Я СРАЗУ УЗНАЛА ЕГО серую футболку. Точно такую же футболку я надела в школьном туалете, когда кончились уроки. На спине, над изображением обезьяны, было написано: «Зоопарк “Санта-Ана”. Наш небольшой зоопарк прославился огромным количеством обезьян («Неизменно пятьдесят обезьян!»). Больше он ничем не был знаменит, да и обезьянья-то слава вызывала у меня большие сомнения.

– Сет! – окликнула его я, забежав в ворота и споткнувшись о небольшой подъем на асфальте.

Я пошатнулась, но устояла. Сет повернулся. Его черные волосы сегодня стояли торчком, и я удивилась, что они выглядят пышнее моих. Надо узнать, в чем его секрет.

– Опаздываешь, – сказал он.

– Не опаздываю, – заявила я, пытаясь отдышаться.

– Ну, пришла позднее обычного.

– На пятой трассе авария.

– Зачем ты всегда добираешься по пятой?

Он улыбнулся мне, и его почти черные глаза заблестели. У Сета была удивительно широкая улыбка, освещавшая все его лицо.

– Уже раздали все лучшие задания? – спросила я.

– Не в курсе, я пока не отмечался.

Мы с Сетом Нгуеном работали в зоопарке последние полгода. Сет учился в частной школе, поэтому виделись мы с ним только здесь. За это время мы освоили все тонкости, благодаря чему работать было весело и легко.

Мы подошли к администрации, где с планшетом в руках стояла наша начальница, Кэрол. Она, как и всегда, выглядела замученной.

– Рада, что вы пришли. Я уж испугалась, что сегодня будет не хватать рук, – сказала она.

– Мы здесь, – сказал Сет.

– Вы двое нужны мне в амфитеатре, чтобы расставить стулья для шоу. Времени мало, так что поторопитесь.

– Как думаешь, она ждет, что мы туда побежим? – спросил Сет, когда мы вышли. – Мне платят не так много, чтобы я бегал.

Я засмеялась:

– Мне тоже.

Мы прошли мимо водопада, установленного в экспозиции тропического леса. Усталая на вид мама пыталась помешать трем своим детям дразнить ревунов.

– Кстати, я на тебя злюсь, – сообщила я.

Сет оглянулся на меня, склонил голову набок и внимательно изучил мое лицо.

– Так вот как выглядит рассерженная Мэдди? Ясно. И что я такого сделал, чтобы заслужить это твое обычное выражение лица?

– Это не обычное выражение лица. Это я в ярости.

– Учту. Так в чем я провинился?

– Я писала тебе эсэмэс, а ты не удосужился ответить.

Я редко писала Сету, но, когда приходилось, речь всегда шла о зоопарке, и обычно он тут же отвечал.

– А. Да. Я наказан, поэтому не видел твоего сообщения. Мама забрала телефон. Надо, наверное, попросить ее отвечать на эсэмэски, чтобы не злить моих друзей.

– Да. Попросишь?

Он улыбнулся.

– За что наказан? – спросила я, когда мы завернули за угол и прошли мимо «хижины исследований».

– Скажем так, гольф в клубе в полночь не приветствуется.

У меня отвисла челюсть.

– Знаю, – продолжил он. – Ну как можно осуждать за такое? Меня бы не поймали, если бы не разбрызгиватели. Кто знал, что стоило свериться с расписанием разбрызгивателей в гольф-клубе?

– Ты пробрался посреди ночи в гольф-клуб?

– Я хотел снять сцену ночной игры в гольф для фильма. А клуб закрывается в шесть! Еще до захода солнца.

Я покачала головой:

– Ты сумасшедший. Твоей маме надо было отобрать у тебя камеру, а не телефон.

Он засмеялся:

– Она забрала и то и другое. О, смотри, сейчас нас подвезут. – Он показал на проезжающий мимо гольф-мобиль и окликнул смотрителя: – Стэн! Подкинешь до малого амфитеатра?

Вспыхнули фонари тормоза, и Стэн широко улыбнулся.

– Да мы почти добрались, – отметила я.

– И доберемся еще быстрее на заднем сиденье гольф-мобиля.

Сет запрыгнул в кузов, и я последовала за ним. Стэн носил покрытую пятнами кепку зоопарка «Санта-Ана» и, вероятно, должен был уйти на пенсию лет пять назад. Кожа у него была сухой из‐за постоянного пребывания на солнце, и радио в его гольф-мобиле всегда играло песни прошлых лет.

– Поверить не могу, что Стэн тебя подвозит. Все, что он сделал для меня, – это разогнался, чтобы быстрее проехать по луже, мимо которой я шла, – прошептала я. – Думаю, он сделал это намеренно.

Сет фыркнул.

– Стэн никогда бы так не поступил. Верно, Стэн? – спросил он, перекрикивая группу Beach Boys.

– Верно, – ответил Стэн, не понимая, о чем мы говорим.

Сет подтолкнул меня локтем:

– Видишь?

– И как называется фильм, который ты сейчас снимаешь? – спросила я, пока мы ехали, подпрыгивая на кочках. – «Ночной гольф»?

– Откуда ты знаешь?

– Так я угадала?

