Детальные расчёты курса предрекали «Твоей бабушке» никак не меньше тринадцати часов полёта. Торчать всё это время на борту не имело никакого смысла, так что я распределил смены между членами экипажа, назначив общий сбор ближе к прилёту, и отправился решать дела в реале. Давно следовало ноги размять, а то в последние пару недель вся моя деятельность вне игры сводилась лишь к отдыху, да безудержному хомячеству. Непорядок.

Элли, воспользовавшись неожиданным отгулом, улизнула на очередную тренировку. Я здорово сбил ей ритм постоянными нырками в виртуальность, так что теперь она старательно навёрстывала упущенное. Ничего, всё равно брать с собой девчонку на деловую встречу никто не собирался.

Помощь мне сейчас точно не нужна – спасибо баснословно дорогой капсуле. Конечно, до прежнего моего уровня ещё как до Луны на велосипеде, но и состояние образца двухмесячной давности осталось далеко позади. Руки почти не тряслись, ноги пусть и с трудом, но переставлялись в правильном направлении. А с удобнейшей тростью, презентованной самой Бабой Нюрой, я мог посоревноваться в скорости с большинством из пешеходов. Их, правда, осталось совсем уж мало, но окончательно они ещё не перевелись.

Стоило привести себя в порядок, как на коммуникатор дозвонился вежливый диспетчер, поинтересовавшийся, где и когда мне удобно встретиться с представителем компании «SCG». «Секьюрити крокус групп», если по-русски. Ну, хотя бы не пресловутый «Б.У.Л.А.Т.», у которых ко мне может возникнуть очень много вопросов. Начиная с того, какого чёрта случилось с их подрядчиком Георгием и его командой, заканчивая тем, почему я всё ещё жив.

Как нетрудно догадаться, «SCG» являлась иностранной компанией, но при этом она имела несколько представительств и в России-матушке. Ехать прямо в офис я наотрез отказался и предложил пересечься на нейтральной территории – в одной из ближайших кафешек. Диспетчер с кем-то посоветовался, попросив повисеть на линии, после чего сообщил, что представитель сможет прибыть на место через час. Меня это вполне устраивало, и я дал добро.

Почему именно в кафешке? Во-первых, меня до колик в печёнке достала привозная еда, большую часть которой заказывала Эльвира. Во-вторых, это людное место, а не какая-нибудь уединённая конторка. Паранойя, обострившаяся за годы жизни вне закона, упрямо твердила, что дело здесь нечисто, а своим ощущениям я привык доверять. Сейчас не двухтысячные – для переговоров достаточно видеоконференции, подписи исключительно электронные, но диспетчер упрямо настаивал на личной встрече, обещая бонусы и скидки. Мол, политика компании такая – доверие должно поощряться.

На официальном сайте действительно нашлась целая галерея довольных клиентов с договорами в руках, некоторые ещё и с благодарными комментариями. Лица у всех были умело затёрты, так что ни о какой утечке информации речи не шло. А трещавший по швам бюджет клана, как никогда нуждался в ослаблении нагрузки, с этим трудно спорить.

Серьёзного оружия с собой брать не стал – только неизменный блистер со стимуляторами, без которого я даже в туалет теперь не хожу, и трость Бабы Нюры. Аксессуар, помимо своих стандартных функций, одним нажатием на секретное место, превращался в элегантную тонкую шпагу, отбрасывая пружиной ножны-футляр. Много с ней, конечно, не навоюешь, но зато её можно свободно проносить в места, где пистолет считается моветоном. А ещё рукоять у трости была очень удобной и приятно грела ладонь.

Облачившись в удобные брюки с рубашкой из серии «и в пир, и в мир, и в добрые люди», я отправился на выход. Голографические бабочки, кружившие по квартире, остались порхать за порогом. В отличие от обычных домашних питомцев, их не нужно было ни кормить, ни ещё как-то заботиться. Для меня с Эльвирой – идеальный вариант, кто-то другой у нас давно уже бы лапки склеил.

На улице царила типичная осенняя погода – слякотно, холодно и сыро. Того и гляди, скоро снежок пойдёт. Кожаная куртка с капюшоном пока ещё справлялась с обогревом, но такими темпами скоро придётся себе пуховик заказывать.

Вызывать такси я не стал, воспользовавшись общественным транспортом. Времени было – вагон и маленькая тележка, да и в толпе ехать веселей. Всегда есть, на что посмотреть.

