Я думала, что после всего, что произошло, я больше никогда не смогу уснуть. Но у моего организма на этот счет были совсем другие планы. Едва моя голова коснулась подушки, я тут же уснула глубоким, но тяжелым сном.

Всю ночь меня преследовали взрывы и стрельба.

Когда я открыла глаза, то остро почувствовала боль в раненой ноге. Осторожно привстав, я закатала штанину и осмотрела рану. Порез был жуткий, рана сильно воспалилась и припухла.

— Что, болит?

Я резко обернулась и встретилась взглядом с карими глазами Азалии.

— Нет, все нормально. — Я расправила штанину. — Как ты себя чувствуешь?

Азалия равнодушно пожала плечами.

— Аза… — Я полностью повернулась к девушке.

— Не нужно. Ничего не говори. Твои слова сожаления сделают мне только больнее.

Я неуверенно кивнула, а после попробовала выдавить что-то вроде улыбки:

— Я просто хотела сказать, что выглядишь ты жутко. Тебе срочно нужно умыться, если не хочешь быть похожей на Бабу-ягу.

— Это почему? — выходя из задумчивости, спросила девушка.

— Тушь. Она размазалась под твоими глазами.

Аза сначала непонимающе посмотрела на меня, пару раз моргнула, а потом нервно захохотала с какой-то примесью истеричности.

Успокоившись, она тихо произнесла:

— Спасибо.

* * *

— Ты уверена? — нервно, уже не первый раз, переспросила меня Азалия.

— Да, Нимерех сказал, что это в том здании. Нам нужно лишь перейти дорогу.

— Хорошо, только давай быстрее, а то эти чудики, — она указала на окружающих людей, — подозрительно на нас косятся.

Конечно, насчет «подозрительно» Аза немного преувеличила. Люди, шедшие по своим делам, полностью нас игнорировали. Мне даже показалось, что мы невидимки и нас попросту не существует, но после того, как в меня врезалась дама почтенного возраста с тонной пудры на лице, я поняла, что фантазия у меня буйная.

Мы быстро перешли дорогу, проскочив мимо еле ползущего футуристического желтого автомобильчика, едущего в неизвестном направлении, и оказались возле огромной цветочной арки. В нерешительности мы остановились перед стеклянной дверью. Я обернулась и поискала взглядом Велиара — почему-то мне показалось, что он неотступно за нами следует. Хотя это было невозможно: после того, что произошло утром, он нас оставил, и я искренне надеялась, что навсегда. Я больше не хотела видеть этого ублюдка. Привкус горечи неотступно следовал за мной, а раздавленная гордость выворачивала душу. Из отвратительных мыслей меня вывела Азалия.

— Давай, не тормози.

Взяв себя в руки, я вытащила из кармана небольшую черную пластинку и сунула ее в прорезь, находившуюся на уровне моих глаз. Тут же ожило голографическое табло, и приветливый голос любезно сообщил:

— Джума Вайз, рады вас приветствовать в нашем салоне! Прошу, проходите.

На двери щелкнул замок, и она приоткрылась.

— Спасибо, — ответила я неизвестному голосу.

Мы с Азалией оказались внутри великолепного помещения, обставленного со вкусом. Драпированные шторы приятного сливочного оттенка украшали не только оконные проемы, но и стены. Многоступенчатый потолок был инкрустирован цветными камнями. Само помещение просто утопало в живых цветах, а белый пол был начищен до блеска и отражал наши немного сконфуженные лица.

— Доброе утро! Какие прелестные создания решили навестить наш салон в этот знаменательный для всего города день! Можете называть меня мадам Ариса, сегодня я лично займусь вашим преображением. Будьте любезны, предоставьте мне ваши карты. — Женщина широко улыбнулась, сверкнув рядом белоснежных зубов.

— Нам тоже очень приятно, — по наставлению Нимереха, мы с Азой легонько склонили головы, и я протянула женщине пластинку. — Видите ли, мы очень торопились, поэтому моя подруга оставила карту дома. Вы не могли бы сделать маленькое исключение и списать средства за все оказанные услуги с моей карты? — Я умоляюще взглянула на мадам Арису.

Улыбка женщины немного померкла. Она еще раз оглядела нас и после паузы настороженно произнесла:

— Хорошо, только проверю ее на подлинность, — и, грациозно тряхнув прической, в которой торчали ромашки, оставила нас одних.

— Мира, ты уверена, что нас не сцапают? Ведь это безумие — идти на такое с чужой, ворованной картой! А если там высветится фото старой владелицы, что тогда?

— Успокойся, Нимерех заверил, что это безопасно. Этих людей деньги интересуют больше, чем наши личности. Так что не бойся.

Азалия нервно потерла руки и кивнула:

— Надеюсь, ты права.

