Состроив скорбную мину, я еще немного поразмышлял о наличии-отсутствии таланта у нашей пишущей братии, вздохнул и… не стал грузить товарища подполковника проблемами книготворчества. Впрочем, он и не настаивал. Пишут, и ладно. Глядишь, со временем и нарисуется какой-нибудь классик, которого потом в школе на стенку повесят. В виде портрета, естественно.

Окинув меня взглядом, Пётр Сергеевич ухмыльнулся, почесал за ухом и элегантно закруглил разговор на литературную тему:

– А вообще, ну их к дьяволу, этих писак. Будто других забот не хватает?

– Согласен, товарищ подполковник.

– Ну и отлично, – подытожил «дядя Миша», вновь беря в руки бутыль с коньяком.

Заметив стоящую передо мной так и не выпитую стопку, он неодобрительно покачал головой и, наполнив свою, произнес со вздохом:

– Эх, молодежь, молодежь. Совсем старших уважать перестали.

Я покраснел.

– Простите, товарищ подполковник. Больше не повторится.

И тут же исправил свою оплошность. Стоя. Почти по-гусарски. Пётр Сергеевич тоже встал. И тоже выпил, пояснив:

– Это на посошок.

Затем спрятал коньяк под стол и протянул для пожатия руку, давая понять, что на сей раз действительно всё – «аудиенция завершена, всех лишних попрошу удалиться».

– Просьбу мою не забудь. Если что узнаешь про книгу, вернешься – дай знать, – напутствовал он меня напоследок.

Пожав жесткую ладонь подполковника, я развернулся и, уже было собравшись промаршировать к выходу, в самый последний момент вспомнил еще об одном исключительно важном деле.

– Пётр Сергеевич, а…

– А Жанне Викторовне мы еще месяц назад выезд оформили, – предвосхитил мой вопрос подполковник, довольно ухмыляясь, усаживаясь обратно в кресло. – Она ведь тоже сюда приходила. На беседу.

– А… э… но…

– Что?! Неужто ничего не сказала? – всплеснул руками Пётр Сергеевич. – Ну надо же, какой сюрприз!

– Блин, бли-и-ин! – с чувством произнес я, обретая наконец дар речи.

– Это точно. Уж блин, так блин! – расхохотался «дядя Миша», с удовольствием разглядывая мою вытянувшуюся физиономию. – А вообще, Андрей, жена у тебя ух! Кремень! Ведь, как и просил, ничего не сказала, ни полслова, даже любимому мужу. Не, Андрей, ты как знаешь, а я потрясен. Пот-ря-сен.

– То есть это что, шутка такая? – тупо переспросил я, только сейчас начиная догадываться, откуда ветер дует.

– Ну, в общем, да, – согласился товарищ подполковник. – Извини, Андрей, но это я попросил Жанну Викторовну ничего тебе не рассказывать. Точнее, условие перед ней такое поставил, иначе… – Пётр Сергеевич развел руками, а затем продолжил. – Хотя, честно говоря, не думал, что удержится – она ж всё-таки дама, сам понимаешь.

– Удержалась, – кисло подтвердил я. Мне отчего-то стало обидно. «Ну почему? Почему она мне ничего не сказала?»

– Да ладно, Андрей, не расстраивайся. Она ж всё больше не за себя – за тебя переживала. Как налетела тут на меня – еле отбился. Прямо тигрица. Думал, всё – на лоскутки порвет.

– И это она… тоже может.

– Ну что ж, выходит, повезло мне, – подмигнул Пётр Сергеевич. – Но тебе всё же повезло больше – такую жену отхватил! Молоток, Андрюха! А супруге своей обязательно привет от меня передай. А еще восхищение!

– Есть передать, товарищ подполковник, – пробормотал я в ответ, так и не решив, радоваться мне или, наоборот, грустить.

Сомнения мои разрешил Пётр Сергеевич. Просто скомандовав:

– А ну, лейтенант, отставить рожу кривить! Ты, ядрена вошь, «салабон» или где? Да ты, б…, до потолка сейчас должен прыгать от счастья, а не пыжиться тут как це… э-э… монашка в борделе. Всё! Марш отсюда! Домой, к жене! И не дай бог, узнаю, что обидел ее. Хоть словом, хоть взглядом – сам тогда с тебя погоны сорву и «линейки» навешу. Понял?!

– Так точно, товарищ подполковник! Понял! – бодро отрапортовал я и… улыбнулся. – Спасибо, дядя Миша. Вразумили.

– То-то же, – ухмыльнулся в ответ старый «дембель», махнув рукой, выпроваживая меня из кабинета. – Всё, Андрей, пока. И так уже с тобой вагон времени потерял.

– До свидания, товарищ подполковник.

Развернувшись, я двинулся к выходу. Уже ни в чем не сомневаясь. «Ну, женушка! Ну, хитрюга!.. Но теперь уж точно, приедем на Купорос – пощады не жди… Залюблю насмерть!»

И только в дверях на миг приостановился, оглянувшись назад, на Петра Сергеевича.

Однако хозяин кабинета не обратил на мой взгляд никакого внимания. Он снова был занят делом. Архиважным и архинужным – натянув на лицо «каменную» маску, товарищ подполковник сосредоточенно складывал из бумаги очередной самолетик.

«Артист, блин!»