А на следующий день, когда солнце уже высоко и жарит вовсю, освещает черное пожарище, и легкий ветерок поднимает в воздух пепел, Джек сидит на переднем сиденье старенького пикапа на парковке возле побережья Дана-Стрэндс. Рядом с ним сидит Летти. Она грызет сломанный ноготь.

— Он приедет обязательно, — говорит Джек.

Она кивает и вновь вгрызается в ноготь.

Проходят пять долгих томительных минут, и Джек замечает, как черный «мерседес», кружа по дороге между зарослей, приближается к парковке.

— Вот они, — говорит Джек.

«Мерседес» подкатывает. Из него вылезает Даня, затем Ники. Джек тоже вылезает из пикапа. Встреча между машин.

— Ну так по рукам? — спрашивает Ники.

— Деньги получили?

— Да.

— Значит, часть сделки состоялась.

Ники кивает.

Он вручает Джеку подписанный документ, согласно которому отказывается от своих родительских прав на Натали и Майкла. Документ составлял Том Кейси, так что Джек уверен в его юридической законности. Он проверяет подпись Ники и говорит:

— Ну что ж, по-моему, все правильно.

Ники возвращается к «мерседесу». Дверца машины открывается, и оттуда, щурясь от яркого света, вылезают дети. Натали держит под мышкой Лео. Ники обнимает детей и говорит:

— Папа теперь некоторое время будет очень занят, так что вы поживете несколько месяцев у тети Летти, хорошо?

Дети кивают, обнимая отца, глаза у всех полны слез.

Подходит Летти, и Ники передает ей детей.

— Береги их, — говорит ей Ники.

— Подождите тетю Летти в машине, ладно? — обращается она к детям.

Когда они отходят, она говорит:

— Через шесть месяцев я их усыновлю.

— Как хочешь.

Летти глядит на него в упор.

— Что ты за человек, если продаешь своих детей? — спрашивает она.

— Этот же вопрос задала мне и мама, — говорит Ники. — Она совершенно раздавлена.

И после секундной паузы добавляет:

— Но жива.

Он подходит к Джеку.

И смеется.

— Ну что, сделка совершена? И это Джек Уэйд, который никогда не вступает в сделки?

Ники получает пятьдесят миллионов. Джек и Летти дают обещание не подавать в суд и не участвовать в следствии. Джек соглашается забыть все, что ему известно о Ники, компании «Жизнь и пожар в Калифорнии» и тому подобное. Пусть Сандра Хансен идет по следу.

Оливия Хэтеуэй получает компенсацию за свои ложки.

— Это был пожар по неосторожности, — говорит Джек. — Несчастный случай. И смерть в результате несчастного случая.

— Я хотел услышать это от вас, — говорит Ники.

Стало быть, всё — проплыли.

— Теперь все это в прошлом, — говорит Джек. — Если только вы не вздумаете приняться за старое.

— Даю слово.

И Ники протягивает ему руку.

— Подите к черту, — говорит Джек.

— А вам не кажется, что я уже там?

Джек и Летти глядят вслед удаляющемуся «мерседесу».

— И ему сойдет с рук убийство, — говорит Летти.

— Но зато дети будут в порядке, — говорит Джек. — Разве это не выгодная сделка?

— Угу.

Иногда, думает Джек, в сделки все-таки приходится вступать.

Жизнь учит умению договариваться, и надо знать, когда стоит пускать в ход это умение.

— Ты приедешь сегодня? — спрашивает Летти.

— Нет.

— А в конце недели?

Джек качает головой.

— Так ты вообще не приедешь? — спрашивает Летти.

— Таково одно из условий сделки, — говорит Джек. — Они хотят, чтобы я уехал. Уехал из штата.

И вообще из страны. На территорию, недоступную американской судебной власти. Такова маленькая страховая премия, выплаченная их стороной стороне Ники и компании «Жизнь и пожар в Калифорнии». Те получают деньги и мое молчание и как ни в чем не бывало продолжают вести дела.

А я должен уехать.

И, положа руку на сердце, это к лучшему, думает Джек.

Дети достаточно пострадали, достаточно сбиты с толку. Зачем им еще и новый «папа»? Им и так пришлось туго — не позавидуешь. Пусть о них заботится одна Летти, о чем она так мечтает. Не нужно морочить им голову новыми «мамами-папами».

— Но это чертовски высокая цена, Джек, — говорит Летти.

— Стоит того.

И он указывает подбородком в сторону машины Летти.

— Да, стоит, — говорит она.

И сжимает его руку.

— Я люблю тебя, Джек.

— Я тебя люблю, Летти.

И она оставляет его руку.

— Иди, по крайней мере, попрощайся с ними.

Джек подходит к машине. Дети сидят впереди. На коленях у них — собака.

— Ну что, ребята, в деревню едете, да? — говорит Джек. — На лошадях-то кататься будете?

Они кивают с мокрыми глазами. И храбро улыбаются сквозь слезы.

Он чмокает Летти в щеку, коротко обнимает, садится в пикап.

Трогает и выжимает скорость, чтоб не оглядываться.

Врубает Дика Дейла и его группу.

Проезжает мимо нового указателя въезда на побережье:

«Мемориальный парк Памелы Вэйл».

И сворачивает на юг.