Сорок циклов наказания Люция минули. Первый Сын мирно спал. Подушки были разбросаны по мраморному полу, шахматные фигуры валялись тут и там. Резные стулья были перевернуты. Высший спал в одежде, не утруждая себя даже снять сандалии. Именно такую картину увидел Туор, пришедший поприветствовать друга с началом утреннего цикла. Ангел ждал этого. Ему было скучно, даже общество музы не могло оторвать его от мыслей, которые были связаны с ним. Да, он регулярно покидал Пределы, посещая Землю, но отсутствие общества того, кто впервые показал ему новый Мир, угнетало. Ангел привязался к Серафиму, и ему казалось, что тот тоже видит в нем едва ли не единственного друга. Плюс, тайна, объединяющая их, давала ему право так думать. Туор подошел к плетеной кровати, кашлянул в кулак и громко сказал:

- Я прошу прощения, но на правах друга, я даже больше скажу, на правах брата, я прошу... Нет, я требую, чтоб Вы, Первый Сын Создателя, открыли глаза, встали и, как минимум, порадовались окончанию своего заточения в этих, пусть и родных, но я уверен, опостылевших покоях!

Люций, не открывая глаз, потянулся.

- Крылья болят. Быть может, растут? - ангел открыл глаза. - Вот скажи мне, что ты так разорался?

На лице ангела заиграла улыбка.

- Спал, никого не трогал, никому не мешал. Так нет! Пришел, разбудил! - Высший свесил ноги.

- Я тоже рад тебя видеть, Люций! - сказал Туор.

Люций расправил крылья и вновь сложил их, повторив процедуру несколько раз.

- Затекли. Я уж думал, это никогда не кончится! Я обыграл себя в шахматы шесть тысяч восемьсот восемьдесят восемь раз. Представляешь?!

- А... - начал Туор, обведя рукой комнату, но был прерван.

- А вчера проиграл. Вот, не выдержал... - ангел скосил губы, состроив недовольную гримасу. - Я тут чуть не обезумел! Ты не представляешь, что значит быть одному! Даже когда Создатель воплотил меня, я был с Ним. Мне не было одиноко, но сейчас! О!

Ангел встал, поддел ногой подушку. Та пролетела по воздуху и, ударившись о дверь, упала на пол.

- Люций, ты не забыл? - спросил Туор.

Тот словно знал, о чем его спрашивали. Наверняка знал. Он не забывал об этом ни на минуту. Он помнил об этом каждый миг своего заточения.

- Еще бы! - ответил он. - Я и жил только одной мыслью об этом. О, мой друг, Туор, у меня уже чешутся крылья от нетерпения. У меня поистине грандиозные планы. Ты думал, я тут только занимался самоутешением? У меня столько идей, что моя голова готова лопнуть! Пошли, брат, отныне я свободен, и хочу поскорее начать... Ух!

Ангел был полон энергии. Его глаза горели. Таким его Туор видел впервые.

- Мы должны привлечь на свою сторону как можно больше ангелов. Нам понадобится много Силы. Силы , умения и ... Пошли! Надо найди Агареса с Аваддоном. Эти двое очень будут полезны. Ну, что ты замер?!

Туор смотрел на Люция с выпученными глазами. От ангела исходило столько энергии, что ее хватило бы не только, чтобы построить свой небольшой уголок, но целый Мир!

- Я иду, друг, иду.

- А-а-а! - крикнул Люций, задрав голову, и вышел из комнаты.

Люций и Туор нашли братьев, скучающих возле реки. Завидев Люция и Туора, они встали, приветствуя Первого Сына.

- А вот и наш нарушитель! - сказал Аваддон.

Агарес ничего не сказал, а просто заключил Люция в объятия. Легким кивком головы братья приветствовали Туора.

- Я пришел к вам с предложением, други мои, - начал Люций. - А точнее с просьбой. Я собираюсь доказать Создателю, что мы можем сотворить свой мир, что имеем право творить сами. НЕ пугайтесь, Он в курсе. Более того, это Его идея. Как вы относитесь к тому, чтобы помочь мне?

Аваддон и Агарес переглянулись.

- Ты же знаешь, брат, - сказал Агарес. - Я за тебя.

- Ну, поскольку мы с Агаресом вместе... - протянул Аваддон.

Люций улыбнулся:

- Я знал, что могу на вас рассчитывать! Позовите всех, кто согласится помочь. Нам понадобится много рук и крыльев. Зовите всех. Муз тоже привлеките! Без них никак нельзя. Туор, можешь взять свою. Он еще увидит, на что мы способны!

