Дан действительно уехал. Вместе с отцом, который тоже сослался на таинственные дела.

Дни тянулись за днями, наполненные повседневной суетой и учебой. Я старалась нагружать себя так, чтобы к вечеру на размышления сил уже не оставалось. Благодаря чудо-зелью Лэн со сном никаких проблем не возникало — я засыпала, едва касаясь головой подушки. Может, и без зелья засыпала бы, но рисковать не хотелось. Я боялась, что, стоит лишь углубиться в мысли, как обязательно додумаюсь до какой-нибудь глупости. Но хватит уже оных с меня.

Я неукоснительно следовала просьбе Дана и везде ходила только в сопровождении друзей, будь то учебные аудитории, утренняя пробежка, библиотека или же столовая. Несколько раз со мной пытался заговорить Маркус, но, видя, что я не собираюсь оставлять друзей для беседы с ним, ограничивался приветствиями, хотя смотрел более чем красноречиво. Я помнила о его предложении, и, чего уж там, оно до сих пор казалось соблазнительным, но теперь еще и опасным. Сможет ли он снять привязку так, чтобы не навредить ни мне, ни Даниэлю? Я очень сильно в этом сомневалась. Как и в том, что Марк поймет причину отказа, тем более что вдаваться в подробности я бы определенно не стала. Да, бегство — не самый лучший способ решить проблему, но иного я пока не нашла.

В академии и в самом деле появилась четверка незнакомых магов. Они сновали по территории, делая какие-то замеры, опрашивали преподавателей и студентов — меня, видимо благодаря проверке ректора, не тревожили, — а то и просто ходили по коридорам и залам, словно отдыхая. Но однажды я заметила, как один из них, приникнув ухом к стене, внимал чему-то, слышимому только ему. Я вспомнила все шорохи и шепотки, которыми полнилась академия, и заинтересовалась, действительно ли он что-то слышит. Но интерес пришлось спрятать — ненужного внимания и без того было с избытком.

Не знаю, кто из преподавателей растрепал о наших с Даном отношениях — подозреваю, что без Крэла не обошлось, а может, это и вовсе сделала Талис, — но с начала недели добрая половина старшекурсниц с боевого смотрела на меня волком. Вот уж когда я порадовалась, что больше не хожу одна. Причем даже просить об этом не пришлось. В первый же день, спеша на занятия, я обнаружила под дверью Джаса, который невозмутимо заявил, что привык ко мне и не хотел бы, чтобы чокнутые поклонницы моего женишка порвали меня на множество маленьких и, увы, непригодных для дальнейшего существования Грейс. Потом к нему присоединился Карл и еще парни с первого курса боевого. Да и с Лэн было не страшно — от ее ласковой, явно семейной улыбки даже старшие девицы разбегались. Алек тоже исправно следил за мной, так что причин серьезно бояться не было, хотя ситуация в целом и заставляла понервничать.

Пожалуй, только сейчас я по достоинству оценила решение Дана молчать о нашей помолвке… А ведь еще и злилась на него, глупая.

Несмотря на большую нагрузку и усталость, на кое-какие мысли меня все-таки хватало. По крайней мере, осознать, насколько несправедливой была к Даниэлю, очень даже хорошо получилось.

На исходе второй недели без Дана от тяжелых раздумий не помогала даже учеба. И я едва не завалила практикум по иллюзиям, который проводила Сантея Стай, и привлекла к себе внимание наставницы.

— Что с тобой происходит? — спросила она, оставив меня после занятия.

Оное проходило довольно поздним вечером — для отрабатываемого типа иллюзий требовался лунный свет, — и в аудитории царил уютный полумрак, разбавленный неярким сиянием магических огоньков. Доверительная такая обстановка, вполне располагающая к задушевным беседам. Вот только я и с подругами-то переживаниями не особо делилась, а уж с наставницей и подавно не намеревалась.

Я тоскливо покосилась на дверь, за которой ждал Джас, и промолчала. Просто не знала, что можно ответить. И нужно ли. Магистр Стай усмехнулась и тихо сказала, поймав мой взгляд:

— Ты делаешь неплохие успехи, Грейс. Назовешь первый закон иллюзий?

— Все не так, как кажется, — вздохнула я.

