— Алло, нотариальная контора мэтра Роше. Да, он у себя, — Алиса Постик соединила коммутатор и устало поправила волосы.

— Живой и невредимый! — добавил Робер, стоя на верхней лестнице конторы. — Так нас разыграть! А мы вам так поверили! Я вам этого никогда не прощу.

Дверь открылась, вошел мэтр Роше. Все замолчали.

— Я хочу подвести черту под этим странным недоразумением. Каждому из вас, кто вспомнит об этом инциденте, я укажу на дверь. Что встали? Работайте, работайте!

Потом он подошел к каждому и каждому сказал несколько слов. Когда он обратился к Алисе, та не смогла сдержать эмоции:

— Я могу дать голову на отсечение, что это были вы!

— Не надо, она вам еще пригодится.

— Наш полицейский был настолько любезен, что отдал сукно со стола на экспертизу — кровь или чернила?

— Прекрасно, теперь ваша совесть будет спокойна, это несомненно чернила. Возьмите себя в руки, мадемуазель Алиса, может вам пойти в отпуск?

— О нет, в отпуске я умираю от скуки, начинаю много есть, а потом не влезаю ни в одно платье.

— Вы что, до сих пор думаете, что я мертвец? Я живой, я теплый. Возьмите мою руку. Ну же!

— А-а-а-а! Холодная!

— Боже мой, это часы, — он сорвал часы с кисти, — ну? Теперь вы видите, что я не покойник?

— Да, вынуждена признать… А как же улика?

— Какая улика? — мэтр растерялся.

— Вот, ключ, я нашла его вчера здесь, на ступеньке. Видите, инициалы GN. Ни у кого из наших сотрудников нет таких инициалов.

— Дайте их мне, я всех опрошу, это, наверное, кого-то из посетителей.

— О, мэтр, что вы, вы так заняты, я отдам их своему лучшему другу инспектору Грандену.

Более того, у меня есть еще одна улика! Вот, пуговица. Смотрите, какая красивая пуговица с раковинкой внутри. Я нашла ее у вас в кабинете у стола.

— Давайте я сам отнесу ваши улики в комиссариат, со мной так не будут обращаться, как с вами.

— Спасибо, месье, но мой внутренний голос говорит: «Не трусь, Алиса, иди сама».

— Как бы вас не подвел ваш внутренний голос.

* * *

Наступил вечер. Из конторы потихоньку разошлись посетители. Вирджиния сидела у себя за столом под светом настольной лампы и печатала под диктовку Алисы Постик.

— Значит, так, пиши. Анонимное письмо. Дорогой Рели!

— Если вы так начнете, он сразу догадается, от кого письмо.

— Да, ты права. Дорогой инспектор!

— Ну что за нежности — дорогой, дорогой…

— Старая развалина! Вытри свой сопливый нос, но заруби на нем, что в деле Роше есть новые улики. Прочти внимательно заметку в газете «Труп на Лебяжьем острове».

Вирджиния развернула газету: «На рассвете полицейские Болар и Фурке нашли труп человека, убитого ударом ножа в спину. На трупе не было ничего…»

— «…ничего, что…»

— А, «ничего, что позволило бы установить личность убитого. Следствие ведется». Лебяжий остров в десяти минутах ходьбы отсюда. Так вы думаете, мадемуазель Алиса, что здесь действительно вчера был труп? Значит, пока вы здесь лежали в обмороке, он встал и пошел вниз, к Лебяжьему острову, а там он упал и умер? Нужно срочно звонить инспектору. — Вирджиния набирает номер комиссариата. — Алло, это инспектор Гранден? Здравствуйте, это говорит машинистка мэтра Роше. Что вы сказали? А, будьте здоровы! Да ну что вы, не сыграете вы в ящик. С вами хочет поговорить Алиса Постик. Что ей передать? Чтобы она пошла куда?

— Негодяй! — Алиса вырвала трубку у Вирджинии и быстро начала перечислять свои улики и делиться мыслями, как это могло произойти. — Мне бы хотелось знать, все ли пуговицы у трупа, который нашли ваши полицейские, и не его ли инициалы GN?

В комнату заглянул Робер:

— Так вы действительно думаете, что вчера здесь был труп? В таком случае, мадемуазель Алиса, после того как вы повсюду раструбили о своих уликах, убийца уже охотится за вами.

— Как? За мной? Почему я не умею держать язык за зубами?

Послышались шаги, по коридору кто-то быстро шел. И это были не женские шаги. Напряжение возросло.

— Привет! Кто-нибудь есть?

