В комнату Дарзо принесли простой обед, и Кайлар разделил с учителем трапезу.

— А теперь, пожалуй, ступай в свою комнату, — предложил Дарзо. — К тебе в любую минуту могут прийти.

Он смущенно откашлялся и машинально протянул руку к поясу, где раньше висел мешочек с чесноком.

— Я отдал бы все на свете, чтобы увидеть твою встречу с дочерью, — сказал Кайлар.

— А я бы дорого заплатил, чтобы хоть одним глазком посмотреть, как ты встретишься с женушкой, — парировал Дарзо.

Кайлар нервно сглотнул, понимая, что допустил бестактность.

— Ты ее чувствуешь? — спросил Дарзо.

— Она находится тремя этажами выше и сейчас спускается вниз и нервничает так же сильно, как и я.

— Я всегда знал, что у меня другое предназначение, и никогда не был настолько глуп, чтобы позволить себя окольцевать, — заметил Дарзо.

— Представляешь реакцию Ули, когда она тебя увидит? — поинтересовался Кайлар.

Дарзо ничего не ответил и только покачал головой.

— Вот и заткнись!

— Вы только посмотрите, малыш Кайли подрос и нападает на учителя! — сказал нараспев Дарзо, коверкая слова.

Кайлар вспыхнул и хотел ударить Дарзо по лицу, передумал и рассмеялся.

— А тебе все не верится. Ладно, пойду, пожалуй, к себе. Желаю удачи!

Когда Кайлар выходил из комнаты, Дарзо похлопал его по спине. Жест был до боли знакомым, и Кайлар сделал вид, что ничего не заметил.

Комната, куда поселили Кайлара, была еще меньше, чем у Дарзо. Там помещалась хотя бы пара стульев, а здесь хватило места только на кровать и один стул, на который и уселся Кайлар. Через некоторое время он вскочил и пересел на кровать, а потом встал у двери, чтобы открыть ее, не дожидаясь, когда постучат. Волнение все усиливалось, и он снова сел на кровать, проклиная все на свете.

Он чувствовал, как Ви спускается в вестибюль. Вот она остановилась. Неужели, чтобы оставить Ули у Дарзо? Ви не испытывала вины и не казалась расстроен ной, что выглядело довольно странно. Ведь всего несколько месяцев назад она похитила Ули, била ее и морила голодом. Потом Ви пошла дальше по коридору, напряженная, словно натянутая струна.

Кайлар поднялся с места, собираясь открыть дверь. Раздался короткий уверенный стук, и дверь открылась, но Ви пришла не одна. Сначала в комнату зашли сестра Ариэль и еще одна немолодая женщина с длинными белокурыми волосами, а вслед за ними — Ви.

Такому количеству людей было трудно разместиться в крошечной комнате, даже если бы трое из них не были магами. Кайлар молча ждал, прислонившись к стене.

— Кайл Блэксон, это Истариэль Вайянт, спикер Часовни. Она здесь всем руководит, — обратилась к Кайлару сестра Ариэль.

— Рад познакомиться, — откликнулся Кайлар. — Меня поселили в специальные апартаменты для гостей?

— Я — спикер, — с раздражением напомнила Истариэль.

— И что с того? — огрызнулся Кайлар, сам не понимая, что на него нашло.

Сейчас он напоминал манерами Дарзо, и Ви смотрела на происходящее расширенными от удивления глазами.

— У нас возникли большие трудности, юноша, куда важнее вашего не в меру раздутого самомнения, — поджала губы Истариэль.

— Почему мы разговариваем здесь, а не в вашем кабинете? — поинтересовался Кайлар.

— Как ты и говорила, — обратилась она к сестре Ариэль, — безрассудный и беспечный, но не дурак. Послушай, Кайл, Часовню и весь юг ждут тяжелые и страшные времена, и, для того чтобы выжить, нам потребуется помощь Ви.

— Неужели? — удивилась Ви.

— Помолчи, дитя мое, — успокоила ее сестра Ариэль.