— Самое интересное, что это применимо и к жизни, — кивнула наставница. — Иногда мы слишком зацикливаемся на внешнем, очевидном, совершенно забывая о сути… И о том, что искренние чувства подделать невозможно.

Я нахмурилась, не понимая, о чем речь, но пояснять свои слова магистр Стай не собиралась. Окинула пристальным взором, улыбнулась загадочно и позволила мне уйти.

И не то чтобы я до конца осознала сказанное, но на душе стало значительно легче.

Выйдя из аудитории, Джаса я не увидела. Зато увидела Талис. В слишком скромном для нее платье, с небрежно заплетенными в косу волосами, с бледным, лишенным косметики лицом. Она нервно кусала губы, а от меня и вовсе шарахнулась. Я, впрочем, тоже — слишком свежи оказались воспоминания о предыдущих встречах. И даже понимание, что за дверью осталась магистр Стай, уверенности не вселяло — мало ли на что сумасшедшие способны?

В общем, я была готова ко всему. Но Талис все-таки удалось меня удивить.

— Я тебе должна, — еле слышно шепнула она, быстро оглянувшись. — Не спи сегодня. Ни при каких обстоятельствах — не спи! И не покидай комнату!

Показалось, что Талис хотела что-то добавить, но за поворотом раздался шум, и она, побледнев еще сильнее и зажав ладонью рот, бросилась бежать. Да так быстро, словно за ней все недавно наводнившие академию твари гнались.

Как есть безумная! Я озадаченно хмыкнула — и сама едва следом не припустила, услышав за спиной покашливание. Резко обернулась и выдохнула с облегчением. Всего лишь Джас, немного смущенный и виноватый из-за того, что чуть не проворонил свою подопечную.

Он довел меня до комнаты и сдал с рук на руки Лэн, которая тоже только что вернулась. Почти все свободное время она проводила с Карлом. Фыркала, конечно, и по-прежнему насмешничала, но было видно, что больше по привычке, чем по-настоящему.

Мы с Радишей старательно не комментировали, боясь спугнуть. Карл нам нравился, и мы обе полагали, что на вспыльчивую и нетерпимую Лэн он очень даже благотворно влияет. Когда сам ее не драконит конечно же.

Сейчас Радиши не было, что ничуть не удивило. Наша тихая и скромная подруга последние две недели почти все вечера проводила вне стен этой комнаты. Объясняла она это весьма неубедительно, но мы с Лэн не придирались. И о том, что знаем про Алека, помалкивали. Захочет — сама расскажет, зачем смущать девушку? Правда, меня тоже кое-что смущало, а именно то, что выглядела Радиша слишком бледной и на счастливую влюбленную не очень-то походила, но Лэн от моих опасений отмахнулась, заявив, что с учебной программой первого курса боевиков сложно не напоминать свежеподнятого зомби, и никакая любовь тут не поможет. Чудо еще, что после насыщенного дня у Радиши хватает сил и на свидания бегать.

Приведя себя в порядок и переодевшись в ночную рубашку, я прошла на кухню и задумчиво уставилась на бутыль с успокоительным зельем. В мыслях накрепко засели слова Талис. Я прекрасно сознавала, что девушка, скорее всего, действительно больна — это и ее одержимость Даном доказывала, — но рука, потянувшаяся к стакану, дрогнула.

А, демоны… Ничего страшного не случится, если этой ночью без зелья обойдусь. С ним меня не добудишься, а так… Если что, быстро проснусь.

Последняя мысль заставила скептически усмехнуться. Дожила — сумасшедших слушаю! Но решение было принято, и моя порция зелья так и осталось нетронутой. Лэн же давно выпила свою, как всегда делала после особо трудных дней, и безмятежно сопела в своей постели. Я завистливо покосилась на подругу — вот уж кто на Талис никакого внимания не обратил бы! — и, погасив свет, легла.

Полная луна заглядывала в незашторенное окно, наполняла комнату прозрачными тенями, рождала иллюзии, превращая знакомые предметы в нечто странное и даже страшное. Я зажмурилась и натянула одеяло на голову — совсем как в детстве, спасаясь от кошмаров. Но стало еще хуже. Сквозь сбившееся дыхание и стук собственного сердца я услышала непонятные звуки, которых никак не могло быть в комнате. Затаилась, прислушиваясь… И едва не закричала от ужаса.

