Придя после завтрака в редакцию, Спайк написал пространное изложение планов Джона Вуда по поводу его детского сада. Затем вышел и, наняв такси, приказал ехать в Нью-Барнет.

Дорога оказалась длинной и пролегала среди зеленых полей. Розовый Коттедж находился за зеленой изгородью и представлял собой маленький домик, стены которого были живописно опутаны плющом.

Перед домом был разбит крошечный цветник, сзади виднелся большой сад, переходящий в поле. Все это Спайк заметил еще из автомобиля. Пройдя через низенькие ворота, он подошел к парадной двери и постучал.

Никто не ответил ему на стук, хотя дверь не была заперта и даже оказалась слегка приоткрытой. Репортер снова постучал, но ответа не последовало.

Начинал накрапывать дождик, и он решился войти внутрь. Толкнув дверь, Спайк направился по коридору и заглянул в первую комнату, попавшуюся ему на пути. Это была, по-видимому, гостиная, с расставленной в ней удобной мебелью. Над камином висел большой портрет мужчины, в котором Спайк сразу узнал своего бородатого знакомого. Кригер был снят в какой-то форменной одежде.

Репортер уселся и машинально выглянул из окна в сад. Однако то, что он там увидел, заставило его немедленно вскочить с места. Из-за куста в дальнем конце сада виднелась мужская нога. Она была неподвижна.

Спайк стремглав выбежал из комнаты, пересек небольшую площадку, засеянную травой, и, обежав куст, остановился как вкопанный. Бородач лежал на спине… Глаза его были полуоткрыты, а руки сжаты в агонии смерти. Из жилета, над скрюченными руками, высовывался конец стрелы, украшенный ярко-зелеными перьями.

Спайк встал на колени рядом с телом, надеясь обнаружить какие-нибудь признаки жизни. Кригер был мертв, это несомненно. Тогда репортер внимательно огляделся. Сад отделяла от полей небольшая деревянная изгородь, не представлявшая никакого затруднения ни для молодого, ни для ловкого человека, который пожелал бы перескочить через нее. Журналист догадался, что Кригер мгновенно свалился мертвым на том самом месте, где его пронзила стрела.

Перескочив через изгородь, Спайк занялся поисками следов. Футах в десяти рос огромный дуб, дерево это находилось по прямой линии с упавшей стрелой. Медленно обойдя вокруг дуба, Спайк понял, что стрела была пущена с этого дерева. Оно было очень густым и давало нужную защиту от посторонних глаз. Вероятно, жертва не видела убийцу, скрывавшегося за густыми листьями.

Поиски увенчались успехом, ибо он нашел два четких отпечатка ног в том месте, где убийца спрыгнул с дерева. Оказалось, что тот потерял нечто важное, но Спайк не сразу увидел это. Случайно, несколько позже, репортер набрел на зеленую стрелу, с виду такую же, как та, что торчала из груди убитого. Конец стрелы был гладко обструган и покрыт зеленой эмалью. Самый кончик ее был остер, как игла, но перья казались слишком вычурными.

Пройдя обратно в дом, репортер вызвал своего шофера и немедленно послал его за полицией. Она скоро явилась в лице полицейского чиновника и сержанта. А через полчаса после их прибытия приехал человек из Скотленд-Ярда, взявший на себя дом и заботы по удалению трупа.

Еще раньше Холленд тщательно обыскал дом. В этот обыск входил совершенно незаконный просмотр тех личных бумаг, которые ему удалось найти. По ним он очень скоро выяснил значение формы, в которой старик был снят. Тот был в свое время тюремным надзирателем и прослужил двадцать два года, получив почетную отставку и к ней пенсию. Среди бумаг в письменном столе Спайк нашел удостоверение, свидетельствовавшее об этом.

Но чего ему хотелось больше всего на свете – это найти какую-нибудь бумагу, которая могла бы пролить свет на отношения между Кригером и Абелем Беллами. В письменном столе оставался один ящик, запертый на ключ, и Спайк не решился взломать его.

