Солнце клонилось к закату. Сейчас оно висело прямо над тремя соснами, которые венчали Большого Пса, скалистый островок при входе в залив Полярной звезды. Чуть в стороне выставлялся из воды островок поменьше, Малый Пес, — даже не островок, а горка серо-зеленых камней.

На крутой дуге залива виднелись белые домики гидрологической станции, при которой дед Кирилл состоял сторожем. Левее станции, на другой стороне большой поляны, стоял бревенчатый, почерневший от времени дом бабы Веры и деда Кирилла. От дома к Озеру широкой полосой по крутому откосу сбегал огород.

Слава успел два раза искупаться после обеда и теперь, став на якорь в каких-нибудь двух кабельтовых от бабы Вериного дома, просто сидел в тузике и читал книгу с необычно длинным и волнующим названием: «Жизнь и удивительные приключения Робинзона Крузо, моряка из Йорка, прожившего двадцать восемь лет в полном одиночестве на необитаемом острове у берегов Америки, близ устьев реки Ориноко, куда он был выброшен кораблекрушением, во время которого весь экипаж корабля, кроме него, погиб, с изложением его неожиданного освобождения пиратами…»

В тихий безветренный вечер, когда вода в Озере неподвижна, а солнце уже не так печет, лучше всего читать сидя в лодке. В доме — духота, на поляне — мухи и оводы, в лесу — комары. А тут — благодать, никто тебе не мешает.

Плямм!..

В тот самый момент, когда Робинзон, считавший свой остров необитаемым, вдруг набрел на след чужой ноги, Слава услышал сильный всплеск. Оторвав глаза от книги, он увидел на воде широкие расходящиеся круги.

Слегка перегнувшись через борт, он поглядел в воду. Да так и замер. В глубине прозрачной, освещенной солнцем воды плавало столько рыбы, сколько Славе еще ни разу не приходилось видеть. Крупнющие, наверное в полкило каждый, красноперые, тигрово-полосатые окуни ходили взад-вперед у самой лодки, то опускаясь в донную черноту, то подходя к поверхности воды.

Стараясь не шуметь, с сильно бьющимся от волнения сердцем, Слава полез к носовой скамейке. За удочкой и ржавой консервной банкой с червями. Удочка — зимняя, с коротким удилищем и пружинкой вместо поплавка, — была на месте. Консервная банка тоже… Пустая. Вчера во время шторма, когда волны захлестывали тузик, сам же ею вычерпывал воду.

Вообще-то можно сплавать к берегу, накопать свежих червей. Но ведь потом не отыщешь это место. Как же быть?..