Здание Банка Акро — Меланской Гильдии магов выглядело так, как и должно было выглядеть банковское здание, в представлении Дениса: помпезно, надежно и солидно. Конечно же, это не был шестидесятиэтажный, облицованный алюминием небоскреб Чейз Манхаттан Банка и даже не угловатый головной офис Сбербанка — у местного деньгохранилища было всего три этажа, но эта малоэтажность впечатления не портила: черные гранитные стены; узкие, высокие окна, напоминающие бойницы; мощная металлическая дверь — все как положено.

Над дверью сияла золотом большая пиктограмма, напомнившая Денису что-то очень знакомое — он почти поймал нить, ведущую от образа к названию, но той, вильнув хвостом, все же удалось в последний момент скрыться в глубинах подсознания и идентификатор, почти что угаданного изображения, остался закрытым, а вот литеры, раскинувшиеся под пиктограммой затейливой вязью, были Денису точно незнакомы. И надпись и стилизованная картинка сверкали на солнце так, что казались сделанными из золота… а может и правда из золота? — иди знай… Золото на черном выглядело очень стильно.

— Не знаешь, что на рисунке? Вроде что-то знакомое, но никак не пойму…

— Весы, — верховный главнокомандующий был лаконичен, а Денису захотелось хлопнуть себя по лбу — как можно было не понять что это весы? Ведь точно такие же держит в руках Фемида! — и как можно было не сообразить!?!

— Это от жары… — попробовал оправдаться Денис в ответ на ехидный взгляд любимого руководителя, но главком только хмыкнул:

— Когда боги хотят наказать человека, они лишают его разума!

— Ты просто знал! А когда первый раз увидел, наверняка тоже не допер! — перешел в контратаку Денис.

— Знал… — не стал упорствовать главком, а обвинение насчет «недоперания», оставил без комментариев, тем самым косвенно подтвердив догадку Дениса.

Весь этот оживленный обмен мнениями, естественно, шел на русском языке, после чего командор перешел на местную мову:

— Так ребята, — скомандовал Шэф шестерке «тягловых» матросов, сидящих в кузове «пикапа», — осторожненько спускайте сундук. — В пути морякам пришлось довольно тяжело — в кабине места не было, а в кузове их тощие задницы пересчитали все выбоины на тряской, булыжной мостовой, но — никто и не обещал, что будет легко. — А ты жди здесь! — приказал верховный главнокомандующий заволновавшемуся было насчет оплаты волосатому амбалу. — Еще понадобишься! — Возница хотел было затребовать аванс, но студеный взгляд главкома заморозил это желание, как новокаин больной зуб.

Убедившись, что груз в целости и сохранности оказался на земле, командор распорядился тащить его в банк. Матросы, покряхтывая и неразборчиво матерясь сквозь зубы, поволокли тяжеленный сундук по направлению к высокому банковскому крыльцу. Шэф быстренько обогнал их и возглавил процессию, Денис хотел было последовать его примеру, но после секундного размышления пришел к выводу, что ему лучше остаться в арьергарде и прикрывать караван с тыла — на всякий случай… Достигнув ступенек, верховный главнокомандующий пулей взлетел наверх, чтобы открыть дверь и не задерживать, и так еле плетущихся «грузчиков», но его вмешательства не потребовалось: как только он оказался на верхней площадке, дверь немедленно распахнулась. Отсутствие фотоэлементов и разных прочих электроприводов вполне успешно компенсировалось наличием магии. Сразу же за входной дверью находился большой круглый зал с колоннами по периметру, куда и был доставлен ценный груз.

Зал в целом, а так же его пол, потолок и колонны несомненно представляли собой произведения прикладного искусства. Если бы дело происходило на Земле, то с полной уверенностью можно было бы сказать, что внутренняя отделка зала выполнена в помпезном стиле «сталинский ампир»: мрамор, бронза, керамика, хрусталь, черное и красное дерево, позолота. Все сияло, сверкало и вызывало ощущение надежности и богатства, но больше всего помещение напоминало…

— Метро! — первым облек ощущения в слова верховный главнокомандующий.

— Точно… следующая станция «Новокузнецкая»!

— Скорее… «Автово» в Питере… — задумчиво сказал главком, неторопливо осматривая помещение.

От этого занятия его отвлек молодой человек, незаметно вынырнувший из-за колонн. Был он высок, строен, с приятным, четко очерченным лицом, украшенным щегольскими усиками. Его густые каштановые волосы мягко поблескивали в ярком свете огромной бронзовой люстры, свисающей с куполообразного потолка на четырех мощных цепях. Одет незнакомец был в легкую светлую одежду и красивые сандалии на босу ногу. При виде его, Денис сразу ощутил грязную, черт знает сколько времени не мытую шкиру, тяжесть камзола, в котором можно было перезимовать в средней полосе и вонючие ботфорты. Денису незнакомец сразу же, категорически не понравился.

«Секс — символ… блять… — зло подумал он. — Любимец женщин и Рабиндраната Тагора!.. С — сука!..»

«Хлыщ!» — коротко высказал свою позицию по данному вопросу внутренний голос.

«Точно!» — согласился Денис.

В какой-то момент времени — точную дату Денис, естественно, назвать бы не смог, у него появилось то, что во всяких эзотерических практиках называют по разному: то «Внутренним наблюдателем», то «Смотрителем», то еще как. Скорее всего, первоначальным толчком для рождения Смотрителя послужил категорический приказ Шэфа заниматься расширением восходящего и нисходящего канала двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю. Для того чтобы выполнить этот приказ, нужно было, как минимум, о нем помнить. А чтобы помнить, нужно было время от времени спрашивать себя: не забыл ли ты? И вот для этого-то и понадобилось рождение Смотрителя, а если человеку что-то по — настоящему требуется — то оно у него появляется. Рано или поздно. Так или иначе.

