Пока сестра милосердия хлопотала вокруг девушки, Тарлинг зашел к главному врачу госпиталя.

— Полагаю, что состояние мисс Стевенс не угрожающее. Я могла бы выписать больную еще вчера, но оставила только по ее просьбе. А скажите, правда ли, что она разыскивается в связи с «нарциссовым убийством»?

— Да, мы нуждаемся в ее свидетельских показаниях, — уклончиво ответил сыщик. Впрочем, он понимал, что это звучит не слишком правдоподобно, так как приказ об аресте Одетты Райдер был известен повсюду. Описание примет и все прочие детали были сразу же разосланы дирекциям всех госпиталей и общественных учреждений. Последовавшие затем слова врача подтвердили его предположения.

— В качестве свидетельницы? — сухо спросила она. — Ну, мне не хотелось бы углубляться в ваши секреты и еще менее в секреты Скотленд-Ярда, но, может быть, для вас будет достаточным тот факт, что она в состоянии немедленно покинуть госпиталь.

В дверь постучали, и в кабинет вошла пожилая дама.

— Мисс Райдер желает говорить с вами, — обратилась она к Тарлингу.

Сыщик взял шляпу и отправился к Одетте. Он нашел ее успокоенной, хотя и бледнее прежнего. Она встала с постели и сидела в кресле в халате. Сделав знак рукой, она предложила Джеку сесть рядом с ней. Но заговорила лишь тогда, когда сестра вышла из комнаты.

— Это был непростительный припадок слабости, мистер Тарлинг. Но известие было чересчур ужасным и неожиданным. Не откажите в любезности сообщить мне подробности. Со дня поступления в госпиталь я не прочла ни одной газеты. Только слышала, как одна из сестер милосердия рассказывала о «нарциссовом убийстве». Скажите, это о нем шла речь?

Девушка замялась, и Тарлинг кивнул. Теперь у него полегчало на душе, и он был рад этому. Сыщик нимало не сомневался в том, что она была невиновна. Жизнь опять, показалось ему, имела смысл.

— Торнтон Лайн был убит в ночь с четырнадцатого на пятнадцатое. В последний раз его видел живым его слуга приблизительно в половине девятого вечера. На следующий день на рассвете его нашли мертвым в Гайд-Парке. Наверное, чтобы унять кровотечение, его обмотали женской шелковой ночной рубашкой. На грудь убитому был положен букет желтых нарциссов.

— Желтых нарциссов? — повторила она с изумлением.

— Его автомобиль находился примерно в ста метрах от трупа, — продолжал Джек. — Совершенно ясно, что Лайна убили в другом месте и завезли в парк в его же собственном автомобиле. На нем не оказалось ни сюртука, ни жилета, а ноги были обуты в мягкие войлочные туфли.

— Ничего не понимаю, — сказала она. — Я не понимаю связи. Как странно… — Одетта замолчала и закрыла лицо руками. — О, как это ужасно, как ужасно! Даже во сне невозможно себе такого представить. Это просто невероятно!

Тарлинг ласково положил руку ей на плечо.

— Мисс Райдер, вы подозреваете кого-нибудь, кто мог совершить это преступление? Не согласились бы вы назвать его имя?

Она покачала головой.

— Я не смею этого сделать.

— Но разве вы не видите, что подозрение всецело падает на вас? На письменном столе Лайна нашли телеграмму, в которой вы приглашаете его прийти в тот роковой вечер к вам на квартиру.

Девушка быстро взглянула на сыщика.

— Как? Телеграмма от меня? Я ничего ему не посылала.

— Слава Богу!

— Неужели кто-то мог отправить такую телеграмму от моего имени? Как посмели…

— Вот так, — сказал он серьезно, — потому что убийство было совершено в вашей квартире.

— Боже мой! — вырвалось у нее. — Не в этом же обвиняют меня? О, нет!..

Тарлинг подробно рассказал о преступлении. Он знал, что его поведение с правовой точки зрения абсолютно недопустимо. Джек сообщил ей все и таким образом дал возможность защищаться и искать лазейки в следствии. Рассказал о большом кровавом пятне на ковре и описал ночную рубашку, обмотанную вокруг тела Торнтона Лайна.

— Это моя рубашка, — ответила она просто и без запинки. — Но, пожалуйста, продолжайте, мистер Тарлинг.

Он рассказал ей о кровавом отпечатке большого пальца на ящике комода.

— На вашей кровати, — продолжал сыщик, — я нашел небольшой наполовину упакованный чемоданчик.

Девушка снова пошатнулась.

— О, как дурно это было с его стороны! Как подло! Только он мог это сделать!

— Кто? — быстро спросил Тарлинг, беря ее за руку. — Кто сделал? Вы должны мне сказать. От этого зависит ваша жизнь. Неужели вы не понимаете, Одетта, что я хочу помочь вам? Вы подозреваете определенное лицо и должны назвать мне его имя.

Она в отчаянии посмотрела на него.

— Я не могу сказать этого, — ответила девушка слабым голосом. — Ничего больше не могу вам сказать. Я не подозревала об убийстве и узнала о нем только от вас. Да, я ненавидела Торнтона Лайна, ненавидела его всей душой, но никогда не причинила бы ему ни малейшего зла. Как это ужасно!

