Глава 1

Фойе отеля выглядело великолепно. Оформление сочеталось с темными деревянными полами и балками, белыми стенами и высоким потолком. Это напомнило мне фотографии, которые я видел в брошюрах о Таити. Не совсем такого я ожидал от отеля на Ки-Уэсте.

Не то чтобы я действительно знал, чего ожидать. Раньше я никогда не покидал Алабаму. Предполагалось, что первый отпуск за пределами штата я проведу не один. Романтические две недели в укромном уголке.

Смиренно вздохнув, я бросил сумку у стойки регистрации.

На меня смотрел высокий голубоглазый мужчина с короткими черными взъерошенными волосами и прекрасной, но профессиональной улыбкой. На именном бейдже значилось имя «Саймон».

— Здравствуйте. Я Уилсон Кёртис. У меня бронь.

— Ах, да, — ответил он, набрав что-то на клавиатуре. — Кёртис и Макки. Мы вас ожидаем.

Я сглотнул ком в горле.

— Вообще-то только Кёртис. Макки можно не ждать.

Я пытался сделать вид, будто меня это не беспокоит, будто я сам решил приехать в одиночку, но, должно быть, меня выдала нерешительная улыбка. Саймон смерил меня долгим взглядом, от которого стало неловко, но все-таки вспомнил о работе и вручил мне ключ.

— Я покажу ваш номер.

Для уединения я выбрал небольшой отель на двенадцать номеров, а значит, нас бы никто не дергал, а любопытные люди не пялили бы глаза. Не то чтобы это имело значение… Теперь. А еще отель относился к категории «гей-френдли». Здесь мы могли просто быть собой, без осуждения и страха.

Но опять-таки, какое это имело значение?

Саймон обогнул стойку и поднял сумку, что стояла у моих ног. Сверкнув глазами, он повел меня во двор у бассейна.

— Вы в комнате номер семь, — указывая дорогу, пояснил он.

У бассейна располагались небольшие комнаты в стиле бунгало, а вся территория выходила на песчаный пляж и Мексиканский залив.

Я залюбовался видом, что вызвало у Саймона улыбку.

— Обед в ресторане с двенадцати до двух, ужин — с шести до десяти. Бар открыт с обеда до поздней ночи. — Он махнул рукой в сторону бара с соломенной крышей, что разместился у бассейна.

Он открыл дверь в мою комнату, зашел внутрь и положил сумку на кровать. Комната была отделана в белых тонах, полы темные, а единственное яркое пятно — это салатовая картина над огромной кроватью королевского размера.

Смотрелось прекрасно.

Привлекая мое внимание, Саймон откашлялся. Темные волосы, бледная кожа и голубые глаза создавали интересное сочетание. Он привлекательный парень, без сомнений.

— Не все гости приезжают с партнерами, — тактично произнес он. — Так что не стесняйтесь, осмотритесь вокруг. А после полудня в баре можно найти тех, кто… ищет компанию.

В ответ на откровенное предложение я заморгал.

— Хорошего отдыха, — деловито добавил Саймон. — И если вам что-нибудь понадобится, обязательно дайте знать. Если меня не будет, поможет любой сотрудник.

Улыбнувшись, он вышел и закрыл за собой дверь.

Я сел на кровать и глубоко вздохнул. Все должно было пойти не так. Не такой отпуск я планировал. Но когда Род сообщил, что не поедет, у меня было два варианта. Первый: остаться в Далтоне, штат Алабама, и смотреть в глаза людям, что держали наготове гомофобные вилы. И второй: отправиться на Ки-Уэст и провести отпуск в одиночестве.

Что я, собственно, и сделал.

Оставив бизнес в надежных руках лучшей подруги Келли, я собрал вещи и сел в самолет в Бирмингеме. Весь путь до Ки-Уэста, штат Флорида, соседнее кресло оставалось пустым. И вот, здравствуй, отпуск.

В одиночестве.

Я не собирался все две недели утопать в жалости к себе. Какой в этом смысл? Род довольно ясно дал понять, что между нами все кончено. И чем дольше я об этом думал, тем чаще задавался вопросом: а наши отношения вообще существовали?

Короче, я быстро распаковал вещи и отправился осмотреться.

Отель выходил на пляж, так что с него я и начал. Сбросил обувь и ступил босыми ногами на песок.

Океанская вода даже без волн ритмично приливала и отливала. Становилось легче. Она будто меня очищала.

Голубое небо выглядело красивее на фоне синевы залива. Не знаю почему, но стоило взглянуть на океан, жизнь становилась лучше.

Она становилась… проще.

После довольно продолжительной прогулки по теплому песку и прохладной воде, я, как и предложил Саймон, устроился в баре и стал ждать, пока бармен закончит обслуживать двух парней.

Казалось, никто никуда не спешил.

У бармена были густые непослушные светлые волосы, квадратная челюсть, загорелая кожа, сине-зеленые глаза и заразительная улыбка.

— Адам, — представился он.

Я улыбнулся и любезно ответил:

— Уилсон Кёртис.

— Что тебе принести, Уил?

Уил. Меня так называл всего один человек.

— Газировку, спасибо.

Он приподнял бровь. Видимо, мой отказ от алкоголя ввел его в ступор, но обслужил он меня с улыбкой и даже пошутил, что парни с южным акцентом вроде меня и газировка – это несовместимые понятия. Я закатил глаза, а он засмеялся. Как оказалось, парень улыбался всегда. У него было честное лицо, а улыбка заставляла улыбаться и меня.

Он здоровался с другими парнями, подавал им коктейли и болтал, но постоянно возвращался ко мне. Не знаю, то ли он меня жалел, потому что я был один, то ли просто ответственно относился к своей работе.

Следующие два дня я осматривал Ки-Уэст, после полудня гулял по пляжу, а вечером сидел в баре и болтал с Адамом.

Каждый вечер, закончив смену, к нам присоединялся Саймон и вливался в разговор. Мы обсуждали все подряд: от текущих событий до фильмов, музыки и спорта, но беседы протекали весело и игриво.

Когда Саймон зашел за стойку и поцеловал Адама, я чуть не умер от остановки сердца. Судя по всему, они встречались. Моя реакция Адама насмешила.

Раньше рядом со мной никогда не целовались парни, и я чуть не подавился выпивкой.

Саймон по сравнению с Адамом был более сдержанным, но не высокомерным. Он просто вел себя спокойнее вечно улыбчивого весельчака Адама. Они были интересной парой – хотя не то чтобы я эксперт в гей-парах – но то, что они друг друга обожали, бросалось в глаза. Постоянно имели место поцелуи, прикосновения, улыбки. Я никогда такого не испытывал и завидовал. За этим было приятно наблюдать.

Сам отель был идеальным: небольшой, приватный и очень-очень «открытый». Повсюду сновали гей-пары, мужчины целовались, мужчины танцевали. Поначалу меня это немного шокировало.

Я никогда не бывал свидетелем таких открытых проявлений привязанности между мужчинами. Но мне нравилось.

Ночью, лежа в одиночестве в огромной кровати, я дрочил, представляя мужчин, что держались за руки, целовались, занимались сексом. Я надеялся, что до истечения двухнедельного срока найду человека, с которым можно всем этим заняться, пусть и всего на одну ночь. И я не сомневался: когда эти две недели подойдут к концу, я не захочу уезжать.

Особенно в родной гомофобный город.

Поздним вечером третьего дня я вновь оказался в баре. Конечно, я общался и с другими парнями, но постоянно возвращался к полюбившемуся бармену. Я знал, что он был занят, но что-то в нем меня привлекало. Он шутил и смеялся, и даже когда другие парни пытались завязать со мной разговор, я предпочитал оставаться и болтать с Адамом.

— Не хочешь рассказать о себе? — смеясь, спросил он и протянул пиво. — Приехал в гей-отель один, не пьешь и отшил парня, который только что пытался тебя склеить.

Я заморгал.

— Склеить? — я взглянул на парня, только что покинувшего бар. Он уже болтал с другим пареньком, и, казалось, там ему повезло больше. — Надеюсь, я его не обидел.

Адам расхохотался и покачал головой.

— Уил, ты – милашка.

Саймон прошел за барную стойку и улыбнулся.

— Что смешного?

— О, привет, — тепло поприветствовал его Адам. — Уил меня рассмешил.

Саймон обвел нас взглядом. Они с Адамом будто вели молчаливый диалог. Саймон его поцеловал, а затем снова глянул на меня и улыбнулся.

— Уил… — он умолк.

Я уставился на них. До сих пор было непривычно видеть, как целовались мужчины. Конечно, я смотрел порно, смотрел фильмы, но это никогда не происходило прямо у меня на глазах.

— Эмм, да?

Саймон вышел из-за барной стойки и присел на стул неподалеку от меня.

— Ты танцуешь?

— Я – что?

Адам засмеялся, чем привлек к себе внимание, и многозначительно кивнул через плечо в сторону открытого фойе, где танцевали люди.

Пары медленно танцевали.

Мужчины.

Мужчины медленно танцевали с другими мужчинами. Боже мой…

Я никогда не видел ничего подобного.

Я поочередно посмотрел на Адама и Саймона. Наверно, на моем лице отразилось удивление, потому что они оба ухмыльнулись.

— Э-э, н-е-е-т, — заикаясь, произнес я. — Нет, я не танцую.

— Какая жалость, — мечтательно сказал Адам.

Я допил пиво, продолжая смотреть через плечо на танцевавших мужчин. Они… завораживали.

Саймон откашлялся.

— Ну, и что привело тебя на Ки-Уэст?

Я вздохнул, а Адам протянул мне новую бутылку пива.

Я сделал глоток, глубоко вздохнул и рассказал. Рассказал всё.

Что моя жизнь в Далтоне превратилась в ад. Моя тихая, спокойная, скучная, «закрытая» жизнь перестала быть «закрытой».

Что из-за одного комментария разрушилось всё.

Ну, из-за комментария, пытливых умов и сарафанного радио, то есть Далтона. Тихие шепотки распространились как стихийный пожар, а маленький городок не мирился ни с тем, ни с другим.

Как-то мы с парнями выпивали в баре – мы всегда пили пиво после работы – и меня заметили два парня, с которыми я учился в старших классах. Пьяные придурки вели себя еще хуже, чем десять лет назад. Проходя мимо нашего столика, они заметили меня и засмеялись.

— Гляньте-ка, кухонная фея, — ляпнул один.

А второй его поправил:

— Ты хотел сказать, кухонный гомик.

Я высмеял этих деревенских неудачников, у которых уровень IQ не выше размера обуви, другие парни тоже засмеялись. А Род просто сидел и молчал.

— Заместитель начальника полиции Род Макки просто, блин, сидел и молчал.

— Кто такой Род? — задал вопрос Адам.

— Парень, с которым я встречался. Тайно. Два года.

— Два года? — переспросил Саймон. — И он промолчал?

Я покачал головой.

— Мы не афишировали отношения. Никто не знал, что мы геи, не говоря уж о том, что мы встречались.

Саймон и Адам вытаращили глаза.

Я снова вздохнул.

— В общем, мужчина, который должен был хоть что-то сказать, просто сидел и молчал... Ну да, он был в штатском, но все равно мог бы сделать замечание этим придуркам. А при погонах обязан был объявить выговор. — Я сделал очередной глоток пива. — Но не сумел. Во всяком случае, так он заявил. Ночью он позвонил сообщить, что все кончено. Сказал, что не может рисковать. Сказал, что, если бы устроил в баре скандал, это выглядело бы подозрительно.

Адам прищурился, а Саймон был вне себя.

— А другие парни?

— Джону и Дэнни показалось странным, что Род промолчал. Они ткнули его в это носом и спросили, не стал ли он слабаком, а он просто молчал. — Я покачал головой. — Он не знал, куда деть глаза, но на меня не смотрел вообще.

— Что случилось потом? — прошептал Адам.

— Они просто пялились на меня. Я пытался отмахнуться, сказав, что всегда выделялся в старшей школе, потому что никогда не играл в футбол. Я шеф-повар. И что с того, черт возьми?

— Ты шеф-повар? — спросил Саймон.

Я кивнул.

— Ага.

Взгляд Адама стал обеспокоенным.

— Что сделали те парни? Джон и Дэнни… они тебя обидели?

— Что? — «Обидели?» — Нет, ничего такого, — заверил я. — Они допили пиво и без слов ушли. По их глазам я понял, что они сложили два плюс два. У меня никогда не было девушки, я никогда не цеплял девушек… — Вспоминая, я медленно покачал головой. — И без того задержавшийся Род снял пальто со спинки стула и последовал за ними, а я обдумывал, что, черт возьми, только что произошло.

Я допил пиво.

— На следующий день я пошел в магазин забрать ежедневный заказ свежих продуктов, а мистер Брайант отказался обслуживать «такого человека».

— Такого человека? — повторил Саймон.

Я кивнул.

— Ну, то есть гея.

— О, боже, — прошептал Саймон.

Адам протянул мне еще одно пиво – уже третье – и я сделал глоток.

— Сказать, что я был в шоке, значит, ничего не сказать. Но в течение дня все пошло по наклонной. Люди отменяли бронь, а некоторые просто не появлялись.

Я рассмеялся, хотя было совсем не смешно.

— Одна компания из вежливости позвонила отменить бронь и пообщалась с Келли – моей лучшей подругой и вторым шеф-поваром. Сказали, дело в том, что они не хотели заразиться гейством через мои блюда.

Глупо, нелепо и обидно.

— Мне жаль, — прошептал Адам.

Я посмотрел на блондина. Его лицо выражало искреннее сожаление, будто он понимал. Я печально улыбнулся.

— Больше всего меня беспокоили не оскорбления, и даже расставание с Родом меня не парило. Самое страшное, что ресторан, мой бизнес, попал под замес.

Саймон обошел барную стойку, поцеловал Адама в висок и прошептал что-то ему на ухо.

Улыбнувшись, Адам подошел ко мне и взял за руку.

— Идем, — сказал он и, не дав шанса возразить, поднял меня на ноги.

— Что ты делаешь?

Адам засмеялся.

— Ты идешь танцевать.

— Здесь? — недоверчиво спросил я.

Мы стояли в баре! Я обернулся в сторону других танцевавших мужчин, но, как выяснилось, все уже ушли.

— Но больше никто не танцует.

Адам ухмыльнулся.

— И никто нас не увидит.

Понимая, что он не позволит отвертеться от танца, я глянул на бойфренда Адама.

— Эм… Саймон…

Адам обнял меня за талию и притянул ближе.

— Поверь, Саймон не против.

Он был сантиметров на пять ниже моих метра восьмидесяти, прижимал меня к груди, а руку положил на спину. Я чувствовал исходивший от его тела жар, его запах… Адам начал раскачиваться из стороны в сторону. Раньше я никогда не танцевал с мужчиной, тем более под наблюдением его бойфренда.

Это опьяняло. Я выпил только три пива, но голова кружилась.

Я почувствовал взгляд Саймона и уставился на него в ответ. Видимо, это было вполне нормальным, что Адам танцевал с другим мужчиной, потому что Саймон выглядел весьма счастливым. Даже немного самодовольным.

Саймон подошел к нам и крепко поцеловал Адама, отчего я ахнул. Черт побери, видеть, как мужчина целовал другого мужчину – это одно дело, но наблюдать, как мужчины целовались в то время как один из них обнимал меня… Боже…

Саймон отошел, а Адам усилил хватку и прошептал мне на ухо:

— Так нормально?

Все, что я смог сделать, – это кивнуть.

— Тебе нравится?

С колотящимся сердцем я опять кивнул.

— Как-там-его когда-нибудь делал тебе приятно?

Я не стал исправлять его имя. Род делал мне приятно? Я кончал? Да. Но чувствовал ли я себя нужным? Желанным? Нет… Нет.

Наверно, я слишком долго не отвечал, потому что Адам перестал двигаться и отступил.

— Ну? Делал?

Я покачал головой.

— Нет.

Адам снова притянул меня к себе и покачал головой.

— Какой кошмар.

Саймон выключил свет, закрыл и запер двери, а когда музыка остановилась, я понял, что танец окончен.

Но Адам не прекратил двигаться. Наоборот, обхватил меня крепче.

Я чувствовал, как пальцами он впивался в кожу, чувствовал его тело. Чувствовал его полностью. Я не сомневался, что он чувствовал меня, то, что он со мной творил. А когда он провел рукой по спине, по заду, и прижался ко мне бедрами, я знал, что он ощутил мой дико набухший член.

Саймон встал рядом с нами. Стоило бы встревожиться, но тревоги не возникло. А когда он опустил руки мне на поясницу, я должен был смутиться. Но не смутился.

Наоборот, я был только за.

Саймон, медленно приникая к моей спине, встал сзади. Стоило сказать «стоп». Но я не сказал.

Я застонал.

Адам заглянул мне в глаза. Он молчал. Да и к чему слова? Он безмолвно спрашивал, всё ли в порядке, хотел ли я, чтобы он остановился. В ответ я в него вцепился и обнял немного крепче. Улыбнувшись, он провел руками по моей шее, целуя в подбородок, и спросил хриплым шепотом:

— Чего ты хочешь? Что ты хочешь почувствовать?

Я не успел тормознуть вырвавшиеся слова:

— Хочу почувствовать себя нужным… желанным.

Саймон переместил руки мне на бедра и приблизился губами к уху:

— Мы можем показать, как это бывает.

Зажатый между двумя мужчинами, я опустил голову Саймону на плечо, в то время как Адам целовал меня в шею. Убрав руку со спины Адама, я достал из кармана ключ от номера и попытался подобрать слова, чтобы выразить свои желания, но, тяжело дыша, сумел произнести только одно:

— Пожалуйста.

Глава 2

О, черт…

Такого я еще никогда не испытывал.

Два одновременно прижавшихся ко мне тела, прикосновения четырех рук, два целующих меня рта, которые просто пожирают, поглощают. Влечение и притяжение, страсть…

Боже…

Каким-то образом нам удалось добраться до моего номера. Стоило войти внутрь, как Адам тут же набросился на меня.

— Черт возьми, — пробормотал он мне в шею, покрывая ее поцелуями. Его приоткрытый рот оставлял влажные следы на коже, пока пальцы впивались в мои бока.

Саймон закрыл за нами дверь и снова встал позади меня. Коснулся губами загривка, спустился поцелуями к плечу. Его руки тем временем скользили по моей спине, задирая футболку все выше, пока она окончательно не слетела с меня над головой. Внезапно я оказался полуголым между двумя мужчинами, чьи руки жадно блуждали по всему моему телу. Я не видел в каком направлении исчезла моя футболка, да меня это и не волновало, если честно.

— Ох, мать твою… — застонал я.

Адам проложил дорожку поцелуев, прильнув к моей груди, облизывая и посасывая там, где прикасался губами. Мои руки тут же очутились в его волосах, направляя его, подначивая, и когда он захватил ртом сосок, я ничего не смог с собой поделать. Выгнулся навстречу.

Саймон застонал у меня за спиной, его жаркое дыхание обожгло ухо. Высвободив одну руку из волос Адама, я потянулся назад и запустил ее в волосы Саймона. Он толкнулся ко мне, потираясь пахом о мою задницу, одновременно скользя руками по моему животу, пока его рот атаковал шею, плечо, ухо...

Адам выцеловывал мне грудь, постепенно поднимаясь к ключице, и в какой-то момент его губы встретились с губами Саймона, они поцеловались. Как будто меня здесь и не было вовсе, будто бы я не оказался зажат между ними, а мои руки не путались в их волосах. Они толкнулись навстречу друг другу, тесно вжимаясь в меня – один спереди, другой сзади – пытаясь стать ближе, пока их рты сливались воедино над моим плечом.

Боже! Я хотел поцеловать их. Обоих. Мой рот раскрылся, пока я тяжело дышал, сгорая от дикого желания.

— О, Сай, я хочу его... — прошептал Адам, едва разорвав их поцелуй.

Сай? О, Саймон. До меня дошло, что он звал Саймона «Сай».

Он, что же, спрашивал у него разрешение?

Прежде чем я успел поинтересоваться этим, Саймон, видимо, ответил, потому что Адам поцеловал меня. Глубоко и напористо. Губы, язык... Он бескомпромиссно вел в поцелуе. Именно так, как я хотел. Именно так, как мне было необходимо. Не дожидаясь, пока мы прекратим целоваться, Саймон прошептал мне прямо в ухо:

— Ты хочешь этого, Уил?

Я оторвался от губ Адама, но смог лишь кивнуть в ответ. Да, да, я хотел этого, чертовски сильно хотел.

— Ты хочешь только одного из нас или обоих? — прошептал Саймон.

Черт…

— Обоих, — выдохнул я, — Пожалуйста, обоих…

Адам улыбнулся и его глаза потемнели, он облизнул свои распухшие от поцелуев губы, а Саймон пропустил руку между Адамом и мной, и расстегнул шорты на мне. Вот черт... Мой член напрягся, отчаянно нуждаясь в трении, в ласке, хоть в чем-нибудь.

Я перешагнул через снятые шорты-карго и надавил на задники, избавляясь от обуви. Адам потянул меня за руку, увлекая к кровати, и когда мои ноги коснулись матраса, толкнул на нее. Я растянулся, оказавшись на спине. Он поднимался поцелуями по моим ногам, но добравшись до трусов, остановился. Посмотрев на меня, медленно склонился и лизнул мой член через ткань. Я запрокинул голову. Твою ж мать...

— Презервативы?

Голос Саймона напугал меня, и я машинально взглянул на него. Рубашка на нем была уже расстегнута, так что я мог видеть живот и грудь. Кажется, я даже облизнул губы, потому что он улыбнулся.

— Презервативы?

— Эм, да… — пробормотал я, и глянул на прикроватный столик. — В верхнем ящике.

Адам стащил с меня трусы, высвобождая мой возбужденный член, прошелся языком по всей его длине, а затем щелкнул им на головке.

— О, черт... — я вцепился в покрывало и закрыл глаза.

А потом он вдруг исчез. Вскинув голову, я увидел, что Адам улыбается мне, снимая футболку, пока я лежал на кровати голый, не считая трусов, спущенных до бедер. Адам быстро избавился от штанов, оставаясь только в трусах, и опустился на колени рядом со мной.

— Ты готов, Уил? — Саймон стоял перед нами. Он занял ведущую роль, направляя наши действия. Его голубые глаза были напряженными и серьезными, резко контрастируя с яркой улыбкой Адама. — Потому что, вот как мы поступим...

Я сглотнул от тяжести его тона, его властности. Он бросил горсть презервативов на кровать рядом с нами и полностью снял рубашку.

— Адам нагнется над кроватью, а ты будешь его трахать, — сказал он.

Я задохнулся от его слов.

— И пока ты будешь в нем, я буду трахать тебя, — закончил Саймон.

Все мое тело задрожало.

Адам склонился надо мной, глядя сверху вниз. Его волосы упали на лицо.

— Тебя устраивает? — улыбнулся он.

Дышать внезапно стало невыносимо трудно.

— Но... я никогда не был сверху...

— Никогда? — моргнул Адам.

Я покачал головой, и он наклонился, чтобы нежно поцеловать меня, прежде чем снова отстраниться.

— Но ты же хочешь?

Приподняв голову с кровати, я потянулся и поцеловал его в ответ. Кивнул, а затем глянул на Саймона, который наблюдал за нами.

— Да, хочу.

Саймон улыбнулся и посмотрел на Адама.

— Подготовь его.

Адам соскочил с кровати и подтянул меня за ноги к краю матраса. Быстро стянув с меня трусы, он приподнял мои ноги, обнажив задницу. Я закрыл глаза, ожидая знакомого вторжения пальцев, того самого ощущения, которого так жаждал.

Но то, что я ощутил, оказалось вовсе не пальцами.

Распахнув глаза, чтобы посмотреть на Адама, я увидел, как он вылизывает меня языком, плотно прижавшись к моей заднице. А затем почувствовал его влажный, горячий язык во мне. Вот же черт... черт... черт... Он трахал меня языком. Меня так еще никогда... никогда... никогда... о боже.

Я не мог не смотреть на него. Это просто завораживало. Адам стоял, склонившись надо мной, его рот разрабатывал меня, пока он трахал меня языком, в то время как Саймон стоял позади него. До меня запоздало дошло, что Саймон подготавливал Адама, пока Адам готовил меня.

Господи, это случится. Это в самом деле произойдет.

Через какое-то время рот Адама исчез, сменившись пальцем, потом двумя. Он вылизывал и целовал мои яйца, а его пальцы растягивали меня. Тишину нарушали лишь наши беспорядочные стоны, и я чувствовал, как мое возбуждение нарастает все сильнее и сильнее… а затем умолял о большем, еще... пожалуйста, еще...

Когда Адам отстранился, я глянул на него.

— Что ты...?

— Поднимайся, — улыбнулся он.

О… Я сполз с кровати, Адам обхватил мое лицо ладонями и поцеловал, просунув язык мне в рот. Я отчетливо ощутил свой собственный вкус. Сначала меня это шокировало, но затем он отстранился, и я понял, что хочу еще.

Адам усмехнулся и подхватил с кровати обертку из фольги. Быстро разорвав ее, раскатал презерватив по всей длине моего члена, заставив меня застонать. Затем смазал его, и я непроизвольно толкнулся в его руку.

— Боже, я так быстро кончу.

— Даже не вздумай, — резко сказал Саймон у моего плеча, заставив меня вздрогнуть. Я почти забыл, что он здесь. — Ты дождешься пока я войду в тебя, прежде чем финишировать. Я хочу чувствовать, как ты кончаешь, — его голубые глаза потемнели и взгляд их стал напряженным, соответствуя тембру голоса.

Я облизнул губы и кивнул. Саймон потянул меня за подбородок большим и указательным пальцами и поцеловал. Проникнув языком в мой рот, он будто пытался уловить вкус Адама, а оторвавшись от меня, улыбнулся.

Когда я повернулся к Адаму, тот уже нагнулся над кроватью, предлагая мне свою задницу. Ох, черт… Мой член запульсировал от осознания происходящего, от самой только мысли о том, что я собираюсь сделать. Я положил руку ему на поясницу и встал позади него, приставляя головку к его входу.

Саймон встал рядом, и не сводил глаз с того места, где мы должны были соединиться.

— Давай, Уил, он готов. Толкнись внутрь.

И я толкнулся.

Господи, боже мой!

Он был таким узким, таким чертовски тесным. Я медленно, но верно входил в него, дюйм за дюймом, а мой член ощущался как стальной. Я сжал бедра Адама и застонал, скользнув в него глубже. Он вцепился в покрывало. Слыша, как стонет Адам, я потерялся в этом ощущении, растворился в нем, чувствуя, как оно меня затягивает, как я дрожу от желания.

Саймон притянул мое лицо к себе, отвлекая от приближающегося оргазма. Теперь он был обнажен. Я даже не заметил, как он раздевался. Я уставился на его эрекцию – длинный, уже покрытый презервативом член Саймона гордо стоял, и я просто не мог отвести взгляд, зная, куда он сейчас направится, и гадая, как глубоко проникнет внутрь меня.

Саймон приподнял мой подбородок, вынуждая посмотреть на него, и поцеловал меня в губы.

— Дыши, Уил, — прошептал он низким голосом. Я глубоко вдохнул, а Саймон встал у меня за спиной, держа руку на моем плече. — Раздвинь ноги, — велел он, и я, не отрываясь от Адама, послушно сделал это. — А теперь не двигайся.

Я ощутил головку члена у своей задницы, пальцы на моих бедрах, а потом он погрузился в меня.

Вот черт, черт, черт...

Саймон застонал и толкнулся внутрь. Я ощущал, как он медленно скользит во мне. Ощущал растяжение, жжение, боль, переходящую в наслаждение, и мой член задрожал в глубине задницы Адама.

— Вы готовы, чтоб я трахнул вас обоих? — выдохнул Саймон мне в ухо.

— Боже, да, двигайся… — застонал Адам и вцепился в простыни. — Пожалуйста, Сай, двигайся.

Ему это было так же необходимо, как и мне. Мне тоже нужно было двигаться.

Это двойное ощущение оказалось слишком сильным: мой член погружен в Адама, в то время как Саймон полностью внутри меня. Каждый дюйм длинного ствола Саймона заполнял меня, и когда он вышел, а затем снова толкнулся вперед, я трахнул Адама. Мой член выскользнул и снова вошел в него, пока Саймон делал то же самое со мной.

— Как ощущения? — простонал Саймон у меня за спиной.

— Чертовски здорово, — проскулил Адам. — Просто невероятно.

Я был окружен ими. Обоими, Саймоном и Адамом, везде и сразу.

Я никогда раньше не был внутри кого бы то ни было. Это ощущалось горячо, узко, пульсирующе и так чертовски здорово. Затем толчки Саймона стали быстрее, глубже, жестче, его стоны стали громче, резче. Я не мог больше сдерживаться. Он трахал нас обоих, двоих одновременно. Этого ощущения было и слишком много, и в то же время чересчур мало, но это было правильно. Это было чертовски правильно. Я вколачивал Адама в матрас, сжимая его бедра, скользя внутри него, в то время как сам точно также был заполнен Саймоном. Я никогда в жизни не чувствовал себя настолько желанным, таким нужным, таким полным. Мой член напрягся и стал еще тверже внутри Адама.

— Черт, черт, я сейчас кончу…

Волной оргазма захлестнуло вначале низ живота, а затем белый атомный жар пронзил все тело. Я вжался в Адама финальным толчком, в то время как Саймон не останавливаясь долбил меня. Моя грудь тяжело вздымалась, голова откинулась назад, пока член изливался горячими и густыми струями в презерватив.

— Да, боже, да… — громко застонал Адам, кончая. Его задница сжималась вокруг моего члена снова и снова, выжимая всю сперму до остатка.

Все мое тело трясло, в то время как Адам содрогался подо мной. Руки Саймона впились мне в бока. Он вошел в меня раз, другой, и с диким рыком замер надо мной. Я почувствовал волну дрожи от его члена внутри себя, когда он кончал. Так мощно, так идеально.

Подо мной, на мне, внутри меня, внутри него... Это было наслаждение, которого я никогда раньше не испытывал. Так... полноценно. Другого слова и не подобрать, именно полноценно.

Адам усмехнулся подо мной, возвращая в реальность из посторгазмического тумана, окутавшего разум. Саймон поцеловал меня в плечо и выскользнул из моего тела, а я вышел из Адама. Разобравшись с презервативом, я выпрямился, и Адам тут же потянул меня на кровать. Я упал на подушки, а он навалился на меня сверху.

— Ну, и как тебе?

— Эм… — только и смог выдать я.

— Это же потрясающе, правда? — усмехнулся Адам снова.

Мое тело все еще было необычайно расслаблено, кожа покрыта мурашками, и мне вдруг стало интересно, похожа ли моя улыбка на улыбку Адама сейчас?

— Это точно, — выдохнул я, кивнув.

Он улыбнулся еще шире, когда Саймон вышел из ванны.

— Ты ведь никогда не пробовал ничего подобного раньше?

— Нет, — тихо ответил я, покачав головой.

Саймон встал коленями на кровать и подполз к нам. Он наклонился и крепко поцеловал Адама, прямо над моей грудью.

— Ты в порядке?

— Даже лучше, — ответил Адам. — Это было чертовски горячо.

Саймон посмотрел на меня.

— А ты как?

Я улыбнулся от проявления его заботы. Сразу видно, что он более серьезный из них двоих.

— Никогда не чувствовал себя лучше, — заверил я его.

Адам возбужденно загудел.

— Уил сказал, что вообще никогда не пробовал ничего подобного, — он жестом указал на нас троих. — Так, может, нам продлить предложение до конца его пребывания?

Саймон моргнул от слов своего парня, и даже в темной комнате было заметно, что он удивлен. Прежде чем он смог ответить, Адам продолжил болтать.

— Ну давай, Сай, сам же знаешь, что тоже этого хочешь, — он оперся на руку, подтянул Саймона к себе, удерживая его лицо за подбородок, и нежно поцеловал его, прямо в нескольких дюймах от моего лица. — Уверен, ты уже обдумываешь все то, что хотел бы испробовать на нас обоих.

Саймон застонал и посмотрел на меня, а потом на Адама.

— Ну, он вроде милый.

Адам ухмыльнулся и подпрыгнул на матрасе, но вдруг резко замер.

— Ой, — он уставился на меня, его улыбка тут же исчезла. — Только если ты тоже этого хочешь, Уил...

Я фыркнул, как будто существовала хоть малейшая вероятность, что я не захочу испытать это снова.

— О, конечно же, хочу, — я взглянул на Саймона. — Если ты не против.

Саймон смерил нас обоих взглядом, закатил глаза и ухмыльнулся. Я принял это за «Да» и глянул на Адама. Улыбка, которой он меня одарил, была поистине прекрасна. Я приподнялся и Адам меня поцеловал, раскрывая мой рот, дразня языком и припухшими, всегда улыбающимися губами. Потом оторвался от меня и поцеловал Саймона. Я завороженно наблюдал, как они целуются – нежные губы, мягкие языки, постанывания... И то, что они при этом лежали полностью обнаженные, прижавшись ко мне в моей же постели, целуясь всего в двух дюймах от моего лица, казалось просто нереальным. И потрясающим. Саймон оторвался от губ Адама только чтобы прижаться к моим в ленивом и томном поцелуе, нежно и сладко. Затем присоединился Адам. Мы целовались втроем. До чего необычно было чувствовать два других рта, два других языка, сплетенных вместе, две пары рук, два тела… И при этом так возбуждающе.

Мой член моментально откликнулся.

— Вот черт, — я застонал и откинулся на кровать.

Когда они оба вопросительно на меня посмотрели, я усмехнулся и потянулся, чтобы сжать свой член.

— Следующие десять дней прикончат меня.

Адам засмеялся и, наклонившись, коснулся моих губ своими.

— Ты не захочешь уезжать.

Я почти сказал ему, что, возможно, так и есть, но он нашел моему рту лучшее применение, целуя меня снова, пока Саймон целовал ниже мои ребра. Они лежали рядом, наполовину нависая надо мной, и не прошло и нескольких минут, как мы все трое извивались в объятиях друг друга, и беспорядочные стоны вновь наполнили комнату.

Вот уж поистине, возвращение в Алабаму было самой последней мыслью в моей голове.

Глава 3

Проснулся я от того, что кто-то ткнулся носом мне в затылок.

— Хэй, соня.

Открыв глаза, я понял, что уже почти рассвело, а Адам мне улыбается.

— Что такое? — пробормотал я.

— Мы собираемся домой, — хмыкнул Адам, и лишь после этого я заметил, что он уже одет.

— Мы не хотели, чтобы ты проснулся и подумал, будто мы просто взяли и ушли.

Я повернулся и увидел, как одевается Саймон.

— Сейчас без четверти шесть утра, — сказал он, застегивая рубашку. — Нам лучше уйти, прежде чем проснется весь отель.

Адам игриво хлопнул меня по заднице.

— И я собираюсь в церковь.

— Церковь? — повторил я хрипло со сна и потер лицо руками. — Какой сегодня день?

— Понедельник, — ухмыльнулся Саймон. — Церковь Адама открыта каждый день.

Адам улыбнулся шире и глянул на меня.

— Поспи еще, увидимся позже.

— Ммм… — промычал я все еще в полудрёме.

Адам хмыкнул, и я не смог не улыбнуться в ответ.

— Не могу дождаться вечера, — он прильнул и поцеловал меня в щеку.

Саймон покачал головой, как бы извиняясь за него, и стащил Адама с постели.

— Да ладно уже, оставь его, у человека отпуск, — а затем посмотрел на меня. — Увидимся за завтраком.

Они ушли, а я лежал, растянувшись на смятой огромной кровати, один... Пахло нами, тем, чем мы занимались прошлой ночью. Дважды... Сначала мы трахались на краю кровати, я был в Адаме, а Саймон во мне. Потом мы лежали и целовались, лаская друг друга прикосновениями, пока не образовали треугольник, делая друг другу минет.

Это было потрясающе. Даже лучше, чем просто потрясающе.

Я пытался не думать о дальнейшем развитии событий и о том, что все это значит, решил просто плыть по течению. А почему бы и нет?

Это всего на десять дней. Так что следующие десять дней меня будут трахать, и я сам буду трахать столько, на сколько у меня хватит сил. Затем вернусь в Алабаму, к своему рушащемуся бизнесу и тому, что осталось от моей никчемной жизни. Если десять дней – это все, что у меня есть, я собираюсь использовать их по максимуму.

Перевернувшись на другой бок, я подложил под голову подушку.

Чем больше я думал об Адаме и Саймоне, тем сильнее улыбался. Они были настолько разные, но, тем не менее, невероятно гармонично подходили друг другу. Адам сразу мне понравился, с первой встречи. В нем было некое очарование, какая-то притягательность. Сложно было устоять перед его магнетизмом. Саймон же, напротив, был более сдержан. Поначалу он показался мне холодным снобом, но потом, стоило ему улыбнуться, как его улыбка моментально согрела мне душу. Судя по всему, Саймон сдерживал излишнюю энергичность Адама. Будучи более ответственным, он заботился об Адаме, и, похоже, тот именно в этом и нуждался, скорее всего, ему это даже нравилось. Но именно Адам вдыхал в их пару жизнь и помогал Саймону оставаться в тонусе. Адам напоминал подростка, а Саймон взрослого, несмотря, на то, что обоим было чуть за двадцать, как, впрочем, и мне.

Они являли собой полную гармонию, идеальный баланс, прекрасно дополняя друг друга.

Я знал, что пригласить меня к ним третьим было идеей Адама. Они сами дали это понять. Поэтому, пусть Саймон и согласился на это только ради прихоти Адама, я был вовсе не против. Даже если Саймон и терпел меня только потому, что его парень захотел поиграть в тройничок в течение десяти дней, меня все устраивало. Хотя, не похоже, чтобы он возражал, засовывая член в меня по самые яйца прошлой ночью. Или когда я на всю длину заглотил его ствол, делая ему минет, а потом проглотил все до последней капли, пока он кончал. Да, он явно был не против.

