ДЕЗ

— Хм. Дез?

Это Рут спрашивает лежа, свернувшись калачиком в углу дивана в нашей детройтской квартире. Мы только вчера вечером вернулись домой, и никогда бы не подумала, что скажу это, но я рада быть здесь. У меня после отъезда Адама оставалась еще одна неделя на острове Макино - и это была одна из самых длинных недель в моей жизни.

Я не отрываю взгляд от книги.

— Что?

— Ты должна это увидеть. — Когда я не отвечаю, она встает и швыряет свой трехлетний телефон ASUS на мои колени. — Дез. Ты должна увидеть это прямо сейчас.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы осознать то, что вижу. Это статья на сайте какого-то скандального издания о знаменитостях.

И там фотографии...

Мои.

С Адамом.

Я выгляжу горячо.

Заголовок гласит: «Новое страстное увлечение Адама?» И под заголовком я имею в виду огромные жирные буквы в верхней части сайта размером шрифта под сотню, сопровождаемый фотографией за фотографией. Крупным планом мы с Адамом, держащиеся за руки на моменте, когда он что-то шептал мне на ухо. На одном фото, где его рука вокруг моей талии. На другом - наш медленный танец, где я с выражением крайнего восторга на лице.

— Ты в Entertainment Now, Дез. — Рут шагает в шлепках и цепляет сумочку со стойки. — Я должна пойти и получить это в печатном виде.

Я сижу в шоке, пока она не исчезает за дверью. Бегло прочитываю текст, который представляет из себя обычные домыслы:

«Недавно сердцеед из боевиков Адам Трентон был сфотографирован на благотворительном ужине с таинственной новой возлюбленной. Пара отказалась давать комментарии нашим журналистам с места события, но источники говорят, что они были замечены вместе несколько раз за выходные. Адама, который по слухам будет сниматься в сиквеле прошлогоднего кассового блокбастера «Фулкрум», не видели с тех пор, как он и звезда «Сада зла» Эмма Хейес расстались в начале этого года на фоне водоворота постоянно меняющихся слухов. О его новом любовном увлечении никто не знает, но если она такая же привлекательная, как на этих фотографиях, то что-то нам подсказывает, мы ее еще увидим - и очень скоро».

И внизу статьи фотография, снятая с большого расстояния, где я сажусь в экипаж около Гранд Отеля. Одетая явно в одежду Адама.

Дерьмо. Дерьмо.

Дерьмо.

Рут примчалась обратно в квартиру с глянцевым журналом в руке. Она всматривается в статью, даже не успев сесть на диван рядом со мной.

— Мать твою, Дез! — Она сует журнал в мои руки. — Это невероятно! О тебе, девушка, пишет в своем блоге Перес Хилтон! Это грандиозно. ГРАНДИОЗНО!

— Грандиозно плохо, Рут.

Она смотрит на меня в недоумении.

— Дез. Ты провела выходные с одним из самых завидных и желанных холостяков на свете. Когда он и Эмма официально объявили себя парой, все женское население мира сошло с ума. Когда они с Эммой расстались, девчонки стали еще более помешанными. И теперь, когда Адам был замечен с новой девушкой, все станет даже еще безумнее, особенно, если ты - загадка для всех. Никто не знает, кто ты и откуда появилась, и поверьте мне, дорогая, они все выяснят.

Рут берет мои руки в свои и крепко сжимает.

— А ты, бл*дь, что думала? Ты действительно самое что ни на есть частное лицо и позволила себя фотографировать на суперэксклюзивном благотворительном ужине. А как тебе это? — Она стучит по последней картинке, где я в одежде Адама. — Этот снимок, очевидно, сделан на следующее утро. Ты выглядишь сексуально и шикарно, типа я-только-что-провела-о*уительную-ночь.

Я прячу лицо в руках.

— Что же мне делать?

Рут пожимает плечами.

— Куколка, я даже не знаю.

— Не думала, что такое могло случится. Боже, я не знала.

Рут идет на кухню и смешивает «Маргариту», которая у нее получается исключительно потрясающе.

