Мия

О боже, боже, боже.

Я согласилась пойти на свидание с Джорданом.

О чем я думала?

В том-то и дело, что не думала. Смотрела в его поразительные глаза и ответила согласием, еще не сознавая, на что соглашаюсь.

Сама виновата. Слушала его болтовню про свидание Бет… запуталась… подумала, он меня приглашает в клуб… и – в своем репертуаре – произнесла вслух то, о чем думала в этот момент; со мной это случается постоянно, когда он рядом. И опомниться не успела, как он уже действительно приглашает меня, и я отвечаю согласием.

Надо отказаться.

Не хочу, но надо. В мужчинах я не разбираюсь. Вечно связываюсь не с самыми достойными представителями сильного пола.

Но ведь это Джордан.

Я на восемьдесят пять процентов уверена в том, что могу ему доверять. Он не давал повода подозревать его в непорядочности. Да, знаю, поначалу мне казалось, что и Форбс заслуживает доверия, но тогда я была наивной дурочкой.

Теперь уже нет. Знаю, что в поведении мужчины должно настораживать. В манерах Джордана я не заметила признаков, предвещающих дурное.

Он не демонстрирует чрезмерную любезность, как те, кто поначалу старается спрятать ждущего своего часа монстра. Ему не свойственно диктаторство. Он такой, какой есть, весь на виду. Если уж на то пошло, Джордан честно и откровенно рассказал мне о своем прошлом.

Если б он стремился лишь к тому, чтобы получить от меня то, что ему хочется – заманить в постель, утвердить свою власть надо мной, – он не стал бы посвящать меня в позорные факты своей биографии. Негодяи не бывают искренними. Во всяком случае, на первых порах они тщательно маскируют свое поганое нутро.

С Джорданом весело. Он меня смешит. С ним я чувствую себя по-настоящему счастливой. Мне нравится его общество, и, думаю, я заслуживаю немного удовольствия, немного счастья и радости в жизни.

И потом, это всего лишь одно свидание. Я же не замуж за него выхожу.

Схожу с ним в клуб, а там посмотрим. Что я теряю? К тому же мы будем не одни. С нами будут Бет и объект ее воздыхания, как выразился Джордан.

Все будет хорошо.

Глубоко вздохнув, я смотрю на себя в зеркало.

Я не знала, что надеть. Джордан сказал, чтоб я не надевала вещи, которыми дорожу, поскольку в клубе проводится цветная вечеринка. Я о такой слышу впервые, но, наверно, там будет забавно, хоть и увозюкаемся в хлам. Сейчас я открыта для всего нового.

Я не очень люблю танцевать, и одежда вообще не слишком меня интересует, так что выбрать наряд мне не трудно. Вечер теплый, и я решила надеть белую майку на бретельках и холщовые брюки цвета хаки. Из аксессуаров – симпатичные черно-белые бусы и такой же браслет, которые я купила вчера, когда ходила с Джорданом по магазинам.

Мне хочется выглядеть стильно, но в моей внешности мало что можно улучшить. Короткая стрижка она и есть короткая стрижка, ничего с ней не сделаешь. Правда, фасон мне идет, и смотрится она клево.

Лицо я немного подкрасила – тушь, румяна, блеск для губ. Крем-пудрой замазала пожелтевший синяк под глазом. Рассеченную бровь никуда не спрячешь, но шрам почти зарубцевался.

Я зашнуровываю кроссовки, когда раздается стук в дверь.

Прибыл мой кавалер.

Меня пробирает нервная дрожь. Я быстро завязала шнурки, выпрямилась и, глубоко дыша, подошла к двери. Открываю… и передо мной стоит «еще более великолепный, чем всегда» Джордан.

На нем обыкновенная черная футболка и потертые джинсы. На ногах – белые кроссовки. Одет просто, но эффектно. Джордан украшает собой любой наряд.

Я отмечаю, что он побрился: щетина исчезла. Темные волосы уложены в его «фирменном» стиле. Мне так и хочется провести рукой по его шелковистым прядям, аж пальцы зудят.

Я ощущаю запах его лосьона после бритья. Чистый и свежий. Он пахнет так же здорово, как и выглядит, точно так, как должен пахнуть мужчина. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не наклониться к нему, вдыхая его запах.