Я улыбнулся при мысли, что они спали в моей постели. Вымотанные и довольные, мы втроем заснули в обнимку, с Адамом посередине. И они задержались, чтобы разбудить меня, прежде чем уйти, лишь бы я не подумал, что они просто трахнули меня и свалили.

Как только комната заполнилась солнечным светом, я встал, принял душ, оделся и отправился на поиски кофе. Утренний персонал был профессиональным и дружелюбным. По правде говоря, утренняя смена работников кухни оказалась гораздо приятнее вечерней. Трех дней вполне хватило, чтобы сложить мнение и о шеф-поваре, крайне высокомерном типе, а также о его отношении к еде и персоналу.

Утренняя выкладка свежих фруктов, круассанов и кофе была идеальной. За завтраком уже сидели другие постояльцы, влюбленные пары с горящими глазами. Мужчины с обожанием смотрели друг на друга, и, будучи здесь единственным одиноким парнем, я забрал свой поднос к дальнему столу с видом на пляж.

Потягивая кофе, достал телефон и набрал номер единственного человека, который все еще общался со мной дома. Несмотря на то, что было только начало восьмого утра, моя лучшая подруга ответила после третьего гудка.

— Да?

— Привет, Келли.

— И тебе привет, — было приятно слышать ее голос, несмотря на то, что прошло всего несколько дней. — Как Флорида?

— Здесь, эм… здесь здорово, — ответил я, все еще улыбаясь. — Как ресторан?

— Ресторан в порядке, — отмахнулась она. — Лучше поподробней расскажи об этом «здорово», у тебя ужасно довольный голос.

Наверное, по сравнению с тем жалким состоянием, в котором я пребывал, когда уезжал, сейчас мой голос звучал намного счастливее. Я отхлебнул кофе и вздохнул.

— Все просто чудесно, — сказал я ей, не совсем уверенный, стоит ли рассказывать больше.

Келли знала, что я гей, и что мы с Родом тайно встречаемся, но я никогда не обсуждал с ней подробности, во всяком случае, не то, чем мы занимались.

— Ты же там не в полном одиночестве, правда?

Мои мысли вернулись к Адаму и Саймону.

— Нет, я не один.

— Ты кого-то встретил? — охнула Келли.

Не то чтобы мне удалось ей правильно объяснить, что я встретил двоих «кого-то», даже если бы попытался, но я все же не смог сдержать очередной улыбки.

— Что-то типа того.

Она завизжала.

— Когда вернешься домой, хочу знать все подробности. Слышишь меня, Уил Кёртис?

Я засмеялся и попытался сменить тему.

— Так что там насчет ресторана? Как вообще дела?

Она забубнила что-то неопределенное, уклонившись от прямого ответа.

— Келли, пожалуйста, — прервал я ее посреди предложения. — Просто скажи, как есть. Посетители возвращаются?

— Ну, да...

— Что «ну, да»?

— Уил, — вздохнула она, — давай мы поговорим об этом, когда ты вернешься? Ты в отпуске.

Я понимал, что она что-то не договаривает. Слишком хорошо ее знал.

— Келли, у меня вообще будет к чему возвращаться?

Ее затянувшееся молчание стало отличным ответом. Я провел рукой по волосам и смиренно выдохнул.

— Боже, Кел…

— Я знаю, — с нежностью ответила она. — Все будет в порядке, Уил. Все образуется, вот увидишь.

— И с каких это пор ты стала таким философом? — фыркнул я.

Келли засмеялась и велела мне наслаждаться остатком отпуска, пообещав, что позвонит через день или два. Она ни словом не обмолвилась о Роде, видела ли его вообще, говорила ли с ним, а я и не спрашивал. Просто не хотел знать.

Когда я нажал на отбой, Саймон, уже одетый в униформу, присел рядом с чашечкой кофе.

— Все в порядке дома?

— Не совсем, — я глубоко вздохнул. — Но я же и не должен об этом волноваться в ближайшие десять дней, так ведь?

Саймон кивнул и отхлебнул кофе. Он посмотрел на безмятежный океан и многозначительно указал подбородком в сторону какого-то пловца.

— Он здорово там смотрится.

Я никогда особо не обращал внимания на пловцов. Ну, плавают и плавают. Всегда вдоль берега кто-то плыл. Однако глянул на воду, а потом перевел взгляд снова на Саймона. То, как он продолжал наблюдать за одним конкретным человеком, заставило меня присмотреться к нему внимательней.

— Это Адам?

Саймон улыбнулся и кивнул.

— Плавает каждое утро.

— Я думал, он сказал, что собирается в церковь?

— Океан и есть его церковь, — тихо усмехнулся Саймон. — Может плавать и нырять бесконечно. Там он обретает покой.

Я перевел взгляд с Саймона на Адама в нескольких сотнях ярдов от нас, он как раз выходил из воды, а когда повернул голову обратно к Саймону, тот не сводил с Адама взгляда. В его голубых глазах без труда читалась искренняя любовь, а на губах играла легкая улыбка, пока он наблюдал, как Адам идет к нам.

Это заставило меня улыбнуться. Захотелось расспросить его, как давно они вместе, как познакомились, устраивали ли они тройнички с другими одинокими парнями, сколько их было, и почему я? Конечно, я был здесь один, возможно, к тому же я слегка наивен, и оказался легкой добычей, но почему именно я? Почему они не выбрали другого парня, или, вообще, пару? Устроили бы групповушку.

Однако, когда Саймон вопросительно изогнул брови, как бы вопрошая, почему я пялюсь на него, я не смог. Не знаю, почему. Думаю, он честно ответил бы, но, может, проще будет спросить об этом у Адама.

— Где вы живете? — вместо этого поинтересовался я. — То есть, наверное, где-то поблизости...? — я замолчал, почти сожалея о заданном вопросе.

Саймон взглядом указал на второй этаж отеля.

— Там, в апартаментах управляющего.

— Ты управляешь этим заведением? — потрясенно уточнил я.

— Да, — улыбнулся Саймон, — уже почти три года.

— Ого, — не смог я сдержать своего удивления. — Это большая ответственность.

Он кивнул.

— Владельцы не часто сюда наведываются, так что, я управляющий на «каждый день». Принимаю все решения, руковожу персоналом и управляю отелем. У них только имена, и счета в банке на эти имена.

— И все же, — признал я. — Это прекрасное место. Ты отлично справляешься.

— Спасибо, — Саймон медленно кивнул. — Но ты такой же, как и я. У тебя тоже есть свой бизнес.

Я повертел в руках телефон и бросил его на стол.

— Ну, может быть, уже ненадолго...

— Что, все настолько плохо? — тихо спросил он.

— Не узнаю наверняка, пока не вернусь домой, — вздохнул я, — но, похоже, когда ты гей, это сильно вредит бизнесу.

Саймон крепче стиснул челюсть и покачал головой.

— Что будешь делать?

Не мог же я признаться, что понятия не имею. Все, что я умел – это работать шеф-поваром, а мой бизнес – единственное, чем я занимался в жизни. Я так долго и упорно трудился ради всего, что он олицетворял, а теперь тот висел на волоске.

— Полагаю, разберусь с этим через девять дней.

Саймон кивнул и отпил кофе.

— Ммм, девять дней… — сказал он себе под нос. — Нам лучше сделать так, чтобы каждый того стоил.

— Я подумал о том же, — нервно хохотнул я.

— О чем ты только что подумал? — голос Адама напугал меня.

Я смотрел на Саймона и не заметил, что Адам поднимается к нам по каменным ступеням. Он шел в шортах от гидрокостюма, вытирая полотенцем мокрые волосы.

Саймон тепло улыбнулся своему парню.

— Мы просто решили, что нам нужно с пользой провести следующие девять дней.

О боже, они собираются открыто об этом говорить. За все время, проведенное с Родом, мы ни разу не обсуждали то, чем занимались.

Адам пристально посмотрел на нас обоих.

— И лучше бы вам, черт возьми, во все свои планы включить меня.

Я расхохотался, а Саймон, усмехнувшись, встал.

— Даже не сомневайся, — он тепло улыбнулся мне и направился в сторону кухни.

Я посмотрел на Адама и понял, что он, улыбаясь, разглядывает меня. Он всегда улыбался.

— Так что, какие планы на день?

— Не знаю пока. Может, снова наведаюсь в город, или поброжу по округе, — ответил я ему.

— Займусь тем, чем все обычные туристы.

Адам кивнул.

— Жаль, что нам нужно работать, а то прогулялись бы с тобой, показали достопримечательности. Вообще-то, у меня через два дня выходной, смогу показать тебе окрестности, если захочешь.

— Было бы здорово, — улыбнулся я ему.

— Только не планируй ничего на вечер, хорошо? Уверен, Саймон для нас уже что-нибудь придумал, — он многозначительно приподнял брови и промычал что-то. — Ну, ладно. Мне стоит пойти переодеться и подготовиться к работе.

Он уже было развернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился.

— О, и мы заканчиваем сегодня около восьми или девяти, но ты можешь в любое время посидеть в баре и составить мне компанию...

Он не стал дожидаться моего ответа, это был не вопрос, а завуалированная просьба. Я прикусил нижнюю губу, прекрасно зная, что так и сделаю.

Пару мгновений я наблюдал, как он уходит, здороваясь по пути с гостями, а потом, взяв со стола телефон, вернулся к себе в номер. Еще не было и восьми утра, а я уже мечтал, чтобы этот день поскорее закончился. Мне хотелось, чтобы быстрее наступил вечер, лишь бы я смог снова оказаться в постели с этими двумя парнями. И я действительно сгорал от желания узнать, что же придумал для нас Саймон.

Глава 4

Я слегка рассеянно осматривал достопримечательности, наслаждаясь идеальным, будто с туристической открытки, пейзажем: голубое небо, лазурная вода и выбеленный солнцем песок. Красивее этого и быть ничего не могло, однако мысли то и дело возвращались к Адаму и Саймону. Они мне нравились.

Мне нравилось быть с ними. Нравилась их энергетика. И не то, чтобы я запал на одного из них больше, нет, они импонировали мне именно вместе, как единое целое. Пусть у меня и сложилось впечатление, что Саймон терпит мое присутствие только ради Адама, тем не менее, я не мог представить себя с Адамом без Саймона.

Я старался не думать о своем ресторане и о том, что сказала мне Келли по телефону. Эти несколько дней стали самым длительным периодом, который я провел вдали от своего бизнеса с тех пор, как начал его два года назад, поскольку даже выходные выдавались у меня крайне редко.

Я любил свою работу. Мне доставляло невыразимое удовольствие наблюдать за тем, как мой бизнес развивается. Приходилось тяжело трудиться, но оно того стоило. Я совершенствовал навыки, учился, чему мог, и со временем это принесло отличные результаты – мой ресторан обрел популярность и в нем всегда было полно людей. В этом заключалась вся моя жизнь.

До того, что произошло неделю назад...

Теперь же, очевидно, всему пришел конец. Я понятия не имел, к чему вернусь и что буду делать дальше, а самое худшее, будут ли мне вообще там рады. Зато прекрасно осознавал, что между мной и Родом все кончено, и, полагаю, что дружба, с такими как Джон и Дэнни, исчерпала себя тоже.

Самое интересное то, что даже если бы у меня вдруг появился шанс вернуться назад во времени и предотвратить раскрытие своей ориентации, не думаю, что воспользовался бы им. Разумеется, я не хотел, чтобы дело всей моей жизни одним махом оказалось на помойке, хотя и сожалел, что самые близкие отношения с другим мужчиной в родном городе – как и память о них – так безжалостно растоптали. Это единственное, что я был бы не прочь исправить. Однако теперь, когда все тайное стало явным, не уверен, что пожелал бы вернуться к прежней жизни в постоянных прятках. Несмотря на высокую цену. Тем более после того, как увидел, что существуют такие люди, как Адам и Саймон, которые живут ни от кого не скрываясь и ничего не пряча.

Я хотел так же.

Возможно ли это вообще в Далтоне, Алабама?

— Эй, — окликнул меня водитель автобуса, отвлекая от невеселых мыслей. — Твоя остановка?

Я выглянул в окно экскурсионного автобуса и понял, что уже вернулся в отель. Стоило войти в вестибюль, как все мои тревоги, казалось, вмиг исчезли. Темные деревянные панели и белые стены, открытые солнечному свету, заставили меня непроизвольно улыбнуться. Две пары парней весело болтали о чем-то, и еще одна пара плавала в бассейне.

Походило на мой личный рай.

Во всяком случае, сроком на следующие девять дней.

Я направился прямиком в свою комнату, переоделся в плавки и махнул на пляж. Теплый песок, прохладная вода и послеполуденный бриз прекрасно расслабляли мой разум и прочищали мозги. Когда я возвращался по каменным ступеням назад в отель, Адам уже стоял за стойкой и улыбался мне.

Я не мог не улыбнуться в ответ.

— Привет, — я подошел к нему, вытирая полотенцем все еще мокрые волосы.

— Как прошел день? — очаровательно улыбнулся он.

— Хорошо, посмотрел кое-какие достопримечательности, — кивнул я. — Ну, пойду приму душ и переоденусь.

— Очень жаль, — вздохнул Адам. — А я уже представил, как слизываю соль с твоей кожи.

У меня отвисла челюсть от такого откровенного ответа, и я почувствовал, что краснею, поэтому машинально огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что нас никто не слышал. К счастью, мы были практически одни.

— Тебя это смущает? — спросил он, улыбаясь.

— Нет, — покачал я головой, — просто не привык к такой откровенности.

— Ммм… — промычал Адам. — Похоже, ты много к чему не привык. Тебе придется рассказать обо всем, что твой бывший никогда не делал, чтобы мы смогли это исправить.

Я прикусил нижнюю губу и смущенно улыбнулся, непроизвольно прочистив горло, потому что ни за что не смог бы рассказывать о том, что делал или что хотел бы попробовать. Уж слишком сдержанным и закрытым был по жизни. Усмехнувшись, Адам обогнул барную стойку и подошел ко мне вплотную.

— Такой стеснительный… — улыбнувшись, прошептал он, глядя потемневшими глазами, и потом медленно поцеловал меня в шею. — Ммм… — снова промычал. — А соль океана на твоей коже сладкая.

Вот черт. Я ощущал тепло его тела. Чувствовал его запах. И от этого вмиг покрылся дрожью с головы до ног.

— В душе не дрочить, — погрозил пальцем Адам. — Побереги себя для нас с Саем, хорошо?

У меня перехватило дыхание, и я смог лишь кивнуть. Верный своему обещанию, в ответ на просьбу Адама я держался, и не дрочил в душе. Как бы сильно меня не выгибало от возбуждения, я вознамерился дождаться вечера, потому что знал наверняка, когда Саймон и Адам будут рядом, оргазм, что я испытаю, окажется в разы сильнее.

После того, как они доведут меня, вылизывая и вытрахивая его из моего тела.

Одевшись в джинсы, рубашку-поло и обычные шлепанцы, я вернулся в бар. Там сидели и другие парни, и в ресторане тоже, однако в понедельник было гораздо тише, чем в выходные. Адам разговаривал с какой-то парой, но, увидев меня, заулыбался.

— Ну, как душ?

— Холодный.

Он расхохотался.

— Какая жалость!

— Ну да, — усмехнулся я ему, — просто подумал, что это будет, эм... это будет… — я глянул на двух других парней в баре рядом со мной и смущенно откашлялся, — в моих интересах.

— О, уверен, именно так все и будет, — рассмеялся Адам.

И так оно и было. Вечер я провел в баре, разговаривая с другими гостями, но в основном с Адамом и Саймоном, когда тот освободился. Они закончили рано, как и обещали, и к восьми я уже лежал в постели с Саймоном, чей ствол был погружен в меня по самые яйца, и членом Адама в моем горле.

Я трижды кончил до полуночи, и ожидание действительно того стоило.

Отключились мы, переплетясь руками и ногами, измученные и полностью насытившиеся. Проснулся я от ощущения, будто за мной наблюдают и, приоткрыв глаза, заметил, что на меня смотрит Саймон. Он лежал на боку, повернувшись лицом ко мне, а между нами все еще спал Адам. Я улыбнулся Саймону, и, глядя на довольное лицо Адама, почувствовал, как моя улыбка становится еще шире.

— Он выглядит счастливым, — прошептал я сонно.

Саймон кивнул, окинув взглядом Адама, его глаза при этом излучали тепло. А потом снова посмотрел на меня.

— Как ты себя чувствуешь? Ночью ты здорово потрудился.

Прежде чем я успел ответить, только притворяющийся спящим Адам, со все еще закрытыми глазами, заметил:

— А он любит, когда его хорошенечко урабатывают.

Саймон рассмеялся и, как ни странно, я вовсе не смутился. Вместо этого впился пальцами в ребра Адама, щекоча его.

— Я думал, ты спишь!

Извиваясь от щекотки и хохоча, Адам развернулся, прижавшись спиной к Саймону так, что оба оказались ко мне лицом. Саймон заботливо обнял Адама, защищая его, они широко улыбались и при этом выглядели такими довольными, такими счастливыми. Я хотел так же. Хотел быть таким же счастливым. Само собой, мне хотелось потрясающего секса, но больше всего я хотел чувствовать, что меня так сильно любят.

Хотел бы я такие отношения, как у них. Когда-нибудь и мне повезет, успокоил я себя.

— Так, ладно, мне пора на пробежку, — отвлек меня от мыслей Саймон.

— А мне на утренние молитвы, — сказал, садясь на кровати, Адам.

— Ты собираешься вставать в такую рань, чтобы поплавать в свой выходной? — недоумевая уточнил я.

— Разумеется! — он снова посмотрел на Саймона. — Сай, возьми его с собой на пробежку.

Я рассмеялся, чем заставил обоих парней посмотреть на меня.

— Боже, я ни разу не бегал со времен старшей школы.

— Тем более, — слезая с кровати, Адам шлепнул меня по заднице. — Тебе это пойдет на пользу.

Я потер лицо.

— Вы, что, каждый день так? Встаете, а потом на пробежку и плавать?

— Помогает укрепить выдержку, понимаешь, о чем я? — скользнув в свою футболку и поведя бровью, выдал Адам. — Выносливость.

Я захохотал. Саймон усмехнулся и встал с кровати, подхватив свои брюки со стола.

— Надень что-нибудь для пробежки и встретимся через пять минут у каменных ступеней.

* * *

Блин, я был уже на пороге сердечного приступа, сердце разве что из груди не выпрыгивало, а Саймон даже не запыхался.

— И как далеко ты обычно бегаешь? — спросил я его.

— До мыса и обратно, — сказал он, кивая вдаль.

— Срань Господня, — пропыхтел я. — Это же так далеко.

Неудивительно, что он был в хорошей форме.

— С каждым днем и у тебя будет получаться все лучше и лучше, — ухмыльнулся Саймон.

— Ты что, хочешь сказать, мне придется сделать это снова?

Он с ума сошел, что ли?

Саймон опять рассмеялся. Его темные волосы и голубые глаза блестели в лучах восходящего солнца. Он действительно был поразительно красивым парнем. Я еще немного пробежал с ним, но потом сдался и предложил ему бежать дальше без меня, пока я подожду, когда он вернется обратно. Я перешел на шаг и смотрел как он легко удаляется от меня. Господи, до чего же у него сильное и гибкое тело.

Это дало мне время не только перевести дыхание, но и подумать. Добежав до мыса и вернувшись, Саймон замедлил шаг и пошел рядом со мной. Его обнаженный торс блестел от пота, грудь тяжело вздымалась, но он задавал мне вопросы о жизни в Алабаме, о моей работе и, казалось, будто ему действительно интересно то, что я рассказываю. Когда мы дошли до ступенек отеля, Саймон снова надел рубашку, и мы сели, чтобы понаблюдать, как плавает Адам. Наш разговор плавно перетек к обсуждению человека в воде.

— Он как батарейка «Энерджайзер», — кивнул я в сторону Адама.

— И не говори, — фыркнул Саймон.

— Вы всегда хотели найти кого-нибудь третьего?

— Нет, не всегда, — мой вопрос заставил его улыбнуться.

— Это была его идея, не так ли?

— Почему ты спрашиваешь?

— Ну, похоже, что именно Адам хотел этого.

— Вот как, — усмехнулся Саймон. — У тебя сложилось впечатление, что я этого не хочу?

Я непроизвольно вспомнил прошлую ночь, насколько сильно он меня хотел, как был возбужден, как жестко трахал и бурно кончал.

— Ну, ладно, не только он.

Саймон усмехнулся, похоже, тоже вспомнив прошлую ночь.

— После того как заселил тебя в комнату, я поделился с Адамом, что ты приехал один, и он действительно предложил это первым, — признался Саймон, — но я нисколько не возражал.

— Вот как… — жар смущения пробежал по щекам, и я кивнул.

— А что, разве это плохо? То, что я рассказал ему о тебе?

Я посмотрел на Саймона. В его серьезных глазах читалось любопытство.

— Нет, — ответил я. — Но вы выбрали меня...

— Не совсем, — улыбаясь ответил он. — Ты уже был одинок, помнишь? Я всего лишь, между делом, упомянул при Адаме, что ты приехал один, и затем, когда он увидел тебя, он тебя захотел.

Я кивнул, переваривая эту информацию.

— А тебя это не беспокоит?

— Что?

— Ну, то, что он тащит других в твою постель?

— Нет, — покачал головой Саймон. — А должно?

— У вас же никогда не было третьего парня так долго, не говоря уже о десяти днях, — и чуть помолчав, я добавил: — Ну и потому, что вы любите друг друга.

— А разве любовь бывает только для двоих? — ответил он.

Я на мгновение задумался. Несмотря на предвзятое представление о том, что такое отношения, или какими они должны быть, теперь я видел, насколько счастливыми могут быть трое.

— Нет, полагаю, что нет.

Саймон улыбнулся.

— Единственные правила в любви – те, которые мы сами для себя устанавливаем. Если Адам хочет третьего человека в нашей постели, я не против.

— Но ты тоже должен этого хотеть.

Саймон наклонил голову, словно пытаясь что-то понять.

— Да почему ты продолжаешь думать, что я этого не хочу?

Я не ответил. Не мог. Не хотел, чтобы он признавался, что терпит меня только ради своего парня. Как раз в этот момент нас прервал один из работников кухни.

— Простите, Саймон? — спросила девушка. — Есть минутка?

Он глянул на часы.

— Черт! — поспешно встал и вместе с ней вошел в здание.

Я со вздохом поднялся и направился в свою комнату. И к тому моменту, как Адам постучал в мою дверь, успел немного поразмыслить. Я знал, что у него выдалась пара выходных и предполагал, что, вполне возможно, мы проведем эти два дня в постели. Я впустил его, и он усмехнулся.

— Ну что, готов к лучшему дню в своей жизни?

Я улыбнулся ему. Не сделать этого было просто невозможно.

— Во-первых, думаю, нам нужно установить некоторые правила.

— Что? — моргнул Адам.

— Правила, — покачал я головой в ответ на его реакцию.

Спустя десять минут, он приволок Саймона в мою комнату.

— Можешь, пожалуйста, объяснить ему, как я ненавижу правила?

Саймон засмеялся и посмотрел на меня.

— Какие правила?

Я глубоко вздохнул и рассказал Саймону то, что только что сообщил Адаму.

— Не думаю, что нам стоит заниматься сексом, когда нас не трое.

— Вот! — воскликнул Адам, глянув на Саймона. — Я же говорил, что это просто нелепо!

Саймон улыбнулся Адаму, потом перевел взгляд на меня.

— Почему?

— Я просто подумал, что это будет нечестно по отношению к человеку, который не участвует в процессе, — и сразу же пояснил. — Но я не имею ввиду себя. Вы оба можете делать что хотите без меня. Я имею в виду, вы же пара, а я всего лишь третий лишний.

— Ты никакой не гребаный третий лишний, — фыркнул Адам, уперев руки в бока, и посмотрел на Саймона. — Вот видишь?

Я рассмеялся над Адамом. Он напоминал ребенка, которому не дали конфету.

— Послушай, Адам, — мягко начал я. — Я хочу сказать, что у нас с тобой есть два дня, пока Саймон работает. Это несправедливо по отношению к нему. Ему будет интересно, что мы делаем, — а потом прошептал, — …и как мы это делаем.

Адам посмотрел на Саймона и надул губы.

— О...

Я подошел к нему и встал ближе, чтобы заглянуть в глаза.

— Только представь, что у Саймона был бы выходной, пока ты бы работал, и мы провели его вместе, заперлись в спальне на несколько долгих часов. Долгих, долгих часов... — простонал я для пущего эффекта.

Адам нахмурился, и я обхватил его лицо руками.

— Тебе бы это не понравилось, правда? Теряться в догадках, чем мы занимаемся без тебя?

— Не очень, — он медленно покачал головой.

— Но мы можем целоваться, — уступил я. — Взасос.

— А минет? — лицо Адама озарила надежда.

Я хмыкнул и посмотрел на Саймона, он пожал плечами.

— О, ну слава богу, — застонал Адам, расстегнул ширинку на штанах, и, скользнув рукой в трусы, высвободил свой полувозбужденный член.

Моя челюсть отвисла от такой непринужденности. Саймон лишь рассмеялся и прищелкнул языком.

— Правила – есть правила. Минеты можно, Уил.

— Ты уверен, что не против? — я посмотрел на него, пытаясь оценить реакцию.

Саймон улыбнулся и кивнул.

— Хочешь посмотреть? — Адам глянул на него, надрачивая свой член.

— Ну, у меня есть пара минут, — бросил взгляд на часы Саймон.

— С таким-то ртом это не проблема, — Адам подобрал с пола мою отвисшую челюсть, и втянул в быстрый, страстный поцелуй.

Через миг я упал на колени, взял его красивый член в рот и принялся с жадностью сосать и облизывать, используя все свое мастерство. Хрипя и постанывая, схватив меня за голову, он кончил мне в горло. Не то, чтобы я считал, но он не продержался даже двух минут.

Подняв глаза, я наткнулся на пристальный взгляд Саймона. Он наклонился и поцеловал меня, пробуя вкус Адама с моих губ. Его взгляд затуманился, а веки отяжелели.

— Уверен, что смогу уделить вам еще две минуты, — облизнувшись, произнес он.

Я ухмыльнулся и расстегнул молнию на его брюках...

Глава 5

Мы с Адамом провели день, занимаясь «нетуристическими делами», как он это называл. То есть гуляя по местам, куда ходят только местные. А пообедать остановились в одном из его любимых кафе, где женщина за стойкой назвала его по имени. С роскошной смуглой кожей, туго зачесанными назад вьющимися волосами, темными полными губами и яркой одеждой, она выглядела так, будто ее отфотошопили для рекламного буклета Карибского бассейна.

Внимательно оглядев меня, и так и не решив, заслуживаю ли я ее улыбки, она многозначительно поинтересовалась у Адама:

— Как Саймон?

Адам обнял меня за талию и притянул к себе.

— Саймон просто великолепно, правда, Уил? — он посмотрел на меня и усмехнулся. — Вчера вечером он был великолепен. И сегодня утром он был великолепен тоже.

Я глянул на женщину, чувствуя, как мои щеки пылают от смущения, но она лишь покачала головой и рассмеялась.

— Кстати, я Ди, — улыбнулась она.

— Уилсон Кёртис, — откашлявшись и проглотив смущение, представился я.

— Садитесь за столик, ребята. Я приму ваш заказ.

Мы расселись, и Ди последовала за нами. Адам заказал обед и немного поболтал с ней о слухах, что до них дошли – будто вернулся некий Хартли, пытаясь зацепиться за кого угодно и что угодно. Когда Ди отошла, чтобы обслужить другого посетителя, я поинтересовался у Адама, кто такой этот Хартли.

— Застройщик, — объяснил он.

Ди, должно быть, слышала наш разговор, потому что добавила с другого конца кафе:

— Ничтожество, вот он кто.

Адам согласно кивнул.

— Он был местным политиком. Пытался не дать побережью1 «пойти ко всем чертям» в девяностых, — сказал он с грустной улыбкой. — Провел целую кампанию, направленную против гей-сообщества.

— Но проиграл, верно?

— Да, проиграл, — кивнул Адам. — И с тех пор скупает недвижимость, в частности гей-отели и гей-клубы. Пытается избавиться от нас, так или иначе.

— Похоже, ему следует переехать в мой родной город.

Адам рассмеялся и кивнул, но затем уже серьезно посмотрел на меня.

— Что, дома действительно все настолько плохо?

— Ну, — сделав глубокий вдох, я медленно выдохнул, — там, откуда я родом, определенно нет гей-отелей и гей-клубов.

— Погоди-ка, что? — тряхнул головой Адам. — Хочешь сказать, что никогда не был в гей-клубе?

Гей-клуб? В моем родном городе? Вот уж вряд ли.

— Эм… нет, конечно, — я отрицательно мотнул в ответ, прикусив нижнюю губу.

— Кажется, я знаю, что мы будем делать сегодня вечером, — на его лице медленно расползлась улыбка.

Когда мы закончили обедать, Адам наклонил голову и внимательно посмотрел на меня.

— Ты впервые встречаешься с парнем на людях?

Я допил содовую и кивнул.

— Не считая простого общения с парнями, да, наверное.

Адам недоверчиво покачал головой.

— Значит, когда мы выйдем отсюда, и я возьму тебя за руку, это тоже будет впервые?

Держаться за руки? На публике?

— Эм…

Адам снова покачал головой, встал, бросил двадцатку на стол, и протянул мне руку. Когда я неуверенно уставился на него, он просто улыбнулся, как и всегда.

— Пойдем, Уил, — поторопил он меня. — После того, что мы вытворяли в твоей постели, уж за руку ты сможешь меня подержать.

Я прыснул со смеху, но взял его руку в свою и впервые в жизни вышел на улицу, держа за руку мужчину.

Не знаю, чего я ожидал. Чего-то. Комментариев незнакомых людей, испуганных взглядов или даже словесных оскорблений. Но никто не оборачивался, никого это не волновало. Адам сжал мою руку, и я машинально посмотрел на него. Он улыбался мне так, что я непроизвольно расплылся в ответной улыбке.

Это был грандиозный шаг в моей жизни. Такой простой поступок многие пары считали само собой разумеющимся, но для меня элементарный по сути жест – держать кого-то за руку на глазах у всего мира – стал целым событием.

— Боже, ты такой очаровательный, — улыбнулся Адам, покачав головой, а потом снова сжал мои пальцы. — Если ты думаешь, что это что-то особенное, дождись вечера.

***

По стандартам ночного клуба было еще рановато, но я уже благополучно допивал второй стакан и чувствовал себя немного храбрее. Поначалу меня шокировал собравшийся здесь контингент – сплошь мужчины, одни геи, повсюду горячие полуобнаженные мужские тела. Наверное, я выглядел необычайно наивным, глядя на все это широко распахнутыми глазами, но именно таким я себя и ощущал. Адам идеально вписался в обстановку, как будто был здесь завсегдатаем и, оглядевшись, кивнул нескольким людям, назвав их по именам. Заверив, что не потащит меня танцевать – пока что, во всяком случае – Адам тем не менее посчитал, что несколько бокалов выпивки помогут мне немного расслабиться. И оказался прав.

Я уже был пьян. И возбужден.

Другие парни вовсю танцевали, музыка звучала громче, и толпа становилась все больше. По-видимому, эта ночь предназначалась для тех, кто работает в гостиничной индустрии, так что персонал местных баров, отелей и клубов решил основательно поразвлечься. Учитывая, что был вечер вторника, и у Адама как раз выдался выходной, очень смахивало на то.

— В котором часу Саймон сказал доберется сюда? — спросил я у Адама, пытаясь перекричать музыку.

Он наклонился прямо ко мне, так что я мог ощутить тепло его тела. Я даже запах его чувствовал.

— Как только закончит с делами, — его дыхание обожгло мне ухо. — Около десяти, — он отодвинулся, чтобы глянуть на часы. — Скоро уже.

Я кивнул и, изо всех сил пытаясь отвлечься, огляделся вокруг, отхлебнув из стакана.

— А что? — Адам хитро улыбнулся. — Уже сожалеешь о правилах, которые установил?

Я усмехнулся ему и его явным попыткам заставить меня сдаться.

— А ты не пытаешься облегчить мне задачу.

И это была чистая правда. Но как бы Адам ни шутил, отпуская ехидные замечания о моих правилах не заниматься сексом без Саймона, он уважал их. Да, он хотел секса, но при этом принял мои желания всерьез, не желая злоупотреблять моим доверием, точно так же, как я не хотел злоупотреблять доверием Саймона. Ему просто нравилось дразнить меня. Как и ранее днем.

После обеда мы вернулись в отель и сразу направились ко мне в номер. Лежа на кровати, говорили обо всем, перескакивая с темы на тему, и много целовались. Адам сладко целовал меня, лаская своим волшебным языком, вкус которого был просто божественным, но когда я застонал, то он, почувствовав мое возбуждение, тут же отстранился и цокнул языком.

— Правила есть правила, — напомнил он мне.

И сейчас, глядя на меня в ночном клубе, Адам снова произнес те же слова. Только на этот раз почти промурлыкал их. Я ухмыльнулся и, поскольку у меня в крови уже текло два пива, значительно придававшие храбрости, подошел к нему вплотную и положил свободную руку на его бедро, притягивая нас друг к другу.

— Да, правила есть правила, — сказал я, тычась носом ему в скулу. — Но не было никаких правил насчет прикосновений, — я провел рукой по его заднице, сжимая ее. — А еще не было никаких правил о поцелуях, — прошептал в уголок его губ.

Он забрал бутылку из моих рук, а затем крепко схватил меня и, не говоря ни слова, потащил на танцпол. Толкнувшись бедрами навстречу, Адам прижался ко мне еще ближе и одна из его ног оказалась между моих. Его взгляд, темный и напряженный, не отрывался от моих глаз.

Танцпол был полон блестящих от пота и извивающихся мужских тел. Я никогда раньше не танцевал с парнем, во всяком случае не так, как сейчас. Адам направлял меня, мы покачивались, изгибались, двигались. Только это больше походило на прелюдию, а не на танец, и мне непередаваемо нравилось новое ощущение. Музыка, движения, стоны... Все происходящее опьяняло. Возбуждало. Как будто весь остальной мир не имеет значения.

Руки Адама сжимали меня за бедра, за задницу, пока его губы блуждали по моей шее, а я впивался пальцами в его бока, упираясь членом ему в бедро. Мне просто необходимо было ощущать Адама, тереться своим стояком об него.

Вокруг нас танцевали другие мужчины. Музыка менялась несколько раз, песня за песней, а мы все не останавливались. Целовались, лизали и покусывали друг друга. Я уже был дико возбужден, стояк ощущался просто каменным, но все, что мог себе позволить, это лишь бесстыдно тереться об Адама. Он, казалось, не возражал. Нисколько.

А потом вдруг развернул меня и потерся своим членом о мою задницу. Его руки заползли мне под рубашку, обжигая кожу, а губы оказались у меня за ухом. Дыхание Адама было жарким, влажным и прерывистым.

— Ты такой горячий, — тяжело дышал он. — Все мужчины здесь хотят тебя...

Я не удосужился даже открыть глаз.

— Они смотрят на тебя...

Адам прикусил меня за шею, и все мое тело содрогнулось. Подняв руки над головой, я потянулся назад, чтобы притянуть его голову ближе, призывая его, нет, молча умоляя, сделать это снова. Он понял, чего я хочу, и когда его зубы вновь царапнули мою кожу, я застонал.

— Боже, Адам…

— Саймон.

Потребовалось мгновение, чтобы то, что он сказал, отпечаталось в моем затуманенном желанием мозгу. Я поднял голову, и открыл глаза.

— А?

Прямо перед нами, как будто мы устраивали шоу только для него, стоял Саймон. Он сменил деловые брюки с рубашкой на джинсы и обтягивающую футболку того же цвета, что и его глаза. А его глаза... его глаза смотрели поверх моего плеча, прямо на Адама. Он облизнул губы, и я почувствовал, как Адам улыбается мне в шею.

Стоило Саймону шагнуть к нам, как я тут же схватил его за футболку, притягивая ближе.

— О, ну слава Богу.

— Скучали по мне? — усмехнулся он.

Смех Адама раздался у меня над ухом.

— Думаю, его же собственные правила, запрещающие секс без тебя, начинают его утомлять.

Я притянул Саймона ближе, его тело теперь было вплотную прижато к моему.

— Нет, правило остается.

Саймон прильнул через мое плечо к Адаму и поцеловал его. Боже, до чего же мне нравилось, когда они целовались, пока я был зажат между ними. И как только его губы оторвались от губ Адама, они нашли мои. Саймон поцеловал меня, глубоко и горячо, в то время как Адам терся о мою задницу. Мужчина рядом с нами застонал, заставив Саймона улыбнуться и прервать поцелуй. Он перевел взгляд с меня на Адама.

— Вы двое устроили настоящее шоу.

— Адам грязно играет, — сказал я Саймону. — Он весь день пытался меня совратить.

Саймон рассмеялся, и грудь Адама дрогнула от смеха тоже.

— Но он не сдавался.

— Ммм…— промычал Саймон, упираясь своим пахом в мой, и прижимаясь губами к моей челюсти. — Я чувствую, какой ты твердый, Уил. Тебе не хотелось бы расслабиться?

Я смог лишь тряхнуть головой в ответ.

— Хочу вас обоих. Лучше будет с обоими.

Запустив руку мне в волосы, Адам запрокинул мою голову назад, обнажив шею и обеспечив Саймону лучший доступ к ней. Когда Саймон атаковал обнаженную кожу, Адам застонал мне в ухо.

— С обоими лучше, правда? Двое мужчин трахают тебя одновременно. Тебе нравится это, Уил, не так ли?

