.

Тайное логово похитителя. 00 часов 00 минут.

.

Для полного комплекта ему оставалось собрать всего два экспоната. Именно за недостающими частями своей мозаики он и решил отправиться, но сперва…

Изготовив по старинному рецепту странное варево, основной составляющей которого являлся мед, экспроприированный у Держигурды, похититель стал спускаться по каменной лестнице в темницу, где заключены его узники. Он уже столько раз проделывал этот путь, что темнота, царящая вокруг, ничуть не смущала его. Ноги сами находили ступени, благодаря мышечной памяти.

Рука привычно вставила ключ в замочную скважину, сделала два оборота, откинула засов и потянула массивную створу. Пройдя в центр темницы, неизвестный поставил на пол ведро с небольшим ковшиком.

— Приятного аппетита, — и вышел.

— Отпусти меня, упырь, хуже будет! — прорычал ему вслед Никита. — И хватит транжирить мой мёд!

— Ты бы заткнулся уже, — сказал Темноков, почесывая зад. — Внатуре, задолбал уже. Ты чего такой злой? Сейчас он вернется и опять тебе по бубенцам настучит. Уважаемый, вы уже ушли? Жаль. Тут у нас один мудак общения с вами жаждет.

— Сергей, — окликнула его Герринг, — какое у вас великолепное чувство юмора! Мы бы могли вместе вести корпоративы. Вы бы блистали шутками, а я умом, красотой и эрудицией.

— Ты хотела сказать трясла бы силиконом, — гоготнула Пехова и зачерпнула из ведра чудо-жижи. — У меня скоро от этой бодяги жопа слипнется.

— Это мой мед! — зарычал Держигурда.

— Вы животное, — подала голос Низовская. — Ваше место возле параши. Мы выражаем вам всеобщее презрение. Анфисочка, будь любезна, дай глотнуть.

Пехова протянула Юлии ковшик.

— Только много не пей. У тебя попа махонькая, а если слипнется, то еще крохотней станет.

— Спасибо за заботу, — ответила та, — как-нибудь переживу. Мм… Говно какое-то. Я бы лучше приготовила. Знаю я рецепт замечательного пунша: надо взять ведро воды, размешать в нем три кило меда, добавить два килограмма мелконарезанных яблок, горсть корицы, чуть-чуть гвоздики, пару лимонов, немного ванилина, литра полтора красного вина 1657 года, ну и водки побольше. Все это доводим до кипения и настаиваем три часа. Пунш готов. Теперь приступаем к приготовлению тушеного кармана кенгуру, фаршированного лобстерами и овощами…

— Низовская, — гаркнула Герринг, — заткнись, пожалуйста! Живот от голода сводит. У меня, кажется, даже грудь меньше стала, левая.

— А давайте споем? — снова подал голос Держигурда.

— Нет! — отрезала Пехова. — Пусть лучше Темноков анекдоты рассказывает, пошлые желательно.

— Мне лень, — сказал тот и с тоской посмотрел на маленькое окошко под потолком, сквозь которое пробивалась узкая полоска света. — Лучше б я за кефиром пошел.

Анфиса плюнула на пол и обхватила руками колени.

— Какие вы все скучные. Сюда бы Ваню Облохыстина, он бы рассмешил.

— Ага, — вздохнул Сергей и поковырял пальцем землю, — заодно и заупокойную бы прочитал…

.

Империальское шоссе. Особняк певицы Хай. 00 часов 30 минут.

.

Анита, как обычно, возлежала в бассейне-джакузи, расположенном в центре участка, и наслаждалась пузырями, ласкающими ее тело, не забывая добавлять время от времени свои собственные. Былая популярность угасла, но, благодаря связям мужа, ей кое-как удавалось удерживаться на плаву в море, носившем название русландский шоу-бизнес. Сейчас исполнительница тестов под музыку потягивала через трубочку из высокого стакана безалкогольный «Хенесси» и тешила свое уязвленное самолюбие просмотром видеозаписи своего выступления, которое проецировалась на огромный экран, висевший на стене дома. Вернее это была нарезка с разных выступлений, так как Анита ни разу не дала ни одного сольного концерта, а на всякого рода передачи ее не звали уже лет пять. Но совсем недавно случилось чудо, опять-таки благодаря мужу. Ее позвали в музыкальный проект «Точь в точь», что шел на Первейшем канале, и певица, стряхнув с себя нафталин, вновь появилась на экранах телевизоров.

Она всеми силами старалась показать всю свою многогранность, но народные массы не проведешь. Позабытая «звезда» вылетела из проекта, как пробка из бутылки, несмотря на явную протекцию некой оперной дивы, но тут же попала в другое шоу, «Шар», где, впрочем, тоже не задержалась.

Смахнув со щеки набежавшую от обиды слезу, Анита протянула руку и взяла с бортика бассейна мобильный телефон, который разразился хитом безвременно почившего Ромати в исполнении самой Хай.

— Единственная и неповторимая слушает.

Динамик прошуршал и ответил с акцентом.

— Сдгаствуйте, с вами говогит дигектор ггуппы «Животные», у нас нагисовалась небольшая пгоблема и нужна ваша, так сказать, помощь.

