– А где Карен и девочки? – спросила Челси, жестом приглашая Райна пройти в дом. – Или ты здесь по делам?

– Я здесь только ради тебя, – сказал он, и на его лице появилась хорошо знакомая ей улыбка. – Мы так давно не виделись.

– Да. – Она сцепила пальцы рук вместе, как бы пытаясь удержать себя и не броситься ему на шею. – Ты прекрасно выглядишь.

– Ты тоже. И, должно быть, счастлива в браке.

Челси невесело улыбнулась, но ничего не сказала.

– Проходи. Садись, – суетилась Челси возле Райна. Затем она позвала. – Мария, принеси, пожалуйста, кофе.

– Мария?

– За гаражом есть дом для прислуги. Лоран говорит, что это удобно для нас, а муж Марии присматривает за садом.

– Прекрасно. Вы добились больших успехов. – Райн сидел на плетеной кушетке и смотрел во двор. – Хорошо, что Карен не видела этого дома. Она до сих пор вспоминает тот в Далласе.

– У Лорана, по-моему, страсть к огромным домам. – Челси улыбнулась Марии, которая принесла на подносе кофе. – Спасибо. – Как только прислуга вышла, Челси спросила: – Как поживают Карен и девочки?

– Отлично. Девочки просто чудесны. Жаль, что ты давно их не видела. Бетани быстро растет и ни на минуту не умолкает. Вся наша жизнь – это постоянное вращение возле них. – Он взял чашку кофе и спросил у Челси: – А как ты поживаешь?

– У меня все хорошо. Как жаль, что ты не смог встретиться с Лораном. Его сейчас нет в городе. – Челси старалась говорить спокойно. – Он на всю неделю уехал в Даллас.

– Почему вы не поехали вместе?

– Я очень занята.

На самом деле Лоран велел ей остаться.

– Может быть, я отвлекаю тебя от дел?

– Нет. Нисколько. – Она посмотрела на него и воскликнула: – Только что вспомнила, тебе всего через месяц исполнится тридцать лет. Это кажется невозможным.

– Пожалуйста, не напоминай мне об этом. – Он поставил кофе на столик и грустно произнес: – Тридцать лет.

– Райн, ты становишься красивее с каждым годом. – Эти слова вырвались у нее нечаянно, она не хотела этого говорить. – Так ты приехал повидать меня? Что-то случилось?

– О, я совсем забыл о твоих наставлениях, – сказал Райн, смеясь. – А разве друзей нельзя навещать без причин?

– Но ты никогда раньше этого не делал.

Он наклонился вперед почти вплотную к Челси.

– Я подумываю о разводе с Карен.

Челси едва не разлила свой кофе.

– Что случилось?

– Ничего нового. – Он попытался улыбнуться. – Ты знала, что она сразу после рождения Эшли стерилизовала себя?

– Да, а ты разве не знал этого? Она говорила мне, что сначала все обсудила с тобой.

– Как видишь, Карен говорит правду только в случае, если ей это выгодно.

Челси была поражена.

– Она солгала тебе?

– Нет, она просто ничего не сказала мне.

– Значит, ты видел рубец. Я уверена, его нельзя не заметить.

Он отвернулся, как если бы ответ привел его в замешательство.

– Нет, я не видел.

Челси вспомнила их отдельные спальни.

– Мне так жаль, Райн.

– Мне тоже. Я хотел много детей. Оказывается, я обожаю их.

– Вы можете усыновить.

– И нечего даже думать о том, что Карен согласится на это.

Челси посмотрела на открытую дверь. Ей уже не в первый раз показалось, что Мария следит за ней. Челси молча встала и заглянула в соседнюю комнату. Убедившись, что там никого нет, она вернулась и закрыла за собой дверь:

– Я не хочу, чтобы нас подслушивали.

– Карен изменилась. И я тоже. Но мы изменились по-разному. Она с каждым днем все больше становится похожа на свою мать и сестру.

– Судя по телефонным разговорам, она нисколько не изменилась.

– Челси, ты виделась с ней не так уж и часто. Наш дом словно витрина. Там невозможно жить. Если уроню книгу, Карен тут же подберет ее и поставит на полку, прежде чем я успею поднять. Ты можешь представить, как это все раздражает?

– Да. Я прожила с ней четыре года в общежитии.

– Пойми меня правильно, мне нравится, когда в доме чистота и порядок. Но то, что делает она, просто бред! У меня такое впечатление, что она вот-вот начнет проверять, есть ли у меня грязь под ногтями, прежде чем впустить в дом!