— Конечно, права. Я чувствую, что удача на нашей стороне.

— Твоя правда, пока Велиар не узнает, что ты затеяла.

Мои глаза вспыхнули.

— Не упоминай при мне это имя! Думаю, он нас больше не побеспокоит.

При этих словах мое сердце болезненно сжалось, и я легонько тронула медальон, который Велиар оставил перед уходом.

— Может, всё-таки расскажешь, что между вами произошло? — с неподдельной тревогой поинтересовалась Аза.

Я удрученно покачала головой. И пока мадам Ариса отсутствовала, я в тысячный раз прокрутила в голове утренний инцидент…

* * *

После того, как мы с Азалией проснулись, в комнату влетел радостный и взбудораженный Нимерех и стал, захлебываясь словами, пересказывать последние городские новости:

— Представляете, усилили патрулирование улиц! Почти на каждом перекрестке стоит по паре ищеек.

— Отстой, — констатировала Азалия. — Неужели это из-за нас?

— Ну, отчасти, да, — протянул парнишка.

— Почему отчасти? — спросила я.

— Ну, как… разве вы не в курсе? Сегодня в полдень на Зеленой площади состоятся дебаты между двумя оставшимися кандидатами на должность главы нашей страны, Арвии. Сегодня будет столько народу, — мечтательно присвистнул парнишка, — что можно незаметно затеряться в толпе и выудить пару нужных вещичек. — Он в радостном предвкушении потер ладони.

— Прикольно. Все на выборы! — не видя в этой новости ничего интересного, хмыкнула Азалия. А вот Велиара эта новость немного напрягла. Я заметила это по его застывшей позе.

— Нимерех, скажи, кто в кандидатах на этот высший пост?

— Как, разве вы не знаете? — Нимерех больше с любопытством, чем с подозрением присвистнул. — Барион Хак и Астар Тарнилиус.

— Астар Тарнилиус?

— Ну, да, тот самый ученый, который стал известным, благодаря своей разработке.

Я нахмурилась, быстро соображая. Но долго думать мне не пришлось: Нимерех продолжил:

— Ну, тот, который создал сыворотку от всех болезней и пообещал, что если его выберут, то сыворотка станет доступна не только каждому жителю Арвии, но и каждому трезурцу.

Мои брови, так же, как и брови Азалии, поползли вверх.

— По мне, так это полная чушь. Невозможно придумать такое лекарство. Очередная ложь ради того, чтобы этого беспросветного бабника избрали.

— Почему ты его так называешь? — в наш диалог снова включилась Аза. Ей тоже хотелось побольше узнать о нынешней жизни Астара.

Нимерех хитро прищурился:

— У меня складывается впечатление, что вы никогда не были в Арвии и не знаете, чем она живет. За Пепельным морем не интересуются новостями из внешнего мира?

— Что за Пепельное море? — не подумав, спросила Азалия, но, уловив мой красноречивый взгляд, прикусила язык.

— Ты прав, Нимерех, нам абсолютно нет никакого дела до внешнего мира.

— Я так и понял, — снисходительно ответил парнишка, отчищая свой потрепанный рукав от грязи.

— Нимерех, не томи, рассказывай, что там с Астаром? — Азалия жаждала продолжения.

— Ну, он известный бабник, так как меняет женщин чаще, чем смотрится в зеркало. В новостях его показывают всегда с новой девицей.

— С девицей, говоришь? — задумчиво протянула я.

— Ну, да, женщины толпами вьются вокруг него.

— А как же его жена? — не выдержав, спросила я. И тут же поймала со стороны Велиара холодный и настороженный взгляд, от которого отмахнулась.

Нимерех непонимающе тряхнул головой.

— У него что, нет жены?

— Мирослава, ты какая-то чудная. Ну, если он в активном поиске спутницы жизни, то можно предположить, что он не женат. В Арвии строгие законы насчет прелюбодеяний. Измена, как известно, жестоко карается.

— Хм, измена, значит, карается, а постоянная смена женщин на публике — в порядке вещей! — недовольно хмыкнула Аза.

— Велиар, можно тебя на секундочку?

Велиар неохотно кивнул, понимая, что выбора у него просто нет. Взяв его за руку, я увела его подальше, в прохладный темный коридор, чтобы нас не услышали, и, скрестив руки на груди, выжидающе на него уставилась.

— Снежинка, я говорил тебе, что когда ты такая собранная и решительная, ты очень привлекательная? Так бы и съел тебя! — Велиар шутливо щелкнул зубами.

Мои глаза полыхнули предупреждающим огнем.

— Мира, какая-то ты скучная в последнее время. — Велиар демонстративно тяжело выдохнул.

Его замечание я пропустила мимо ушей.

— Лучше скажи, почему я раньше никогда не интересовалась твоей фамилией?

