Сторож вину обрадовался, видимо его не часто баловали подарками клиенты. Для завязки беседы, я с ним немного посидел.

— Слушай, можно мемориал еще раз осмотреть без присмотра вашего мудреца? Я был так поражен увиденным, что только его рассказ и слушал, толком ничего не увидел.

— Сколько угодно, вход свободный. Не ломай, не мусори — на этом правила посещения заканчиваются.

— И много народу бывает?

— Когда как, обычно — никого, но три-четыре раза в год высшие чиновники объявляются. Верность идеалам предков показывают. На самом деле, это у них способ такой из столицы на время сбежать, переждать неприятности. Любой суд только головой кивнет, услышав про паломничество к дому предков — в обычай еще при Дронге вошло. Вроде как каяться едешь. Они тут такое устраивают, что хоть увольняйся — да куда я пойду? Дед и отец сторожили, вот и я по их стопам пошел.

— Я у тебя переночую? За отдельную плату конечно.

— Да за ради Небесного отца! Мне лишняя монета не помешает.

Так что к куполам я отправился до темноты. Не придется с факелами мучится. Плохо-то как! Все мои мечты долететь до корабля за несколько дней пошли прахом. Охр — это конечно хорошо, но явно недостаточно. С другой стороны, чего я переживаю? Денег завались! Да за такую сумму, меня куда хочешь довезут! В космосе золото ненужно, его обычно на контакты напыляют — бросовый металл, не совсем, но все же. К тому же сколько его в тех монетах — грамм на штучку? Наверняка, намешали туда всякого.

Внимательно осмотрел шлюз и прилегающую стену под всеми ракурсами — ничего. Как говориться — ни впуклости, ни выпуклости. Я стал ощупывать кончиками пальцев поверхность, по высоте от бедра до плеча. Почему так? Дело в удобстве и комфорте, не моем конечно, а обслуживающего персонала. В месте где экономить пространство ненадо: лючки, выключатели и прочее, размещают на этой высоте. На корточки садится не придется, очень удобно для доступа. Так и водил ладонями, пытаясь ощутить текстуру материала, для верности и обострения осязания прикрыв глаза. Так-так, в этом месте, гладкая поверхность сменилась немного более шершавой. Я стал еще внимательней. Точно люк! Размер примерно с две моих ладони, цветом не выделяется.

Плеснул водички на сменную портянку и тщательно протер поверхность от пыли. Обычно открывают нажатием на три точки — защита от дураков и детей. Попробовал так и эдак — ничего не вышло. На случай отключения энергии, должен быть микроразъем. Приблизил глаза почти в упор и нашел две почти незаметные точки. Есть! Достал батарейку, отрезал кусочки проволочки и приладил их к контактам — крышка отошла миллиметра на три. Вот что бывает, если на уроках по диверсионной деятельности не спать!

Моему взору открылся небольшой сенсорный экранчик, признаков жизни в нем не было. Но это не беда, это же аварийный купол! Оживить панельку можно легко. Всего лишь нужно надавить несколько раз вот на эту подпружиненную кнопочку. Одновременно она служила, для вызова диспетчера или управляющего искина. В некоторых моделях крутили ручку, но здесь была именно кнопка. Поработал большим пальцем, экран мигнул несколько раз и засветился. Алфавит «уника» и окошечко для введения текста. Появилась надпись:

«Введите пароль».

Я почесал бестолковку и вбил универсальный код бедствия.

«Ситуация?»

— Агент-пограничник из человеческого содружества потерпел крушение. Связи — нет, корабля — нет, враждебная обстановка. Требуется помощь!

«На связи искин станции биологической разведки. Впустить не могу, помещения заражены радиацией».

— Что случилось?

«Неизвестный вирус, смерть персонала. Связь с материнским кораблем потеряна. Принял решение провести процедуру обеззараживания подручными средствами. Открыл переборки и распылил семь грамм гамлония, период полураспада — десять тысяч лет. Без скафандра высшей защиты, вход категорически запрещен!»

— Что за тяжелый металл? Мне такой неизвестен.