Джордан пригладил ладонью свои сияющие волосы.

– Просто блеск… – он качает головой, – то есть прелесть. Ты выглядишь прелестно, Мия.

Я хватаюсь за бусы, держусь за них, как за спасательный круг.

– Спасибо, ты тоже. Не прелестно – здорово. То есть ты выглядишь здорово. – Боже, чтоб мне провалиться.

Хмыкнув, Джордан прислоняется широким плечом к косяку.

– Готова? Я сказал Бет, что мы заедем за ней в восемь. Так что нам пора.

– Конечно. Только вещи возьму.

Сумочку я решила с собой не брать, потому ключ от номера, деньги и блеск для губ кладу в карман. Джордан ждет меня в коридоре. Я заперла дверь и следом за ним пошла из гостиницы к его машине.

Он открывает мне дверцу. Этот знак внимания вызывает у меня улыбку, ведь за мной еще никто так не ухаживал. Я устраиваюсь в пассажирском кресле, наблюдая, как Джордан обходит машину спереди. Каждый его шаг, каждое движение дышат уверенностью… на него так приятно смотреть. Мне бы хоть капельку его непринужденности.

Он садится за руль.

Мы молчим, оба чувствуем себя стесненно. Я понимаю, что атмосфера неловкости возникла по моей вине – я нервничаю из-за того, что иду с ним на свидание. И мне ужасно не хватает той непосредственности, что обычно присутствует в наших отношениях. Я хочу пойти на свидание с Джорданом – мне просто не нравится, что по этой причине я скованна… не могу расслабиться.

Джордан заводит машину, включает радио, но оно не заполняет пустоты, создаваемой нашим молчанием.

– Все нормально?

Я поворачиваюсь на его тихий голос. Кручу на коленях руки.

– Пожалуй, немного нервничаю.

– Почему?

– Потому что иду на свидание. – Я накручиваю на палец бусы. – Просто… я не… – Я качаю головой, силясь подобрать нужные слова, чтобы описать свои чувства.

– Эй… – Джордан нежно касается пальцем моего подбородка.

Мне нравится, как он меня трогает. Никогда не думала, что такое будет возможно. И его прикосновения мне никогда не наскучат. Просто я не знаю, как объяснить ему это, как выразить то, что я чувствую благодаря ему… что я чувствую по отношению к нему. Я знаю, что я не такая женщина, с какими он привык общаться, и никогда не стану такой, как они. Боюсь, я его разочарую.

– …не надо нервничать. Мы просто идем веселиться, танцевать, нас разукрасят. – Джордан широко улыбается.

Невозможно не улыбнуться ему в ответ.

– Вот это другой разговор. – Большим пальцем он касается уголка моих губ, приподнявшихся в улыбке. И внутри у меня опять все затрепетало, зароилось, закружилось. – С тобой не произойдет ничего такого, чего ты не хочешь, договорились? – Я кожей ощущаю тепло его взгляда.

– Договорились, – отвечаю я, делая глубокий вдох.

* * *

Бет, я вижу, тоже нервничает. С тех пор, как мы ее забрали, она только и говорит что о своем свидании. Она как сгусток нервной энергии, но, если честно, мне это нравится. Сама Бет нравится. Глядя на нее, я немного успокаиваюсь, понимая, что волнение – вполне нормальная реакция для девушки, идущей на свидание.

Мне нравится характер отношений между Бет и Джорданом. Кажется, что его абсолютно не раздражает и не бесит ее нескончаемая болтовня по поводу свидания с Тони. Форбс никогда бы позволил мне так себя вести. Правда, насколько я понимаю, Бет Джордану подруга, а не любовница.

Никак не могу взять в толк, почему они просто друзья, ведь Бет красавица и ладят они друг с другом хорошо. Ответ на свой вопрос я получила через пять минут после того, как Бет села к нам в машину. Как выяснилось, Тони – это женщина. То есть Бет, получается, лесбиянка.

Одна девушка, с которой я училась в школе, тоже была лесбиянкой. Так ей из-за этого проходу не давали. Я ей очень сочувствовала, но помочь ничем не могла. Хотела бы что-то сделать для нее, но ведь я даже со своими проблемами не в состоянии была справиться, не говоря уже о том, чтобы помочь кому-то еще. Интересно, Бет тоже изводят из-за ее сексуальной ориентации? Если это так, я рада, что рядом с ней Джордан, потому что он, как я понимаю, шею свернет любому, кто посмеет ее обидеть.