— Не знаю, — он пожал плечами, — наверное, потому, что у меня ее нет.

— Смешно. У всех есть фамилии.

— Но только не у меня и не у тех, кто живет в моем мире.

— Это почему еще?

— Наверное, потому, что у нас нет преемственности между поколениями. Как ты знаешь, дети с рождения отправляются в приют. Людям в нашем мире вполне хватает имени или просто порядкового номера.

Я озадачено почесала затылок.

— Но если тебе любопытно, в этом времени и месте, как бы смешно это ни звучало, меня называли бы Велиаром Тарнилиусом.

— Значит, я все правильно поняла, и это не какой-то другой Астар, а именно тот, который нам нужен?

— Тебе нужен, — по-деловому поправил он.

— Значит, одну проблему мы… то есть, я решила: отыскала Астара. Но проблема того, как к нему подобраться, остаётся, потому что он без пяти минут правитель Арвии, а в будущем — правитель всей планеты. К влиятельному человеку подобраться сложнее, чем к простому ученому.

— Мира, я впервые с тобой соглашусь, поэтому предлагаю вернуть Азу домой, а самим вернуться в свое время. Не забывай: чем дольше мы находимся не на своем месте, тем сильнее будет расплата.

Я нервно выдохнула и недовольно поморщилась:

— Опять будешь рассказывать мне про вселенские штучки? Можешь не стараться. Лучше послушай, что я придумала. Только сразу прошу: не волнуйся…

Эта фраза вызвала еле заметное напряжение мышц на его лице.

— Я знаю способ, как незаметно и не вызывая подозрений, подобраться к твоему отцу и узнать то, что мне нужно.

Глаза Велиара стали медленно сужаться.

— Просто понимаешь, в нашем случае вряд ли удастся каким-то образом подобраться к Астару, поскольку он уже очень влиятельная фигура. Прости, если повторяюсь, но ты так на меня смотришь, что я начинаю волноваться. — Я пару раз нервно сглотнула. — Мне всего лишь нужно втереться к нему в доверие с помощью… своей привлекательности.

Неожиданно возле моего лица пролетел мощный кулак и со всей силы врезался в стену. Я тревожно сжалась, а мое сердце рухнуло куда-то вниз.

Холодным, как сталь, голосом Велиар произнёс:

— Я надеюсь, ты хорошо понимаешь намеки. — Он приблизил ко мне свое лицо, и я уловила, как в его сапфировых глазах просыпается яростный огонь. — Я спишу твои глупые мысли на твою наивность. Впредь больше никогда… ты меня хорошо слышишь?.. никогда не предлагай что-то подобное! Ты понятия не имеешь, о чем сейчас говоришь!

— Но, Велиар, — опешила я от его реакции, — ты не понимаешь, мне нужно это сделать, другого способа нет! — Отчаяние в моем голосе зашкаливало. — Это реальный шанс!

— Шанс для чего? Чтобы тебя трахнули?!

От его слов я поморщилась, как от хлесткой пощечины.

— Не утрируй, ты прекрасно понимаешь, о чем я хочу сказать. Если тебя беспокоит моя безопасность, то я не допущу чего-то из ряда вон выходящего.

Взгляд Велиара был пропитан едким скептицизмом.

— Но если всё-таки что-то пойдет не так, будь уверен, я смогу за себя постоять. — Я выхватила из-за пояса свой кинжал и направила на Велиара. — Вот, как ты и просил, мое оружие рядом.

По лицу Велиара пробежала тень, а на губах появилась кривая ухмылка. В ту же секунду молниеносным движением он выхватил из моих пальцев кинжал и приставил его к моей шее, прижимая меня к стене своим телом. А потом, буквально выплевывая мне в лицо каждое слово, холодно произнес:

— А теперь попробуй, защити себя.

Откинув клинок, он резко и жестко припал к моим губам, одной рукой поймав мои запястья и удерживая их над моей головой.

Все еще пребывая в растерянности и в легком шоке от происходящего, я не сразу сообразила, что происходит. Но под яростным натиском Велиара я поняла, что злость затмила его разум, и теперь им движут только животные инстинкты.

— Велиар, прекрати, ты делаешь мне больно! — пытаясь вырваться, умоляюще проговорила я, извиваясь всем телом.

— Мира, ты меня разочаровываешь. Сопротивляйся лучше, иначе я тебя трахну прямо у этой стены!

Тут мне действительно стало страшно. Никогда еще Велиар не вымещал свой гнев на мне. Кое-как исхитрившись, я со всей силы прикусила его нижнюю губу и тут же почувствовала привкус крови на своем языке.

Велиар то ли взвыл, то ли зарычал, а потом резко развернул меня и припечатал щекой к стене, заламывая мне за спину руку. Язвительный шепот обжег мое ухо.