— Мы надеялись, что располагаем определенным запасом времени, — обратилась Истариэль к Ви. — Рассчитывали обучить тебя надлежащим образом и подготовить к выполнению важной миссии, которая сопряжена с серьезным риском как для тебя, так и для Часовни. Уже сам факт, что ты…

— Из всех женщин, что приходили в Часовню за последние сто лет, ты наделена самым выдающимся талантом — вмешалась сестра Ариэль. — Ты вышла замуж до приезда к нам, следовательно, этот брак не нарушает третьего Алитэрского соглашения. Талант женщины не является гарантией для дальнейшего продвижения, но если он велик, такая женщина будет всегда на виду. Итак, Ви, ты бросаешься в глаза, обладаешь огромным талантом и являешься супругой мужчины, также наделенного великим талантом, а ваш брак не нарушает ни одного договора или соглашения.

— А как быть со всеми нам известными событиями, которые предшествовали этому браку? — спросила Ви и многозначительно посмотрела на сестру Ариэль, которая густо покраснела под ее взглядом.

— Да, кстати, Кайл, мы не ожидали, что ты сюда придешь, — пришла на выручку Истариэль. — Сестра Ариэль не сомневалась, что ты не появишься в Часовне.

— Я не знала, как на тебя подействуют прелести Ви, — мягко заметила Ариэль.

— Я пришел сюда по другой причине! — вспыхнул Кайлар.

— Какая разница, раз ты все равно здесь, — возразила Истариэль, — и теперь можешь уничтожить Ви или, во всяком случае, сделать ее бесполезной для Часовни.

— Ага, вот почему мне открывают часть правды! Пусть так… И все же не понимаю, зачем для встречи со мной понадобилось действовать тайком и плести козни? — возмутился Кайлар.

— В Часовне имели место случаи, связанные с обручальными серьгами Вай'сана. — Глаза Истариэль гневно сверкнули. — Сто лет назад кто-то надел обручальную серьгу на спикера и сделал это против ее воли.

— Подобные действия называются изнасилованием посредством обручальной серьги, — заметила Ариэль.

— Не мешай, — оборвала ее Истариэль, смерив сестру ледяным взглядом. — Это была попытка разрушить Часовню одним ударом, — снова обратилась она к Кайлару. — И она едва не увенчалась успехом. Я упомянула лишь самый недавний случай. Насильственное обручение серьгами вызывает у всех глубокую неприязнь и сурово осуждается.

— Значит, своей болтовней я погублю Ви. А вам-то что за дело? — не понял Кайлар.

— У нас нет причин для вражды, — примирительно заметила Истариэль.

— А вот я вижу по крайней мере одну, — возразил Кайлар, теребя серьгу.

— Послушай, Кайл, браки между магами находились под запретом в течение двухсот лет. Император Алитэры Дикола Райнс боялся, что мы создадим особую программу размножения, с помощью которой станем создавать архимагов и превратимся в основную силу мировой политики, как и было раньше. В те времена мы имели тесную связь с мужской школой синих магов, но в соответствии с договором все маги, имевшие семьи, должны были развестись. Маги-мужчины хотели воевать, а решение оставалось за спикером, которая сама была замужем за синим магом. Она понимала, что у мужчин нет шансов победить в войне с Алитэрой, и подписала соглашение. Разрыв с магами-мужчинами происходил болезненно, и с тех пор отношения остаются напряженными. В целях собственной защиты, а также по многим иным причинам, в частности желая избежать унизительных проверок на соответствие званию мага, Часовня ввела запрет на вступление в брак со всеми мужчинами. Женщины, которые все же выходили замуж, всеми силами искоренялись. Их лишали права продвижения во всех орденах, не позволяли продолжать обучение и превращали в объект насмешек. Тем не менее многие женщины по причинам, известным им одним, выбирали супружество.

— И сколько же их? — поинтересовался Кайлар.

— Половина.

— Значит, вы теряете половину женщин? — не поверил он.