Джордан паркуется в нескольких кварталах от клуба, и дальше мы идем пешком. Тротуар узкий, поэтому Бет идет впереди, мы с Джорданом – за ней.

Шагая рядом, мы невольно задеваем друг друга руками. Каждый раз, когда мы соприкасаемся, мою руку словно огнем опаляет. Мне нестерпимо хочется прикоснуться к его ладони. Мы и прежде держались за руки – инициативу всегда проявлял Джордан, – но это было до этого, когда мы были просто друзьями. Теперь обстоятельства изменились, и, если мы возьмемся за руки, это будет выражать нечто большее, чем обычное дружеское расположение.

– К черту! – бормочет Джордан, и не успеваю я опомниться, как моя рука уже в его ладони.

Сердце в груди будто вспорхнуло, зажужжало.

Он наклоняется к моему уху:

– Не возражаешь? – Я ощущаю на коже тепло его дыхания. Ежась, я поворачиваю голову, склонив подбородок к плечу, смотрю ему в глаза.

– Ничуть.

Он поднимает мою руку, привлекая меня ближе к себе, и губами трется о костяшки моих пальцев.

Я не в силах отвести от него взгляд. С каждой секундой он кажется мне красивее, с каждой секундой становится все дороже, и в меня это вселяет ужас.

Он слишком хорош для такой девушки, как я. Форбс был прав, обозвав меня ничтожеством. Я не достойна такого замечательного парня, как Джордан.

Радостное чувство, что владело мной, испарилось. Легкость в душе улетучилась. Я устремляю взгляд вперед и вижу, что Бет с улыбкой поглядывает на нас через плечо.

Потом она перехватывает мой взгляд, и улыбка с ее губ исчезает. Я быстро отвожу глаза в сторону, делано улыбаясь. Слава богу, впереди показался клуб.

Вслед за Бет мы подходим к охраннику у входа. Благодаря Тони, которая внесла нас в список гостей, нам не приходится выстаивать огромную очередь.

Я только раз была в клубе. С Форбсом и его богатенькими дружками. Тот клуб был поприятнее, чем этот, но здесь мне нравится больше. Этот клуб такой, каким должен быть клуб. Темный, грязный. Пол липкий от пролитых на него напитков.

Чувствуется, что здесь все по-настоящему.

Гремят басы, вызывая вибрацию в моих ногах. Я ощущаю трепет волнения от того, что я здесь, делаю нечто мне совсем не свойственное.

Клуб набит битком; море народу. Замечаю, что почти на всех девушках одежды еще меньше, чем на мне – шорты и короткие, под грудь, топы. Жаль, что я не могу носить такие же короткие шорты, как на них: не позволяют шрамы на задней стороне бедер и природная застенчивость.

Настроение у меня мгновенно падает. Мне кажется, что я плохо одета, что мне здесь не место. Какого черта Джордан привел меня сюда? Меня одолевает желание уйти, спрятаться где-нибудь и наесться до тошноты.

Я сжимаю кулак, ногтями впиваясь в ладонь, чтобы подавить этот порыв.

Словно услышав мою боль, Джордан стискивает мне руку. Я поднимаю глаза на него.

– Эй, все нормально? – одними губами спрашивает он, чтобы не перекрикивать музыку.

Я киваю, притворно улыбаясь.

Он смотрит на меня долгим взглядом, в сомнении кривит рот. Такое впечатление, что он пытается заглянуть мне в душу, отчего я еще больше нервничаю и потому отворачиваюсь.

Джордан придвигается ко мне ближе. Я знаю, что он намерен добиться от меня правдивого ответа. Чувствую, как он прижимается к моему боку, и мое тело вступает в борьбу с разумом. Я жажду его близости и в то же время хочу, чтобы он ушел.

Меня спасает Бет.

– Выступление Тони – через десять минут, – кричит она, подскакивая к нам. – Давайте выпьем и пойдем посмотреть.

Джордан отстраняется от меня, отступает на шаг. Я едва не вздыхаю от облегчения. Кожей чувствую его взгляд, но посмотреть на него не решаюсь.

