Самым распространенным наказанием среди евнухов было избиение бамбуковыми палками. Вот как описывалось наказание, которое получил евнух Сунь Яотин за то, что он разбил посуду. Пришли четверо из дома Цзиншифан. Послышался лязг… Они бросили желтый мешок на поле. Один евнух высыпал из мешка 6–7 бамбуковых палок и доску длиной больше метра. Два евнуха ловко повалили Сунь Яотина на пол и быстро стянули с него брюки.

Соедини ноги вместе! — крикнул евнух. Сунь Яотин немедленно подтянул левую ногу к правой. Приподнял левую ягодицу. Так делали по дворцовым правилам во время наказания. Стоящие с двух сторон евнухи надавили на руки и прижали его к земле. Его тело изображало крест. Крепкий евнух давил ему на ноги.

«Бац!»… Чжан Цзинь бросил 20 палочек. Это значит, что он получит 20 ударов.

— Пощадите меня! Смилуйтесь!.. — вопил он. — Никогда я не буду… — Быстрый и сильный удар палок пришелся ему между ягодицами. Было больно. Пот лил градом. Судорога прошла по его губам. Но он не прекратил своего крика. Знал, что если он не кричит, то значит, смирился. А если так, то наказание будет еще сильнее.

Много рядовых евнухов пострадало от жестокости вдовствующей императрицы Цыси. Она часто поговаривала: «Кто мне хоть раз испортит настроение, тому я его испорчу на всю жизнь». Ее жестокость в сочетании с беспредельной властью рождали у многих панический страх. При ней всегда находился желтый мешок с различными бамбуковыми палками: такими палками по ее распоряжению наказывали евнухов. Куда бы она не отправлялась, этот мешок всюду носили за ней. Если евнух совершал проступок, его били бамбуковыми палками, как в предыдущем примере. За попытку к бегству его также избивали палками. При повторной попытке к бегству на шею евнуха вешали кангу — шейную колодку, состоящую из двух досок с полукруглыми вырезами для шеи. Такую шейную колодку он носил, не снимал, в течение двух месяцев. При последующей попытке к бегству его ссылали в Мукден — древнюю столицу маньчжуров. Если евнуха уличали в воровстве, его немедленно обезглавливали.

Вот несколько наглядных примеров наказания евнухов императрицей. Однажды евнух, составивший императрице Цыси партию в шахматы, сказал во время игры: «Раб бьет коня почтенного предка», на что она в гневе воскликнула: «А я бью твою семью!» Евнуха выволокли из комнаты и избили до смерти.

Рассказывали, что вдовствующая императрица очень берегла свои волосы. Евнух, который причесывал ее, обнаружил на гребне несколько волос. Он растерялся и хотел было спрятать их, но Цыси в зеркало увидела это, и евнуха избили палками. Императрица тщательно скрывала свои лета и старалась заставить приближенных забыть о них. Когда один из евнухов задержал свой взгляд на ее лице, она резко спросила: «Чего уставился?» Тот не нашелся, что ответить, и тут же получил несколько десятков ударов палкой.

Как-то Цыси спросила евнуха: какая на улице погода? Евнух, у которого сохранился еще деревенский выговор, ответил: «Погодка сегодня холодная-прехолодная», и евнуха избили. Однако Цыси не брезговала применять и более сильные средства. Она с помощью яда травила неугодных ей и провинившихся евнухов. Так, жертвой яда стал один из евнухов, по имени Лю, влияние которого на Цыси некоторое время было сильнее, чем влияние главного евнуха двора Ли Ляньина. Он ненавидел Лю и делал все, чтобы очернить его в глазах повелительницы Китая. И как Лю ни отбивался от клеветнических наветов, в конце концов он впал в немилость Цыси и стал ее жертвой.

Цыси вызвала Лю в свои покои и дала полную волю ярости.

— За твою непочтительность ты заслуживаешь обезглавливания! — прозвучал ее злобный голос.

Лю понял, что судьба его предрешена. Он встал на колени и сказал:

— Ваш раб заслужил смерть, но я умоляю Старую Будду вспомнить, что я служил ей, как собака или лошадь, в течение тридцати лет. Поэтому прошу позволить мне умереть с целой головой.