— О какой сумме идет речь? — рванула с места в карьер Анита, не поинтересовавшись, что от нее требуется.

— Сто тысяч зеленых, — ответил телефон.

— Я согласна, а что делать? — на радостях Хай даже уронила стакан в бассейн.

— Мы восхищены вашим мастегством пегевоплощений и хотим, чтобы вы заменили нашего солиста Гому Животного. Он подхватил свиной и птичий ггипп. У нас гастгольный туг сгывается.

— Я всеми руками «за»! — воскликнула Анита и вылетела из джакузи, как кит на берег. — Мне сейчас деньги очень нужды, впрочем, как и всегда, а еще я жажду славы! Я так люблю овации и все такое.

— Если вас не затруднит, то встретьте на дороге нашу машину, — сказал голос, но уже без акцента, на что Анита, естественно, не обратила внимания. Все ее мысли были только о шуршащих купюрах. — За вами заедут через полчаса.

Динамик издал гудки. Абонент отключился, а Хай рысью помчалась в дом, забыв выключить кинопроектор. Ей предстояло собрать вещи, упаковать чемоданы, намарафетиться, запоститься «Вконтакте», «Одноклассниках», «Твиттере», «ЖЖ», «Моем мире» и еще Создатель знает где. Короче, дел непочатый край, а времени в обрез.

Проураганив прямо по цветочным клумбам и измяв все розы, Анита влетела в дом, едва не сорвав входную дверь с петель.

.

Империальское шоссе. 03 часа 00 минут.

.

Он знал, что если дать женщине полчаса, то можно смело накинуть сверху еще два раза по столько же, как минимум, поэтому прибыл на место с опозданием в два часа, и спрятался в ближайших кустах. Отсюда великолепный обзор, дорога, как на ладони. Кроны деревьев заслоняют фонари, луна спряталась за шпилем пустующего особняка Пеховой. Все складывается идеально. Укутавшись в плащ, он растянулся на траве и глубоко вдохнул. Вдалеке послышались шаги и чье-то прерывистое дыхание. Похититель выглянул из засады.

По дороге, в простом ситцев платье в горошек из страз от «Сваровски», неспеша прогуливалась сама Крыся Абрыгайтэ.

— Тьфу ты, пропасть! — сплюнул человек в плаще. — Опять ненужный свидетель. Хотя… Может, так оно и лучше. Убью двух зайцев одним выстрелом, зато следующую ночь отдохну, — и он приготовил пистолет для инъекций.

Тем временем на дороге появилась еще одна особа в черном деловом костюме, та, которая и должна была здесь оказаться. Служительницы сцены едва не столкнулись лбами.

— О, — всплеснула руками Крыся, — какие люди и без охраны. И куда это мы собрались?

Она кивнула на огромный чемодан на колесиках, что тащила за собой Анита.

— У меня деловая поездка, большего сказать не могу, тайна.

— Ну-ну… — ухмыльнулась Абрыгайтэ. — Депортируют на родину? Говорят, там нынче опасно.

— Прикуси свой нос! У меня гастроли!

— Да?! — удивилась Крыся. — И где? На большей сцене малого Дома культуры Мухосранска Задрищенской губернии?

— Бе-бе-бе! — сплюнула Анита собеседнице на туфли от «Гуччи» и показала язык. — Завидуй молча! У меня, по крайней мере, фанера на живом концерте не заедала!

Мужчина, притаившийся в кустах всего в нескольких метрах от беседующих, перевернулся на спину и стал разглядывать далекие звезды, слушая заливистую соловьиную трель. Где-то там, в чернеющий дали его глаза различили Большую и Малую медведицу, созвездие Императора и сверхсекретный американский спутник-шпион, а когда одна из звезд сорвалась с небосвода, оставив за собой полыхнувший хвост, загадал желание.

— Что бы у меня все получилось.

А дорожная перепалка тем временем разгоралась. Женщины стояли одна напротив другой и брызгали слюной, словно собаки во время бешенства. Их не смущало то, что на дворе поздняя ночь и вокруг много людей, мечтающих спокойно поспать. Более того, им было плевать, что их могут застукать вездесущие папарацци, которые могут ловко прикинуться хоть белкой, хоть дятлом. Когда дело касается обмена любезностями, то тут представительницы слабого пола в шоу-бизнесе переплюнут и десяток базарных торговок. Они даже целые передачи для этого делают.

— Да меня вся страна считает няшкой! — хрипела Крыся.

— Ага, — хмыкнула Анита, — Только почему ты «гов» опустила? Кем бы ты была без своей мамаши?!

— А кто ты есть без мужа?!

Хай отпихнула ногой чемодан, уперла руки в бока, широко расставила ноги, так что даже юбка треснула по шву.

— Зато у меня грудь больше!

Абрыгайтэ задохнулась от возмущения и закашлялась.

— Тут ты меня умыла. Один-ноль. Зато у меня нос больше!

— Нашла, дура, чем гордиться! — крикнула Анита. — Два-ноль!

— Согласна. А ты фамилией известной прикрываешься!