— Хорошая новость в том, что у тебя нет телефона, и ты не арендуешь квартиру. Так что найти тебя будет чертовски трудно, практически невозможно. Ну я так думаю и хочу сказать, что на этих фотографиях ты выглядишь совсем не так, как обычно. Не то, что ты не красивая, но Дез, дорогая, ты это скрывала от меня. Я понятия не имела, что ты можешь так преобразиться!

Я беру «Маргариту» в стакане из-под сока, потому, что у нас нет специальных бокалов.

—Мне то казалось, что не делала ничего особенного. Нанесла немного макияжа! Боже. Если бы знала, куда он меня приведет, то не пошла бы. Ведь там были не только Адам и Дилан. Я там встретила Гарета Томаса, Роуз Гаррет, Лоуренса Брэдфорда, Эми Джонс... полно безумно известных людей... и я, — издаю судорожный вдох. — Роуз зажала меня в ванной на ужине и предупредила, что такое может случиться.

Рут выдает мне кислое выражение.

— Прислушайся к себе. Говоришь про Роуз, как будто она твоя подружка. Это же Роуз, мать твою, Гаррет, Дез. Боже.

Я залпом выпиваю «Маргариту», которая оказалась очень крепкой.

— Ты думаешь, я не понимаю, насколько нереально все это? И похоже на сон. Не знаю, что еще сказать, Рут.

Она снова наполняет мой стакан и садится рядом.

— Ты скучаешь по нему, да?

— Я едва знаю его и провела с ним всего… даже не полных два дня.

— Но..., — Рут делает паузу, потягивая коктейль и делая глоток, — ты все еще скучаешь по нему.

Я прикладываю стакан ко лбу.

— Да. Но стараюсь этого не делать. Не думать о нем. О той ночи. Правда это невозможно. — Приподнимаю голову, чтобы встретиться глазами с Рут. — Не думаю, что когда-нибудь смогу забыть эту ночь.

— Как бы ты смогла? Это бывает… один раз в жизни.

Мне бы хотелось, чтобы это было на всю жизнь, а не раз в жизни.

* * *

ДЕЗ

На следующий день я ухожу после последнего занятия в университете Уэйна и ожидаю автобус, который отвезет меня к Детройтскому Университету, где работаю дворником. Я стою с наушниками, забыв о времени, уставшая, и идти на работу нет никакого желания. И вдруг чувствую похлопывание по плечу. Я вытаскиваю наушники и поворачиваюсь лицом к человеку, который это сделал. Он на несколько лет старше меня, одет в узкие темно-синие джинсы, подвернутые до лодыжек выше пары блестящих, высоких, расшнурованных армейских ботинок. На нем белая рубашка на пуговицах, ярко-фиолетовый шарф, повязанный на шее как галстук и расширяющийся книзу черный пиджак с медными пуговицами, который напоминает мне чем-то тот, что могли бы носить офицеры в Гражданскую войну. Светлые волосы зачесаны на одну сторону, ресницы накрашены тушью, на скулах румяна, а ногти накрашены в тот же цвет, что и шарф.

Он восхитителен, в сказочном смысле.

— Ты Дез? — спрашивает парень, и, даже если бы у меня и возникли какие-либо сомнения в его сексуальной ориентации, голос бы все равно выдал ее.

Я делаю безразличное выражение.

— Чего тебе?

Он протягивает мне визитную карточку:

Томас Рейберн, поиск талантов

Агентство «Сидни Уивер»

12345 Пятой Авеню, Нью-Йорк

212-555-6789

Моя первая мысль – можно ли называть его «Том» или «Томас». Во-вторых, что он хочет от меня?

Я закрываю глаза, потом отдаю визитку обратно.

— Неинтересно.

— Ты даже еще не слышала, что я тебе предлагаю, Дез, — смеется Томас.

— По-прежнему не заинтересована.

— Ты когда-нибудь слышала об агентстве «Сидни Уивер»? — Он пододвигается, чтобы встать поближе ко мне.

В облаке дизельного выхлопа прибывает автобус, тормозя с визгом, и Томас заходит первым оплачивая два билета.

— Какого черта ты хочешь, Том? — я произношу «Том», полагая, что никто, неважно гей он или нет, не желал бы, чтобы его называли Томасом. — И зачем ты заплатил за мой билет?

