка Долингер. Танцовщицы и танцовщики жили в небольших домах, специально построенных для них гетманом. Кроме того, в их распоряжении находились залы для занятий. В 1785 г. количество учеников слонимской балетной школы составляло 18 человек.

Кроме Ноака, в списке руководителей школы значился еще и Феличе Марини. Последний являлся композитором и автором балетных произведений. В 1788 г. он покинул двор гетмана. Около 1788 г. в Слоним прибыл балетмейстер и педагог Франтишек Шлянцовский. Именно в бытность деятельности в Слониме этого человека местный балет сделался знаменитым на всю Европу.

Балет много гастролировал. Бывал, в том числе, и в уже известной нам Тышкевичевой Свислочи. Последние гастроли слонимского балета прошли зимой 1790-91 гг. в Дубне (Волынь). Трижды в год на несколько недель, пока проходили ярмарки, Дубно перевоплощалось в самое привлекательное место для артистов Короны и Великого княжества. Там было два театральных зала. И в обеих выступали лучшие музыкальные, драматические, оперные и балетные ансамбли. Шляхта съезжалась сюда, чтобы заключить торговые соглашения. Владелец местечка генерал Михаил Любомирский приглашал к себе наиболее интересные и профессиональные коллективы.

Слонимский ансамбль имел свой репертуар, был известен постановками «Мельник», «Дезертир», «Дикий балет», «Королевский балет». А вот список танцовщиков, которые посылались из Слонима в Дубно: кроме Шлянцовского туда ездили танцовщицы Катерина, Настасья, Кристина, Юстына, Полюся, Алена, Аполония, а также танцовщики Томашек, Франтишек, Ивашка, Матей, Ежи. Гастрольную группу сопровождал костюмер Быковский.

Роспуск большого слонимского оркестра случился в 1792 г. После этого перестала существовать и балетная школа. К тому времени пан гетман осел в Галенове — своей резиденции под Варшавой. Иногда он выезжал в столицу и жил в своем старомодном и неудобном варшавском дворце, который получил по наследству от тетки Алены Огинской и который мечтал перестроить.

В июне 1792 г. часть артистов слонимского балета переехала в Телеханы. Шлянцовский перебрался в Варшаву. В Слониме же остался только старый балетмейстер немец Ноак. Ему некуда было ехать. К тому же, его удерживала здесь уже другая забота — он сделался арендатором рыбных ставов.

Что касается самого Михаила Казимира Огинского, то после конфискации у него Слонима, который Екатерина Великая отдала под резиденцию для губернских властей, он стал жить в Варшаве в своем дворце, где всецело посвятил себя музыке и другим художественным занятиям. Умер гетман в Варшаве 31 мая 1800 г. 11 июня состоялись похороны его тела в катакомбах кладбища Пазонски, при этом епископ Воронич прочел жалобную молитву за упокой души умершего. Результатом жизни этого человека стало не соперничество с соседями-магнатами, не борьба за королевский трон, а возведение дорог на Полесье, канала, осушительных сооружений, реконструкция собственных усадеб, строительство мануфактур. Немалый вес в этом наследии занимают и созданные этим человеком театр и балетная школа.

СИНАГОГА

(По материалам доклада С.А. Пивоварчика на научно-практической конференции в г. Слониме в 2002 г.)

Обычно здание синагоги ориентировали таким образом, чтобы алтарная часть была направлена в сторону Иерусалима. Внутри этой стены имелось возвышение — альмэ мор. В центре зала устраивалось место для чтения Священной книги, которое носило название «бима». Около восточной стены располагалось хранилище для духовных текстов — священный ковчег (арон-кадэш). Зала для литургии делилась перегородкой на две части — мужскую и женскую, что относится к самой древней традиции востока. Алтари синагог украшались изображением растительности и изредка животных.

Слонимская синагога была возведена в 1642 г. в центре города в стиле барокко. Здание имеет черты оборонительного сооружения — толстые стены, отсутствие декора, высоко поднятые арочные оконные проемы.

Внутри в центре широкого зала, над бимой, на четырех мощных столбах и аркаде поднимался навес. Купол бимы был декорирован орнаментом из листьев аканта и пальметты. Перегородка между мужской и женской половинами заменена металлической галереей на четырех тонких колоннах.

Элементы лепных украшений в храме были покрыты позолотой. Алтарную стену украшали фрески с изображением львов, ваз, букетов, обрядовых и светских музыкальных инструментов. Ось алтарной стены завершалась лепным балдахином в виде короны с соответствующей звездой.

В 1881 г. слонимская синагога пострадала от пожара. Она была обновлена на пожертвования прихожан. Однако в виду того, что деятельность ее возобновили без разрешения властей, местный полицейский надзиратель Новицкий опечатал храм.

11 мая 1883 г. слонимские мещане Хаим Померанц и Мойша Батлин обратились к губернатору с просьбой открыть синагогу, а также позволить использовать деньги из слонимского коробочного сбора на «приведение этой синагоги в надлежащий вид». В свою очередь городской голова (управляющий городом) обратился к губернатору с просьбой выслать архитектора для составления сметы и сумм, необходимых на ее ремонт.

8 июля 1886 г. городской голова Петр Антонович Василевский прибыл в синагогу, которая все еще была опечатана, и осмотрел ее. Вот описание храма на тот период: «… часть потолка в задней части этой синагоги обвалилась, и остальной потолок грозит опасностью. Эта синагога каменная, крытая жестью, довольно большая, с пятью боковыми отделами, единственная главная синагога, в которой службу оправляет духовный (раввин). Наружная сторона этой синагоги в печальном виде, исключая жестяной крыши, которая требует только покраски. Штукатурка на наружных стенах в большей части обвалилась… Откосы, скрепляющие здание, в половину разрушены. Словом, наружная часть… требует капитальной починки…» Тогда на ремонт синагоги была составлена смета на 11 430 рублей 09 копеек. Храм был обновлен и продолжил свою деятельность главного молитвенного дома иудеев.

В польский период в Слониме проживало 64 % евреев (или 16 тысяч человек). В городе действовали 2 синагоги и 18 молитвенных домов (иудейских божниц).

После 2-й мировой войны главная синагога Слонима была переоснащена под склад. В частности, здесь располагался склад мебельного магазина. В 90-е гг. XX в. храм уже стоял пустой и рассыпался.

Уверен, ввиду исторической и художественной ценности этого памятника, его следует восстановить. А если удастся возродить его интерьеры, то мы получим объект мирового значения.