Она почувствовала в его голосе надрыв.

– Неужели главная проблема в этом? Я могу поговорить с ней.

Райн долго молчал.

– Нет. Проблема не в этом. – Он взъерошил волосы жестом, который был ей хорошо знаком. – Мы не спим вместе.

– Вообще? – спросила Челси.

– Уже год. – Он нервно засмеялся. – Я не могу поверить, что говорю тебе об этом. – Вот почему я не видел этого чертова рубца.

Челси взяла его руку.

– Я сожалею, – прошептала она.

– Конечно, я не должен был говорить тебе…

Челси перебила его:

– Ты правильно сделал, что рассказал. Так ты на самом деле собираешься уйти от нее?

– Я не знаю.

– Ты можешь многого лишиться. Во-первых, работы. Мистер Бейкер не производит впечатления человека, который может простить. Особенно если дело касается Карен. Она всегда была его любимицей.

– Я знаю. Сомневаюсь даже, что он известит меня об увольнении. Такие люди существуют по своим законам. – Райн глубоко вздохнул. – В конце концов, работу можно найти. Самое страшное, что Карен не будет давать мне видеться с детьми. Я не знаю, смогу ли пережить это.

– По закону она не имеет права запретить тебе, видеться с детьми.

– Да, но она может настроить их против меня. Несколько моих знакомых, которые прошли через развод, рассказывали мне ужасные истории про то, как они пытались увидеться со своими детьми. Оказывается, есть много способов не допустить общения с детьми. Как говорят мои друзья, бывшие жены хитры на выдумки.

Челси понимала, что Карен вполне способна на такое жестокое отношение к Райну.

– Неужели она смогла бы так поступить с девочками? Они любят тебя.

– Одного этого достаточно, чтобы не показывать их мне. Она пообещала настроить детей против меня, если я уйду от нее. Этот разговор был между нами не далее как сегодня.

– Я не предполагала, что все настолько плохо.

– Это происходило постепенно.

Раздался осторожный стук в дверь и, не успела Челси ответить, как Мария вошла в гостиную.

– Извините, миссис Спенсер. Я всего лишь хотела узнать, выставлять ли мне еще один прибор к ужину.

– Нет, Мария. Я, скорее всего не буду ужинать сегодня. – Она подождала, пока служанка выйдет. Челси поняла, что эта женщина прервала их разговор не случайно. Мария хотела знать, что происходит за закрытыми дверями.

– Она что, твой сторожевой пес? – спросил Райн, усмехнувшись.

– Нет, Лорана. Когда я говорю с кем-нибудь, у меня постоянное ощущение, что она подслушивает разговор.

– Я бы уволил ее.

– Я попыталась один раз. Однако Лоран снова взял ее на работу.

Райн спокойно посмотрел на нее и спросил:

– Это специально для тебя?

– Я не имела в виду, что он следит за мной, – поспешно возразила Челси. – Просто у нас разные требования к служанкам.

– Скажи, ты счастлива с ним? Челси отвернулась и тихо произнесла:

– Да. У нас все прекрасно.

– Я не верю тебе.

Она развернулась к нему:

– Райн, не спрашивай меня об этом! Мне тяжело лгать тебе. Нет, я не счастлива.

Он вскочил с кушетки:

– Я почему-то так и думал.

– Да, мое замужество было ошибкой, но что можешь сделать ты? Оставишь Карен? И никогда больше не увидишь своих детей? Потеряешь все? У Лорана есть деньги, а деньги это сила. Я не знаю, на самом ли деле он такой всемогущий, как говорит, но мне, очевидно, что он может быть куда более мстительным, чем Карен. Если я оставлю его ради тебя, ты вряд ли найдешь работу в Далласе. Следовательно, придется переезжать в другое место, и тебе будет еще сложнее видеться с девочками.

– Но мы будем вместе.

Это было сказано так, словно их ничего не разделяло. Челси пристально посмотрела на него и почувствовала, как ее сердце стало учащенно биться.

– Зная, как сильно ты любишь детей, я не могу допустить этого.

– Может, Карен блефует, и я смогу их видеть.

Челси медленно покачала головой:

– Нет, не сможешь.

– Мне будет достаточно того, что ты рядом. – В голосе Райна было столько любви.

Челси чуть не расплакалась:

– Это сейчас. А что будет через десять лет? Однажды ты можешь пожалеть о сделанном выборе.

– Ты на самом деле думаешь, что я перестану любить тебя через каких-то десять лет? – спросил он. – Я не перестану любить тебя и через сотни лет.