— А у меня всего один муж, в отличии от вашей семейки! Чего они от вас драпают, а?

Это стало последней каплей терпения Крыси, которая выплеснулась наружу вместе со слюной. Она злобно сверкнула глазами, кинулась на собеседницу и вцепилась ей в волосы. Хай ответила тем же. Обе певицы повалились на асфальт и принялись кататься по дороге, мутузя друг друга, аки бойцовские рыбки или собаки. Закипела бойня не на жизнь, а на смерть. В воздух полетели стразы, клочки разорванной одежды, затем туфли. За всем этим безобразием мирно наблюдал притаившийся в кустах мужчина, держа наготове пистолет для инъекций.

Луна выползла из-за башни особняка Пеховой и озарила место сражения. Такой картинке позавидовали бы все голливудские режиссеры, хоть прямо сейчас снимай и вставляй в любой фильм про вампиров или оборотней.

Звезды шоу-бизнеса медленно, но верно, приближались к краю дороги, пока не скатились в кювет, едва не задев тайного наблюдателя, который вовремя отскочил в сторону. Два коротких «пшика» моментально прекратили потасовку.

— Спать я сказал, — неизвестный убрал пистолет за пазуху и затих, вжавшись в траву. Пес знает, кто мог стать невольным свидетелем этой не театральной постановки. И у деревьев могут быть глаза и уши. Пролежав ничком около десяти минут, мужчина встал, взвалил на плечо одну из мирно сопящих женщин и, скрываясь в тени зеленых насаждений, побрел прочь. — А ты никуда не уходи, я скоро за тобой вернусь.

.

Тайное логово похитителя. 04 часов 30 минут.

.

Едва щелкнул замок и лязгнул тяжелый засов, в темнице наступила гробовая тишина, даже Держигурда засунул свой язык куда следует и вжался в стену. Неизвестный вошел в мрачные покои, с обнаженным телом на плече, которое он небрежно опустил на пол и сковал запястья цепями. Потом он повторил процедуру еще раз и ушел уже безвозвратно. Постояльцы, поселившиеся в импровизированном хостеле, стали гадать, кто окажется их сокамерниками на этот раз.

— Эта какая-то дохлая, — всматривалась во мрах Пехова. — Тощее Низовской, не сочти за оскорбление, но это правда. Вон, даже отсюда кости видно.

— Я согласна с тобой, — сказала Юля. — Наверное, ест мало. Сидит на какой-нибудь диете. Как вы думаете, кто вторая?

Тут в обсуждение вступил Никита.

— А с чего вы взяли, что это она, а не он?

— Тебе вместе с яйцами и мозг отбили? Хотя, возможно он у тебя именно там и есть, — флегматично произнес Темноков под хихиканье Герринг. — У нее попа и титьки. Вот только цвет какой-то странный.

Анфиса звякнула цепями и на коленках подползла поближе, насколько позволяла длина цепей.

— Марья, сделай одолжение, переверни ее.

— Которую? — спросила та, прикрыв ладонями соски.

— Начни с худой, — сделал выбор Держигурда.

Герринг толкнула ногой ближайшее тело. Женщина взмахнула руками и легла лицом вверх и все узрели Крысю Абрыгайтэ.

— Нихрена себе! — воскликнула Низовская. — Вот эта компания собралась! Весь свет столичного шоубиза. Только Уркаганта не хватает для полного комплекта и какой-нибудь еды.

Пехова почесала подбородок.

— Извини, Юлёк, беру свои слова назад. Ты самая тощая, а она изящная.

Изменить свое мнение Анфисе подсказало чутье. За такие оскорбительные слова в адрес дочери самой Бухачевой можно поплатиться работой даже на самом захудалом канале, а ведь она метит на Первейший. Первая леди русландской сцены хоть и ушла на покой, но враз затолкает в такую яму, что до смерти не выберешься. У нее связи и непререкаемый авторитет. Ради карьерного роста можно и полебезить, вопреки своим принципам. На том стоял, стоит и стоять будет отечественный шоу-бизнес! Как пел незабвенный панк из Воронежа, надо только вовремя подлизывать попец, а рокер из северной столицы поддержал его фразой «маза фака».

И тут заворочалась вторая из вновь прибывших. Женщина застонала и медленно села, поджав под себя ноги.

— Вот гадина… — Анита ощупала голову, — Чуть скальп не сняла.

— Ну конечно, — воскликнула Анфиса, — куда ж без нее! В каждой бочке затычка. Осталось только в миссию на Марс записаться.

— Анита, звезда моя! — гаркнул Держигурда. — Рад тебя видеть, может, споем? Будите Крысю, из нас получится неплохое трио!

— Давайте посидим молча, — сказал Темноков, — подумаем о вечном.

— О сексе что ли? — предположила Пехова.

— О еде? — спросила Низовская.

— О деньгах? — вступила в разговор Хай.

— О моей груди? — глупо хихикнула Герринг.

— О силе и мощи! — тряхнул гривой Никита и зарычал.

И тут подала голос Абрыгайтэ, неожиданно пришедшая в себя.