Будущее и здесь оставило свой технологичный отпечаток. Никаких тебе больше жетонов и проездных – проходишь внутрь, и рамка на входе считывает с твоего чипа нужную сумму. Хотя вездесущие бабушки в платочках, со смятыми купюрами в руках, никуда не делись, и по-прежнему колесили по городу во всех направлениях. Чёрт его знает, куда и зачем, но предавать забвению эту славную традицию они не собирались. Так что живой тётке-контролёрше, рыскающей с миниатюрной кассой в поисках безбилетников, я почти не удивился. Такой вот беспощадный русский киберпанк.

Вышел за пару остановок до кафе и немного прогулялся пешком, вдыхая свежий прохладный воздух. Давно уже не выбирался в город, того и гляди – настоящим задротом стану…

Забронированный столик пустовал, так что я преспокойно устроился в кресле и принялся изучать меню. Но не в картонной папке, а прямо на поверхности стола, ненадолго ставшего сенсорным экраном. Знай себе, перебирай блюда, коих здесь имелось около двухсот, добавляй или наоборот удаляй не приглянувшиеся ингредиенты – очень наглядно и удобно. Правда есть риск слюной изображение закапать.

Выбранное мною заведение специализировалось на европейской и средиземноморской кухне – никакой тебе бурды из водорослей, приправленной фекалиями лангуста. Может, не очень здорово и полезно, зато вкусно.

Я остановился на греческом разделе, выбрав себе увесистую лепёшку «питу», порцию «каламаки», с виду очень походившую на небольшой аккуратный шашлычок на шпажках, пучок зелени и белый соус «садзыки». Из напитков взял простой апельсиновый сок, хотя в другой ситуации предпочёл бы старое-доброе пивко.

С праздником для желудка пришлось немного притормозить, так как чертов представитель всё не показывался, роняя престиж компании. Благо, время подачи можно было пододвинуть, чтобы не сидеть перед накрытым столом в гордом одиночестве.

Смысл был настаивать на встрече, если не можешь на неё явится вовремя? Даже у братков в лихие девяностые, опоздание на стрелку считалось проявлением дурного тона.

Работник, а точнее – работница нарисовалась спустя семь с половиной минут, но её появлению я совершенно не обрадовался. И не то, чтобы мне не нравились миниатюрные брюнетки в облегающих платьях. Просто… Пусть глаза у неё были оливкового цвета, а рука вполне здоровой и совсем не роботизированной, узнал я барышню мгновенно, ещё до того, как она успела представиться.

– Мишель, – она вполне приветливо улыбнулась, устроившись в кресле напротив.

Я молчал, сверля молодую женщину тяжёлым взглядом. Обычным людям становилось от него не по себе, но на эту настырную девицу он не произвёл особого впечатления. Не зря же в игре её Шельмой зовут.

– Может, всё-таки представишься?

Говорила «представительница» с лёгким акцентом, растягивая слова в непривычных местах. Захочешь – так не получится. Точно иностранка. А Машей она наверняка уже с подачи Демченко стала, вроде как русификацию прошла.

Да, та самая Маша. И ещё, оказывается, что не наша. Добралась до меня, всё ж таки.

Вот же вляпался. В прошлую нашу встречу она обмолвилась, что Кирилл вместе с ней работал на какую-то серьёзную организацию. Да и свой коматоз он совсем не на учениях подхватил. Если это действительно так, то из кафе мне уже выйти не дадут, и плевать, что это общественное место. Не просто так же она опоздала…

Ну, хоть поем напоследок по-человечески.

– Можешь называть меня Кул, – я нажал на подачу.

– Твоё право, – она элегантно кивнула. – Прошу, не делай глупостей, я хочу просто поговорить.

– По-моему, главную глупость я уже сделал.

– Пришёл сюда? – с усмешкой предположила Шельма.

– Да нет, – отмахнулся я. – Пиво не заказал.

– Так в чём же дело? – она рассмеялась, в точности повторив мой запрос на интерактивной панели стола. – Светлое или тёмное?

– Тёмное.

– Ну вот, а теперь мы немного пообщаемся.

Женщина демонстративно сложила руки на столешнице.

– Без проблем, – пожал я плечами. – Но предупреждаю сразу – быстрые свидания не мой конёк. Не люблю рассказывать о себе.

– Для начала, скажи, что с Кириллом?

– Полагаю, он мёртв, – не стал я ходить вокруг да около. – Мне пересадили его чип, заявив, что прошлый его владелец скончался.

Женщина прекрасно владела лицом, но я всё равно почувствовал, что в ней что-то в этот момент надломилось. Может, в глазах промелькнуло… А на что она, собственно, надеялась, вычислив подмену?