Он улыбнулся и почесал шею:

– Нет. Не совсем. У него пока нет названия.

Стэн выбрал живописный маршрут и проехал мимо клетки с самкой муравьеда. Я вытянула шею, чтобы на нее посмотреть. Ее звали Хибу, и она недавно стала мамой. Обычно она ходила по клетке, а к ее спине цеплялся малыш – это было самое милое зрелище на свете.

– Хибу от тебя прячется, – прошептал Сет.

– Кажется, после родов ей больше нравится уединение. Но все равно она еще любит меня.

Сет покачал головой:

– Как кому‐то могут нравиться муравьеды? Они так странно выглядят.

Я ахнула:

– Она красивая!

На что Сет засмеялся. Стэн проехал по Обезьяньему ряду, развернулся и остановился у амфитеатра.

– Кажется, пешком мы дошли бы быстрее, – сказала я, спускаясь на землю.

– Зато вышло в два раза веселее.

Сет спрыгнул и дал Стэну пять. Один из служителей зоопарка устанавливал на сцене оборудование, а мы с Сетом приступили к выравниванию скамеек для зрителей. Я осмотрелась: большие деревья шатром возвышались над нашими головами, а голоса животных обеспечивали звуковое сопровождение. Может, зоопарк и считался маленьким (если не брать в расчет пятьдесят обезьян!), но всё в нем меня очень радовало. Я посмотрела на Сета. Всё.

* * *

Когда шоу закончилось, мы отправились к Кэрол за следующим заданием.

– Где Стэн, когда он так нужен? Теперь придется идти пешком, – проворчал Сет, пока мы шли вниз по склону.

– Регулярные прогулки улучшают настроение, душевное равновесие и координацию, – сказала я и сразу пожалела. – Извини.

– Почему же? Очень интересно. – В его голосе слышалась улыбка.

– Просто в моей голове иногда всплывают разные факты.

– А в моей иногда всплывают разные фразы из фильмов. Прекрасно понимаю желание ими поделиться.

Я улыбнулась. К нам подошла старушка в спортивном костюме. Не успела она открыть рот, как Сет сказал:

– Прямо и налево.

– Что? – спросила она.

– Туалет, – пояснила я.

– О! Нет-нет, я надеялась, вы сфотографируете меня и моих внучек на фоне оцелота. – Она показала на клетку, в которой под солнечными лучами отдыхало небольшое животное, похожее на леопарда. Старушка протянула фотоаппарат, крупнее которого я в жизни не видела. – Вы же дружите с техникой? – спросила она Сета.

– Э-э… – Сет поймал фотоаппарат, который она буквально кинула ему в руки, прежде чем направиться к клетке. – Это потому, что я азиат? – прошептал он мне.

– Либо из-за этого, либо она слышала, что ты потрясающий режиссер, – ответила я с улыбкой.

– Ох, да. Ты права. Я забыл, насколько широко известен.

Бабушка и две девочки с косичками встали у ограды, и Сет поднял фотоаппарат.

– Отличный вид, – произнес Сет, глядя на маленький экран.

– Спасибо, – ответила женщина.

– Э, я оцелоту!

Я хихикнула, а Сет нажал на кнопку и вернул камеру. Мы пошли дальше, и Сет спросил:

– Так почему ты вообще мне писала?

– А, точно. Я собиралась пригласить тебя на завтрашнюю вечеринку в честь моего дня рождения. – Я пожала плечами. – Но ты наказан, поэтому, наверное, не придешь.

Мне не хотелось, чтобы голос выдал мое разочарование.

– Еще одна причина возненавидеть родителей.

– Это себя ты должен ненавидеть, Сет, за неправильные решения.

Он засмеялся:

– Не говори этого моим родителям, не то велят на тебе жениться.

Я фыркнула.

– Завтра у тебя день рождения? И сколько тебе стукнет? – спросил Сет, когда мы дошли до Кэрол. К счастью, она разговаривала по телефону, так что мы могли поболтать.

– Восемнадцать, – ответила я.

Он тихо присвистнул:

– Такая взрослая.

Я закатила глаза:

– Подумаешь. А ты на сколько, на два месяца старше меня?

– Есть разница. – Он улыбнулся, затем добавил более серьезно: – Извини, что не могу прийти. Кстати, спасибо, что пригласила.

– И сколько продлится твое наказание?

– Не знаю. Неделю. Может, меньше, если получится как‐нибудь порадовать маму.

– Так вот как это работает?

– Обычно да.

– Ну, так держать! – сказала я и тут же пожалела об этом. – Ой, не думала, что получится так громко.

Он засмеялся:

– Вот уж не знал, что у тебя задатки чирлидерши.

– Надо было записаться и на этот факультатив. Кто знал, что у меня к этому талант?

– Ты можешь быть моей группой поддержки в любое время, Мэдди.

Мы оба замолчали, посмотрели друг на друга и засмеялись.

– Странно прозвучало, – произнес Сет сквозь смех.

– Не волнуйся.

Я знала, что Сет относится ко мне просто по-дружески, и меня это устраивало. В данный момент школа и университет были в приоритете. Ничего – я посмотрела на Сета – и никто не мог повлиять на это решение.