— Знаете, о чем я всегда думаю? О том, что никогда не стану столь же великой, как мама, и у меня никогда не будет большой груди. Меня день и ночь гложет зависть.

— Правильно! — потряс цепями Держигурда. — Покаемся во грехах своих, проведем, так сказать, последнее причастие. Сдается мне, дамы и господин, выпускать нас отсюда никто не собирается.

Темноков схватился за голову.

— Меня окружают идиоты. Лучше бы я за кефиром пошел!

.

Кабинет-музей Воронцова. 06 часов 00 минут.

.

Будильник, поставленный на телефоне, разбудил Мельника, не дав досмотреть чудный сон о том, как лейтенант героически задерживает преступника, тот со слезами на глазах молит о пощаде и просит отпустить его, уверяя, что больше не будет. Но самый гуманный и справедливый суд в мире остался непреклонным и вынес суровый приговор: пятнадцать суток исправительных работ на новострое здания Имперского собрания.

Григорий, запутавшись в простыне, упал с дивана.

— Какого хрена? — пробубнил сыскарь, пытаясь побороть треклятую тряпку. — Всего пятнадцать?!

Ударившись головой о ножку стола, Мельник окончательно проснулся и осознал, где находится. Кое-как справившись с постельным бельем, следователь включил отточенным движением чайник и радиоприемник и принялся делать зарядку, размахивая руками и ногами. Тем временем невидимая повелительница эфира вещала на всю страну.

«Доброго утра, Русландия! Император жив и здоров, а теперь к другим новостям.

Как уже известно, президент Международного Олимпийского Комитета посетил будущую столицу игр, которые пройдут в Новых Васюках в 2030 году. Он отметил, цитирую:

«Вы построили чудо-чудное, диво-дивное и всего за шесть лет и миллион миллиардов евро!»

Конец цитаты. Стоит отметить, что власти страны Норвегии, дабы не ударить в грязь лицом на предстоящих соревнованиях, решили построить у себя точную копию всех олимпийских объектов Новых Васюков. Но что самое странное, они уложились всего за два месяца, истратив неприлично ничтожную сумму денег, всего один миллиард долларов. Видимо, сэкономили на строительных материалах. Глупо и не патриотично предполагать, что у нас в стране могли своровать разницу. И о погоде: в Русландии по-прежнему осень, временами и местами возможны дожди».

Тут динамик приемника зашипел, крякнул, и трансляция возобновилась. Но уже другая. Чей-то мужской голос произнес.

«Оп… оп… оппозиционное радио! Срочное сообщение! Царь не настоящий! Люди, опомнитесь! Почему он на вертолет пересел, знаете? Чтобы вас не видеть, и что бы вы до него не доплюнули! Сомкнем ряды и покажем ему наш рабоче-крестьянский кукиш! Сколько можно издеваться над нами?! Вступай в партию «Антисаницария». Оп…оп… оппозиционное радио! Нас не видно, зато слышно!».

Несанкционированная трансляция прекратилась и радио замолкло. Мельник ухмыльнулся, осмотрел джинсы, заметив, что их пора бы и постирать, оделся и, стоя у окошка, налил себе кофе. Ароматный напиток, плескавшийся в потемневшей кружке, приятно согревал в ладони, извергая тонкие струйки пара. Григорий потянул носом и сделал небольшой глоток. Нёбо приятно обожгло. Кофе с утра — священный ритуал для доброй половины населения страны.

По дороге проносились автомобили, истошно сигналя одиноким велосипедистам, а в голубом, с вкраплениями красного и желтого, небе урчал «кукурузник», тянущий за собой развивающееся полотнище с надписью

«Царь проснулся и уже думает о вас. Хотя… он еще не ложился!»

Допив кофе, Мельник быстренько сбегал в туалет, ополоснулся в раковине, где уборщицы полоскали тряпки и вновь вернулся в «родные пенаты». Включив компьютер и войдя в сеть, он вновь прошерстил сайты подпольных аукционов, зашел на портал, где преступники обычно выкладывали свои требования о выкупах заложников и, не найдя ничего, что привлекло бы внимание, погрузился в раздумья.

Размышлял лейтенант о том, что могло быть общего у пропавших и похитителя, и что связывало последнего с украденными артефактами. Сыщик чуял пятой точкой, что рано или поздно все ниточки завяжутся в единый клубок, но пока ничего не выходило. Единственная зацепка — снотворное, изготовленное явно кустарным способом. Надежды отыскать преступника в кулуарах телевидения тоже никакой. Там сотрудников тысячи и полный бардак. Свидетели отсутствуют, от видеозаписей толку нет. Как работать в таких нечеловеческих условиях?!

Перебирая в голове все известные факты, Григорий медленно, но верно, понимал, что либо преступник все продумал до мелочей, либо он, Григорий Мельник, тупой, как пробка, и в сыске ему не место. С каждый утекающей минутой лейтенант все больше склонялся к первому.

В дверь не постучали и вошли без приглашения. Хотя, правильнее сказать влетели. Ураган «Максимилиан», как окрестили бы это явление американцы. Следователь едва не свалился со стула, увидев своего помощника.