— Идите и ждите моего приказа, — брезгливо ответила она, повелев служанкам отвести обреченного в отдельную комнату и закрыть ее на замок. Затем, разразившись смехом, Цыси вызвала своих евнухов и служанок и сказала:

— Сегодня у меня есть новая забава для вас.

Одной служанке было велено принести небольшой ларец из спальни вдовствующей императрицы. Цыси открыла его с помощью крохотного ключика, висевшего у нее на поясе. И ларце оказалось около 20 пузырьков. Выбрав один из них, она вылила содержимое его в рюмку, добавила туда воды и приказала служанке отнести рюмку свой жертве.

Пусть он выпьет и спокойно ложится на кровать, — сделала она последнее распоряжение.

Вскоре служанка вернулась и доложила, что сделала все так, как велела Старая Будда (титул Старая или Почтенная Будда был выдуман льстецом Ли Ляньином, видимо с подачи самой императрицы, так как она часто сравнивала себя с Буддой).

Через несколько минут Цыси сказала собравшимся:

— Теперь вы можете убедиться в шутке, которую я вам обещала. Откройте дверь комнаты Лю и посмотрите, что там случилось.

Все направились в комнату: там лежал евнух Лю я безжизненном состоянии — он был мертв без всяких признаков мучения.

По китайским данным, не выдержав пыток и истязаний, при Цыси погибло более 30 евнухов. Из китайской истории известны случаи, когда погибало свыше 100 евнухов одновременно. Почти каждый месяц в правительственной газете появлялись сообщения о том, что тот или иной евнух приговорен к обезглавливанию либо к ссылке.

Евнухи должны были сносить всяческие причуды вдовствующей императрицы. Ввиду того, что у нее была бессонница, она устраивала аудиенции для сановников начиная с четырех часов утра, и евнухи должны были с этого времени находиться при ней. Для укрепления своего здоровья Цыси каждое утро выпивала чашку женского молока. У нее было крепкое здоровье, и она заставляла своих многочисленных сопровождающих, включая евнухов, гулять под дождем без зонтиков. Она морозила своих подчинённых в холодном, словно погребе, зимнем дворце, запрещая топить каны и разрешая пользоваться только жаровнями. Сама она зимой носила шелковый халат на вате или на меху, сверху набрасывая еще меховую накидку с длинным ворсом.

С помощью своих трех ближайших евнухов — Ань Дэхая, Ли Ляньина и старого Ван Чанъюя, отмечал американский историк Хасси, Цыси создала, пожалуй, лучшую из шпионских систем, когда-либо существовавшую при дворе. От преданных ей евнухов она знала почти все, что делалось во дворце и днем, и ночью, включая и такие интимные моменты, как с кем и сколько раз спал император в то или иное время.

Евнухи по указанию вдовствующей императрицы занимались дрессировкой птиц, гнездившихся в императорском дворце. Это производило неизгладимое впечатление на посетителей дворца, приписывающих Цыси особые способности «магнетизма». «Во время одной из наших прогулок по парку я видела любопытный пример ее удивительного индивидуального магнетизма и ее власти над животными, — вспоминала художница Кэтрин Карл, приглашенная для рисования портрета императрицы. — Одна из птичек вылетела из своей клетки, и несколько евнухов старались ее поймать…Тогда императрица сказала: «Я позову ее». Я подумала, что это пустое хвастовство, и в душе своей пожалела императрицу. Она так привыкла видеть, как весь мир преклоняется перед нею, что вообразила себя способной заставить птицу покориться требованиям…[Между тем Цыси] подняла жезл вверх и издала губами тихий, похожий на птичий звук, не спуская глаз с птицы… Напоминающие флейту звуки оказались для птицы магнитом. Она вспорхнула и, спускаясь с ветки на ветку, села на крюк жезла; тогда императрица потихоньку приблизила к нему другую руку, и птичка села ей на палец».

А вот еще один пример из жизни последнего китайского императора Пу И, доказывающий, что во дворце процветала слежка друг за другом.