Тик-так. Тик-так. Тик. Так…

Взвившись на ноги и при этом лишь чудом не запутавшись в одеяле, я зажгла свет, заполошно огляделась и перевела дух. Комната как комната. Обычная, все как всегда. Никакого с ума сводящего тиканья, лишь мерное дыхание Лэн на соседней кровати. Кажется, зря я зельем пренебрегла. Нервы расшатались вконец… Но на кухню я не пошла. И свет выключать не стала, рассудив, что подруге он не помешает, а мне спокойнее будет.

Хитрость удалась. Страхи отступили, и невесомая дрема окутала меня, приняла в объятия. И все же в подсознании иглой засело предупреждение Талис, и полностью погрузиться в мир снов не получилось. Потому, почувствовав чужое присутствие, я открыла глаза и резко приподнялась на локтях. В следующий же миг к горлу прижалось что-то холодное и очень острое, заставив меня замереть.

— Ты не выпила зелье, — дрогнувшим голосом сказала Радиша, чутко следя за тем, чтобы кинжал оставался у моего горла. Что ж, управлять предметами на расстоянии она умела виртуозно… Как мало, оказывается, я знала о своей «близняшке»! — Почему ты не выпила зелье?!

Даже не будь прижавшегося к коже острого лезвия, я бы не сумела ответить. Слишком ошеломлена была, слишком… оглушена. Подруга, которой я привыкла верить, просто не могла так поступить!

Не могла… но поступила.

— Ты пошла бы со мной сама, а теперь придется… Не важно, — пробормотала между тем Радиша, отступая на шаг, но не теряя бдительности. — Встань и обуйся. Медленно, не наклоняясь. И без глупостей…

Ее голос опять дрогнул, и она беспомощно закусила губу. Больно, до крови, но даже не поморщилась, продолжая напряженно следить за каждым моим движением. Я поднялась, нашарила тапочки, в которых ходила в комнате. Скосила глаза на сладко спящую Лэнис…

— Идем, — поманила Радиша, отступая к двери. — И помни: любое неосторожное движение пойдет тебе же во вред.

Давление лезвия усилилось, по шее скользнуло что-то горячее… Я послушно шагнула к выходу, а потом и в коридор. Радиша шла рядом, и по нажиму режущей кромки я чувствовала, что ее внимание не ослабевает ни на миг. И все же я обязана была попытаться… Решиться оказалось непросто. Лишь спустившись на первый этаж, я наскребла достаточную порцию уверенности.

— Радиша… — прошелестела я, остановившись.

— Иди! — с отчетливыми нотками отчаяния прошипела она. — Не заставляй меня!..

В холле было пусто. Слишком поздний час даже для завзятых полуночников. Слишком ранний даже для любителей просыпаться ни свет ни заря. Идеальное время для всяких темных делишек. Прирежет меня сейчас лучшая подруга — и не узнает никто… Я прикрыла глаза, но с места не сдвинулась.

— Зачем? — едва протолкнула сквозь пересохшее горло. — Радиша…

Если бы получилось крикнуть… Может, она бы испугалась и отказалась от своих планов? Или же довела бы начатое до конца, что, судя по решительно сжатым губам и расширившимся зрачкам, куда вероятнее.

— Иди, — с нажимом повторила Радиша, на сей раз подкрепив слова действием. Я тихо всхлипнула, когда лезвие оставило на коже очередную царапину, пока еще не глубокую, но болезненную. — Пожалуйста, Грейс. Так будет лучше для всех.

— Для кого?! — упрямо прошептала я, сжимая кулаки и соображая, сумею ли уклониться достаточно быстро, чтобы Радиша не успела среагировать. Тогда будет шанс. Она сильная, но и я не слаба. И если бы не кинжал…

Где же Лира, когда она так нужна?! Я ранена, напугана, неужели она этого не чувствует?!

Радиша промолчала, и, уловив сомнения, я вновь воззвала к ее разуму и совести:

— Ты же не хочешь этого. Я знаю. Пожалуйста. Мы… сможем все решить. Вместе.

Радиша рвано выдохнула, стиснула кулаки, и клинок у горла дрогнул, отстраняясь…

Но порадоваться я не успела.

— Всегда все приходится делать самому, — посетовал знакомый голос, после чего в глазах потемнело, пол уплыл из-под ног, и сознание поспешно ускользнуло, как бы я ни пыталась его удержать.