Улыбаясь Бет, говорю:

– Хорошая мысль. Я – за.

Бет первой направляется к бару, я – следом, Джордан – за мной. Дойдя до бара, я встаю рядом с Бет. Джордан, останавливаясь у меня за спиной, кладет руки на барную стойку, так что я оказываюсь как в клетке.

Я всеми порами своего существа остро осознаю его близость и хочу, чтобы он встал еще ближе. Сгораю от желания притянуть его ко мне.

– Напитки за мой счет. Вам чего? – спрашивает Бет.

– Я угощаю, – раздается между нами густой голос Джордана.

Бет глянула на него.

– Исключено! Мы договаривались, что сегодня пьем за мой счет – в благодарность за то, что вы составили мне компанию.

– Уговор отменяется. Что заказываем? – Тон у него властный, что, как ни странно, мне нравится. От его голоса начинают звенеть все мои нервные окончания, во всех частях тела.

Бет, как будто равнодушная к его обаянию, отвечает:

– Ладно. Настаивать не буду. Сэкономлю несколько долларов. Мне виски с содовой – «Файербол».

– Мия… а ты чего хочешь? – говорит Джордан мне на ухо. Голос низкий, с придыханием. Я аж пальцы на ногах поджала.

Такое ощущение, что он спрашивает не про напитки. И я точно знаю, чего я хочу, – его.

Я поворачиваю голову, и мои губы оказываются в опасной близости от его губ. И говоря «опасной», я имею в виду опасной, потому что сейчас я испытываю неодолимую потребность его поцеловать. И если этому суждено сегодня случиться, то лучше уж не у стойки бара. Это не самое подходящее место.

Мои глаза встречаются с его глазами. Я вижу, как они потемнели. Он тоже это чувствует… хочет этого… меня.

Меня охватывает возбуждение.

Быстро взяв себя в руки, я отвечаю:

– Пива. В бутылке. Пожалуйста. – И смотрю прямо перед собой.

Краем глаза замечаю, что Бет радостно нам улыбается. Мне кажется, она довольна, что мы с Джорданом нашли общий язык.

Джордан опускает руки, становится сбоку от меня и облокачивается на барную стойку, ожидая, когда у него примут заказ. Кто-то тронул меня за плечо. Я поворачиваюсь и вижу улыбающуюся Бет. Она чуть отходит от Джордана, я – за ней.

– Как тебе Дуранго? – спрашивает Бет.

Я улыбаюсь, думая о Джордане. Для меня этот город тем и хорош, что он здесь живет.

– Славный городок.

– Да, неплохой. Но, если живешь здесь всю жизнь, как я, тоска начинает заедать.

Я ее хорошо понимаю. Сама чувствовала себя как в западне в Бостоне, откуда прежде ни разу не выезжала.

– Ты больше нигде не была? – спрашиваю я.

– Нет, ну как же. На отдых ездила, но это так, ничего особенного. А мне хочется мир посмотреть.

– Достойное желание.

– Вот Джордан путешествовал.

– Да, он говорил. По Юго-Восточной Азии, да?

Бет, кажется, удивлена тем, что мне это известно, но ее удивление быстро трансформируется в улыбку.

Прежде чем я успеваю осмыслить ее реакцию, мое внимание привлекает визгливый женский голос. Главным образом потому, что он произносит имя Джордана.

Я поворачиваюсь и вижу очень хорошенькую барменшу с длинными темными волосами и еще более длинными ногами. Судя по выражению ее лица, она очень близко знакома с Джорданом. Барменша перегибается через стойку и руками обвивает его за шею.

Меня всю передернуло от ревности. Глупо, знаю, но тем не менее.

Джордан неловко похлопал барменшу по спине, потом быстро разнял ее руки и убрал со своей шеи. Она, удерживая, снова схватила его за руку. Он снова отвел в сторону ее руку. Она наклоняется к нему, что-то говорит. Он качает головой, что ей, по-видимому, не нравится, судя по недовольной мине.

Она смотрит на него долгим взглядом, потом, не говоря ни слова, отворачивается и начинает наливать нам напитки.

Джордан поворачивается в нашу сторону. Я быстро отвожу взгляд, чтобы он не заметил, что я за ним наблюдаю.

