— Я бы мог прийти к тебе домой, не обязательно было встречаться со мной в городе. — Мэнн ждал Дэвида в кафе «Неро» на Риджент-стрит. Он встал, чтобы пожать ему руку.

— Все нормально — я редко выбираюсь из дому и рад возможности выпить чашку приличного кофе.

Половина десятого утра. В кафе, кроме них, было лишь несколько человек. Мэнн уселся в кресло у окна и принялся наблюдать за Дэвидом, который стоял в очереди за кофе. Ему все еще было непривычно видеть Дэвида Уайта без формы, но он пришел к выводу, что друг теперь выглядит лучше, чем в последние годы. Джонни с удовольствием наблюдал, как Дэвид весело перебрасывался шутками с польской девушкой за прилавком. Он услышал, как друг смеется. Джонни давно не слышал его смеха. Уайт подошел к Мэнну, с кейсом под мышкой и держа в одной руке кофе, в другой печенье. Поставив все это на маленький круглый стол со стеклянной столешницей, он сел напротив Мэнна.

— Рад тебя видеть, Дэвид. Как дела?

— Я все же настаиваю на возвращении. На свою пенсию я не смогу прилично жить в Гонконге, но здесь мне трудно освоиться, так что я был бы рад снова поработать, хотя и временно. В каком состоянии сейчас расследование?

— Ты о пожаре в Хэкни слышал? — Мэнн бросил два кусочка сахара в двойной эспрессо.

— Да, слышал. — Уайт печально покачал головой. — Какая страшная и бессмысленная смерть. Ты знаешь, кто жертвы?

— Молодые филиппинки. Похоже, что их ввезли торговцы из новой группировки, о которой я тебе рассказывал. Если так, значит, это не совпадение. Их наверняка убили с какой-то целью, и это явно имеет отношение к Эми Тан. Сейчас на Филиппинах большие перемены. Мне нужен информатор оттуда. Ты до сих пор поддерживаешь контакт с мэром — Фредрико или как там его? Он похож на Кастро и сходит с ума по регби.

— Извини. — Уайт покачал головой. — Потерял связь много лет назад. Есть новости насчет девочки?

— Нет. Мы ничего не узнали. Уже прошло две с половиной недели с того дня, как Лун заплатил выкуп.

— У тебя есть какие-нибудь еще зацепки?

— Похититель проник внутрь и исчез, не оставив следа. Школа стоит на шоссе М25. Ее оттуда куда угодно могли увезти. Даже переправить в другую страну. У меня ощущение, будто я пытаюсь судить игру, правила которой даже не знаю. Узнать бы, кто в эту игру играет, что они хотят и каков лучший способ не дать им это получить, одновременно вернув девочку невредимой.

— Что говорит твой парень, который работает под прикрытием?

— Он в «Летающих драконах», зовут Микки.

— Ты с ним встречался? Он надежен?

— Думаю, да. А как у тебя получается работать под новичка педофила в твоем районе?

— Я притворяюсь перспективным клиентом. Мне пришлось представить фотографии изнасилованных детей, предположительно мной или моими друзьями, чтобы втереться в доверие. Они сейчас все это проверяют. Если мне поверят, я смогу чего-то добиться.

— Милостивый Боже! Где ты добыл эти снимки? — Мэнн подвинул свой стул, чтобы дать пройти пожилому итальянцу. Сквозь окно было видно, как на Риджент-стрит открываются магазины. Продавцы забегали в кафе, чтобы выпить по чашке кофе перед работой.

Уайт понизил голос и наклонился ближе, потому что итальянец за их спиной шуршал газетой и позвякивал чашкой и блюдечком.

— Я попросил об одолжении старого приятеля, который работает в отделе по защите детей. Он дал мне несколько любительских конфискованных снимков. Их раньше никто не видел. Затем я получу доступ к сайтам с киберсексом, которые специализируются на детях с Филиппин. Как только у меня что-то появится, я тебе сообщу. Еще я связался с несколькими фирмами, специализирующимися на секс-турах. Главных игроков несколько. У них целый ассортимент услуг — от путешествия с курорта на курорт в компании тридцати других развратников до снятия дома лично для вас и выбора по Интернету ребенка, который будет там с вами находиться. Я пока проверяю телефоны, имена и определяю, кто чем занимается. Постоянно сталкиваюсь с двумя персонажами из Пуэрто-Галеры. — Уайт открыл кейс, достал две пластиковые папки с газетными вырезками и протянул Мэнну. Джонни видел, что Дэвид доволен собой. Ему нравилось снова работать.

— Здесь у нас Боб Инглиш и Гарри Мойлес — известные как Английский Боб и Жирный Гарри. У них фирма, которая называется «Пляж в раю». Похоже, они занимаются любым паскудством. — Дэвид дождался, пока Джонни быстро просмотрел материалы. — Ты о них слышал?

— Помнится, несколько лет назад я читал про Гарри Мойлеса. Он был сержантом в полиции Северной Ирландии, но рано вышел в отставку: некоторые говорили, он спрыгнул, не дожидаясь, когда его спихнут после громких скандалов, связанных со взяточничеством. Он взял деньги вместо пенсии и купил себе бар на острове Олонгапо. Его поймали, когда он предлагал несовершеннолетних девочек для секса, но он сбежал.