Слова Адама, его руки, рот Саймона, его бедра. Их тела. Их тепло.

— Вот, черт. Я же сейчас кончу… — прохрипел я.

Саймон на секунду замер, затем схватил меня и потащил с танцпола. На кончике моего языка вертелось с десяток вопросов – что, где, почему – но он был невероятно стремителен, крепко держа меня за руку, в то время как Адам ухватился сзади за мои джинсы, пока мы пробирались сквозь толпу. Наконец Саймон толкнул дверь, и мы вошли в туалет. Там были и другие парни, но, похоже, Саймона это не беспокоило. Он провел нас до последней кабинки, которая, как я понял, предназначалась для посетителей в инвалидных креслах.

Не успели мы очутиться внутри, как дверца была уже заперта, а Адам прижал меня к стене. Саймон тут же оказался рядом с Адамом, и они оба прильнули ко мне, обхватив меня за шею. Из-за стенки кабинки донеслись смешки и невнятные голоса мужчин, которые наблюдали за нами, но мне было все равно. Я закрыл глаза и просто наслаждался. Два рта, два языка, четыре руки. Они поглощали меня.

— Пожалуйста, — умолял я. — Пожалуйста...

Я почувствовал, как расстегивается ширинка джинсов, а затем мой изнывающий от желания член высвободили из-под тесной одежды. Я застонал от облегчения, и с некоторым запозданием понял, что рот Адама исчез с моей шеи, а через миг он уже заглотил мой член.

У меня практически подогнулись колени, уверен, если бы Саймон не прижимал меня к стене, я бы соскользнул на пол. Одной рукой я обхватил Саймона за шею, пока другая моя рука лежала на голове Адама, сжимая в кулак его волосы. Я застонал громко, неконтролируемо, и Саймон поцеловал меня. Жестко, настойчиво… Его язык вторгся в мой рот, затыкая меня, в то время как язык Адама кружил и дразнил мой член.

Я не смог бы предупредить Адама, даже если бы попытался. Должно быть, он почувствовал дрожь, прокатившуюся по телу, потому что прижал мои бедра к стене позади и заглотил меня глубже. Я закричал в губы Саймона, кончая в горло Адама. Содрогаясь в конвульсивных спазмах, когда раскаленное добела блаженство пронзило все тело. Волна за волной оргазм плавил меня. Я обмяк, тяжело опираясь на Саймона, и его руки обхватили меня, крепко удерживая. Он улыбнулся мне в шею, в то время как Адам все еще облизывал меня, допивая до последней капли. Его жадный язык на чувствительной коже то и дело заставлял вздрагивать. Встав, Адам без колебаний поцеловал Саймона, позволяя ему попробовать меня на вкус.

— Охереть... — простонал я.

Они повернули ко мне головы, и хотя оба держали меня, я глухо откинулся спиной на стену. Единственное, на что меня хватило, это улыбнуться им. Адам усмехнулся и приподнял мой подбородок.

— Эй, ты здесь, Уил?

Я расхохотался, а когда сфокусировал на них взгляд, они улыбались слегка припухшими губами.

— Вы оба такие красивые.

— Ты в порядке? — Саймон посмотрел на Адама. — Или тебе тоже требуется помощь?

— Нет, все в порядке, — самодовольно ухмыльнулся Адам. — Хочу подождать, пока мы не вернем этого парня в его комнату. Думаю, его не помешало бы хорошенько поджарить на вертеле.

Я видел достаточно порно, чтобы понять, что это значит, кроме того, они делали это со мной и раньше — один член в заднице, другой в горле. Мы с Саймоном застонали в унисон, а Адам усмехнулся.

— Мне нравится ход твоих мыслей... — Саймон страстно его поцеловал.

— Мне тоже, — согласился я, заработав улыбку Саймона и быстрый поцелуй от Адама.

Когда я смог стоять без сторонней помощи, они отступили, давая мне возможность выпрямиться и заправить себя обратно в штаны. Пока я приводил свою одежду в порядок, Адам поинтересовался у Саймона, как прошел его день.

— Такое… — простонал Саймон и закатил глаза.

Очевидно, Адам понял, что это значит, или кого конкретно имел в виду Саймон, потому что покачал головой.

— Почему бы вам двоим не вернуться на танцпол, а я принесу нам выпить? — риторически спросил Адам. Он серьезно посмотрел на Саймона. — Ты не уйдешь отсюда, пока не расслабишься и не снимешь стресс.

Саймон нежно улыбнулся.

— Когда я вошел в клуб и увидел вас двоих на танцполе, поверь, работа была последним, о чем я думал.

Он открыл дверь для небольшой аудитории, которая, само собой, все слышала. Они слышали, как я стонал, как умолял и как я кончил. Один из них зааплодировал, и мое смущение быстро поползло румянцем вверх по шее и щекам, вынудив опустить голову. Саймон лишь улыбнулся, но ничего не сказал, зато Адам… ну, Адам остановился и ухмыльнулся.

— Привет, джентльмены! — выдал он. — Понравилось шоу?

— Ага, и на танцполе и здесь, — последовал ответ.

О, боже!

Саймон подтолкнул меня к выходу, когда кто-то шутя выкрикнул:

— А вы, что, руки мыть не собираетесь?

Я обернулся и увидел, что Адам показательно облизнул губы.

— Так мы и не испачкались, я не упустил ни капли.

Аудитория из пяти или шести человек разразилась хохотом.

Я был настолько шокирован, не в силах поверить, что он это сказал, что моя челюсть отвисла буквально до пола. Саймон только усмехнулся и потащил меня за руку на танцпол. Когда мы добрались до середины переполненного зала, он повернулся ко мне, скользнул рукой вокруг моей талии, и без особых усилий подтащив к себе, начал двигаться в танце.

— У него совсем нет стыда, — сказал я ему на ухо, перекрывая грохот музыки. Он знал, что я говорю об Адаме.

Саймон рассмеялся.

— Никакого. Но он знает большинство этих парней, — он отодвинулся и озабоченно посмотрел на меня. — Тебя смутило то, что он сказал?

— Нет. Просто я к этому не привык, вот и все, — отмахнулся я.

Саймон улыбнулся, казалось, он доволен узнать, что я не расстроен.

— Как ты себя чувствуешь?

Вспомнив, чем мы только что занимались в туалете, я счастливо вздохнул.

— Тяжелым и невесомым одновременно.

Он усмехнулся мне в ухо.

— Значит, ты не против задержаться здесь еще ненадолго?

— Думаю, я справлюсь.

Саймон улыбнулся мне в шею и поцеловал там.

— Хорошо, потому что я не прочь потанцевать и выпить.

Я скользнул руками по его пояснице, двигаясь вместе с ним.

— Только не пей слишком много и не утомляй себя танцами, — поддразнил я его. — Я слышал, позже будет жарка на вертеле.

Саймон запрокинул голову и рассмеялся, а затем сосредоточился на нашем танце. Он был хорошим танцором, лучше, чем Адам. Плавным и очень чувственным, почти таким, каким я представлял себе классического танцора. И я мог с уверенностью сказать, что он наслаждается этим – не столько танцем со мной, сколько танцем самим по себе. Двигаясь и выпадая из реальности на целую песню, без тени сексуальности, просто позволяя всем проблемам раствориться.

Мне оставалось только подстраиваться.

В конце концов, он повел меня с танцпола туда, где нас уже дожидался Адам с напитками. Когда мы подошли к нему, он наблюдал за нами, гордо улыбаясь. Обмениваясь впечатлениями за день, мы рассказали Саймону о том, как провели время, хотя из-за громкой музыки сделать это было довольно проблематично. Я выпил три бокала, так что чувствовал себя немного опьяневшим, а когда пришла моя очередь покупать выпивку, вернувшись, я увидел, что Саймон и Адам танцуют. И я не мог отвести от них взгляда. Они были словно одни в своем собственном мирке. И были действительно прекрасны. По отдельности эти парни выделялись на фоне других, но вместе... ну, вместе они были чем-то совершенно особенным.

Я наблюдал за ними, ожидая, что в любую секунду ревность поднимет свою уродливую голову: ревность из-за того, что они любили друг друга, без меня, из-за того, что у них было, из-за того, что они разделили это друг с другом, ревность из-за того, что не я был там с одним из них. Или с ними обоими. Но ревности не было. Совсем. Я чувствовал... гордость. Я чувствовал себя... довольным и счастливым, наблюдая за ними. Не испытывая при этом абсолютно никакой ревности.

Хотя мне было интересно, смотрелся ли я так же, когда танцевал с ними. Я сомневался, что выглядел настолько увлеченным, настолько же поглощенным. Не то что они. Интересно, с кем бы я мог встречаться дома, чтобы быть таким же счастливым? Да ни с кем. А шансы найти двух мужчин? Замутить роман на троих? Вероятность этого заставила меня непроизвольно фыркнуть.

— Что-то рассмешило? — спросил незнакомый голос рядом со мной.

Я обернулся и увидел парня, который смотрел на меня, явно ожидая, что я ему отвечу. Он выглядел неплохо: высокий, смуглый, можно даже сказать, красивый. У него была приятная улыбка.

— Нет, — ответил я. — Просто задумался, — я отвернулся, чтобы вновь глянуть на танцпол, на Адама и Саймона.

Парень поставил стакан рядом со мной и встал еще ближе.

— Я видел, как ты танцевал, — спокойно заметил он. Затем кивнул в сторону танцпола. — Но, похоже, твой партнер по танцам уже нашел кого-то другого.

— Ну, он нашел его раньше меня.

На его лице отразилось замешательство, и он покачал головой, а затем попробовал еще раз.

— Я Деон, — представился парень, протягивая мне руку. — У тебя сильный южный акцент.

— Уилсон, — я пожал его ладонь, не желая показаться невежливым. — И я из Алабамы.

— Ну, Уилсон из Алабамы, — сказал он с усмешкой. — Потанцуем?

— Нет, он не будет, — знакомый голос заставил нас обоих повернуть головы.

Там стоял Адам, а Саймон возвышался за его спиной и оба смотрели на нас. Адам, как и всегда, улыбался, но это была не та улыбка. Не искренняя.

— Он уже занят, — продолжил Адам, скользнув своим телом рядом со мной и обнимая меня за талию. Потом посмотрел на меня, широко распахнув глаза. — Но, если ты хочешь пойти с ним…

Я усмехнулся и глянул на Деона.

— Спасибо за предложение, но я здесь кое с кем, — и тут же исправил себя, — с ними. Я здесь с ними.

Адам поцеловал меня в губы. Я протянул Саймону бокал, за что получил поцелуй и от него тоже, а когда снова посмотрел на Деона, тот уставился на нас троих. Затем медленно моргнул, и на его губах появилась улыбка.

— Значит, соображаете на троих, да?

— Да, — без обиняков ответил Саймон.

— Так, может, возьмете к себе четвертым?

Боже. К слову об откровенных предложениях. Я не понимал, что чувствую по поводу присутствия еще одного парня в нашей компании и посмотрел на Саймона, ожидая, что он ответит. Саймон глянул на меня, потом на Адама и, наконец, снова на Деона.

— Нет, спасибо, — покачал он головой. — Три – магическое число.

Адам рассмеялся и притянул Саймона к себе, целуя его в шею, поэтому я поцеловал Саймона в шею с другой стороны и почувствовал, как в горле у него зародился стон. Когда Деон был давно забыт, Адам подобрался к моей шее, целуя и покусывая, пока не заговорил мне на ухо:

— Боже, тебя одного нельзя оставить ни на минуту, да?

Я покачал головой и попытался быстро объяснить.

— Я не... он подошел ко мне. Я никогда…

— Он знает, — усмехнулся Саймон, ответив от имени Адама. — Он просто играет с тобой.

— О...

Адам снова рассмеялся.

— Думаю, нам лучше все время держать этого деревенского парня при себе, — сказал он, улыбаясь Саймону.

Я вовсе не хотел привлекать к себе внимание.

— Я что-то делаю не так? — глянув на них, я закусил губу.

Адам улыбнулся своей ослепительной улыбкой.

— Ты такой очаровательный, — сказал он и большим пальцем выправил мою губу из зубов. — Ты не сделал ничего плохого, Уил. Это все твое обаяние и простота, которые сводят парней с ума, вызывая желание распробовать тебя, вот и все.

Я закатил глаза, прекрасно осознавая, что он имеет ввиду.

— Ты имеешь в виду, вызывая желание затащить в койку глупого и наивного деревенского парня, чтобы трахнуть его?

Саймон громко рассмеялся и чмокнул меня в губы.

— Ну, и это тоже.

— Ну вот, — Адам мило улыбнулся, — миссия затащить глупого и наивного деревенского парня в койку, чтобы трахнуть его, считай, провалена. Спасибо большое.

Я попытался улыбнуться его шутке, но потом посмотрел на них обоих.

— Неужели я настолько наивен?

Адам весело кивнул.

— Уже множество парней пытались тебя подцепить, здесь и в отеле, а ты даже не понял этого.

Я вспомнил, как разные парни болтали со мной в баре отеля, и вспомнил, как Адам смеялся надо мной, когда я даже не осознавал... и еще я вспомнил парней в туалете, а теперь и бедного опечаленного Деона.

— Просто я к этому не привык, вот и все, — попытался я защищаться, но тут же сдался. В этом не было смысла. Я действительно был наивен, когда дело касалось парней и гей-клубов. Я не имел ни малейшего гребаного понятия обо всем этом.

— Хэй, — позвал Адам, приподнимая мой подбородок, чтобы я посмотрел на него. — Ты чертовски очарователен. Ты просто адски сексуален и даже не догадываешься об этом. Так что абсолютно не из-за чего расстраиваться.

Адам подтащил меня к барному стулу и усадил на него, затем схватил Саймона и толкнул его так, чтобы тот встал между моих ног.

— Я пойду, возьму еще выпивки, — произнес Адам и посмотрел на Саймона. — Охраняй его, пока я не вернусь, пусть все знают, что он занят.

Адам растворился в толпе, а Саймон только усмехнулся, но удобно устроился меж моих бедер, прильнув ко мне. Я посмотрел в его голубые глаза.

— Адам все время называет меня очаровательным.

— Ты ему нравишься, — кивнул он так легко, словно мы обсуждали цвет моей футболки. А затем прильнул ближе, уютно устроившись у меня между ног, тесно прижимаясь своим пахом к моему, и провел губами по моей челюсти. — И он прав.

Я обхватил его за бедра, удерживая на месте. То, что Саймон был со мной вот так, сводило с ума.

— Прав в чем?

Он поцеловал меня чуть ниже уха.

— В том, что ты очарователен, — потом он очень медленно лизнул меня в шею. — И в том, что ты просто адски сексуален.

Я задрожал и притянул его бедра ближе к своим. Я мог чувствовать его полувозбужденный член; мой дернулся в ответ, тоже воспрянув к жизни. Саймон запечатлел поцелуй на моей шее, а когда он царапнул зубами по коже, я вздрогнул, и он усмехнулся.

Адам вернулся с напитками, и, казалось, остался доволен тем, как Саймон показывает, что я занят. Саймон перестал целовать мою шею и заговорил с Адамом, хотя так и не отодвинулся от меня. Адам стоял у внешней стороны моего бедра в идеальном положении, чтобы я мог целовать шею и челюсть обоих парней, пока они разговаривали.

Они потягивали свои напитки и говорили о музыке, о работе, о проблемах персонала и других людях, которых я не знал, в то время как я допивал свой напиток и по очереди осыпал поцелуями всю обнаженную кожу, до которой мог дотянуться. Я шире раздвинул ноги и притянул Саймона ближе, держа одну руку на его пояснице, а другую на Адаме.

И пока я царапал зубами шею Саймона, как он делал это со мной, я водил рукой по его заднице и по задней части бедра. Его голова откинулась назад, и он застонал. Отступив на пару шагов, он взял меня за руку, стащил со стула и повел на танцпол. Мне удалось схватить Адама за руку и потащить за собой. На этот раз я не хотел, чтобы кто-то отсиживался в стороне.

На середине переполненного танцпола Саймон обернулся, обхватил обеими руками мое лицо и поцеловал. Жарко. Его страсть, его желание удивили меня. Но я, черт возьми, совсем не возражал. Вместо этого открыл рот, давая ему полный доступ. Я чувствовал его вкус и вкус виски, которое он только что допил. Но в основном его. О, Саймон.

Адам же прижимался ко мне сзади, целуя в шею, потираясь о мою задницу. Его руки касались моей груди и двигались по животу, прежде чем пальцы скользнули под пояс моих джинсов. А когда его руки не были на мне, они были на Саймоне, притягивая нас троих ближе друг к другу. Когда мне был нужен глоток воздуха, Саймон переключался с поцелуями на Адама, и вскоре мы уже задыхались от поцелуев и желания, извиваясь и переплетаясь телами.

Боже, как же это было прекрасно.

Меня трясло от желания к ним, я хотел их обоих, просто нереально сильно. Я жаждал их. Мое необузданное возбуждение, да еще и под воздействием алкоголя, затолкало все мои запреты куда подальше, и я сказал им, чтобы они срочно забрали меня домой и трахнули. Мне просто необходимо было ощутить их – одного глубоко в заднице, а второго в глотке. В любом случае, они могли иметь меня, как только им вздумается, и столько раз, сколько захочется.

Что они, о-боже-правый, собственно, и сделали.

Глава 6

Я проснулся достаточно рано: солнце, похоже, еще и не думало вставать. Адам лежал между мной и Саймоном, и они оба мирно спали. К тому времени, как мы вчера вырубились, я был оттрахан до изнеможения, вымотан и удовлетворен, так что уснул как убитый. Медленно потягиваясь, распрямляя изгибы, чувствуя каждый дюйм своего тела, я ощущал приятную, хоть местами и отчетливо саднящую, слабость, что разлилась во мне.

Боже, я ощущал себя на миллион долларов.

Повернувшись на бок, посмотрел на двух мужчин рядом со мной в постели. Адам спал на спине и, казалось, улыбался даже во сне, а Саймон лежал на боку, лицом к нам. Его длинные темные ресницы словно веером прикасались к щекам, губы слегка приоткрылись, и он тихонько посапывал. Они сильно отличались друг от друга и не только внешностью, но и личностными качествами. Адам походил на серфера – светловолосый, всегда счастливый и беззаботный парень, в то время как Саймон был темноволосым, серьезным бизнесменом. Но оба были бесспорно красивы.

Я старался не думать о том, как вписываюсь в их компанию. Я, с моими обычными каштановыми волосами и заурядной внешностью, живущий очень замкнутой жизнью по сравнению с этими двумя открытыми и гордыми парнями. Я не мог позволить себе слишком уж задумываться над тем, что мое время здесь ограничено, или о том, что в какой-то момент нам придется попрощаться, и я должен буду вернуться к своему подобию жизни в Алабаме.

Между нами был только секс, приятное времяпрепровождение. Я отлично это понимал, по сути, именно на это я открыто и согласился. И, справедливости ради, ни разу не пожалел об этом, никогда не пожалею. Фактически, эти две недели стали абсолютнейшей кульминацией моей взрослой сексуальной жизни.

Думаю, что благодаря этому я каким-то образом осознал то, кем должен был быть. Каким человеком я должен был быть все это время. Этот человек, который годами прятался, лгал и отрицал, в данный момент лежал в постели с двумя другими мужчинами после ночи выпивки и танцев, и счастливее, чем сейчас, никогда раньше не чувствовал себя за всю свою жизнь. Несмотря на то, что у этого человека был свой дом, разорившийся бизнес и предстояло возвращение в целый город гомофобных, недалеких придурков. Вот уж о чем я действительно не горел желанием думать.

Мне нужно было отлить, но не хотелось будить остальных. Подавив стон от ноющей боли в заднице, я скатился с кровати, встал и осторожно направился в туалет. Облегчив мочевой пузырь, умывшись и почистив зубы, я прокрался обратно в постель.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — сонно прохрипел Саймон, когда я уже устроился на своем месте.

Я приподнялся, чтобы посмотреть на него и улыбнулся.

— Да, я чувствую себя просто замечательно.

— Не болит? — спросил он. — Мне показалось, что тебе больно двигаться.

Адам усмехнулся, даже не открывая глаз.

— Неудивительно, — пробормотал он. — После того, что мы с ним вытворяли.

Я ущипнул его за сосок, заставив поежиться.

— Да, и вы нисколечко не жаловались.

Он снова усмехнулся, но медленно открыл глаза, чтобы посмотреть на меня.

— Черт возьми, конечно же нет. Прошлая ночь была... — Адам широко зевнул и потянулся словно кот на солнышке. — Ммм… прошлая ночь была такой классной, — он скользнул рукой ниже, чтобы достать свой утренний стояк.

Саймон усмехнулся, и я глянул на него, проигнорировав Адама.

— Он всегда такой ненасытный?

— Всегда, — Саймон перевернулся на спину.

Усмехнувшись, Адам свернулся калачиком, обхватив меня одной рукой за талию, прижимаясь ближе и потираясь об меня.

— Ммм… мятный, — пробормотал он мне в шею.

— Зубная паста, — объяснил я, обняв его, и оперся на согнутую руку, чтобы получше рассмотреть Саймона.

Он улыбаясь смотрел на нас, наблюдая за тем, как его парень прижимается к другому мужчине.

— В котором часу ты сегодня заканчиваешь работать? — спросил я его, когда наши взгляды встретились.

— Вообще-то… — он колебался всего секунду, — у меня сегодня выходной.

— Правда? — Адам быстро повернулся в моих руках, чтобы посмотреть на него.

Саймон кивнул.

— Я должен буду поработать вечером, с пяти и до закрытия, но днем я свободен.

— Ура! — Адам буквально возликовал и, выскользнув из моих объятий, быстро перекатился, чтобы прижаться к Саймону.

Мы дружно рассмеялись. Решив, что они нечасто проводят время вместе, я предположил, что они захотят побыть вдвоем, без меня.

— Так что вы двое собираетесь делать в свой выходной?

Адам в замешательстве повернул голову и посмотрел на меня. Взгляд Саймона тоже метнулся ко мне, и его улыбка тут же погасла, он нахмурился.

— Ну, думаю, мы могли бы съездить в «Форт Закари Тейлор Бич», провести там день и пообедать.

— Втроем же? — уточнил Адам, хотя это было скорее утверждение, чем вопрос.

— Ну да, — неуверенно ответил Саймон. Затем посмотрел на меня. — Ты не против?

— Конечно! — поспешно согласился я.

Вот черт. Саймона было так сложно понять. Иногда он казался весьма отчужденным со мной, молчаливо напоминая, что этот тройничок – идея Адама, а он просто участвует в этом ради секса. А иногда казалось, что я ему искренне нравлюсь.

— Я просто не хотел вторгаться в ваше личное время, вот и все, — пояснил я, глядя на них и не желая обидеть. — Не хотел, чтобы вы чувствовали себя обязанными приглашать меня, если предпочитаете побыть вдвоем. Потому что я пойму, если вы... — боже, я вдруг начал бессвязно бормотать.

Адам повернулся лицом ко мне, прижавшись спиной к Саймону.

— Уил, пожалуйста, замолчи уже, — сказал он мне с улыбкой. И убедившись, что я умолк, продолжил: — Мы не чувствуем себя обязанными. Если бы мы не хотели приглашать тебя, то не стали бы этого делать.

Саймон смотрел на меня озадаченно, но в тоже время так, будто моя реакция его отчасти позабавила, я вдруг почувствовал необходимость извиниться перед ним.

— Мне очень жаль. Я ничего такого не имел в виду. Я вроде как все испортил, да?

— Не беспокойся, — рассмеялся он, чем немало удивил меня.

— Ну, мне пора вставать и идти в церковь, — громко вздохнул Адам, а затем повернулся к Саймону. — Я ненадолго. Не хочу злоупотреблять твоим свободным временем.

— Плавай сколько душе угодно, — улыбнулся Саймон. — Мы можем поехать, когда ты закончишь и заодно пообедаем. Идет? — он глянул сначала на Адама, а потом на меня.

— Отлично, — согласился Адам.

Я кивнул, потому что, честно говоря, из всех вариантов, как бы мне хотелось провести день, этот был самым идеальным.

— Ну а тебе, — Саймон улыбнулся, игриво шлепнув Адама по заднице, — пора идти, иначе прилив начнется без тебя.

Адам закатил глаза и усмехнулся, но все же встал.

— Не хочешь со мной снова на пробежку? — немного неуверенно спросил Саймон, посмотрев уже на меня.

— Конечно, — тут же согласился я, не желая больше его расстраивать или обижать, но, вспомнив о ноющей боли в заднице, добавил: — Хотя, вряд ли моя задница согласится.

Уже наполовину одевшийся Адам расхохотался и, подойдя ближе, похлопал по моим ягодицам.

— Твоей заднице нужен выходной? — поинтересовался он с дьявольской ухмылкой.

— Да, — рассмеялся я, оттолкнув его руку. — Но ничего страшного. Мы с Саймоном можем трахать тебя по очереди.

Адам выпрямился, отчетливо представляя себе эту картину, а через миг застонал и начал расстегивать джинсы, которые только что надел.

— Ммм… звучит заманчиво, — пробормотал он.

Саймон рассмеялся, но встал с кровати и накрыл руки Адама, чтобы остановить его.

— Вода. Плавать. Сейчас же, — скомандовал он, разворачивая Адама и подталкивая его к двери, а потом посмотрел на меня. — Нельзя говорить ему такое, иначе мы никогда не уйдем.

Я рассмеялся. Натянув джинсы и вытолкав Адама за дверь, Саймон улыбнулся мне.

— Увидимся на пляже через пять минут.

* * *

Мы бежали по песчаной полосе вдоль берега к мысу. Молча. Тишина между нами казалась мирной и дружелюбной, так что если Саймон и чувствовал себя неловко, то хорошо это скрывал. Я знаю, что уже извинялся, но все равно хотелось прояснить ситуацию.

— Мне жаль, что так вышло. Думаю, это здорово, что ты взял выходной.

— Перестань уже извиняться, — он глянул на меня, пока мы бежали рядом. — Ты всегда стараешься осчастливить всех вокруг?

Я прекрасно знал, что так и есть, поэтому мое молчание само по себе стало отличным ответом.

— Когда ты начнешь заниматься тем, что делает счастливым тебя?

— Так я уже. Прямо сейчас, — сказал я, стараясь не пыхтеть. — Две недели с двумя потрясающими мужчинами. Это ли не счастье.

Саймон замедлил бег и перешел на шаг, без сомнений, скорее из-за меня, чем ради себя самого.

— Значит, когда я сказал, что возьму выходной, ты решил, что не приглашен?

— Ну, — выдохнул я, уперев руки в бока и глубоко вздохнув, — вы же с Адамом пара…

— Ну, технически — да. Но пока ты здесь, то нет.

Я растерянно посмотрел на него.

— В смысле?

— Когда в постели три человека, то и мнений тоже три. Учитываются чувства всех троих. Никто не должен оставаться в стороне, разве не так ты сам говорил?

— Ну, вроде того…

— Это хороший принцип, — кивнул он в ответ, глядя на мыс. — Это было... продумано.

Я улыбнулся ему, уловив в его признании скрытую благодарность за то, какие правила установил в наших отношениях.

— Ну, тогда давай, погнали, — я указал подбородком в сторону мыса, и побежал снова.

Саймон с легкостью догнал меня, а когда я выдохся, продолжил бег в своем обычном темпе, пока я тем временем перешел на шаг. Удивительно, но моя задница не сильно протестовала, и что еще более удивительно, в голове не крутилась куча лишних мыслей. Я просто наслаждался ранним утренним солнцем, шумом океана и соленым морским воздухом. Здесь были и другие прогуливающиеся, и те, кто вышел на пробежку, и люди с собаками. Все было так умиротворенно.

Должно быть, я потерял счет времени, потому что Саймон вдруг подбежал ко мне, со смехом шлепнул по заднице и побежал дальше. На этот раз я догнал его, и к тому времени, как вернулись в отель, мы оба запыхались. Вместо того, чтобы подняться по каменным ступеням и зайти внутрь, Саймон остановился на песке и снял кроссовки вместе с носками.

— Поплавай перед завтраком, — сказал он, снимая футболку, и бросился к воде. — Ну же, чего ты ждешь?

Я покачал головой и, усмехнувшись, оставил обувь, носки и рубашку рядом с одеждой Саймона, а затем последовал за ним. Вода была достаточно прохладной, мы с Саймоном ныряли и плавали вокруг друг друга в уютной тишине. К тому времени, когда мы пришли завтракать, я был чертовски голоден, но чувствовал себя бодрым и отдохнувшим, и не сомневался, что после обеда мне нужно будет вздремнуть. Вся эта здоровая пища и физические упражнения доконают меня.

* * *

Видеть Саймона вне работы, даже если всего и на несколько часов, было здорово. Одетый в шорты серфингиста, простую футболку, шлепанцы и солнцезащитные очки, он был воплощением расслабленности и это определенно отличалось от состояния, в котором он пребывал до того, как мы покинули отель.

Мы как раз завтракали на открытой веранде, наслаждаясь утренним солнцем после купания, когда нас вдруг прервал один из сотрудников. Возникли проблемы с кем-то из персонала, парнем по имени Микель или Михель, или как-то так на букву «М», и было очевидно, что это уже не в первый раз. Сначала Саймон сказал, что разберется с этим позже, но, должно быть, ситуация оказалась срочной, потому что, стиснув зубы, он встал и пошел на кухню.

— Разве у него не выходной? — спросил я.

— Этот Мигель делает работу Саймона вдвое более напряженной, — вздохнул Адам. — Он придурок с характером.

— Хм… Похоже, Саймону нужно будет снять стресс перед отъездом, — заметил я.

По лицу Адама медленно расползлась улыбка, а в глазах мелькнуло озорство.

— Точно, мне нравится ход твоих мыслей, Уил.

Так мы и сделали. Как только Саймон вернулся к столу, стиснув зубы и тихо закипая, мы потащили его ко мне в комнату. Через несколько секунд шорты Саймона были расстегнуты и спущены до лодыжек, и в то время, как Адам упал на колени и начал страстно и жадно сосать его член, я опустился на колени позади Саймона и раздвинул его ягодицы, а затем провел языком по самой чувствительной плоти.

Во всех сексуальных позах, которые мы пробовали – а их было несколько – Саймон никогда не был «снизу». Насколько мне известно, он никогда и не позволял. Ну, во всяком случае, не в моем присутствии. Саймон немного напрягся, осознав, где я и что делаю, но когда я начал вылизывать его, оперся руками о стену над головой Адама, предоставляя мне лучший доступ, и застонал так, как я никогда еще не слышал от него.

Я сильнее надавил языком, пока Адам работал ртом над членом, и по тому, как Саймон дрожал и стонал, я понял, что долго он не протянет. Адам замычал, и я толкнулся языком еще сильнее и глубже, Саймон тут же дернулся и застонал, кончая. Все его тело дрожало, когда он, прислонившись к стене, с трудом пытался отдышаться.

— О боже...

Адам усмехнулся и, прильнув к его ногам, подался вперед, удерживая мое лицо в ладонях и притянув к себе для поцелуя, который на вкус был как Саймон. Я чуть не застонал.

— Черт, вы оба такие горячие... — пробормотал Саймон над нашими головами.

Мы с Адамом улыбались, целуясь, и наши губы практически не отрывались друг от друга. Саймон положил одну руку мне на голову, а другую на голову Адаму. Взяв за волосы, он раздвинул нас, только чтобы наклониться и прильнуть самому к нашим губам. Мы целовались втроем, а наши языки переплелись друг с другом.

— Уил подумал, что тебе нужно снять стресс, прежде чем мы отправимся куда-нибудь сегодня, — наконец промычал Адам.

Саймон посмотрел мне в глаза и улыбнулся, а затем поцеловал.

— Спасибо.

— Ну как? Чувствуешь себя менее напряженным?

— Да, черт возьми, — рассмеялся Саймон, и снова поцеловал сначала меня, а потом и Адама.

Так оно и было. Он походил на совершенно другого человека, когда мы гуляли по пляжу и плавали с маской, пока в конце концов не развалились на шезлонгах в тени. Ну, не то чтобы совсем другого, но было приятно видеть, что он стал самим собой. Саймон искренне смеялся, запрокинув голову, выглядел беззаботным и куда менее напряженным. Было не трудно догадаться, почему они с Адамом вместе, учитывая то, как они смеялись и смотрели друг на друга.

Я наблюдал за ними из своего шезлонга, Адам лежал между нами.

— Вы, ребята, часто этим занимаетесь? — спросил я их.

— Не так часто, как хотелось бы, но да, — ответил Адам. — Раз в две недели мы находим возможность выбраться.

Саймон посмотрел на голубую водную гладь.

— Ты же знаешь, каково это – вести бизнес. Даже свободное время не бывает абсолютно свободным.

Я кивнул, вспомнив о своем ресторане, потому что точно знал, что он имеет в виду. Как раз в этот момент зазвонил мой сотовый и я быстро глянул на входящий номер.

— Помяни черта, — пробормотал я, прежде чем ответить. — Келли!

— Привет, Мистер Бездельник, — поддразнила она меня и звук ее голоса тут же сделал меня немного счастливее. — Как там солнце Флориды?

— Хорошо, Кел. Как дела дома? Все под контролем?

Я скатился с шезлонга и отошел на несколько ярдов из вежливости, чтобы не мешать Адаму и Саймону своим разговором по телефону.

Келли оживленно болтала, рассказывая о том, что я пропустил за время своего отсутствия. В общем-то, не так уж и много. Люди по-прежнему перемывали мне кости, а скандальные слухи все еще распускались сплетниками. Келли пыталась шутить, когда рассказывала об этом, однако меня это все равно больно задевало.

— Но они возвращаются в ресторан? Ты была занята…

— Да, — тихо сказала она, и я все понял. Ей не нужно было ничего больше объяснять.

— Они будут рады поесть там, если шеф-повар не гей.

Ее молчание стало мне ответом. Вот же черт.

— Они ведь не оставят это просто так, правда? — тихо спросил я.

— Уверена, что оставят, — сказала она. — Просто дай им время.

— Сколько? — риторически поинтересовался я. — Пока я не разорюсь?

Келли вздохнула и сменила тему, сообщив, что ходила проверить мой дом, чтобы убедиться, что он в том же виде, в каком я его и оставил. Пока она говорила, я обернулся посмотреть на Адама и Саймона, сидевших в тени в ярдах тридцати от меня. Они разговаривали и улыбались. Один взгляд на них вызывал у меня ответную улыбку.

— Уил? — голос Келли вернул меня к действительности.

— Да? Что, прости…

— Я спросила, ты проводишь время с тем парнем, с которым там познакомился? — повторила она. — Или встретил кого-то еще?

— Возможно, — моя улыбка стала шире.

— Кто он? — ахнула она в трубку. — Симпатичный?

Я рассмеялся.

— Эм... ну…

— Уилсон Кёртис, не смей оставлять меня в неведении.

Я усмехнулся, потому что знал наверняка, если уж Келли назвала меня полным именем, она все равно не отстанет. Так что, решив рассказать ей все по телефону, от греха подальше, и, сделав глубокий вдох, я произнес:

— Ну, это не совсем «он», это скорее «они»…

Она помолчала, очевидно, пытаясь понять, что я имею в виду.

— Что?

— Ну, в смысле это «он», — пояснил я, — но не один «он»… — а затем добавил, — их двое.

— Двое? — снова ахнула Келли. — Уилсон Кёртис, да ты кобель! — протянула она и я расслышал улыбку в ее голосе.

— Ага… — рассмеялся я над нелепостью всей этой ситуации. — Но они великолепны, Кел. Адам самый веселый из них, а Саймон более серьезный...

— Боже, Уил, ты так говоришь, как будто эти двое — пара.

Я понял, что когда сказал «двое» она подумала, будто я познакомился и завел интрижку с двумя разными мужчинами.

— Эм... — начал я, не зная, как правильно объяснить. — Ну, они и есть пара.

Келли снова замолчала, пытаясь привести в порядок мысли.

— Значит, они официальная пара, то есть бойфренды?

— Да.

— Тогда кто ты для них?

Я переложил трубку к другому уху и бросил быстрый взгляд на двух мужчин, о которых шла речь. Они все еще разговаривали.

— Не знаю, Кел. Я их об этом не спрашивал, — честно признался я. — Просто приятное времяпрепровождение, скорее всего. Да это и не важно. Я приехал сюда один, а они взялись меня развлекать, чтобы скрасить мне отдых.

— То есть, они используют тебя, пока ты там, чтобы осуществить какую-то свою фантазию?

— Не знаю, Келли, — коротко ответил я. — Может быть, это взаимно.

— Я не критикую и не осуждаю, Уил, — фыркнула она в трубку. — Я просто беспокоюсь, вот и все.

— Я знаю, Кел, — я театрально вздохнул, хотя прекрасно знал, что это правда. Она была моей лучшей подругой и прошла со мной через многое. — Я знаю, что ты беспокоишься.

— Просто скажи мне, что ты в безопасности, чтоб я не переживала.

— Конечно, я в безопасности.

— Хорошо, — выдохнула она с облегчением. — Это хорошо, — потом вздохнула, на этот раз счастливее. — Но я все еще жду подробности, когда вернешься домой через неделю.

Я рассмеялся в трубку.

— Не уверен, что ты захочешь узнать все подробности, Кел.

— Ну ладно, ладно… — засмеялась она. — Не все.

Моя улыбка тут же померкла. Одна неделя. Всего одна неделя, и мое пребывание здесь закончится. Мое время с Адамом и Саймоном истекает. От этого у меня неприятно свело все внутренности.

— Ты в порядке, Уил? Ты вдруг умолк, — спросила моя лучшая подруга. Она слишком хорошо меня знала.

— Келли, здесь так здорово… — вздохнул я. — Так свободно. Я шел по улице, держа его за руку, Кел. У всех на виду! Ты хоть представляешь, каково это? Впервые в жизни...