Короче говоря, Внутренний наблюдатель у Дениса появился. Постепенно Смотритель расширил свои функции, и если поначалу контролировал только работу с каналами, то со временем начал отслеживать любые странности в мироощущении Дениса. И вот сейчас он высказал ему свое удивление остро — негативной реакцией на незнакомого человека, который ничего плохого Денису не сделал? По — крайней мере пока…

Осознав вопрос, Денис призадумался. Вырисовывалась интересная картина: после того, как он покинул Орден Пчелы и начал свой бесконечный квест в сопровождении верховного главнокомандующего, ему пришлось убить множество народа, руки его были по локоть в крови — и это не было фигурой речи, а констатацией факта и при всем при том, никакой злости, не говоря уже о ненависти, он к своим врагам не испытывал. Как говорится: ничего личного — работа такая: или они его, или он их! А вот жгучую ненависть он испытал по отношению всего лишь к двум людям: приснопамятному Настару, который на самом деле оказал ему бесценную услугу, запустив процесс трансформации чмо в мачо, и вот сейчас к этому хлыщу. И если причина ненавидеть Настара очень даже была, то что могло вызвать подобное чувство по отношению к незнакомцу, было непонятно. Конечно, было бы неплохо во всем этом разобраться, но время и место для занятий самоанализом было не совсем подходящим и Денис, привычным усилием воли, загнал внезапно возникшую ярость туда, где ей и положено было находиться — в пузырь внизу живота.

— Чем могу быть полезен пирам? — любезно улыбнулся молодой человек, окидывая компаньонов брезгливым взглядом. Вербально он был любезен до чрезвычайности, а истинное отношение к «грязным дикарям» выдавал его взгляд. Впрочем слово «выдавал» не совсем уместно в данном контексте — хлыщ и не собирался как-то маскировать свое отношение, но по работе ему следовало быть любезным — вот он и улыбался. Ярким образчиком такого поведения является реакция продавца, или как они сами любят себя называть — менеджера по продажам, какого-нибудь элитного салона меховых изделий на появление в торговом зале пришельцев из-за МКАДа, для которых и овчинный тулуп является предметом роскоши.

Дениса внутри аж перекорежило от этого взгляда, но внешне он остался невозмутим.

«Молодец!» — похвалил его внутренний голос.

«Стараюсь…»

А хлыщ продолжил любопытствовать:

— Прибыли издалека… я полагаю? — снисходительно — небрежно предположил он.

— Так точно — с! Северные варвары мы! Лорд Атос и Лорд Арамис! К твоим услугам досточтимый пир начальник банка! — Денис бросил изумленный взгляд на главкома: сейчас хлыщ за такое явное ерничанье прикажет выставить их вон и на этом банковскую операцию можно будет считать завершенной, а следствием этого станет таскание за собой по мирам неподъемного сундука. Но еще больше его поразило то, что «банкир» принял все за чистую монету и уже не пытаясь изображать любезность ответил:

— Запомни… лорд! — слово «лорд» он как будто выплюнул, словно раскусил во рту что-то горько — кислое. — Я — не пир! Я — искусник! Запомнил!?

— Так точно — с! Пир — Искусник! — с воодушевлением отозвался верховный главнокомандующий, преданно пожирая хлыща глазами.

… интересно… чего это Шэф дурака валяет?..

… значит нужно… просто так не стал бы…

— Тьфу ты! — «банкир» и в самом деле чуть не плюнул от досады на мозаичный пол, но решив, что чем быстрее отделается от варваров, тем больше нервов сбережет, решил не углубляться в тонкости этикета и продолжил:

— Ящик свой, — кивнул он на сундук некроманта, — хотите оставить?

— Так точно — с! — по ошарашенному виду командора было понятно, что он до глубины души поражен прогностическими способностями хлыща, сумевшего вот так — сходу, угадать причину появления его вместе с Лордом Арамисом в здании Банка Гильдии магов, и что он будет много раз вспоминать этот удивительный случай ясновиденья — ведь как же так?! — человек впервые увидел их с Лордом Арамисом, и на тебе! — догадался что они хотят оставить на хранение сундук! В клане Белой Медведицы… да что там Медведицы… они все немного туповатые… правда сильные — что есть, то есть, так вот, даже люди из клана Полярного Волка и Росомахи, отличающиеся дьявольской хитростью и изворотливым умом, не смогли бы повторить такое! Это ж надо! — только увидел, и сразу же догадался! Вот что значит маг! Это тебе не хрен моржовый! На лице Шэфа крупными буквами было написано, что Лорд Атос никогда не забудет явленное ему чудо, что не раз еще расскажет о нем многочисленным благодарным слушателям, греющимся вокруг костра в его пещере, длинной зимней ночью. К величайшему удивлению Дениса, хлыщ съел и это!.. причем не поморщившись!

— Ладно… — с видом величайшего одолжения произнес «банкир», — пошли… только! — внезапно спохватился он, — стоить это будет не менее ста золотых! — Он подозрительно взглянул на Шэфа, явно сомневаясь в его платежеспособности. В ответ на это верховный главнокомандующий истово закивал головой и даже состроил наивно — хитрую рожу: «Что, мол, свои, мол, хау ду ю ду!» — типа не извольте сумлеваться ваше высокоблагородие!