– Ты также всегда будешь любить Бетани и Эшли. Ни один человек не сможет занять их место в твоем сердце.

– Лоран к тебе хорошо относится?

Она отвернулась и сказала:

– Конечно.

– Посмотри мне в глаза. – Он подошел и нежно повернул ее лицо к себе. – Челси?

– Мне трудно тебе ответить. Я живу в доме, который напоминает дворец! Он щедро дарит мне платья, драгоценности. Мы путешествуем по Европе. У меня машина, которая стоит больше, чем дом моих родителей. Я не могла бы мечтать о большем.

– Я не спрашиваю тебя о его банковской книжке.

– Нет. Я несчастлива. – Она резко вскинула голову. – Но какое это имеет значение? Я поняла одно: в этой жизни нет большого выбора. Если я выберу тебя, то цена этого решения равна твоим дочерям. Задумывался ли ты хоть на секунду, как я смогу жить с этим?

– Я не могу поверить, что у нас нет выхода, – раздраженно сказал Райн. – Неужели все останется как прежде?

– К сожалению, да! Райн, подумай о девочках. Если тебя не будет с ними, они вырастут такими же, как и все Бейкеры.

– Я не хочу этого. Если бы Карен как две капли воды не была похожа на женщин в своей семье, думаю, мы жили бы с ней более счастливо.

– Не забывай, девочки любят тебя. Что станет с ними, если ты уйдешь?

– А что, лучше, когда мы с Карен ссоримся, и дети все слышат?

– Понимаю. Но тебе самому придется сделать этот выбор. Я никоим образом не хочу подталкивать тебя к разводу. К тому же ты знаешь, как дороги мне девочки и Карен.

Райн долго молчал, а затем спросил:

– Наверное, мне вообще не стоило приезжать сюда?

– Ничего подобного. Мы в любом случае должны были поговорить с тобой. До этой встречи я надеялась, что когда-нибудь мы сможем быть вместе, но теперь я вижу, что это всего лишь мечта, которая никогда не осуществится.

Долгое время он сидел молча, затем произнес:

– Думаю, мне пора. Дорога дальняя.

– Как, ты уже уезжаешь? Не останешься на ночь в городе? Дорога действительно дальняя.

– Это не лучшее решение – остаться здесь на ночь, зная, что Лорана нет в городе.

– Конечно, ты прав. К тому же Карен будет волноваться.

– Возможно.

– Будет. Мы оба хорошо знаем это. Она не такая холодная и спокойная, какой хочет казаться. Глубоко в душе она так же страдает, как и ты.

– Ты так думаешь?

Челси кивнула:

– Я знаю это. Не забывай, она продукт семьи Бейкеров. Им всем чужды проявления нежных чувств. Возвращайся к ней и попытайся наладить свою жизнь.

– А если я не смогу?

Она глубоко вздохнула и произнесла:

– Тогда приходи и скажи мне об этом.

Они глядели друг на друга, продолжая разговор без слов. Если у него ничего не получится с Карен, то Челси будет ждать его.

– До свидания, – наконец сказал Райн. – Береги себя.

– Хорошо. – Она шагнула в его объятия и тихо произнесла: – Будь осторожен на дороге.

Он уехал.

Приехав домой, Райн увидел Карен, спешащую к нему навстречу. Они посмотрели друг на друга.

– Ты вернулся, – наконец произнесла она.

– Да. – Он захлопнул дверь и поставил свою сумку на пол.

– Я боялась, что ты не вернешься.

– Я был близок к этому.

– Куда ты ездил?

– Это не важно. Сейчас я дома. Насколько я понял, дети уже спят?

– В такое время? Конечно. Эшли плакала из-за того, что ты не пришел к ней поправить одеяло. – Она стояла, скрестив руки на груди.

– А что будет с нами, Карен? Если мы хотим продолжать жить вместе, мы должны изменить что-то в наших отношениях.

– Давай сядем и поговорим об этом. – Она подошла ближе, и он увидел ее заплаканное лицо. – Я могу сделать кофе.

– Нет, спасибо. Я всю ночь пил кофе и не смогу уснуть из-за этого.

Они прошли в кабинет и сели в кресла.

– Я не хотел сделать ничего, чтобы заставило тебя плакать. – Он чувствовал себя неловко. – Я и не предполагал, что ты будешь плакать.

– Как ты можешь такое говорить? Я люблю тебя, Райн. Я испугалась, что ты действительно оставишь меня. Я плакала с того самого момента, как ты ушел из дома. – Ее голос дрожал, и она опустила голову.