– Не бери в голову, – говорит Бет мне на ухо. – Все женщины так себя ведут, когда его видят.

– Ну да, особенно те, с которыми он уже переспал. – Слова слетают с моих губ прежде, чем я успеваю прикусить язык. Я зажимаю ладонью рот.

Даже не верится, что я это сказала.

Бет, вне сомнения, осведомлена о любовных похождениях Джордана, но не мне его критиковать.

Бет вскидывает брови.

– Надо же, он с тобой откровенничает. Я рада, но удивлена, что он рассказывает тебе о таких вещах. Но, наверно, это хороший знак, раз у тебя с ним свидание. Должно быть, он тебе и вправду нравится. – Она широко улыбается. – И ты ему, видать, нравишься по-настоящему.

Не могу сказать, что ее слова оставили меня равнодушной. Я хочу нравиться Джордану.

– Почему ты так решила? – спрашиваю я.

– Потому что прежде он ни с одной девчонкой не был настолько честен. Черт, да по большому счету он и на свидание никогда никого не приглашал. И если он рассказывает тебе все это дерьмо, выходит, ты и впрямь для него что-то значишь. Должно быть, он высокого мнения о тебе. Хочет, чтобы ты знала правду. Для него это большой шаг.

Я, честное слово, не представляю, что сказать, поэтому молчу.

– Послушай, Мия, не знаю, надолго ли ты здесь, и Джордан, я знаю, иногда ведет себя как придурок, но он не плохой. Не сволочь. Тем, кто ему дорог, он всего себя отдает. И очень переживает, когда теряет близких ему людей.

– Ты про его маму?

– Ни фига себе! Он и про маму тебе рассказал? Черт, ты ему точно нравишься. – Улыбаясь, Бет обвивает меня рукой за талию. Я удивлена, мгновенно напрягаюсь всем телом. Так бывает всегда, когда кто-то прикасается ко мне в первый раз. – Ты уж постарайся не разбить ему сердце, раз он наконец-то взялся за ум. Прошу тебя. – Она беспечно смеется.

Я внутренне съеживаюсь.

– Не думаю, что это в моей власти.

– О, тебя ждут сюрпризы, – говорит она, понижая голос.

Я поднимаю глаза и вижу, что к нам, с напитками в руках, приближается Джордан. Он улыбается, на лице – любопытство.

Джордан дает мне пиво.

– Спасибо. – Я улыбаюсь. Он на мгновение задерживает на мне взгляд, затем переводит его на Бет.

– Ну что, идем смотреть выступление Тони? – Он вручает Бет бокал с ее напитком.

– Знаешь что? – Она глянула на меня, потом снова на Джордана. Улыбка озаряет ее лицо. – Пить я не буду. Мне достаточно видеть Тони.

Джордан озадаченно хмурит брови.

– Ты уверена?

– Абсолютно, – отвечает она, задом пятясь в толпу. – Веселитесь. – Прежде чем повернуться, она заговорщицки подмигивает мне.

Тонко, ничего не скажешь. Я с трудом сдерживаю смех.

– Если понадоблюсь, звони мне на сотовый, – кричит Джордан ей вдогонку.

Бет машет рукой – «ладно» – и исчезает в толпе.

Джордан поворачивается ко мне.

– Итак… теперь только ты и я.

Я прихожу в состояние крайнего волнения.

– Да.

– Хочешь, поищем, где можно сесть?

– Давай.

Вслед за Джорданом я поднимаюсь наверх, где, по его словам, спокойнее и скорее можно найти свободный уголок, чтобы посидеть. Он прав. Мы находим пустой диван, сидя на котором можно наблюдать за танцующими внизу.

Я сажусь первой, Джордан устраивается рядом. Мои нервы напряжены до предела, потому что теперь мы с ним вдвоем. Без Бет в качестве буфера. Я не могу придумать, что сказать ему, и потому, скрывая свою растерянность, то и дело потягиваю пиво, делая вид, что с интересом наблюдаю за посетителями клуба.

– Ты все еще нервничаешь. – Он отводит мою руку от моего рта. Оказывается, я неосознанно теребила губу.

Джордан переплетает свои пальцы с моими, держит меня за руку. Словами не передать, что со мной при этом происходит.