— Ты чуть дверь не снес!

— Да хер с ней! — воскликнул запыхавшийся констебль, впервые применивший крепкое словцо. — Дверь — меньшее, о чем сейчас нужно переживать!

— Не понял?! — Григорий медленно встал.

Аверин метнулся к чайнику и сделал три больших глотка, даже не почувствовав, что вода почти кипяток. Утерев с губ капли рукавом кителя, он оперся двумя руками на стол и, глядя в глаза недоумевающего шефа, сказал.

— У нас еще две жертвы.

— Да ну нах…! — рухнул на стул Мельник.

— Век воли не видать! — и Макс провел большим пальцем по горлу.

.

Управление имперским сыском. 07 часов 00 минут.

.

Аверин и Мельник неслись по лестницам со скоростью межпланетных кораблей, перепрыгивая через две, а то и через три ступеньки. Звуки от их тяжелой поступи эхом разлетались по еще пустым коридорам. Констебль еле поспевал за шефом, на бегу разъясняя сложившуюся ситуация.

— Уж не знаю… Заявители вышли прямо на Жеглова, а тот позвонил мне. Не знаю, почему вас не дернул. Короче, — Аверин схватился рукой за поручень и круто вошел в поворот, едва не сбив кадку с фикусом, что стояла на площадке второго этажа. — Пропала Крыся Абрыгайтэ, дочь самой Бухачевой.

— А кто вторая? — преодолевая очередной тускло освещенный лестничный пролет спросил Мельник.

— Анита Хай, та самая, что в шоу «Точь в точь» участвовала.

— Знаю такую, смотрел.

— Так вот, в интернете появилось видео, где они обе дрались на Империальском шоссе. Папарацци засняли. Ролик за два часа набрал уже три миллиона просмотров. Если бы показали в кинотеатрах, думаю, кассу бы неплохую собрал.

Надраенные уборщицей до блеска ступеньки остались позади.

— Давай без прелюдий! — крикнул Григорий, выскочив на улицу и запрыгивая на пассажирское сиденье «Вольво», припаркованного у входа и стоящего под парами.

— Ага… — Аверин перелетел через капот иномарки, как в голливудских боевиках, и плюхнулся на место водителя, с силой захлопнув дверь. — Кто-то из службы охраны увидел его на Ютубе и кинулся на помощь Крысе. Понятное дело, что ни одну, ни другую не нашли. Только мобильники и остались. По почерку очень похоже на нашего похитителя. Нас уже ждут.

Констебль включил маяки с сиреной, и «Вольво» сорвался с места, вливаясь в автомобильный поток. Мельник щелкнул ремнем безопасности, потер руками голову и процедил сквозь зубы.

— Час от часу не легче! Ну что за напасть-то, а?! Тут есть на чем ролик посмотреть?

— Да, — Аверин не глядя нажал на панели несколько кнопок.

Тут же с жужжанием выполз небольшой жидкокристаллический монитор, который автоматически подключился к интернету. Григорий быстро нашел нужный сайт и в разделе «лучшее» сразу наткнулся на искомое видео.

— Уже четыре миллиона просмотров…

.

Империальское шоссе. Место предполагаемого преступления. 09 часов 30 минут.

.

Ветер шумел кронами деревьев, даря утреннюю прохладу. Желтый диск небесного светила только появлялся над лесополосой, и первые солнечные блики заиграли на стеклах и витражах многомиллионных коттеджей и замков обитателей элитного района. По небу пролетел АН-2 с транспарантом:

«Богатеи — спать, чернь — работать!»

Мельник вылез из чипыжей, стряхнул с джинсового костюма налипшие листья и паутину и сел на капот служебного «Вольво». Аверин стоял поодаль и записывал все, что диктовал ему босс.

— И так, — Григорий потер подбородок. — В кювете видны четкие следы борьбы двух человек. Согласно видеозаписи, это Хай и Абрыгайтэ. Кроме того, неподалеку в кустах мной обнаружены следы присутствия третьего лица, неизвестного. Явно видны отпечатки подошв его обуви и следы волочения. Отпечатки глубокие, из чего я делаю вывод, что этот некто после того, как протащил тела по траве, взвалил их на плечи. Скорее всего он погрузил похищенных в машину и скрылся в неизвестном направлении. Записал?

— Угу, — буркнул Максим.

— Едем дальше. Что у нас с телефонами?

— Хай кто-то звонил перед тем, как она сцепилась с Крысей, но это не она. Я проверил исходящие с ее мобильника.

Мельник напустил на себя туман крайней задумчивости.

— Ладно, с Анитой понятно, ее тупо выманили из дома, но Абрыгайтэ какого хрена ночью шарахалась, да еще одна, без охраны?!

Аверин отложил папку в сторону.

— Я поговорил с секьюрити. Она каждую ночь выходила на прогулку. Утверждала, что черпала таким образом вдохновение и насыщалась звездной энергией.

