Агентство «Ауткам» — ранний вечер

Сейчас половина седьмого вечера. Большинство сотрудников уже закончили работу. Но только не я. Мой придурок босс все еще здесь: ему делают маникюр, а я не могу уйти раньше его. Занимаю время, заполняя карточки с сообщением об отказе от сотрудничества. У нас длинный список клиентов, которые скоро перестанут быть ими. Карточки выглядят вполне представительно. Их уже целая стопка. На каждой напечатан очень простой текст: «С сожалением сообщаем, что наше агентство больше не представляет ваши интересы». Другими словами: ты — отстой, у тебя нет таланта, на тебе не заработаешь денег, успехов тебе, идиот!

Минг заканчивает полировать ногти босса и приходит ко мне за оплатой. Эта сексапильная девушка напоминает Мулан из мультфильма, и я подмигиваю, передавая ей конверт с банкнотами. Она краснеет и опускает глаза. Наверное, она может расплакаться, если предложить ей заняться сексом. Фантазии о гейшах приходят мне в голову, и я моментально возбуждаюсь, но тут же осознаю, что остается всего несколько минут, чтобы переговорить с Блумом до его ухода.

Быстрая смена кадров: офис Блума — ранний вечер

Стучу в дверь его кабинета.

— У вас есть пара минут?

Блум тут же вскакивает и начинает складывать вещи в портфель — достаточно осторожно, чтобы не испортить маникюр. Он понял, что я собираюсь спросить его о сценарии. «Не читал и не собираюсь», — написано на его лице.

— Мне тоже нужно с тобой поговорить, — сообщает он.

Я невольно расслабляюсь. Может, он уже прочел? Решаю не медлить и спрашиваю:

— Вы прочли мой сценарий?

— Да… — Блум вынимает из портфеля бумаги, избегая моего взгляда. Плохой знак.

— И?..

Он протягивает мне сценарий.

— К сожалению, я знаю о существовании трех проектов на ту же тему.

— Вы знаете три истории о том, как белый игрок участвует в лиге афроамериканских команд? — сжимаю я кулаки.

— Эта тема — дискриминация наоборот — сейчас очень популярна, — кивает Блум. — Ты зарегистрировал сценарий в Гильдии?

Кулаки сжимаются еще сильнее.

— Нет, я ждал вашего мнения. Мне хотелось представить им максимально исправленную копию.

Блум, кажется, успокаивается.

— Каждый новичок сталкивается с трудностями. Зарегистрируй его. Сценарии постоянно крадут.

— Крадут? Вы единственный человек, читавший его!

— Джеб, я обращаюсь к тебе как к другу: нужно быть осторожным в этом городе.

Мои бицепсы наливаются силой, и я чувствую напряжение в области шеи. Вот чертов лгун! Блум, должно быть, заметил мое состояние, и на его лице отражается волнение. Я действительно могу выглядеть устрашающе, если захочу.

Блум закрывает портфель и обходит стол.

— Есть еще кое-что, о чем я хотел поговорить с тобой, и это не очень приятная тема, — начинает он. — Уверен, для меня это даже сложнее, чем для тебя.

— В чем дело?

Блум разглядывает только что отполированные ногти.

— Я хотел сказать тебе завтра, но почему бы не сделать это сейчас? — тянет он. Я мог бы отгрызть ему нос, разжевать и выплюнуть прямо в эту чертову рожу. — Мы больше не нуждаемся в твоих услугах.

Я не уверен, правильно ли его понял.

— Что, простите?

— Сегодня утром состоялось совещание партнеров. Мы вынуждены провести сокращения, потому что впереди реструктуризация. И к сожалению, это означает увольнение некоторых ассистентов. — Он делает паузу и пренебрежительно ухмыляется. — Ты знаешь, мы очень избалованы, а ведь многое можем делать сами.

«Как бы не так, придурок!»

— Но ты не единственный, — снова становится он серьезным. — Ассистент Паркера Кинга тоже будет уволен.

— В связи с сокращениями? — уточняю я, борясь с желанием задушить Блума.

— Извини, Джеб, ты был прекрасным ассистентом, — хлопает он меня по плечу, выходя из офиса. — И послушай, дружище, если тебе потребуются рекомендации, я никогда не откажу.