— О, господин полицейский, рада вас видеть! — Алиса, которая только что тряслась от страха, бросилась к Максимену.

— Я принес вам сукно. Его не приняли на экспертизу: раз месье Роше жив, то и дела никто не стал заводить. И инспектор в хорошем расположении духа, я его только что отвез домой, уложил в постель, и он спит без задних ног.

— Как бы не так, — Вирджиния подошла, чтобы забрать сукно. — Мадемуазель Алиса уже позвонила и подняла его с постели.

— Зачем?

— Что вы на это скажете? — Алиса вскинула руку, в которой держала ключ.

— Где вы его нашли? Это ключ моего соседа, вернее, от мотоцикла моего соседа. Я вчера не мог его найти, даже не знаю, как вас благодарить!

Алиса испуганно схватила его за руку. Неожиданно в комнату ворвался мэтр:

— Что опять такое, почему полиция опять здесь? Мне это уже надоело! Где моя шляпа? Все свободны. А, она в кабинете.

Внезапно погас свет, послышались шум и какая-то возня, свет снова зажегся. Алиса сидела на полу с расстегнутым воротом на платье:

— Ах, пуговица, я положила ее в такое место, что никто бы не смог ее найти, но нашелся наглец, который засунул руку мне прямо за… И пуговица исчезла. Я погибла!

Чиханье, кашель и шаркающие шаги говорили о приближении инспектора.

— Ну, что опять произошло?

— Ах, Релишек, ты будешь очень расстроен. Как твое здоровье?

— Подыхаю, рады?

— Ну что ты! Но я тебе такое скажу, что лучше не станет. Рюмочку божоле?

— Опять ложный вызов?

— Кто-то устроил замыкание, и моя улика исчезла! У меня беда за бедой! Беда за бедой! То труп исчез, то пуговица. А труп? О, Рели, если бы пуговица совпала с одеждой убитого на Лебяжьем острове!

Инспектор, откашлявшись, стал набирать номер комиссариата. Спросив все, что нужно, и услышав все, что нужно, вынес вердикт:

— Сходится, — и уже обратившись к Алисе, — твоя взяла!

Алиса в восторге стала прыгать вокруг стола. Инспектор, сморщившись, на несколько минут вышел в соседний кабинет, а в это время в дверях появилась мадам Роше.

— Почему полиция опять здесь?

— Потому что дело продолжается. — Алиса Постик не могла удержаться, чтобы не поделиться с ней. При упоминании инициалов GN мадам Роше покачнулась и села на диван.

Влетел Максимен:

— Интересный нюанс, это ключ не моего соседа!

Мадам Роше побледнела, что не укрылось от цепких глаз инспектора. Он тут же подхватил ее под руку:

— Вам известен, мадам, человек по имени Жюльен Нолестре?

— Не думаю. Нет-нет, я не знаю…

— Мадам, признайтесь, это с Жюльеном Нолестре вы встречались у месье Де Шеранса?

— Да! — в отчаянии крикнула мадам Роше. — Мы должны были сегодня встретиться, я не знаю, что произошло.

— Вы не думаете, что ваш муж из ревности убил вашего любовника?

— Мой муж давно все знал.

— Если предположить, что Нолестре был убит здесь, могла ли мадемуазель Постик спутать его с вашим мужем?

— Нет, они так непохожи.

Вернулся мэтр Роше, удивился присутствию жены, взял ее за руку, но инспектор остановил его вопросом о Жюльене Нолестре.

— Нет, — ответил мэтр, — вчера ко мне был записан голландец по фамилии Ван Берг, он хотел сообщить мне имя любовника моей жены за большие деньги. Но не пришел. Вот его письмо.

Инспектор прочитал письмо.

— Отпечатано на машинке, буквы «П» и «Р» едва видны.

Алиса показала пальцем на машинку в углу комнаты. Они вставили чистый листок бумаги и сделали пробу печати. Упомянутые буквы не пропечатывались.

— Вот тебе на, письмо напечатано в конторе.

— Вы хотите сказать, что меня шантажировал кто-то из моих служащих?

— Возможно. Или вы сами его напечатали, чтобы создать себе алиби. И все сводится к этому Нолестре.

— Я же сказал, что никогда не видел Жюльена Нолестре живым… — и осекся. Все притихли.

— Иначе говоря, если я вас правильно понял, вы видели его только мертвым?

Мэтр Роше начал пятиться к двери и вдруг выскочил, внезапно опрокинув стул, и тем самым перекрыл движения полицейского.