— Совсем с ума посходили! — сплюнул на асфальт Мельник. — Итак, пиши с «красной строки» большими буквами: я официально подтверждаю, что это место преступления. Хай и Абрыгайтэ похищены. Срочно огородить тут все лентой и снять отпечатки пальцев со всех деревьев в радиусе километра. Последнее можешь не писать, это шутка.

— Я понял. И что будем делать?

Следователь посмотрел на своего рыжеволосого помощника и ответил.

— А х… знает, господин констебль! Наверное, сушить сухари и готовиться к поездке на вновь открытые Соловки. Как, интересно, там сейчас с погодой? Не в курсе? Это только в сериале «Отпечаток» все гладко получается. Взяли пробу воздуха недельной давности, пропустили через чудо-агрегат, собранный по космическим технологиям, и готово. Когда, наконец, изобретут все эти приборы?! Чем там в «Осколково» занимаются, деньги делят?

От малоприятных мыслей Мельника отвлекла трель мобильного телефона. Сыщик выудил из кармана «трубку» и посмотрел на дисплей. Звонил Жеглов.

— Я, майне генерал!

— Я-я, — ответил Глеб Егорович. Аверин, услыхав голос начальника сыска, вытянулся в струну, одернул форменный китель и поправил фуражку, как и положено, на два пальца выше бровей. — Ну, как успехи?

Григорий вздохнул, продолжая полировать собой капот «Вольво» и глядя в безоблачное синее небо, по которому пролетала стая крикливых гусей.

— Как у выпускницы: проснулась, а кто трахнул не знает. Прошу прощения, вырвалось. Хреново все. Не подступиться к преступнику. Чисто работает, ни единой зацепки не оставляет, гад. И с артефактами полная засада. Предварительно могу сказать одно: эти два дела связаны, а вот как — одному ему известно.

— Это ты сейчас кого имел ввиду? — буркнул Жеглов.

— Преступника…

— А… — протянул начальник сыска. — Я чего звоню… У нас сегодня тренировочный день с последующим походом в сауну. Мы же члены «Единой Русландии», так что пропускать нельзя, а то выпрут. Подтянуться представительницы партии «Мы приехали поступать, но у нас не получилось». Мне-то ни к чему, возраст не тот, а тебе и констеблю… Короче, в полдень у Управления, форма одежды свободная. И не затягивай с расследованием!

Генерал отключился, а Мельник в задумчивости потер лоб.

«Какие учения? Какая сауна? Бл…дство!»

— Максим, — тот по-прежнему стоял по стойке «смирно». — Да расслабься уже! Получен приказ «Всем в сад!». Жеглов ждет в Управе, там какие-то тренировки и увеселительные мероприятия. Что у нас с показаниями свидетелей ночного происшествия?

Аверин выдохнул и расстегнул верхнюю пуговицу кителя.

— Опросил всех, кого можно, все записал. С Бухачевой, матерью Крыси, поговорить не удалось. Ее сейчас нет в городе, поехала в Тульскую губернию. Говорят, там в одном детском саду, есть мальчик, который любит ее песни. Так вот, она поспешила туда, чтоб застолбить его в качестве будущего мужа. Благоверный мадам Хай где-то за границей. Зацепок, естественно, нет.

— А вот про это мог бы и не говорить. Я опять расстроился. Не знаю, что делать. Остается надеяться только на чудо или явку с повинной.

— Думаю, — Максим сел на водительское сиденье, — можно запросить видеосъемку с американского спутника-шпиона, который тут летает, но сомневаюсь, что нам пойдут навстречу.

— Ага, — Мельник занял свое место, пристегнул ремень безопасности и хлопнул дверью. — Пришлют, примотав диск с записью изолентой к баллистической ракете. Вот объясни мне, тупоголовому, — Григорий покрутил в руках найденные вместе с телефонами жертв две карточки Таро. — Кто в это верит?

Констебль пожал плечами и завел двигатель. «Вольво» заурчал и сорвался с места, оставив на безукоризненно положенном асфальте следы от резины. Радиоприемник тем временем разразился очередным выпуском новостей.

«…Наш ну очень специальный корреспондент Антон Прошвырницкий-Тудасюда находится в Ваатикане, где сегодня должны состояться выборы очередного Папика. Напомним, что прошлый руководитель церкви оказался женщиной, перенесшей операцию по смене пола, за что и лишился поста. Об этом стало известно после того, как в общественной бане у него обнаружились следы хирургического вмешательства и вагина. И как только что сообщил наш ну очень специальный корреспондент, конклав так и не принял решение. Более того, из трубы повалило бело-сине-красное облако дыма, напоминающее по форме медведя, а это означает, что произошел «вброс» голосов. Похоже, выборы затянуться надолго».

Управление Имперского сыска. 12 часов 00 минут.

.

Магнитола выплюнула последнюю порцию новостей.

«Во Франции, вслед за законом, разрешающим однополые браки, принят еще более идиотский: разрешены союзы с животными. И уже сегодня состоялось сразу несколько церемоний: некто Поль Готье взял в жену свою чихуахуа Марго, а Француа Пурье женился на лягушке, утверждая, что она царевна. Господин Жан Болье заключил союз со своей золотой рыбкой, в надежде произвести на свет потомство в виде русалки и получить за это Нобелевскую премию в области генетики. Но дальше всех пошел Шарль Херье, который женился сам на себе. Так же власти страны рассматривают возможность браков с плюшевыми игрушками и рисунками, пока что выполненными на бумаге или холсте. Доберутся ли они до стрит-арта и объектов садоводстванеизвестно».