— Будет еще хуже, если мы изберем неверный путь для их возвращения в лоно Часовни. Есть одна женщина по имени Эрис Бюэль, которая стала во главе этих женщин. Они хотят вернуться, разорвать Алитэрское соглашение и создать здесь мужскую школу. Однако в глубине души они просто хотят снова стать сестрами. Исходя из наших донесений можно предположить, что этой весной у нас появится больше бывших магов, чем магов действующих.

— И какова их численность? — спросил Кайлар.

— От восьми до десяти тысяч. Если принять во внимание, что наши сестры рассеяны по всему свету, то когда здесь появится толпа Рабынь, а так мы называем замужних сестер, они потребуют разрешение на создание собственного ордена, и мы не сможем им отказать.

— И что произойдет, если они создадут свой орден? — не понял Кайлар.

— Скорее всего, они первым делом объявят вотум недоверия и устранят меня, а на мое место изберут свою предводительницу. Мягко говоря, Эрис Бюэль — женщина злая, недалекая и опасная.

— И вы хотите, чтобы Ви ее убила?

— Боже сохрани! Конечно же нет, — заверила сестра Истариэль. — Мы хотим, чтобы Ви заняла ее место.

— Что?! — не поверила ушам Ви.

— Ты талантливее, красивее и не такая злобная, как Эрис.

— Ну, вы еще не видели Ви, когда она злится, — философски заметил Кайлар.

— И ты пока не видел! — огрызнулась девушка.

— Дело в том, — стала объяснять сестра Ариэль, — что Эрис Бюэль еще не стала официальным предводителем Рабынь. Эти женщины собрались со всей Мидсайру и даже не знакомы друг с другом. Когда они прибудут сюда, то примутся подыскивать подходящую кандидатуру. И это еще не все. Истариэль, расскажи им о Халидоре.

— Несмотря на то что Халидор не занимает большую часть своих восточных земель, он все же является нашим соседом, — начала Истариэль. — После смерти Гэрота Урсуула на халидорский престол взошел никому не известный человек по имени Уонхоуп. У нас есть все причины предполагать, что его правление окажется недолгим. На севере один из сыновей Гэрота, которого зовут Мобуру, объединился с варварами из Фриза. Ходят слухи, что они узнали древний секрет, с помощью которого можно поднять из пепла целые армии созданий, не являющихся людьми, то есть нежити. Мобуру движется на восток, чтобы то ли сразиться, то ли присоединиться к группе из пятидесяти вюрдмайстеров под предводительством Нефа Дады. Сейчас они в Черном Кургане. Говорят, что Неф Дада собирается поднять из пепла титана.

— А что это такое? — удивился Кайлар.

— Надеюсь, что всего лишь миф. Но как хозяйка плавучего острова полагаю, что титан понадобился халидорцам лишь для одной цели.

— Думаете, они нападут на Часовню? — предположила Ви.

— Я считаю, что они глупы, — сказала Истариэль. — В пашем распоряжении имеется только наемная армия из пятисот человек и ни одного боевого мага-женщины. Если халидорцы пройдут через ущелье и приведут двадцатитысячную армию и сотню вюрдмайстеров, они уничтожат нас и без помощи кралов или титана. Хуже всего, что в это же время Лэ'нот планирует поход на север. Если любой из них нападет сначала на нас, то даже в случае победы мы потеряем столько сил, что второй противник сотрет нас в порошок.

— Значит, вы хотите создать из десяти тысяч Рабынь армию, а потом пошлете их на убой ради спасения женщин, которые выгнали их вон, — предположил Кайлар.

В воздухе повисло гробовое молчание.