«Артист!» — с долей восхищения подумал Денис.

«С погорелого театра!» — тут же внес скептическую ноту внутренний голос.

«Почему?» — удивился Денис.

«Переигрывает!» — твердо заявил внутренний голос.

«Ну — у… пипл же хавает…» — вступился за любимого руководителя Денис. На этот тезис, контраргументов внутренний голос найти не сумел и замолчал.

В это время верховный главнокомандующий, абсолютно не подозревавший о театроведческой дискуссии, вызванной его «выступлением», прищелкнул пальцами и указал «тягловым» матросам, прослушавшим его монолог с открытыми ртами, на сундук, с целью дальнейшей транспортировки. В свою очередь хлыщ, будто передразнивая главкома, тоже небрежно щелкнул пальцами и в зале появились два молодца, статью напоминавших электропогрузчики.

«Големы что ли…» — удивленно подумал Денис разглядывая жлобов, с легкостью подхвативших вдвоем сундук, который до этого с большим трудом волокли шестеро, не самых слабых на свете мужиков, привычных к тяжелой работе с парусами.

«А черт его знает…» — отозвался внутренний голос.

— Ждите нас на улице! — приказал Шэф, а сам поспешил вслед за «банкиром» и его жлобами, волокущими сундук некроманта с такой легкостью, как будто он был пустым. Денис же, в свою очередь, уже привычно, передвинулся в арьергард, замыкая процессию.

Ничем не выделяющаяся из множества себе подобных, дверь в офис «банкира» находился сразу же за рядом колонн, окружающих зал. Сам офис представлял собой большую, практически пустую комнату, площадью никак не меньше тридцати квадратных метров, а может даже и поболее того. Возле дальней стены, напротив входной двери, располагался большой двухтумбовый письменный стол; вдоль стен стояло шесть стульев, по три с каждой стороны, и все — больше никаких излишеств. Единственным украшением девственно чистого стола служил массивный, слабо светящийся камень, размером с коробку из под туфель. Гладкими стенками и округлыми краями магический артефакт напоминал огромную гальку. Хлыщ удобно устроился в кресле за своим столом и царственным жестом разрешил компаньонам присаживаться. Жлобы же остались стоять рядом с сундуком, из чего Денис заключил, что все же они големы, ибо какой живой человек будет стоять, если есть возможность присесть? И наоборот — кто будет сидеть, если есть возможность полежать? — никто.

«А обстановочка-то типа «Гей, славяне!»" — переиначил Денис, всплывшую в памяти, бессмертную фразу, после того как еще раз рассмотрел спартанскую обстановку кабинета, но тут же его внимание переключилось на заговорившего «банкира».

— Итак, ты хочешь хранить этот ящик в Банке Гильдии магов? — повторил хлыщ свой дурацкий вопрос, на что главком подобострастно ответил:

— Так точно — с, пир — искусник! — Хлыщ поморщился, но ничего не сказал, а верховный главнокомандующий продолжил: — И еще деньги положить… если можно — с…

— Да можно, можно… — барственно махнул рукой хлыщ, — сколько там у тебя?

— Шэф опрометью кинулся к сундуку, извлек оттуда капитанскую шкатулку и подобострастно поставил ее на стол.

— Так, так, так… — блеснул глазами хлыщ, окидывая взором золотую кучку, — и сколько здесь? — небрежно поинтересовался он.

— Так… эта… посчитать надо пир — искусник… — сконфуженно произнес главком, пребывая в явном затруднении, и «банкир» не замедлил прийти ему на помощь. Он вытащил из тумбочки своего стола какой-то аппарат, смахивающий на мясорубку. Работал прибор просто: в верхнюю горловину засыпались монеты, из нижней они вываливались в приемный лоток, а в процессе перемещения — подсчитывались. Через пару минут хлыщ объявил результаты подсчета:

— Ровно тысяча. — Командор с восторгом смотрел на «банкира» — это ж надо так быстро, и главное — так точно! посчитать такую кучу денег. «Такое Искусство дорогого стоит!» — как бы говорили восхищенные глаза верховного главнокомандующего. — Если это все, то можно завершать транзакцию, — произнес хлыщ, лоснясь от удовольствия, — я сейчас вычту из этой суммы сто риалов за хранение сундука, итого остается девятьсот, десятая часть вычитается за хранение и в итоге у тебя на счете, лорд, будет восемьсот десять риалов, которые ты сможешь получить полностью или частями — как тебе будет угодно, — он дежурно улыбнулся: видимо что-то сработало на уровне инстинктов, — в любом нашем филиале! А вот сундук можно будет забрать только здесь, — «банкир» развел руками, как бы сожалея о таком изъяне в их, в целом безупречном, сервисном обслуживании. — Итак, это все?

— Нет, пир — искусник, надо сделать еще одно дело — поменять незнакомые монеты… Они нам достались… по случаю… цену им мы не знаем… хотим поменять на привычные… — с этими словами верховный главнокомандующий извлек из кармана медаль «ниндзя» и протянул хлыщу. Если при виде золота из шкатулки, лицо «банкира» только слегка залоснилось от предвкушения финансовой удачи, то теперь оно стало напоминать обильно смазанный маслом блин. Хлыщ взял монету и осторожно положил ее на светящийся камень. На какой-то краткий миг характер свечения изменился и «банкир» объявил результаты лабораторных исследований:

— Девять риалов! — В ответ Шэф радостно потер руки, восхищенный услышанной новостью. — И сколько у вас их? — стараясь говорить небрежно, поинтересовался «банкир».