– И как же ты выжил? – недоверчиво прищурилась Шельма.

– А я уже был мёртв. Фактически. Меня заморозили уже после остановки сердца, а очнулся я уже с чипом.

Не дожидаясь других очевидных вопросов, я поведал слегка отредактированную версию своих недавних приключений. Умолчал лишь о собственной богатой биографии и кое-каких подробностях, касательно группы покойного Георгия. Скрывать остальное не имело смысла – меня в любой момент могли «упаковать» и увезти для более вдумчивого допроса. Оставалось надеяться, что госпоже Мишель от меня больше ничего не понадобится.

Нам успели подать заказ, и конец рассказа пришлось срочно сворачивать, чтобы мясо не остыло. Шашлык, к слову, оказался вполне себе неплохим, только непривычно маленьким. Так что я быстро расправился со всей порцией и заказал себе ещё.

Возлюбленная моего предшественника некоторое время молчала, задумчиво ковыряясь в еде, после чего тихо произнесла:

– Что ж, любопытная история. Многое, конечно, придётся проверить…

– Можешь начать с того, как ваша организация умудрилась прохлопать тело своего сотрудника, – мстительно напомнил я.

Шельма болезненно скривилась.

– На тот момент, он уже не являлся нашим коллегой…

– То есть, его просто бросили в коматозном состоянии и вспомнили о нём, только когда он неожиданно очнулся?

– Всё не так, – замотала головой уязвлённая женщина. – Кириллу был организован первоклассный уход, на его восстановление были потрачены значительные средства. Но ещё задолго до того инцидента, он решил уйти. На том задании его вообще не должно было быть. И когда терапия не принесла успеха…

– …На него махнули рукой, – закончил я фразу за неё.

– Боже, пусть так, – сдалась она, подняв перед собой руки. – Нашего дела это не меняет.

– У меня дел с вами нет, и быть не может, – сразу предупредил я. – Кажется, ещё в прошлую нашу встречу мы это обсуждали.

– Кул, ты не понимаешь всей серьёзности ситуации, – она грозно сдвинула брови, перейдя на тон строгой начальницы. – Ты на свободе только лишь потому, что я смогла убедить начальство в твоей пользе.

– Ох, ну ничего себе! – я шутливо отсалютовал ей пивной кружкой. – Прости, госпожа, поклониться не смогу.

– Меня не интересует твоя благодарность. Это не ради тебя, а в память о Кирилле. Как бы это не звучало – частица его ещё живёт в тебе. Но довольно лирики, слушай меня внимательно. Присвоение чужой личности – преступление международного значения. Достаточно нам обратиться в правоохранительные органы и сдать генетические образцы настоящего Кирилла Демченко, как тебя запрут до конца твоих дней. Ты – живое доказательство несовершенства современной системы, так что на справедливый суд можешь не рассчитывать. Давал ли ты согласие на участие в этой афере, или тебя заставили, никого это волновать не будет…

– Можешь не продолжать, – прервал я её. – Давай с того момента, что именно вам от меня нужно.

– Раз уж ты оказался втянут в дело об убийцах игроков, то можешь продолжать работать в этом направлении. Но с нашей поддержкой.

– То есть, под вашим полным контролем? – уточнил я.

– Нет, тебе будет предоставлена свобода действий. Относительная.

– С меня уже два поклона… Как только всё это переварю.

– Подожди, – попросила Шельма. – Дай мне договорить. За этими убийствами стоит мощная организация, скорее всего – международная. В одиночку тебе ни за что не справится. Только мы на этом деле потеряли свыше тридцати специалистов. Кем бы ты ни был, задумайся. Мы на одной стороне.

– Хочешь сказать, у вас уже есть какая-то конкретная информация?

– Да, – кивнула женщина. – Держи.

Она протянула мне крохотный пластиковый прямоугольник. Та же флешка, только с собственным программным обеспечением. Этакий мини-компьютер, который может самостоятельно запускаться или даже самоликвидироваться. Зависит от прошивки.

Чёрт, вот с этого и нужно было начинать, переговорщица хренова.

– Щедро, – оценил я, забирая носитель.

– Ознакомься и прими решение. Срок – сутки, потом все данные исчезнут. Не вздумай копировать! Если решишь согласиться, тебе будет обеспечена информационная и силовая поддержка, ну а если нет…

– Понятно.

Я покончил с пивом и поднялся из-за стола, опираясь на трость.

– Можешь не высматривать хвост, его не будет, – Мишель последовала моему примеру, оставив свой бокал недопитым. – Но могу подбросить тебя к дому.