— Присаживайся, конфетка, и я скажу тебе, чего хочу. — Он нетерпеливо машет рукой в сторону двух свободных мест в передней части салона. Я проскальзываю к окну, и Том садится рядом. От него пахнет дорогим одеколоном и чуть-чуть марихуаной. — Поскольку ты не ответила на мой вопрос, смею предположить, что ты не знаешь о нем. Мы являемся ведущим модельным агентством и представляем всех самых успешных и талантливых моделей в мире. И Дез? Мы хотим тебя. Мы видели фотографии с торжества на Макино, и сладкая, ты выглядела невероятно.

Я фыркаю.

— Не знаю насчет вашего агентства, но знаю, что модели должны быть тридцать шестого размера, так? И также знаю, что никогда не буду худой. Так что, это ложный след, конфетка.

— Тридцать шестого? Это смешно. — Том достает из кармана электронную сигарету и затягивается, что заставляет ее кончик светится синим, а затем выдыхает облако дыма без запаха. — Давай без шуток. Разве ты никогда не слышала о моделях размера плюс?

— Так теперь я плюс-сайз? — мой голос угрожающе спокойный.

Для приличия Том слегка краснеет.

— Я не навешиваю никаких ярлыков, сладкая, просто именно так это называется в индустрии моды. И им нужны таланты. — Он делает еще одну затяжку электронной сигареты, а затем кладет ее обратно в карман. — Ты знаешь, сколько звонков от интересующихся тобой мы получили после этих нашумевших фотографий? Догадайся. Мне хочется, чтобы ты угадала.

Я качаю головой.

— Четыре?

Он фыркает.

— Двести не хочешь? И это только в первый день. Все хотят знать, представляем ли мы тебя, и если нет, то как скоро мы могли бы это сделать. Кацик, Торрид, Лейн Брайант, Майкл Корс, Бетси Джонсон, они все хотят тебя. Это значит, что мы хотим тебя.

Стать моделью? Мне?

Но я отвечаю не сразу.

— Мне ничего неизвестно о том, как быть моделью. — И бросаю на него быстрый взгляд. — Плюс, смотрю телевизор, откуда наслышана о том, как жесток модельный бизнес. У меня нет никакого интереса в подписании какого-либо договора, который сделает меня фактически рабом.

Том выглядит ошеломленным.

— Дез. Дез. Мы не из таких агентств. Боже, я никогда не был так оскорблен в своей жизни. Такие контракты берутся из... Боже, они ничуть не лучше, чем гребаные публичные дома, о’кей? Мы представляем талант. Красоту. Класс. И мы можем обучить тебя. Вот что мы делаем.

— У меня есть татуировки.

Том фыркает.

— Ну, для этого есть фотошоп, ясное дело. Не для того, чтобы сделать тебя менее похожей на себя, конечно, но мы используем его для таких вещей. Прикрыть татуировки и любые дефекты.

— Да уж, дефекты. — Я защипываю лишнюю плоть на животе между большим и указательным пальцами. Потом отворачиваюсь.

Том качает головой и выглядит грустно.

— Боже, у тебя из-за этого бывали трудные времена, не так ли? Ты красивая, Дез. В самом деле. Ты видела меня? Очевидно, я знаю, о чем говорю, верно? Моя работа - находить красивых людей и ставить их перед камерой. Меня бы не было в этом, — он понижает голос и шепчет мне на ухо, — очень, очень грязном автобусе в центре Детройта, если бы ты оказалась не такой, какой мы представляли.

— Спасибо, Том. То, что ты говоришь, замечательно. Но все это второстепенно, у меня есть свои карьерный планы. Семестр вот-вот начнется. Я не могу просто все бросить.

— Карьерный план, да? — Он разглядывает меня, его длинные, густые ресницы касаются щек. — Это хорошо. Здорово. Уверен, что ты надрывала задницу, чтобы получить то, что у тебя есть. Но, дорогая, задумайся на секунду. На самом деле, подумай. Возможно, это единственная в жизни возможность убраться из Детройта, чтобы сделать что-то другое, что-то захватывающее. Ты даже не позируешь на этих фотографиях, и одета в нечто, без макияжа, волосы великолепны, но очевидно, уложены тобой. А это платье? Милая, подумай, как круто ты будешь выглядеть в платье от кутюр с профессиональной прической и макияжем. У тебя такой тип лица, волосы и тело, что можно продать сумасшедшее количество экземпляров. Я серьезно.