– Я, честно говоря, не думал, что ты будешь переживать о моем уходе. Карен, мы должны что-то изменить в нашей жизни. У меня нет желания разводиться.

По дороге домой из Остина Райн думал о том, что сказала ему Челси. Действительно, многие пострадают, если они разведутся с Карен.

– И я не хочу этого. – Жена посмотрела на него. У нее был жалкий вид. – Я так испугалась, что ты не вернешься. Я буду стараться, Райн. Я действительно буду! Все пройдет. Ну, все. Мы уже сказали достаточно друг другу.

– Есть еще один важный момент, Карен. Я был предан тебе. Однако ты не можешь требовать от меня, чтобы я рядом с тобой оставался вечным холостяком. Согласен, давай спать в разных комнатах, если тебе этого хочется, но я не могу жить, словно заключенный.

– Я обращусь в консультацию, – тихо произнесла Карен. – Наверное, со мной действительно что-то не так.

– Я пойду с тобой, если ты этого хочешь. Я слышал, что семейная консультация помогает, если оба супруга хотят перемен. Я не требую от тебя многого. Но давай хотя бы станем, терпимы друг к другу.

– Я постараюсь, Райн. Вот увидишь. Я так жалею о том, что произошло, Райн. Я наговорила тебе столько глупостей. После твоего ухода я вспомнила все это и пожалела, что время нельзя вернуть назад.

– Я хочу спросить у тебя одну вещь, и хотел бы, чтобы ты ответила мне честно. Это правда, что Челси сделала аборт?

– Да. Мне следовало отговорить ее от этого. Я до сих пор чувствую себя виноватой. Но я хотела выйти за тебя замуж и знала, что если бы она сказала тебе о своей беременности, то ты бы достался ей.

Она с невыразимой тоской посмотрела на него. По ее щекам текли слезы.

– Я любила тебя. И люблю. Конечно, я не хотела, чтобы она увела у меня любимого мужчину, но то, что я наговорила тебе, было сказано только для того, чтобы сделать тебе больно.

– И это сработало.

– Боже, Райн. Я сделала столько ошибок. – Ее голос был тихим и беспомощным. – Последние несколько часов я сидела и вспоминала все свои ошибки. Это ужасно!

Карен прижалась к нему и заплакала. Он закрыл глаза и крепко обнял ее.

Вернувшись в пятницу, домой, Лоран протянул Челси обернутый в подарочную бумагу футляр.

– Что это? Вроде сегодня у меня не день рождения и не юбилей, – удивилась она.

– Я давно не покупал тебе подарков.

Челси открыла футляр и обнаружила изумительный золотой браслет, усыпанный бриллиантами.

– Какая прелесть! Лоран, тебе не следовало делать мне такой дорогой подарок.

Он улыбнулся:

– Я могу отнести его обратно, если ты этого хочешь.

Она засмеялась, щелкнув браслетом на запястье:

– Я без ума от него.

– Как ты провела выходные?

– Прекрасно, – сказала она спокойно.

Поскольку Раин был здесь всего лишь один раз, Челси решила, что Мария ничего не скажет об этом Лорану.

– А ты?

– Весь в работе. Устал очень. В следующий раз ты можешь поехать со мной.

– Хорошо. Будет здорово повидаться с Карен. – Она была довольна тем, как ей удавалось скрыть свои чувства от мужа.

– Ну, тогда, может быть, мы полетим на следующей неделе?

Она посмотрела на него и сказала:

– Я не смогу. В следующие выходные будет благотворительное мероприятие, и я уже обещала устроителям помочь в подготовке его проведения.

Он пожал плечами.

– Как угодно. Только не говори мне потом, что я тебе не предлагал. – Он взял свои сумки и направился к лестнице, ведущей наверх, где располагалась их спальня.

Челси в замешательстве проводила его взглядом. Она никогда не могла понять его. Почему Лоран купил ей этот дорогой браслет и затем предложил отправиться вместе с ним в Даллас, когда совсем недавно он не хотел, чтобы она сопровождала его в деловых поездках?

На следующий день все стало ясно. Челси позвонила ему на работу и, услышав голос в трубке, сразу же узнала его.

– Шейла? – спросила она.

– Да. Вы хотите поговорить с Лораном?

– Нет. Я поговорю с ним вечером, дома. – Челси повесила трубку, продолжая смотреть на нее. Перед тем как уехать в Даллас, у него была секретаршей молодая замужняя женщина с ребенком. В Остин Лоран вернулся с Шейлой.

Челси сняла браслет и положила в карман, решим больше никогда его не надевать.