— Это мы точно знаем… считали… пятьдесят без одного, — сообщил главком, вытаскивая «колбаску» из сундука, — таких мешочков… в каждом двадцать монет…

— Итого девятьсот восемьдесят… Выкладывай! — приказал хлыщ. — Компаньоны с готовностью принялись вытаскивать из сундука и выкладывать на стол сокровища некроманта. Каждую «колбаску» «банкир» прикладывал к светящемуся камню и с удовлетворенным видом откладывал в сторону. Денис не понимал, почему Шэф позволяет в наглую себя обманывать, но виду не подавал: «жираф большой — ему видней!» Раз верховный главнокомандующий строит из себя идиота — значит так надо!

— А… эта… разрезать не будем? — держа в руках последнюю» колбаску» спросил главком, преданно глядя на «банкира», на что тот только небрежно махнул рукой: мол, не боись деревня — у дяди все под контролем!

— Итого, девятьсот восемьдесят на девять… будет… будет… — восемь тысяч восемьсот риалов!

— Сколько?!.. Сколько!?.. — прошептал севшим голосом Шэф.

— Восемь тысяч восемьсот реалов, — небрежно повторил хлыщ, с видом человека, который такую сумму оставляет каждый вечер в ресторане. — Плюс те девятьсот реалов… всего будет: девять тысяч семьсот реалов… В итоге, у тебя на счету будет девять тысяч семьсот минус девятьсот семьдесят… восемь тысяч семьсот тридцать риалов.

— Благодетель! — чуть не бухнулся в ноги «банкиру» верховный главнокомандующий, — назови свое имя! Чтобы мои дети, внуки, правнуки и их дети и внуки… — Шэф готов был продолжать, но хлыщу это быстро надоело и он прервал монолог главкома:

— Карст Итал!

— Благодетель! Карст Итал! Повтори пожалуйста сколько у меня будет на счету!?

— Восемь тысяч семьсот тридцать риалов, — с пренебрежительной ухмылкой, которую и не пытался спрятать, повторил «банкир». Такое пренебрежение всегда испытывает мошенник к облапошенной жертве, но в большинстве случаев вынужден его скрывать. Хлыщ же считал, что скрывать не обязательно — обойдутся!

— Отлично! — потер руки Шэф. — А скажи-ка мне дружок… — «банкир» дернулся как от удара хлыстом: перед ним стоял другой человек. Деревенский лапоть, не умеющий считать куда-то испарился, а на его месте возник очень неприятный тип, с хищным прищуром жестких глаз. — Что, по — прежнему Бранг Касал председатель комиссии по этике Гильдии магов?

— Ч-что? — хлыщ никак не мог прийти в себя, ему показалось будто он спит, что ему снится кошмар и надо просто проснуться, но реальность никак не желала возвращаться и кошмар продолжался. Приятный, сродни эротическому, сон, где он без малейших усилий, за несколько минут заработал увесистую пригоршню золота, в какое-то неуловимое мгновение превратился в кошмар, в котором где-то на периферии, на краю сознания, еще не видимый, но уже ощущаемый, появился ужасный Бранг Касал — гроза всех нарушителей Уложения.

— Ч-что? — повторил Карст Итал.

— Что… что… а сам не понимаешь, исс — кусс — сник… — насмешливо спросил главком, — знаешь на сколько ты сейчас нагрел Гильдию?

— Н — на — н-нагрел? — переспросил ошеломленный хлыщ, но Шэф, не обращая внимания продолжил:

— Итак первое: в шкатулке была не тысяча риалов, а тысяча триста эмаров, и счетчик это ясно показал. — «Банкир» открыл было рот, чтобы что-то возразить, но взглянув в глаза командору, сразу же его закрыл. — Второе, — безжалостно продолжил верховный главнокомандующий. — Цена медали не девять риалов, а двенадцать эмаров. — На хлыща было больно смотреть, но это постороннему человеку, Денис же, разглядывая «банкира», испытывал что-то схожее с чувственным наслаждением: вместо приятно пахнущего, чистого! — черт бы его побрал, наглого, красивого, ухоженного, уверенного в себе хлыща, презирающего всё и вся, и в частности его — Дениса! перед ним находился совершенно другой человек — иных в гроб краше кладут: цвет лица бледный, чуть ли не белый; кожа на вид какая-то влажная и липкая; глаза затравленные — кр — расота! А командор продолжал свою обвинительную речь, будто какой-нибудь прокурор Вышинский: цена девятисот восьмидесяти медалей — одиннадцать тысяч семьсот шестьдесят эмаров! — «Банкир» что-то невнятно захрипел:

— Ээээ — хр… — но Шэф перебить себя не позволил:

— Итого, тебе… исс — кусс — сник… а кстати, с каких это пор на должность младших клерков ставят искусников? Наврал небось, — с презрением в голосе продолжил он, — в лучшем случае подмастерье… если не ученик… Ладно, хрен с тобой, исс — кусс — сник, — «банкир» в очередной раз вздрогнул: разгромленное ощущение собственной важности доставляло физические страдания. — Итого ты получил от нас тринадцать тысяч шестьдесят эмаров, и десятина Гильдии магов должна была составить одну тысячу триста шесть эмаров, вместо насчитанных тобой девятисот семидесяти риалов! Грустно девушки… грустно… Насколько я знаю и за меньшее можно вылететь из Гильдии… А тут… — в комнате воцарилась гнетущая тишина.