— Томас…

Он берет мою руку.

— Дез, это совет от одной потрясающей сучки для другой: «Если уж что-то плывет тебе в руки, грех этим не воспользоваться». Люди хотят тебя сейчас. Учеба подождет. Твоя карьера подождет. А такая возможность? Она не будет ждать. Ты востребована сейчас. У меня есть работа для тебя сейчас. Через месяц или два, или три, агентство пойдет дальше, найдут кого-то другого. Ты должна позволить мне поставить тебя перед камерой сейчас. Не завтра или в следующем году, а сейчас, пока они хотят твой образ.

— Ух ты, Томас. Ты действительно хороший продавец, ты знаешь это?

Он ухмыляется.

— Дорогая, я бы ничего не достиг в своей профессии, будучи неопытным, — он делает паузу и прикладывает указательный палец к губам. — Ну, если хорошо подумать, это может быть не единственно верным...

Я краснею.

— О мой бог.

Том смеется.

— Я всего лишь шучу... или нет? — Он поднимает руки, когда я открываю рот. — Серьезно, правда. Это не рекламный трюк, Дез. Я серьезно. — Том снова протягивает мне свою визитку. — Погугли нас. Подумай об этом. Поговори с друзьями. И когда придешь к какому-нибудь решению, позвони мне. Но не тяни слишком долго, хорошо?

— Я подумаю об этом.

— Приезжай в Нью-Йорк, Дез. Ты не пожалеешь об этом.

Автобус скрипит, подъезжая к остановке, и Том выходит. Я наблюдаю, как он кашляет и машет рукой перед лицом, чтобы отмахнуться от выхлопов, затем садится в черный автомобиль, который, видимо, следовал за автобусом, и уезжает.

Остаток пути я рассматриваю визитку.

Отрабатывая смену за уборкой учебных классов, я все время думаю о визитке, лежащей кошельке, и о том, что она значит.

Потом всю дорогу домой думаю о Томе, и мне интересно, смогу ли я сделать это.

Когда возвращаюсь, Рут смотрит последний эпизод сериала «Оранжевый – хит сезона» на ноутбуке. Я достаю визитку Тома из сумочки и кладу на клавиатуру.

Рут останавливает просмотр сериала и разглядывает карточку.

— Что это?

— Этот парень следовал за мной полпути до работы и утверждает, что модельное агентство хочет, чтобы я переехала в Нью-Йорк и стала моделью.

Рут в изумлении смотрит на меня.

— Моделью?

Я пожимаю плечами.

— Это то, что он сказал. Модель, рекламирующая одежду больших размеров. — Мне ненавистно даже говорить эту фразу; я – та, кто я есть, и нахрен ярлыки.

Рут открывает браузер и печатает название агентства. Я сижу и смотрю, как она прокручивает результаты. Через несколько минут, она поворачивается ко мне.

— Они выглядят, как настоящие. Я видела некоторых из этих моделей раньше.

— Но... хочу сказать, я? Модель? Даже не знаю, что и думать.

Рут пожимает плечами.

— Это заинтересовало тебя? Ты смотрела со мной «Топ-модель по-американски». Ты знаешь, как они представляют этот бизнес.

— Не знаю. Я имею в виду, что часть меня сомневается. После всех этих вопросов, что кричали мне, было тяжело. Но на самом деле фотографироваться... это здорово. Я имею в виду не те неприглядные утренние снимки, что есть полный отстой. Но... не знаю. Понимаешь, часть меня хочет, по крайней мере, попробовать это.

— Ты действительно переедешь в Нью-Йорк? Отложишь получение диплома магистра, оставишь Детройт, оставишь меня? — Рут закрывает ноутбук и очерчивает пальцем логотип на верхней крышке. — Послушай, Дез. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Ты мой лучший друг. И если ты уедешь, я буду радоваться за тебя, конечно, если этого хочешь. Я просто... буду скучать по тебе. Но... это большой шаг. И это не похоже на тебя.