– Ты серьёзно?

– Меня не интересует твой адрес, – усмехнулась Мишель. – По крайней мере – пока что. Давай, я кое-чем с тобой поделюсь? Ты же ведь наверняка не в курсе, пришелец из прошлого… Так вот, правительственные организации могут вычислить твоё местоположение вплоть до метра. Догадаешься, как?

– Чип, – я ругнулся. – А это вообще законно?

– Конечно, ведь речь идёт о твоей безопасности, глупыш!

М-да, старина Оруэл оказался чертовски прав. Большой Брат следит за тобой, без перерывов и выходных. Хотя, не так уж и пристально. Иначе ту же Эльвиру Рассохину давно уже посадили бы в какое-нибудь тихое место.

Вообще, этим вопросом нужно заняться посерьёзнее. Сохраняются ли где-то треки передвижений граждан? Если да, то как «Призраков» до сих пор ещё не раскрыли?

– Спасибо за информацию, – вполне искренне поблагодарил я невольную союзницу. – Но домой предпочту добираться самостоятельно.

– Как знаешь.

Женщина кивнула и направилась к выходу. Я тоже не стал задерживаться и на этот раз заказал себе такси. Плевать на конспирацию – возжелай они меня повязать, сделали бы это прямо здесь. Раз отпустили, значит, действительно нуждаются во мне. Если Мишель не соврала про количество погибших агентов, то это смотрится уже не так безумно. Чем рискует «SCG»? Правильно, ничем.

Я для ведь для них просто никто. Они собственного агента бросили угасать в больнице, что уж говорить о постороннем человеке.

Ладно, в действительности ничего страшного не произошло. Просто в расследовании появился новый фактор. И я буду не я, если не стрясу с них самую жирную скидку для клана!

Подошедшая машина, управляемая лишь бортовым компьютером, доставила меня на место за каких-то двадцать минут. Без шансона, прокуренного салона и задушевных разговоров по пути. И даже дорогу показывать не пришлось, навигатор знал её куда лучше меня. По прибытию в пункт назначения, с моего счёта немедленно списалась очередная порция денег, и я остался один.

На город мягко, но неотвратимо надвигались опускались ранние осенние сумерки. Да ещё и дождик начал понемногу накрапывать. В окнах домов уже вовсю горел свет, но мне возвращаться в стылую бетонную коробку категорически не хотелось. Вместо этого я направился к ближайшему торговому автомату, где разжился вполне приличной бутылкой пива. В самом настоящем стекле.

Пока терминал выдавал мне заказ, написал Элли сообщение, собирается ли она домой. Приёмный отец я, в конце концов, или кто? Девчонка выдала короткое «20 м», что меня вполне устроило. Как раз успею уговорить бутылочку и привести мысли в порядок.

Между жилым комплексом, где находились апартаменты Рассохина, и соседними безликими высотками оказался зажат небольшой скверик, опоясанный парковками для жильцов. Неистребимые собачники выгуливали здесь своих питомцев в светлое время суток, а вот бомжей и вечно бухой молодёжи мною в этой локации замечено не было. Всё-таки приличный район.

Начинающий накрапывать дождик выгнал отсюда последних людей, так что все лавочки оказались свободны. Я выбрал ту, что стояла под сенью раскидистого кедра, послужившего неплохим зонтиком, откупорил бутылку и погрузился в собственные мысли.

В последние время было как-то не до размышлений – проблемы сыпались одна за другой, а конечная цель по-прежнему оставалась недосягаемой. А ведь люди продолжали погибать, пусть и не так интенсивно, как прежде. Вот уже и на американском континенте были замечены первые инциденты. Растёт зараза…

Что-то я упускаю, во всех этих нападениях. Что-то важное, и одновременно лежащее на самой поверхности. Нужно лишь совершить мысленный рывок, а я вместо этого брожу по кругу. Как убийцы проникают в закрытые помещения? Почему характер повреждений так разнится от жертвы к жертве? Кому этот бедлам выгоден?

Так. А вот это действительно хороший вопрос. Ведь из ведущих кланов нашего кластера пострадали уже все, в той или иной степени. Кто-то пошёл на жертвы ради маскировки, или они здесь ни при чём?

Додумать интересную мысль не дала встрепенувшаяся чуйка. Мерзкое ощущение, будто по моей остекленевшей душе металлической вилкой проскребли. Ну, что сказать, поздновато ты очнулась, родимая, меня могли ещё час назад уложить. Или же, настоящая опасность возникла только сейчас?