— Ээээ — хр… — попытался взять слово Карст Итал, но вместо этого снова заговорил главком:

— А тут… обман клиента, дискредитация Гильдии, причинение финансового вреда Гильдии, обман Гильдии… на костер тебя может и не отправят, — с ноткой сожаления произнес главком, — но… — командор сделал паузу, ожидая услышать от хлыща если не доводы в свою защиту, то хотя бы ругань, или угрозы, или… ну не знаю… чтобы он пукнул от страха, что ли, но так и не дождавшись никакой осмысленной реакции со стороны оппонента, продолжил: — Ну что ж… мне осталось приложить руку к Верификатору, — Шэф скосил глаза на светящийся камень и сказать: — «Защита и Справедливость».

— Н — не… н — не н — н-надо! — сумел выдавить из себя что-то похожее на осмысленную речь бывший хлыщ.

— Надо Федя… надо… — сакраментально отреагировал верховный главнокомандующий, и вот тут-то «банкир» все-таки сумел взять себя в руки:

— Я все возмещу! — неожиданно твердо заявил он. — И тебе и Гильдии!

— Воз — мес — тишь? — уставился на него Шэф. — И все!?!

— А что еще? — сделал вид, что не понимает о чем идет речь бывший хлыщ.

— Так ты, бедный… не понимаешь?.. — сочувственно поинтересовался главком.

— Н — нет.

— А штраф?

— К — к-какой ш — штраф?

— Какой штраф?.. — тихо переспросил верховный главнокомандующий, — а такой сволочь! — внезапно заорал он, заставив Карста вздрогнуть. — Попытался нас напарить гнида, а теперь спрашивает какой штраф!?! — Шэф сделал вид, что задыхается от ярости. — Ты, сук-ка наверно тупой, как сибирский валенок! — Глаза «банкира» округлились от удивления. — В вашем драном Бакаре давно не было Лордов Севера и вы навозные черви позабыли, что бывает с теми, кто заслужил гнев сынов Борея! Нам насрать, маг ты или канарейка — ответишь по понятиям, дятел! Вряд ли Гильдия будет портить отношения с Великими Домами из-за такой гниды как ты! — Главком сделал паузу и тихо закончил: — Или ты, падла, сполна заплатишь мне за свои фокусы, или я…

— Не надо. — Как только разговор из области юриспруденции, связанной с наказаниями за нарушение «Устава Гильдии Магов», перешел в финансовую сферу, где «банкир» чувствовал себя намного более уверенно, к нему вернулась твердость, необходимая для ведения финансовых переговоров, или выражаясь по — научному: для торговли! — Сколько?

— Ну вот… наконец-то… слышу голос не мальчика, а мужа, — пробурчал Шэф. — Много не возьмем… мы же не звери… заплатишь за медали по пятнадцать эмаров и все!

— Ты с ума сошел северянин!!!.. Где я возьму такие деньги!?!.. Бездна тебя побери, лапоть деревенский!!! — в свою очередь заорал маг — недоучка, ошеломленный величиной накладываемой контрибуции. Величина суммы, которую ему предстояло выложить из своего кармана, заставила его позабыть страх и вернула способность мыслить здраво.

— А действительно… чего я к тебе привязался с этими деньгами?.. — тихо, как бы про себя, пробормотал Шэф, — надо просто вызвать Контролера и все… — я получу свои законные деньги, по двенадцать эмаров за медаль… а ты, сволочь, пойдешь на костер… — он бросил на «банкира» такой яростный взгляд, что того перекорежило. — Все! — спокойным тоном и негромко закончил верховный главнокомандующий. — Я не торгуюсь. Мое последнее слово: пятнадцать эмаров за медаль. Решай: да, или нет. — После непродолжительного молчания, Карст Итал угрюмо ответил:

— Да.

— Итак, девятьсот восемьдесят умножить на пятнадцать, будет…

— Четырнадцать тысяч семьсот, — подсказал Денис, давно уже произведший в уме требуемые вычисления (интересно, многие ли сегодняшние школьники и студенты смогли бы повторить этот трюк?).

— Четырнадцать тысяч семьсот плюс тысяча триста — итого шестнадцать тысяч эмаров. Минус сто эмаров за хранение сундука — пятнадцать тысяч девятьсот эмаров, десятина — тысяча пятьсот девяносто эмаров, значит на счету должно быть… четырнадцать тысяч триста десять эмаров… Согласен?

— Да.

— Приступай… да вот еще — владельцами счета будем мы оба.

Банкир — неудачник возложил обе руки на светящийся камень, резко усиливший при этом свое свечение, и произнес:

— Я, Карст Итал, дежурный оператор Бакарского филиала Банка Гильдии магов, младший ученик полного мага Ардана Ураза, свидетельствую получение от Лорда Атоса и Лорда Арамиса денежной суммы в размере шестнадцати тысяч эмаров. Сто эмаров из этой суммы учтены за услугу хранения сундука, вышеупомянутых лиц. После размещения остатка вышеуказанной суммы в Бакарском филиале Банка Гильдии магов, с учетом удержанной десятины, вышеуказанные вкладчики, Лорд Атос и Лорд Арамис, хранят в Бакарском филиале Банка Гильдии магов, сумму в четырнадцать тысяч триста десять эмаров, которую могут получить, частями или полностью, в любом филиале Банка Гильдии магов.

Произнеся эту, в высшей степени замечательную речь, он угрюмо кивнул Шэфу, который, по его примеру, возложил руки на светящийся камень.