— О, Уил... — выдохнула она в трубку.

— Черт, Келли...

— Тогда используй оставшееся время по максимуму, — ответила она. — Пусть это будет лучшая неделя в твоей жизни.

Я провел рукой по лицу и снова вздохнул, а когда глянул на Адама и Саймона, они оба смотрели на меня.

— Это была лучшая неделя в моей жизни, Кел.

Молчание Келли затянулось, но потом она заговорила снова.

— Уил, Род спрашивал о тебе. Хотел знать, разговаривала ли я с тобой.

Я слышал, что она сказала. Слышал слова. Но вдруг отчетливо кое-что понял.

— Келли, знаешь, что? Я не хочу ничего знать. Меня это не волнует.

— Уил?

— Да?

— Я рада это слышать. Он придурок, а ты заслуживаешь лучшего.

Я фыркнул. Род ей никогда не нравился. Но прежде чем я успел ответить что-то еще, она произнесла:

— Так, ладно, мне уже пора, нужно управлять рестораном, а тебе – хорошенько повеселиться. Так что хватит тратить время на разговоры со мной, иди найди своего мужчину.

Я рассмеялся.

— Э-э, Кел… Я же тебе говорил, это не один человек. Их двое.

— Тогда иди и найди своих... мужчин.

Клянусь, я практически видел, как она закатила глаза. В трубке щелкнуло, и я усмехнулся. Мои мужчины. Мне понравилось, как это прозвучало. Вернувшись к ним, я плюхнулся на шезлонг.

— Я дико извиняюсь.

— Все в порядке? — поинтересовался Адам.

Я кивнул, не хотелось портить день своими проблемами.

— У Келли все под контролем. Она была у меня дома, кое-что проверила.

— О, — произнес Саймон. — Все в порядке? — повторил он вопрос Адама, но затем уточнил: — Твой дом в порядке?

— Да, — кивнул я, хотя не думаю, что кто-то из них поверил.

— Это твой собственный дом? — спросил Адам.

— Ну, это дом моих родителей. Они умерли два года назад, так что я унаследовал его.

— О... — тихо произнес Саймон. — Мне очень жаль.

— Да, мне очень жаль, — согласился Адам. Он покачал головой и нахмурился. — Я не знал.

— Все в порядке. Вы и не могли знать.

— У тебя есть братья или сестры? — поинтересовался Саймон. Это была первая реальная личная информация, которой мы обменялись, что странно, учитывая, насколько «близкими» мы стали.

— Нет, — ответил я. — Никого. А у вас?

— Брат и сестра, — кивнул Саймон. — Наши родители живы, и они все еще женаты.

Я посмотрел на Адама.

— А твоя семья?

Он покачал головой и спокойно ответил:

— Никого.

Саймон поспешно вскочил, отвлекая от разговора, и я так же быстро понял, что семейные проблемы Адама не та тема, которую ему удобно обсуждать. Адам сел и, сняв рубашку, окончательно поставил точку в нашей беседе.

— Я собираюсь поплавать. Кто со мной?

Глупый вопрос, правда. Мы оба, конечно же, мы оба.

* * *

На обратном пути в отель Саймон сделал несколько телефонных звонков, включая звонок в кафе, где работала Ди. Мы заглянули к ней, и она встретила нас теплыми приветствиями и широкой улыбкой, а до меня окончательно дошло, что Саймон и Ди очень близкие друзья, после чего стала понятна ее холодность ко мне, когда она подумала, что Адам теперь встречается со мной.

Разговор непроизвольно перешел на того парня – застройщика Хартли. Внезапно разозлившись, Ди покачала головой. Я все еще не до конца был в курсе происходящего, но из того, что успел понять – кто-то сдался Хартли. Очевидно, тот получил в собственность очередной гей-бар.

— Я позвоню тебе и все расскажу, — заверила она Саймона. — Но он постепенно переделывает Ки-Уэст под натуралов.

Ди занялась другими клиентами, а мы сели за столик: Адам и Саймон с одной стороны, а я напротив, лицом к ним. Они сидели близко друг к другу, их бока соприкасались, и Саймон одной рукой обнимал Адама за талию. Это было так мило. Мне нравилось смотреть, как они увлечены друг другом, как они счастливы. За этим действительно было приятно наблюдать. Нам принесли содовую, и Саймон поднял свой стакан.

— За прекрасный день.

Я чокнулся с ним, потом с Адамом, а когда Адам стукнулся своим бокалом о бокал Саймона и посмотрел на него, то произнес то, что предназначалось только ему одному.

— Я люблю тебя.

Мое сердце сжалось, а пульс участился.

— Я тоже тебя люблю, — улыбнулся ему Саймон.

Я впервые услышал эти слова, произнесенные ими вслух. Они меня не удивили, вовсе нет. Любой мог заметить, что они влюблены... но услышать это… Я отвел взгляд, вперившись им в поверхность стола между нами, желая дать им время. Меня удивляло, почему сердце так странно колотится, почему от их слов – от этих совершенно особенных трех слов – у меня учащенно забился пульс, почему у меня свело все внутренности.

Это была не ревность.

Это была вовсе не ревность.

Это была тоска.

Я попытался подавить это чувство. Подавить тоску по тому, что у них было, стараясь унять щемящую боль. Потому что окончательно осознал – то, что я когда-то считал любовью между мной и Родом, любовью вовсе не являлось. Даже и близко.

— Уил, ты в порядке? — голос Саймона испугал меня.

— Да, — ответил я с улыбкой. — Все хорошо.

Похоже, они не поверили.

— Уверен, что дома все в порядке? — вопросительно склонил голову Адам.

— Настолько, насколько это возможно, — пожал я плечами.

— Хочешь поговорить об этом? — спросил Саймон.

— Не очень, — тихо ответил я.

Ди подошла к нашему столику с кучей еды, и я был тайно благодарен за то, что меня отвлекли, утренняя активность пробудила во мне аппетит. Я начал есть, а когда снова глянул на них, Адам смотрел на меня, но его еда оставалась нетронутой.

— Знаешь, что? — произнес Саймон, глянув на Адама и пытаясь разрядить обстановку. — Похоже, Уилу тоже нужно снять стресс.

В голове замелькали картины того, как мы снимали стресс с Саймона сегодня утром, и я чуть не подавился салатом. Адам усмехнулся, однако улыбка быстро исчезла с его лица, и он нахмурился.

— Но вы же собирались трахать меня по очереди! Уил так сказал! — он выглядел искренне расстроенным, хотя старался не улыбаться. — Вы не можете наобещать такое развлечение, а потом не выполнить.

Я хохотнул, покрывшись дюжиной оттенков смущения, в то время как Саймон просто весело рассмеялся и похлопал Адама по руке.

— О, мы все выполним. Даже не сомневайся.

Глава 7

И мы выполнили. Мы с Саймоном менялись, трахая Адама по очереди, но подготавливали его вместе – вместе вылизывали, целовали, растягивали... Адам стоял на четвереньках на кровати, а мы опустились на колени рядом с ним. Саймон вошел в него первым. Медленно, смачно...

Пока я наблюдал за этим. Не в силах оторвать взгляда от того, как большой член Саймона скользнул внутрь, затем вышел почти полностью, а затем толкнулся обратно. Снова и снова.

— О, детка… — прошептал Саймон.

— Черт… — выдохнул Адам в ответ, — как же здорово ощущать тебя в себе.

Саймон застонал, почти мучительно, и я поцеловал его. Сильно, напористо. Обхватив его лицо ладонями, я просовывал язык ему в рот до тех пор, пока мы с ним не начали задыхаться, остро нуждаясь в глотке воздуха. Затем он вышел из Адама, его член по-прежнему был тверд как сталь.

— Твой черед, — хрипло сказал он, посмотрев на меня. — Трахни его так, как тебе хочется.

Я сжал свой член в кулаке и, убедившись, что презерватив полностью раскатан и хорошо смазан, скользнул внутрь. Адам был тугим и просто боже-каким-горячим, я вошел так глубоко, как только мог.

— О, черт! Уил! — Адам прогнул спину. — Да, детка, именно так!

Саймон слегка переместился ближе к Адаму и, запустив пальцы в его волосы, откинул голову назад. Наклонившись, он жадно припал к его губам. Я видел, как их языки двигаются, толкаясь в едином ритме с движением моего члена в заднице Адама.

Как же потрясающе он ощущался, так... так... чертовски нереально.

Саймон встал перед Адамом, приподнимая его, пока тот не оказался на коленях, в то время как я по-прежнему был погружен в его задницу. С обожанием и любовью, обхватив его лицо ладонями, он прошептал:

— Ты знаешь, насколько прекрасен сейчас?

Адам застонал.

— Пока член Уила трахает тебя… знаешь, как потрясающе ты выглядишь?

На этот раз мы с Адамом застонали вместе. Мои толчки начинали терять ритм, и я понимал, что долго не протяну.

— Тебе нравится, когда он внутри тебя, правда? — голос Саймона был хриплым и низким. — Он так идеально тебя заполняет.

Слова Саймона, его голос, его лицо, тело Адама, его стоны... Боже, я уже был на грани, так близко… но я не хотел кончать. Пока нет.

Когда я медленно и неохотно вышел, мой член заныл в знак протеста.

— Саймон?

Саймон быстро оказался рядом и резко вошел в Адама. Они оба застонали и тело Адама выгнулось.

— О, боже… Сай, да!

Саймон толкался внутрь, все сильнее, жестче, яростнее… его пальцы впивались в бедра Адама, когда он входил в него. Я не мог отвести взгляда от этой картины. Сжимая свой член в кулаке, я водил по нему рукой, пытаясь облегчить болезненно пульсирующее возбуждение.

— Я больше не могу… — промычал Саймон, затем толкнулся в последний раз и замер над Адамом. Все его тело содрогалось, а мускулы сокращались, пока он кончал, запрокинув голову. Он со стоном выскользнул из тела Адама. — Давай, Уил, — пробормотал мне, прежде чем лечь рядом и поцеловать его.

Я занял свое место позади Адама. Приподняв его бедра, надавил ему на спину и скользнул членом внутрь. Адам оторвался от губ Саймона и застонал, когда я полностью вошел в него. Саймон обхватил его лицо ладонями и притянул обратно к своему, целуя и лаская раскрытыми губами и скользящим языком. Я погружался внутрь до последнего дюйма, двигая бедрами и толкаясь глубже, заставляя Адама протяжно стонать и вздрагивать, когда задевал простату.

— О, Уил! Да, вот так! Да, пожалуйста. Еще!

И я делал, как он просил, снова и снова, пока Адам не закричал в рот Саймону. Его задница сжалась вокруг меня, и я кончил. Я больше не мог себя сдерживать.

И не хотел.

Пока член Адама густыми выстрелами изливался на кровать под нами, я застыл внутри него, удовольствие разрывало меня, пульсируя горячим и густым в презерватив. Мы рухнули на кровать потные и липкие, переплетясь телами и тяжело дыша...

— Охереть...

— Ага...

— Точно... — усмехнулся Адам.

* * *

Следующий день в моем календаре был официально отмечен как «осталась одна неделя».

Всего семь дней.

Затем шесть дней.

А потом пять.

Адам и Саймон были великолепны. Даже более чем. Просто идеальны, правда. Конечно, они должны были работать, но по утрам я бегал с Саймоном, а потом он составлял мне компанию за чашкой кофе, пока мы завтракали. Адам присоединялся к нам после купания, всегда улыбаясь, судя по виду довольный тем, что мы с Саймоном ладим.

И мы действительно ладили.

Разговоры с Саймоном касались обычно профессиональных тем: бизнес, процент продаж, маркетинг. Трудно было сказать, намеренно ли он избегает личных вопросов или ему просто нравится, что есть с кем поговорить о делах.

Разговоры с Адамом, напротив, были веселыми и приятными, с намеком на флирт. Дело не в том, что он не мог вести умные разговоры, просто с ним они обычно заканчивались смехом и шутливой болтовней. Он задавал мне бесконечные вопросы о моем бывшем парне Роде и лучшей подруге Келли, о других друзьях и о моем родном городе. Но при этом всячески избегал расспросов о моей семье, так что я тоже не стал расспрашивать о его близких.

Меня все устраивало. Если он не хотел говорить на эту тему, я, само собой, не собирался давить на него.

Но разговоры постепенно становились все более личными. Как и секс. Может, виной тому было мое богатое воображение, а может, я втайне просто желал этого, но мне казалось, что прикосновения стали мягче, поцелуи – слаще и нежнее. Более интимными.

Секс все еще был горяч, чертовски горяч. Различные способы, коими могут трахаться три человека, оказались бесчисленными. Саймон обычно руководил тем, что мы делали в постели и был довольно… изобретательным.

Каждую ночь они проводили в моей комнате, мы спали втроем, обнимая друг друга. Просыпаясь вместе с солнцем, шли на пробежку, пока Адам плавал, затем завтракали, и они уходили на работу, а я проводил день почти без дела.

Как я и сказал. Идеально.

Но в субботу, за четыре дня до моего отъезда, когда Саймон привычно взял десятиминутный перерыв и присоединился ко мне за столом с видом на океан, к нему подошел один из работников кухни. Это была стройная, рыжеволосая женщина, лет на десять старше нас, и она казалась крайне раздраженной чем-то.

— Саймон?

— Да, Сидни?

— Можно тебя на пару слов?

— Да, — вздохнул он, теряя терпение, но при этом даже не шевельнулся, чтобы встать или уйти, давая ей тем самым понять, что она может говорить при мне. — В чем дело?

Сидни посмотрела на меня, потом на Саймона.

— Эм… доставки морепродуктов так и не было.

Саймон стиснул зубы.

— Ты звонила им?

— Да, я позвонила, — вздохнула Сидни, а потом поморщилась. — Мигель даже не делал заказ.

— Черт!

Саймон посмотрел на часы и резко встал. Пробормотав извинения, он быстро направился обратно на кухню следом за Сидни.

Мне стало жаль Саймона, потому что ему приходилось иметь дело с неуважительным и невнимательным персоналом, но судя по закипающему в нем гневу, можно с уверенностью было сказать, что этому Мигелю сильно попадет.

Мне не хотелось оставаться в стороне и просто наблюдать за этим.

Я понимал, что у кухонного персонала, и в частности Сидни, сейчас в разгаре достаточно напряженная обеденная смена. Была суббота, и, если судить по прошлой неделе, то на выходных приезжали новые постояльцы, а хлопот становилось гораздо больше.

Я встал и последовал за ними на кухню, в помещение, куда мне, как гостю, вероятно, не полагалось заходить.

— Нужна помощь?

Саймон высунул голову из холодильной камеры, явно удивленный моим появлением.

— Уил, что ты делаешь?

— Предлагаю свою помощь.

— Нет, — отрезал он, но, подумав, добавил: — Спасибо, конечно, но нет.

Я глянул на Сидни и еще одного сотрудника, которые смотрели на нас, а когда они оглянулись, проследил за направлением их взгляда и увидел Адама. Должно быть, он последовал за мной.

— Послушай, Саймон, — начал я, — тебе нужна еще одна пара рук. И она у тебя есть. Я сижу тут без дела и пялюсь на океан. — Я поднял руки. — Пара рук опытного шеф-повара, которые ничего не делают.

— Уил, ты здесь гость, — покачал головой Саймон. — Я не могу просить тебя об этом.

— Ты и не просил, я сам предложил.

Я глянул на Адама, который наблюдал за нами, как за теннисным матчем. Он казался немного встревоженным, как будто ситуация в любой момент могла зайти не туда. Я снова перевел взгляд на Саймона.

— Я мог бы сходить на рынок за рыбой, но не знаю, как туда добраться. Ты не можешь пойти, потому что ожидаешь прибытия новых постояльцев, — все смотрели на меня, и я решил, либо все, либо ничего. Саймон даже не моргнул. — А Сидни, полагаю, должна подготовиться к обеду?

— В основном заготовки для блюд, — кивнула Сидни. — Мне нужно поработать над салатами и пропарить овощи. И еще приготовить соусы, — она виновато глянула на меня. — К этому времени они уже обычно готовы.

Все просто же. Я пожал плечами. Глядя на Сидни и, намеренно не глядя на Саймона, я поинтересовался у нее:

— Если бы ты прямо сейчас пошла на рынок морепродуктов, то успела бы вернуться к тому времени, когда начинается обед?

Она посмотрела на настенные часы, потом на меня.

— Должна успеть.

Я глянул на Саймона.

— Только заготовки, никакой стряпни, никакого обслуживания, обещаю.

Он вздохнул, будто смиряясь.

— Уил…

Я улыбнулся ему, зная, что выиграл, и подошел к раковине, чтобы вымыть руки. Когда я повернулся к ним, выражение лица Саймона не изменилось, но Адам теперь улыбался. Я снова принялся намыливать руки, чтобы скрыть улыбку.

Сидни сняла фартук, схватила ключи и, остановившись рядом, указала на разные полки.

— Доски, подносы, ножи…

— Иди уже, — сказал я ей. — Я достаточно питался здесь, чтобы знать, как ты хочешь все приготовить.

Она махнула на прощание и исчезла. Я слышал, как обслуживающий персонал хлопотал в подсобке, когда остался на кухне наедине с Саймоном и Адамом. Вытерев руки и обойдя Саймона, я быстро схватил большой пакет моркови из холодильника. Он все еще смотрел на меня, когда я нашел разделочную доску, нож для снятия кожуры и разделочный нож.

— Если ты собираешься просто стоять здесь, то можешь мне помочь, — улыбнулся я ему.

Адам усмехнулся, а Саймон фыркнул, но его взгляд немного смягчился.

— Не знаю, благодарить тебя или злиться.

Я оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что мы все еще одни и, повернувшись к Саймону, заметил:

— Ты можешь отблагодарить меня позже... Ну, или наказать...

На этот раз Адам громко рассмеялся, потянув Саймона за руку.

— Оставь его, Сай. У него много работы.

И ее действительно было много. Мне нравилось этим заниматься, этой обычно рутинной подготовительной работой: шинковать, резать, жульенировать, делать нарезку. Я достаточно внимательно следил за тем, что мне подавали на прошлой неделе, чтобы знать процесс приготовления и подачи, так что делал все в строгом соответствии. Я приготовил салаты в отдельных мисках, морковь на пару с добавлением меда, фасоль на пару с кунжутом, картофельное пюре со сливками и даже сделал сальсу из помидоров и зеленого перца.

Я догадался, как приготовить заправки, так что на вкус, думаю, получилось довольно близко. Бульон хорошо подсел, томясь на медленном огне, и когда через пятьдесят минут вернулась Сидни я как раз прибирал разделочный стол, за которым работал.

— Боже, — сказала она, поставив большую белую пенопластовую коробку на стойку и оглядывая все, что я успел сделать.

— Что? Слишком переусердствовал? — рассмеялся я. — Только не говори Саймону.

— Что ты хорошо управляешься руками? — фыркнула Сидни. — Думаю, он это и без меня уже знает.

Моя челюсть отвисла, и я почувствовал, что краснею.

— О, да ладно тебе, — рассмеялась Сидни. — Не стесняйся. Я видела, как они относятся к

тебе.

Она видела, как они относятся ко мне?

— Ты о чем? — глянул я на нее.

Она открыла коробку, достала несколько рыбин, и закатила глаза.

— О Саймоне и Адаме.

— Не понимаю, о чем ты… — покачал я головой, перейдя в режим полного отрицания.

Сидни выложила всю рыбу на поднос и отодвинула его, а затем посмотрела на меня.

— Тебе не нужно ничего отрицать, сладкий.

Мой рот открылся и закрылся несколько раз, в то время как мозг тщетно пытался выдать какой-нибудь ответ. Черт, черт, черт. Я не знал, что сказать. Она в открытую озвучила мою сексуальную ориентацию, а у меня отняло дар речи.

Скользнув по столу, передо мной остановился поднос с рыбой.

— Можешь разделать рыбу?

— Конечно, — кивнул я, сглотнув.

Так мы и стояли бок о бок, разделывая рыбу, пока Сидни все болтала. Я узнал, что она трудится в основном в утреннюю и обеденную смены, в любую смену, в которую не выходит Мигель. Она работала здесь уже три года или около того, и, похоже, ей было плевать, что я гей. Что ж, моя неспособность опровергнуть это, сказав что-либо другое, вероятно, выдала меня в любом случае.

Она знала, и ей было все равно.

Мы видели, как обеденная зона начала постепенно заполняться людьми, и когда пришел первый заказ, я накрыл последнюю рыбу и поставил ее в холодильную камеру, предоставив остальное Сидни.

И Адам, и Саймон были заняты, так что я не стал их отвлекать. Мне нужно было принять душ, чтобы избавиться от запаха рыбы, но я решил переодеться прямо в плавки и спуститься к воде.

Немного поплавав, я гулял по пляжу, пока опять не стало жарко, а затем снова плавал. Когда мне показалось достаточно, я вернулся к себе в комнату и принял душ. Придав себе более-менее сносный вид, и набравшись достаточно смелости, чтобы встретиться лицом к лицу с Саймоном, я направился в бар.

Адам как раз убирал, но, заметив меня, сразу же улыбнулся, как будто я был его старым другом, которого он не видел много лет. У него была сверхъестественная способность заставлять меня чувствовать... будто я единственный, кто имеет значение. Ну, по крайней мере, один из двух, кто имеет значение. Было трудно не улыбнуться в ответ.

— Он сильно на меня злится? — риторически поинтересовался я.

— Кто?

— Саймон. Кто же еще.

— С чего бы ему злиться?

— Потому что я не проявил должное уважение к его авторитету, как босса, — просто ответил я.

Адам покачал головой.

— Думаю, ты больше его шокировал, вот и все.

— Думаю, я переступил черту «друг-гость», — усмехнулся я.

— Думаю, ты переступил эту черту больше недели назад, — громко рассмеялся Адам, и я непроизвольно засмеялся вместе с ним.

— Что смешного? — знакомый голос позади напугал меня.

Я обернулся и увидел, что Саймон смотрит на нас, стараясь не улыбаться.

— Уил считает, что переступил какие-то границы «гостей-которые-чисто-случайно-оказались-шеф-поварами», — ответил Адам и усмехнулся. — Он думает, что ты на него злишься.

Губы Саймона скривились в гримасе, хотя, полагаю, он просто пытался не улыбнуться.

— О, я действительно злюсь на него.

— Да? — спросил я встревоженно.

— О, разумеется, — улыбнулся Саймон. — И сегодня ночью тебя ждет наказание...

Я хохотнул от облегчения, понимая, что он шутит, и чувствуя жар, быстро ползущий вверх по моим щекам.

— Ооо...

Адам усмехнулся, а когда Саймон спросил есть ли у него какие-нибудь идеи по поводу подходящего наказания, тот кивнул.

— Думаю, он должен будет просто сидеть и наблюдать за нами, — затем Адам придвинулся ближе и понизил голос так, чтобы его слышали только мы. — Уил должен будет смотреть, как мы трахаемся. Нельзя прикасаться, нельзя дрочить, просто смотреть.

— Так нечестно, — застонал я.

Саймон лишь усмехнулся и оставил нас, широко улыбаясь, чтобы вернуться к работе, в то время как Адам безжалостно продолжал дразнить меня, рассказывая, как горячо это будет и как я буду возбужден. Но в действительности, он даже себе не представлял, насколько.

Потому что позже ночью, когда мы вернулись в мою комнату, я в самом деле оказался не готов к тому, что происходило на моих глазах. Было горячо, и я был дико возбужден, однако это было нечто большее. Я сидел в кресле в нескольких футах от кровати и наблюдал. Но они не трахались... Они занимались любовью.

Не спеша и нежно, и между ними было так много невысказанных слов. Адам лежал на спине, а Саймон нависал над ним, раскачиваясь и толкаясь в него… о боже, так медленно. Их руки касались лиц друг друга, пока они покрывали их ласковыми поцелуями, заполняя тишину тихими стонами и шепотом.

А я просто смотрел...

Это было прекрасно.

И едва не разбивало мне сердце.

В горле образовался ком, а внутренности скрутило в узел. Слезы жгли глаза и, вероятно, покатились бы по щекам, если бы не Адам. Он кончил со сдавленным криком, вскинув колени выше, и его пальцы впились в Саймона, когда оргазм прокатился по нему волной и растекся теплом между их телами.

Мне захотелось встать и выйти из комнаты. Это была та доля секунды, когда вы колеблетесь, а тело не делает то, что велит ему разум. Я хотел уйти. Хотел оставить их наедине, подарить им этот момент. Я просто не мог смотреть на то, что у них есть, потому что у меня такого никогда не будет. Хотелось убежать и спрятаться, кричать и плакать, хотелось врезать своему бывшему любовнику за то, что он никогда не любил меня так.

Мне хотелось... хотелось...

— Остановись, — голос Адама был едва слышен, но Саймон сразу замер.

— Детка, что случилось?

— Уил? — Адам повернул ко мне лицо и блаженно улыбнулся.

— Что? — я с трудом соображал.

Адам посмотрел на Саймона, который склонился над ним, все еще находясь внутри его тела.

— Я хочу, чтобы Уил присоединился к нам. Так будет правильно.

Какая-то неясная эмоция промелькнула на лице Саймона, но он медленно вышел из Адама и, приподняв его ногу, помог ему перевернуться, чтобы встать на колени. Адам похлопал по кровати, приглашая меня лечь перед ним.

Вся моя сила воли, побуждавшая выйти за дверь и оставить их наедине, просто испарилась. Я снял рубашку и шорты и, не успев моргнуть, опустился на колени перед ними. Адам повалил меня на спину, вытащил ноющий стояк из моих трусов и взял в рот. По стону, который резонировал в его горле, и по тому, как голова Саймона откинулась назад, я понял, что Саймон снова внутри Адама.

— О, черт! — Адам на миг оторвался от моего члена. — Сай! Да, именно так!

Адам урчал, стонал и лизал меня снова и снова.

— Ммм… Уил, обожаю твой вкус, — а потом он снова глубоко заглотил мой ствол.

Адам начал раскачиваться в унисон с толчками Саймона, и мой член трахал его рот с каждым подходом. Саймон лег на спину Адама, склонившись прямо над ним и положив руки ему на плечи, покачивая бедрами, заставляя его стонать вокруг меня. Голова Адама была низко опущена, пока он отсасывал мне, мы с Саймоном встретились взглядом, и он вперился им в меня. Голубые глаза, темные и напряженные, ни на миг не выпускали из своего плена. Саймон тяжело дышал и стонал, однако продолжал не отрываясь смотреть на меня. Его глаза, этот взгляд…

Я просто не способен был разорвать наш зрительный контакт. Даже когда возбуждение возросло до предела и жар удовольствия начал быстро расползаться по моему животу и позвоночнику, я не мог отвести глаз от Саймона. Он смотрел на меня так же, как…

...как он смотрит на Адама.

Запрокинув голову, Саймон кончил с почти беззвучным криком. Я видел, как его грудь вздымается и опадает, а мышцы напрягаются, слышал, как Адам стонет, пока Саймон кончает в него. Все мое тело содрогнулось, и ощущения, слишком совершенные и сильные, чтобы сдержать их в себе, прокатились по мне волной. Адам снова застонал, когда я излился, заполнив его рот горячим и обильным наслаждением.

Потом мы упали в кучу и лежали втроем, сплетенные друг с другом, как обычно...

Но теперь все было по-другому.

Было тихо. Никто не смеялся, никто не шутил, никто не произнес ни слова.

Что-то произошло между нами, что-то изменилось. И не я один это чувствовал.

Саймон встал с кровати и вместо того чтобы привычно пойти в ванную, молча натянул трусы, а затем брюки. Адам, который прижимался к моей груди, повернулся, чтобы посмотреть на него.

— Что ты делаешь?

— Собираюсь домой, — Саймон продолжал одеваться. — Не ночевал дома больше недели.

— Что? — прошептал Адам. — Сай, нет. Останься здесь, пожалуйста.

Саймон был уже в рубашке.

— Все в порядке. Можешь остаться, если хочешь, — сказал он напряженно, и мне стало предельно ясно, что все далеко не в порядке. Наклонившись, Саймон поцеловал Адама в губы. — Люблю тебя.

Адам приподнялся, и, клянусь, я слышал, как неистово колотится его сердце. Как будто он должен выбирать между мной и своим парнем.

— Сай…

— Все хорошо, — наконец заговорил я, не желая, чтобы Адам думал, что должен щадить мои чувства. — Адам, тебе лучше пойти с Саймоном. Ты ведь тоже больше недели не спал в своей постели. Вы, наверное, соскучились.

Вот же черт.

— В любом случае, — поспешно добавил я, пытаясь смягчить ситуацию, — вся кровать будет в моем распоряжении. Может, мне даже удастся выспаться.

Адам посмотрел на меня и нахмурился. Потом глянул на Саймона. После долгой паузы он скатился с кровати и, не говоря ни слова, оделся. Саймон уже ждал его у двери, Адам подобрал свои ботинки и подошел к кровати, на которой я сидел. Он поцеловал меня, потом опустил глаза и прошептал:

— Прости.

И они ушли. Саймон даже не взглянул на меня.

Я забрался на середину кровати, где обычно спал Адам, и просто лежал там. Постель пахла ими, нами, тем, чем мы только что занимались. Я лежал один в кровати, которая вдруг начала казаться слишком большой и одинокой. Я привык к телам, прикосновениям рук, объятиям и звуку дыхания. Теперь наступила тишина. А в груди поселилась ноющая боль.

Заснуть было нелегко.

Глава 8

Просыпаясь, я вздрогнул. Я понятия не имел, который час, но солнце уже взошло, а значит, я пропустил утреннюю пробежку с Саймоном.

Саймон...

Воспоминания тут же вернулись и в груди мгновенно образовался болезненный комок. Похоже, он никуда и не девался, но какая же это роскошь – ничего не чувствовать пока спишь. Тяжело вздохнув, я сполз с кровати, принял душ и отправился на поиски кофе.

Оказалось, что проснулся я даже позже, чем предполагал, и время завтрака уже прошло. Не то, чтобы меня это беспокоило, но я упустил возможность столкнуться с Саймоном и Адамом, хотя, честно говоря, я не был готов встретиться ни с одним из них. Поэтому прошел прямо к выходу, спустился по каменным ступеням и вышел на пляж. А потом просто шел, шел и продолжал идти до тех пор, пока не выветрил все гнетущие мысли из своей головы. Там остался только соленый воздух и солнце Флориды.

К полудню, когда я вернулся в отель, я уже даже начал было нормально себя чувствовать.

Пока вдруг не увидел Адама.

Он стоял за стойкой бара и нарезал фрукты для украшения коктейлей. Его глаза загорелись, когда он заметил меня, но затем Адам, видимо, вспомнил предыдущую ночь, и его лицо тут же осунулось. Хмуриться ему было так несвойственно. Я хотел пойти прямиком в свою комнату, но его голос заставил меня остановиться.

— Уил?

Я обернулся. Светлые волосы Адама были, как и всегда, растрепаны, но глаза казались такими грустными, что я не смог уйти от него, поэтому вернулся к бару и сел. Вокруг сновали другие постояльцы, гуляли, плавали в бассейне, но бар был пуст.

— Прости, — тихо сказал он. — Я до сих пор не понимаю, что произошло…

Покачав головой, Адам наморщил лоб.

— Мы отлично проводили время, было так горячо, так круто, а потом... — он пожал плечами, — потом Саймон просто... потом все вдруг закончилось.

Я кивнул, не зная, что сказать.

— Прости, — повторил он. — Я просто хочу... — он пытался тщательно подбирать слова. Разрываться на части было так непохоже на Адама. — Я просто хочу, чтобы он поговорил со мной.

— Саймон не хочет с тобой разговаривать?

— О том, что случилось, нет, — покачал головой Адам. — В смысле, я знаю, что что-то произошло во время секса. Должно быть, именно тогда. До этого ведь все было хорошо.

Я кивнул. Он был прав. Я видел это. Я видел это в глазах Саймона. В тот момент, когда он посмотрел на меня, между нами был Адам, однако Саймон не сводил с меня глаз. Но как сказать об этом Адаму? Как объяснить ему, что его парень – человек, которого он так любит – смотрел на меня точно так же, как смотрит на него?

Да никак... Правда в том, что я уезжаю. Я ничего для них не значу. Просто временное развлечение, всего лишь третий лишний в этой забаве на период моего пребывания здесь. Вот в чем вся правда.

Эх, не это мне шептало мое сердце, вовсе не этого оно хотело.

Но в действительности, я не был частью их пары.

Я поднял глаза на Адама как раз в тот момент, когда его взгляд метнулся через мое плечо. Машинально обернувшись, я заметил Саймона, что стоял в фойе, наблюдая за нами, но он быстро развернулся и направился в другую сторону. Я вновь посмотрел на Адама. Он хмурился и выглядел таким несчастным. Взяв нож, он молча вернулся к нарезанию фруктов, но, казалось, лишь за тем, чтобы чем-нибудь занять руки, поскольку мыслями был явно не здесь.

Тем не менее оставалось кое-что, что мне нужно было прояснить. Мне нужно было услышать это.

— Что насчет сегодняшнего вечера? — прочистив горло, поинтересовался я.

Адам отрезал кусочек апельсина, потом положил нож, и его плечи поникли. Это молчание и неспособность смотреть на меня были прекрасным ответом.

Я машинально встал и кивнул. Понятно.

Блядь.

Что бы между нами ни было, это закончилось.

Предполагать – это одно, а вот получить окончательное подтверждение, уже совсем другое.

Может, все дело в том, что я плохо спал прошлой ночью, а, может, в той тяжести, которая поселилась в груди и просочилась до самых костей, но несмотря на звуки воскресной ночи, музыки, смеха и бурлящей жизни за моей дверью, и несмотря на то, что кровать казалась слишком пустой, я заснул.

* * *

Проснулся я в дерьмовом настроении. Решив, что пробежка пойдет мне на пользу, оделся и направился к выходу, а потом специально свернул налево, а не направо, подальше от мыса и возможности столкнуться с Саймоном. Пробегав всего неделю, я почувствовал разницу. И понял, почему Саймон делает это. По той же причине, по которой Адам плавал. Если не ради фитнеса, то проветрить голову.

Вернувшись в отель, я принял душ и оделся, чувствуя зверский голод. Не в состоянии вспомнить, ел ли что-нибудь накануне, я достал книгу со дна чемодана, взял тарелку с фруктами и кофе, и сел за свой обычный столик с видом на океан. Я упаковывал несколько книг и iPod, думая, что останусь один и мне нужно будет чем-то заняться. Чтобы было понятно, что я ни с кем не хочу разговаривать, я намеренно сел спиной к отелю, вставил наушники, включил музыку и уткнулся носом в книгу.

Единственным человеком, который прервал меня, была Сидни. Она подошла, чтобы забрать пустую тарелку и чашку, но ничего не сказала. Просто поставила передо мной свежий кофе, похлопала по руке и убрала грязную посуду.

Если Адам и Саймон видели меня, наблюдали за мной или пытались заговорить, я этого не знал. Время от времени я поднимал глаза на людей, которые проходили мимо, направляясь к пляжу. В понедельник народу было меньше, чем в выходные. Многие гости разъехались, зато появились новые лица.

Сидни снова прервала меня, теперь уже с тарелкой салата, холодным мясом и бутылкой воды. Хотя в этот раз она не улыбалась, ее бровь была слегка приподнята, и когда я вытащил один наушник, лицо Сидни стало строгим.

— Ешь, — только и сказала она, прежде чем вернуться на кухню, чем напомнила мне Келли.

Я улыбнулся впервые за последнее время, которое ощущалось вечностью. Только взглянув на тарелку, я понял, что настало время обеда, и действительно ощутил голод. Покончив с едой и достаточно погревшись на солнце, я снял рубашку и нырнул в бассейн, чтобы немного освежиться. Потом, покрытый стекающими каплями воды, быстро собрал свои вещи со стола, провел рукой по волосам, пытаясь стряхнуть их, и оказался лицом к бару. Адам уставился на меня. Облизнув губы, он с трудом сглотнул, а парень за стойкой улыбнулся мне.

Я проигнорировал их обоих и направился в свою комнату.

* * *

Я был не слишком голоден и не хотел провести весь вечер в комнате наедине со своими мыслями, но я также не горел желанием найти себе компанию, поэтому вышел во двор отеля с книгой и iPod. За моим обычным столиком ужинали люди, поэтому я выбрал свободный, который, к сожалению, оказался ближе к бару. Ближе к тому месту, где стоял Адам. Но я снова сел спиной к остальной части отеля, вставил наушники и нашел свою страницу в книге.

Где-то примерно через час кто-то дотронулся до моей руки. Я поднял глаза и увидел того же парня, который сидел в баре раньше днем, разговаривая с Адамом. Он взволнованно улыбался мне, поэтому я вытащил наушники и посмотрел на него, ожидая, что он скажет.

— Э-э, привет… — начал он, а затем указал на свободный стул у моего стола. — Можно присоединиться?

Я моргнул, удивленный его просьбой. Мог бы додуматься, что реквизит «я-не-хочу-ни-с-кем-разговаривать» — наушники и книга — говорил сам за себя. Очевидно же, что нет.

— Эм, конечно, — пробормотал я.

Он сел и завел разговор. Я пытался слушать. Как же он представился? Вроде его имя начиналось на «К», ему был двадцать один год, и он приехал сюда из Калифорнии в отпуск. Один.

— Ты здесь с кем-то? — прямо спросил он.

— Эээ…

— Я ни с кем тебя не видел на протяжении дня, — заметил он, безо всякого стыда признаваясь, что наблюдал за мной раньше. — Парень за стойкой сказал, что ты здесь кое с кем… — он оглянулся на Адама, который усиленно делал вид, что не подслушивает.

Я тоже машинально глянул на Адама.

— Это он так сказал? — спросил я, не в силах скрыть неверие в голосе. Затем, все еще глядя на него, заговорил достаточно громко, чтобы он меня слышал. — А на самом деле, похоже, что как раз таки наоборот. Я здесь совершенно один.