«Открыт экспедицией на малой луне этой планеты. В галактике Млечный путь неизвестен. После обогащения используется как топливо для реакторов, эффективность плюс сто процентов».

— Где находится эта звездная система?

Искин выдал серию цифр, из которых я понял только одно — я в галактике Андромеды. После нескольких повторений, запомнил текст намертво.

— Покажи свою историю.

«Информации нет. Реактор выдает мощность в — 0,00001 процента, банки памяти отключены».

— Последние события?

«Эксперименты с гамлонием, мутация вируса, смерть экипажа и уничтожение корабля-сеятеля».

— Причины гибели корабля?

«Неизвестно. Предположительно виновата попытка использовать гамлоний в качестве топлива, без адаптации двигателей».

— Чем можешь мне помочь?

«Практически ничем. Могу дать координаты падения автоматического разведывательного флаера, там есть аварийный комплект выживания. Целостность гарантировать не могу».

— Координаты мне не помогут, нужно описание местности и приметы. Она могла измениться за тысячи лет. Придумай выход!

Искин выдал схематическое изображение материка, потом несколько картинок в приближении. Я так же все тщательно запомнил.

— На сколько еще хватит энергии?

«В этом режиме — пятьдесят лет. Информацию все равно выдать не смогу, попытка активации банков памяти приведет к обесточиванию. Я принял решение функционировать как можно дольше, предупреждать людей об опасности. Таков протокол».

Я захлопнул панель и пошел в сторожку. Толку мне с твоих предупреждений! Что мне с координатами делать? Да ничего! Там все сгнило, а если что целым и осталось, давно растащили! Предположим, что он сохранился, как мне отыскать его в лесном массиве квадратом сто на сто километров? Еще одна надежда накрылась медным тазом! Прощай мечта о бластере и о пищевых таблеточках не имеющих срока давности! Где вы мои концентраты с глутаматом натрия, делающим самую пресную еду изумительно вкусной?

Переночевал, утро посвятил приведению своего внешнего вида в порядок. К обеду пошел в контору, перков взял с собой. Наткнулся на знакомого любителя налогов, он с довольным видом привязывал троих бемсов к телеге. Крестьянин захотел разделит со мной свою радость и взял меня в оборот. Предложил выпить по кружке домашнего ягодного вина. По его словам, лучше его жены никто такое не делает. Чего не уважить хорошего человека? Благо о яйценоскости он разговора не заводил. Неспешно побеседовали потягивая вино — никогда не думал, что проблема выбора жене в подарок головного платка, может так довлеть над семейным человеком. И тут я увидел, что из ворот маточного цеха выезжает странного вида телега. Длинная, с тентом, на восьми колесах, в нее была запряжена шестерка бемсов.

— Не знаешь, что это? — спросил я.

— Как не знать, летучую ящерицу повезли. Вечно забываю ее название.

— Дракон? — мрачно поинтересовался я.

— Точно! Драк ее зовут. Ох и тварь! Всем тварям тварь! Люди бают, под десять тысяч золотом стоит и кроме как под седлом летать, больше ни на что не способна. К тому же жрет столько, что просто ужас! Тушу убоины в неделю! И живет недолго, лет десять всего. Редкость великая, такую себе только приближенные императора могут позволить. И то, они на ней не летают, а перед дружками хвалятся. Смотрите какой я богатый! Более бесполезную животину, чем драк и придумать нельзя, в хозяйстве от нее толка нет совершенно.

— Спасибо за вино, жене поклон. Пойду я, дело у меня неожиданно нарисовалось.

— И тебе спасибо за компанию.

Привязал птичек на углу к столбику и зашел внутрь. Внутри меня все кипело. Ну мастер — сволочь ты деловая! Решил дракона зажилить? Не на того нарвался! Если у тебя для меня ящерки с крылышками не найдется, самого рожать заставлю! Зачем врать-то?! И здесь мне в голову пришла мысль — а действительно зачем? Странная ложь получается, даже тот факт, что из бумаг он понял о моем иностранном происхождении ни о чем не говорит. Наверняка о таком необычном существе как драк, все хоть что-нибудь да слышали. Вот сейчас и узнаю! Я взялся за дверную ручку и решительно зашел в кабинет. Интуиция тут же мне засемафорила, что лучше бы я этого не делал. На улице стоял день, а ставни в окнах закрыты. Мастер сидел при свечах, словно угадав мой вопрос, он сказал:

— Болячку какую-то подхватил, глаза от света режет. Принимайте.