«Вольво» взвизгнул тормозами и остановился перед микроавтобусом, в который велась посадка сотрудников Управления. Мельник вышел из автомобиля.

— Не новости, а шоу дебилов. Еще хуже, чем передача Мавсисяна.

— Согласен, вашбродь, — хмыкнул констебль. — Я машину на стоянку отгоню.

— Давай, только не долго, а то я тут никого не знаю.

Аверин скрылся за поворотом и появился в пешем порядке уже через две минуты. Только теперь на нем красовался синий спортивный костюм и белые кроссовки.

Автобус тем временем битком набился офицерами в штатском, среди которых был и генерал Жеглов. Глеб Егорович сидел возле окна и нещадно дымил папиросой, окуривая всех собравшихся. Увидев Мельника, он яростно замахал рукой, приглашая того внутрь, и случайно задел своим пудовым кулаком кого-то из коллег, который тут же потерял сознание и был с позором вынесен на улицу.

Григорию и Максиму достались стоячие места у двери, которая с шипением захлопнулась. Кто-то прихватил с собой в поездку аккордеон и затянул песню про подбитый самолет. Автобус затрясло на ухабистых столичных дорогах.

.

Где-то на улицах столицы. Время не имеет значения.

.

Глеб Егорович щелчком отправил папиросу в открытое окно, которая угодила в проезжающий мимо мусоровоз. В том что-то задымилось.

— Ну что, лейтенант, — обратился он к Мельнику. — По глазам вижу, что дело плохо, да? Есть какие-нибудь подвижки по последним жертвам?

— С утра ничего не изменилось, господин генерал. Не на ту лошадку вы поставили, хроменькая она оказалась, — Григорий раскачивался из стороны в сторону, держась за поручень.

— Ну ты не пори горячку, — Жеглов, одетый в камуфляж, почесал живот через футболку с надписью «Динамо». — Все мы люди, все мы человеки. С кем не бывает… Сейчас ничего нет, зато потом — оп, и все срастется. Сходи к экстрасенсам или к доктору Лектору. Скажу по секрету, многие сыщики так делают, хоть я во все это и не верю. Шарлатаны они, да, констебль?

Аверин, качающийся тут же, кивнул.

— Так точно'с, ваше высокородие!

— Как тебе столица? — начальник сыска вновь закурил.

— Да я толком и не видел ничего. Управление — Империальское шоссе, вот и весь маршрут. Хотелось бы, конечно, Третьяковку глянуть.

Генерал вздохнул.

— Так картин там все равно нет, все распродали в частные коллекции. Там теперь хостел для бедных студенток и гостей столицы. Две штуки за ночь. Если без студентки, то триста деревянных всего.

Аверин округлил глаза и отпустил поручень.

— А вы откуда знаете? — удивился он.

Жеглов даже бровью не повел.

— Я, молодой человек, должен знать все, что твориться на моей земле. Информация получена оперативным путем. Я много чего знаю. Например, сколько люков на улице имени второй жены Императора. Ровно семьдесят два.

Теперь пришла очередь удивиться Мельнику.

— А это-то вам зачем?

— А пёс его знает… — пожал плечами генерал. — Вдруг пригодится когда.

— В УВД вроде как дефицит боеприпасов, — смутился Григорий. — Как мы будем тренироваться?

— О, — улыбнулся Жеглов. — Умные люди придумали замечательный симулятор. Лазерное оружие, как в фантастических фильмах, смотрел «Звездные войны»? Только оно не убивает, безвредное для человека. Пали, сколько влезет. В цивилизованных странах уже давно это введено и в полиции и в армии.

— И у нас? — поинтересовался Аверин.

Генерал сдвинул брови и посмотрел на подчиненного.

— Я сказал в цивилизованных. У нас и армии-то толком нет, только на бумаге. Вон, по ящику показывали намедни: продали в Индию десять новейших истребителей, а чтоб себе собрать — денег нет. Бронемашины для спецназа и ОПРНРа в Италии закупают. Нахрена тогда нам свои заводы машиностроительные нужны? Не понятно. Вообще, я подозреваю, что в стране бардак творится. Как так?! Моя секретарша целыми днями сидит на жопе ровно и бумажки перекладывает с одного края стола на другой и получает в три раза больше, чем любой сыскарь, который каждую секунду может словить пулю в башку?! А?! Хм…Чего-то я разошелся, — сказал генерал шепотом. — Вернемся к нашим баранам. У нас с этой конторой негласный договор: мы их не трогаем на предмет всяких там разностей и незаконного использования государственной территории в личных целях, а они раз в месяц устраивают этакие сражения, для нас и налоговиков, чтоб офицеры форму не теряли. Вдруг война или какое другое мероприятие…

Глеб Егорович задумчиво уставился в окно, созерцая пробегающие мимо дома с разноцветными витринами и автомобили.