Зато ему удалось найти банковскую книжку старика, из которой он, к своему удивлению, узнал, что Кригер был сравнительно богатым человеком. У него на счету значилось две тысячи фунтов. Быстрый обзор листов банковской книжки показал Холленду, что Кригер ежемесячно первого числа получал сумму в сорок фунтов, которая выплачивалась наличными. Пенсию старика можно было просто проверить, ибо она выплачивалась по четвергам. Эта пенсия и прибыль с каких-то бумаг были единственными записями на страницах прихода.

Спайк только что кончил делать выписки из банковской книжки, когда прибыли полицейские. Он вышел им навстречу. Через некоторое время пришел также полицейский врач, который осмотрел труп.

– Он умер больше часа тому назад, стрела пронзила сердце навылет. Должно быть, она необычайно остра.

Сыщику из Скотленд-Ярда Спайк передал найденную им стрелу и указал место, где он нашел ее.

– Человек, который совершил это, несомненно, знаток стрельбы из лука. От твердо решил убить и, вероятно, хорошо знал, что убьет. Это первое убийство при помощи стрелы, с которым мне приходится иметь дело… Держите с нами связь, Холленд! А теперь вы, вероятно, пожелаете отправиться в редакцию для того, чтобы описать сенсационную новость? Но сначала объясните мне подробно, как и почему вы очутились тут.

Спайк подробно рассказал о том, что произошло в «Карлтоне», и прибавил от себя кое-какие подробности, которые заставили сыщика широко раскрыть рот.

– Зеленый Стрелок? – недоверчиво проговорил он. – Не хотите же вы заставить меня поверить, что это дело рук какого-то духа? Если так, то я вам скажу, что дух этот должен быть исключительно силен и ловок! Для такого выстрела нужна очень большая сила и очень меткий глаз. Кригера не так-то легко было пронзить, особенно на таком расстоянии. Ну, а теперь нам надо повидать Абеля Беллами…

Абель как раз собирался покинуть Лондон и ехать в Беркшир, когда к нему явилась полиция. Он не выразил ни удивления, ни тревоги, узнав о происшедшем.

– Да, это верно, что я выгнал его, – сказал Беллами. – Когда-то очень давно Кригер сослужил мне службу, и я за это наградил его очень щедро… Он спас мне жизнь, вытащил меня из воды, когда моя лодка на озере перевернулась.

«Ложь!» – подумал Спайк, зорко наблюдавший за стариком.

– А из-за чего произошла размолвка между вами сегодня утром, мистер Беллами?

– Я бы не назвал это размолвкой, но все последнее время он просил меня одолжить ему денег для покупки поля, прилегающего к участку, на котором построен его дом. Я отказывал ему в этом, причем несколько раз!.. А сегодня он явился ко мне не совсем трезвый, нагрубил, пригрозил… Нет, не то что пригрозил, – поправился Беллами с резким смехом, – но впал в ярость… Я его и выкинул.

– Где же он спас вам жизнь, мистер Беллами? – спросил сыщик.

– В Хенли, семь лет тому назад, – быстро ответил Беллами.

«Это число было всегда у тебя в памяти, и не напрасно, друг мой! – мысленно заметил Спайк. – И ты всегда готовился ответить на этот вопрос… Чтобы именно спасением объяснить денежное пособие, которое ты выплачивал этому человеку».

– Тогда он еще служил в тюрьме? – спросил его сыщик настороженно.

– Кажется, да… – ответил Беллами немного раздраженно. – Но это произошло как раз во время его отпуска. Вы сможете, вероятно, сами проверить этот инцидент по регистрационным книгам.

Спайк подумал, что при просмотре этих книг факты, изложенные Беллами, наверняка подтвердятся.

– Вот и все, что я могу вам сказать! – заключил тот. – Вы, кажется, говорили, что его застрелили?

– Да, он был убит выстрелом… Его умертвила зеленая стрела.

Беллами растерялся лишь на секунду.

– Зеленая стрела? – повторил он, как бы не веря своим ушам.

– Да, зеленая стрела! – повторил сыщик.

– Стрела? Зеленая стрела?.. Чего это, ради Бога…

Он с усилием восстановил свое обычное спокойствие, и на лице его появилась едва заметная усмешка.

– Значит, это жертва вашего легендарного привидения, Холленд? – спросил он с иронией журналиста. И уже трагично добавил:

– Зеленая стрела и Зеленый Дух… Не так ли?..