Он нагнулся, поднял с пола и посадил на стол неведомую зверушку. Шерстка неопределенного цвета в полоску и пятнышки. Большие с поволокой глаза. Лохматые ушки, хвост с пышной кисточкой, передние лапки почти человеческие и украшены небольшими коготками.

— Это охр? — с подозрением спросил я. — Как-то не похож он на телохранителя. Где обещанные броня и шипы?

— Охранник не должен выглядеть охранником. — наставительным тоном ответил мастер. — Тогда его никто не принимает всерьез. Броня спрятана под этой замечательной шкуркой, шипы выдвижные — вы только потрогайте!

— Разве? — с сомнением сказал я. — Мне почему-то казалось, что он должен отпугивать всех своим видом. Случайные люди три раза подумают прежде чем напасть. От болта из подворотни, никакой телохранитель не поможет.

— Не будем спорить. — немного нервно сказал мастер, затем настойчиво добавил. — Потрогайте, потрогайте — не бойтесь, он не кусается.

— Не хочу.

За стеной что-то щелкнуло, смачно так. Не раздумывая ни секунды, я отправил «Кусаку» в полет, сам прыгнул следом. Так мы и вылетели на улицу, впереди топор, позади я в облаке щепок от разбитых ставней. Сделал кувырок, привычно принял в ладонь рукоять и рванул к перкам. Возится отвязывая поводья не стал, просто перерубил их. Вскочил в седло и поскакал к дороге, за мной с гиканьем направилось человек десять-пятнадцать всадников. Все как один одеты в черное. Раздались крики:

— Стой, именем императора!

Я только ниже пригнулся к луке седла. Вьючный перк следовал за мной как привязанный, не зря я его прикармливал. Мимо пролетел арбалетный болт. Да что вы ко мне привязались, уроды!

— Пошел родимый, пошел! — заорал я.

Перк растопырил крылышки и поддал жару так, что придорожные кусты слились в полосу. Неслись мы минут десять, расстояние между мной и преследователями понемногу увеличивалось, еще немного и я оторвусь. На этом моя удача закончилась, вывернув из-за поворота, я врезался в стройную войсковую колонну на марше. Сзади заорали:

— Держи шпиона! Живьем брать!

Ага! Так его и послушались! Кто-то что-то скомандовал. Арбалетчики развернулись, встали на одно колено и взяли меня на прицел. Совершив акробатический трюк, я выдернул ноги из стремян, повис на луке седла и спрятался за тело птицы. Залп! Привет землица! Прощай мое золото! Чудом не сломав себе шею, я побежал через поляну к каким-то скалам, там всадники не пройдут. Вся эта орава ринулась следом, человек двести — не меньше. Дерьмо! Ну почему для людей нет удовольствия больше, чем толпой отпинать одного? Никто не задался вопросом — виноват ли я? Бежит — бей его! А если я от разбойников удираю? Мало ли чего они там кричат! Пока всадники продирались сквозь толпу пеших, я успел забежать в скалы. Сами по себе они были невысокие, но давненько я такого нагромождения валунов и обломков не видел. Просто лабиринт какой-то! Мне того и надо, не отвлекаясь на крики, я ринулся вперед.

Прыгал мячиком до тех пор, пока не уткнулся в обрыв, хорошенький такой — метров сто глубины. Приплыли! Что дальше? Возгласы и команды раздавались со всех сторон. Очень похоже, что про пропасть они знали и теперь медленно сжимали кольцо окружения. Вот невезуха! Что там эти подонки орали? Я — шпион? А доказательства? Чего шьют-то гады? Мне можно кучу преступлений инкриминировать, но работу на иностранные державы в последнюю очередь. Кому знать как не мне? Попробовать прорваться, уйти на рывок? Вряд ли получиться, уж очень они профессионально действуют — будь проклят их командир! Это не кошачья свалка, где каждый сам за себя, нашпигуют болтами и стрелами издалека. Никакая подготовка и огнестрельное оружие не помогут. Пулемета у меня нет. Шанс прорваться десять к одному, за стрелками меня ждут всадники. Леса нет, одни кусты и редкие деревья.