— Никогда прежде я не чувствовала себя красивой, Рут. Я научилась принимать тот образ жизни, что выбрала, и ценить, что имею. Но это не то же самое, что ощущать себя по-настоящему красивой. И я чувствовала себя так с Адамом и на ужине. И Том, парень, которого встретила сегодня, заставил меня почувствовать себя таким же образом. Что я еще должна потерять? Мои кредиты и стипендии могут быть приостановлены, верно? Такое может никогда не повториться снова. Если я закончу магистратуру и устроюсь на работу, то, наверное, никогда не покину штат Мичиган. Вот и все. Это мой шанс... сделать что-то. Может быть стать кем-то другим, а не той, что я всегда была. Имеет ли это какой-нибудь смысл?

Рут кивает.

— Да, имеет. Я понимаю. Правда, — она мне улыбается, но это грустная улыбка. — Тогда лучше позвони ему, ладно? — И протягивает мне свой сотовый телефон.

Я набираю номер из визитки. Гудок второй, третий, четвертый, а затем слышится голос Тома на другом конце.

— Том.

— Привет, ммм, это Дез.

На заднем плане слышно много криков, смеха и музыки, затем звук закрывающейся двери, и все окутывается в тишину.

— Дез, привет. Ты поедешь со мной в Нью-Йорк или нет?

— Да. Думаю, что да.

— Ты сделала правильный выбор, Дез. Дай мне адрес, и я заеду за тобой в среду днем.

— В эту среду? — Мой голос тонкий и дрожащий. Сегодня понедельник; я приехала домой после летней работы менее недели назад.

— Я знал, что ты согласишься, поэтому позвонил Сидни, и она уже запланировала твою первую фотосессию на следующей неделе. Нам нужно очень многое успеть сделать до этого времени, сладкая. Нужно подготовить тебя к дебюту.

— Со мной заключат контракт или что-то вроде этого?

— О, конечно же, да. Но я объясню тебе все, когда мы доберемся до Манхэттена. Сидни, Рошель и я пройдемся от начала до конца и объясним тебе все шаг за шагом, постатейно. У тебя также будет около тысячи встреч с косметологами, стилистами и все такое, плюс Сидни хочет с тобой встретиться, а потом будут фотосессии и... просто куча разных забавных вещей. А сейчас собирай вещи. Увидимся в среду.

Связь обрывается, и моя голова идет кругом.

Я собираюсь стать моделью... в Нью-Йорке.

* * *

АДАМ

Гарет зол на меня, как черт, но меня это даже не заботит. Мы должны завтра поехать в Лондон, а сейчас я нахожусь в Детройте. Мы закончили студийные съемки и должны уже делать натурные. Лондон, Прага, а затем Токио. На данный момент я должен быть с остальными актерами и проводить предварительную читку сценария. Но вместо этого я в отделе регистрации Государственного Университета Уэйна и пытаюсь выследить конкретную черноволосую красавицу.

Я потратил месяц с того благотворительного ужина, пытаясь делать вид, что оставил Дез в прошлом, но не могу обмануть даже себя. Я продолжаю думать о ней, мечтать о ней. Даже Гарет заметил, что со мной что-то случилось, а он, как правило, не обращает ни на что внимание, если только это не касается фильма.

Роуз, в конце концов, вытащила меня, чтобы сдвинуть с мертвой точки; она пригласила выпить и велела - очень подробно - перестать быть гребанной киской и найти Дез.

И вот я здесь.

— Чем могу помочь? — спрашивает женщина постарше за стойкой с седеющими каштановыми волосами и усталыми глазами. Она, кажется, не узнала меня.

— Привет. Я пытаюсь найти подругу, которая, думаю, здесь учится.

— Имя?

— Дез. Дез Росс.

Она печатает на клавиатуре несколько секунд.

— Дез Росс не зарегистрирована. Она есть в нашей системе, но не похоже, что она зарегистрировалась на занятия в этом семестре.

— Не могли бы вы дать мне адрес или номер телефона, которые у вас есть?

Женщина всматривается в меня поверх оправы своих очков для чтения.

— Сожалею, но не могу, и даже если бы захотела, я не вправе раздавать эту информацию, — она прищуривается. — Я вас знаю?