Не сознавая, насколько он близко, я поворачиваюсь к нему лицом и почти сталкиваюсь с ним нос к носу. Мои щеки пунцовеют. Я чуть отодвигаюсь от него, прислоняюсь боком к подлокотнику. Я не уверяю его в обратном. Какой смысл, если он видит меня насквозь?

– Это я заставляю тебя нервничать? Своим поведением? Или это потому, что ты на свидании?

Я поворачиваюсь к нему всем телом, коленями касаясь его ноги.

– Нет, не ты. Это из-за свидания. Я встречалась всего с одним парнем, и ничем хорошим для меня это не кончилось. – Не отдавая себе отчета, я трогаю заживающую рассеченную бровь.

Джордан проследил за движением моей руки. Потом я ее опустила, а он все смотрит и смотрит на то, что осталось от моих отношений с Форбсом.

Лицо его бесстрастно, но я знаю, что за его невозмутимостью кроется работа мысли. Может быть, то, как я держусь, напоминает ему, что я бежала от неприятностей… что сама я сплошное недоразумение… о том, что Форбс сотворил со мной… о том, что у меня слишком много проблем. Неужели я оттолкнула его от себя?

– Я отменяю свидание, – произносит Джордан.

Что?

Меня начинает душить паника.

– Джордан, послушай, извини, если я…

– Не извиняйся. Сколько можно?! Как-то надо тебя отучить.

Мне необходима точка опоры, и я хватаюсь за бусы на шее.

– Хочешь, чтобы я ушла?

Он обалдело уставился на меня.

– Что-о? С ума сошла? Я хочу, чтоб ты расслабилась и получала удовольствие от вечера, и свидание отменяю, чтобы исключить его из уравнения. Если случится, что позже наше времяпрепровождение здесь выльется в свидание – прекрасно. Если нет, я буду немного разочарован… – Он широко улыбается, давая понять, что шутит. – На тебя здесь никто не давит. Ты мне нравишься – очень. По-моему, это очевидно. Но я хочу, чтобы ты хотела быть здесь со мной так же, как этого хочется мне. Если ты еще не созрела, ничего страшного. Я подожду. Сколько надо, столько буду ждать.

Он мне не снится? Так и хочется его ущипнуть – удостовериться, что он не призрак, не видение.

Я ему нравлюсь. Очень.

По телу разливается нечто невероятное – такого я еще не испытывала. Сердце едва не выскакивает из груди – так и до инфаркта недалеко.

Я знаю, что смотрю на него во все глаза, но взгляд отвести не в силах. Вижу только его, уже и вспомнить не могу, почему я нервничала. Почему так переживала из-за свидания?

Музыка затихает до глухого монотонного ритма. Мир вокруг блекнет, сужается до нас одних…

До него одного.

Потом все мысли вылетают из головы, и я подчиняюсь лишь инстинктам своего тела.

Прижимаю ладонь к лицу Джордана, впитывая в себя его тепло, его силу. Наклонившись к нему, прижимаюсь губами к его щеке. Он чуть повернул голову, и мои губы задели уголок его рта. Меня опалил жар, будто на мне выжгли клеймо – свидетельство того, что я принадлежу ему.

Я отстраняюсь, шокированная собственной смелостью, но мне хочется еще. Облизываю внезапно пересохшие губы, ощущая на языке его дурманящий вкус. Его лосьон после бритья, содовую, что он пил… все, что его олицетворяет.

В глазах Джордана вспыхнуло нечто мне знакомое. Знакомое, потому что я тоже это чувствую.

Вожделение. Желание. Страсть. И что-то еще. Нечто более глубокое.

Он зарывается пальцами в мои волосы, ладонью обхватывая мой затылок, и лбом прижимается к моему лбу.

– Я чувствую то же, что и ты, – говорю я. Мои губы находятся так близко к его губам, что, если я сдвинусь хотя бы на дюйм, мы поцелуемся. – Я хочу быть здесь с тобой… больше всего на свете.

Джордан удовлетворенно вздыхает. Меня это успокаивает.

– Значит, наше свидание возобновляется? – Голос у него восхитительно хрипловатый и невероятно сексуальный. У меня от него мурашки по коже.

– Оно и не отменялось, – с улыбкой говорю я.