— Я несу ответственность за жизни женщин, находящихся под моим покровительством, а также являюсь хранительницей наследия, которое создавалось в течение многих тысячелетий и стоило огромных усилий, — ответила наконец Истариэль. — И поэтому, если потребуется, для их спасения я пожертвую жизнью и честью Ви, а также твоей жизнью и свободой и своей собственной жизнью и репутацией. Ради этого я пойду на войну с Алитэрой и заплачу любую цену, какая потребуется. Кайл, ты можешь разрушить мои планы и уничтожить жену. Достаточно сказать первой встречной женщине-магу, что тебя женили насильно. Я не в силах тебе помешать, но и освободить тоже не могу. Много веков назад, когда были сделаны эти серьги, их изучали великие маги, гораздо сильнее тех, что живут в наше время. Они подтвердили, что связь, установленную с помощью обручальных серег, разорвать невозможно. Проси чего хочешь за свое молчание, но не требуй невыполнимого. Итак, назови свою цену.

— Объясните сначала, что вы собираетесь предпринять, — потребовал Кайлар.

— В ближайшие недели я затею при всех весьма неприглядный спор со своими главными советниками по поводу Рабынь. Ариэль пойдет против меня. Я заявлю, что Часовня никогда не допустит воссоединения с Рабынями. Через несколько дней после нашего раскола просочатся слухи о нависшей угрозе, о которой я уже тебе рассказала. Я пошлю гонца в Алитэру с просьбой о защите и помощи в соответствии с нашим соглашением. Мои требования будут непомерно велики, и даже если Алитэра пришлет своих солдат, их малочисленность будет воспринята как оскорбление. Ви начнет обучать военному искусству всех, кто пожелает присоединиться к ней и сестре Ариэль. Я наложу запрет на эти занятия, но против «ослушниц» не станут предпринимать никаких мер. Если Ви сыграет свою роль надлежащим образом, у нее появится прекрасная возможность стать во главе мятежниц. Когда наступит весна, Ви будет вести со мной переговоры от имени Рабынь, я сдамся, и Рабынь примут в Часовню на определенных условиях. Для получения права голоса им предложат жить в Часовне в течение года или дольше.

— И лишь немногие на это согласятся, — вмешалась сестра Ариэль. — Большинство женщин являются владелицами ферм и торговых лавок, и у всех имеются семьи, к которым нужно вернуться как можно скорее.

— Благодарю за помощь, — язвительно сказала Истариэль. — Однако тем, кто действительно захочет воссоединиться с нами, будет дано разрешение. При этом их брак сохранится. Если в течение лета удастся осуществить наш план, можно приступить к пересмотру Алитэрских соглашений.

— То есть вы не станете приносить Ви в жертву Алитэре? — спросил Кайлар.

— Дружеские отношения, которые Ви установит с Рабынями, сделают ее неприкосновенной. Если я вздумаю ее предать, достаточно собрать всех Рабынь, которые имеют право голоса, и меня свергнут. Впрочем, несмотря ни на что, вопрос с Алитэрой придется решать в будущем году.

— А что требуется от меня? — поинтересовался Кайлар.

— Ты должен жить вместе с женой, и мне плевать, намерен ли ты делить с ней ложе. Для окружающих вы станете идеальной супружеской парой и будете проводить достаточно времени вместе на людях, чтобы все в это поверили. Ничего особенного не требуется. Время от времени обедайте и ужинайте вместе в таверне, прогуливайтесь, взявшись за руки. Вот и все.

— А вы представляете, каково мне делить с ней комнату? — возмутился Кайлар. — Я люблю другую женщину, на которой и хотел жениться. А теперь, если появляется желание к кому-нибудь, кроме Ви, меня тянет на рвоту. Я не могу контролировать сны и чувствую то же, что она. Я…

— Это нельзя исправить, — решительно заявила Истариэль. — Избавься от прежней возлюбленной, дели ложе с Ви, и в конце концов вы вполне можете понравиться друг другу.

— Ах ты бессердечная старая сука! — воскликнула Ви, опережая мысли Кайлара.

Все трое застыли на месте, изумленно глядя на девушку.

