— Вам не надо меня бить! — рыдая, повторяла Эми. — Я только выглянула из окна. — Девочка потрогала рот, болевший после удара грубого типа из Гонконга, которого, как она теперь знала, звали Тони. Она ощущала ранку в том месте, где скобы врезались в щеку. И еще Эми никак не могла унять дрожь.

Ленни дал ей бумажную салфетку, и она вытерла нос.

— Тебе запрещено выглядывать. Да и нет никакого смысла болтаться у окна — там двойное остекление и специальная пленка, так что никто тебя не увидит и не услышит.

— Тогда зачем он меня ударил?

— Он тебя ударил, потому что он и Санни, — Ленни жестом показал на соседнюю комнату, — очень злы на твоего отца. Ты должна вести себя тихо и слушаться, иначе тебя накажут.

— Почему ты привез меня сюда? — Эми моргнула, стряхивая слезы с глаз за толстыми стеклами очков. — Я не хочу тут оставаться. Мне нужно скорее вернуться в школу.

— Мы никуда не можем поехать, пока твой папаша не расплатится. — Он протянул девочке коробку с супом.

Эми очень хотелось есть. Она ничего не ела с того момента, как ее сюда привезли. Она взяла у него суп.

— Пожалуйста, верни мне мою сумку, Ленни.

— Ты получишь сумку, но не телефон. Тебе еще долго не придется ни с кем разговаривать. Соблюдай правила, и все будет в порядке. Иначе будет хуже. Поняла?

Эми кивнула, губы у нее снова задрожали.

— Спасибо за суп, Ленни. — Она приступила к лапше, но плохо видела, что ест, поскольку глаза снова застилали слезы. — Большое тебе спасибо.