— Я, Лорд Атос, свидетельствую и подтверждаю сдачу на хранение, в Бакарский филиал Банка Гильдии магов, сундука и денежных средств, в размере шестнадцати тысяч эмаров. Я согласен с тарифом на хранение сундука и размерами десятины, и согласен, что после всех необходимых вычетов, в моем распоряжении остается четырнадцать тысяч триста десять эмаров, которые я могу получить, частями или полностью, в любом филиале Банка Гильдии магов. Дополнительно: сундуком и денежными средствами я владею совместно с Лордом Арамисом. Сундук и денежные средства могут быть востребованы нами, как совместно, так и каждым владельцем по отдельности.

Волшебный прибор подтвердил изменением свечения полномочия верховного главнокомандующего. Вслед за ним эту же процедуру проделал и Денис. Когда он положил руки на камень, тот показался ему теплым, и тут же, после резкого усиления свечения, руки Дениса ощутили ледяной холод, который сразу же сменился ощущением теплоты. Аналогичным образом был запечатан сундук: младший ученик заклеил его чем-то вроде липкой ленты, мерзкого розового цвета, а магически запечатали компаньоны, по очереди приложившись к «волшебному скотчу», и снова: тепло — холод — тепло. Как только сундук был опечатан, големы, безучастно простоявшие все это время, его куда-то поволокли.

— Да — а… кстати, — осклабился Шэф, — медальку-то мою верни… а то небось зажилить хотел… исс — кусс — сник… — «банкир» снова дернулся, как от электрического разряда, — хотя… — задумался главком, — разменяй-ка лучше на серебро… по курсу десять риалов… — он ехидно улыбнулся, — надо же и тебе что-то заработать на бедность.

Бледный от бессильной ярости Карст Итал дотронулся до Верификатора и сквозь зубы произнес:

— Десять риалов серебром. — Волшебный камень на мгновение увеличил интенсивность свечения и снова вернулся к обычному фону. Дежурный оператор сунул руку в тумбу своего стола и извлек оттуда увесистый мешочек. Чувствовалось, что больше всего на свете ему хотелось швырнуть кошелек в лицо командора, но хорошо развитый инстинкт самосохранения проделать это ему не позволил, и бывший хлыщ просто кинул кошелек на стол.

— Еще увидимся! — многообещающе прошипел он в спины компаньонов, когда они уже стояли в дверях.

— Упаси тебя Бог! — добродушно улыбнулся ему в ответ Шэф и после крохотной паузы прибавил: — хотя… не исключено.

* * *

— Та — ак ребята… — раздумчиво произнес главком, внимательно оглядывая шестерку матросов, дожидавшихся компаньонов возле «кареты». После короткого раздумья, он принял решение: — Тебя как зовут? — обратился верховный главнокомандующий к невысокому светловолосому крепышу, с довольно-таки плутовской физиономией.

— Брамс, Господин!

— Композитор, что ли?.. — ухмыльнулся Шэф, на что светловолосый лишь неопределенно пожал плечами и сделал такое выражение лица, что мол, он не пробовал, но чем черт не шутит… Реакцией блондина на свои слова командор остался доволен и продолжил: — Если бы тебе надо было проследить за этим франтом, чтобы узнать где он живет, что бы ты сделал?

— С усиками? — уточнил Брамс.

— Нет, блин, с хвостиком на лбу.

— И конечно незаметно?

— Ну — у… можно ему показаться… — улыбнулся Шэф, — чтоб он тебя в крысу превратил… или еще в кого.

— П — о-о — нятно — о… — протянул светловолосый, а компаньоны, ухмыльнувшись, переглянулись — словечко пользовалось популярностью!

— Ну, так что? — поторопил блондина главком.

— Я бы… нанял четырех извозчиков… посадил в них ребят, — Брамс кивнул на матросов, — и поставил сторожить на перекрестках вокруг банка… и… так эта… мимо кого он пройдет… или проедет… проследит… и все…

— Назначаешься руководителем операции! — торжественно объявил верховный главнокомандующий, — развязывая кошелек с серебром. Он отсчитал десять увесистых серебряных монет и протянул их Брамсу. — Дерзай! — напутствовал он своего сыскаря и добавил: — Как только узнаешь адрес — сразу на «Арлекин». Нас не будет — доложишь боцману. Все ясно?

— Да, вроде да… — неуверенно протянул светловолосый.

— Тьфу ты! — сплюнул Шэф. — Почему не по форме отвечаешь!? Ты что спал, когда я Хатлеру объяснял, как надо отвечать?!

— Н — нет… — перепугался «композитор», но тут же отмазался: — мы в карете сидели и ничего не слышали!

— В карете они сидели… уши не моете — вот и не слышите ни черта!.. — Командор тут же, по извечной привычке всех начальников, перевел стрелки с больной головы на здоровую, — вроде да… — передразнил он Брамса, — вроде нет… Вы в армии или кто, поручик!? — «Композитор» и остальные матросы в изумлении уставились на главкома, а тот продолжил инструктаж: — Никаких вроде да… вроде нет… и прочей штатской расхлябанности. Ответ только по форме: или: «Так точно!» или: «Никак нет!» Все ясно!

— Так эта… так точно! — довольно быстро сообразил, что от него требуется блондин.

— А без «так эта…»!

— Так точно! Господин!

— Молодец. Службу понимаешь! — поощрил «композитора» Шэф. — И еще… присмотри сколько стоит закрытая карета… или повозка — главное, чтобы закрытая, и к ней пара лошадей. Все ясно?

— Э — э-э… вроде… Так точно! Господин!

— Работай.

— Так точно!.. Господин!

Шэф усмехнулся и покачал головой.

