молодой, что НАДО СТОЯТЬ НАСМЕРТЬ!

Не стрельнул. Судьба. Не судьба.

Возле магазина стояла толпа других десантных дембелей, Дубин подошел ближе - свои! Из учебки в Гайжунае. Все!

О! Это ты!? Это ты!? Это ты!? Живой!!!

А ты знаешь, что Бобков погиб. Дубин вспомнил своего друга еще с Военкомата. Бобкова то зачем? Добрый и хороший человек. Бобкова то зачем?

Последний Паншер. Мина. Месяц назад.

Бобков погиб.

Два замкомбата. Капитан Костенко. Костенко судили. Военный трибунал. Только что не расстреляли.

Майор Синкевич.

Орден Красного Знамени и два ордена Красной Звезды.

Прошла неделя после возвращения домой. ДОМОЙ!!! Дубин пошел в свой военкомат за какими-то документами. По стенам расползлись зеленые фигуры оркестрантов. Тромбон у входа. Почетный караул без магазинов кучковался во дворе. Навстречу выскочил очумелый и потный

ЗАМКОМБАТА ПО ТЫЛУ 3 ДЕСАНТНО-ШТУРМОВОГО БАТАЛЬОНА 56 ГАРДЕЗСКОЙ

ДЕСАНТНО-ШТУРМОВОЙ БРИГАДЫ майор Плучиц.

- Товарищ майор, я из Бараков, что случилось?!!

- Да вот, две недели искали. Протух совсем. Семья оказалась в

Минске, мы ж не знали, старый адрес.

- ТАК ЧТО СЛУЧИЛОСЬ!!!

- Да, на засаду шли, и прям на ДШК вышли. Расстреляли всю группу. Всех десять человек.

Потом написал во взвод, спросил, получил ответ, компетентный:

У нас здесь все по старому, ротный мозги еб потихоньку.

Насчет Синкевича, это правда, расстреливали в упор из АКМа раненных.

Не знаю, готов Пакистан к боевым действиям, а вот духи охли, сначала на зиму уходили в Пакистан, а сейчас, в настоящее время осели здесь, и громят потихоньку колонны. В общем, мы надеемся на золотое будущее.

Рядовой Бобков и майор Синкевич лежат на кладбище рядом.

Жив ли Костенко. Он так свою клятву и не исполнил до конца.