На зов Люция откликнулась едва ли ни треть жителей Пределов. Даже не из побуждения творить, но из любви и преданности Первому Сыну, тому, кто учил их и был всегда рядом. Рафаэль показал Люцию остров, который Создатель разрешил им использовать для воплощения своих идей. Остров имел идеальную круглую форму, и был в диаметре несколько десятков миль. Этот остров был абсолютно лишен растительности и был покрыт только белыми скалами и желтым песком. Еще на подлете к острову Люций попросил Аваддона разделить остров на две части, образовавшийся пролив, шириной в сотню шагов, был назван его именем.

Люций решил назвать свое детище Атлантэон, что означало Город Ангелов.

Высший вверил разработать архитектуру Города одному из лучших специалистов Пределов в этой области, ангелу по имени Мульцибер. Тот сделал несколько основных набросков, которые показал Люцию. Первое, что понравилось ему, было то, что по задумке Мульцибера обе части Города должны были походить друг на друга, как близнецы.

Ангелы разделились поровну и приступили к строительству своего Города. Люций лично контролировал все рабочие процессы и принимал в них непосредственное участие. Медленно, но верно остров стал приобретать форму. Тут и там стали появляться фундаменты зданий. В каждой части Города здания строились симметрично, так, чтобы с высоты обе половины острова представляли собой зеркальное отображение друг друга. Работы не прекращались ни днем, ни ночью. Ангелы трудились непокладая ни рук, ни крыльев. Чем больше они работали, тем больше им это нравилось. Каждая половина острова хотела построить свою часть быстрее, чем это сделают их братья и сестры с противоположного берега.

За Люцием везде неотступно следовала свита, состоящая из его друзей: Туора, Дарии, братьев-ангелов, Мульцибера, который то и дело вносил какие-то небольшие изменения в архитектуру Города, и Азазеля, который напутствовал и поддерживал ангелов громкими, хвалебными речами.

Первым делом было решено построить Храм, где могли бы жить ангелы. Поскольку Пределы были слишком далеко от Земли, точнее сказать в другом Мире, путь в который был открыт лишь творениям Создателя, то ангелам приходилось рассчитывать только на свои Силы. Энергия, которую давали Пределы, была для них сейчас недоступна. Вначале ангелы создали простые орудия труда, чтобы с их помощью обрабатывать горную породу. Аваддон с Туором громили скальные массивы, которые разлетались на куски, и уже потом из них ангелы вытесывали огромные блоки, складывая друг на друга, образуя стены и колонны. Музы всегда были рядом и выполняли не столь тяжелую работу, как перетаскивание каменных глыб, но все же... Они зачищали острые кромки камней, делая их гладкими и округлыми. Строительство Храмов было завершено через сто двадцать циклов. Эти два здания были похожи на свои копии в Пределах, с той лишь разницей, что имели арочные своды и потолки, которых В Пределах не имелось, по крайней мере, их никто не видел. Храм был высотой в три этажа, которые соединялись между собой огромными лестницами. На каждом этаже располагались четыре ряда комнат: два в центре и два по бокам, направленные дверями друг к другу. Между центральными и боковыми рядами зияли провалы, огороженные массивными перилами. Получилось нечто общих балконов, выходы с которых осуществлялись на лестничные площадки. Таким образом, ангел, вышедший на балкон третьего этажа, мог наблюдать ангела, стоящего этажами ниже.

В центре каждого нижнего яруса возвели необычайной красоты фонтан. Их центральные струи устремляли свои воды до парапета третьего этажа и ниспадали вниз, струи поменьше доходили лишь до второго яруса, а самые маленькие поднимались лишь в рост самих ангелов. Падающие капли высекали собой звуки, похожие на пение муз. Такого фонтана не было даже в Пределах! Вообще, по задумке Люция и Мульцибера, Город Ангелов должен был изобиловать фонтанами. Во-первых, это необычайно красиво, а во-вторых, насыщает воздух необходимой влагой, спасая от изнурительной жары, от которой даже ангелам приходилось туго.

Следующим на очереди стоял Зал Собраний. Он был выстроен в виде полукруглого амфитеатра, ряды которого были обращены на сцену. Сцена была снабжена небольшими каменными тумбами, на которых могли бы сидеть музыканты. Залы собраний располагались напротив Храмов, справа от них было решено возвестить Сады, с хрустальными деревьями и фонтанами, слева же планировалось посадить сад живой и населить его живыми существами.

Ангелы Огня плавили песок, вытягивая тонкие нити и сплетая их в причудливые формы. Найденные в глубинах гор залежи металла превратились в скамейки. Сад стал копией своего образца в Пределах. Его дорожки были выложены, где плиткой, а где были посыпаны каменной крошкой.