— Говоря: «Так точно» или «Никак нет» ты отвечаешь на вопрос. А если я, или он, — верховный главнокомандующий кивнул на Дениса, — отдает тебе приказ, в котором нет вопроса, ты отвечаешь: «Есть!» и опрометью кидаешься его выполнять. Понятно? — на лице Брамса отразились мучительные раздумья, а остальные матросы, до этого внимательно слушавшие диалог Господина с любимцем фортуны, возвысившимся неизвестно за какие заслуги, и уже получившим десять серебряников, от последних слов верховного главнокомандующего просто зависли и уставились на командора глазами, в которых не было ни малейшего проблеска мысли.

И вот тут, «композитор» еще раз подтвердил наличие у главкома безупречной интуиции, заставившей, вроде бы случайно, именно Брамса выбрать временно исполняющим обязанности старшого. «Композитор» сумел самостоятельно выйти из зависания, и не дожидаясь принудительной перезагрузки, задал осмысленный вопрос:

— Что есть, Господин!?

— Не понял… — честно признался командор.

— Шэф, — по — русски обратился к верховному главнокомандующему Денис, — мне кажется он воспринимает «есть», как «кушать».

— Точно… блин!

— Ладно, — обратился главком к Брамсу, — отвечаешь: «Так точно» и «Никак нет», и все. Понятно?

— Так точно! Господин!

— Молодец! — повторил командор, и уже Денису: — Поехали. — Когда компаньоны устроились в «салоне», Шэф скомандовал вознице: — Трогай!

— Так эта… как насчет оплаты, пир? — угрюмо поинтересовался амбал — извозчик.

… у них «так эта», как у меня «понятно»…

… может мне тоже на «так эта» перейти?..

… и Шэфу опять же приятно — единообразие… как в армии!..

— Рассчитаемся в конце смены.

— А это когда? — все так же хмуро продолжил любопытствовать волосатый ямщик.

— К ночи точно отпущу. Получишь золотой… — глаза заросшего кучера, при этом сообщении, алчно блеснули, — … если не будешь задавать дурацких вопросов. А если будешь задавать, получишь вот что: — с этими словами главком свернул кукиш и поднес его прямо к носу недоверчивого извозчика. — Понятно? — в ответ волосатый молча покивал. — Вот и отлично… — резюмировал верховный главнокомандующий. — Поехали! — «Карета» с места не сдвинулась. — Ну! Чего стоим? Кого ждем?

— Куда?

— А черт!.. Действительно, полетное задание в бортовой компьютер не введено… — пробормотал Шэф. — Мой косяк… — честно признался командор и плавно сменил тему разговора: — Кстати, как тебя зовут, Шумахер? — полюбопытствовал он, — а то все забываю спросить. Нехорошо получается.

— Авлос я… пир.

— Авлос, так Авлос… нам татарам все равно. А скажи-ка, мил человек Авлос, У вас есть бани? — продолжил свои расспросы Шэф.

— Так эта… — усмехнулся волосатый амбал, как бы намекая, что более дурацких вопросов он давненько не слыхал, — … а как же мы сами — та моемся-то?

— Ну — у… может в речке, — встрял в разговор Денис, — или ждете пока грязь засохнет, а потом отвалится… монголы вон, вообще не мылись… — разные варианты есть. — В ответ извозчик только зло зыркнул глазами и нахохлился.

— Да шутит он, шутит… — приятным голосом произнес Шэф, делая Денису страшные глаза.

… вот дьявол!.. только рот открыл… и сразу оскорбил человека…

… блин… ну я и коз — зел!.. нашел кого подкалывать…

… он небось целыми днями вкалывает, чтобы на жратву заработать…

… может ему помыться нормально некогда… или дорого…

… а тут такой барин… блин… шуткует… нехорошо получилось…

— Шутит… ишь, шутник-то… будто мы грязнули… засранцы черноногие… — похоже было на то, что Денис своим дурацким подколом разбередил в душе волосатого амбала какую-то старую рану. Главком снова укоризненно покачал головой, не глядя на Дениса, и тот почувствовал себя полным придурком. Но, моральные терзания старшего помощника были его личным делом, а ведь могло пострадать и общее! Лишаться ценного источника информации об особенностях местной жизни было крайне нежелательно, это могло значительно затруднить процесс врастания в инфраструктуру аборигенов, но похоже было на то, что ямщик сильно обиделся, замкнулся, и ушел в себя. По крайней мере внешне, он теперь напоминал большую, черную, скукожившуюся под дождем птицу. Как исправить ситуацию Денис не знал, но на помощь пришел мудрый руководитель — он незаметно сунул ему в руку серебряную монету.

— Извини, Авлос, не со зла сказал, по дурости… — честно признал свою вину Денис, протягивая возчику монету. Амбал монету взял, осмотрел ее с хмурым видом, но видимо стоимость серебра превысила оценочную стоимость нанесенной обиды, потому что он, судя по всему, извинения принял, оттаял и продолжил общение с компаньонами:

— Так эта… я ж и говорю! Где ж как не в бане мыться-то!? А?.. — сурово оглядел он компаньонов, как бы предлагая делать новые оскорбительные предположения. Видимо такой способ заработка — на защите чести и достоинства, пришелся ему по душе. Но больше дураков, задевать его национальные и религиозные чувства, не нашлось.

— Авлос, гони в лучшую баню… заодно и помоемся! — приказал верховный главнокомандующий.

* * *

После того, как «карета» вышла на заданную траекторию, главком, со своими вопросами, от возницы временно отстал, и Денис решил, вклинившись в эту паузу, кое-что для себя прояснить:

— Шэф… а ты эта… — главком усмехнулся, оценив… — палку не перегнул?

— В смысле?