Я оглянулся, оценивая обстановку. Оказывается, пока я предавался размышлениям, в скверик занесло тройку молодых подтянутых парней в тёмных куртках. Они некоторое время потоптались у самого края, тихо переговариваясь друг с другом, затем один из них исчез из поля зрения, а двое других вразвалочку направились в мою сторону. Прикурить, что ли хотят?

Ну, пусть попробуют, если охота собственную медицинскую страховку проверить в деле. У меня для этих целей и зажигалочка в кармане специальная имеется, магниевая, с таким мощным факелом, что и в носу волосы тоже подгорят. Лучше средства бросить пагубную привычку докапываться до прохожих и не придумаешь.

Плохо только, что кроме неё да трости ничего при себе нет. Пистолет, приобретённый на том же Блошином рынке, спрятан пусть и неподалёку, но до него ещё добраться надо. Так и не придумал, как протащить оружие через пост охраны, вот и держу его на свежем воздухе. Сильно на него рассчитывать не стоит – глушителя найти так и не удалось, а хлопает он прилично. Вся округа сбежится. Трофейный же «тихушник», позаимствованный у криворуких киллеров, сгинул вместе с мусором. Хорошо, что хоть без последствий.

Парни продолжали приближаться, не сводя с меня глаз. Лишь когда они пересекали освещённое место, оба как будто невзначай опустили головы, не давая хорошенько рассмотреть их лица. Один натянул шапку по самые брови, а у второго на голове красовалась кепка с длинным козырьком. Куртки-штормовки, будто из одного магазина, мягкие штаны и кроссовки. Для гопников слишком опрятно одеты, а для спецов – слишком вызывающе себя ведут. Тогда кто они такие?

Учитывая, что вокруг было полно места, моя лавочка их явно не интересовала. Я со вздохом вытащил из кармана блистер со стимулятором и сжал его в руке. Использовать или нет? Если ребятам просто скучно, я мало того, что останусь с единственной порцией, так и ещё дикий откат получу забесплатно. А у меня сражение с превосходящими силами противника на носу.

– Даров, мужик! – глотая звуки, поприветствовал меня один из парней, обладатель шапочки.

Возле лавочки освещение отсутствовало, так что от нас остались лишь одни смутно различимые силуэты. Но так даже лучше.

– Здравствуйте, – с вопросительной интонацией отозвался я.

– Слушай, шёл бы ты отсюда… – нахраписто предложил всё тот же индивидуум.

– …По-хорошему, – угрожающе добавил второй.

– Да я и не собираюсь засиживаться, – пожал я плечами. – Пиво допью и пойду.

– Ты не понял, что ли?! – не терпящим возражения голосом произнёс первый. – Дома допьёшь!

Из-за спин этой дружной парочки внезапно вышла Лидия, с выражением бесконечной скорби на лице. А вот это уже серьёзно.

– Ладно-ладно, – я разжал ладонь и выдавил гладкую капсулу из блистера. – Лекарство хоть дайте нормально выпить.

Братки переглянулись.

– Давай бегом.

Я тут же отправил стимулятор куда следует и щедро залил его пивом. Вот так гораздо лучше, а то слишком уж резкие ребята мне попались. Пусть они пришли не по мою душу, оставлять их здесь нельзя. Ни к чему хорошему это точно не приведёт.

Желудок на секунду прострелило болью, будто туда вонзилась раскалённая игла, а уже в следующее мгновенье по венам принялось расходиться живительное тепло. Мышцы наполнялись дикой, звериной силой, а мир перед глазами стал чётче и контрастней. В прошлый раз торкнуло куда медленней, но и мне тогда досталось сильней.

– Ну, ты там всё? Давай уматывай! – нетерпеливо зачастил «шапочник».

Его товарищ обернулся и, не сдержав эмоций, коротко выругался. Было от чего – в самом начале сквера в свете фонарей показалась Эльвира Рассохина, собственной персоной, со спортивной сумкой через плечо. До чего же невовремя…

Хотя, может, и нет. Если эти ребята пришли именно за ней. А с каждой секундой я всё больше убеждался, что это действительно так.

Лидия, за спинами крепышей отчаянно заломила руки, всем видом умоляя меня не вмешиваться.

Прости, любимая, но тебе лучше всех в этом мире известно, какой я непослушный охламон.