Адам нахмурился и поморщился, но ничего не сказал.

— Так, может, сходим куда-нибудь? — парень рядом со мной улыбнулся. — Кажется, тут бар есть, называется вроде «Зеленое-что-то-там».

И вдруг мне показалось, что это отличная идея. Не потому что мне хотелось встречаться с «Как-его-там-зовут», а просто чтобы показать Адаму и Саймону, что я могу. После двух дней жалости к себе это казалось просто фантастической идеей, и я согласно кивнул парню «чье-имя-начиналось-на-К».

— Конечно. Дашь мне минутку переодеться? — сказал я, вставая и направляясь в свою комнату.

— Ага, я вызову пока такси.

Я натянул джинсы, белую рубашку на пуговицах и туфли. Умылся, почистил зубы и, черт возьми, даже уложил волосы. Если я собирался показать Адаму и Саймону, что могу отлично провести время без них, то должен был хорошо при этом выглядеть. Бросив быстрый взгляд на свое отражение и решив, что смотрюсь не так уж и плохо, я вышел за дверь. «Как-его-там-зовут», должно быть, решил так же. Он ждал меня в баре, что было просто идеальным местом, чтобы нас увидел Адам.

— Ух ты, — усмехнулся он. — Я думал, ты полуголым и мокрым хорошо выглядишь, но ты и одетым смотришься неплохо.

Я рассмеялся над его комплиментом, хотя втайне был рад, что он сказал это при Адаме. Я чувствовал на себе взгляд Адама, однако смотрел исключительно на парня «на букву К».

— Ты готов?

— Уил?

Я обернулся на знакомый звук голоса. Адам все еще казался усталым, но теперь выглядел взволнованным или скорее… обеспокоенным, как будто пытался правильно подобрать слова, чтобы что-то сказать.

— Ты... ты уверен, что хочешь пойти?

— А что еще мне делать? — спросил я излишне резко. — Сидеть здесь одному всю ночь?

Его лицо осунулось, и он покачал головой.

— Уил, не надо…

Я не мог отрицать, что видеть его таким, слышать боль и беспокойство в его голосе, тяжестью сковывало мне грудь. Сердце сжалось. Больше всего на свете сейчас хотелось броситься к нему, обнять и сказать, что встречаться с кем-то другим – это последнее, чего я в действительности желаю. Но вместо этого я улыбнулся, взял «Как-его-там» за руку и повел его через фойе. Мы добрались до двери, я придержал ее открытой для своего нового кавалера, и оглянулся на бар как раз в тот момент, когда Адам швырнул полотенце в раковину с довольно громким:

— Черт!

А потом я заметил Саймона. Он стоял у двери ресторана, без сомнения, видя, как я ухожу с другим парнем, и слыша реакцию Адама. Я оставил их смотреть друг на друга. Дверь за мной закрылась, и я направился к ожидавшему такси.

Клуб был таким же, каким я запомнил с прошлой недели. Правда, не таким многолюдным, но все равно народу было достаточно, гремела музыка и на танцполе было полно извивающихся тел. Я купил нам выпивку, и мне повезло услышать, как мой кавалер представился другим парням – Кайл. Так и знал, что на «К». Я передал Кайлу выпивку, и, потягивая свою, огляделся вокруг.

— Ты уже бывал здесь? — Кайл встал рядом, так, чтобы я мог расслышать его за грохотом музыки.

— На прошлой неделе, — кивнул я.

Кайл придвинулся еще ближе, свободной рукой обхватив меня за бедра.

— Спасибо за выпивку.

Это вроде как должно было быть соблазнительным, то, как его губы коснулись моего уха, и как его рука удерживала мои бедра на месте. Я определенно ощущал его близость. Я даже уловил запах его туалетной воды.

Но больше ничего не почувствовал...

Это было просто... неправильно.

Вежливо улыбнувшись ему, я чуть отстранился, устанавливая между нами дистанцию.

— Да не за что, — быстро ответил я. — Хочешь еще?

На самом деле, я даже не дал ему времени ответить. Просто вернулся в бар. Посчитал, что мне самому нужно опрокинуть еще несколько порций алкоголя, чтобы расслабиться и, возможно, даже потеплеть к Кайлу. После следующего стакана он захотел потанцевать, и я согласился. Это было неплохо. Наши тела соприкасались, его руки лежали на мне, когда мы двигались под музыку, но ощущения были совсем иные.

В какой-то момент он увел нас с танцпола и, прижавшись, сказал мне на ухо:

— Ты ведь не хочешь быть здесь сегодня, правда?

Я вздохнул и покачал головой.

— Не очень… нет, на самом деле.

— Тогда тебе вовсе не обязательно оставаться, — ласково улыбнулся он мне.

И я не остался. Написал ему записку с названием отеля и адресом, просто на всякий случай, и сунул двадцатку на такси. Учитывая, что он пригласил меня на свидание, а я собирался свалить, это было самое меньшее, что я мог сделать. А потом ушел. К тому времени, как я вернулся, отель уже погрузился во тьму, и, к счастью, мне не встретился ни Адам, ни Саймон. Я забрался в холодную постель и до утра пялился в потолок.

* * *

Перед самым рассветом я оделся и вышел на пробежку.

Цвет неба постепенно менялся от нежно розового и пурпурного к оранжевому, пока не превратился в утреннюю синеву. Я был уставшим и, вероятно, не в форме, чтобы бегать, но пересилил себя и побежал. Потом заставил себя съесть немного фруктов на завтрак. Ну, если точнее, то Сидни заставила меня. Но это было с кофе, так что я не сильно возражал.

Я пропустил ланч и слишком устал, чтобы гулять по пляжу, поэтому вышел из комнаты только, когда поубавился наплыв народа к обеду. Вооружившись книгой и iPod, нашел свой столик и сел на солнышке, устраиваясь, как я надеялся, на несколько часов безмятежного покоя. Но без единого слова и без приглашения на стул рядом со мной уселся Адам. Когда я посмотрел на него, мое сердце сжалось. Он выглядел... болезненно.

— Адам, когда ты в последний раз ел? — нахмурился я. — Или спал?

Он проигнорировал мой вопрос.

— Сай не говорит мне, что случилось, — прошептал Адам. — Он очень напряжен. Завтра здесь пройдет встреча с владельцами, и он должен уладить все вопросы... но ему плохо. Он продолжает говорить, что это ерунда. Он пытается улыбаться. Пытается вести себя так, будто он в порядке…

— А ты?

Адам пожал плечами.

— Я просто думал, о том, что между нами было, ну… ты понимаешь?

Мое сердце заныло.

— Уверен, как только эта встреча с владельцами закончится, он придет в норму, — попытался я его успокоить.

Адам долго смотрел на меня, а потом покачал головой.

— Я не только о нас с ним говорю, — его голос был не громче шепота.

О... Он имел в виду нас троих. Он думал, что между нами тремя есть что-то особенное.

Я грустно улыбнулся.

— Я тоже, — тихо признался я. — Знаю, это была всего лишь неделя, но это было... потрясающе.

— Я знаю, — Адам быстро кивнул, посмотрев на меня. — И я так думал. И полагал, что Саймон тоже так думает.

— Прости, Адам. Я действительно очень сожалею. Если бы я знал, что между вами возникнут проблемы, я бы не согласился…

— Нет, Уил, — тряхнул он головой, его голубые глаза расширились и в них читалась искренность. — Я ни о чем не сожалею. На самом деле, я даже… я бы не стал ничего менять...

— И я тоже, — тихо выдохнул я.

Лицо Адама исказилось, тяжело было видеть его боль. Хотелось немного облегчить эти страдания, приободрить.

— Адам, вы с Саймоном – лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни. Я не сожалею ни секунды, но было бы гораздо приятнее, если бы это все закончилось на более высокой ноте.

— Я знаю, — прошептал он.

Затем между нами повисло молчание. Думаю, в этот момент стало ясно, что говорить больше не о чем. В любом случае, говорить должны были не я и не Адам.

— Хочешь, я попробую поговорить с Саймоном?

— У него сейчас очень много забот с владельцами и всем остальным… — Адам покачал головой, его голос был едва слышен.

Этот ответ просто взбесил меня. Именно Саймон втянул нас в эту историю, а теперь просто взял и умыл руки.

— Этот паренек, Кайл, — посмотрев на воду, Адам вдруг сменил тему, — говорит, ты оставил его в клубе. Сказал, что ты не проявил особого энтузиазма...

Я попытался унять внезапный порыв гнева, быстро разрастающийся во мне, но мой тон все равно прозвучал резко.

— Не проявил. И хочешь знать, почему? От него пахло не так, он ощущался не так. Потому что это был один человек, а не двое. Даже если бы это была пара, то это были бы не те двое.

Я резко встал, пытаясь подавить клокочущий гнев. Я злился вовсе не на Адама. Наклонившись, коснулся его руки.

— Черт, Адам, прости, — вздохнул я, уставший и расстроенный. — Ты ни в чем не виноват.

Он посмотрел на меня грустными голубыми глазами, и у меня сжалось сердце.

— Ты даже не представляешь, как мне жаль.

Я развернулся и направился прочь, но готов поклясться, что слышал, как он произнес мне вслед:

— Да нет, я все прекрасно понимаю.

Глава 9

После пробежки я принял душ и не стал заморачиваться с завтраком. Была среда, так что я знал, что Адам не работает и мне не хотелось его видеть. В свой предпоследний день здесь я решил куда-нибудь сходить и что-нибудь посмотреть. Поэтому немного побродил, разглядывая достопримечательности, погулял по тротуарам, заглядывая в витрины магазинов, впитывая звуки и запахи центра Ки-Уэст. Купил несколько сувениров и безделушек для Келли, но к обеду оказался в кафе Ди.

Она улыбнулась, заметив меня, однако ее улыбка медленно угасла, когда она поняла, что Саймона и Адама со мной нет. Ди подала мне кофе, о котором я не просил, но который с радостью принял.

— Расскажи мне, что случилось, — строго сказала она.

Я попытался улыбнуться ей, но не смог, поэтому сдался.

— Честно говоря, я и сам не особо понимаю, — пожал я плечами.

Нахмурившись, Ди надула полные губы.

— И ты ничего не ел, — просто констатировала она. Потом пробормотала что-то о глупых мальчиках, покачала головой, нацарапала пару слов в своем блокноте, оторвала страницу и протянула повару через окошко.

— Значит, ты не знаешь, что произошло? — вздохнула она, взглянув на меня. — Или просто не хочешь мне рассказывать?

На этот раз я улыбнулся. Ди была достаточно резкой и властной, прямолинейной и громкой. И мне она нравилась.

— Все шло отлично, — наконец признался я. — Возможно, даже слишком. Все было вроде как идеально. Но потом, два дня назад, что-то изменилось для Саймона, и он... — я не был уверен, сколько стоит ей рассказывать, поэтому замолчал и вместо этого отхлебнул кофе. — Ну, теперь все уже не идеально.

Ди кивнула.

— Идеально, говоришь? Позволь мне рассказать тебе кое-что о Саймоне, — сказала она. — Я знаю его почти всю его жизнь, и он хороший человек. Ему пришлось нелегко, когда он впервые понял, что он гей. Саймон даже пробовал перекроить себя на натурала на протяжении какого-то времени, и это было... катастрофично.

Она улыбнулась про себя, но затем вновь стала серьезной.

— Однако ему повезло. Он из хорошей семьи, которая любит его, в отличие от семьи Адама, — Ди покачала головой. — Да, он без труда мог бы работать вместе с отцом и с легкостью идти по жизни, но он твердо стоит на ногах. Сам. Это требует мужества. Он хороший бизнесмен, он умный парень и он чертовски забавный, когда ослабляет свою бдительность.

Я посмотрел на нее, удивляясь, как все его хорошие качества – некоторые я знал, некоторые нет – должны были помочь мне.

— Но, Уил, — серьезно сказала она, — у Саймона много недостатков. Он не идеален. Я видела, как ты смотрел на него на прошлой неделе, сквозь «розовые очки», как будто он не может сделать ничего плохого. Ну, сладкий, он всего лишь человек. И Бог его знает, как вам троим удается держать друг друга в узде. У меня хватает проблем и с одним!

Я фыркнул, а Ди рассмеялась. Она ушла, но вернулась с тарелкой и поставила ее передо мной. Я поднял брови и посмотрел на нее. Мы оба знали, что я ничего не заказывал.

— Фирменное блюдо, — улыбнулась она.

— Это самый большой бургер, который я когда-либо видел!

— Он пойдет тебе на пользу, — рассмеялась Ди. — И не спорь со мной.

Я невольно усмехнулся.

— Ммм, спасибо?

— Я спрошу у тебя одну вещь, Уил, — вдруг сказала Ди. — Не отвечай мне, пока не поешь, но скажи мне вот что... то, что сейчас между Саймоном и Адамом — это настоящие отношения. Мы оба это знаем. И это то, чего и ты хочешь. Милый, мы все этого хотим. Но вот мой вопрос. Ты хочешь то, что у них есть с кем-то еще? Ты можешь представить себя с другим мужчиной? Или с другими двумя мужчинами?

Она переключилась на остальных посетителей, оставив меня наедине с самым большим в мире бургером, и мне было над чем подумать.

Ди оказалась права. Бургер действительно был хорош. Не то, чтобы я смог его доесть. Даже и близко. Но в нем было довольно правильное сочетание вкусов, пряных и пикантных.

— Нравится? — спросила Ди, когда я наконец отодвинул тарелку.

Застонав, я потер живот. Может быть, учитывая то, что я не особо много ел за последние два дня, такая большая порция была не очень хорошей идеей.

— О боже, — снова простонал я. — Даже слишком хорош.

— Пища для души, друг мой, — рассмеялась Ди. — Ты подумал о том, что я сказала?

— Подумал, — кивнул я, сделав глоток воды. — Но сначала, Ди, расскажи мне об Адаме.

Ди крикнула остальным, что у нее перерыв, и села напротив меня.

— Эту историю не мне тебе рассказывать, сладкий, — улыбнулась она.

Я понимающе кивнул.

— Просто каждый раз, когда упоминается слово «семья», он замыкается. Вы сказали, что его семья не такая, как у Саймона, так что не нужно много ума, чтобы понять это.

Ди нахмурилась и некоторое время молчала, тщательно подбирая слова.

— Я никогда не смогу понять этого, — покачала она головой, ее островной акцент становился сильнее, когда она говорила страстно. — Какая мать способна выносить ребенка, родить его и любить только до того момента, пока не откажется от него в семнадцать лет из-за того, в кого он влюбился. Родительская любовь должна быть безусловной. Она не может быть выборочной.

Ди вздохнула, чтобы взять себя в руки и слегка успокоиться. Было ясно, что к этой теме она относится очень серьезно.

— Адам приехал сюда из Нью-Йорка. Он был отличником и чемпионом по плаванию.

Что ж, это определенно объясняло его любовь к плаванию.

— Его родители были слишком консервативны, и когда застукали его целующимся с мальчиком, ну... ну, все пошло не очень хорошо. И он оказался здесь.

Она сказала достаточно. Мне не нужно было больше ничего слышать. От Адама отреклись в семнадцать лет. Ох, черт... Мое сердце за Адама заныло сильнее. Но это многое объясняло. То, как Адам, казалось, мог справиться с любой толпой, как будто ему это было знакомо, и как простая улыбка могла подарить ему то, что он хотел. Он был отлично приспособлен к улице. И это также объясняло, почему Саймон оберегал его, пытаясь всегда держать при себе.

Да, это многое объясняло.

— А что насчет твоей семьи, Уил? — поинтересовалась Ди. — Какая у тебя история?

— Мои родители умерли чуть больше двух лет назад. Я был единственным ребенком.

— О, милый, мне очень жаль, — искренне сказала она.

— Все в порядке, — я слегка улыбнулся ей. — Это была автомобильная авария. Все произошло так быстро, сегодня есть, а завтра нет.

Ди обеспокоенно нахмурилась, но я лишь пожал плечами.

— Вскоре после этого я открыл собственный ресторан. Это было своего рода толчком, в котором я нуждался, чтобы сделать что-то для себя.

— У тебя есть парень дома?

— В моем родном городе? — я фыркнул. — Нет. У меня был тайный любовник, если можно так сказать. Не бойфренд вроде Саймона и Адама, скорее парень для «секса-когда-он-этого-хотел», — я покачал головой, удивляясь, как нелепо это прозвучало даже для меня. — Мы тщательно скрывали нашу связь. Но он бросил меня, когда моя ориентация раскрылась.

— Ох, правда? — глаза Ди расширились.

— Это только половина всей истории, — снова фыркнул я и затем вкратце рассказал ей, как весь город, кроме моей лучшей подруги Келли, отказался есть в моем ресторане, потому что я был геем.

Ну, по крайней мере, пока я там находился. Келли, казалось, справляется с этим. Думаю, я шокировал бедную Ди, она даже замолчала. Несколько раз моргнув, открыв и закрыв рот, она наконец медленно выдохнула.

— А что именно ты собираешься делать дома?

Я на мгновение задумался и, не в силах ответить прямо, пожал плечами.

— Понятия не имею.

— О, Уил, — она покачала головой и вздохнула, — похоже, ты попал прямо из огня да в полымя.

— Похоже на то, — вздохнул я.

Ди улыбнулась и снова покачала головой.

— Мне лучше вернуться к работе.

— Разве ты не хочешь узнать мой ответ?

— Какой ответ, сладкий?

— Ну, на тот вопрос... Ранее. Ты спросила, хочу ли я того, что есть у Саймона и Адама.

Ди понимающе улыбнулась.

— На самом деле я спрашивала не об этом. Я спросила, хочешь ли ты того, что у них есть, не с кем-то другим, а с ними? Ты хочешь быть с ними?

— О...

— И, да, милый, у тебя на лице и так все написано.

* * *

В отель я вернулся ближе к вечеру, незадолго до того, как должна была начаться вечерняя смена. Однако уже пересекая фойе по пути к себе комнату, я услышал голос Саймона, хотя остальные гости, казалось, ничего не замечали. Может, все дело было в том, что я просто не мог не услышать его, не мог не обратить на него внимание. Интонации, с которыми Саймон говорил, выдавали его недовольство. А если быть точнее, он был просто в ярости.

Я потоптался немного в фойе, пока, наконец, не заметил его. Саймон расхаживал по кухне с мобильником у уха. И был очень зол. Он старался говорить тише, но ошибиться в тоне было невозможно.

— Где я, блядь, найду замену так быстро, Мигель? Через пол гребаных часа здесь будут хозяева отеля, чтобы решить, продают ли они его Хартли! Ты знал, что эта встреча состоится за ужином! Ты знал, насколько это важно!

Я подошел к наблюдающему за этим Адаму.

— Что случилось?

Адам взглянул на меня и улыбнулся. Всего слегка.

— Мигель, ублюдок, позвонил только что и сказал, что не сможет сегодня выйти, — тихо, чтобы не мешать говорить Саймону по телефону, сказал он. — Он уже должен был заступить на смену. Этот мудак просто мстит Саю, он прекрасно знает о важности сегодняшнего вечера, но после того, как Сай сделал ему выговор на прошлой неделе, он специально подставил его сегодня. И это лишний раз доказывает, какой он придурок. Пришлось вызвать бедную Сид из-за этой встречи...

Я развернулся и, оставив их на кухне, направился прямиком к себе в комнату. Бросив сумки с покупками на кровать, быстро переоделся в джинсы и кожаные ботинки на шнуровке. Это был не совсем рабочий наряд, но все же лучше, чем ничего. А затем вернулся к ним. Саймон уже закончил говорить по телефону и что-то бормотал себе под нос, копошась в кладовке. Не обращая на него внимания, я вошел в кухню. Взволнованная Сидни посмотрела на меня.

— Сид, где мне взять рубашку повара?

— Униформа в подсобке, — улыбнулась она.

Схватив первую попавшуюся, я вернулся на кухню, на ходу застегивая второй ряд пуговиц. Саймон уже переместился в рабочую зону готовки и рылся в одном из ящиков в поисках бог-знает-чего. Он поднял голову и уставился на меня.

— Что ты делаешь?

— Где меню? Технологические карты? — проигнорировав его, я обратился к Сидни.

Она указала на папку у дальней стены, заполненную утвержденными технологическими картами блюд. Все рестораны, в которых персонал работал по сменам, использовали такую систему, поэтому, когда персонал менялся, рецептурные карты оставались прежними.

— Та, что сверху, — крикнула мне Сид.

Я вытащил ее и начал читать, чувствуя, как Саймон сверлит меня взглядом.

— Уил, я спросил, что ты делаешь? — его голос был пугающе спокоен. И это было первое, что он сказал мне за последние два дня.

Я посмотрел на него.

— О, так сейчас ты со мной, значит, разговариваешь?

— Уил… — процедив сквозь зубы, Саймон подошел ближе ко мне.

Боже, у него не было никакого права злиться на меня, я ничего плохого не сделал. А теперь он, значит, хочет знать, что я делаю?

— Я пытаюсь прочитать эти чертовы карты блюд, чтобы знать, что готовить на твою встречу, вот что я делаю! — рявкнул я.

Мы замерли в нескольких дюймах друг от друга, учащенно дыша. Он уже был собран к встрече. Его черные волосы были уложены в прическу, ноздри раздувались, а глаза стали сурово синими.

Он был прекрасен.

Но я был так чертовски зол на него. Последние два дня я только то и делал, что злился. Однако сейчас было явно не время и не место.

— А теперь, если ты не возражаешь, мне нужно работать, так что выметайся с кухни.

Саймон сверлил меня взглядом еще какое-то время, прежде чем повернуться на каблуках и выйти. Он был чертовски сердит. В бешенстве, если быть более точным. Я поднял глаза и увидел Адама, что стоял в дверях кухни, когда Саймон прошел мимо него. Адам, казалось, немного шокирован всем происходящим, но когда его взгляд встретился с моим, он улыбнулся.

— Господи, — прошептала Сидни рядом со мной.

— Прошу прощения, — быстро извинился я, кладя бумаги на стол и глянув на нее. — Это было не очень профессионально. Обычно я не так... зол.

Сидни фыркнула, помешивая соус в кастрюле на плите.

— Он тоже, — сказала она, кивнув в сторону, где исчез Саймон. — Но что-то беспокоит его последние два дня. Он все это время был в дерьмовом настроении.

— А то я не знаю, — саркастически фыркнул я.

Сидни посмотрела на меня.

— И его раздражительность никак не связана с тем, что вы с Адамом тоже оба не в духе?

Я глянул на нее, искренне задаваясь вопросом, как должен на это отвечать. Она лишь закатила глаза и снова принялась помешивать соус.

— Вот и какого черта так устроены мужчины? Когда у вас стресс, вы только стройнее становитесь, а когда у женщин стресс, они наедятся мороженного и наберут чуть ли не десять лишних кило.

Я вдруг рассмеялся, несмотря на свое дерьмовое настроение.

— Да, похоже, я должен поблагодарить тебя за то, что принесла мне вчера обед и кофе. И что заставила поесть.

— Ага, — фыркнула Сидни, — как, полагаю, и я должна поблагодарить тебя за помощь сегодня.

Я усмехнулся. На этот раз искренне.

— Ну, если бы ты меня поблагодарила, я бы сказал тебе, что всегда рад.

— Взаимно, Уил, — посмотрев на меня, улыбнулась Сидни. — Взаимно.

Я зашел в холодильный отсек за лососем, а когда вернулся, на кухне появился Адам. Он выглядел таким усталым и взволнованным.

— Они уже здесь, — сказал он, поглядывая в сторону столика. — Их четверо: два владельца, бухгалтер и юрист. Саймон с ними… — Адам покачал головой. — Надеюсь, с ним все будет в порядке.

Я положил стейки из лосося на стойку.

— Адам, с ним все будет в порядке.

— Я не умею так, как он, — он вновь покачал головой. — Сидеть там с этими шишками и говорить о делах.

— Адам, если бы ты сидел на этой встрече, ты бы враз завоевал их одной своей улыбкой, — заверил его я.

Он медленно улыбнулся.

— Может, мне сесть за стойку и одарить юриста взглядом «трахни меня» с другого конца зала? Он походу из наших.

Мы с Сидни рассмеялись, и Адам усмехнулся, а потом вздохнул.

— Могу я побыть здесь с вами, ребята? — спросил он. — Я не работаю, наверху слишком тихо, Саймон внизу, ну, там… — сказал он, глядя в сторону столиков. Затем посмотрел на меня. — А ты здесь…

— Умеешь мыть посуду? — первой отозвалась Сидни.

— У меня много талантов, — насупился Адам.

Вскоре он был уже по локоть в мыльной пене, но казался гораздо счастливее, чем последние два дня. Мы с Сид хорошо сработались. Мы были на одной волне. И в течение следующих двух часов я приготовил лучший в своей жизни ужин из трех блюд для четырех суперважных персон – ну, то есть, пяти, включая Саймона – успевая при этом помогать Сид готовить закуски, основные блюда и десерты, когда мог, и мы даже умудрились посмеяться.

К тому времени, как все закончилось, и мы прибрались, в отеле стало тихо. У бассейна все еще было несколько парней, некоторые даже танцевали. Адам принес три пива из бара, и, не желая, чтобы владельцы видели, как персонал сидит после смены, мы пододвинули табуреты и сели на кухне.

Мы весело болтали и смеялись. Было так приятно расслабиться и посмеяться. Казалось, Адам даже забыл о своих неприятностях и рассказывал нам с Сид забавные истории, пока у нас не закололи бока от смеха. А потом, туда, где мы сидели, вошел Саймон с подносом пустых десертных тарелок в руках и наш смех резко затих. Он неловко остановился и посмотрел на нас, но его взгляд задержался на мне и Адаме. Прежде чем кто-либо из нас успел заговорить, он поставил поднос на стойку.

— Не знаю, что ты добавил в этот крем, Уил, но это было... Ммм, это было нечто невероятное. Они все еще обсуждают его вкус, — Саймон слегка улыбнулся мне и объявил, ни к кому конкретно не обращаясь: — Мы уже заканчиваем.

Мы втроем смотрели, как он возвращается туда, где уже подходила к концу его важная встреча.

— По-моему, он только что похвалил твою стряпню, — рассмеялась Сид. — Кстати, а что это был за белый крем все-таки?

— Хочешь попробовать? — улыбнулся я ей. — Кое-что еще осталось.

И не став дожидаться ответа, я просто сходил к холодильнику и вернулся с остатками десерта, в то время как Адам схватил три тарелки и три ложки.

— Обычно я готовлю его для Келли, — признался я им. — Когда мне приходится за что-то извиняться, то, как правило, с кучей вот этого, — я выложил на тарелку свежую малину, сверху положил ложку белого шоколада с ванильным кремом и протянул Сид. — Попробуй.

Мы с Адамом оба смотрели на нее, и как только десерт коснулся ее языка, она застонала.

— Келли говорит тоже самое, — рассмеявшись, заметил я Адаму.

Адам засмеялся в ответ, я подал ему порцию, а потом взял и себе. Адам что-то промычал и кивнул.

— Как вкусно, — протянул он с полным ртом.

Смотреть, как он ест десерт, было восхитительно, и в то же время это было абсолютнейшей пыткой. То, как он урчал, как ложечка входила в его рот, как он облизывал губы… следы белого крема на его языке заставили мой член мгновенно напрячься.

Кажется, я даже застонал.

Я был так поглощен Адамом, что не заметил, как вошел Саймон и остановился, наблюдая за нами. Адам посмотрел на него и улыбнулся.

— Теперь понимаю, что ты имел в виду, Сай. Это и правда восхитительно!

Сидни встала, покачав головой.

— Само собой, это было нереально вкусно. Но видеть, как Уил наблюдает за Адамом, пока тот ест десерт, будет похлеще, чем смотреть порно, — произнесла она, обращаясь к Саймону.

Я подавился малиной, а Сид только рассмеялась. Она поставила тарелку в раковину, выбросила пустую бутылку из-под пива в мусорное ведро и хлопнула меня по плечу.

— Уил, друг мой, можешь готовить со мной в любое время, — и уже выходя из кухни добавила: — До тех пор, пока будешь готовить этот десерт.

И Сидни ушла, а я встал и тоже поставил тарелку в раковину. Похоже, веселье закончилось. Стоя втроем на кухне, мы не знали, что сказать и с чего начать. Мое сердце билось где-то в области горла. Первым заговорил Адам, его голос был тихим.

— Ну что? Встреча прошла нормально?

Саймон кивнул, пожав плечом.

— Эм… мы можем поговорить об этом позже? — вся его манера поведения изменилась. Он больше не был сердитым или отстраненным. Он молчал. Может, даже сожалел.

— О, ладно… — тихо сказал Адам. — Конечно.

— Я в большом долгу перед тобой, — Саймон посмотрел мне прямо в глаза.

Я взял тарелку Адама, поставил ее в раковину и глянул на Саймона.

— Мне ты ничего не должен, — мое возмущения поутихло тоже, поэтому голос звучал тихо. Я перевел взгляд на Адама. — Ты должен Адаму. Не мне. Ты должен все ему объяснить и извиниться.

Адам шокированно посмотрел на меня широко раскрытыми глазами. Саймон уткнулся взглядом в пол и кивнул.

— Ты прав. Я так и сделаю, — он сглотнул и посмотрел на Адама. — Мы можем поговорить? Пожалуйста?

— Конечно, можем, — Адам тут же оказался рядом с ним и провел рукой по подбородку Саймона. — Конечно, можем.

Я улыбнулся, хотя они этого не видели, и направился к двери. Голос Саймона остановил меня.

— Ты тоже, Уил. Ты должен это услышать.

Я шокированно моргнул.

— О… ты уверен?

— Только если сам хочешь, — грустно улыбнулся Саймон.

— Ладно, — сказал я ему, хотя не был уверен, изменится ли что-нибудь от того, что он скажет.

Глава 10

Я отпер дверь своей комнаты и вошел, Адам следовал за мной, а Саймон шел последним. Похоже, он сильно нервничал, так что мы с Адамом просто молча наблюдали за ним. И ждали.

Закусив губу, Саймон наморщил лоб и в этот момент я понял, насколько уставшим он выглядит – у него под глазами залегли темные круги, но дело было даже не в этом, он, казалось, крайне обеспокоен чем-то.

Облизнув губы, как будто у него пересохло во рту, Саймон заговорил, обратившись к Адаму.

— Я сожалею, — начал он, и мне показалось, что все шлюзы вдруг разом открылись. Саймон решился все рассказать. — Мне так жаль. Я испугался и запаниковал. Посчитал, что продолжать встречаться с Уилом плохая идея, потому что боялся потерять тебя, а в итоге оттолкнул. Я действительно все испортил, и мне очень жаль, что я причинил тебе боль. Я люблю тебя, Адам, правда люблю, и не хочу тебя потерять.

Адам обхватил ладонями лицо Саймона.

— Почему ты боялся, что потеряешь меня? Сай, тебе нужно было просто поговорить со мной, а не отталкивать.

— Я понимаю. Прости, — кивнул Саймон.

— Почему ты решил, что не стоит встречаться с Уилом? — нахмурился Адам, продолжая удерживать его лицо в своих ладонях.

Саймон громко сглотнул. Его взгляд метнулся ко мне, а затем вернулся обратно к Адаму.

— Потому что... потому что... это должно было быть весело. Предполагалось, что это будет секс втроем на ночь или две, но все затянулось на неделю. А потом мы понравились друг другу и вскоре уже проводили все время вместе, сблизились по-настоящему...

— Но что пошло не так? — в замешательстве покачал головой Адам.

Лицо Саймона исказилось, и он нахмурился. Глянул сначала на меня, потом на Адама, а затем вперился взглядом в пол у своих ног и пожал плечами.

— Я начал в него влюбляться...

Мои легкие внезапно отказали. А мозг завис.

Зато сердце в груди забилось в два раза быстрее, пытаясь пробиться сквозь ребра наружу.

— Мне очень жаль, — поспешно добавил Саймон, посмотрев на Адама. — Я не хотел, чтобы это произошло. Это не значит, что я люблю тебя меньше, Адам. Я не могу объяснить... это как... я не знаю... это как…

— Как будто любишь двух людей совершенно одинаково… — закончил за него Адам.

Саймон кивнул.

— Прости, малыш. Я просто подумал, если буду держаться от него подальше, если подожду, пока Уил уедет домой, то все будет в порядке, я приду в норму, а ты никогда не узнаешь… — Саймон бросил на меня взгляд. — Но в результате все вышло ужасно, и я был таким мудаком, и мне очень жаль. Я не знал, что делать... не знал, как с этим справиться.

— Глупый, — улыбнулся Адам, — ты должен был рассказать мне. Ты должен был рассказать Уилу.

Кажется, я даже ни разу не моргнул за все это время.

— Ты не злишься? — Саймон с надеждой посмотрел на счастливого Адама.

— С чего бы мне злиться? — рассмеялся Адам. — Сай, само собой, у тебя есть чувства к Уилу. — Он глянул на меня и ухмыльнулся. — Красивый, умный, прикольный, и великолепен в постели…

— А? — я наконец-то смог произнести хоть что-то.

— Ну вот, он еще и немногословен! — усмехнулся Адам, подтрунивая надо мной.

— Я, эм... я... я не... эм… что-то я не догоняю... — заикаясь, пробормотал я и покачал головой. — Не совсем уверен, что правильно понял....

Адам подошел ко мне, ведя за собой Саймона.

— Уверен, Сай хочет, чтобы ты его поцеловал, — провел пальцами по моей челюсти Адам.

Глаза Саймона расширились и, готов поспорить, что и мои тоже, но рука бессознательно поднялась, чтобы коснуться его лица. Саймон прильнул к моей ладони и вздохнул.

И я поцеловал его.

Сначала мягко прикоснулся губами, захватив его нижнюю губу, потянул за нее, а затем слегка углубил поцелуй, и когда мой язык коснулся языка Саймона, он застонал и открылся мне, позволяя поглотить его.

Что я и сделал.

Мое тело моментально отреагировало на его вкус, на его прикосновения, и на ощущение его тела рядом. Все это казалось таким естественным, таким правильным.

А потом поцелуй изменился. Руки Саймона обхватили мое лицо, через миг запутались в волосах. Я чувствовал, как напряглись его пальцы, когда он начал целовать меня сильнее. Чувствовал его настойчивость. Смог ощутить все его эмоции. Он никогда прежде так меня не целовал.

— Вы такие горячие вместе, — простонал рядом с нами Адам.

Я не смог сдержать улыбку и отстранился, чтобы перевести дыхание, но рука Адама тут же обвилась вокруг моей шеи и притянула меня для поцелуя. Медленно и томно, его язык прижимался к моему, как будто он наслаждался моим вкусом. Этот поцелуй отличался от поцелуя Саймона. У него был другой вкус, Адам целовался иначе. Хотя и не менее безупречно. Казалось, все встало на свои места. То, что я испытывал с Саймоном, ощущалось таким правильным и таким естественным, но с Адамом все было точно так же.

Одной рукой я обнимал Саймона, другой Адама, а они оба обнимали меня. Мы втроем стояли друг напротив друга, целуясь и обнимаясь изо всех сил. Обмениваясь поцелуями, касались губами кожи на шее друг друга, обнимались еще крепче, и снова целовались. Еще жарче. Целовать их обоих, быть с ними… ощущалось невообразимо правильным. Это казалось таким естественным, таким настоящим. Идеальным.

А потом все замедлилось. Потребность и настойчивость превратились в чуткость и ласку, тепло и уют, наши лбы соприкоснулись, пока мы пытались перевести дыхание.

Глаза Саймона были закрыты, но он вдруг покачнулся, падая на нас, и мы с Адамом поддержали его.

— Я так устал... — пробормотал он, обессилено открыв глаза. — Я так много всего хочу сказать. И так много хочу сделать с вами обоими, — ухмыльнулся Саймон. — Но я так устал…

— Пойдем, детка, — улыбнулся Адам, подталкивая Саймона к кровати, чтобы раздеть его. — Ты вымотан. Ты вообще спал прошлой ночью?

— Ммм, нет… — Саймон покачал головой, сбросил рубашку, а через миг и брюки упали к ногам. Он сел на край кровати в одних трусах и посмотрел на Адама. — Я просто смотрел, как ты спишь. Раздумывал, как бы тебе сказать… и что ты мне ответишь. Бросишь ли меня…

— О, Сай… — прошептал Адам и опустился на колени у его ног. — Ни за что, детка.

Адам начал расстегивать ботинки Саймона, снимая их по очереди.

— Мы можем поговорить завтра? — Саймон перевел на меня взгляд, его речь становилась все более невнятной.

Мне хотелось поговорить с ним сегодня. Я все еще не ответил ему. Не то чтобы я знал, что сказать, но я до сих пор не произнес вообще ничего.

Я смотрел на Саймона, сидящего рядом с Адамом, пока тот помогал ему раздеться и лечь в постель. Он был потрясающе красив. И практически на ходу засыпал.

— Поговорим утром, — предложил я.

Саймон кивнул.

— Прости, совсем не спал. Так устал, — он моргал все медленнее, его голова казалась слишком тяжелой, и когда Адам откинул одеяло, Саймон просто улегся калачиком.

Адам улыбнулся и поспешил раздеться, а затем забрался на кровать. На свое привычное место. Посередине.

— Ну же, давай, Уил, — усмехнувшись, он похлопал по месту рядом с собой.

Я улыбнулся ему, разделся до трусов и лег рядом. Они оба лежали лицом ко мне. Адам прижался спиной к Саймону, который даже с закрытыми глазами уткнулся носом ему за ухо. Рука Саймона обняла Адама, но затем поднялась, слепо ища что-то. И я протянул ему руку.