Успокоившись, она продолжала:

— Мне нужно сейчас же вернуться в Лондон. Не будете ли вы так любезны взять меня с собой?

Увидев его смущение, Одетта вдруг поняла, в чем дело.

— У вас при себе ордер на арест?

Джек молча опустил голову.

— По обвинению в убийстве Лайна?

Он снова кивнул.

Некоторое время она молча глядела на него.

— Через полчаса я буду к вашим услугам.

Не говоря ни слова Тарлинг вышел из комнаты. Он вернулся к главврачу, который с нетерпением ожидал его.

— Но ведь это же чепуха, что эту даму собираются допросить в качестве свидетельницы. Ее приметы совпадают с указанными в телеграмме Скотленд-Ярда, полученной три дня назад. Несомненно, эта девушка — Одетта Райдер. Ее собираются арестовать по подозрению в убийстве.

Сыщик тяжело опустился в кресло.

— Вы разрешите закурить?

— Пожалуйста. По-видимому, вы сейчас же забираете ее с собой?

Тарлинг кивнул головой.

— Не могу представить себе, чтобы такая девушка могла совершить убийство, — сказала доктор Сандерс. — Она попросту физически не в состоянии сделать то, что совершил убийца. Я знаю подробности из газеты. Ведь Торнтона Лайна оттащили на сто метров от автомобиля и положили на траву. А она едва ли сможет удержать ребенка.

Тарлинг снова кивнул в знак согласия.

— Кроме того, она вовсе не похожа на убийцу.

— Я абсолютно того же мнения. Твердо убежден, что она не виновна, хотя все улики против нее. А журналистам верьте осторожно.

Зазвонил телефон. Вызывали Тарлинга.

— Здесь Уайтсайд, — услышал он в трубке. — Вы, мистер Тарлинг? Найден револьвер.

— Где? — быстро спросил сыщик.

— В квартире мисс Райдер.

По лицу Джека пробежала тень, но в конце концов этого следовало ожидать. Он не сомневался, что Торнтон Лайн был убит на квартире Одетты, и если это соответствовало действительности, то вполне естественно, что оружие найдено на месте преступления.

— Где именно?

— В корзине с шитьем, на самом дне.

— Какая марка? — спросил Тарлинг после паузы.

— Револьвер. В обойме нашли шесть патронов и в стволе один. Очевидно из револьвера был сделан выстрел, потому что дуло изнутри покрыто пороховой копотью. Выпущенная пуля застряла в камине. Вы встретились с мисс Стевенс?

— Да. Мисс Стевенс — это Одетта Райдер.

Он услышал, как коллега присвистнул.

— Вы арестовали ее?

— Еще нет. Будьте любезны встретить меня на станции. Я выезжаю через полчаса. — Он повесил трубку и повернулся к врачу.

— Я догадываюсь, что обнаружен револьвер, — сказала она.

— Да.

— Гм. Скверная история. Что за человек, собственно говоря, был этот Торнтон Лайн?

Тарлинг пожал плечами.

— Каждый имеет право на защиту, и убийца во всяком случае будет наказан.

— Вы полагаете, что убийца — женщина? — улыбаясь, спросила врач.

— Нет, просто убийца, — коротко ответил Джек. — Каким бы этот человек ни был, это никоим образом не влияет на определение наказания.

Врач недоверчиво смотрела на сыщика.

— Нельзя утверждать причастность, не доказав вину девушки, — заключил он.

В дверь постучали; вошла сестра милосердия.

— Мисс Стевенс готова, — сказала она.

Тарлинг поднялся. Доктор Сандерс тоже встала.

— Я должна сделать запись о выписке, — сказала она и перелистала журнал регистрации. — «Мисс Стевенс, легкое сотрясение мозга и контузия», — и вдруг спросила:

— Когда было совершено убийство?

— Вечером четырнадцатого.

— Четырнадцатого, — повторила доктор, задумавшись. — В котором часу?

— Время не совсем точно установлено. — Он охотнее всего прервал бы разговор: болтливость врача действовала ему на нервы. — По всей вероятности, сейчас же после одиннадцати.

— Говорите, после одиннадцати? Может быть, раньше? И когда Лайна видели в последний раз?

— В половине десятого, — ответил Тарлинг и иронически улыбнулся. — Не собираетесь ли вы стать сыщиком, доктор?

— Нет, не собираюсь, — улыбнулась Сандерс, — но я, кажется, могу доказать невиновность девушки.

— Доказать невиновность? Как вы это сделаете?

— Итак, убийство не могло быть совершено раньше одиннадцати часов? Убитого в последний раз видели в половине десятого?

— Да…

— Поезд, в котором ехала мисс Райдер, отошел от перрона в девять часов, а в половине десятого ее с сотрясением мозга уже доставили в госпиталь.

На миг Тарлинг замер. Затем бросился к доктору и крепко пожал ее руку.

— Это самая приятная новость, которую я когда-либо слышал в своей жизни, — хрипло сказал он.