– Всё, ухожу…

С нарочитым кряхтеньем я принялся подниматься, опираясь на трость. А куда мне спешить – я же больной человек, инвалид почти. Не вытерпев такой медлительности, тот, что в кепке, потянулся ко мне, пытаясь помочь быстрей встать и получил бутылкой прямо в лицо. Влажный хруст и последующий вопль сигнализировал о том, что снаряд попал куда надо, и врагу временно стало не до меня. Отлично, пусть пока на коленки присядет, подумает о своём нехорошем поведении.

Второй отреагировал очень быстро – отпрыгнул спиной вперёд и потянул что-то из-за пазухи. Я направил в его сторону трость и нажал на едва ощутимую выпуклость. Ножны выстрелили как положено – окованная металлом деревяшка полетела в район груди парня, заставляя его отмахнуться и потратить лишнее мгновение. А я уже был тут как тут, взмахом тонкого, но острого клинка полоснув его по руке с непонятным оружием, напоминающим раздутый пистолет. Куртка спасла бойца лишь частично, но запястью всё равно досталось, окрасив рукав свежим багрянцем.

С разъярённым шипением он попытался перехватить здоровой рукой едва не упавший агрегат, да вот только второго шанса я ему давать не стал, возвратным движением полоснув самым кончиком лезвия по шее. Попал даже лучше, чем рассчитывал – с влажным хрипом парень стал оседать на землю, безуспешно зажимая рану ладонью. Ни о каком сопротивлении он уже не помышлял, хотя с такой раной у него всё равно уже не было шансов. Но всё равно молодец – меньше нам работы по уборке крови получится.

Первый к тому времени уже почти пришёл в себя – прямо на четвереньках потянулся к наплечной кобуре, скрывавшейся под курткой.

– Туше!

Я нанёс ему прямой укол в район ключицы, погрузив клинок в тело на добрые полметра, пока тот куда-то не упёрся. Свеженанизанный шашлык тонко заверещал, но получил ещё один удар в лицо, на этот раз ногой, и затих. Два-ноль в пользу инвалида.

Чёрт, нашумел я тут. По-хорошему надо убираться, но где-то неподалёку сидит третий, который мог услышать крики. Что от него ждать – непонятно. Может пойти мстить, а может и свалить, вызвав полицию. Вот они-то здесь мне точно не нужны.

Тем временем к месту короткой потасовки подбежала Элли, бросившая сумку.

– Аллесс, что ты творишь?!

– Это я у тебя хотел бы спросить, – проворчал я. – Они тут тебя ждали.

– Ты уверен?

– Ну… Почти.

Подопечная наградила меня недоверчивым взглядом.

Мне же было не до оправданий. Наклонившись, я поднял валяющееся на дорожке оружие.

Занятная оказалась вещь. На первый взгляд, вроде как игрушечный пластиковый пистолет, нарочито массивный, детворе только баловаться. Но уж слишком тяжелый для простой игрушки. Подёргав имеющиеся рычажки туда-сюда, я отщёлкнул широкий магазин, в котором обнаружились вытянутые снаряды, напоминающие помесь дротика и медицинской ампулы. Ага, здесь у нас транквилизатор, значит. А в толстом стволе наверняка прячется баллончик со сжатым газом, отправляющий иголки в полёт.

Оружие было немедленно опробовано на ещё живом проткнутом парне, который продолжал довольно громко стонать. Звук выстрела получился очень тихим, а воткнувшийся дротик окончательно успокоил неудавшегося похитителя. Второму инъекция уже не требовалась – отбулькал своё.

– Я их не знаю, – выдала девчонка, бегло осмотрев тела. – Что делать будем?

– Прибираться, – мрачно ответил я, едва сдержавшись, чтобы не срифмовать вопрос. – Но сначала найдём третьего.

Ничего, расспросами мы ещё успеем заняться, если благополучно переживём эту ночь. Даже ремень собственный не пожалею для такого дела. Потому как добропорядочных девушек парни с цветами возле дома дожидаются, а не с транквилизатором.

И тут, будто сама природа решила нам немного подыграть, с небес хлынуло, как из ведра. Видимость махом упала до неприличных значений. То, что надо.

Стоящий на шухере наверняка видел Элли, и раз он ещё не прискакал на выручку, то посторонние звуки его не всполошили. А значит, он будет продолжать работать строго по плану.

Какому? Скорее всего, просто подгонит автомобиль поближе, чтобы погрузить бесчувственное тело вдали от зоркого ока придомовых камер. Не пешком же они собирались её унести? А что дальше у него в программе, потом спросим.

Что ж, тогда не будем его разочаровывать. Я быстро скинул куртку с бесчувственного тела, накинул на голову кепку и потянул Эльвиру к выходу из скверика.