Добыча полезного камня велась таким образом, что полукольцо гор, окружавших каждый остров, постепенно расширялось, становясь все уже и уже, пока, в конечном итоге не превратилось в своего рода высокую, роста четыре, каменную стену, с ровной площадкой наверху, по которой можно было бы прогуливаться, наблюдая красоту моря.

Вдоль всей каменной стены был посажен великолепный живой сад. В нем должны были вырасти чудесные яблоневые и вишневые деревья, саженцы которых были принесены сюда ангелами с большой земли. Таким образом, Город Ангелов сочетал в себе величие Пределов и великолепие всего Нового Мира. Обе части города, благодаря стараниям Люция и Туора, впрочем, как и всех других ангелов, которые давали свою силу, были населены единорогами, небольшими драконами, разноцветными бабочками и всевозможными птицами.

В довершении всего обе части города были соединены между собой тремя арочными мостами, выполненными все из того же белого камня и хрусталя. Два моста соединяли острова по краям, а один находился в центре. По бокам, у каждого края каждого моста, из цельного куска каменной породы мастерами были высечены по две больших статуи: ангел и муза. Ангел стоял, гордо подняв голову и расправив крылья, и в вытянутой руке сжимал меч, отдавая дань уважения Создателю. Муза же величаво сидела на кубе, обнимая арфу, отведя крылья назад.

Но самым величественным оказалось воплощение последней задумки Люция и Мульцибера: на оставшейся свободной площади, то есть слева от амфитеатров, высились две смотровых башни, опутанные винтовой лестницей, идущей снаружи. На самом верху Азазелем были закреплены два белоснежных полотнища, которые хлопали и развивались на ветру.

Полное окончание строительства Атлантэона закончилось с наступлением тысячного цикла. Еще через пятьсот циклов, когда живые сады выросли и зацвели, Люций объявил о готовности показать Город Ангелов Создателю. Ангелам, которые прожили здесь довольно долгое время, не хотелось покидать город, и многие решили вернуться сюда после. Они оставили здесь часть себя, часть своей души.

С огромной радостью и предвкушением слов похвалы от Создателя, ангелы и музы вернулись в Пределы.

Верхние Пределы были наполнены ангелами до отказа. По Воле Создателя был объявлен сбор всех обитателей Пределов. Ангелы и музы толкались и шумели, пытаясь уместиться в ставшем для них тесном амфитеатре. Сегодняшнее представление обещало быть особенным. Тут же присутствовали и те, кто помогал Люцию в строительстве Атлантэона, и те, кто посчитал эту затею бессмысленной и глупой. В первом ряду сидели Туор с Дарией, Аваддон с Агаресом, Азазель и Мульцибер. Отсутствовал лишь сам Люций и другие серафимы. В том месте, где на сцене раньше располагались играющие на арфах музы, теперь поднималась стена струящегося пара.

***

Люций стоял рядом со своими братьями: Михаэлем, Габриэлем и Рафаэлем. Чуть в стороне держался еще один ангел. Люций часто встречался с ним. Его звали Варфоломей. Этот ангел ведал боевой подготовкой ангелов. Как только вновь созданные ангелы начинали свое обучение, они попадали к Варфоломею, который обучал их владению мечом, и что что он тут делал, Первый Сын не знал. Создатель, как всегда не мог долго находиться в одной форме, поэтому привычно трансформировался, меняя облик.

- Не будем тянуть время, - произнес Голос. - Для начала представлю вам Варфоломея. Я возвысил его в ранг серафимов. Теперь он один из вас. Теперь перейдем к более важному и основному вопросу...

***

Туманная стена в амфитеатре заиграла цветами, и на ней появилось изображение Атлантэона, города, что возводили сподвижники Люция. Наступила тишина. Все ангелы и муза, без исключения, затаив дыхание, смотрели, как изображения сменялись одно за другим, показывая результат долгих трудов и вложенной силы. Храмы, хрустальные и живые сады, амфитеатры, мосты, скульптуры, фонтаны, диковинные живые твари... Все это увидели обитатели Пределов. Никто из них не произнес ни звука. Следующим изображением был общий вид Города Ангелов с высоты ангельского полета. Изображение застыло, и раздался Голос Создателя.

- Это то, к чему ты стремился? - Голос Создателя не выражал никаких эмоций.

Люций лишь стоял, потупив взор.

- Что ж, я позволил тебе этот не большой каприз. Но знаешь что, Сын Мой? Я не увидел в твоем городе ничего нового. Все, что ты построил, есть лишь копия того, что Создал Я, кроме, разве что, этих странных тварей, что топчут своими членами траву и песок. К чему была сия трата Времени и Сил? Чтоб сотворить жалкое подобие Моих Творений? Зачем? Я не понимаю, объясни Мне...