Захотелось взвыть от бессилия. С трудом взял себя в руки, должно же быть что-то, что мне поможет. Надежда есть всегда! Главное, что бы в первый момент не убили, побои перетерпим. Нужно избавится от всего компрометирующего, в первую очередь от оружия, а потом сдаться в плен. Я никого не убил, по крайней мере здесь и сейчас. Не дать им повода меня прикончить, а потом удрать! Я хитрее, вашу мать! Всех облопошу и уйду огородами не прощаясь. Разоружился полностью, оставил один кинжал. С тоской поглядел на «Кусаку», сложил все в сумку, из которой предварительно достал батарейки и бумаги, потом кинул ее в пропасть. Сместился метров на пятьдесят в сторону. Куда спрятать мой единственный шанс попасть на корабль? Обыскивать меня будут тщательно. Я вздохнул и проглотил их, более надежного места чем собственный желудок не придумаешь. Надеюсь за сутки со мной ничего не случится. Не уверен, что кому-то такое вообще приходило в голову — жрать источники питания. А что делать? Расстаться с ними выше моих сил, возможность достать оружие вряд ли представиться. В живых бы остаться, тут не до жиру. Документы сунул за пазуху.

Спрятался в расщелину и сидел почти не дыша. Показалась группа солдат, да к тому же еще и не одна, за ней шла вторая. Ребята явно не шутили и к вопросу моей поимки отнеслись серьезно и ответственно. Проще говоря, в каждую дырку заглядывали. Отсиживаться при таком раскладе не имело смысла. Я вылез на ровное место, повернулся к ним спиной, заложил руки за голову и встал на колени. Закричал:

— Не стреляйте! Я сдаюсь! Я безоружен!

Так и стоял, слушая шум приближающихся шагов. Удар! Кто-то приложил меня по голове прикладом и я отключился. Пришел в себя от шума спора. Двое мужчин разговаривали на повышенных тонах:

— А ты мне прикажи, господин агент! Что ты мне сделаешь? Вызовешь на дуэль? Я жду… Трусишь? Я тебе не гражданский шпак! Знаешь что я тебя на ленточки порежу! Вы все как были быдлом, так и остались! Что морщишься? Не нравится что тебя быдлом зовут? Так оставался бы честным земледельцем, я бы тебя кормильцем звал. Чего ты во власть полез? Такие как вы всегда нам аристократом служили, а теперь ты приказывать мне собрался?

— Именем императора! — сказал второй голос.

Первый мужчина заржал.

— Ты свою бляху можешь себе в зад засунуть! Я чистокровный аристо — понял! Дай мне свой медальон на минутку и ты мне сапог лобызать станешь. Где доказательства твоих слов — что он шпион? Я аристократ и вижу другого аристократа, барона и бывшего шефа речников, ушедшего в отставку по ранению. К тому же с сумкой полной золота. По-моему ты его просто ограбить собрался. От таких как ты всего можно ожидать!

— Мы действуем по закону!

— Ах, по закону! Моя рота возвращается в город, там есть имперский судья. Готов ему свои слова повторить?

— Без всякого сомнения.

— Так поехали, господин агент тайной службы, но если ты мне соврал, я сам тебя вызову и прикончу.

— Ты меня не пугай!

— А зачем? Ты и так уже в штанишки наделал. Никогда не задавался вопросом — кто ты такой без своей бляхи? Я тебя навсегда отучу на аристократов прыгать! Пошел отсюда, барон останется под охраной моих людей.

— Я напоминаю тебе, что разговаривать с ним запрещено.

— Не волнуйся так, никто ему ни словечка не скажет. В отличии от тебя, мои солдаты службу несут добросовестно.

Раздались команды, меня подняли и кинули на телегу. Ну… я так думаю, с мешком на голове не больно-то и осмотришься.