— Ну — у… с этим банкиром хре новым… врага нажили из-за денег… Может стоило по — тихому уйти… Взяли бы сколько он насчитал, и все… Я так думаю, нам на жизнь вполне хватило бы… мы же здесь проездом… или нет?..

— Проездом-то… проездом… Но! — Верховный главнокомандующий сделал паузу, а потом неожиданно спросил: — Так ты думаешь, я устроил этот цирк из-за денег?

— Ну, да, — недоуменно ответил Денис, — а из-за чего же?

— Видишь ли в чем дело… Дэн… Действительно, Сета транзитный мир… ничего интересного для нас, в нем вроде бы нет… и мы всегда его проскакивали по — быстрому: входили в дверь на Козлином острове, не теряя темпа добирались до нужной двери, в частности на Антанар, и уходили… Поэтому много денег, как ты правильно заметил — на жизнь, и не требовалось.

— Ну, а я о чем!.. — Главком в ответ укоризненно взглянул на Дениса и тот прервал недозволенные речи.

— Обычно, никаких инцидентов, заслуживающих внимания, на Сете не случалось… То, что произошло с нами… — такое в первый раз… и я чувствую, что это не случайно. Будет продолжение… Поэтому надо подготовиться.

— Деньги собрать?

— При чем тут деньги!? — сморщился, как от лимона верховный главнокомандующий. — Что ты заладил: деньги… деньги…

— Так объясни уже наконец! — в свою очередь разозлился Денис.

— А самому не допереть?

— Нет!

— Элементарно, Ватсон — если придется здесь что-то мутить, может понадобиться выход на Гильдию… хоть какой. Теперь он у нас есть. — Денис ошеломленно уставился на главкома. Некоторое время он переваривал услышанную новость, а потом к нему вернулась способность к членораздельной речи:

— То есть… — нерешительно начал он, — ты хочешь сказать… что то… — он пощелкал пальцами, подбирая слова, — то, что ты проделал с этим говнюком, это была вербовка!?

— Да.

— И как ты себе это представляешь? На чем ты его держишь? Не понимаю…

— Дэн… у нас теперь есть общая неприятная тайна. Он хотел нагреть и нас и свою Гильдию на деньги. Мы же, со своей стороны, заставили представителя Гильдии… хоть и мелкого, выплатить нам лишку…

— То есть сами нагрели Гильдию на деньги! Что, по — моему, не есть гуд.

— Нет, — покачал головой Шэф, — Гильдия денег не потеряла, хмырь заплатит из своего кармана, мы просто заставили его потерять лицо… а Гильдия такое тоже не приветствует… сам понимаешь — хоть и сукин сын, но свой! Поэтому, ни ему, ни нам шум не нужен. И если нам понадобится какая-то информация… мелкая услуга, там… подчеркиваю! — мелкая… он нам ее окажет. Уяснил?

— Уяснить-то уяснил… — сомнения в голосе Дениса не уловил бы только глухой, — а почему бы ему, вместо сотрудничества, не отомстить нам? Причем, не дожидаясь когда мы к нему придем, а самому разыскать? Думаю, это не так трудно.

— Ну, разыщет, а дальше?

— Устроит пакость какую-нибудь…

— Официальную не станет — любое разбирательство ему не нужно, а неофициально… а что он может? — нанять хулиганов, чтобы нас побили? — командор усмехнулся.

— Чтоб убили.

— Во — первых, кишка тонка — я это чувствую… а во — вторых, убийство — это уже шум, опять-таки ему не нужный. Он противный, но умный — во вред себе ничего делать не будет.

Денис взял паузу, но ненадолго:

— Хорошо… А если бы нам попался не этот хлыщ, а нормальный человек… в смысле маг. Мы бы просто обменяли деньги, оставили сундук и ушли?

— Да.

— То есть… ты хочешь сказать, что придумал весь этот цирк на ходу, как только его увидел?!

— Как только увидел, как он на нас смотрит, — уточнил главком. — Ну — у… и тест со шкатулкой окончательно показал — клиент созрел… пора подавать дичь.

— Ладно… допустим… а откуда ты заранее знал, как пугать засранца этим… как его… ну — у… который присматривает… забыл как зовут.

— Ты имеешь в виду Бранга Касала, председателя комиссии по этике Гильдии магов?

— Да — да.

— Ну — у… Дэн, я же не первый раз на Сете, откуда-то запало в память… не помню уже. Не боись! — ухмыльнулся верховный главнокомандующий. — Гипс снимем без шума и пыли. Усё будет у порядке, шеф!

Больше аргументов у Дениса не осталось, а сомнения к делу не пришьешь, поэтому он был вынужден капитулировать. И хотя контраргументы главкома его до конца так и не убедили, но логических противоречий в них не было, да и принципа единоначалия в армии никто не отменял.

Выяснив у любимого руководителя все, что он хотел выяснить, Денис, как и по дороге в банк, до самого конца поездки бездумно любовался видами Бакара, открывавшимися из окна «кареты»: разноэтажными белоснежными домиками — в массе одноэтажными, но встречались и двух и даже трехэтажные; узкими улочками, источавшими всю гамму ароматов: от изысков средиземноморской кухни, до запаха свежих фекалий; крикливыми домохозяйками и их чумазыми детьми, игравшими прямо посреди улицы черт знает во что, черт знает чем; маленькими площадями, все, как одна, являвшимися базарными; великолепными виллами, наподобие древнеримских, укрывавшимися в глубине тенистых садов; праздношатающимися и занятыми разнообразными делами людьми, в легких светлых одеждах, и еще многим, многим и многим, что встречалось по пути…