Даже с закрытыми глазами, уже на грани сна, Саймон переплел свои пальцы с моими. Он был совершенно измучен за последние два дня. Из-за того, что не спал всю ночь, из-за стресса, вызванного встречей с владельцами отеля, и из-за дополнительного беспокойства о том, как Адам отреагирует на то, что у него есть ко мне чувства. Неудивительно, что он обессилел.

Стресс и чувство вины, должно быть, та еще многотонная тяжесть. Все это было так нереально. Саймон... испытывает ко мне чувства.

Адам вздохнул, и я перевел взгляд с Саймона на него.

Глаза его были закрыты, но он улыбался. Адам был таким милым со своими светлыми, растрепанными волосами и красивыми губами. Он все еще выглядел усталым, но лежа между Саймоном и мной, казался гораздо счастливее. Затем его глаза приоткрылись, и он пробормотал:

— Он влюбляется в тебя.

Я кивнул, не зная, что сказать.

Я так ничего и не ответил на это. Ни Саймону, когда он это сказал, ни Адаму. На самом деле, никто никогда не заявлял о своих чувствах ко мне. Видит бог, Род никогда этого не делал, а никого другого и не было.

Адам улыбнулся и закрыл глаза, но его рука скользнула вокруг моей талии, и он притянул меня ближе к себе. Уткнулся носом мне в шею, а наши с Саймоном соединенные руки оказались прижатыми к его груди. Он удовлетворенно вздохнул, щекоча дыханием мою кожу, а потом сонно прошептал:

— И знаешь, что, Уил?

— Что?

— Он не единственный.

У меня перехватило дыхание от слов Адама, но его рука прижала к себе еще крепче, и он придвинулся ближе. Вскоре его дыхание выровнялось, и я понял, что он уснул. Я слишком устал, чтобы пытаться разобраться в этом. Это были два эмоционально истощающих дня, и я не переставая прокручивал в голове слова Саймона, а теперь и Адама.

«Я начал влюбляться в него…»

«Он не единственный…»

Я не хотел размышлять о вероятности того, что они могли действительно влюбиться в меня, а я – влюбиться в них. Не в кого-то одного из них – только в Адама или только в Саймона – а в обоих... Они... Мне не хотелось задумываться о том, почему мое сердце начинало бешено колотиться каждый раз, когда я видел их, почему по телу бежали мурашки, когда они были рядом, или почему сама мысль о них заставляла расплываться в улыбке. Никогда прежде я не испытывал ничего подобного. Так быстро, так сильно. Так по-настоящему.

И что вполне вероятно, вряд ли испытаю такое когда-нибудь снова.

Не хотелось думать, что это все может значить, потому что я уже не считал дни до возвращения в Алабаму. Счет пошел на часы.

Я закрыл глаза, и вместо того чтобы задумываться над всем этим, просто наслаждался теплом их тел и слушал их дыхание.

А потом уснул как младенец.

* * *

Саймон не пошел на пробежку, а Адам плавать. Как будто мы чувствовали, что наше время на исходе, и когда взошло солнце, втроем оставались в постели.

Мы так ни о чем и не поговорили. Проснулся Адам, крепко зажатый между нами, и вскоре мы уже были слишком возбуждены, чтобы думать о чем-то еще. Ему было просто невозможно отказать. Но он не захотел оставаться посередине. О нет, он сказал, что это мое место. Между ними...

Именно туда они меня и поместили.

Адам лежал на спине, подтянув колени к груди. Я удерживал его ноги на своих плечах, упираясь руками по обеим сторонам от его головы и погрузившись в него так глубоко, насколько это только было возможно. А Саймон брал меня сзади.

Вообще-то, мы уже пробовали эту позу. В наш самый первый раз было почти так же, я трахал Адама, в то время как Саймон трахал меня. Но в этот раз все было иначе. Все было более... интимным и… медленным. Это был не просто примитивный трах.

Одной рукой Адам коснулся моего лица, а другой взял Саймона за руку. Саймон склонился надо мной, обхватив свободной рукой за талию, так глубоко входя в меня и вращая бедрами, как будто пытался просочиться внутрь, пробраться под кожу, толкая меня все глубже в Адама.

Нежные, ласковые, скользящие толчки наполняли комнату тихими стонами и всхлипываниями. Я безостановочно целовал Адама, его рот, подбородок, пока Саймон целовал меня в плечо и покусывал шею.

Они сцепились взглядами через мое плечо, и я увидел это в глазах Адама. Так близко, прямо передо мной – взгляд, переполненный эмоциями и изумлением. Потом Адам посмотрел на меня точно так же. Он протолкнул свой палец мне в рот, и я, не разрывая зрительного контакта, втянул его, обвел языком. С каждым размеренным толчком Саймон не прекращал целовать меня в шею.

— Вот же черт… — застонал Адам. — Вы оба… О боже!

— О да… — жарко и почти грубо простонал Саймон мне в ухо. — Как же вы хороши. Оба, — он сделал выпад немного резче, заставив меня толкнуться глубже в Адама.

И Адама накрыло.

— Да! Вот так!

Саймон толкнулся еще раз, а потом снова, и уже не останавливался, а Адам все выгибался подо мной. До тех пор, пока его задница не сжалась вокруг меня, а член не излился теплом между нами. Саймон продолжал в том же ритме, заставляя меня трахать Адама сильнее сквозь его оргазм, иссушая его до последней капли, вырывая стоны.

Адам был вконец вымотан, совершенно обессилен, тяжело дыша, он тихо посмеивался и постанывал. Наконец его ноги раздвинулись, и, черкнув по моим бокам, упали на кровать. Я выскользнул из его тела, а Саймон вышел из меня.

— Повернись ко мне, — провел он ладонью по моей ягодице.

Упав рядом с кайфующим Адамом, я сделал так, как велел Саймон. Лег на спину, а он устроился меж моих бедер, приподнял ноги, подталкивая их к груди, и скользнул в меня, заполняя мое нутро полностью.

Склонившись надо мной, он прильнул губами к моим губам и поцеловал. Глубоко и страстно. Удерживая в ладонях мое лицо так, будто я для него – весь мир, Саймон проталкивал каждый дюйм своего члена все глубже и глубже внутрь меня. Он был повсюду, и был всем. Единственный, кого я мог сейчас чувствовать, единственное, что я мог сейчас испытывать – это Саймон.

— Вы такие сексуальные вместе, — пробормотал Адам, запустив пальцы в наши волосы.

Саймон повернул голову, чтобы поцеловать его, а моя голова откинулась на подушки с тихим стоном. Потом Адам целовал меня, просовывая язык мне в рот, в то время как Саймон толкался членом мне в задницу.

Я был полон ими обоими. Они были надо мной и внутри меня. Это было ошеломляюще, сокрушительно и совершенно.

Настолько идеально...

А потом Саймон подался назад, приседая на бедра, все еще толкаясь в меня, и сжал мой член в кулаке.

— О, черт… — выдохнул я.

Голова Саймона откинулась назад. Он тяжело дышал, его толчки стали более резкими и неровными.

— Уил, малыш, мне нужно, чтобы ты кончил для меня.

Адам опустился на колени рядом с Саймоном и убрал его руку с моего члена. Наклонившись, он взял мой изнывающий член в рот.

Я чуть не сбросил нас с кровати, застонав и рыча безо всякого стыда. Саймон трахал меня сильнее и глубже, в то время как Адам засасывал до самого основания. И мое тело взяло надо мной верх.

Я не смог бы сдержаться, даже если бы захотел.

Я кончил так сильно, так чертовски мощно. Безболезненный огонь охватил все тело, прошил позвоночник, и я с рыком взорвался в горло Адама. Саймон схватил меня за бедра и прижал к себе, крепко удерживая, пока наслаждение волна за волной сокрушало меня. И лишь когда я окончательно иссяк, он продолжил трахать меня, пока не кончил сам.

Я никогда не испытывал ничего подобного.

Мы втроем лежали на кровати, обнаженные, удовлетворенные и лоснящиеся от пота. Наступила умиротворенная тишина. Саймон выводил узоры на груди Адама, в то время как Адам уставился в потолок и, кажется, мыслями был где-то очень далеко.

— Ох, как бы я хотел провести здесь весь день с вами обоими, — простонал Саймон.

Я подпер голову рукой, чтобы видеть Саймона поверх Адама, который лежал между нами.

— Владельцы сказали тебе, зачем им понадобились все эти отчеты?

— Нет, просто дали мне список финансовых документов, которые нужно подготовить. Они не сказали зачем. Но мне нужно идти, — сказал он, скатываясь с кровати.

— Не уходи.

Саймон остановился у ванной и глянул на Адама. Тот молчал так долго, что его слова удивили нас обоих.

— Мне нужно идти, детка, — улыбнулся Саймон. — Нужно подготовить финансовые отчеты. Я знаю, нам о многом следует поговорить, и мы обязательно это сделаем. Вы, ребята, можете прийти ко мне в офис, составить компанию... — Саймон резко затих, когда понял, что Адам обращается не к нему.

Адам смотрел на меня...

— О, — сказал Саймон, как будто до него вдруг дошло. Потом перевел взгляд на меня. — О...

— Я? — я бросил взгляд на Адама.

— А что, здесь есть кто-то четвертый? — закатил глаза Адам.

Поход Саймона в ванную, казалось, был тут же забыт. Он вернулся к кровати и стал ждать объяснений Адама.

— Не уезжай, — повторил Адам, глядя на меня.

— Адам... — покачал я головой.

— Я прошу тебя не уезжать, — оборвал он меня. — Я прошу тебя остаться, Уил. Не возвращайся в Алабаму.

— Адам… — тихо сказал я, — не все так просто.

— Нет, просто, — быстро ответил он. — Все очень просто.

Я посмотрел на Саймона, его взгляд перескакивал с меня на Адама.

— Сай?

Он тяжело сглотнул, я видел, как его грудь поднимается и опадает с каждым вдохом и почти слышал, как он лихорадочно соображает. Саймон долго смотрел на Адама, потом перевел взгляд на меня.

— Останься.

Вот черт.

— Мы только обрели тебя, — улыбнулся Адам. — Я знаю, что прошу слишком много, но я не хочу потерять тебя. Мы не хотим потерять тебя... — Адам сел на колени и посмотрел на Саймона. — Я ведь прав? Это правильно, не так ли? Мы должны быть вместе.

Саймон посмотрел на Адама и кивнул, а потом глянул на меня.

— А ты хочешь? В смысле, остаться? С нами? Быть частью нас?

— Жить с нами, работать с нами... — добавил Адам. — Здесь, в отеле.

Я смотрел на них обоих и думал о том, что они предлагают. Мы втроем, вместе, навсегда.

— Звучит заманчиво...

Адам возбужденно загудел и начал подпрыгивать на коленях, но потом застыл и нахмурился.

— А сейчас последует «но», не так ли?

— Но у меня есть бизнес и дом, — грустно улыбнулся ему я.

— И ничего более! — бросил мне в ответ Адам. — Ты сам сказал, что твой бизнес почти разорен, Уил. Ты можешь работать здесь, с нами! Тебе ведь нужен шеф-повар, не так ли, Сай?

Мы повернули головы к Саймону.

— Да, но я вовсе не ожидаю от тебя... я не хочу, чтобы ты думал, что дело в этом. Но работа твоя, если хочешь.

Боже. Они это серьезно.

— Меня пугает мысль, что ты вернешься в город, который хочет сжить тебя со свету, Уил, — покачал головой Адам. — Что, если кто-то попытается причинить тебе вред?

— Адам, — мягко остановил его Саймон.

— Что? — воскликнул Адам. — Только не говори, что тебя не беспокоит, что какие-то деревенщины-гомофобы ждут его дома. Тебя не беспокоит, что он готов вернуться к жизни в шкафу… к этому подобию жизни?

— Адам, — мягко сказал я, — уверен, все будет хорошо.

— Ты не можешь быть уверен! — ответил он, качая головой. — Хорошо, тогда не оставайся с нами и не будь частью нас, если тебя это беспокоит. Найди работу в другом месте, но не возвращайся туда, — его глаза были широко распахнуты. — Пожалуйста.

Я хотел снова сказать, что все будет хорошо, хотел успокоить его, заверив, что я буду в полной безопасности. Но, по правде говоря, я не был в этом уверен.

— Во сколько у тебя завтра рейс? — я вздрогнул от голоса Саймона.

— В шесть утра.

— Сколько времени тебе понадобится? Подумать об этом?

— Эм…

— Давай, Адам, идем. Уилу нужно побыть одному. Он не может принять это решение с нами.

Я видел, что Адам разрывается. Он не хотел уходить, но понимал, что Саймон прав. Они тихо оделись, а я все сидел на кровати.

— Я знаю, что прошу слишком много, — посмотрел на меня Адам, — и знаю, что мы так и не поговорили ни о чем с прошлой ночи, — добавил он, нахмурившись. — Нам действительно нужно обсудить, что ты чувствуешь к нам. Но я знаю, что ты чувствуешь то же самое, Уил. Я вижу это по твоим глазам.

Саймон улыбнулся. Я открыл рот, чтобы что-нибудь сказать, хоть что-то, но Адам продолжал говорить.

— Я понимаю, что тебе нужно какое-то время... так много всего нужно осознать. Но, Уил, ты уже знаешь, как мы к тебе относимся.

Саймон подошел ко мне. Я сидел на кровати обнаженный, лишь уголок простыни прикрывал бедра. Он опустился на колени, склонился и прижался губами к моим губам.

— Если захочешь о чем-нибудь поговорить или задать вопросы, мы будем через фойе вверх по лестнице. Там две двери, на одной написано «офис», на другой — «апартаменты». Можешь постучаться в обе, если что. Я знаю, это очень быстро, и у тебя была всего пара секунд, чтобы все обдумать, но мы очень серьезно относимся к этому. Втроем мы справимся, — кивнул он. — Главное, не торопись. Мы хотим, чтобы ты принял правильное решение.

Я кивнул, голова шла кругом. Посмотрел на Адама, и он мне улыбнулся.

— Слушай, может, ты хочешь, чтобы я остался и помог тебе... принять решение? — он многозначительно умолк.

Саймон, стараясь не улыбаться, вытащил Адама за дверь. А потом я остался один, и мне действительно было над чем подумать.

Через две минуты раздался стук, а я так и не сдвинулся с места. Мой мозг просто завис. Встав с кровати, я обернул полотенце вокруг талии и открыл дверь.

Это был Адам, он протягивал мне чашку дымящегося кофе.

— Ну что, уже решил?

Саймон появился будто из ниоткуда.

— Ты сказал, что не будешь спрашивать. Пообещал, что просто принесешь кофе и оставишь его в покое...

Саймон извинился передо мной, закатывая глаза, и потянул Адама за руку, уводя его прочь.

Я стоял в дверях, наблюдая за ними. Адам бросил на меня взгляд через плечо и махнул рукой, что рассмешило меня. Закрыв дверь, я отхлебнул кофе. Он сделал все именно так, как мне нравится. Они действительно хотели, чтобы я остался. В самом деле.

Жить с ними, работать с ними. Быть частью их.

Быть постоянной тройкой. Бойфренды. Партнеры.

Твою ж мать…

Но я не был глуп. Я знал, что это будет нелегко. Я знал, что предстоит много тяжелой работы. А еще мой ресторан… и дом…

И единственный человек в родном городе, который будет скучать по мне.

Единственный человек, которому я все рассказывал, который понимал меня, который знал меня лучше всех. Единственный человек, который без колебаний сказал бы мне, что я просто гребаный идиот.

Я вытащил телефон, и набрал номер.

— Алло?

— Привет, Келли. Это я.

Глава 11

Молчание на том конце затянулось.

— Что?

— Если бы я собрался продать ресторан, ты бы захотела его купить? — вздохнув, повторил я еще раз.

На несколько мгновений вновь повисла тишина.

— Уил, ты что, продаешь его?

— Пока не знаю, — честно ответил я, потому что еще ни в чем не был уверен. Я понятия не имел, что мне делать дальше. — Скорее, взвешиваю варианты. Может, до этого еще и не дойдет. Просто хотелось бы, чтобы им управляла ты.

— Ты не хочешь возвращаться домой… — прошептала она. — Знаю, у тебя сейчас не самый лучший период, но этот бизнес был твоим детищем. Помнишь?

— Знаю... — признал я. — То есть, да, так и было. Пока люди не захотели снять с меня скальп и сжечь на костре. Но ты же сама видела, как все обернулось. Если я вернусь, то все равно придется закрыться через несколько недель.

Келли снова замолчала, и я знал, что она признает мою правоту.

— Только не принимай опрометчивых решений, Уил, — попросила она.

— Вовсе нет, Кел. Вот почему я хочу, чтобы ты сначала подумала над этим. Не отвечай мне прямо сейчас, но если я предложу тебе бизнес... — я тут же поправил себя, — ну, в общем, я имею в виду все запасы, производство и оборудование по себестоимости, — видит Бог, гудвилл2 уже не продать. — Я позвоню бухгалтеру и узнаю финансовые показатели за прошлый год, за вычетом амортизации. Думаю, все справедливо, но мы должны сделать это грамотно...

— Уил…

— Если ты не хочешь или еще что, то можешь так мне и сказать, Кел, — тихо произнес я.

— Дело не в этом, — выдохнула она. — Что ты собираешься делать?

— Эм… останусь здесь.

— В Ки-Уэст?

— В общем, да. Ну, останусь здесь, в отеле.

Снова повисло молчание, а потом она уточнила:

— С той парой?

— Их зовут Адам и Саймон, — напомнил я. — И да, они попросили меня остаться.

— Господи Иисусе, Уил! — воскликнула Келли. — После всего-то двух недель?

Я сам понимал, что это поспешно. И знал, что все развивается слишком быстро.

— Все… сложно, — слабо заметил я.

— Не сомневаюсь, — фыркнула она в ответ.

Некоторое время мы молчали. Я не давил на нее, ей нужно было многое осмыслить. Да и мне тоже.

— Похоже, ты уже все решил, — снова вздохнула Келли.

Я пожал плечами, хотя она и не могла этого видеть.

— Ради чего мне возвращаться домой?

— А я? — ее ответ был тихим.

— Кел… — я нахмурился и сглотнул комок в горле.

— Знаю, знаю, — тихо ответила она.

И она действительно все прекрасно понимала. Да, она была моей лучшей подругой, и я нежно любил ее. Но этого было недостаточно, и мы оба это знали.

— Что ты хочешь от меня услышать, Уил?

— Я хочу, чтобы ты сказала мне, что все в порядке. Что-то вроде «следуй зову своего сердца». «Не упусти свое счастье», — ответил я. — Или же, что считаешь меня самым невообразимым дураком из-за того, что я всерьез рассматриваю подобный вариант, и что завтра ты заберешь меня из аэропорта.

Она усмехнулась в трубку.

— Да. Я действительно думаю, что ты дурак. Вообще-то, я считаю, что все это просто чертово безумие. Как будто у тебя там случился передоз солнца, или соленого воздуха, или еще чего-то, — ее слова повисли в тишине на достаточно длительное время, затем она снова вздохнула, и интонация ее голоса слегка смягчилась. — Но каким другом я была бы, если бы не хотела, чтобы ты был счастлив?

Я резко выдохнул, а потом рассмеялся.

— Да, будь счастлив, сукин ты сын, — бросила мне Келли, хотя я знал, что она улыбается. — Послушай меня, Уилсон Кёртис. Пусть то предложение, которое Вы мне пришлете, Мистер «Покупай-мой-бизнес-или-будь-гребаным-безработным» будет действительно чертовски выгодным. Я хочу это охренительно выгодное предложение, понял?

— Конечно, Кел, — я все еще улыбался.

— Да, и вот еще что.

— Что?

— Я хочу поговорить с этими двумя твоими парнями, и кое-что прояснить. Я не смогу покидать Алабаму, чтобы надрать им задницы всякий раз, когда кто-то из них разобьет тебе сердце.

Я рассмеялся.

— Ох... Черт возьми, Уил… — громко вздохнула она.

— Я понимаю.

— Тебе чертовски повезло, что я люблю тебя.

— Я знаю, — ее слова вызвали у меня улыбку. — Но знаешь, что, Кел?

— Ну что еще? — фыркнула она.

— Я тоже тебя люблю, — усмехнулся я.

* * *

Мне нужно было подумать.

Не о ресторане, не о финансах, не о доме. Мне нужно было подумать о том, во что я ввязываюсь: в полноценные отношения. Даже не так, в уже сложившиеся полноценные отношения. Адам и Саймон так хорошо знали друг друга. У них была своя история. Имелось свое прошлое. И мне следовало обдумать всю концепцию постоянных тройственных отношений.

Полигамные отношения.

Вот же черт!

Мне действительно требовалось время подумать.

Поэтому я сделал то, что делал каждый раз, когда мне необходимо было проветрить голову – пошел гулять босиком по пляжу. Не знаю, помогал в действительности океан или нет, но мне казалось, что все постепенно встает на свои места. Приливы и отливы волн каким-то образом успокаивали.

Я направился к мысу, вода плескалась у меня под ногами приятной прохладой, а солнце согревало теплом. Люди улыбались, проходя мимо меня, а я все шел и думал, шел и думал.

В отель я вернулся только спустя добрых два часа, успев принять несколько решений, и к тому моменту просто умирал с голоду. Персонал уже прибирался, но я прокрался на кухню, где Сид все упаковывала, и выпросил фруктовый салат. Сидни хмуро посмотрела на меня, так что пришлось невинно похлопать ресницами, пока она не сдалась.

Выйдя из холодильной камеры с тарелкой нарезанных фруктов, она уже чуть было не отдала ее мне, но в последнюю секунду удержала.

— А ты сегодня в настроении, — усмехнулась она. — Похоже, даже выспался.

Я понял, что Сид выуживает информацию и подробности о том, что произошло, когда она ушла вчера вечером, и решил подыграть.

— Да, я отлично спал.

Ее брови поползли вверх.

— Точно так же, как Саймон и Адам. Они оба выглядят сегодня так, будто спали впервые за три дня. Не говоря уже о том, что с ними стало гораздо приятнее общаться, — она ухмыльнулась, глядя на меня. — Не совпадение?

— Возможно, — улыбнулся я ей.

Она понимающе улыбнулась в ответ и протянула мой завтрак.

— Рада это слышать, Уил.

Я вышел, сел за свой обычный столик с видом на океан, а когда фруктовый салат закончился, сделал несколько телефонных звонков. Сначала запросил у моего бухгалтера всю финансовую отчетность за предыдущий год, которую он пообещал отправить мне по электронной почте как можно скорее. Затем позвонил агенту по недвижимости, чтобы получить по электронной почте копии договора аренды. Я проигнорировал риэлтора – очень любопытную сплетницу – и ее хитрые уловки для выуживания информации. Почему она просто не спросила где я и зачем мне нужна информация об аренде ресторана? Сэкономила бы себе время. Сбросив вызов, я уже знал, что скоро весь Далтон, штат Алабама, будет в курсе звонка Уилсона Кёртиса.

Улыбнувшись про себя, я отправился на поиски Адама и Саймона.

* * *

Я пересек фойе и, миновав табличку «Посторонним вход воспрещен», поднялся по лестнице. Как и говорил Саймон, там оказалось две двери. Одна была заперта, а вот другая — открыта настежь, и я уловил обрывок разговора.

— А ты не можешь просто заменить его?

— Где я найду замену за такой короткий срок? Сегодня, Адам. Мне нужно, чтобы кто-то работал уже сегодня вечером. Сегодня четверг. Ресторан будет переполнен.

— А как же Уил?

— Думаю, на сегодня мы уже достаточно осаждали его просьбами. Я не могу просить его еще и об этом, — вздохнул Саймон.

— Не можешь просить меня о чем? — уточнил я, встав в дверях.

Саймон поднял глаза, казалось, слегка шокированный моим появлением, зато Адам лишь улыбнулся.

— Ну что, ты уже решил? — проигнорировав мой вопрос, поинтересовался он.

Адам разве что только не подпрыгивал от возбуждения, и его энергия приводила меня в замешательство. Я перевел взгляд с Саймона на него и улыбнулся, но отрицательно покачал головой. Улыбка Адама тут же померкла, а сам он побледнел. С трудом сглотнув, Адам резко выдохнул:

— Нет, ты еще не решил или нет, ты не останешься?

— Еще не решил, — я вошел в комнату, которая, как я запоздало догадался, являлась кабинетом Саймона. — Не совсем.

Саймон повернулся на стуле, чтобы лучше меня видеть.

— У меня есть несколько вопросов… — я посмотрел на них обоих.

— Разумеется, — громко выдохнул Адам и слабо мне улыбнулся.

— Ну, во-первых, вы должны знать, я… эм… у меня нет особого опыта в разговорах о том, что я чувствую и все в таком роде, — я глубоко вздохнул. — Все это для меня в новинку.

Взяв за руку, Адам подвел меня к столу Саймона, присел на краешек, и я последовал его примеру, в то время как Саймон оставался сидеть в своем кресле, глядя на нас. Они оба ждали, что я скажу дальше.

— И это вовсе не значит, что я на что-то согласился. Просто пытаюсь сначала разобраться в себе, — пояснил я. — Так что я не хочу, чтобы ты заранее обнадеживался, — я посмотрел на Адама. — Потому что я еще не принял окончательное решение. Пока что.

— Я понимаю, — кивнул Адам.

Да, он сказал, что понимает, но меня беспокоило, как Адам отреагирует, если я скажу «нет». У меня сложилось впечатление, что он не очень хорошо переносит прощания.

Я сделал еще один глубокий вдох.

— Мне нужно знать, кем мы будем. Кто мы друг для друга, буквально.

Не совсем ясно я, конечно, выразился...

— Как мы будем называться? — моргнул Саймон. Кажется, он был слегка сбит с толку.

— Наверное… — пожал я плечами, — ну, например, если мы пойдем куда-то и встретим кого-нибудь, как мы представимся?

— Ну, — ответил Адам, — если ты согласишься остаться, тогда мы станем бойфрендами. Партнерами. Как я и Сай сейчас, только теперь это будем я, Сай и ты.

— Ты ведь не о названии переживаешь, правда? — спросил Саймон. — На самом деле ты хочешь знать, какое твое место?

— Ну да, что-то вроде того… — мой взгляд метнулся к нему.

— Уил, — Саймон встал и взял меня за руку, — ты будешь равноценным третьим. Не третьим лишним, не второстепенным. Ясно?

Он так превосходно меня понимал. Саймон точно знал, о чем я спрашиваю.

— Ясно, — улыбнулся я ему.

— Уил, это ново для всех нас, — Саймон крепче сжал мою руку. — Да, мы с Адамом давно вместе, как пара, но мы никогда не были втроем с кем-то. Это ново и для нас тоже, — повторил он. — Пожалуйста, не думай, что ты не часть этих отношений. Если мы сделаем такой шаг, то нас будет трое. Три головы – это три мнения и три точки зрения. Некоторое время по любому придется привыкать.

Он провел рукой по моей щеке.

— Думаю, мы справимся. Вообще-то, я уверен, все будет просто отлично. Но, Уил, если ты согласишься на это не чувствуя себя равным, тогда наши отношения обречены, даже не начавшись… Так что, отвечая на твой вопрос: да, думаю, что «бойфренды» или «партнеры» звучит вполне подходяще, — его тон немного смягчился.

— Понятно, — улыбнулся я.

— Следующий вопрос? — Адам улыбнулся мне в ответ.

— Ну, это не совсем вопрос, — признался я. — Это больше похоже на правило.

— Да ладно? — застонал Адам. — Снова правила?

— Да, Адам. Правила, — вздохнул я, а потом глянул на них. — Я хочу полной искренности между нами, во всех ситуациях, иначе это может все разрушить. Мне приходилось лгать о себе, и мне самому тоже столько лгали, что я не хочу проходить через это снова.

— Вполне справедливо, — кивнул Саймон. — Это то, о чем и я попросил бы тоже. Адам?

— О, конечно, — быстро согласился он. — Правду, и только правду. Даже если вам может не понравиться то, что я скажу, хотя это чистейшая правда?

— Именно, — подтвердил я.

— Типа того, насколько ужасна твоя футболка? — улыбнулся Адам.

Я взглянул на свою обычную, ничем не примечательную белую футболку.

— А что не так с моей футболкой?

— Да нет, ничего, — рассмеялся Адам.

— Адам, это же серьезно, — вздохнул Саймон.

— Да знаю я, — сказал он, пытаясь не засмеяться снова. — Просто рад, что это не очередное тупое правило типа «нельзя-трахаться-когда-нас-только-двое».

— А вот это правило, как раз, думаю, должно остаться, — заметил я, поймав на себе два пристальных взгляда.

— Блин, Уил, ты издеваешься? — застонал Адам, откинув голову назад.

Саймон улыбнулся ему, но потом посмотрел на меня.

— Если тебе так будет комфортнее.

— Дело не только в том, чего хочу я, — ответил я ему. — Равные, помните?

— Вполне справедливо, — кивнул Саймон. — Думаю, пока мы находимся на начальном этапе, это правило можно оставить.

— Ну ладно, — вздохнул Адам, — я могу согласиться на трехмесячный испытательный срок, а потом мы все пересмотрим еще раз. Идет?

— Звучит неплохо, — улыбнулся я.

— Но все-таки сразу хочу уточнить, — Адам глянул на нас обоих. — Поцелуи и минеты же не считаются, да?

— Да, — усмехнулся я.

— О, здорово!

— Ну что, счастлив?

— Ага.

— Еще какие-нибудь вопросы? — улыбнувшись, поинтересовался Саймон.

— Да, у меня, — серьезно ответил Адам.

Мы с Саймоном посмотрели на него, ожидая, что он скажет дальше.

— Ну, нам еще много чего нужно обсудить в дальнейшем, но прямо сейчас я считаю, что всем троим необходимо пройти проверку. Не то, чтобы мне хотелось начать заниматься незащищенным сексом, но я считаю сделать это необходимо. Если мы собираемся быть полностью честны друг перед другом и открыты, то это важная часть таких отношений, — добавил он.

— Я поддерживаю, — согласился я. — Не вижу никаких проблем, чтобы пройти тестирование, более того, считаю, что это очень хорошее предложение.

— Думаю, это отличная идея, — Саймон подошел к Адаму и поцеловал его в щеку, а затем улыбнулся мне. Похоже, он был явно доволен тем, как проходит наша беседа.

— Еще что-нибудь интересует?

Я пожал плечами.

— Только то, что мне лучше бы понять, где я буду жить.

Адам вскочил со стола, схватил меня за руку, и потащил за собой, а Саймон последовал за нами. Они провели меня через холл к другой двери и открыли ее. Пространство внутри оказалось не очень большим, но довольно милым. Квартира была оформлена в том же стиле, что и остальная часть отеля, с темными полами и белыми стенами. Мебель смотрелась разномастной, но диван выглядел удобным. Все было... так по-домашнему.

— Гостиная, — констатировал очевидное Адам. — Обожаю содержать все в чистоте, и, вполне вероятно, это будет тебя даже бесить, — весело сообщил он, продолжая тащить меня за собой через всю комнату к маленькой кухоньке. — Кухня. Не такая большая и красивая, как ты привык, скорее всего, — сказал он, пожимая плечами, а затем кивнул, как будто что-то осознал, — но вполне подходит, чтобы ты мог готовить мне оладьи или яйца.

Мы с Саймоном рассмеялись, а Адам потянул меня за руку по небольшому коридору.

— Ванная и туалет там, — указал он на одну из дверей, а потом открыл ту, что была с ней рядом. — Здесь спальня. Но она в основном для одежды и хранения всякого хлама.

Затем он подвел меня к последней двери.

— Наша комната.

И я понял, что говоря это «наша» Адам имел в виду не себя и Саймона. Он имел в виду и меня тоже. Там стояла большая кровать, такая же, как в моей комнате внизу, а огромное окно выходило во двор, с видом на бассейн и океан.

— Значит, мы все будем спать здесь? — прошептал я.

Адам улыбнулся, а я взглянул на Саймона, что стоял, прислонившись к дверному косяку.

— Да, Уил. Мы все будем спать здесь.

Я кивнул и выдохнул, несмотря на бешено колотящееся в груди сердце.

— Так что ты думаешь? — Адам сжал мою руку.

— Здесь очень мило.

— Здорово, правда? — кивнул Адам, а затем принялся с воодушевлением рассказывать о преимуществах жизни в этой квартире: прачечная, уборщики, люди, вид из окна, океан...

Пока Адам без умолку болтал, Саймон подошел к нам и сжал мою руку, молча интересуясь, все ли со мной в порядке. Он точно знал, что я пытаюсь осмыслить все происходящее. Он видел, как я силюсь все это осознать. Саймон просто понимал меня. Я улыбнулся ему, давая понять, что со мной все в порядке.

А потом запищал мой сотовый, оповещая о входящем письме. Оно было от бухгалтера.

«Финансовые документы приложены, копии переданы мисс Келли Тэлбот, как вы и просили».

В комнате повисла тишина, и когда я поднял глаза, Саймон и Адам внимательно смотрели на меня.

— Это просто уведомление о письме по электронной почте, — объяснил я. — Келли были отосланы финансовые отчеты по ресторану.

Они оба выглядели немного растерянными, но Саймон догадался первым.

— Неужели?

— Да, — кивнул я. — Я спросил, не хочет ли она его купить.

Они уставились на меня, а потом вовсю заулыбались.

— Пока еще ничего неизвестно, — напомнил я Адаму, повернувшись к нему. — Единственное, на что она согласилась, это просмотреть отчеты и сделать кое-какие расчеты. Вполне возможно, она даже не потянет его покупку.

— А если она не сможет? — кивнул Саймон.

— Понятия не имею, — пожал я плечами, глянув на него. — У меня было всего три часа, чтобы все обдумать.

— Ты можешь думать и неделю, и месяц, если понадобится, — предложил Саймон. — Оставайся здесь, но не дави на себя. Дай себе столько времени, сколько нужно. Мы вроде как загнали тебя в угол, да?

— Ну, вроде того, — усмехнулся я.

— Прости, я сожалею, — улыбнулся он.

Подойдя к нему, я провел рукой по его подбородку, притягивая лицо Саймона ближе к своему.

— Что-то не похоже, чтоб ты сожалел, — заметил я, прежде чем поцеловать его.

Он целовал меня медленно, настолько, что по спине побежали мурашки, и когда Адам подошел ко мне сзади, я рассмеялся.

— О, думаю, нам лучше убраться из этой спальни.

— Почему это? — поинтересовался Адам, целуя меня в шею.

— Потому что эта кровать очень близко, и она выглядит очень большой и очень, очень удобной.

— Пошли, — рассмеялся Саймон. — Уил прав. Если мы сейчас продолжим, то никогда ничего не сделаем. А мне нужно подготовить эти отчеты, — он повел нас через гостиную в свой кабинет.

— Мы можем чем-нибудь помочь? — поинтересовался я.

— Все в порядке, — уклончиво ответил Саймон. — Адам помогал мне и раньше…

Адам улыбнулся и кивнул, а когда я снова перевел взгляд на Саймона, тот закатил глаза. У меня сложилось впечатление, что Адам не особо помогал.

Я как раз собирался предложить Адаму спуститься со мной вниз и оставить Саймона одного на некоторое время, чтобы не мешать ему, как зазвонил мой сотовый. Я глянул на номер. Это была Келли.

— День добрый, Кел.

— Ни хрена он не добрый, — сказала она вместо приветствия. — Ты хоть представляешь, какое утро у меня выдалось? Мало того, что часть персонала вдруг заболела, остальные ни хрена не делают, пока сама все не сделаешь, так еще и ты звонишь мне со своим предложением, как гром среди ясного неба.

Очевидно, у нее было достаточно времени, чтобы все обдумать, и, судя по электронной почте с финансовыми отчетами, она поняла, что я говорю серьезно. Адам и Саймон уставились на меня, явно слыша, как Келли срывается в трубку. Я улыбнулся. Она не просто прекрасно справлялась со стрессом, она была в этом профи.

— Ты справишься, Кел.

— Я просто хотела, чтобы ты знал, что я заставляю Марту смотреть на вещи с точки зрения денег, — сказала она мне.

Марта была менеджером местного отделения банка, поэтому я предположил, что Келли пыталась организовать финансы.

— От меня что-нибудь требуется?

— О, это длинный список, Уилсон Кёртис.

Я усмехнулся, и когда Саймон что-то сказал Адаму, Келли услышала это.

— Кто это там с тобой? — спросила она.

— Эм… Адам и Саймон сейчас здесь со мной, — сказал я, глядя на них.

Они оба замолчали и уставились на меня.

— Отлично, — отрезала Келли. — Оба, — пробормотала она. — Как бы это ни было странно говорить «оба» о бойфрендах. В общем, позови-ка кого-нибудь из них. Я хочу поговорить с обоими, так что неважно, кто подойдет первым.

Вот дерьмо.

Я прижал мобильник к груди и обратился к Адаму и Саймону.

— Эээ… знаете, бывают такие неловкие разговоры, когда тебя знакомят с друзьями новых бойфрендов, и они такие: «только посмей сделать ему больно, и я тебя из-под земли достану»? — я посмотрел на их лица и протянул сотовый телефон. — Ну, вот это будет один из таких разговоров. Кто хочет первым?

Саймон усмехнулся, а Адам, ухмыльнувшись, подпрыгнул и выхватил телефон у меня из рук.

— Привет, — весело произнес он. — Адам Престон слушает.

Глава 12

Мы слышали голос Келли, когда она говорила. Страшно было даже представить, что она высказывает Адаму, но он лишь рассмеялся в трубку, и далее они болтали уже как старые друзья. Адам отвечал в основном «да», «нет», иногда «абсолютно», так что я предоставил ему самому отдуваться и переключился на Саймона, стоявшего прислонившись задницей к столу. Подойдя к нему вплотную, я провел рукой по его шее, и привлек к себе для поцелуя.

— Она пытается разобраться с финансами, — сказал я так тихо, чтобы только он мог слышать.