— Он снова появился в Пуэрто-Галере. Женился на филиппинке, получив таким способом лицензию на торговлю. Поначалу он обслуживал исключительно ирландских извращенцев, но потом расширился и теперь, вместе со своим новым другом Английским Бобом, разыскивается за совращение малолетних в Таиланде и Великобритании. Мне удалось выследить их по Интернету. «Пляж в раю» — вполне внушительная организация. Но мне все же кажется, что несмотря на это, парни имеют поддержку крупных воротил, тем более что у компании связи с Гонконгом. В Интернете они даже этим хвастают. Вполне может быть, их контролирует Лун. Попроси Энджи узнать, кто в самом деле всем этим владеет, — вдруг мы выйдем на новых игроков. Что у тебя по Луну?

— Выясню сейчас, когда вернусь. Он затеял со мной особую игру, я знаю. Здесь слишком много всего завязано. Но не все сходится. Создается какая-то глобальная сеть. Думаю, он хочет использовать это как повод, чтобы начать войну. Я не могу этого допустить.

— Может быть, уже пора убрать Луна, Джонни? Он же всего-навсего человек. Отрубаешь дракону голову, и нет проблем. Люди вроде Жирного Гарри далеко не пойдут, если банды триад не будут снабжать их девочками. А большинство этих банд входит в «Во син син».

Мэнн печально улыбнулся:

— Ха! Конечно… но только в идеальном мире. Это было бы возможно, если бы он не прикрывался маской респектабельности. На данный момент я могу только попытаться не помешать ему и дальше вывозить женщин и детей. А ты в зрелом возрасте прямо большевиком становишься.

Уайт улыбнулся в ответ:

— Эти все данные из Интернета меня достают. Поразительно, как много сейчас делается по Интернету. Люди считают, они могут делать все, что им вздумается, и сохранять анонимность. Нам бы не помешало ввести трояна в их персональные компьютеры.

— Трояна?

— Это такая программа, похожая на вирус, — троян может выполнять разные функции. Нам нужен троян, позволяющий манипулировать удаленным компьютером. Тогда мы сможем их достать. Вирус начинает действовать, когда в компьютер вводится определенное слово. Ты можешь создать программу, которая реагирует на слово «ребенок» или «круг», выбирай сам. Когда она опознает это слово, то показывает тебе все, что связано с этим словом за весь период. Так ты можешь читать чужую электронную почту, узнавать их пароли — все-все. Иначе говоря, можешь контролировать их жизнь.

— Впечатляет. Это можно делать дистанционно?

— Да, если только принимающий компьютер не определяет программу как вирус. Еще одно — попроси своего парня Микки из «Летающих драконов» поспрашивать насчет Стиви Хо. Надо узнать, зачем он явился. Кто-нибудь в Чайнатауне должен знать, что происходит.

— Сделаю, но не думаю, что это китайский след, Дэвид. Много ты знаешь китайцев, которые настолько глупы, чтобы потребовать бросить деньги в мусорный контейнер в Чайнатауне после прокрутки сложнейшей операции? Почему просто не перевести деньги в китайский банк и не заставить кого-то отмыть их в качестве оплаты услуг? Человек, у которого хватило наглости и глупости замахнуться на Луна, не китаец — кто-то всего лишь хочет, чтобы подозрение упало на китайцев.

— Как поживает Джинджер? Ты навещал свою мать перед отъездом?

Мэнн усмехнулся и кивнул.

— Давай скажем так: Джинджер очень хорошо приспособился к жизни без тебя.

— Ха… приятно слышать. А как твоя мама? Как Молли?

— Мама очень рада коту, но как она на самом деле, я не могу сказать. Она в данный момент пребывает в некой задумчивости. Когда я навещал ее в последний раз, ей захотелось поговорить об отце. Представь, действительно поговорить — об их браке, о нем как о человеке. Но в последний момент она закрылась, как обычно бывает. — Мэнн посмотрел через столик на Уайта, который поставил кофейную чашку и наблюдал за ним, машинально гладя макушку, словно приглаживая волосы, которые давным-давно исчезли. Мэнн дождался, когда друг встретится с ним взглядом.

Уайт посмотрел на него выцветшими голубыми глазами и покачал головой:

— Не мне обсуждать брак твоих родителей. Он мне всегда представлялся крепким. Но когда люди стареют, они вспоминают многое по-другому. — Он допил кофе и взял кейс. — Теперь мне пора возвращаться к работе. Да… здорово звучит. Замечательно снова быть в обойме. Пойду домой, поплаваю в мире киберсекса.

— Я рад, что не мне приходится этим заниматься. Меня мутит при одной мысли об этом темном мире.

— Да, это еще одно лишнее доказательство печального положения нашего мира — за деньги можно купить все.

— Но очень дорого заплатив, Дэвид.

Они расстались у дверей кафе, пожав друг другу руки. Уайт задержал руку Мэнна в своей, посмотрел ему прямо в глаза и улыбнулся:

— Будь осторожен, Джонни.

Мэнн смотрел, как он уходит, направляясь к метро. Маленькая фигурка вскоре затерялась среди многочисленных любителей ходить по магазинам на Оксфорд-Серкус. Мэнн прошел боковыми улочками и оказался в верхней части Оксфорд-стрит. Он собирался нанести кое-кому визит, но не ожидал, что его встретят с распростертыми объятиями. Он шел и чувствовал холод металла на запястье. Невольно улыбнулся. Если он и мог в этой жизни на кого-то положиться, то это была «Делайла».