Через двадцать минут автобус резко тряхнуло, и он замер.

— Приехали, господа офицеры! — зычно крикнул шофер. — Просьба покинуть салон «Фердинанта».

Сотрудники Управления сыском вывали из транспортного средства, как червяки из банки рыболова-любителя, после чего автобус вновь затарахтел и уехал.

Мельник осмотрелся. Он оказался в каком-то подземном бункере с высоченным потолком со множеством колонн, странных укреплений, похожих на ДОТы и других сооружений. Офицеры перешептывались между собой.

— Где это мы? — еле слышно просил Григорий Максима.

— Это секретный заброшенный бункер. Когда-то в нем была ставка самого Иосифа Грозного, но потом все похерили, и теперь здесь находится эта лазерная контора. Тут такие тоннели, что если заблудишься, то можешь выйти только лет через триста, а то и вовсе не выберешься. Говорят, тут есть даже секретная ветка метро, ведущая в Америку. Поэтому лучше никуда не суйтесь, вашбродь.

— Надо больно!

Через минуту на импровизированном поле боя появились несколько человек и раздали всем точные копии автомата «Калашников» и пистолетов «Макаров». Кому что досталось. Аверин, как опытный игрок, быстренько разъяснил Григорию все премудрости и тренировка началась.

Лазерная битва длилась почти два часа, после чего вспотевшие и раскрасневшиеся работники столичного сыска отправились в сауну на встречу членов партии «Единая Русландия» с представительницами других политических движений.

.

Парилка бани «Дружба народов». Время потеряло счет.

.

Выпитое пиво шумело в хмельной голове Мельника, которому вторили женские голоса, обладательницы которых резвились в бассейне снаружи. Григорий даже не взглянул в их сторону, в отличии от Аверина, чем заслужил еще большее уважение Жеглова. Генерал сидел на верхней полке и всеми легкими втягивал в себя горячий воздух, пропитанный дубовым ароматом.

— Ну-ка, поддай жару!

Пот в три ручья стекал по спине Мельника, который из ковша плеснул на камни. Вода тут же с шипением испарилась, окутав помещение белыми клубами.

— Ай молодца! — прокряхтел Жеглов, размахивая веником. — А ты, я смотрю, держишься, не то, что наши оболтусы. За три минуты сдулись, слабаки.

По правде сказать, Григорий еле держался на ногах, просто не подавал виду.

— У меня сила воли, Глеб Егорович. Не могу же я бросить своего начальника, пусть и временного, в гордом одиночестве.

— Это правильно, хвалю! Плесни еще.

Лейтенант подчинился. Кожа буквально горела, а начальнику сыска хоть бы хны!

— Господин генерал, что посоветуете?

— На счет чего? — Жеглов взмахнул дубовым веником и с силой опустил его себе на спину.

— Да я про похитителя. Непруха какая-то.

— А… Надо выбросить все из головы и ответ сам придет. Много работать вредно, от этого даже лошади умирают и верблюды. Мозгу тоже отдых нужен. Вот мне уже почти восемьдесят без малого, а я как огурец. Знаешь почему? — Григорий помотал головой. — Потому как живу, согласно русландским пословицам и поговоркам: делу время, потехе час; учение и труд все перетрут; работа не волк, в лес не убежит. Все хорошо в меру, лейтенант. Иногда стоит пустить все на самотек. Ты не всегда сможешь завершить дело, это жизнь, а не книга, в которой автор все ловко расставляет по полкам. В нашей работе глухари не редкость. Правда этот покроет наш сыск дурной славой, все-таки не простых смертных похитили. Не сегодня-завтра газетчики такую шумиху поднимут, караул! И тогда все не только про третью на этой неделе свадьбу Государя забудут, а вообще обо всем на свете! Можно опять все счета в банках обнулять — никто не заметит!

У Мельника от жары потемнело в глазах, и он спустился на одну ступеньку.

— Не могу поверить, что я так плохо сработал. Не к чему прицепиться.

— Идеальных преступлений не бывает, Гриша, — Жеглов отбросил веник в сторону и спрыгнул на пол, словно мальчишка. — Озарение снизойдет оттуда, откуда не ждешь, прямо как благодать. Ладно, хорош о работе. Пойдем, пивка холодного жахнем. Девок за титьки подергаем. Члены мы, в конце концов, «Единый Русландии» или нет?! Вступим в их кружок. Шучу. Я бабке не изменяю.

Глеб Егорович гулко загоготал и по-дружески ударил Мельника по плечу, от чего последнего оторвало от лавки и выбросило в общий зал, где остальные офицеры столичного сыска играли на бильярде, горланили в караоке, прыгали в бассейн и занимались чем-то невообразимым с девушками другой партии. Кто-то сунул Григорию в руки литровую кружку хмельного напитка, произведенного в Германии, и заставил залпом выпить. После этого сознание непьющего лейтенанта отключилось, а сам он нет. Да оно и к лучшему, по крайней мере, он не вспомнит всего, что вытворял после этого. А если человек чего-то не помнит, то значит, этого и не было!

.