— Уже лучше, но это вряд ли остановит того, кто захочет тобой насладиться. А Астар захочет, даже не сомневайся, и как можно быстрее… Ты даже пикнуть не успеешь.

Повторяя контуры моего тела своим, упиваясь моей беззащитностью и своим преимуществом, он медленно, с нескрываемым наслаждением провел носом по моей шее, а потом, перенеся свободную руку мне на талию, стал быстро и уверенно расстёгивать мой ремень.

От досады и обиды я сильнее стиснула зубы, понимая, что в чем-то он прав, но признать его правоту мне не позволяла гордыня. Лишь предательские слезы начали заливать мое лицо, показывая, что я беззащитна и на грани. Но Велиар как будто находился далеко отсюда, за толстенной стеной, сквозь которую мне было не докричаться.

Я еще раз предприняла попытку от него отбрыкаться, но все, что у меня получилось, это еще больше его разжечь.

— Нет, Мирослава, так не пойдет. Твои попытки жалки, а слезы только подливают масла в огонь. Неужели запас твоей изобретательности закончился? — голос Велиара стал отрывистым и хриплым, а его тело неимоверно напряглось, излучая жаркие волны желания. — Видно, я плохо тебя стимулирую, — проговорил он, и его свободная рука без препятствий нырнула мне в трусики.

— Ох… — от неожиданности я потеряла дар речи и попыталась плотнее сжать ноги, которые практически меня не слушались. Стыд отразился на моем и так уже пурпурном лице.

— Мира, да ты, оказывается, плохая девочка, — голос Велиара стал жестче. — Ты вся влажная, как последняя сучка… Неужели тебе нравится, когда тебя берут силой? Значит, я зря волнуюсь насчет твоей затеи: мой отец сможет хорошенько позабавиться и как следует тебя отыметь, и тебе, безусловно, это понравится.

Этими словами моя гордость была практически растоптана и превратилась в прах. Он же, поддавшись звериной похоти и разъедающей его душу ревности, явно не понимал этого, а также того, что переходит все дозволенные границы.

Не знаю, каким чудом, а скорее, в порыве отчаяния, но я, перекинув свободную руку через свое плечо, умудрилась схватить Велиара за волосы и со всей силы дернуть. Знаю, что это было по-женски, но этого хватило, чтобы он опешил и выпустил из захвата мою руку. Тогда, резко развернувшись, я со всей яростью, которая меня накрыла в ту секунду, врезала коленом ему в пах.

Сказать, что Велиару было больно, значит, ничего не сказать. Дикий рык вырвался из его груди, болевой шок перекосил его прекрасные черты и сложил тело пополам. Если бы меня в ту секунду спросили, как выглядит демон во плоти, я бы указала на Велиара. Теперь мне стало страшно вдвойне. Трясущимися руками я стала застегивать ремень и стирать с лица непрекращающийся поток слез. Но до конца мне их спрятать не удалось, так как на шум прибежали перепуганная Азалия и Нимерех.

— Что здесь происходит?!

Я с трудом обрела голос.

— Ничего, все нормально. Мы просто беседовали. — Я с ненавистью посмотрела в бешеные глаза Велиара, для того, чтобы он подтвердил. Поколебавшись секунду, он кивнул головой, все еще придерживая рукой свое отбитое достоинство.

— Ммм… — многозначительно протянула девушка, переводя любопытный взгляд с одного лица на другое. — Опять вы, малыши, заигрались.

Она удрученно покачала головой и, больше ничего не добавив, увела Нимереха обратно в жилое помещение.

Я подхватила с пола кинжал и случайно поймала на клинке отражение глаз Велиара, которые из диких превратились в пустые.

— Мира…

— Ты отвратителен мне! Я больше не нуждаюсь в твоей помощи! Можешь катиться к черту на все четыре стороны. Я тебя ненавижу! Ненавижу так же сильно, как твоего отца и всех его приспешников! Действительно, было глупо с моей стороны верить, что в тебе есть что-то человеческое!

На этом, сдерживая очередную порцию слез, я пулей вылетела на улицу, не заботясь о том, что меня могут схватить. В данную секунду мне нужно было убежать не только от Велиара, но и от самой себя.

Я бродила по улице, пытаясь реанимировать свою гордость и награждая Велиара всеми известными нелестными эпитетами, пока на глаза мне не попалась огромная неоновая вывеска на белом ступенчатом здании. Она гласила, что после дебатов на Зеленой площади будет проведено торжество перед выборным днем, на котором соберутся все сливки общества, а также несколько счастливчиков из народа, которые приглянутся кандидатам. Эта вывеска навела меня на любопытную идею. С огромным усилием взяв себя в руки, я направилась обратно, чтобы поделиться мыслями с Азалией.