Люций выдохнул и произнес:

- Я хотел показать, что мы тоже способны Создавать. Мы есть часть Тебя, Создатель. Мы - исполнители Воли Твоей, мы - дети Твои Создатель. Этот город есть лишь подтверждение этому. Мы - это Ты, Создатель. Мы тоже способны Творить!

В Чертоге Создателя наступила тишина. Голос молчал. Серафимы, равно как и ангелы в Верхних Пределах, застыли в ожидании ответа Создателя. Наконец, Он произнес:

- Вот Мой ответ тебе, Первый Сын Мой. Ты попытался сравниться с могуществом Моим, с Силой Моей, с властью Моей, и наказание за это не заставит себя ждать. Но ты еще молод и глуп, поэтому наказание твое не будет слишком суровым. Докажи верность свою, прими Волю Мою. Это безвкусное, нелепое творении, именуемое Атлантэон, должно быть уничтожено. Ему нет места в Мире, сотворенном Мной. Разрушь его!

Люций поднял взгляд, тяжело задышал и дрожащим голосом произнес...

***

Ангелы были потрясены решением Создателя. И теперь, сдерживая грозящие вот-вот пролиться слёзы, ожидали ответа того, кто сподвиг их и повел за собой. Несмея даже пошелестеть пером, ангелы затаились. Едва прозвучал ответ Люция, как по рядам ангелов прокатился ропот.

- Я... Я не могу этого сделать...

- Почему?! Ты отказываешься подчиниться Воле Моей?! - прозвучал Голос.

Чуть помедлив, Люций ответил:

- Я не могу выполнить ЭТУ Волю Твою, Создатель. Я не могу разрушить Творение свое. Разве Ты смог бы?!

- Смог бы, если бы Мое Творение было бы таким же ужасным и отвратительным, как это.

- Ты так говоришь, - продолжил Люций. - Потому что не Ты создал его!

- Не забывай, с Кем ты говоришь! - прогремел Голос. - Вы - часть Меня, а значит, Я являюсь Создателем и этого города тоже! Ты спрашиваешь, могу ли Я разрушить Творение Своё? Я отвечаю - могу! И раз у тебя не хватает духу сделать это самому, тем больнее будет смотреть, как это делают другие!

***

Люций слушал и не верил своим ушам. Тот, кого он любил больше жизни и почитал, оказался так суров, жесток и несправедлив!

- Серафимы мои! - гремел Голос. - Вот вам Воля Моя: стереть этот город с лица Земли, не оставив и камня на камне! Немедленно!

Ангелы лишь покосились на Люция, склонили головы перед Создателем и покинули чертог. Создатель вновь обратился к Люцию:

- Теперь смотри, чего стоило упрямство твоё! - и Создатель показал ему остров глазами серафимов.

***

Михаэль, Габриэль, Рафаэль и Варфоломей парили высоко над городом. Легкий морской бриз колыхал верхушки деревьев. Единороги мирно бродили по аллеям города, драконы нежились та зеленых лужайках, подставив свои чешуйчатые тела, высоко стоящему солнцу. С ладоней серафимов сорвались и устремились вниз огненные шары, которые подлетая все ближе к островам, увеличивались в размерах, вбирая в себя Силу окружающего Мира.

Огненные шары ворвались в город и врезались в его белоснежные постройки и дорожки. Раздался сильнейший взрыв, от которого перья на крыльях серафимов затряслись, и Атлантэон окутало огнем. Высокие храмы задрожали и рухнули, погребая под собой десятки живых существ, созданных с любовью и трепетом. Амфитеатры разлетелись тысячами осколков, стирая в пыль хрустальные сады города. Листва живых деревьев скручивалась, темнела и вспыхивала мириадами маленьких огоньков. Уходящие ввысь башни накренились, а затем с треском упали, разбросав огромные камни плоти своей в разные стороны.

Спустя несколько мгновений то, что осталось от некогда красивого города Атлантэона, задрожало и стало медленно уходить под воду. Когда волна накрыла последний камень, всё было кончено. Серафимы парили в небе до тех пор, пока море не успокоило воды свои.

***

Ангелы, сидевшие в амфитеатре и наблюдавшие происходящее, медленно встали, не веря своим глазам. Все то, что они возводили, во что вкладывали свою Силу, было только что уничтожено на их глазах! Атлантэона, в который они вложили самих себя, больше не существовало! Они потеряли его, потеряли часть душ своих, что исчезли вместе с ним. Атлантэон, Город Ангелов, стал для них Городом потерянных душ.