– Расслабься, будто ты без сознания.

– Хорошо, поняла!

Чего-чего, а с соображалкой у неё полный порядок, даже слишком. Опять ведь во что-то вляпаться умудрилась…

Я подхватил легкое тело под мышками и поволок его спиной вперёд. В темноте, разбавленной лишь светом редких фонарей, да при проливном дожде, разглядеть подвох было очень тяжело. И третий купился.

Сначала за спиной хлопнула дверца автомобиля, а затем послышался приглушённый хриплый голос:

– Чё так долго?! Хде Серый?

– На том свете, – ответил я, разворачиваясь с пневматическим пистолетом в руке.

Длинна иглы составляла солидных три сантиметра, но всё равно стрелять в верхнюю часть тела, укрытую курткой и прочей одеждой, было рисково. А ну как застрянет? Поэтому дротики полетели по ногам. Попал всего два раза, но ему хватило. Парень дернулся было обратно, к машине, но на полпути запнулся и подкошенным деревом рухнул на тропинку.

Мы мигом догнали беглеца, бешено вращающего глазами, и пытающегося ползти дальше на одних руках. До темно-серого хэтчбека с затонированными стёклами и потушенными фарами ему не хватило каких-то нескольких метров.

Я заломил шаловливую ручку, тянущуюся за пазуху, и перевернул его на спину. Эльвира тут же приставила к горлу бедолаги невесть откуда взявшийся нож, да так, что лезвие выдавило несколько капель крови.

– Хочешь проснуться живым, ответь на пару вопросов, – предложил я стремительно засыпающему пленнику.

– Х…орошо, – прохрипел он.

– Её ждали? – я кивнул в сторону девчонки.

– Да…

Ну всё, от ремня мелкой шкодине уже не отвертеться. Надеюсь, это не будет считаться за насильственные действия сексуального характера.

– Убить хотели?

– Нет! – пленник отчаянно замотал головой, едва не перерезав себе горло об лезвие. – Просто доставить… Живой… Зака-а-аз…

Его глаза закатились, и он окончательно обмяк.

– Врёшь, как дышишь, – констатировал я, подхватывая спящего. – Элли, маньячка ты чёртова, убери ножик и давай помогай! Грузим этого, потом возвращаемся за остальными.

Моя проблема номер один неохотно послушалась, и в быстром темпе мы занялись переноской негабаритного груза. Благо, от действия стимулятора сил у меня хватало, чтобы тащить парней в одиночку, как невесту на руках. Но как же потом мой несчастный организм колбасить будет…

Через четверть часа, за которые, хвала небесам, никто через скверик не прошёл, о побоище напоминали лишь две лужицы свежей крови, изрядно разбавленные дождевой водой. Если так же будет лить до утра, то их размоет окончательно. А если кто и заметит остатки следов, то вряд ли станет вызывать полицию – не тот случай. Да и тел нет.

Но от них ещё нужно грамотно избавиться, желательно, нигде не засветившись. Для этих целей вполне годилась реквизированная машина, в салоне которой всё сильнее пахло скотобойней. Оставшийся похититель не стал глушить мотор, так что проблем с угоном не возникло. Тушки свалили в багажник, заботливо застеленный толстой клеёнкой. В тесноте, да не в обиде, парни.

При одной мысли, что там сейчас должна была «отдыхать» Эльвира, меня начинало натурально колотить. Всё-таки, по нервам стимулятор бил серьёзно, оголяя их не хуже ободранных искрящих проводов.

Когда с уборкой было покончено, я бегло обыскал салон и тела, стараясь сильно не испачкаться. В итоге, мы стали обладателями всякой бесполезной мелочёвки, тонкой пачки денег и ещё одного пневматического инъектора. Серьёзного оружия не имелось, зато нашлась куча герметичных пакетов и несколько разнокалиберных ножовок, заставивших меня заскрипеть зубами. Из средств связи при каждом находился дешёвый коммуникатор, вроде того, что мне когда-то презентовал Георгий. Типа «позвонил-выбросил».

Два одноразовых гаджета оказались запаролены, а вот третий, лежащий на торпеде, вовсю транслировал музыку на беспроводные наушники, лежащие в кармане спящего. Скучно дегенерату было в машине сидеть, вот и развлекался, как мог.

Помимо многочисленных аудиофайлов в галерее приборчика обнаружилась ещё и фотография сомнительного качества, изображавшая… Угадайте, кого?

– Что теперь скажешь? – я продемонстрировал находку промокшей и продрогшей девчонке, устроившейся на пассажирском сиденье.