Неужели я выше того, чтобы использовать свою известность, чтобы найти Дез? Нет, черт возьми.

— Возможно, — говорю, желая, чтобы она узнала меня, но не желая устраивать сцену.

Она постукивает пальцем по столу.

—Мой внук затащил меня в кино на какую-то стрелялку. Это были вы?

— Возможно. У меня есть некоторый актерский опыт. — Я склоняюсь ближе, скрестив руки на стойке и заговорщически шепчу. — Послушайте, мэм. Это важно. Мы с Дез… потеряли связь, и я отчаянно пытаюсь найти ее. Вы сможете хоть чем-то мне помочь?

Женщина щелкает мышкой, что-то набирает на клавиатуре, поглядывая на меня время от времени. Через мгновение, я слышу жужжание принтера, и она тянется, чтобы схватить лист бумаги. Затем берет ручку из стакана и придвигает ее мне с бумагой; я беру их, видя, что она распечатала промо-кадр из «Фулкрума».

— Как зовут вашего внука?

— Дэн.

Я пишу быстро и небрежно на белой рамке над картинкой: «Дэн, у тебя потрясающая бабушка. Спасибо, что смотришь нас!» Потом подписываю свое имя большими и неаккуратными буквами над моей головой на картинке и передаю картинку женщине. Она читает записку, а затем бросает на меня взгляд, одновременно кислый, довольный и польщенный.

— Хорошо, мистер Трентон. Вы знаете Рут Николсон?

— Да, я встречался с ней однажды.

— Ну, если подождать около комнаты А113, занятия закончатся через... пятнадцать минут. Может быть Рут сможет помочь.

Благодарю ее и покидаю отдел регистрации. Большую часть следующих пятнадцати минут трачу, чтобы найти кабинет, потом жду в конце коридора с бейсболка с эмблемой Чарджерс, низко надвинутой на лицо, и большими авиаторами на глазах. Такой образ я называю «знаменитости инкогнито», подразумевая, что на самом деле любой дурак узнает, если удосужится взглянуть прямо на тебя, но это заставляет чувствовать, что ты хотя бы пытаешься оставаться незамеченным.

Через несколько минут ожидания дверь открывается, и выходят студенты, большинство из них болтают парами или поодиночке, пялясь в телефоны. Некоторые бросают на меня быстрые взгляды, и только один парень, кажется, узнает меня. Легкий кивок головы, он скалится на меня и продолжает идти. И тогда я вижу Рут. Она идет рядом с молодым, симпатичным азиатом, на котором бейсболка Тайгерс, и ни один из них меня не замечает.

Они проходят мимо, когда я цепляю Рут за рукав.

— Рут. Есть секунда?

Она останавливается и смотрит на меня, ее глаза расширяются, но она быстро приходит в себя и поворачивается к другу.

— Хоанг, я догоню тебя, ладно? — Рут склоняет голову в сторону выхода, ведущего наружу. Она тянет меня за угол в нишу, закуривает и смотрит на меня. — Так, так, так. Неужели это Адам Трентон.

— Привет, Рут. Как ты?

— Как персик. Чего ты хочешь? — Ее руки скрещены на груди, она то и дело подносит сигарету ко рту. Ее поза закрытая, и она или зла, или насторожена, а может, и то, и другое вместе.

— Дез.

Рут хмурится на меня и пускает дым в лицо.

— Ты упустил ее месяц назад.

— Не по своей воле. Она... я не знаю, как даже выразить это. Дез оттолкнула меня. Просто закрылась. — Я сую руку в карман и сканирую местность вокруг нас, чтобы убедиться, что там никто не фотографирует или не замечает меня. — Мне она действительно нравится. Я хотел... попробовать построить отношения, но, думаю, ей это просто не было нужно. Я дал ей уйти, потому что Дез, казалось, хотела этого. Но я не могу выкинуть ее из головы. Мне нужно найти ее. Где она?

— Уехала.

Я жду, но больше никакой информации не следует.

— Куда уехала?

— Ты видел журналы? — Она затягивается и говорит, выпуская сигаретный дым. — Репортеры бьют по вам, ребята, жестко. Дез была в десятке разных журналах.