Саймон посмотрел на меня с надеждой в голубых глазах и прошептал:

— Ты остаешься?

— Я хочу. Боже, как же я хочу… — бросив быстрый взгляд на Адама, прошептал я, — но если ничего не получится... я не желаю причинять ему боль.

Саймон слегка отстранился, чтобы заглянуть в мое лицо.

— Именно поэтому, Уил, я и хочу, чтобы ты остался.

— Тебе я тоже не хочу причинять боль, — тихо добавил я, одарив его грустной улыбкой.

Саймон ничего не ответил, просто поцеловал. Медленно и нежно, держа в ладонях мое лицо, он полностью увлек меня своим поцелуем. Пока Адам вдруг не заговорил рядом с нами.

— Ну, сейчас он вроде как не способен говорить, — сказал он Келли. — О, нет, ничего такого. Просто засунул язык Уилу в глотку.

— Не говори ей этого, — прошипел Саймон.

— Она хочет поговорить с тобой, — Адам протянул ему телефон.

Я поежился, когда Саймон взял трубку и, откашлявшись, произнес:

— Саймон Стенфорд.

Адам глянул на меня, усмехнувшись такому официальному тону, а Саймон тем временем отошел к окну, чтобы поговорить с Келли более приватно. Ну, или будет точнее сказать, чтобы быть отчитанным ею более приватно.

Адам прижал меня к столу и поцеловал. Напористо. Разница между ними до сих пор удивляла меня, от удушающей серьезности Саймона до сгустка энергии Адама.

— Твоя подруга Келли обожает меня, — он отстранился только для того, чтобы улыбнуться мне.

— Ты сразил ее своим мальчишеским обаянием? — хохотнул я.

— Целиком и полностью.

— Мне стоит беспокоиться о том, что она ему говорит? — кивнул я в сторону Саймона.

— Не-а, — усмехнулся Адам, а потом снова поцеловал.

Оторвавшись от него, я рассмеялся. Пытаться остановить Адама, когда он хотел целоваться, было определенно невозможно.

— Келли не слишком грубо обошлась с тобой?

— Ну, — усмехнулся он, — сказала, что, если я причиню тебе боль, то она сделает меня самым популярным геем на побережье, проделав в заднице еще одну дыру. Это считается?

Я расхохотался.

— Она так сказала?

Адам кивнул и тоже рассмеялся.

— Слово в слово, — потом подтолкнул меня спиной к столу, подтянул мои ноги к себе, обернув их вокруг бедер и склонился надо мной. — Так что теперь я не собираюсь причинять тебе боль, хотя дополнительное отверстие в заднице могло бы очень даже пригодиться.

Я упал спиной на стол, зайдясь в приступе хохота, а Адам забрался сверху, и, склонившись надо мной, снова поцеловал, полностью проникая языком в мой приоткрытый рот. Я попытался притянуть его ближе к себе, почувствовать его вес, но было немного неудобно это сделать, учитывая наше положение и то, где мы находились — на столе.

— Эй, вы двое, только попробуйте свалить ноутбук со стола, и я очень разозлюсь.

Мы с Адамом перестали целоваться и посмотрели на Саймона.

— Прости, Келли, — обронил он в трубку. — Они... плохо себя ведут.

Мы с Адамом снова рассмеялись, а Саймон улыбнулся нам.

— Келли велела, чтобы ты перестал казаться таким чертовски счастливым, Уилсон Кёртис.

Он тихонько рассмеялся над чем-то, что она сказала.

— Я обязательно передам ему, — затем попрощался и отключил телефон. Подошел к столу, на котором мы лежали, и шлепнул Адама по заднице. — Тебе нужно подготовиться к работе.

Потом протянул мне телефон.

— Мне нужен этот стол. И Келли сказала, что позвонит тебе позже.

Адам слез со стола и поставил меня на ноги, а затем поднял мою руку, чтобы глянуть на часы.

— Черт, уже столько времени! — он чмокнул меня в губы, и, сказав, что ждет внизу, быстро поцеловал Саймона.

— Адам, подожди! — окликнул я его, когда он уже был у двери.

Адам обернулся, ожидая, что я скажу дальше.

— Ранее, когда я поднимался по лестнице, то слышал, как вы разговаривали. Ты сказал, что Саймон должен попросить меня что-то сделать, а он не захотел? О чем шла речь?

— О, да так, ничего, — быстро отмахнулся Саймон.

— Вот поэтому я и спросил, пока вы оба здесь, — кивнул я в сторону Адама. — Потому что знал, что ты вряд ли мне расскажешь. Честность, помните?

Саймон закатил глаза, а Адам усмехнулся.

— Сай считает, что было бы непрофессионально просить тебя сегодня поработать, потому что формально ты все еще здесь гость. И ты уже и так помогал ему ранее, хоть он и не просил тебя. Он не хочет, чтобы ты чувствовал себя обязанным или вынужденным делать это. Но, Уил, я не против переложить это на тебя, знаешь, с нашей новой политикой честности, — сказал Адам, как было свойственно ему одному. — Мы действительно крупно встряли. В городе владельцы отеля, застройщик швыряется в них деньгами, и мы просто не можем позволить себе сейчас недовольных гостей.

Так, значит, с Мигелем было покончено, и им срочно требовалась замена. Я посмотрел на Саймона, пытаясь оценить его реакцию и ожидая какого-то подтверждения тому, что только что сообщил Адам, но он ничего не ответил.

— Я бы с удовольствием поработал на тебя сегодня, — улыбнулся я ему.

— Ты сделаешь это? — Саймон казался искренне удивлен. — Потому что у меня даже не было возможности найти замену. Дел по горло, день уже наполовину прошел, а я еще ничего не успел сделать. Еще и эти два реально горячих парня, целующихся на моем столе…

— Конечно, — просто сказал я. — Ради вас двоих я сделаю почти все что угодно.

— Все что угодно? — уточнил Адам с ухмылкой. — Например, переедешь в другой штат и поселишься с двумя самыми сексуальными парнями?

— Я сказал, почти все что угодно, — улыбнулся ему я.

* * *

После обеда я был занят, пакуя свои вещи. Независимо от моего решения, мне следовало освободить гостиничный номер. Не то чтобы я привез с собой много вещей, но пока Саймон и Адам работали, я сортировал, складывал и упаковывал. Если бы я уезжал, то должен был съехать из номера к шести утра, так что мне все равно нужно было собраться.

И это было забавно.

Потому что часть меня уже знала, что завтра я не сяду на самолет. Я даже ни на миг не допускал самой мысли, что смогу это сделать.

Как бы мне ни хотелось, чтобы именно Келли выкупила мой бизнес, я понимал, что если она не сможет, или не захочет, это уже не имеет никакого значения.

Так что я возьму еще неделю, как предложил Саймон. Или месяц. Да уже без разницы. Я бы поручил все риэлтору, или просто отдал бы ресторан Келли. Но так или иначе, мое время в Алабаме вышло.

А к концу вечера я уже был в этом полностью убежден.

Я увиделся с Сидни, когда она работала днем, и сказал ей, что выхожу в вечернюю смену. Я даже предложил устроить дополнительную подготовку, чтобы заполнить время и занять себя, пока Адам и Саймон работают. Излишне говорить, что она не стала возражать.

За ужином было достаточно оживленно, но я оставался предельно собран, и мы с двумя помощниками отлично со всем справились. Время летело незаметно. Мы не видели Саймона весь день, поэтому я приготовил порцию стейка и салата и попросил одного из официантов отнести в его офис.

Но когда он не спустился даже после того, как Адам закрыл бар, я предложил подождать его у меня в комнате. И менее чем через минуту, как мы там оказались, зазвонил мой сотовый телефон.

Я посмотрел на номер, а потом на Адама.

— Это Келли, — сделав глубокий вдох, чтобы собраться с духом, и готовый к любому ответу, который она мне даст, я ответил на звонок.

— Привет, Уил, — грустно сказала она, и от ее интонации у меня внутри все сжалось.

— Привет.

Я старался не смотреть на Адама, понимая, что мой тон и без того говорит сам за себя, он увидит «нет», написанное у меня на лице. Адам присел на кровать, медленно и тихо, и я понял, что он догадался.

— Ну, — вздохнула Келли, — в банке сказали, что все в порядке.

— Что? — обескураженно переспросил я. — Они — что?

— Они сказали, что все в порядке, — повторила она. — Сказали, что цифры выглядят неплохо, и если все, что ты просишь – лишь стоимость запасов, производства и оборудования, то это действительно хорошая сделка.

Что ж, это был вполне прибыльный бизнес. До тех пор, пока гомофобный город не испугался вероятности подхватить вирус гейства от салата. Адам смотрел на меня и ждал.

— Но я не хочу говорить «да».

Внутренности скрутило.

— Почему нет? — мой голос был тихим.

— Потому что если я скажу «да», ты не вернешься домой.

— Кел… — мягко начал я, — все в порядке. Если ты не можешь этого сделать...

Адам упал спиной на кровать и лежал, закрыв лицо руками, все еще держа ноги на полу. Прежде чем я успел сказать ему, что все будет в порядке, Келли прошептала:

— Пожалуйста, скажи мне, какого черта я буду так по тебе скучать? Сегодня ты наградил меня морщинами, и, вполне вероятно, седыми волосами тоже, — всхлипнула она.

Я забрался на кровать рядом с Адамом и сел, скрестив ноги. Отнял одну руку от его лица и крепко сжал ее, но глаза Адама все равно оставались закрытыми.

— Уил, ты еще здесь? — спросила Келли.

— Да, я здесь, — мой голос даже мне самому показался слишком тихим.

После долгого молчания она печально вздохнула.

— Как я могу продолжать без тебя? Мы всегда были вместе, Уил. Ты и я.

И сейчас она говорила не только о ресторане.

— Я знаю, Кел… — кивнув, прошептал я.

— Черт побери, Уил. Я хочу, чтобы ты был счастлив…

Послышались голоса на заднем плане, затем приглушенный голос Келли, когда она говорила с ними. Похоже, она отдавала распоряжения.

— Извини, — сказала она уже в трубку. — Просто провожу инвентаризацию.

Я посмотрел на часы.

— В одиннадцать вечера?

— Ну, мне нужно знать объем запасов, потому что я только что купила этот чертов бизнес, не так ли?

Удивительно, что я не рассмеялся вслух. Меня хватило лишь на то, чтобы кивнуть с облегчением и смахнуть слезы. Это было похоже на один из тех ключевых моментов, когда все встает на свои места.

— Спасибо тебе, Келли.

Она сказала, что любит меня и поговорит со мной завтра, чтобы обсудить детали контракта. Потом сослалась на то, что ей лучше идти, потому что такими темпами она будет считать гребаные ложки и вилки до самого утра и, услышав в трубке гудок, я улыбнулся. Сжал руку Адама, а он грустно посмотрел на меня, но заметив мою улыбку, его глаза тут же расширились.

— Да?

— Да! — кивнул я.

В мгновение ока Адам вскочил и повалил меня на кровать, прижав к ней руками. Его улыбка была бесподобна.

— Неужели? Ты остаешься? В самом деле?

Я рассмеялся и кивнул.

— Да, остаюсь.

Он быстро чмокнул меня. Потом долго разглядывал, и после очень медленно вовлек в неспешный поцелуй. Адам касался моих губ снова и снова, а когда отстранился, слез с меня и потянул за собой.

— Нужно сообщить Саю.

Мы постучали в дверь его кабинета и, услышав усталое «да» в ответ, Адам открыл дверь. Саймон взглянул на нас, он выглядел измученным, но улыбнулся, когда перевел взгляд со счастливых лиц на наши соединенные руки.

— Я только что закончил, — встав из-за стола, он подошел к нам.

Адам тут же обхватил его свободной рукой, заключая в тройные объятия. Саймон, казалось, был полностью опустошен.

— Мне очень жаль, — он обмяк в наших объятиях и вздохнул. — Не так я хотел провести последний день Уила здесь. Само собой, если это его последний день здесь, — добавил он.

— Вовсе нет, — усмехнулся Адам.

Саймон вскинул голову и посмотрел на меня широко распахнутыми голубыми глазами.

— Не последний? — переспросил он. — Ты не уезжаешь?

Я отрицательно покачал головой.

— Только что звонила Келли. Она получила предварительное одобрение и…

Меня прервали губы Саймона. Его руки внезапно оказались на моем лице, затем в волосах, касаясь и сжимая, притягивая ближе к себе, пока он целовал меня. Мы оба застонали, а когда Адам заскулил рядом с нами, Саймон оторвался от моих губ только чтобы прижаться своим лбом к моему.

— О, Уил... Спасибо тебе.

Потом Саймон поцеловал Адама, затем Адам поцеловал меня, вскоре наше дыхание начало сбиваться, став беспорядочным, пока мы целовали и гладили друг друга.

— В постель, сейчас же… — скомандовал Адам.

Но мы не стали спускаться в мою комнату, а пересекли холл и попали в апартаменты управляющего. Апартаменты, в которых теперь жил и я.

Спотыкаясь, мы брели к спальне, пытаясь по пути раздеться, но ни на миг не прекращая целоваться. Неотрывно касаясь и лаская друг друга руками и губами. Оказавшись на кровати, мы переплелись, скользя кожей по коже, пока яростно терлись телами, сгорая от желания и отчаянно нуждаясь друг в друге.

В итоге я оседлал Адама, опускаясь на его член, пока Саймон брал меня в рот. Невероятные двойные ощущения, такое чистое наслаждение. Адам всецело заполнял меня, задевая простату с каждым толчком, и не успел я взорваться в горло Саймона, как Адам тут же выгнулся подо мной, застыв с придушенным криком, пульсируя внутри меня.

И когда я подумал, что моему телу уже достаточно наслаждения... Саймон перевернул меня на спину, согнул мои ноги у груди и скользнул внутрь. Я застонал, протяжно и приглушенно, а мой все еще твердый член вздрогнул. Мне вдруг стало интересно, будет ли вообще когда-нибудь моему телу достаточно, будет ли когда-нибудь достаточно мне? Когда я кончил снова, но при этом все еще не насытился ощущениями, я искренне в этом засомневался...

* * *

Было уже далеко за полночь, когда мы вместе приняли душ и вернулись в спальню. Теперь все ощущалось иначе. По-прежнему прекрасно, но просто… по-другому. Не было никакой необузданной страсти, толкающей нас на кровать. На этот раз Адам забрался и сел посередине, а Саймон обошел вокруг, к стороне у окна, пока я стоял в дверях. Адам посмотрел на меня и улыбнулся, как всегда.

— Твоя сторона, — похлопал он по месту рядом с собой.

Я забрался к нему, стараясь сильно не улыбаться. Саймон сел на своей стороне, они оба мне ухмыльнулись, и я просто не сдержался, разразился хохотом. Счастье выплеснулось наружу. Адам засмеялся, а Саймон покачал головой. Мы легли, прижавшись друг к другу, и вскоре заснули.

На следующее утро я проснулся в незнакомой комнате. Свет казался не таким, кровать другой, но запах был знакомым, как и руки, обнимавшие меня.

Нос Адама описывал круги на моей шее.

— Ты разве не собираешься плавать? — спросил я хриплым после сна голосом.

Он поцеловал меня в плечо улыбающимися губами.

— Ммм, — покачал головой, — не сегодня.

Не меняя позы и не поворачивая головы, я попытался нащупать Саймона.

— Я здесь, — он взял меня за руку.

Я вздохнул, довольный как никогда прежде.

— Уже половина седьмого, — заметил Саймон. — Твой самолет в Алабаму вылетает вроде прямо сейчас.

Я сжал его руку, а Адам крепче обнял меня, и без тени всякого сомнения я сказал им то, что чувствовал всем своим нутром. Всем своим сердцем.

— В мире нет такого места, где мне хотелось бы быть больше, чем здесь.

Глава 13

Нам следовало поговорить. Так много всего произошло и так быстро, и поскольку мы теперь официально были вместе, нам действительно нужно было все обсудить.

Так что я забрал сумку из своей комнаты, пока Адам спустился вниз, чтобы принести для нас кофе и фруктовый салат, а Саймон тем временем проверил электронную почту. И весь остаток утра мы только тем и занимались, что сидели в нашей квартирке и разговаривали.

Я рассказал им о нашей беседе с Ди, и о том, что правильно это или нет, но она поделилась со мной некоторой информацией об их семьях. А потом взял Адама за руку и признался, что в курсе того, как родители выгнали его, когда ему было всего семнадцать.

Кивнув мне, он вздохнул.

— Саймон чаще всего просто качает головой и думает, что я слегка помешан на порядке в квартире, — тихо начал Адам. — Обычно я трачу большую часть времени на уборку, проверяя, все ли на своем месте, — он посмотрел на меня и грустно улыбнулся. — Возможно, я буду раздражать тебя и сводить с ума, но я просто хочу быть уверен, что это место идеально подходит для жизни, понимаешь?

Я медленно кивнул. Кажется, я в самом деле понимал.

— А в тех местах, где ты раньше останавливался, бывало не очень хорошо?

Саймон погладил Адама по спине, и тот пожал плечами.

— Не очень-то, это да. И я знаю, каково это – ничего не иметь… — он глубоко вздохнул и оглядел комнату. — Я знаю, каково это – не иметь дома, и теперь, когда он у меня есть, я просто хочу быть уверен, что он чист и опрятен… — его слова затихли. — Возможно, для тебя это не имеет никакого смысла…

— В этом есть смысл, Адам, — я сжал его пальцы, и он взглянул на наши соединенные руки. Саймон поцеловал его в щеку, Адам улыбнулся и снова вздохнул.

— Когда я уезжал из Нью-Йорка, у меня было совсем немного денег. Ты в курсе, что дешевле заплатить за ночной билет на междугородний автобус, чем оплатить ночь в мотеле?

Я отрицательно покачал головой, потому что не знал этого.

— Я просто поехал на юг, как можно дальше на юг, — объяснил Адам. — И оказался здесь, в Ки-Уэст. Несмотря на то, что был несовершеннолетним, мне каким-то образом удалось уговорить взять меня на работу в местный бар, собирать стаканы и заполнять холодильники. Я сказал им, что мне не нужны деньги, только еда, и, может, место для ночевки.

О, черт. Мое сердце сжалось.

Адам смотрел в одну точку, и я понял, что он вспоминает то время своей жизни.

— Я легко мог подсесть на наркоту. Многие ребята, которые тоже были в бегах, подсели. Некоторые оказались на крючке. — Адам покачал головой, словно стряхивая с себя дурное воспоминание. Затем посмотрел на меня и спросил. — Хочешь знать, что я делал каждый день?

Я кивнул.

— Плавал, — сказал он. — Дома я занимался в плавательном клубе, тренировался каждый день. Так что было приятно заниматься чем-то знакомым, понимаешь? — улыбнулся он. — К тому же вода здесь всегда поблизости и плавать в океане можно бесплатно.

— О, Господи, — прошептал я. — Мне так жаль.

Пока я смахивал навернувшиеся слезы, он улыбнулся своей обычной улыбкой.

— Не грусти, Уил. Потому что вскоре после этого меня приютила чокнутая негритянка с Барбадоса, которая познакомила нас с Саем, — рассмеялся Адам.

Ди. Ди взяла его к себе.

— Она пожалела меня и накормила. Я предложил ей вымыть посуду в кафе, а она стояла, уперев руку в бок, и тыкала в меня пальцем. Молодой человек, — Адам идеально передразнил ее манеру говорить, — Вы будете здесь каждое утро ровно в одиннадцать. Вы будете мыть, убирать и вообще делать все-что-бы-черт-возьми-я-не-сказала. А потом пойдете со мной домой и приведете себя в порядок, молодой человек. У меня есть свободная комната и место за обеденным столом, которое обойдется в неделю работы.

Я улыбнулся от того, как Адам изображает Ди.

— Что я и сделал, — сказал он, пожимая плечами. — Она накормила меня и предоставила ночлег, а я отблагодарил ее бесплатной рабочей силой. Это оказалась наиприятнейшая сделка из всех, которые у меня когда-либо были в жизни.

— Но потом ты встретил Саймона? — я глянул на Саймона, который молчал, пока Адам рассказывал свою историю.

Адам кивнул.

— Он тогда встречался с каким-то парнем, полным неудачником, кстати, — серьезно заметил Адам. — Но он как раз стал управляющим в отеле, и ему нужен был бармен.

— Он запал на меня, — усмехнулся Саймон.

— Определенно, — рассмеялся Адам, согласно кивнув безо всякого стыда. — Появляется вдруг такой великолепный и умный парень, которому нужен кто-то, чтобы обслуживать бар. Я бы ни за что не упустил подобную возможность. Поэтому, когда Сай спросил работал ли я раньше в баре, я ответил «да».

— Ты солгал, — улыбнулся Саймон.

— Ну, вообще-то, — усмехнулся Адам, — как оказалось, он имел в виду вовсе не собирание стаканов и заполнение холодильников.

Я рассмеялся над ними, а Саймон повернул подбородок Адама к себе и поцеловал его в губы. А потом рассказал мне о своей семье.

— На самом деле рассказывать особо нечего, — начал он. — Мама и папа все еще вместе. У меня есть брат Джейми и сестра Рейчел, оба старше меня, и оба работают на папу. У него импортно-экспортный бизнес. — Саймон пожал плечами. — Думаю, мне повезло. Джейми и Рейчел оба хотели сделать папу счастливым, работая на него, и сделают маму счастливой, подарив ей внуков. Так что на меня надежд особо не возлагали.

— Они знают, что ты гей? — спросил я.

— О, конечно. Я рассказал им, когда мне было лет пятнадцать. Ну, — поправил он сам себя, — Джейми рассказал им, когда мне было лет пятнадцать. Они не очень-то этому обрадовались, но, учитывая все обстоятельства, восприняли это довольно хорошо.

Я кивнул. По сравнению с Адамом, думаю, они действительно хорошо это восприняли.

— А твои родители знали? — спросил Адам. — Ну, до того, как умерли?

Я покачал головой.

— Мне хочется верить, что они приняли бы то, что я гей, но, по правде говоря, очень сомневаюсь в этом. Уверен, они вышвырнули бы меня вон, отказались бы от меня, да и неважно, — сказал я негромко, а Адам сжал мою руку. — Проще мечтать о том, как я хотел бы, чтобы они отреагировали, но теперь, когда их нет, этого уже никогда не узнаешь наверняка. Поэтому я представляю их любящими и поддерживающими, хотя в действительности все было бы совсем не так.

— Они умерли два года назад? — мягко поинтересовался Саймон.

— Автомобильная авария, — кивнул я. — У нас участок земли в несколько акров, где мы жили, и они ехали в город. Встречный грузовик пересек сплошную... — дальше продолжать было уже не обязательно, и я вздохнул. — Род оказался одним из копов, которые пришли рассказать мне о случившемся. Позже он вернулся, чтобы проверить, как я.

Я покачал головой, вспоминая.

— Знаете, я понятия не имел, что он гей. Честно говоря, не думаю, что он сам даже знал, — засмеялся я, а потом громко выдохнул. — Но я был сильно расстроен, и он обнял меня. Ничего не произошло, но то, как он держал меня в своих руках, отнюдь не походило на профессиональное похлопывание по спине. В течение следующих нескольких недель он регулярно звонил, чтобы узнать, как у меня дела, то и дело касался моей руки или плеча, задерживаясь чуть дольше обычного.

— И вот так между вами все и началось? — спросил Адам.

Я кивнул.

— За все время, что были вместе, мы никогда не обсуждали то, чем занимались. Как будто это был наш маленький грязный секрет.

— Ты любил его? — спросил Саймон. — Все еще его любишь?

— Мне казалось, что да, — честно признался я, посмотрев на них обоих, и покачал головой. — Но потом я встретил вас...

— Вот видишь? — усмехнулся Адам. — Я знал, что у тебя есть чувства к нам!

— Ну, я же здесь, не так ли? — смущенно рассмеялся я.

— Ну да, — ответил Адам. — И ты знаешь, как мы к тебе относимся?

Я кивнул, чувствуя, что краснею.

— И тот факт, что ты здесь, — Адам провел пальцами по моей пылающей щеке, — тот факт, что теперь ты живешь с нами, говорит нам, что ты чувствуешь то же самое, даже если не можешь этого сказать.

— Все произошло так быстро, да? — я громко сглотнул, посмотрев на них.

— Мы справимся, Уил, — уверенно сказал Саймон. — Знаю, нам еще предстоит притереться друг к другу, но не сомневаюсь, что втроем мы справимся.

Я кивнул и слабо улыбнулся.

— Живя и работая вместе, сделать это будет сложнее.

— Все будет прекрасно! — ухмыльнулся Адам.

Я не смог удержаться от смешка, а Саймон прильнул и поцеловал меня.

— Я знаю, тебя это беспокоит, но мы все работаем в разные смены и в разное время, и ты даже удивишься, как часто мы не вместе.

— Верно, — согласился я. — О, полагаю, нам еще следует обсудить условия приема на работу.

Что мы и сделали. Мы с Саймоном обсуждали все тонкости того, на что оба рассчитываем, а Адам устроился между нами. Мы говорили о ставках и рабочих часах, должностных обязанностях и условиях договора, и когда Адам начал ерзать, стало ясно, что ему скучно.

А потом он начал поглаживать свой член.

— Ничего не могу поделать! — защищаясь, оправдывался он. — Невозможно же лежать так долго втроем и чтоб кто-нибудь не словил кайф. Ну я и решил, почему бы не мне.

Саймон усмехнулся, а я прыснул со смеху. Он был неисправим. Абсолютно, восхитительно неисправим. Адам же только ухмыльнулся, затем сел на спинку дивана между нами, расстегнул ширинку своих шорт-карго и вытащил возбужденный член.

— Хотите, поделюсь?

Мы с Саймоном расположились меж его раздвинутых ног и обхватили член Адама соединенными ртами. Целовались вокруг его члена, облизывали языком ствол, яйца и головку, посасывая языки и губы друг друга. Наши рты не отрываясь ласкали его.

— Вот же черт! — воскликнул Адам. — Да, вот так… Оба… целуйте мой член.

А когда он начал толкаться бедрами, Саймон встал на колени и взял в рот член Адама на всю длину, пока я смотрел, как он заглатывает его. Адам тут же выгнулся, а затем вскрикнул, кончая. Я крепко схватил его, чтобы он не упал назад, и усадил на диван рядом с нами. Он все еще стонал, его тело безвольно обмякло, а когда я повернулся, чтобы посмотреть на Саймона, то заметил, как его глаза потемнели. Не обращая внимания на кайфующего Адама, Саймон набросился на меня, толкнул обратно на диван и засунул язык мне в рот, чтобы я в полной мере ощутил вкус Адама. Я обхватил его руками и попытался раздвинуть ноги, но для нас троих диван оказался слишком мал.

— Нам нужен диван побольше, — выдохнул я, пока Саймон осыпал поцелуями мою шею.

Адам усмехнулся и, протискиваясь, выбрался из-под нас, предоставив нам больше места. Я извивался под Саймоном, когда он лег на меня, придавив всем своим весом и втираясь бедрами в мои, жадно целуя при этом, будто не в силах насытиться.

— Помните? Без меня не трахаться, — Адам вернулся уже одетый в униформу.

Оторвавшись друг от друга, мы глянули на него. Он ухмылялся, словно бросал нам вызов. Саймон привстал на колени и перевернулся, превращая нас в «69». Расстегнув ширинку, я обнажил его длинный твердый член и провел по нему языком, в то время как он сделал то же самое со мной.

У Адама вырвался стон, когда он шел к двери.

— Оставьте немного и для меня.

* * *

Следующие пара недель пролетели словно в сказке. Жизнь с Саймоном и Адамом казалась прекрасной, лучше и быть не могло. Мы все еще узнавали друг друга и в спальне, и за ее пределами. Я бегал с Саймоном по утрам, потом мы завтракали, затем я проводил несколько часов с Адамом, прежде чем мы начинали работать. Это выдалась достаточно напряженная пара недель, но в то же время, самая расслабляющая и непринужденная из всех, которые когда-либо у меня были. Я разобрался с Сид со сменами и обязанностями, так что ресторан работал как хорошо отлаженный механизм. Мы смеялись во время работы, и другие сотрудники признались, что теперь с удовольствием приходят на работу, не то, что при Мигеле.

Каждый день я разговаривал с Келли, дела у нее шли прекрасно, так же, как и в ресторане, и я безумно по ней скучал, однако мне все равно нужно было вернуться в Алабаму, чтобы завершить сделку по продаже ресторана. Я мог бы, конечно, нанять юриста, чтобы он занялся всеми вопросами вместо меня прямо отсюда, но мне следовало еще уладить дела с моим домом и собрать кое-какие вещи. Я приехал в Ки-Уэст всего с одним чемоданом.

Так что мы с Сидни подправили расписание так, чтобы все смены были прикрыты, и я забронировал билет. Саймон и Адам понимали, почему я должен вернуться домой, хотя и были несколько обеспокоены, но все же согласились с вынужденной необходимостью поездки. Поэтому я удивился, когда Саймон позвонил мне на сотовый и попросил подняться к нему. Он казался обеспокоенным, и тот факт, что я был внизу на кухне, а он не спустился, меня встревожил. Я ринулся наверх и обнаружил, что Саймон пытается успокоить сильно взволнованного Адама. Мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

— Что случилось?

Адам встал и вперился в меня взглядом. Он выглядел так, будто его вот-вот стошнит, будто у него случился приступ паники или что-то в этом роде. В его руке оказался зажат мой билет на самолет.

— Я прибирался и нашел вот это. Я не копался в твоих вещах, — объяснил он. — Ты оставил его на стойке.

— Адам, пожалуйста, скажи мне, что не так?

— Это билет в один конец, Уил. В один, блядь, конец. И когда ты собирался нам рассказать?

— Рассказать что? — я все еще ничего не понимал.

— Что не вернешься! — бросил он, в его глазах блеснули слезы. — Гребаный пиздец, Уил, — его голос дрогнул, казалось, он с трудом мог говорить. — Мы только обрели тебя… влюбились в тебя, а ты так поступаешь… — он ткнул билетом.

Я быстро пересек комнату и взял его лицо в ладони.

— Малыш, я не бросаю вас.

Он потряс головой и слезы покатились по его щекам. Если бы мое сердце так сильно не колотилось в груди, я бы подумал, что оно разбилось. Я притянул его к себе.

— Адам, детка, билет в один конец, потому что обратно я приеду на машине. Помнишь? Я рассказывал, что у меня есть автомобиль, и нужно бы его забрать. Я подумал, что так смог бы прихватить больше одежды и личных вещей. Поэтому полететь в Алабаму на самолете, но вернуться на машине вполне разумно.

— Ты рассказывал мне о машине, — прошептал Адам, качая головой, — но ты не упоминал, что приедешь на ней обратно. И когда я нашел этот билет в один конец, я даже не подумал...

Блядь...

— Ты сказал мне, — пробормотал Саймон.

Я оглянулся на Саймона, и крепче сжал Адама в своих руках.

— Детка, мне так жаль, — прошептал я ему в шею. — У меня и в мыслях не было не рассказывать тебе, я не хотел тебя напугать.

Адам крепче обнял меня, его пальцы впились в мои бока, и он кивнул. Я снова посмотрел на Саймона и махнул рукой, подзывая, чтобы он подошел к нам. Мы оба держали Адама в объятиях, пока ему не стало лучше. В тот момент я осознал, насколько из-за поступка родителей в нем укоренился страх, что близкие оставят его, и поклялся себе и Адаму с Саймоном, что никогда больше не совершу ту же ошибку.

В тот день мы добавили еще одно правило – открытое общение по любому гребаному поводу.

Не то, чтобы наша сказка на этом закончилась, но это просто сделало наши отношения реальными. Это была не игра. Не курортный роман. Все было по-настоящему. Живые сердца и реальная любовь на кону.

И позже ночью, когда мы втроем лежали в постели, всего спустя две недели после моего официального переезда к ним, я признался, что полюбил их с самого первого дня. А на следующий день в аэропорту, когда собирался сесть в самолет, я сказал им это снова.

Позже Саймон рассказал мне, что Адам весь день просто сиял.

Глава 14

Возвращение в Алабаму казалось странным. По дороге из аэропорта в родительский дом я сидел в такси и смотрел в окно – проносящаяся мимо местность выглядела такой привычной, однако что-то изменилось. И к тому времени, как мы въехали на хорошо знакомую подъездную дорожку у дома в нескольких милях от Далтона, я уже знал, в чем все дело.

Местность вовсе не изменилась. Изменился я. Этот город больше не был моим домом. Мое место не здесь. И никогда не было.

Входить в дом родителей всегда ощущалось немного неловко. Это был их дом. Разумеется, я вырос в нем, здесь все было знакомо, но с тех пор, как родители умерли, я больше не чувствовал себя здесь как дома.

Он был слишком большим, слишком тихим, слишком не моим. В том смысле, что я все еще продолжал спать в своей детской комнате, потому что мне казалось странным занимать хозяйскую спальню. Это была комната мамы и папы, не моя.

С тех пор как родителей не стало, ощущение дома тоже пропало.

Когда я думал о доме, то вспоминал маленькую квартирку с огромной кроватью. Я думал о двух парнях, брюнете и блондине, о том, как они пахнут, как смеются, о том, что я чувствую рядом с ними.

Вот где был мой дом.

Но у меня имелся список дел и перечень людей, которых нужно было увидеть в Далтоне. И первой в этом списке значилась Келли.

Время только перевалило за десять утра, так что я знал, что она на работе и готовится к дневной смене.

— Келли? — позвал я, миновав хорошо знакомые служебные двери.

Она высунула голову из кладовки и завизжала.

— О боже! — подбежав, Келли обняла меня. — Я так соскучилась по тебе! — затем отступила на шаг, и осмотрела с ног до головы. — Ни черта себе, выглядишь просто отпад!

Я улыбнулся, отмахнувшись от ее комплимента, но она уставилась на меня.

— Нет, Уил, я серьезно, — сказала она с легким удивлением во взгляде. — Ты немного подзагорел на солнце и, похоже, сбросил несколько фунтов. Господи, Уил. Сколько прошло, три или четыре недели? Ты выглядишь... — она покачала головой.

— Пробежки каждый день по пляжу, а из еды фрукты да салаты, вот и все, Кел.

— Нет, — покачала она головой. — О боже, Уилсон Кёртис, ты влюбился.

— О, Келли, они просто замечательные, — кивнул я, почувствовав, что краснею.

В ее глазах блеснули слезы, но она отвернулась, направляясь к кофеварке, налила две чашки кофе и потом вернулась к столу, что означало, что нам нужно поговорить.

— Как здесь дела, Кел? — спросил я, когда мы сели. — Все в порядке? Полагаю, все снова идет хорошо?

— Мы можем поговорить о работе немного позже, — сказала она, потягивая кофе. — Сначала я хочу узнать об этих двух твоих парнях.

Я отхлебнул кофе, не зная, с чего начать.

— Ну, Адам более непосредственный из них двоих. Всегда улыбается и может очаровать хоть ножку стула. Саймон гораздо сдержанней, он спокойный, но забавный и очень умный.

Я достал из кармана телефон, пролистал несколько фотографий и показал экран Келли.

— Вот они. Саймон – темноволосый, а Адам – блондин.

Келли взглянула на небольшой экран, где мы все трое, обнявшись, улыбались Сидни, пока она нас фотографировала, а затем посмотрела на меня.

— И как вообще работает вся эта тема с «тройничком»?

Так и знал, что речь пойдет об этом. И поскольку примерно этого я ожидал, то постарался не увиливать от разговора.

— Да я и сам не знаю, Кел, все само как-то. Мы словно пазл, которому не хватает именно трех кусочков, — я пожал плечами. — Не знаю, как правильно объяснить.

Келли ненадолго задумалась.

— И никто не остается без внимания?

— Наоборот, — покачал я головой, — в этом-то и весь смысл, нас как будто... ну, просто больше.

Келли посмотрела на меня и нахмурилась.

— Уил, ты провел два года с этим придурком Родом, и я не хочу, чтобы ты из одних отношений, где твои желания ни во что не ставили, переходил в другие. Есть такое выражение «трое – уже толпа». Разве не бывает моментов, когда кто-нибудь из вас чувствует себя обделенным?

— В том-то и дело, Кел. Даже если не учитывать ту скрытную жизнь и вечную секретность, через которые мне пришлось пройти, сейчас я получаю вдвое больше, чем у меня когда-либо было с Родом. Вдвое больше, чем могло бы быть с ним когда-нибудь в принципе. Это двойное внимание, двойное общение, двойные эмоции, да все в двойном размере.

— Двойная душевная боль…

— Кел, я не буду оправдываться перед тобой, — сказал я мягко. — Тебе это и не должно нравиться. Но я с ними. С обоими. Я не могу объяснить это. Не могу описать весь механизм взаимодействия, но это работает. Мы работаем над этим. Каждый вносит свой вклад. Мы как три части головоломки, которые просто складываются вместе, вот и все.

Келли вздохнула и некоторое время молчала.

— Я вижу, что ты счастлив. Господи, ты еще никогда не выглядел таким счастливым. Но ты уверен, что это то, чего ты хочешь? Это точно не попытка забыться? Затянувшаяся интрижка в отпуске?

— Дело не только в этом, Кел, — попытался я объяснить. — Все гораздо серьезнее, поехали со мной, и ты сама познакомишься с ними.

— Каким образом? — закатила глаза Келли. — Я только что приобрела бизнес!

— Действительно, — усмехнувшись, кивнул я.

На этом наш разговор о моем решении вступить в полигамные отношения закончился. Я понимал, что она встревожена, но до тех пор, пока Келли уверена, что я счастлив, она тоже будет счастлива.

— Итак, давай обсудим нашу авантюру по покупке бизнеса.

Так мы и поступили. Однако ушел я еще до начала ланча и основного наплыва людей, не желая, чтобы меня видели, нанес визит юристу и вернулся домой. Чем меньше людей будет знать, что я вернулся, пусть даже на день или два, тем лучше. Позже, тем же вечером, Келли пришла с двумя бутылками вина и помогла мне закончить сборы.