Эффект превзошёл все мои ожидания. Эльвира, прежде не боявшаяся ни бога, ни чёрта, побледнела, словно утопленница. А потом и вовсе… расплакалась навзрыд.

Такая реакция меня порядком озадачила. Всё-таки пленник подтвердил мою догадку, и она должна была понимать, что по пакетикам хотели расфасовать именно её. Тогда в чём же дело?

Я пригляделся к фото повнимательней. Качество пострадало, так как это наверняка было лишь частью снимка. Улыбающаяся Эльвира прижималась к кому-то обрезанному, от которого осталась лишь половинка руки и плеча. Вроде бы, даже женского. Подружек у моей воспитанницы замечено не было, так что это могла быть только…

– Юля? – спросил я вслух.

– Да… – сквозь всхлипывания, произнесла Элли.

Так, картина начинает понемногу проясняться. Страничек в соцсетях юная социопатка не вела, и достать её изображение в сети практически невозможно. Даже это фото, скорее, к чисто семейным относится. Но не могла же её собственная сестра заказать? Может, просто выложила в сеть неосторожно?

– Хватит реветь, – я осторожно потеребил Элли за плечо. – Говори, откуда фотка?

– Она только у Юльки была, – выдавила она из себя. – И у мамы-ы-ы…

Её дыхание перехватило, и девочка снова горько разрыдалась.

А у меня с громким щелчком всё, наконец, встало на свои места. Странное завещание контр-адмирала – без права наследования в случае гибели дочерей – его собственное непонятное убийство и новая семья овдовевшей супруги, удачно выскочившей замуж. Про такую особу можно сказать только одно – слишком расчётливая.

Но настолько ли, чтоб заказать родную дочь? Хотя, вспоминая рассказ Элли о собственном детстве, родительских чувств эта тётенька никогда не проявляла.

И ведь младшую Рассохину собирались не тихо грохнуть в подворотне, а организовать ей настоящее исчезновение. Без всякого волшебства, зато с гарантией. А что у нас, согласно действующему законодательству, происходит с имуществом пропавших без вести несовершеннолетних? Правильно, оно переходит под доверительное управление, пока не найдётся владелец или его тело. А до тех пор квартирой и прочим будет распоряжаться безутешная мать. Как удобно-то…

Вот это товарищ контр-адмирал женился, так женился! Женщина мечты, бляха-муха. Падчерицу довела до встречи с маньяком, затем избавилась от старого надоевшего мужа, а под конец решила ещё и собственную дочь по-тихому на тот свет спровадить.

Почему именно «под конец»?

Потому что, на её беду, из ада за плохое поведение как раз выгнали Клима Денисова. А ему не привыкать быть ангелом-хранителем для дочек Рассохина…

– Ладно, давай-ка прокатимся, что ли, – я положил слегка подрагивающие руки на руль. – Адрес мамаши своей не подскажешь?

– З-зачем? – девчонка удивлённо вытаращилась на меня.

– Да просто спрошу, хотела ли она в твоей квартире после новоселья отключить этих чёртовых бабочек, или нет. Достали они меня, честное слово.

Элли сквозь слёзы хихикнула, коротко и нервно. Всё она понимала, только пока ещё не могла смириться с такой горькой действительностью. Хочешь, не хочешь, а ехать нам на семейные посиделки придётся – по-другому проблему не решишь. Провалились эти простофили, найдутся новые. И в другой раз нам уже может не повезти.

Немного успокоившаяся девчонка потянулась к навигатору и вбила адрес где-то на окраине города. Это хорошо, не люблю работать в плотной застройке.

Я активировал автопилот, и машина мягко тронулась с места. Ну его, это рулевое управление. Четверть века баранку не крутил, а нам сейчас только ПДД осталось нарушить до кучи.

– А как мы… – вопросительно начала Эльвира, так и не закончив фразы.

– Пока не знаю, – честно ответил я. – Но нужно всё провернуть максимально быстро.

– Пока ночь не закончилась?

– Да причём тут это, – отмахнулся я. – Во-первых, меня скоро отпустит. А во-вторых, нам скоро в рейд. Не забыла, надеюсь?

– Н-нет, но…

От удивления моя будущая напарница окончательно перестала всхлипывать. И говорить тоже. Зато, хоть о цели нашей поездки на время забыла.

– Ну представь, захватят наши вражеский корабль, – невозмутимо продолжил я. – Хреноватор же там без меня опять накреативит от всей души, к бабушке не ходи. А третьего какого-нибудь «Анал_Дестроера» я точно не переживу…