— Хорошо, делай вид, что все можно изменить, — заговорила наконец Истариэль. — Ты окольцевала этого мужчину и теперь собираешься принести в жертву тысячи жизней, чтобы почувствовать себя виноватой? Кайл, ты тоже хочешь пожертвовать чужими жизнями, чтобы наказать меня или сестру Ариэль? Думаешь, от этого станет легче? Что бы ни случилось через год с Часовней, ты все равно останешься женатым, Кайл. Я дам тебе все, что захочешь. Ви, ты получишь власть и положение, о каких не смела мечтать. Со временем ты станешь спикером. Выбирай. Обдумайте все как следует и сообщите сестре Ариэль. Нельзя, чтобы меня видели вместе с вами. Если мы случайно встретимся, старайтесь всячески подчеркнуть свою неприязнь. Думаю, это не составит труда.

Истариэль открыла дверь и, еще раз окинув всех взглядом, удалилась.

— Элена скоро придет в ваш новый дом, и все станут считать ее служанкой, — сообщила Ариэль.

— Я еще не дал согласия, — откликнулся Кайлар.

Сестра Ариэль устремила на него долгий ласковый взгляд и, не сказав ни слова, вышла из комнаты.

— И что нам делать? — обратилась к нему Ви.

Она стояла совсем близко, и Кайлар читал обрывки образов, проносившихся у нее в уме. Вот Элена отбрасывает в сторону нож. А потом Кайлар увидел себя, но гораздо красивее, чем на самом деле. Он нежно гладил Ви по лицу, привлекал к себе. Потом картина сменилась, и он очутился в тронном зале, разъяренный, обезумевший от гнева, в тот момент, когда рубанул сплеча по голове Гэрота Урсуула, спасая жизнь Ви. И снова новый образ. Кайлар с ужасом смотрит на Ви, теребя обручальную серьгу в ухе. А затем они лежали обнаженные, тесно прижавшись друг к другу. Все мышцы напряжены, глаза смотрят в глаза… И снова темнота и ужас.

Кайлар посмотрел на Ви и в душе порадовался, что на девушке бесформенное платье из белой шерсти. Ви стояла совсем близко, и он ощущал ее пьянящий запах. Она не пользовалась духами; может быть, он чувствовал аромат лавандового мыла, но, скорее всего, так невыносимо сладко пахло ее тело.

И снова образы. Вот, заливаясь кровью, падает Джарл. Из глаз Ви градом катятся слезы, и она спускает тетиву лука. Кайлар чувствовал, как она ненавидела себя в тот момент, какое страшное чувство вины пережила. Он простил Ви все, не заботясь о природе наложенного на нее принуждения.

Им не требовалось слов. Ви прочла мысли Кайлара, и ее глаза наполнились слезами.

Кайлар, сам того не желая, не мог оторвать глаз от груди Ви и густо покраснел, когда понял, что девушка поймала его взгляд. И снова он держал обнаженную Ви в объятиях, не понимая, откуда прилетел этот образ.

— Черт возьми! — тихо выругался он.

Ви взглянула на узкий соломенный тюфяк у стены и тут же отвела глаза. Но образ никуда не уходил. Кайлар лежит на ней, и она чувствует каждый мускул его прекрасного тела, от прикосновения которого обжигает как огнем. Их ноги переплетаются, и уже совсем близко момент счастья, которого она не заслуживает.

— Боже мой! — воскликнула Ви. — Мы подошли к последней грани.

Кайлар чувствовал жар, переполняющий тело Ви.

— Нет, — решительно сказал он. — Я не раз предавал Элену, но эту черту не переступлю. Ведь мы не допустим такого.

Возбуждение, охватившее Ви, мгновенно исчезло, и на смену ему пришло замешательство и чувство вины. Девушка шагнула к Кайлару, протягивая руки. Он отпрянул.

— Мы не должны даже прикасаться друг к другу, и ты это знаешь.

Ви отвела глаза в сторону, и Кайлар почувствовал, как ей больно быть отвергнутой и ощущать собственную ненужность. Ему захотелось утешить девушку, но он не произнес ни слова.

— Хорошо, будь по-твоему, — прошептала Ви.