Впрочем, мы не особо много упаковали, но зато мы пили, смеялись и плакали. Всплыло так много всяких воспоминаний.

Хотя это вроде не было официальным прощанием, мы оба понимали, что так оно и есть. И пока она крепко спала в кровати в конце коридора, я пялился в потолок. Этот дом был для меня просто постройкой. Конечно, у меня были воспоминания о детстве, связанные с ним, воспоминания о родителях. Но и всего лишь. Воспоминания.

На следующее утро я сложил кое-какие вещи в машину, чуть не задушил Келли в объятиях, и заскочил к агенту по недвижимости перед отъездом. Я вышел из офиса, достал телефон, открыл контакты и набрал первый номер.

— О, привет! — тут же ответил Саймон.

— Привет, — сказал я. Один лишь звук его голоса делал меня счастливее. — Можешь оказать мне одну услугу? Скажи Адаму, что я приеду домой на день раньше.

— Правда? — клянусь, я слышал, как он улыбается.

— Да, — вздохнул я. — Здесь мне делать нечего.

Он сказал, что любит меня, попросил, чтобы я ехал осторожно, и пообещал, что мы скоро увидимся. Я широко улыбался, когда наконец добрался до своей машины. Тогда я и увидел Рода, застывшего на тротуаре. Он во все глаза уставился на меня. Я смотрел на него несколько секунд и ожидал, что почувствую… что-нибудь, да что угодно, но не почувствовал.

Ничего.

Он выглядел... потрясенным. Я не стал разговаривать с ним, даже не помахал, никак не отреагировал. Просто сел в машину и поехал домой.

Домой.

Обратно во Флориду. К Адаму и Саймону.

* * *

Почти четырнадцать часов спустя я туда добрался. Несмотря на всю мою усталость, я был невероятно взволнован, когда подъехал к отелю. Оставив вещи в машине, я поспешил внутрь и направился прямо к бару, где, как я знал, будет Адам. И когда он увидел меня, то улыбнулся той самой своей ослепительной улыбкой, от которой замирает сердце.

Потом медленно вышел мне навстречу и поцеловал так крепко и жарко, что гости даже присвистнули и зааплодировали.

Он оторвался от моих губ и гордо ухмыльнулся, а потом посмотрел через мое плечо, и его взгляд смягчился. Я проследил за его направлением и увидел улыбающегося Саймона, стоящего рядом с фойе и наблюдающего за нами. Подошел к нему и поцеловал, точно так же, как только что меня целовал Адам.

А вечером, после первого раунда минетов, я рассказал им о своей поездке. Рассказал, как встретился с Келли, как напился с ней и как столкнулся с Родом на улице.

Затем признался в своем решении продать родительский дом. Они были, мягко говоря, удивлены, но я заверил их, что визит туда только укрепил мое желание сделать это, потому что так будет правильно. Я попросил агента по недвижимости организовать переезд, сдать мебель на хранение и прислать мне все документы. И еще я сказал им, что Алабама больше не мой дом.

А потом попросил их о двойном проникновении.

Я видел такое в порно, и мне всегда было интересно, что могло заставить парня хотеть ощутить два члена в своей заднице одновременно. Теперь я это понял.

Мне хотелось почувствовать, что я принадлежу им. Хотелось, чтобы они оба вошли в меня одновременно. Я хотел ощущать, как они оба двигаются внутри меня. Хотел, чтобы они взяли меня именно так. Мне это было просто необходимо.

Саймон руководил процессом, с особой тщательностью заботясь о том, чтобы подготовить меня чуть дольше, растянуть получше, и к тому времени, когда я уже был насажен на член Адама, я почти умолял Саймона присоединиться. Так он и сделал, протиснувшись в мою уже занятую задницу. Внутри растягивалось и пекло так, как никогда прежде.

Адам начал задыхаться, а Саймон застонал, и я поплыл.

Это было божественно. Я был настолько заполнен ими, совершенно и безоговорочно принадлежа им.

Это было прекрасно.

В ту ночь я спал на месте Адама, между ними, пока они крепко обнимали меня.

Это был первый раз, когда Адам не спал посередине. Второй раз был на следующую ночь. Только теперь между нами лежал Саймон.

Он стал довольно тихим после того, как они вдвоем взяли меня. Даже на следующий вечер, когда мы втроем развалились на диване после работы, он все время спрашивал меня, все ли со мной в порядке, больно мне или нет. Чем больше я думал об этом, тем больше осознавал, что он всегда интересуется, все ли у нас хорошо. Он всегда суетился вокруг нас, если мы были «снизу», чтобы убедиться, что мы в порядке.

Я заверил его, что со мной все хорошо. Приятная боль была, как я ее и описывал, но он не казался достаточно убежденным.

— Ну, это похоже на первый раз, — уклончиво ответил я, пытаясь объяснить.

Саймон некоторое время молчал, и по этой тишине стало понятно, что он понял, что я имел в виду.

— Мой первый раз был... эм... — он замолчал. Такая неуверенность совсем не вязалась с ним.

Мое сердце сжалось в груди от его слов, и Адам сел, чтобы посмотреть на него.

— Сай?

— Я эм... — сглотнул он, — я... э-э-э… — Саймон провел рукой по лицу и волосам. — В мой первый раз, — прошептал он, — он сделал мне больно. Я был совсем юн, всего шестнадцать, и я был не совсем готов, а он, ну, он... он причинил мне боль.

— О, детка, — прошептал Адам.

Я выключил телевизор.

— О, Саймон...

— С тех пор я не рискую быть «снизу», — тихо сказал он.

— Все в порядке, Сай, — сказал ему Адам. — Многие парни этого не делают.

Саймон тяжело сглотнул и прошептал:

— Думаю, что мне хотелось бы... — он посмотрел на нас. — Я же вижу, что вам это доставляет удовольствие, а прошлой ночью, Уил, когда мы оба были внутри тебя... — он покачал головой и уставился на меня. — Боже, то, что ты дал нам прошлой ночью, это был дар. Я никогда... — он глубоко вздохнул. — Я хочу поделиться этим с вами обоими.

Мы с Адамом уставились на него. Глаза Саймона расширились, когда до него дошло, что он только что сказал.

— Только не двойное проникновение! — выпалил он. — Не знаю, созрею ли я когда-нибудь к такому, но... Но думаю, что хочу попробовать позицию «снизу».

Я взял его за руку и крепко сжал.

— Ты думаешь, или ты хочешь попробовать?

Он посмотрел на меня и уже с большей уверенностью сказал:

— Я хочу.

Я понимал, что для него это огромный шаг. Это было неизведанной территорией.

Саймон склонил голову, а я быстро опустился перед ним на колени и обхватил его лицо руками, вынуждая посмотреть на меня.

— Ты уверен?

Его глаза расширились и заблестели, но он кивнул.

О, Саймон…

Продолжая держать его лицо в своих ладонях, я легко поцеловал Саймона. Я целовал его закрытые веки, рот, подбородок. Потом Адам взял лицо Саймона в свои ладони и нежно поцеловал тоже.

— Сай, детка, мы позаботимся о тебе.

И я осознал, что на этот раз он не будет главным, как обычно. Саймону был необходим кто-то, кто бы направлял его, чтобы показать ему, как все будет происходить, уверить его, что с ним все будет в порядке. Затем, вспомнив наш первый раз вместе, и слова, которые он тогда сказал мне, я повторил их ему.

— Вот как мы поступим... — произнес я у его лица. — Ты будешь трахать Адама, пока я буду трахать тебя.

Саймон резко выдохнул и с облегчением кивнул. Я поднял его на ноги и повел в спальню. Мы встали у изножья кровати, образуя тесный треугольник, и я притянул Саймона ближе к нам.

— Мы не причиним тебе вреда. И никогда не сделаем больно.

Он посмотрел на нас и кивнул.

— Я хочу этого. Хочу, чтобы это произошло именно с вами. Хочу быть с вами обоими.

Адам расстегнул пуговицы рубашки Саймона и стянул ее с плеч, позволив упасть на пол. Раздевая друг друга, мы с Адамом не переставая касались Саймона руками, ртами, телами.

Адам лег на спину посреди кровати, подтянув колени к груди, а Саймон навис над ним, полностью погрузившись внутрь его тела. Я неторопливо подготавливал Саймона языком и пальцами, пока он не застонал и не начал умолять, и когда я, наконец, прижался к его готовому входу, то замер.

Прильнув к его спине, я поцеловал его в плечо и прошептал:

— Ты уверен?

Он кивнул и резко выдохнул. Адам обхватил его лицо ладонями и держал, пока я входил в Саймона. Он был такой тугой. Черт, он был настолько узкий и тесный. Но я продвигался так медленно, как позволяло мое тело, и вскоре начал задавать ритм. Адам не отпускал лицо Саймона, держа его, целуя, пока я, стоя на коленях позади него, медленно трахал их обоих.

Я никогда такого не испытывал.

Находиться внутри Саймона было нереально круто, но стать его первым за достаточно длительное время, получить такой кредит доверия и любви, получить разрешение сделать это – вот что было истинным даром. Я не торопился, следя за его дыханием, за звуками, которые он издавал, поглаживая руками его спину, целуя там, где только мог дотянуться. Погрузившись в него настолько глубоко, насколько мог проникнуть, я медленно покачивался, двигая бедрами, пока он двигался в Адаме.

Когда я убедился, что все в порядке, я толкнулся немного сильнее.

— Адам, трахни его рот своим языком, — прорычал я.

Адам подтянул лицо Саймона ближе к своему. Все, что я мог сейчас видеть, это руки Адама в волосах Саймона.

И Саймон вдруг стал издавать звуки, каких я от него ни разу не слышал. Они были похожи на стон, плач и всхлипывания одновременно. Так что я толкнулся еще сильнее, загоняя его глубже в Адама, и тогда он закричал, а я начал двигаться жестче, снова и снова, до тех пор, пока он не кончил.

Боже, он кончал невероятно сильно.

Адам вскрикнул, выгибаясь под Саймоном, принимая его пульсирующий член глубже, в то время как его собственный оргазм разлился меж их телами. Спустя еще несколько толчков я последовал за ними.

Мы развалились на кровати, переплетясь руками и ногами, довольные и усталые, пока я не выбрался, чтобы привести нас в порядок. Обтерев их теплым влажным полотенцем, я забрался в кровать, с другой стороны от Саймона, закутывая его между нами.

— Сай, детка, все хорошо? — я поцеловал его в висок.

— Да, я в порядке, — улыбаясь в полусне, проурчал он. — Это было… потрясающе. Люблю вас, — и через миг он засопел между нами.

— Мы тебя тоже любим, — мы с Адамом поцеловали его с обеих сторон.

В тот вечер Саймон больше ничего не сказал. Он просто крепко обнимал нас обоих, а когда заснул, Адам приподнял голову, опираясь на локоть, чтобы посмотреть на меня.

— Не думаю, что возможно любить вас обоих еще больше, чем я люблю вас сейчас, — пробормотал он.

Я придвинулся и коснулся его лица.

— Я тоже, детка, я тоже.

И я сомневался, что может быть еще лучше, чем у нас уже есть. Я был уверен, что лучше просто некуда. И только два дня спустя задумался, а что, если все это пойдет прахом?

Глава 15

Был полдень, до моей смены еще оставалось время, и я стоял за барной стойкой, помогая Адаму нарезать фрукты для украшения коктейлей. Когда я говорю «помогая Адаму», я имею в виду, делая все вместо него. Не то, чтобы я был против, пока он, тем временем, как обычно очаровывал гостей в баре, рассказывая им истории о ночных клубах и заставляя всех смеяться.

Через главный вход вошли четыре человека и пересекли фойе, направляясь к мощеному дворику у бассейна, разговаривая между собой и по пути с любопытством оглядываясь вокруг. Я узнал двух женщин – владелиц гостиницы – но я понятия не имел, кто был с ними. Адам резко умолк. Он бросил парней посреди разговора и подошел ко мне.

— Можешь сходить за Саем?

Я глянул на него. Нечасто он бывал настолько серьезен.

— Конечно, — я посмотрел на двух незнакомцев. — А в чем дело? Кто они?

— Не знаю, кто этот парень в черном костюме, но тот, что в сером… — Адам бросил быстрый взгляд на мужчину средних лет в дорогом сером костюме. — Это Хартли.

Тот самый Хартли. Застройщик, который поставил себе целью очистить побережье Мексиканского залива от геев. Этот самый Хартли стоял сейчас посреди отеля. Нашего отеля.

Я помчался наверх и, хотя дверь кабинета была открыта, все равно окликнул.

— Сай?

— В чем дело? — обернулся ко мне он.

— Владельцы отеля внизу, — выпалил я быстро. — С ними еще два человека. Адам сказал, что один из них – Хартли.

Саймон вскочил, схватил пиджак со спинки стула и, с вырвавшимся «блядь» поспешил вниз. Я, само собой, последовал за ним, но, когда он подошел к хозяевам и двум мужчинам в костюмах, я вернулся в бар.

Удалось разобрать, как они представились, но с того места, где мы с Адамом стояли, больше ничего не было слышно. Мы просто наблюдали за ними. Я не был экспертом в языке тела, однако по позе Саймона мог сказать, что происходящее не предвещало ничего хорошего.

Буквально через несколько минут деловая встреча закончилась. Две пожилые женщины вышли, а Саймон направился к нам, оставив Хартли и его друга в костюме, который, как я предположил, был либо финансовым, либо юридическим советником, на открытом дворике. Саймон прошел за стойку и встал между нами.

— Похоже, они здесь только для того, чтобы осмотреться, — он говорил шепотом, стиснув зубы, а затем покачал головой. — Владельцы хотели представить его мне, чтобы я знал, кто он и почему он здесь.

Адам широко раскрытыми глазами посмотрел на Саймона.

— Почему он здесь, Сай?

Было совершенно очевидно, почему Хартли здесь, но, думаю, Адаму просто нужно было услышать это. Саймон подошел ближе к Адаму и положил руку ему на плечо.

— Они договариваются о цене. Хартли покупает отель.

Адам посмотрел на Саймона, потом на меня, потом снова на Саймона и покачал головой.

— Что это значит? — он оглядел отель, гостей за столиками и в бассейне. — Я имею в виду, что будет с этим местом? А с нами? Чем все обернется для нас?

Прежде чем мы с Саймоном успели ответить, Хартли и его помощник подошли к бару.

— Саймон, верно?

— Да, — холодно ответил Саймон.

— Мы уже уходим, — бросил Хартли, а затем фыркнул, оглядев парочку, целующуюся в бассейне, и парочку за одним из столиков. Он практически насмехался. — Думаю, я увидел достаточно.

Саймон кивнул ему, но когда Хартли повернулся, чтобы уйти, окликнул его.

— Могу я задать вопрос?

— Разумеется, — коварно улыбнулся Хартли.

— Что Вы собираетесь сделать с этим местом?

Хартли пожал плечами, как будто это не имело особого значения.

— Снесу его, — он с отвращением оглядел мужские пары. — Построю что-нибудь более соответствующее моим критериям.

Я не мог в это поверить. Дерзость этого высокомерного, гомофобного куска дерьма лишила меня дара речи. Мы молча смотрели ему вслед, а когда я повернулся к Саймону, он смотрел на Адама.

— Сай? — голос Адама был тихим и слабым.

— Все будет хорошо, Адам, — негромко ответил он, положив руку ему на бедро. — Все будет в порядке, малыш.

Но когда Саймон снова посмотрел на меня, то вовсе не выглядел так, будто все будет хорошо. Я не знал, что сказать. Да и что я мог сказать? Я пробыл здесь всего месяц, а теперь столкнулся с теми же проклятыми проблемами, которые не давали мне жизни в Алабаме. Я не знал, что мы будем делать. Отель продавался у нас из-под носа и, что еще хуже, продавался гомофобу, у которого денег было больше, чем толерантности.

Где мы будем жить? Где мы будем работать?

Я посмотрел на Саймона, прекрасно понимая, что он храбрится перед Адамом. Он всегда защищал Адама, и правильно делал. Адаму пришлось нелегко, и мысль о том, что можно снова оказаться безработным и бездомным, должно быть, пугала его.

— Мы поговорим об этом позже, — успокаивающе произнес Саймон. — После работы, ладно? Я поднимусь наверх, позвоню кое-куда и посмотрю, что можно разузнать.

Адам кивнул, и, как профессионал, вернулся к обслуживанию парней, сидящих в баре. Он улыбнулся им, но едва ли искренне. Гости не уловили этой перемены, но мы с Саймоном, конечно, заметили ее.

Мы вернулись к своим привычным обязанностям, но между баром и кухней больше не проскакивали шутки, нелепые комментарии или сексуальные реплики. И к концу суток, когда мы с Адамом поднялись наверх в апартаменты, Саймон был уже там.

Он рассказал нам, что владельцы даже не думали о продаже, пока Хартли не пришел к ним. Они знали о его репутации и причинах, по которым он захотел заполучить этот отель, и хотя лично им он не нравился, предложение оказалось крайне выгодным.

— Это гребаная отмазка, — выплюнул я. Моя неуверенность переросла в гнев, и мой тон удивил их обоих. — Этот Хартли – гомофобный хер!

Адам и Саймон уставились на меня, широко распахнув глаза из-за моей вспышки гнева. Они еще не видели меня в ярости, но ситуация повторялась снова. Вот-блядь-один-в-один-опять. У меня вот-вот отберут еще один бизнес благодаря узколобым и злобным ублюдкам.

— Мы должны что-нибудь предпринять! — я посмотрел на Саймона.

— Что, например, Уил? — повысил он голос и его тон соответствовал моему. — Что, черт возьми, я должен делать?

— Что-нибудь! — крикнул я ему в ответ. — Хоть что-нибудь! Да что угодно!

Адам переводил взгляд с меня на Саймона. Он выглядел испуганным.

— Пожалуйста, не ругайтесь, — тихо прошептал он.

Я вздохнул и провел рукой по волосам.

— Мы не ссоримся, Адам, малыш, — тихо сказал я. — Мы просто... — я не знал, как это назвать.

— Кричите друг на друга, — закончил Адам за меня.

Саймон оказался рядом с Адамом, обхватил его одной рукой за шею и крепко сжал в объятиях.

— Мы не ссоримся, детка. Мы даже не думали кричать.

Я подошел к ним и провел рукой по подбородку Саймона.

— Прости, что сорвался, — искренне произнес я. — Я расстроен и зол, но вовсе не на тебя. Не нужно было все это на тебе вымещать, я очень сожалею.

Саймон нежно поцеловал мою руку.

— Что будем делать? — тихо спросил Адам.

Саймон отстранился от Адама, чтобы посмотреть ему прямо в глаза.

— Детка, ты же знаешь, мне здесь нравится, и я тоже не хочу уезжать. Но что бы ни случилось, где бы мы ни оказались, — Саймон посмотрел на меня, — куда бы нас ни занесло, мы будем все вместе, хорошо?

— Я знаю, — кивнул Адам, — но это же… просто это наш дом.

— Нет, — покачал я головой.

Адам и Саймон уставились на меня.

— Что?

— Мы останемся. И будем бороться с этим Хартли.

Саймон посмотрел на меня так, словно я сошел с ума.

— Но как?

— Пока не знаю, — честно признался я.

Саймон грустно улыбнулся и крепче обнял Адама.

— Пожалуйста, не отмахивайтесь от меня, — попросил я в расстроенных чувствах, почти умоляюще. — Гомофобные придурки уже раз отняли у меня дело моей жизни. Я не позволю этому случиться снова.

Теперь они смотрели на меня и внимательно слушали.

— Мы должны что-нибудь предпринять, потому что, если мы не можем бороться за это, — я обвел жестом нашу квартирку, — если мы не можем бороться за нас, — я указал на нас троих, — тогда ради чего вообще нам бороться?

Они оба уставились на меня, не моргая и ничего не говоря. Я покачал головой и вздохнул, чувство воинственности во мне слегка поугасло.

— Мне нужно принять душ, — произнес я. — От меня пахнет кухней.

И оставил их стоять в маленькой гостиной. Запах еды, которую я только что готовил, не покидал меня, так что не было ничего необычного в том, что я принимал душ после работы. Но на этот раз не для того, чтобы избавиться от запаха рыбы или жира. Я хотел, чтобы жар воды расслабил мои плечи и смыл чувство беспокойства, которое, казалось, впиталось в кожу.

Я стоял с головой под струями горячей воды, чувствуя, как боль в мышцах постепенно проходит. Я понятия не имел, как решить эту проблему, но точно знал, к чему бы мы ни пришли, это будет наше общее решение. Ситуация была не идеальной – разумеется, было бы прекрасно, если бы все осталось как есть – но мы разберемся со всем этим вместе.

Чувствуя себя немного лучше, я вышел из душа, вытерся и, обмотав вокруг себя полотенце, нашел Адама и Саймона готовящимися ко сну. Я улегся на бок и, когда Адам занял свое место, притянул его к себе.

— Ты теплый, — пробормотал он. — И приятно пахнешь.

Я хмыкнул и приподнял голову.

— Сай?

Его губы изогнулись в полуулыбке, и он лег в постель, быстро скользнув рядом с Адамом, закутав его между нами, как мы обычно делали. Я протянул руку и провел пальцами по волосам Адама.

— Сай прав. Мы что-нибудь придумаем. Правда ведь?

— Да, — вздохнул Саймон. — Конечно же, придумаем.

Но когда мы проснулись на следующее утро, место Саймона оказалось пустым.

Адам вскочил с кровати.

— Сай?

Я последовал за ним. Он заглянул в ванную.

— Сай? — потом направился в гостиную. — Саймон? — его голос становился все громче и тревожнее, пока он оглядывал пустую квартиру. — Саймон?

Адам распахнул входную дверь и вышел в холл, где стоял полностью одетый Саймон с телефоном, прижатым к уху. Он посмотрел на Адама, потом на меня, потом снова на Адама и улыбнулся.

Адам был полностью обнажен, прямо в чем мать родила. Так же, как и я. Но я не стоял в коридоре, где кто-нибудь из уборщиков мог меня увидеть. А вот Адам стоял. Саймон схватил его за руку и затащил обратно в квартиру, закрыв за собой дверь.

Очевидно, он был у себя в кабинете, но вышел, когда услышал, как Адам зовет его. Саймон все еще разговаривал с кем-то на том конце провода, но подвел Адама к дивану и усадил на него. Чмокнул в губы, затем жестом пригласил меня присоединиться к Адаму и поцеловал меня тоже.

— Да, я могу их захватить, — сказал он в трубку. В его глазах горел огонек, он был взволнован. — Нет, мы втроем будем примерно через час. Да. Конечно. Ладно, скоро увидимся.

Он отключил телефон, посмотрел на нас с Адамом, абсолютно голых, и ухмыльнулся.

— Поверить не могу, что придется сказать это, — начал он, — но вам, ребята, нужно одеться.

— Зачем? — спросил Адам. — Сай, что ты делаешь?

— Зачем? Потому что, уверен, мои родители не захотят видеть вас голыми, — сказал он с ухмылкой. — И я ничего не делаю. Мы делаем. А именно, едем к моим родителям. Думаю, я нашел способ одолеть Хартли.

* * *

Родители.

Я встречусь с родителями Саймона.

Вот черт.

Адам, конечно, виделся с ними раньше, и они оба сказали, что мне не о чем беспокоиться. Но это не помогало мне не паниковать. Я никогда раньше не «знакомился с родителями». То есть с родителями того, с кем я встречался. Меня никогда раньше не представляли, как чьего-то бойфренда.

— Они знают, что мы вместе, — сказал Саймон в машине по дороге туда. Он был за рулем, Адам сидел на переднем сиденье, а я сзади.

Тьфу ты. Я положил руку на область желудка, пытаясь подавить внезапный приступ тошноты.

Саймон посмотрел на меня в зеркало заднего вида.

— Я рассказал им о тебе, — сказал он так спокойно, как будто обсуждал с ними погоду.

— Боже… — громко выдохнул я. — И что они сказали?

Сай рассмеялся.

— Ну, сначала мама разозлилась. И мне пришлось выслушать целую тираду о том, какой Адам замечательный и что я не должен был его отпускать. Что она думала, мы любим друг друга, и Адам самый милый мальчик, которого она встречала, и так далее все в том же духе.

У Адама отвисла челюсть.

— Она подумала, что мы расстались?

Саймон усмехнулся и кивнул.

— Да, и сорвалась на меня из-за этого, — он покачал головой. — Ну, после я ей конечно объяснил, что нет, мы все еще вместе, но мы встретили Уила, и теперь нас стало трое, а не двое... — он снова посмотрел на меня в зеркало и улыбнулся. — В общем, — продолжил он, — она была шокирована. Но после того, как я рассказал ей о тебе, успокоилась. И с нетерпением ждет встречи с вами.

Ох.

— А твой отец?

— Ну, я в основном разговаривал с ним о работе, — пожал плечами Саймон, — но не сомневаюсь, что мама рассказала ему.

И прежде, чем я успел еще что-нибудь сказать, Саймон свернул на подъездную дорожку. Это была очень дорогая на вид подъездная дорожка, которая вела к очень дорогому на вид дому. Я не обращал особого внимания на то, куда мы едем, потому что отчаянно пытался собраться с мыслями перед встречей с родителями Саймона, но, оглядев окрестности, понял, что мы находимся в районе, где знают цену деньгам.

Дома были огромными, а лужайки ухоженными.

Саймон притормозил у входной двери, схватил сумку и вышел. Адам последовал за ним, затем нехотя вылез и я.

— Все будет хорошо, — сказал мне Саймон, открывая дверь. — Они полюбят тебя.

Он вошел первым. Адам взял меня за руку и повел внутрь. Сам холл по размеру был почти таким же большим, как наша гостиная, с мраморными полами, мраморной лестницей и большими зеркалами на стенах. Все это больше смахивало на музей. Сай прошел дальше и бросил свою сумку на диван, как поступил бы у нас дома.

— Эй, мам? — крикнул Саймон, проходя в роскошную гостиную, которая соединялась с открытой кухней.

Боже правый... кухня! Я даже не представлял, как может выглядеть «кухня мечты», пока не вошел в нее.

Затем вышла женщина, она как будто появилась прямо из холодильника, с полными руками продуктов. Она была стройной, одетой во все белое, с короткими, торчащими седыми волосами и странными фиолетовыми двухфокусными очками. Она была удивительно похожа на Саймона и улыбнулась, увидев его. Он быстро подхватил яйца и пакет с грибами из ее охапки еды и поцеловал в щеку. Когда она поставила остальные продукты на мраморную столешницу, Саймон повернулся к нам лицом и улыбнулся, заметив, что мы с Адамом держимся за руки.

— Доброе утро, миссис Стэнфорд, — поздоровался Адам со своей привычной улыбкой.

— Доброе утро, Адам, — сказала она, тепло улыбнувшись. Потом посмотрела на меня, и на мгновение мне показалось, что она слышит, как колотится мое сердце.

— Мам, это Уил, — гордо улыбнулся Саймон.

— Мэм, — поздоровался я, кивнув в знак приветствия.

— Саймон мне все о тебе рассказал.

Ох.

Адам обнял меня за талию и сжал, но Саймон сменил тему.

— Мам, для чего вся эта еда? — спросил он, глядя на продукты на столешнице.

— Ну, ты сказал, что вы приедете втроем, — объяснила она. — И я решила приготовить завтрак.

— Ладно, — пожал плечом Саймон. — А где папа?

— Наверху, — ответила она. — Думаю, он сейчас спустится.

Миссис Стэнфорд глянула на Саймона.

— Итак, не мог бы ты рассказать мне, что это за важная встреча такая?

Саймон посмотрел на нас с Адамом, а потом снова перевел взгляд на мать.

— Я попросил папу выкупить наш отель.

Глава 16

— Ты – что? — спросили мы с Адамом в унисон.

— Я попросил отца выкупить наш отель, — повторил Саймон снова, посмотрев на нас.

Затем глянул на мать.

— В этом есть смысл.

Миссис Стэнфорд положила на стол тяжелую деревянную разделочную доску и посмотрела на Саймона.

— Его бизнес не касается отелей, он вообще не в гостиничном секторе, Саймон. Почему отец вдруг заинтересовался покупкой вашего отеля?

— Ну, его это и не интересует, — Саймон пожал плечами и, взяв сырой гриб, откусил кусочек. — Я попросил его встретиться со мной, чтобы я смог убедить его.

— И каковы твои навыки ведения переговоров? — улыбнулась его мать.

— Чьи навыки ведения переговоров? — поинтересовался кто-то низким голосом позади нас.

Я машинально обернулся, чтобы посмотреть, кто это сказал, и наткнулся взглядом на стоявшего там высокого мужчину с темными, слегка седеющими волосами, который, по всей видимости, и являлся отцом Саймона. Одет он был во что-то смахивающее на костюм для гольфа. Хоть они и не были похожи – Саймон больше походил на мать – было в нем что-то такое, что придавало генетике Саймона завершенный смысл.

Мистер Стэнфорд прошел в кухню и встал рядом со своей женой. Стащив с разделочной доски грибочек, он сунул его в рот, как минутой раньше сделал Саймон.

— Привет, пап, — поприветствовал его он.

— Мальчики, — ответил его отец.

— Приветствую, мистер Стэнфорд, — жизнерадостно поздоровался Адам.

— Уил, это мой отец, Ричард Стэнфорд, — произнес Саймон.

— Уилсон Кёртис, — представился я и подал ему руку, которую он пожал.

— А, точно, — кивнул он, — Сильвия рассказывала мне о тебе, — он осмотрел нас троих, — вот и обновленный союз.

Мать Саймона достала из шкафа миску.

— Я рассказала ему только то, что рассказал мне Саймон.

Вот дерьмо. Я молил Бога, чтобы они прямо перед нами не начали вдруг обсуждать, что они думают о том типе отношений, в которых состоял их сын.

Саймон повернулся спиной к столешнице и приподнялся, чтобы сесть на нее. Было очевидно, что ему комфортно находиться здесь вместе с родителями. Он был совершенно спокоен, несмотря на то, что только что представил им живьем своих двух бойфрендов.

— Да тут нечего рассказывать, мам, — просто сказал он. — Сначала были я и Адам, а теперь я, Адам и Уил.

Миссис Стэнфорд посмотрела на нас.

— И вы все трое счастливы?

Саймон закатил глаза, Адам кивнул, а вот я был на грани паники, и мне нужно было чем-то срочно занять руки. Я махнул рукой в сторону еды на столешнице.

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Если это означает, что мне приготовят завтрак, — вмешался мистер Стэнфорд, — то вам, ребята, следовало бы приходить почаще, — усмехнулся он.

Потом посмотрел на сына.

— Давай, покажи мне отчеты, которые принес с собой.

— Ребята, вы не против, я пока поговорю с папой? — посмотрел Саймон на нас с Адамом.

— Конечно, они не против, — заверила его мать вместо нас. Затем посмотрела на меня и ответила на мой ранее заданный вопрос: — Разумеется, ты можешь помочь. Ты же шеф-повар? Уверена, что Саймон упоминал об этом.

— Да, мэм.

Она подтолкнула ко мне разделочную доску и улыбнулась.

— Ну, тогда присоединяйся.

Саймон улыбнулся нам и последовал за отцом, оставив меня и Адама со своей матерью.

Я улыбнулся ей в ответ и подошел к стойке.

— Итак, что у нас в меню?

— Я подумала, можно сделать омлет с ветчиной, перцем, грибами и сыром, — ответила она. — Подойдет?

— Конечно, подойдет! — Адам встал с другой стороны от матери Саймона. — Звучит здорово! Чем я могу помочь?

Миссис Стэнфорд ласково улыбнулась Адаму. Было очевидно, что он ей нравится.

— Можешь сварить кофе, дорогой?

— Конечно, могу, — просиял Адам.

Пока Адам искал в кухонных шкафчиках все необходимое, чтобы приступить к приготовлению кофе, я принялся нарезать перец, ветчину и грибы. И нам было действительно очень легко. Мама Саймона хотела знать, как повара умудряются делать омлеты такими легкими и воздушными, поэтому я выдал ей краткий курс по взбиванию и правильному выбору момента. Адам приготовил кофе и тосты, мы немного поговорили и посмеялись, и после того, как я в десятый раз назвал ее «мэм», миссис Стэнфорд тихо замурлыкала себе под нос рядом с нами.

— Так, теперь кое-что понятно о Саймоне, — задумчиво произнесла она. — Он питает слабость к воспитанным, вежливым мальчикам.

Адам гордо улыбнулся, а я покрылся семью оттенками алого румянца.

— Я, эм... я…

— Не волнуйся, дорогой, — она похлопала меня по руке. — Признаюсь, сначала я была шокирована, когда он мне рассказал, но не удивилась. Тот факт, что мой Саймон любит двух человек одновременно, меня нисколько не удивляет.

— Это... — начал я и громко выдохнул. — Просто это… ну, просто это не совсем обычно.

— Мой дорогой, в Саймоне не так уж и много «обычного», — нежно улыбнулась миссис Стэнфорд. — Он никогда не делал ничего «обычным способом», — громко вздохнула она, подготовив сервировочные подносы. — Знаешь, когда Саймон был ребенком и учился ходить, он начинал капризничать, если кто-нибудь пытался ему помочь. А на его велосипеде никогда не было страховочных колесиков, — она покачала головой, вспоминая. — Он утверждал, что предпочитает упасть и научиться делать все правильно в следующий раз, вместо того, чтобы его что-то поддерживало.

Она посмотрела на нас обоих.

— Вы, ребята, наверное, лучше меня знаете, каким упрямым он может быть, — сказала она с нежной улыбкой. — Не захотел работать на отца. Наотрез отказался. Но как бы это ни сводило того с ума, отец уважает его за это.

Миссис Стэнфорд тепло улыбнулась нам.

— Так что, если Саймон пришел сюда просить помощи или даже совета, это все, что мне нужно знать о его чувствах к вам двоим.

Я не знал, что на это ответить. Очевидно, Адам тоже. Он посмотрел на меня со смесью самодовольства, застенчивости и удивления.

— Омлеты готовы? — спросила миссис Стэнфорд, выводя меня из оцепенения.

— Да, мэм.

Мы все приготовили и вынесли завтрак во внутренний дворик, где на утреннем солнышке сидел Саймон со своим отцом. Отчеты, которые Саймон подготовил для владельцев отелей и их бухгалтеров, были распечатаны и теперь лежали перед ними на столе. Они обсуждали цифры, но тут же прервались и убрали бумаги, чтобы мы могли позавтракать.

Совместный завтрак тоже прошел легко и хорошо. Тихий гул благодарности, пока все ели, был отличным признаком того, что каждый им наслаждался. И никто не заговорил до тех пор, пока тарелки не опустели.

Саймон отхлебнул кофе и глубоко вздохнул, прежде чем завести разговор.

— Папина компания занимается импортом и экспортом, но я спросил, может ли он хотя бы встретиться с владельцами и поговорить об инвестициях.

— Честно говоря, я не уверен, Саймон, — посмотрел на него отец и вздохнул. — Особенно, если они уже встречались с Хартли на месте и, кажется, довольны его предложением.

— Пап, — покачал головой Саймон, — они будут рады чьим угодно деньгам. Владельцы сами признались, что не в восторге от человека, стоящего за этим предложением.

Мистер Стэнфорд долго смотрел на Саймона, потом на нас с Адамом.

— И этот Хартли хочет купить его только ради того, чтобы избавиться от гей-отелей?

— Да, — кивнул Саймон. — Он гомофоб с кучей денег, которая подпитывает его убеждения. Помнишь политическую кампанию этого Хартли? — Саймон глянул на мать. — Он хочет избавиться от нас, так или иначе.

— Конечно, помню, — кивнула мать Саймона.

— Я не говорю, что это неправда, — признал мистер Стэнфорд. — Мне просто трудно поверить, что кто-то может собрать такую коллекцию недвижимости, как у него, с такой явной тематикой.

— Да, но деньги, очевидно, говорят сами за себя, — коротко ответил Саймон. Он откинулся на спинку стула, и было заметно, что он сердится.

— Прости, Саймон. Это просто бизнес, — посмотрел на сына мистер Стэнфорд.

— Нет, — прошипел Саймон и гордо вздернул подбородок. — Это гораздо больше, чем просто бизнес. Я надрывал свою задницу более трех лет ради того, чтобы сделать это место просто идеальным. Для меня это больше, чем просто бизнес или работа. Это мой дом.

Саймон посмотрел на Адама, а потом на меня.

— Это наш дом.

Ясное дело, что отец Саймона являлся дальновидным бизнесменом и ему нужно было знать, какие обязательства он получит за свои инвестиции.

— Мистер Стэнфорд? — вклинился я, пытаясь подкрепить доводы Саймона. Решив, что терять мне все равно нечего, я осмелился предложить ему деньги от продажи ресторана и родительского дома. Я хотел, чтобы он понял, что это значит для меня. — У меня имеется чуть больше пятисот тысяч долларов. Я знаю, что это гроши по сравнению с тем, что Вы говорили необходимо для отеля, но это все, что у меня есть. И я более чем готов предложить их Вам в обмен на то, что наши три имени будут включены в договор.

Все за столом уставились на меня. Отец Саймона улыбнулся так, словно имел дело с ребенком. Может, так оно и было. Я прокашлялся, чтобы голос не выдал моей нервозности.

— Я знаю, что мы говорим только о пяти процентах, возможно, даже меньше, но это тоже доля вложения. Если у нас, — я быстро взглянул на Адама и Саймона, — есть частичная собственность, неважно, насколько она мала для вас, для нас она огромна, и это стимул отдать ей все, что у нас есть.

— Уил… — прошептал Саймон.

Я повернулся к нему, глядя в его широко раскрытые глаза. Он даже немного побледнел.

— Саймон, я серьезно.