Качаю головой.

— Я не читаю это дерьмо. Никогда, ни раньше до того, как я стал известен, и уж точно не сейчас. Там все ложь и туфта. Девяносто девять процентов - это такой же вымысел, как и гребаные «Звездные Войны».

— Да, и у них еще были фотографии вас двоих. Не только на ужине. Но и после. На следующее утро, где она была одета в твою одежду.

— Дерьмо.

— Да уж.

Разочарованно вздыхаю.

— Ее преследовали или что?

— Нет.

Рут наверняка оберегала ее. Это хорошо.

Подхожу ближе к ней, встаю прямо и напрягаю мускулы, чтобы выглядеть более внушительнее.

— Рут. Ты избегаешь моего вопроса.

Ее глаза расширяются, и она вскидывает голову, вызывающе и смело.

— Да, потому что не знаю тебя и не доверяю тебе.

— Знаешь, я помню наш разговор, прежде чем ты впустила меня. Я не причинил ей вреда, а был добр к ней, заботился о ней.

Рут ухмыляется, а потом это выражение исчезает, сменившись на более жесткое.

— Да, я так говорила.

Я закатываю глаза.

— Ты знаешь, что я имею в виду, черт побери. Где она?

Она обдумывает мой вопрос, делает три затяжки, затем бросает окурок на землю и наступает на него.

— Она переехала в Нью-Йорк.

— Что? Нью-Йорк? Почему?

— Какое-то модельное агентство увидело ее фотографии и предложило ей контракт. Она приняла его. И уехала, приятель.

— Какое агентство? — Я в смятении. Она модель?

— «Сэм Уивер» или как-то так. Я не знаю. — Рут подтягивает ее рюкзак повыше на плечи. — Мне нужно идти.

— Подожди секунду. Какой у нее новый адрес? Я должен найти ее, Рут.

Она трет большим пальцем нижнюю губу.

— У меня нет ее адреса. И у нее до сих пор нет телефона, отвечая на твой следующий вопрос. Она звонит мне каждые пару дней, и мы разговариваем - и нет, я не знаю ее номер, он не определяется. Все, что я знаю, это то, что она остановилась с парой других моделей где-то на Манхэттене.

Я быстро думаю. Достаю из кармана свой «Шарпи».

— Есть кусок бумаги? — Рут достает записную книжку из рюкзака и протягивает его мне. Я аккуратно пишу вверху свое имя, номер телефона и адрес электронной почты и отдаю обратно ней. — Когда в следующий раз она позвонит, скажи ей, что я ищу ее. Передай ей эту информацию.

— Хорошо, я дам ей знать.

— И, Рут, я просто вынужден сказать это: не делись этой информацией ни с кем, кроме нее. Если я узнаю, что ты выкладываешь это дерьмо, для тебя не будет ничего хорошего, ладно? Я не пытаюсь угрожать тебе, но для меня это важно.

Она кивает.

— Я поняла, чувак, и не стала бы делать нечего подобного.

Я наклоняюсь и обнимаю ее одной рукой.

— Знаю. Похоже, ты очень крутая девчонка, Рут. Спасибо.

Она становится жесткой.

— Круто. А теперь отвали от меня.

Я отступаю.

— Увидимся.

— Да нет, наверное. Но я ей передам. Хотя, ничего не обещаю.

Меня ожидает машина, которую нанял. Я забираюсь в нее и прошу отвезти меня в аэропорт «Метро». У меня есть билет первого класса на ближайший рейс в Лондон следующим днем рано утром, поэтому снимаю номер в отеле и жду.

Ночь длинная, перелет еще дольше.

Неделя съемок в Лондоне, две недели в Праге, и еще две недели в Токио - и ни звонка, ни письма, ничего.

На обратном пути в Лос-Анджелес из Токио я останавливаюсь на Манхэттене и провожу два дня, разыскивая ее. Пытаю модельные агентства, о которых слышал, но они препятствуют мне. Администратор даже не говорит, работает у них Дез или нет. Короче, я устроил сцену, и меня могли арестовать - это тупик.

Наконец, я еду домой в Лос-Анджелес и начинаю долгий, болезненный процесс, пытаясь забыть ее.

Снова.