Хотя император уже отрекся от престола, наложница-мать Дуанькан все еще мечтала о сохранении династии. Она направила своих евнухов в покои Пу И якобы для того, чтобы ухаживать за императором, а на самом деле шпионить за ним. Ежедневно они докладывали Дуанькан обо всем, что там видели и слышали. Тогда Сыну Неба было немногим более десяти лет и он был еще очень наивен. Его страстью было модно одеваться. Евнух мальчика Ли Чанъань как-то купил ему европейский костюм, что в те годы являлось самым шиком. Император очень обрадовался и тут же надел его во дворце.

— Ни закона, ни порядка! — возмутилась Дуанькан, которую мальчик очень боялся.

— Говорят, это посоветовал Ли Чанъань, — угодливо сообщил один из евнухов.

— Привести сюда этого холопа! — приказала в гневе Дуанькан. Евнухи тут же втащили Ли Чанъаня в павильон Юнхэ.

— Да, я посоветовал, — в страхе пролепетал Ли Чанъань.

— Уведите его.

В наказание евнухи били его розгами по ягодицам. На нем живого места не осталось. А потом вытащили его еще извиняться перед наложницей-матерью.

Чтобы окружить себя послушными людьми, Дуанькан набрала нескольких мальчиков, которых оскопили «частным» образом. Одного из них звали Сяо Циэр. Ему было 8–9 лет. Мальчик был находчивый, умел подойти к наложнице-матери, проявить ласку, поэтому та его очень полюбила. У Дуанькан не было своих детей и на склоне лет у нее вдруг проснулись материнские чувства. Ласковый, смышленый и привлекательный на вид мальчик нравился ей, она относилась к нему, как к родному сыну. Пу И стал ревновать этого маленького евнуха и говорить, что для наложницы-матери Сяо Циэр значит больше, чем он — император. Между ними стали возникать ссоры. Дело дошло до того, что по совету начальника евнухов Лю Чэнпина и его помощника Му Хайчэня Дуанькан вызвала родную мать Сына Неба У Найнай, которая должна была урезонить своего сына. Мать наказала Пу И почитать и слушаться наложницу-мать, почаще заходить в павильон Юнхэ и навещать ее. Затем женщина долго разговаривала с Дуанькан и в тот же день вернулась в свою северную резиденцию. На следующий день пришло сообщение, что У Найнай покончила собой, приняв опиум.

Одну из злых шуток Пу И не мог забыть евнух Сунь Яотин вплоть до своей смерти. Однажды Сын Неба по своей прихоти велел евнуху в павильоне Янсиньдянь императорского дворца встать перед ним на колени, после этого император с револьвером в руках стал устрашать Сунь Яотина. Запуганный до смерти, евнух бился лбом об пол в поклонах, пока не разбил его до крови, а император лишь сказал с издевкой окружающим: «Да я пошутил над ним!»

Большинство евнухов были людьми забитыми и глубоко верующими в разных духов: духов коня, шелковичного червя, солнца, луны и звезд, духов змей, лис, хорьков и ежей. Для того чтобы предотвратить свое столкновение с каким-либо из вредных духов в императорском дворце, особенно в вечернее и ночное время, и спугнуть его, перед тем как войти в пустой дворцовый зал, евнух звучно кричал: «Открываем зал!» — и только тогда открывал двери. В надежде на то что духи дворцовых палат смогут защитить их от постоянных побоев и невзгод, евнухи на Новый год по лунному календарю обычно совершали им подношения в виде куриных яиц, сухих соевых лепешек, вина и сдобных изделий.

Дворцовые евнухи поклонялись духу Сяодянь, покровителю евнухов и придворных. Когда выдавался удачный день, говорили: «Пора идти класть ему земные поклоны!» Жертвоприношения евнухи совершали 2-го и 16-го числа каждого месяца по лунному календарю. Восточнее ворот Хуаймэнь есть холмик из камней. Евнухи называли его «Дуйсю». Туда и ходили в дни жертвоприношений евнухи, там они клали земные поклоны своему духу, возжигали ладан, приносили жертвы.